авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 12 |

«Маор Ицхак Сионистское движение в России ИЦХАК МАОР СИОНИСТСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В РОССИИ (авторизованный сокращенный перевод с иврита) Все даты, ...»

-- [ Страница 2 ] --

Кроме московского изгнания, была произведена {34} высылка многих тысяч еврейских семей и из других мест (например, из полосы шириной 50 верст вдоль границы с Австрией и Пруссией). Все эти притеснения и преследования, а также невозможность прокормиться и обнищ ание еврейских масс породили новую волну эмиграции из России. Большинство еврейских эмигрантов устрем ились в Ам ерику, но ты сячи переселились в Эрец-Исраэль.

{35} ЧАСТЬ ВТОРАЯ П О Л И Т И Ч Е С К И Й С И О Н И З М С М О М Е Н Т А ЕГО ЗАРОЖДЕНИЯ И ДО СМЕРТИ ГЕРЦЛЯ Глава пятая ПОЯВЛЕНИЕ ГЕРЦЛЯ НА ОБЩЕСТВЕННОЙ АРЕНЕ 1. Дело Дрейфуса И звестны й венский писатель и ж урн а л и ст д-р Теодор (Биньямин Зеев) Герцль (1860-1904), творец п о л и т и ч е с к о го с и о н и з м а, о с н о в а т е л ь В се м и р н о й сионистской организации и ее бессменный руководитель, поначалу был далек от еврейства. Он был воспитан на немецкой культуре и прочно с ней связан, в то время как его связи с еврейским народом, его интересам и и нуждами оставались весьма поверхностными.

Правда, еще будучи студентом, он столкнулся с п р о я в л е н и я м и а н т и с е м и т и з м а со сто р о н ы св о и х сокурсников и различных кругов немецкого общества.

Однако, подобно большинству еврейских интеллигентов Запада, Герцль верил, что самый эффективный и верный путь решения еврейского вопроса состоит в полной асси м и л яц и и евр ей ства и растворен и и в среде окружающих народов. Но постепенно эти его взгляды п о к о л е б а л и с ь - по м е р е т о г о к а к у с и л и в а л с я а н ти се м и ти зм в А встри и и Ге р м а н и и, а та кж е во Ф ранции, этой классической стране прав человека, которая первой даровала евреям гражданское равноправие.

{36} В качестве сотрудника большой и влиятельной венской газеты либерального направления "Нойе Фрайе Прессе" Герцль в 1891 году был послан редакцией в П ариж постоянны м собственны м корреспондентом газеты. В Париже Герцль проработал четыре года и возвратился в Вену в июле 1895 года.

Как корреспондент Герцль присутствовал на суде над капитаном Альфредом Дрейфусом, вокруг которого в те дни буш евали страсти во Ф ранции и остальны х европейских странах. Военные власти Франции обвинили Д р е й ф у с а в измене. Это л о ж н о е о б в и н е н и е, сфабрикованное антисемитами против единственного в генеральном штабе офицера-еврея, потрясло Герцля до глубины души. Однако долго державшееся мнение, будто дело Дрейфуса разом превратило Герцля из сторонника ассимиляции в националиста, по-видимому, преувеличено;

будет правильнее сказать, что этот суд и особенно публичная церемония разжалования Дрейфуса, проведенная после суда, 5 января 1895 года, углубили и в ы к р и с т а л л и зо в а л и его н а ц и о н а л ь н о е е в р е й ск о е самосознание, начавшее складываться задолго до этого.

В дневнике, который он начал вести в Париже весною 1895 года, Герцль признается, что интерес к еврейскому вопросу возник у него с начала 80-х годов в процессе чтения антисемитской литературы. Однако, как сказано, он тогда полагал, что решение еврейского вопроса возможно путем полной ассимиляции и даже п ер еход а в х р и с ти а н с тв о. С те ч е н и е м врем ени и особенно после суда над Дрейфусом он осознал, что, полагая так, ошибался.

В конце декабря 1894 года Дрейфус был приговорен к пожизненному заключению на Чертовом острове во Ф ра н ц узско й Гвиане (Ю ж ная А м е р и ка). У чи ты вая убийственный климат острова и условия содержания каторжников, это был фактически смертный приговор.

Герцль, посылавший в свою газету подробные отчеты о процессе, дал также развернутое описание гражданской казни Дрейфуса после суда. В репортаже говорится:

{37} "Церемония лишения чести капитана Альфреда Дрейфуса собрала в это мрачное зимнее утро много л ю б о п ы тн ы х. М ож но бы ло видеть бо л ьш ое число военных, иных в сопровождении жен. Вокруг теснилась масса зевак, завсегдатаев публичных казней. На плац вывели 5000 солдат. На середину выехал генерал верхом на лош ади. Д рейф уса привезли на плац одетым в капитанский мундир. Четыре человека подвели его к генералу, который в присутствии публики зачитал осуж денному следующее: "Альфред Дрейфус, вы не достойны носить оружие.

Именем французского народа я лишаю вас этой чести. Прошу исполнить приговор". Тут Дрейфус поднял вверх правую руку и воскликнул: "Клянусь и заявляю, что вы л и ш а е т е ч е с т и н е в и н н о г о ч е л о в е к а. Да здравствует Франция!" Под дробь барабанов исполнитель военного суда начал сры вать с мундира Д рейф уса пуговицы, эполеты и т. д. Потом Дрейфуса провели перед полковым строем. Он шагал мимо войсковой колонны как человек, не знающий за собой никакой вины. Когда он поравнялся с группой офицеров, ему закр и чал и : "Иуда И скариот, п р едатель!" Д р е й ф ус отвечал: "Вы не смеете позорить меня!" Непрекращающиеся выкрики Дрейфуса о том, что он невиновен, и вопли толпы, безостановочно оравшей:

"Смерть предателю!", "Смерть евреям", - обнажили перед Герцлем трагизм положения евреев Франции спустя сто лет после того, как Великая французская революция принесла им гражданское равноправие.

Дрейфус происходил из богатой ассимилированной е в р е й с к о й с е м ь и, из п а т р и о т и з м а к Ф р а н ц и и переехавшей в 1871 году из Эльзаса во Францию;

он был далек от всего, что касалось евреев, и считал себя стопроцентным французом. И вот на него свалилось лож ное обвинение, напомнив ему о его еврействе.

Передают, что он часто повторял сторожившему его капралу: "Видите ли, я просто жертва личной мести, меня преследуют за то, что я еврей". Тем не менее, Дрейфус верил, что на суде правда восторжествует, однако его надежда не {38} оправдалась.

Вера Ге р ц л я в л и б е р а л ь н о с т ь и г у м а н н о с т ь просвещенного европейского общества рухнула при виде антисемитских бесчинств во Франции и ненависти к евреям, глубоко укоренившейся во французских массах.

Суд над Дрейфусом показал ему на деле, что отнюдь не слиянием с европейским общ еством путем полной ассимиляции разрешится трудный еврейский вопрос. Он понял, что дело Дрейфуса не из ряда вон выходящий случай, а сим вол истинного полож ения ассимилированного еврея в современном европейском общ естве: еврей, душ ой и телом преданны й французскому народу и его стране, получил в награду отчуждение и безграничную ненависть.

Так дело Дрейфуса уничтожило веру Герцля в то, что прогресс образованного общ ества естественно приведет к решению еврейского вопроса. Тогда у него и возникла идея эмиграции евреев из государств диаспоры в собственную страну. Для осуществления этой цели требовалось создать для рассеянного по всему свету еврейского народа нац иональное политическое руководство, которое поведет народ навстречу этой цели.

Как известно, Дрейфуса продержали на Чертовом острове целых пять лет и вернули во Францию для нового суда, благодаря неустанной борьбе за раскрытие истины, которую вели его сторонники (писатель Бернар Лазар, социалист Жан Жорес, писатель Эмиль Золя и д р у ги е ). В о е н н ы й суд уж е не м ог и г н о р и р о в а т ь бесспорные доказательства невиновности Дрейфуса и вину подлинных изменников, один из которых покончил с собой, а другой - главный преступник - бежал за границу.

Однако для суда был более важен престиж армии, нежели истина. Поэтому Дрейфус был не оправдан, а лишь помилован президентом республики в 1900 году.

Только спустя шесть лет состоялось новое судебное рассмотрение, и Верховный апелляционный суд оправдал Дрейф уса, который был даже повышен в звании и награжден орденом.

Прослужив год, он вышел в отставку, однако в Первую мировую войну, будучи в возрасте 55 лет, снова пошел служить. Дрейфус умер в Париже в 1935 г.

{39} 2. "Еврейское государство" Когда у Герцля зародилась идея нового "исхода из Египта", он решил обратиться к крупным еврейским филантропам, финансовым магнатам, способным, если захотят, ф и н а н с и р о в а т ь о су щ е ств л е н и е его идеи.

Сначала он обратился к барону Гиршу, основателю ЕКО ("Еврейское кол он и зац и он н ое общ ество", 1891 г.), который пожертвовал огромную сумму в 250 миллионов франков, чтобы переселить нуждающихся евреев из стран, где они подвергаются притеснениям, в Аргентину.

Изложив Гиршу подробности своего замысла и главные пути его осуществления, Герцль спросил барона, готов ли он участвовать пятьюдесятью миллионами м а р о к в н а ц и о н а л ь н о м з а й м е на с у м м у д е с я т ь миллиардов марок, который он, Герцль, собирается организовать для выполнения своей программы. Герцль верил, что предприятие реально - ведь "еврейские деньги" можно раздобыть в изобилии на заем Китаю, на ж елезны е дороги для негров в А ф рике, на всякие авантю рны е затеи, - так неужели их не найти для удовлетворения наиболее глубокой и мучительной внутренней потребности самих евреев?

Но денег не нашлось. Барон Гирш увидел в идеях и планах Герцля одну лишь "фантазию", весь образ его мыслей был для барона чуждым и см ехотворн ы м.

О бращ ение к барону Ротш ильду тож е закончилось неудачей. Известный филантроп опасался, что дерзкий политический план Герцля, вообще, по его мнению, невыполнимый, только повредит уже существующей деятельности по переселению в Эрец-Исраэль, которая и так протекает с большими трудностями и на каждом шагу наталкивается на сопротивление и помехи со стороны турецких властей. Политическая программа, утверждал Ротшильд, озлобит Турцию еще больше.

После того как попытки Герцля завоевать симпатии и п од д ер ж ку еврей ски х ф и н ан со вы х м агнатов провалились, он обратился к общественности. Однако и тут он не слишком преуспел, ввиду того, что еврейские {40} общественные деятели Запада боялись даже мысли о публичной постановке еврейского вопроса.

Тем не менее, ему удалось привлечь на свою сторону несколько видны х представителей о б щ е с т в е н н о с т и и и н т е л л и г е н ц и и. В П а р и ж е он встретился с известным писателем Максом Нордау, тоже уроженцем Венгрии и евреем, отдалившимся от своего н ар о д а;

Н о р д а у за го р е л с я идеей Ге р ц л я, тут ж е п р и с о е д и н и л с я к н е м у и с т е х п о р с т а л е го едином ы ш ленником и соратником по сионистскому движению. Нордау снабдил Герцля рекомендательными письмами в Лондон к ряду евреев, занимавших видное положение: артистам, литераторам, представителям свободных профессий. Среди них был и писатель Исраэль Зангвилль, который также увлекся идеей политического си он и зм а. 17 ноября 1895 года Герцль записал в дневнике: "Я верю, что Нордау пойдет за мной в огонь и в воду. Его я завоевал с легкостью, и это, может быть, самое важное из приобретений".

П оскольку еврейские ф илантропы, владею щ ие капиталами, отнеслись к плану Герцля отрицательно, он решил обратиться непосредственно к еврейскому народу.

С этой целью он в сжатой форме изложил свои идеи и план р е ш е н и я е в р е й с к о го в о п р о са в р а б о те под названием "Еврейское государство" и выпустил ее в свет отдельной брошюрой. Работа была написана по-немецки.

Он закончил ее 17 июня 1895 года и издал 14 февраля 1896 года. Через несколько месяцев она вышла на иврите (в переводе М. Берковича), английском, русском, идиш и многих других языках. Появление "Еврейского государства" вы звало м н о го ч и сл е н н ы е отклики со стороны евреев и неевреев;

нашлись и сторонники идей Герцля и п р о т и в н и к и, и в о к р у г это го со ч и н е н и я разгорелся жаркий спор.

Надо отметить, что Герцль до тех пор ничего не слыхал о Пинскере и его "Автоэмансипации" и лишь за н е с к о л ь к о д н е й до в ы х о д а в с в е т " Е в р е й с к о г о государства" ем у принесли для прочтени я работу Пинскера. В своем дневнике 10 февраля 1896 года он записал: "Сегодня прочел брошюру "Автоэмансипация"...

{41} Поразительное совпадение в критической части, большое сходство в части конструктивной. Жаль, что не знал этого сочинения до того, как отдал в печать мою работу. С другой стороны, хорошо, что не знал, - быть может, не сел бы писать".

Герцль считал в о зм о ж н ы м о су щ е ст в и т ь идеи си о н и зм а м и р н ы м и п утя м и при п о д д е р ж к е цивилизованного мира. Поэтому он верил, что "едва мы начнем воплощ ать свою программ у, антисемитизм повсюду угаснет, ибо она - наш мирный договор со всеми народами". В конце 19 века он не мог предвидеть мира наших дней, раздираемого конфликтами - последствиями двух м ировы х войн и разны х форм то тал и тарн о го п р а в л е н и я. О д н а к о ц е н н о с т ь р аботы "Е в р е й с к о е государство" состоит не в гипотезах и их подробностях, выдвинутых Герцлем под влиянием современных ему мнений и взглядов, а в главной ее направленности и воздействии на лю дей его поколения, а такж е на развитие идеи сионизма и сионистского движения.

Герцль, как и его предш ественник Пинскер, не о б у с л о в л и в а л св о й п л а н в ы б о р о м н е п р е м е н н о Палестины. Он допускал, что можно принять в расчет и А р ге н ти н у, и в "Еврейском государстве" не делал решающего вывода. Однако и он, как в свое время Пинскер, быстро убедился, что еврейский народ уже остановил свой выбор на Эрец-Исраэль, а народ для Герцля был высшей инстанцией. Вместе с тем он не представлял себе даж е небольш ого поселения без п о л и т и к о - ю р и д и ч е с к о й б а з ы. П о э т о м у вся его деятельность была направлена на получение такой базы от ту р е ц к и х властей д и п л о м а ти ч е ск и м путем при поддержке разных политических сил.

Н адеж дой и чаянием Герцля отню дь не было з а у р я д н о е г о с у д а р с т в о, но и д е а л ь н а я с т р а н а, в о з д в и г н у т а я на о б щ е ч е л о в е ч е с к и х о с н о в а х, гуманистических и социальных. Он мечтал о новом о б л и к е е в р е я, го р д о м и б л а г о р о д н о м. Он та к и заканчивает свое "Еврейское государство":

"... верю, что из земли вырастет поколение славных {42} евреев. Опять появятся Маккавеи.

Еще раз повторим сказанное вначале: те евреи, которые захотят, будут иметь свое государство.

Пора уже нам, наконец, зажить свободными людьми на с о б с т в е н н о й з е м л е и у м и р а т ь с п о к о й н о на собственной родине.

Мир будет освобожден нашей свободой, обогащен нашим богатством, возвеличен нашим величием.

И то, что будет сделано нами в интересах нашего народа, станет великим благом для всего человечества" (Из брошюры "Автоэмансипация" д-ра Пинскера и "Еврейское государство" д-ра Герцля", Jewish Адепсу, Иерусалим, 1946.- прим. ред.) Герцль особенно подчеркивал роль субъективного начала, роль воли и желания в процессе построения е в р е й ск о го го суд ар ств а. Он вы разил это в своем а ф о р и сти ч е ско м эп и гр аф е к р о м а н у-уто п и и "Альтнойланд" (1902) : "Если вы захотите, это не будет сказкой".

3. Отклики евреев России на появление Герцля на политической арене Появление Герцля на общественно-политической а р е н е и о п у б л и к о в а н и е его р а б о т ы " Е в р е й с к о е государство" вызвали среди русского еврейства большое волнение. Весть, что известный венский журналист д-р Теодор Герцль выступил с предложением о создании еврейского государства в Палестине, распространилась с быстротой молнии. Правда, как мы уже упоминали, Герцль в своем сочинении еще не называл прямо Эрец-Исраэль, но этот выбор он сделал вскоре после {43} выхода работы в свет, убедившись, что сионистские (Терминами "сионист" и "сионизм" по отношению к Ховевей Цион впервые начал пользоваться д-р Натан Бирнбаум в начале 90-х годов прошлого века в газете "Зельбстэмансипацион" ("Автоэмансипация", 1885-1893), которую он издавал в Вене. Этот термин был принят затем Герцлем и всем движением. Н.Бирнбаум был одним из основателей национального еврейского студенческого союза "Кадима" ("Вперед", 1883) в Вене. О влиянии, оказанном на него Пинскером и его "Автоэмансипацией", св и д е те л ь ств у е т само н азван и е и зд ав авш е й ся Бирнбаумом газеты. Он участвовал в Первом сионистском конгрессе, поддерживал Герцля, однако в 1899 году вышел из сионистского движения, примкнув к галутному национализму, а затем стал ортодоксально-религиозным.

Скончался в Голландии в 1937 году.) круги с энтузиазмом приняли его план и еврейский народ мечтает только об Эрец-Исраэль. Свои письма Герцль заключал фразой "с сионистским приветом". Еще более сильное впечатление на российских Ховевей Цион произвело известие, что к Герцлю присоединился и поддерживает его программу знаменитый писатель Макс Нордау. Имя Нордау и прежде было хорош о известно еврейской интеллигенции в России, но не все знали, что он еврей. Так, например, Усышкин, впервые встретившись с Герцлем в мае года в Вене, был поражен, когда услыхал из его уст, что знаменитый писатель Макс Нордау еврей и сионист.

Э н е р ги ч н о е н е со гл а си е с п р о гр а м м о й Герцля выразили круги интеллигенции, группировавш иеся вокруг периодического журнала "Восход", выходившего на русском языке. Брат адвоката Оскара Грузенберга, одного из защитников Менделя Бейлиса на процессе в Киеве (1911-1913), Самуил Грузенберг, подписывавший в еженедельнике "Восход" свои "Заграничные хроники" псевдонимом "Летописец", обрушился на Герцля и его "Еврейское государство" с яростью и сарказмом. Идею создания еврейского государства С. Грузенберг наградил эпитетом "безумная", а националистически настроенных евреев, сто р о н н и ко в {44} Герцля, сравнил с каббалистами, в свое время слепо следовавшими за лже-мессиями, и с хасидами, завороженными своими "а д м о р а м и " (гл а в а м и х а с и д с к о й се к ты );

ве н ски й ф е л ь е т о н и с т Ге р ц л ь, автор книги "Е в р е й ск о е го суд а р ств о ", - н о в о я в л е н н ы й "адм о р " е в р е й ск и х националистов.

Идея Герцля о создании еврейского государства воспламенила главным образом сионистов, но имела притягательную силу и для людей, в ту пору далеких от национального движения.

"Еврейское государство" оказало особое влияние на студенческую еврейскую молодежь;

из самых разных мест в разных странах к Герцлю начали стекаться письма с в ы р а ж е н и е м со гл а си я и п р и з н а н и я. С е к р е т а р ь парижского объединения студентов-евреев из России писал Герцлю, что еврейские студенты в Париже в не меньшем восторге от его книги, чем националистически настроенные еврейские студенты Вены, обещ авш ие Герцлю свою поддержку.

Письма такого рода Герцль получал из России, Румынии, Венгрии и Болгарии.

В Софии деятельно сотрудничал в сионистских кругах профессор юриспруденции местного университета Григорий Белковский, еврей из России, который из-за отказа креститься не получил в России кафедры и уехал в Болгарию. Белковский сделал доклад в софийском обществе "Сион" о "Еврейском государстве" Герцля, после чего Герцлю было отправлено восторженное письмо. Эти знаки поддержки и ободрения сионистских кругов, поступавшие из разных мест, побудили Герцля предпринять первые практические дипломатические ш аги, и он о тп р а в и л с я в К о н с т а н т и н о п о л ь, дабы попытаться завязать связи с турецким правительством и султаном.

Однако не все сионисты России спешили оказать Г е р ц л ю н е м е д л е н н у ю п о д д е р ж к у. Не т о л ь к о антисионистски настроенная группировка "Восхода", но и немалое число ветеранов Ховевей Цион противилось его п о ли ти ч еско й п рограм м е. Они о п асал и сь, что эта программа лиш ь повредит практической работе по заселению Палестины, поскольку она может усилить {45} подозрительность турецкого правительства в отношении питаемы х евреями намерений и привести к новым ограничениям алии и притеснениям ишува.

Иначе смотрел на дело Менахем Усышкин. Еще до появлен и я работы Герцля он приш ел к вы в о д у о необходимости направить сионистское движ ение в политическое русло. Он считал, что надо искать пути для вступления в переговоры с политическими деятелями мира о г л а с н о й, з а к о н н о й б азе п р е д п р и я т и я по переселению евреев в Палестину. Он также считал необходимы м превращ ение сионизма в ш ирокое народное движение, которое объединило бы евреев Восточной Европы с западноевропейскими евреями, и создание общего центра по руководству национальной работой.

Усышкин придерживался довольно широкой системы взглядов: он принимал путь Лилиенблюма, делавшего упор на практической работе по заселению Палестины, и в м е ст е с тем ц ен и л м и р о в о з з р е н и е А х а д - Г а а м а, сторонника духовного сионизма, ставившего превыше всего дело еврейской культуры. Однако он видел и н е д о с т а т к и о б е и х с и с т е м, з а к л ю ч а в ш и е с я в их односторонности: практическая работа стала гаснуть и сократилась до незначительных размеров, в то время как духовный сионизм расходовал свою энергию, в основном, на бесплодную критику.

Экземпляры "Еврейского государства" были посланы У сы ш к и н у в Россию с просьбой со д е й ство в ать распространению книги. Усышкина книга не слишком воодушевила, поскольку он считал, что после сочинении Пинскера и Лилиенблюма, с которыми русские евреи хорошо знакомы, в ней нет ничего нового.

В мае 1896 года Усышкин приехал в Вену и впервые встретился с Герцлем. В беседе с ним Усышкин сказал, что с основной идеей согласен: еврейское государство н е о б х о д и м о ;

ч т о ж е к а с а е т с я п р о г р а м м ы ее осущ ествления, то об этом еще нужно как следует подумать и посоветоваться. Герцль выразил уверенность, что добьется одобрения Турцией его планов и получит поддерж ку европейских правительств. Он спросил, найдутся ли {46} подходящие для поселения люди и захотят ли они эмигрировать. Усышкин ответил, что в Палестину мечтают переселиться сотни тысяч. Герцль слыхал о раввине Могилевере и просил передать ему привет. Встреча ободрила У сы ш ки н а. В своих воспоминаниях он писал о Герцле, что тот сразу его очаровал. А Натану Бирнбауму он сказал, как только п о к и н у л к в а р т и р у Г е р ц л я : "Б е з с о м н е н и я, его обаятельная личность увлечет всех евреев России, а в о з м о ж н о, и е в р е е в З а п а д а ". М е ж д у Г е р ц л е м и Усышкиным завязались узы дружбы, и когда позднее Герцль обратился к Усышкину с просьбой участвовать в подготовительной работе по организации Первого сионистского конгресса, тот ответил телеграм мой:

"Располагайте мною целиком и полностью".

О Герцле, его планах и действиях русским евреям было известно лишь немногое. Более полные сведения на этот счет привез с собой п р о ф е ссо р Григорий Белковский, посетивший летом 1896 года свою родную Одессу. Как раз в это время там проходило общее собрание Одесского общества, куда, кроме одесситов, съехались также представители Ховевей Цион из многих русских городов. Белковский участвовал в собрании и на нескольких закрытых заседаниях передал собравшимся содержание работы "Еврейское государство", которая до того им почти не была известна, и разъяснил программу Ге р ц л я. Его в ы с л у ш а л и с б о л ь ш и м и н т е р е с о м и симпатией. Делегаты постановили довести до сведения Герцля их согласие с основной идеей о его работы и их готовность поддержать ее. Из опасения нарушить устав Одесского комитета, делегаты не стали публиковать свою резолюцию, но просили Белковского сообщить о ней Герцлю.

"Еврейское государство" вышло в России осенью 1896 года в переводе на иврит и русский. Русская пресса та кж е п о м е сти л а и н ф о р м а ц и ю об этой книге, ее содержании и авторе. Поэт и сионистский деятель Лев Яффе, описывая в своих воспоминаниях настроения молодых Ховевей Цион в 1896 году в Гродно, между прочим, рассказывает, как они были поражены, {47} еще ничего не слыхав о Герцле, статьей под названием "Новая утопия", опубликованной в газете "Биржевые Ведомости". Газета сообщала о странной брошюре, вышедшей в Вене и принадлежащей перу журналиста, автора нескольких пьес. В этой брошюре он призывает к возрождению еврейского народа и созданию еврейского государства.

Газета писала об этом как о некоем экзотическом казусе из породы журналистских "уток". Заканчивая свой рассказ, Л. Яффе замечает: "Мы не могли взять в толк, что именно происходит, но сердца наши взволнованно з а б и л и с ь д а ж е от тех т у м а н н ы х н а м е к о в, коим и ограничилась газета". А когда вскоре к ним в руки попала сама брошюра "Еврейское государство", энтузиазм был полный. Такие умонастроения были характерны для всего молодого поколения Ховевей Цион, в то время как среди в е т е р а н о в д в и ж е н и я б ы л о н е м а л о е чи сл о колеблющихся и даже противников Герцля.

4. Приготовления к Первому конгрессу Мысль о созыве всемирного конгресса сионистов из разных стран возникла в кругах националистической еврейской интеллигенции за несколько лет до появления Герцля. Эта идея обсуждалась молодыми Ховевей Цион в Г ал и ц и и, Ге р м а н и и, России и д р у ги х стр ан ах.

Незначительность практической работы, проводимой Ховевей Цион, не выдерживавшая никакого сравнения с нуждами заселения Эрец-Исраэль и великой мечтой об обновлении Страны, порождала недовольство среди молодежи, которая жаждала подлинно больших дел, размаха.

В то время в Берлине появилась группа молодых евреев из России, приехавших учиться в университет, так как в русские университеты евреям из-за процентной нормы не было доступа. Со временем из этой группы вы ш ли и зв е стн ы е д е я те л и и вож ди с и о н и с т ск о го движения, такие, как Лео Моцкин, Шмарьяху Левин, Хаим Вейцман, {48} Виктор (Авигдор) Якобсон, Иосеф Лурье, Н а х м а н С ы р к и н и д р у г и е. Э ти м о л о д ы е л ю д и организовали в Берлине "Еврейско-русское научное общество", в которое вошли евреи - выходцы из России.

На св о и х с о б р а н и я х члены О б щ е с т в а о б су ж д а л и национальные и общественные вопросы и разрабатывали обоснование сионистской идеологии с разных точек зрения. Они также вступили в контакт с молодыми сионистами Галиции, Вены и других мест. На собраниях и в беседах часто обсуждалась идея созыва сионистского конгресса. Об этом, в своей острой, саркастической манере, рассказывает в воспоминаниях Нахман Сыркин:

"Если вести учет бесчисленным вечеринкам, на которых я силился приблизить час Исхода, то вечеринки с дискуссиями насчет конгресса для самоорганизации палестинофильского еврейства безусловно заняли бы целую отдельную главу. В разговоре на эту тему в моей маленькой студенческой комнатке участвовали сливки общества студентов и интеллигентов того времени. Итог такого собрания походил на итог множества других со б р ани й, в котор ы х мне д о в е л о сь за мою ж и зн ь участвовать, а именно - соц иальны й пессимизм растворялся в изрядной порции стаканов чая. Публика, как водится среди еврейских интеллигентов, была и за и против, пока не встал д-р Натан Бирнбаум и не озадачил всех важнейшим национально-экономическим ребусом:

"Други, откуда взять деньги на почтовые расходы?" после чего план конгресса разом испустил дух. Герцлю повезло с конгрессом прежде всего потому, что у него хватило денег на почтовые марки и даже более, чем на это (Как известно, на дело сионизма и созыв конгресса Герцль расходовал личные средства.).

Если бы Герцль нуждался в благодеяниях еврейской публики и ее ф и н ан совой пом ощ и, кусать бы ему неминуемо губы в горьком разочаровании, а идея конгресса, в лучшем случае, испарилась бы в статьях на страницах еврейской публицистики".

{49} Итак, идея конгресса возникла в сионистских кругах еще до появления Герцля, но осуществил ее он, и он же создал Всемирную сионистскую организацию.

Помимо сионистов, отправившихся на конгресс из России, в Базель прибыло множ ество выходцев из России, временно проживавших за границей. Это были студенты, учивш иеся в университетах европейских городов, а также люди, жившие постоянно в европейских странах.

5. Первый конгресс В конгрессе участвовало около двухсот делегатов, в том числе около семидесяти представителей русского еврейства, из которых сорок четыре человека прибыли непосредственно из России.

К о н г р е с с о т к р ы л с я 29 а в г у с т а 1897 года и закончился 31 августа. О царившей во время открытия атмосфере рассказывает Нахман Сыркин: "На конгресс, со свящ енны м чувством исторического изумления, собралось около двухсот человек, которых никто сюда не п о с ы л а л, та к как е щ е не с у щ е с т в о в а л о н и к а к и х сионистских организаций. Двести этих "посланцев", н ап о л о ви н у студ е н ты, со ставили в малом зале б а з е л ь с к о го кази н о П ервы й к о н гр е сс и о сн о ва л и сионистскую организацию".

Центральными событиями конгресса были две речи:

вступительная речь Герцля и доклад Нордау: "Общее положение евреев в мире". В двух этих выступлениях содержались первоосновы того, что получило название "п о л и т и ч е с к о г о с и о н и з м а ", о п р е д е л и в ш е г о суть всемирного сионистского движения на много лет вперед.

В начале своей речи Герцль сказал:

"Где бы мы ни находились, мы живем в окружении той извечной ненависти, новое и всем хорошо известное имя которой - антисемитизм. Нееврейский мир никогда правильно не понимал нашей сущности. Нас всегда осуждали за чувство единства, которое, якобы, {50} связывает все части мирового еврейства. На деле этому единению грозил полный упадок, пока антисемитизм не двинулся на нас в поход. И вот именно он воссоединил нас и укрепил. Можно сказать, что наше возвращение к самим себе произошло под его воздействием.

И действительно, сионизм - это возврат к еврейству еще до возвращения в страну евреев".

Так же "просто" ответил Герцль и на вопрос, откуда придет спасение народу Израиля:

Спасение нации - только в ее собственных руках, и если она на это не способна, ей невозможно помочь.

Мы не сумеем построить наше будущее на терпимом отношении к нам. Мы достаточно навидались чужой терпимости и жизни евреев под опекой (Понятие "подопечные евреи" обозначало особый статус в эпоху средневековья, когда евреи были отданы на милость феодального правителя, принимавшего их за изрядную мзду под свое, якобы, покровительство и под защиту от нападений черни. Феодал же, в зависимости от прихоти, либо защищал их, либо выдавал толпе на расправу, либо вообще прогонял со своих земель.).

Сионистское движение лишь в том случае будет действовать верно и умно, если начнет стремиться к гарантиям, базирующимся на публичном и признанном праве. Не исключено, что решение проблемы Ближнего Востока явится следствием решения еврейского вопроса;

но в таком случае это, безусловно, в интересах всех культурных народов.

З а с е л е н и е е в р е я м и П а л е сти н ы п р и в е д е т и к улучшению положения на Востоке христиан. Но это не единственная причина, благодаря которой сионизм может рассчитывать на симпатию народов.

Еврейский вопрос д о са ж д а е т н е м ало м у числу правительств в странах, где имеется значительное еврейское население. Правительство, которое займет доброжелательную позицию по отношению к евреям, восстановит против себя темные массы;

если же оно решится на притеснение евреев, это может повести к серьезным экономическим последствиям, учитывая их роль в мировой {51} торговле.

Сионизм, который представляет собой не что иное, как еврейскую самопомощь, открывает, таким образом, выход из этих специфических затруднений. Пусть знает и в е д а е т в е с ь м и р, что и с т и н н ы й с и о н и з м - это нравственное, законное движ ение, исполненное ч е л о в е к о л ю б и я и с т р е м я щ е е с я к и зв е ч н о й цели, составляющей непреходящие чаяния нашего народа" (Это оп р едел ен и е сущ ности сионизм а, данное основателем Всемирной сионистской организации и провозвестником еврейского государства, является и сегодня нашим основны м и главным ответом всем обвинителям и клеветникам, пы таю щ им ся фальсифицировать облик еврейского освободительного д в и ж е н и я и п р е д ста в и ть в кривом зе р ка л е образ Государства Израиль.).

Макс Нордау в своем докладе нарисовал общую картину положения евреев в мире в конце 19 века.

Докладчик пришел к выводу, что повсюду, где имеется достаточное число евреев, присутствует и еврейское горе: не те о б ы ч н ы е б е д ы, к о т о р ы е я в л я ю т с я, п о -в и д и м о м у, н е и з б е ж н ы м у д е л о м всего рода человеческого, а горе особое, постигающее евреев не в силу того, что они люди, а потому, что они евреи, и от которого они были бы избавлены, не будь они евреями.

"Еврейское горе" может быть видимым, физически осязаемым, но может быть и нравственным, глубоко скрытым. В Восточной Европе, Северной Аф рике и западной части Азии, где прож ивает почти девять десятых всего мирового еврейства, горе это осязаемое:

евреям там приходится вести отчаянную борьбу за само свое физическое существование в прямом смысле этого слова.

В Западной Европе борьба евреев за существование не ст о л ь т р у д н а, хотя в п о с л е д н е е вр е м я и тут намечается тенденция к усилению притеснений. Тем не менее, перед евреями Запада не стоит в такой степени вопрос хлеба, крова и физической безопасности. Здесь их горе перенесено в область нравственную и происходит из-за подавления их духовных стремлений, которые неевреям никогда не запрещалось иметь. У {52} евреев Запада есть хлеб, но не хлебом единым жив человек.

Западный еврей редко ощ ущ ает угрозу своему физическому существованию со стороны черни. Но ведь болит и кровоточит не только раненая плоть. Западный е вр е й, в и д е в ш и й в э м а н с и п а ц и и д е й с т в и т е л ь н о е освобождение, поспешил с окончательными выводами.

Народы дают ему понять, что он заблуждается, ибо он, якобы, лишен настоящего представления о чести и достоинстве, морали, патриотизме, идеализме и в силу этого должен быть исключен из всех сфер деятельности, где эти качества являются обязательными.

Правда, наши обвинители никогда не давали себе труда обосновать фактами свои страшные обвинения. В л учш ем случае, они время от врем ени с кликами торж ества указы ваю т на какого-нибудь отдельного е в р е я, п о з о р я щ е г о свой н а р о д и ч е л о в е ч е с т в о.

Немедленно делается обобщение;

и хотя такой метод противоречит элементарной логике, в психологическом плане он вполне объясним.

Народная поговорка гласит: "Кому хочется утопить собаку, пусть скажет, что она бешеная". На евреев взваливают вину за всевозможные преступления и грехи, дабы оправдать свою ненависть к ним. Эмансипация, дарованная евреям европейскими народами, отнюдь не с л е д с т в и е с и м п а т и и к н им, а р е з у л ь т а т п о б е д ы рационалистических принципов французской революции.

Положение евреев в гетто не было надежным из-за внешних опасностей, однако их жизнь внутри общины обеспечивала им сохранение привычного нормального о б щ е с т в е н н о г о ук л а д а. Э м а н с и п а ц и я р а д и к а л ь н о переменила характер еврея.

Словно в каком-то угаре он торопится поскорее сжечь за собой все мосты. Он быстро приспособился к новым условиям жизни и уверовал, что сам он не кто иной, как немец, француз, итальянец и т. д. Но вот Западную Европу снова охватила извечная юдофобия в личине современного антисемитизма, и еврей, дитя века эмансипации, стоит, растерянный, перед этим явлением и вдруг, осознав свое истинное положение, прозревает.

{53} "Вот положение эмансипированного еврея в Зап а д н о й Европе на се го д н я ш н и й день: от своей еврейской сущ н ости он о тказался, а другой - как объясняют ему неевреи - он не приобрел. От своих соплеменников он отдалился из-за отвращения к ним, посеянного в нем ан ти се м и ти зм о м, а его попытки приобщиться к согражданам-неевреям отвергнуты ими.

Родина-гетто утеряна, а страна его рож дения отказывается быть ему родиной. Нет почвы под ногами, нет возможности войти в общество, которое бы его желало и считало равноправным. От сограждан-христиан ему не дождаться справедливой оценки своей личности и с в о и х п о с т у п к о в, не г о в о р я о с и м п а т и и, а с согражданами-евреями связь потеряна. Он ж ивет в ощущении отверженности от мира, и нет места, которое одарило бы его душевным теплом, по которому он так истосковался. Это и есть нравственное еврейское горе, и оно горше горя физического.

Эмансипированный еврей лишен корней, неуверен в общении с другими людьми, опаслив при встречах с незнакомыми, мнителен, недоверчив к проявлению и с т и н н ы х ч ув ств св о и х д р у зе й. Л у ч ш и е силы он расходует на подавление и вы корчевы вание своей сущности, или, по крайней мере, на тщательную ее маскировку, боясь, как бы эта сущность не проявилась еврейской. Никогда он не испытывает желания быть естественным, быть самим собой в мысли и чувстве, о т т е н к е го л о с а, в з гл я д е и ж е с т е. В н у т р е н н е он становится калекой, внешне - ненатуральным, поэтому он всегда см еш он и, как всякая п о дд елка, в ы зы в ае т отвращ ени е у лю дей, о б л а д а ю щ и х развиты м эстетическим вкусом".

Вместе с тем, замечает Нордау, лучш ие среди евреев Западной Европы задыхаются в этой атмосфере и и щ у т с п а с е н и я. В е д ь д а в н о у т р а ч е н а и м и та страстотерпческая вера, которая считает, что страдания от Бога, терзающего и любящего;

уже потеряли они надежду на приход Мессии и их невиданное возвышение.

Иные пытаются спастись бегством от иудейства. Однако раси стски й а н ти се м и ти зм, о тр и ц а ю щ и й {54} перевоплотительную силу крещения, делает и этот путь достаточно безнадежным.

Все эти мысли Нордау, явивш иеся основны м и положениями его доклада, были вполне справедливы и по о т н о ш е н и ю к о п р е д е л е н н о м у с л о ю р у с с к и х ассимилированных евреев;

в них многое актуально и по сей день, они не утратили своей остроты, хотя были высказаны в конце прошлого столетия.

Вернувшись с конгресса в Вену, Герцль 3 сентября 1897 года сделал в своем дневнике запись по поводу доклада Нордау: "Он выступил великолепно. Речь его памятник нашей эпохи и таковой останется навсегда".

Того же числа - то есть через три дня после окончания конгресса - Герцль записал в дневник: "Если коротко п о д ы то ж и ть Б азельский ко н гр есс - что я поостерегусь сделать публично, - то вот он, вывод: в Базеле я основал еврейское государство. Если бы я громко заявил об этом сегодня, ответом мне был бы общий смех. Но через пять и уж во всяком случае через пятьдесят лет это признают все" (И действительно, по истечении пятидесяти лет - 29 ноября 1947 года Организация Объединенных наций приняла резолюцию о создании еврейского государства в Палестине.).

В среде сионистов России мнения разделились:

б о л ь ш и н с т в о в е т е р а н о в из Х о в е в е й Ц и о н, не довольствуясь политической активностью, требовали продолжения практической работы в Эрец-Исраэль, невзирая на пока еще незначительные результаты. Они отнеслись с опаской к политическому сионизму Герцля, который решительно противился "просачиванию" евреев в Палестину до получения политических гарантий для алии и поселения, ибо верил, что такой политический ф ундамент - дело ближ айш его будущего. Молодые выходцы из России, возглавляемые Лео Моцкиным, поддерживали политический путь, который предлагал Герцль. Активность российских сионистов на конгрессе носила преимущественно внутренний характер: они {55} не хотели слиш ком вы деляться, чтобы не вызвать подозрений русского правительства.

Поэтому не было и специального обзора положения русских евреев, в то время как делегаты из других государств выступили с докладами о положении евреев в их странах. Ситуацию в России упомянул Нордау в своем докладе об общем положении евреев. В прениях по организационны м вопросам участвовали Владимир Темкин, д-р Ш ляпошников и Марк Коган (Мордехай Бен-Хиллель Ха-коэн).

Он единственный выступил на конгрессе на иврите и заявил: "На этот раз, мои уважаемые братья, я решил обратиться к вам не на языке страны, где я родился, а на языке страны, где родился мой народ... Мы говорим на языках вавилонского столпотворения, на языках всех стран мира, не употребляя лишь собственного. Мы забыли свой язык. И потому пусть он прозвучит в этом зале и да будет сегодня известно всем: есть язык народа Израиля и возродится он в Эрец-Исраэль" (протокол I конгресса на иврите, стр. 132-133).

Единственным среди российских делегатов, кто вы ступил с призы вом к д е й с тв и ю, был д-р Я аков Б е р н ш те й н -К о га н. П ред оставл яя ему слово, п р е д с е д а т е л ь с т в у ю щ и й с о о б щ и л, что д -р Б ернш тейн-К оган вы ступит от имени сионистского общ ества в Кишиневе. Д окладчик подчеркнул, что еврейскому народу надлежит стремиться к политической независимости и политическому возрождению, и что первый и главный долг сионистов - нести политическое воспитание в еврейские массы, сеять и пестовать в них твердую веру в политическое будущее еврейского народа и его древней родины, которую ему предстоит заново обрести. Вопрос в том, как добиться Эрец-Исраэль.

Некоторые сионисты верят только в медленное, постепенное заселение: они противопоставляют его политической деятельности, ставящей целью получение гарантий для алии и заселения Палестины. Другие, напротив, полагают, что заселение надо прекратить, сосредоточив все усилия на возведении политического базиса. Бернштейн-Коган не видит противоречия между этим и двум я п утям и. Не надо {56} п р е н е б р е га ть постепенной практической работой, которую следует продолж ить, поскольку вопрос политической независимости Эрец-Исраэль не кажется разрешимым в о б о з р и м о м б у д у щ е м. Н адо п о э т о м у д е й с т в о в а т ь одновременно в обоих направлениях, практическом и политическом. Таким образом, уже на Первом конгрессе Бернштейн-Коган фактически изложил свой взгляд на необходимость синтетического сионизма, который был принят через десять лет на Восьмом конгрессе в Гааге (1907) в качестве программы действий Всемирной сионистской организации.

Как упоминалось, деятельность русских сионистов на конгрессе вы раж алась не столько в публичны х выступлениях, сколько во внутренней работе. Усышкина избрали секретарем конгресса по ведению документации на иврите, Темкина секретарем по отчетности на русском языке. Раввин Могилевер, отсутствовавший по болезни, прислал приветствие, зачитанное с трибуны конгресса.

О дн и м из н а и б о л е е а к т и в н ы х и т е м п е р а м е н т н ы х участников конгресса был Нахман Сыркин (идеолог социалистического сионизма, опубликовавший в году сочи н ен и е под названием "С оц и али сти ческое е в р е й с к о е г о с у д а р с т в о " ). Он п р е д л о ж и л п р о е к т резолюции об осуществлении плана профессора Германа Шапиро основать Еврейский национальный фонд по п риобретен и ю зем ель в П алестине в вечную с о б с т в е н н о с т ь н ар о д а. Под п р о е кто м р е зо л ю ц и и подписалось двадцать человек, в большинстве своем студенты, выходцы из России.

Профессор Шапиро, один из ветеранов Ховевей Ц ион, читал курс м ате м ати к и в Г е й д е л ь б е р гс к о м университете.

Он происходил из России (до приезда в Германию был раввином и главой иешивы в литовском местечке), был глубоко привязан к русскому еврейству и любовно относился к еврейским студентам, приезжавшим учиться из России в Гейдельберг. В дом к нему были вхожи Иосиф Клаузнер, Лев Яффе и др. Еще на Катовицком съ езде Х о вевей Цион п р о ф е ссо р о м Ш ап и ро была выдвинута идея основать Еврейский {57} национальный фонд (Керен Каемет ле-Исраэль). Не сумев по болезни приехать на съезд, Шапиро изложил свое предложение в телеграмме. Теперь он выдвинул его заново на Первом конгрессе. Незадолго до начала конгресса Ш апиро направил свой проект Герцлю, который опубликовал его в "Ди Вельт".

В проекте между прочим говорилось: "Представим себе: если б отцы наши перед уходом в изгнание отложили хотя бы самую скромную сумму на будущее, мы могли бы сегодня приобрести обширные земельные участки. Итак, то, что не было сделано нашими предками из-за о т с у т с т в и я возможности или предусмотрительности, обязаны сделать мы, ради нас самих и потомков наших". В подробно разработанном проекте проф ессор Ш апиро определил основы, на которых позднее был создан Еврейский национальный фонд. Конгресс вынес принципиальное решение основать этот фонд и Еврейский национальный банк, однако на деле Керен Каемет ле-Исраэль был создан только на Пятом конгрессе в Базеле (1901), спустя три года после смерти профессора Шапиро.

На том ж е з а се д а н и и о б с у ж д а л и с ь во п р о сы, связанные с развитием культуры еврейства. Профессор Шапиро предложил основать в Эрец-Исраэль высшее учебное заведение, названное им "Бет-мидраш Торы, м у д р о с т и и т р у д а ", с т р е м я о т д е л е н и я м и : а) теологическое, б) т е о р е т и ч е с к и х н а у к, в) т е х н и ч е с к и х и агрономических знаний.

Свое предложение, сделанное им на немецком языке, он закончил на иврите стихом пророка Исайи:

"Ибо из Сиона вы й дет закон, и слово Бож ие - из Иерусалима". Эту его речь конгресс, правда, встретил бурными овациями, но самого вопроса не затронул и даже не избрал комиссии, как предлагал профессор Шапиро. Лишь по прошествии шестнадцати лет, на Одиннадцатом конгрессе (Вена, 1913), по рекомендации д-ра Хаи м а В е й ц м ан а бы ло р е ш е н о п р и сту п и ть к осуществлению этого замысла Шапиро. В 1918 году Хаим Вейцман залож и л первы й кр аеугол ьн ы й камень в ф ундамент здания Еврейского университета в {58} И е р у с а л и м е на го р е С к о п у с, и в 19 25 г о д у на официальной торжественной церемонии лорд Бальфур открыл Университет.

На Первом конгрессе была основана Всемирная сионистская организация. В организационной сфере кон гресса о со б е н н о а кти вн о пом огал Герцлю его преданный друг Давид Вольфсон, выходец из России (Литва), в 1888 году переехавший на жительство в Кельн. По его предложению конгресс утвердил два символа: бело-голубой флаг со щитом Давида (Маген Давид) в качестве национального флага еврейского народа и название "шекель" (Название монет библейской эпохи.) для удостоверения, которое должно выдаваться к а ж д о м у е в р е ю, у ч а с т в о в а в ш е м у во В с е м и р н о й сионистской организации членскими взносами в течение двух лет. На конгрессе была принята и провозглашена зн а м е н и та я "Б а зе л ь ска я п р о гр а м м а ". Гл авн ы й ее параграф стал квинтэссенцией всего сионистского учения: "Сионизм стремится к созданию в Палестине о б е с п е ч е н н о г о п у б л и ч н ы м п р а в о м у б е ж и щ а для еврейского народа".

Д ля д о с т и ж е н и я этой цели к о н г р е с с сч и та л н е о б х о д и м ы м о с у щ е с т в л е н и е с л е д у ю щ и х мер: а) заселение П алестины евр е ям и -зе м л е д е л ьц ам и, ремесленниками и промышленниками;

б) укрепление е в р е й с к о го н а ц и о н а л ь н о го ч ув ства и е в р е й с к о го национального сознания;

г) проведение работы, направленной на получение необходимой для достижения целей сионизма поддержки правительств разных стран.

На заключительном заседании конгресса слово взял профессор Мандельштам из Киева, заявивший: "Уверен, ч то в ы п о л н ю ж е л а н и е м о и х м н о г о ч и с л е н н ы х соотечественников и всех участников конгресса, выразив нашу глубокую благодарность господам, которые вели пр едварительны е и текущ ие обсуж дения с полной отдачей и напряжением всех физических и нравственных сил". Он особенно подчеркнул большой вклад Герцля {59} и Нордау в успех конгресса и закончил выступление с л о в а м и : "Д а з д р а в с т в у е т п р е з и д е н т П е р в о г о с и о н и с т с к о г о к о н г р е с с а д о к т о р Т е о д о р Г е р ц л ь !" П р и с у т с т в у ю щ и е о т в е т и л и на это гр о м о в ы м "Да з д р а в с т в у е т !" П од б у р н ы е о в а ц и и всего зала председательствующий объявил о закрытии конгресса.

Следует заметить, что профессор Мандельштам, человек преклонного возраста, один из ветеранов Ховевей Цион, делегат Катовицкого съезда и друг Пинскера, испытывал глубокое уважение к значительно более молодому Герцлю. Со времени их встречи на к о н гр е ссе м е ж д у ними з а в я з а л и с ь узы гл уб о ко й, искренней дружбы, продолжавшейся до последнего дня ж и з н и Г е р ц л я. В св о е м ф а н т а с т и ч е с к о м р о м а н е "Альтнойланд" Герцль с большой симпатией придал черты профессора образу врача Эйхенштамма.

Из числа российских сионистов на конгрессе были и збраны ч е ты р е у п о л н о м о ч е н н ы х (они ж е члены Большого сионистского исполкома) с задачей создать сионистскую орган и зац и ю в их стране: раввин III.

Могилевер (Белосток), Я. Ясиновский (Варшава), д-р Я.

Б е р н ш т е й н - К о г а н ( К и ш и н е в ) и п р о ф е с с о р М.

М а н д е л ь ш т а м (К и е в ). ( Р у к о в о д я щ и м и о р г а н а м и Всемирной сионистской организации являлись: Конгресс вы сш ее зако н од ательн о е учреж д ение;

Малый и сп ол н и те ль н ы й ком итет (позднее - П равлен и е) и сп о л н и те л ь н ы й орган;

Больш ой и сп о л н и те л ь н ы й комитет (позднее - Исполнит, комитет) - совещательный и к о н т р о л ь н ы й орган. В России члены Б о л ь ш о го исп олнительного комитета назы вались такж е "уполномоченными". - Прим. ред.) Герцль поручил д-ру И. Л. Виленскому, делегату из Кременчуга, посетить раввина Могилевера и сообщить ему об избрании. Невзирая на тяжелую болезнь, раввин принял свое назначение. Месяца через три после конгресса уполномоченные собрались в Белостоке вместе с четырьмя приглашенными из различных городов и заложили основы сионистской организации в России. На раввина Могилевера было возложено {60} руководство Д у х о в н ы м ц е н тр о м (Т ак н а з ы в а л с я с и о н и с т с к и й религиозный комитет, созданный раввином Могилевером при о с н о в а н и и О д е с с к о г о к о м и т е т а с з а д а ч е й функционировать вне рамок Одесского общества. Со в р е м е н е м (1 9 0 2 ) из Д у х о в н о г о ц е н т р а в ы р о с л а сионистско-религиозная партия Мизрахи (иврит;


аббр. от М ер ка з Рухани;

доел. - д у х о в н ы й ц ен тр ), д -р у Бернштейн-Когану поручили корреспондентский центр, п р о ф е с с о р у М а н д е л ь ш т а м у - ф и н а н с о в ы й ц ентр, Ясиновскому - пресс-центр.

Духовный центр Ховевей Цион превратился, таким о б р азо м, в Д у х о в н ы й центр си о н и сто в. С о б р а н и е единогласно постановило, что работа по заселению Эрец-Исраэль соответствует Базельской программе. Тем сам ы м р о сси й ски е Хо ве в е й Цион со е д и н и л и свое движение с движением политического сионизма Герцля.

К о н гр е с с вы зв ал м н о г о ч и с л е н н ы е о тк л и к и в р о сси й ско й печати. В е ж е н е д е л ь н и к е "В осход" "Летописец" дал подробный обзор состоявшихся на кон гр ессе прений и вы н уж ден был пр и зн ать, что "сионистский конгресс вызвал общую симпатию - это бесспорный факт". Тем не менее, далее он пишет, что тезисы сионизма должны быть отвергнуты. Докладчики и о р ато р ы ко н гр е сса п р авы, у т в е р ж д а я, что евреи находятся в трудном положении, как материальном, так и правовом, "но сионисты становятся неправы, как только в п а д а ю т в глубоки й п есси м и зм и п р о в о з гл а ш а ю т положение евреев в Европе безнадежным". Поэтому е в р е я м т р е б у е т с я не " п о л и т и ч е с к и й ц е н т р ", а просвещение и подъем культурного уровня - и т. д. и т. п.

(в духе набивших оскомину утверждений еврейских "просветителей").

6. Сионисты России о Первом конгрессе Об атмосфере, царившей на конгрессе с момента его откры тия и до конца, о впечатлении, которое произвели конгресс и Герцль на делегатов из России, {61} можно судить по отзывам, написанным по горячим следам и позднее - из их мемуаров. Вот некоторые из них.

Лев Яффе: "Я был тогда поклонником Ахад-Гаама.

М олодеж ь дорож ила нравственны ми идеалами, п о ло ж ен н ы м и в о сн о ву его учения. Мы понимали ценность национального воспитания и обучения народа.

И все-таки его сионизма было нам недостаточно. Мы жаждали более масштабных политических горизонтов и более обширного поприща для его Духовного центра.

Нам казалось, что он подрезает наши стремления, не в е р и т в в о з м о ж н о с т ь к р у п н ы х п о л и т и ч е с к и х д о сти ж е н и й и п о это м у вы д ает д е й с тв и т е л ь н о е за необходимое. Герцль выразил наши чаяния и открыл перед нами горизонты, о которых мечталось. Мы шли на к о н г р е с с, на в с т р е ч у с в о ж д е м, о х в а ч е н н ы е предчувствием чуда и праздника. Память о конгрессе сохранилась в нас, как дивныи сон нашей весны и юности. Всем, кто в нем участвовал, он осветил их д а л ь н е й ш и й ж и зн е н н ы й путь, будто они навсегда вдохнули в себя чистейший горный воздух. Один из первых в России Ховевей Цион сказал после закрытия конгресса: "Теперь нам следует уединиться подальше от повседневной суеты и влияния будней, заново переживая в о с п о м и н а н и я о к о н г р е с с е и п и т а я д у ш у е го впечатлениями. Их достаточно, чтобы наполнить жизнь могучим и прекрасным содержанием до конца наших дней".

"... Базеле мы впервые встретились с Герцлем.

Кто-то нас ему представил. Мы увидали его - и тотчас были покорены обаянием его личности. Герцль стал первой любовью нашей юности и большой любовью всей жизни, олицетворением всего высокого и прекрасного, что есть в мире. Его образ и личность наполняли каждый час и миг нашего существования. Еще не видав Герцля, мы его полюбили и уверовали в него всем сердцем. А к о гд а у в и д е л и, он п л е н и л н ас св о е й с и я ю щ е й, гармоничной красотой. Поколению, знакомому с ним только по портретам, не понять этой красоты. Для нас он был не только избранником народа, не только вождем дела {62} всей наш ей ж и зн и, не то л ь ко тво р ц ом во зр о ж д е н и я н а р о д н ы х над еж д - он победил нас цельностью своей личности, ибо нам посчастливилось видеть его в полном расцвете отпущенных ему сил.

П ри р о д а, ж е л а я п о казать, до каки х вы сот м ож ет подняться смертный, подарила нам Герцля.

С и о н и з м б ы л д л я н е го не п е ч а л ь н о й н еобходи м остью, а возвы ш енны м идеалом. Так он однажды и написал, обращаясь к учащейся молодежи: "Я говорил, что сионизм - вечный идеал, и действительно верю, что и после того, как мы унаследуем Эрец-Исраэль, он не перестанет быть идеалом. Сионизм, как я его понимаю, - не только стремление найти еврейскому народу п ри беж и щ е, но такж е мечта о духовном и нравственном совершенстве".

И нтуитивно мы создали себе смесь из учения Ахад-Гаама и политических идей Герцля, синтез между еврейством и евреями. Это хорош о выразил тогда Менахем Шейнкин: "Если бы Баал-Шем-Тов и Виленский гаон соединились, явился бы Мессия" (Намек на синтез п р о ти в о п о л о ж н о сте й : Б аа л -Ш е м -Т о в - о сн о ва те л ь хасидизма, в то время как Виленский гаон возглавлял противников этого движения.).

Эта смесь из учения Ахад-Гаама и идей Герцля все сильнее преобладала в наших мыслях и разговорах.

Конгресс стал для нас сплошным радостным и бурным переж иванием. Самыми великими минутами были:

открытие конгресса, появление Герцля и его речь о еврейской политике, исп олненная гениальности и высокой простоты. Еврейский вопрос превратился в сионистский вопрос. Второй момент, который увлек нас до самозабвения, - речь Нордау о положении евреев. Эта речь зажгла всех участников конгресса. Представители крупнейших европейских газет повскакивали с мест, бешено аплодируя и стуча ногами. Кто-то от избытка чувств вскочил на стол. Зангвилль, который поначалу был холоден и полон сомнений, сказал после этого:

"Только при помощи такого взрыва можно создать народ".

{63} И, наконец, третий момент - момент закрытия конгресса, когда старик Мандельш там благословил молодого вождя, к которому были устремлены все взоры, и все сердца тянулись с обожанием и любовью. Ночами мы не м о г л и с п а т ь о т в о з б у ж д е н и я и о б и л и я впечатлений. Часами бродили мы по улицам Базеля.

П р е и с п о л н е н н ы е э н т у з и а з м а, в о з в р а т и л и с ь мы в Гейдельберг. П роф ессор Герман Ш апиро вернулся совершенно другим человеком. Вечер за вечером я навещал его на его квартире. Шапиро усаживался в глубокое кресло. Темой наших бесед были конгресс и Герцль, к которому Шапиро привязался всей душой:

человек, бывший ранее противником Герцля, теперь не выносил ни одного слова критики в его адрес. Мы разговаривали о судьбах сионистского движения: его перспективы нам казались теперь сияющими. Некоторые из нас, студентов, уехали на каникулы домой. Шапиро нам завидовал. У него возникла идея поездки в Россию, где он не был долгие годы, встреч с еврейскими массами для вы ступлений в пользу сионизм а и Еврейского национального фонда.

С тех пор миновали десятилетия, но память о конгрессе живет в наших сердцах. Сквозь годы сияет свет, зажженный на Первом конгрессе, и не тускнеет он в наших душах и в душе всего народа. Свет, вспыхнувший на заре нашей жизни, будет освещ ать нам путь до последней минуты".

М. Усышкин, который, как известно, энергично и резко выступал против Герцля во время Угандийского кризиса (1903-1904), назвал его впоследствии в своих мемуарах "великим орлом, появившимся на небосклоне еврейской жизни и возвестившим о великом творении создании сионистской организации". О конгрессе он сказал: "С того дня и по сегодня мы в разных формах продолжаем дело, которое возложил на нас Первый конгресс".

Мордехай Бен-Хиллель Хакоэн: "Такой подъем, какой мы и с п ы т а л и во вр ем я з а к р ы т и я П е р в о го конгресса, нам уже не ощутить более никогда. Поистине в тот {64} момент воспрянула душа сынов Израилевых, паря все выш е и выше... Я не умею вы разить это состояние... Нет слов, чтобы описать те чувства, ту душевную бурю".

М. Бен-Ам и: "На сц е н у сп о к о й н о п о д ы м ае тся Герцль... Перед нами царственный образ, прекрасный и печальный;

взгляд глубокий, сосредоточенный. Это уже не тот лощеный "венский" Герцль, а некто из дома Давидова, восставший внезапно из небытия во всей своей сказочной красоте. Весь зал напрягся, как струна, будто у него на глазах совершается историческое чудо.

Но разве это не было чудом?.. В продолжение нескольких м и н у т зал д р о ж а л от в о с т о р ж е н н ы х в ы к р и к о в, ап лодисм ентов и топота ног. Казалось, сверш ился великий сон нашего народа, длившийся два тысячелетия, и перед нами предстал Мессия сын Давидов".

Реувен Брайнин: "То была весна нашего движения, начало нашего пробуждения. Священный дух осенил наш стан. Будучи в приподнятом состоянии духа, мы готовы были превзойти самих себя. Мы верили и надеялись с пламенной приверженностью неофитов. Дни приобрели новое значение, каждый час приносил новое откровение, каждый день опрокидывал сложившиеся представления.

То, что вчера находилось за пределами реального, сегодня было возможно и необходимо, даже непонятное открылось всем, невероятное - стало реальным фактом...

Там был Герцль творец и чародей конгресса, символ пробудившихся сил и центр их проявления. Более чем вождь, провозвестник, политик, даже более чем творец сам народ Израиля в его красоте и благородстве, все лучшее из того, что есть в нас, наше прошлое, настоящее и будущее, синтез нашего прежнего достоинства и будущего величия, знак и образ вечной жизни нашего народа. Его сила и мужество передавались нам - и он черпал из нашей силы. Велики были его простота и м у д р о с т ь. В нем с о ш л и с ь п р о с т о с е р д е ч и е и гениальность".


Л. Моцкин: "Герцль - самое глубокое переживание всей нашей жизни. Первый сионистский конгресс был {65} для нас, как башня, упирающаяся вершиной в небо:

чем д а л ь ш е от нее о тхо д и ш ь, тем я в ств е н н е й ее масштабы и вышина. Чем дальше в прошлое уходил от нас конгресс, тем выше для нас, его очевидцев и его св и д е т е л е й, в о зн о с и л а сь его в е р ш и н а. Что бы ло особенно привлекательно на Первом конгрессе, так это нелицеприятная смелость, с которой он обратился к евреям и всему миру.

После пророческого выступления Нордау многие от изумления заметались, пораженные неожиданностью, и самые старые участники конгресса превратились в самых юных;

главные скептики среди нас лишились дара речи, н е в е р у ю щ и е у в е р о в а л и. С тар ы й п р о ф е ссо р М акс Мандельштам метался по залу и с юношеской пылкостью восклицал, что никогда в жизни еще не был потрясен столь могучим предвидением...

То, с чем Моше Гесс (Мыслитель и публицист, друг и с п о д в и ж н и к К а р л а М а р к с а, а в т о р кн и ги "Рим и Иерусалим" (1862), в которой он определил евреев не как религиозную группу, а как нацию, и предсказал возврат в Сион на социалистических началах.), Леон Пинскер и другие предшественники Герцля обращались к своим с о п л е м е н н и к а м, - с этим н е п р е л о ж н ы м тр е б о ван и е м Герцль впервы е об р ати л ся ко всему человечеству;

и голос Первого конгресса явился неким откровением не только для евреев, но и для неевреев.

Причем носителем этого откровения был человек, который сам казался нам чудом. Уж е тогда мы по достоинству оценили его и его жребий, отбросив все м ал о зн ач и те л ьн о е и зап о м н и в сам ы е вы сокие его действия и минуты. Всем последующ им движением еврейских масс мы обязаны Первому конгрессу и тому мужеству, которым он наделил наши сердца".

Нахум Соколов, редактор газеты "Хацфира", не присоединившийся к Ховевей Цион и даже выступавший против них, встретил появление Герцля на общественной арене критикой и отмежевался от него.

Но при первой же личной встрече был совершенно {66} покорен л и ч н о сть ю Герцля и п р е вр ати л ся в пламенного сиониста. В своих воспоминаниях о Первом конгрессе он пишет: "На Первом конгрессе в 1897 году я увидал невиданное: вершину еврейского энтузиазма в ярчайшем накале. Никогда не забыть мне этого зрелища.

Озаренное нимбом времени, оно навсегда останется в моей памяти, как вечное откровение". О личности Герцля он сказал: "Он родился вождем и властителем. Он знал, чего хочет, и умел настоять на своем. Была в нем н аи в н о -ц е л ом уд р е н н а я простота, первозданная цельность. Герцль времен Первого конгресса и есть п одли н н ы й Герцль - ч ело век эпохи, п р оп и тан н ы й свободолюбивыми идеями, исполненный благородства и уверенности в себе. Герцль предвосхитил нас. И это было - как мистическая загадка. Он совершил все, о чем мы мечтали. Он создал из конгресса еврейскую трибуну. Он о б ъ ед и н и л всех евреев, со х р а н и в ш и х верность национальному чувству".

7. Герцль о евреях России Ассимилированные евреи в Германии и остальных стр а н а х З а п а д а, п р и ч и с л я в ш и е себя в плане национальном к народам, среди которых они проживали ( х о т я н е е в р е и к а т е г о р и ч е с к и о т в е р г а л и эти поползновения), смотрели на русских евреев свысока.

Евреев Восточной Европы они считали второсортными и в культурно-духовном плане отсталыми.

Неудивительно, что и во взгляды Герцля что-то бессознательно проникло от этого стереотипа. И вот, на Б а зе л ь с к о м к о н гр е с се он в п е р в ы е л и ц о м к л и ц у встретился с представителями русских евреев и вступил с ними в личные контакты. Встреча оказалась для Герцля наиболее глубоким переживанием на конгрессе, как он это сам потом отм етил в статье о евреях России, н а п е ч а та н н о й в газете "Ди Вельт". Это о ткр ы ти е пробудило и уп р очи л о в нем сам ое уваж и тел ьн о е отношение к типу русского еврея.

По поводу высокомерия евреев Запада и их взгляда {67} на евреев России Герцль писал, что "варваром" всегда считается тот, кого не понимают. Именно так относятся к евреям Восточной Европы, принимая их за существа грубые и примитивные. "Какое заблуждение!

Признаюсь, для меня появление на конгрессе евреев из России стало крупнейшим его событием". Далее Герцль рассказы вает, что ещ е до конгресса он вступил в переписку со многими русскими евреями. Он, однако, осте р е га л ся п е р е н ести свое в п е ч а тл е н и е от этих культурных людей на еврейские массы. За истину он п р и н и м а л т о л ь к о св е д е н и я о ф и зи ч е с к о й си ле и трудолюбии русских евреев из бедняцких слоев.

Последнее подтверж далось такж е очевидцами, видевш ими их в России на работе в м астерских и сельском хозяйстве.

В трудолюбии еврейских рабочих и ремесленников Герцль видел один из залогов осуществления своей сионистской программы, относя на их долю работы по первичному возделыванию земли в Эрец-Исраэль. Что касается го с п о д с т в о в а в ш е го тогда н е в е р н о го представления о духовном уровне евреев России, то Герцль по этому поводу говорит: "Мы всегда были убеж дены, что они нуж даю тся в нашей помощ и и духовном руководстве. И вот на Базельском конгрессе российское еврейство явило нам такую культурную мощь, какой мы не могли и вообразить... На конгресс прибыло из России около семидесяти человек, и мы, без сомнения, можем утверждать, что они выражают мысли и чувства пяти с половиной миллионов русских евреев".

Герцль продолжает: "Какой стыд, что мы верили, будто п р е во схо д и м их. О б р а з о в а н н о с ть всех этих проф ессоров, врачей, адвокатов, инж енеров, промышленников и купцов уж наверняка не уступает западноевропейскому уровню. В среднем, они говорят и пишут на двух-трех современных культурных языках, а что к а ж д ы й из них, н е с о м н е н н о, си л е н в сво ей профессии, это можно себе представить по тяжким усл о в и я м б о р ьбы за с у щ е с т в о в а н и е, ко то р ую им приходится вести в своей стране".

{68} Герцль понимал причину "тихого" поведения п р ед стави тел ей русского евр ей ств а, н ам еренно старавшихся не слишком выделяться во время прений на конгрессе. Им приходилось считаться с фактом, что цели и те н д е н ц и и си о н и зм а в мире ещ е н е д о ста то ч н о известны. Они опасались возникновения неверного в п е ч а т л е н и я, а т а к ж е не хотел и д а ть п овод для злонамеренных измышлений - будто в Базеле плетут заговор против существующего в России строя.

"Но хотя наши русские сионисты в публичны х п р е н и я х п р и н я л и л и ш ь с к р о м н о е у ч а с т и е, мы познакомились с ними в частных беседах и научились ценить их. Если впечатление это, чрезвычайно сильное, сформулировать в одной фразе, я бы сказал, что они обладают той внутренней цельностью, которая утрачена большинством европейских евреев. Русские сионисты ощущают себя евреями-националистами, однако без ограниченной и нетерпимой национальной заносчивости, какую трудно понять, учитывая современное положение е в р е е в. Их не м у ч а е т м ы с л ь о н е о б х о д и м о с т и а с с и м и л и р о в а т ь с я, л и ч н о с т ь их ц е л ь н а, без двойственности и без душевных надрывов. Всей своей сутью русские евреи дают ответ на конкретный вопрос, который часто задается бедными болтунами: не приведет ли неизбежно еврейский национализм к отдалению от европейской культуры?

Отнюдь! Эти люди идут верной дорогой без лишних самокопаний, возможно даже не чувствуя при этом никаких затруднений. Они не растворяются ни в каком другом народе, но п ереним аю т все лучш ее у всех народов. Так им удается держаться с достоинством и подлинной непосредственностью. А ведь это евреи гетто - единственные евреи гетто, которые еще существуют ныне. И после того, как мы их увидели, мы поняли, что давало нашим предкам силу выстоять в самые тяжелые эпохи. В их облике нам открылась история наша во всей полноте своего единства и жизненной силы. Пришлось задуматься о том, что поначалу мне часто говорили: "К этом у дел у тебе удастся привлечь только русских евреев". Если бы мне это повторили сегодня, у меня был {69} бы готов ответ: "И этого достаточно!" Таково мнение Герцля о евреях России.

Глава шестая СПЛОЧЕНИЕ СИОНИСТОВ РОССИИ И ИХ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ 1. Навстречу Второму конгрессу Первый конгресс, открывший в сионизме новую эпоху, стал поворотным пунктом еврейской истории в целом и истории российского еврейства в частности. В Базеле было создано первое п оли ти ческое представительство еврейского народа со времени утраты им н а ц и о н а л ь н о -п о л и ти ч е с к о й н е за в и си м о сти. На конгрессе встретились посланцы еврейства Востока и Запада, - и в этом было гласное проявление единства еврейского народа вопреки всем разрушительным ветрам д и а сп о р ы. Это п уб л и ч н о п р о в о з гл а ш е н н о е и продемонстрированное национальное единство обрело и соответствующее организационное оформление в виде о сн о в а н н о й на ко н гр ессе В се м и р н ой си о н и стск о й организации. Однако: хотя политический сионизм и возник как всемирная организация, - как массовое движение он существовал только в России, включая Украину, Польшу, Литву и остальные страны Прибалтики, Кавказ, Сибирь и др.

Политический сионизм как общественное движение не был в России легальным. Правда, он не преследовался властям и в той сте п е н и, в какой п р е сл е д о в а л о с ь социалистическое движение, но отсутствие законного базиса для существования ограничивало и сковывало его деятельность. И, тем не менее, политический сионизм вызвал в еврейских массах в России напряженный и обш ирны й процесс н ац и о н ал ьн о-общ ествен н ого возрождения.

В ходе организации сионистских отделений {70} (хотя и без легальной базы) в разных местах и их подчинения центральным учреждениям, само собою восстановилась и связь между еврейскими общинами разных городов и местечек. Таким образом, в России снова произошла консолидация - конечно, другим путем и в иной ф о р м е - е в р е й с к и х о б щ е с т в е н н ы х сил, р а з д р о б л е н н ы х и р а з ъ е д и н е н н ы х со в р е м е н и упразднения "кагала" - автономии еврейских общин, ликвидированной Николаем I в 1844 году. По причине самодержавного режима, исключавшего открытую и гласную общественную деятельность, русские сионисты свою разъяснительную работу вели преимущественно устно, с пом ощ ью сотен агитаторов и активистов, действовавш и х во всех местах ж ительства евреев.

Невзирая на цензурные строгости, сионистская работа велась такж е через печать: издавались брош ю ры, рассылались циркуляры и т. п. В такой обстановке сионисты России готовились ко Второму конгрессу.

П р и все м э н т у з и а з м е, в ы з в а н н о м П е р в ы м конгрессом, где сошлись "восток" и "запад" мирового еврейства, не стушевались наметившиеся различия в подходе к национальной еврейской проблеме и путям сионизма между русскими сионистами из числа ветеранов Х о в е в е й Ц ион и с и о н и с т а м и З а п а д а - "н о в ы м и ", "венцами" школы Герцля.

" З а п а д н и к и " с т а в и л и во г л а в у у г л а поли ти ко-ди п лом ати ческую работу, невы соко ценя действия по ограниченному заселению Эрец-Исраэль, во зр о ж д е н и ю язы ка иврит и евр ей ской культуры.

Ветераны же дорож или именно этими ценностями, вступая в борьбу и с м естн ы м и, российски м и "с и о н и с т а м и - п о л и т и к а м и ", в б о л ь ш и н с т в е своем примкнувшими к движению после появления Герцля на общественной арене и созыва Первого конгресса.

2. Первый съезд сионистов России в Варшаве Незадолго до Второго конгресса в России было зарегистрировано 373 местных сионистских кружка. О {71} степени роста движения за год после Первого конгресса можно судить по тому, что до этого их было то л ь к о 23. С и о н и с т с к о е д в и ж е н и е во всем м ире насчитывало тогда 913 организаций и групп. Накануне Первого конгресса сущ ествовало только 117. Таким о б р а зо м, число с и о н и с т ск и х кр уж ко в в России приближалось к 41% общего их числа во всем мире.

Накануне Второго конгресса сионисты России сочли н е о б х о д и м ы м со з в а ть свой съ е зд для в ы р а б о тк и направления сионистской работы и для определения единой позиции по вопросам, которые будут обсуждаться на конгрессе. Среди р о сси й ски х си о н и сто в имели различные хождение и даже противоположные взгляды:

были Ховевей Цион старой ф о р м а ц и и, сч и та вш и е главным за се л е н и е Э р е ц -И ср а эл ь, пусть даж е и в ограниченных масштабах;

были "политические сионисты" нового, гер ц л евско го типа, п р о ти ви в ш и е ся "просачиванию в Палестину" и всякой переселенческой работе без политико-ю ридической базы;

"духовные с и о н и с т ы " из ш к о л ы А х а д - Г а а м а ;

" р е л и г и о з н ы е сионисты", преимущественно ортодоксальные раввины, которые сопротивлялись всякой культурной работе, и с х о д и в ш е й из с и о н и с т с к о й о р г а н и з а ц и и, - их отталкивало уже само слово "культура", чреватое, на их взгляд, попытками реф ормировать религию. Среди п р е д ста в и те л е й всех этих н а п р а в л е н и й о со б е н н о обострились отнош ения меж ду политическими сионистами и сторонниками Ахад-Гаама, вставшими в крайнюю оппозицию Герцлю и его сионистско-политической системе.

Съезд собрался в Варшаве без разрешения властей, и совещания проходили в частном доме. Он открылся августа 1898 года и закончился 22 августа, за шесть дней до открытия Второго сионистского конгресса в Базеле. То был первый съезд российских сионистов ("Первым съездом сионистов России" официально назван Минский съезд, состоявш ийся в начале сентября 1902 года.

Однако на деле он был вторым. Первый, Варшавский, не у п о м и н а л с я т о л ь к о п о т о м у, что б ы л п р о в е д е н нелегально.), {72} и в нем участвовало около представителей из 93 городов и местечек. Большинство затем отправились в качестве делегатов на Второй конгресс.

На Варш авском съезде были зачитаны обзоры общего состояния движения в России и работы местных организаций, а также проведены предварительны е прения по вопросам повестки дня Второго конгресса, в том числе о переселении и по поводу Колониального банка.

Обсуждения и решения Варшавского съезда оказали существенное влияние на ход Второго сионистского ко н гр е сса. По р а с с м о т р е н н ы м о б о и м и ф о р у м а м и вопросам конгресс почти целиком принял предложения российских сионистов. Кроме того, Варшавский съезд повлиял на весь ход сионистской работы в России. Съезд помог сближению между ветеранами Ховевей Цион и политическими сионистами, выявив базу для совместной работы.

3. Второй конгресс Второй конгресс снова собрался в Базеле и работал с 28 по 31 августа 1898 года. На конгресс прибыли д е л е г а т о в, 5 3 0 г о с т е й и о к о л о 150 г а з е т н ы х корреспондентов.

Герцль открыл первое заседание. Говоря о путях практической деятельности сионистов во всех странах, он особенно остановился на двух вопросах: завоевание общин и основание банка. Как и на Первом конгрессе, с больш им докладом "О полож ении евреев в мире" в ы с т у п и л Н о р д а у. Его д о к л а д на эту т е м у стал непременной традицией сионистских конгрессов и всегда производил огром ное впечатление на зал. Нордау достигал тут вершин ораторского искусства, - как по форме, так и по содержанию.

К мысли о завоевании сионистами еврейских общин Герцль пришел на основании своего опыта политической работы, столкнувшись с отрицательным отношением к сионизму и даже активным сопротивлением ему со стороны светских и религиозных руководителей {73} общ ин. Такое полож ение являлось серьезны м препятствием на пути сионизма как во внутренней еврейской жизни, так и в отношениях с внешним миром, то есть в политическом плане. Лозунг завоевания общин, выдвинутый Герцлем на Втором конгрессе, был, таким образом, своевременным. Герцль, однако, представлял себе это "завоевание" весьма схематично: сионистские отделения на местах поведут общественное наступление на о ф и ц и а л ь н ы х глав еврей ски х общ ин и зам енят последних сионистами.

Но здесь (как и вообще в достижении политической цели сионизма) не годились методы "большого скачка".

Лозунг "завоевания общин" на практике стал не более чем зерном идеи об активном участии сионистов в общ ественной жизни евреев в странах рассеяния р а б о те, н а з в а н н о й п о з д н е е н е м е ц к и м т е р м и н о м "гегенвартсарбайт" - "работой данного часа".

Что к а са е т ся б а н к а, то в нем Ге р ц л ь видел ф инансовы й инструм ент сионистской организации, которому надлежит послужить при ведении переговоров с Турцией. Акционерный капитал был установлен в два миллиона фунтов стерлингов, и до Второго конгресса набралось лишь 7-8% искомой суммы. По вопросу о банке доклад сделал Давид Вольфсон. Конгресс вынес о ф и ц и а л ь н о е р е ш е н и е об о с н о в а н и и б а н к а с местопребыванием в Лондоне (Еврейский колониальный банк был зарегистрирован 20 марта 1899 года в Лондоне в качестве английского акционерного общества под названием "Джуиш Колониэл Лтд Траст". В конце апреля т о го ж е года б ы л о в ы п у щ е н о 200 т ы с я ч а к ц и й достоинством в один ф унт стерлингов (или десять русских рублей) каждая. На 75% всех этих акций подписались русские евреи. По уставу банк был вправе приступить к регулярной работе только при наличии м и н и м а л ь н о го кап и тал а в 250 ты сяч ф ун то в.

Недостающая сумма (50 тысяч) собиралась с трудом, и банк начал функционировать лишь в начале 1902 года. В конце ф евраля этого года была создана дочерняя компания банка под названием Англо-Палестинское общество, затем - Англо-Палестинский банк (ныне - Банк леуми ле-Исраэль - Национальный банк Израиля). Эта дочерняя компания начала действовать в Яффе летом 19 0 3 го д а п о д р у к о в о д с т в о м З а л м а н а Д а в и д а Левонтина.).

Во время обсуждения и прений по {74} поводу банка возн и к во п р о с о сф е р а х его д е я те л ь н о с ти, определенных в его уставе словом Восток (Ориент). От имени сионистов России Усышкин потребовал, чтобы в устав ясно записали: Сирия и Палестина.

Конгресс принял компромиссную формулировку:

"Восток, в особенности Сирия и Палестина".

Два делегата из России выступили на конгрессе с докладам и от имени исполкома: М андельш там - о сионистской програм м е действий и М оцкин - о полож ении еврейского поселения в Эрец-И сраэль.

М андельш там, один из старейш их Ховевей Цион и близкий друг Пинскера, стал пылким политическим сионистом, верным другом и почитателем Герцля (На Шестом конгрессе (1903 г.) Мандельштам поддержал предложение об Уганде. После Седьмого конгресса ( г.), в ы ска за в ш е го ся против У га н д ы, он вы ш ел из си о н и с т ск о й о р га н и за ц и и и вм е сте с З а н гв и л л е м (Л ондон) основал Еврейскую те р р и то р и а л и стск у ю организацию.).

В своем обширном докладе он с похвалой отозвался о политическом сионизме, вдохнувшем новую жизнь в круги Ховевей Цион. Вместе с тем он также отметил важную роль Хибат Цион до появления политического си о н и з м а. М а н д е л ь ш т а м вы р а зи л о т р и ц а т е л ь н о е отнош ение к "контрабандном у просачиванию " в Палестину и призывал к действиям, ставящим целью добиться законной, политико-юридической базы для алии и заселения. До того, как это будет достигнуто, надо перевести на земледельческий образ жизни евреев П а л е с т и н ы и С и р и и. Н а д о п о з а б о т и т ь с я, ч то б ы пробуждение национального самосознания еврейского народа проходило без уклонов в шовинизм, который не только смешон, но вреден.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 12 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.