авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

«БРЯНСКОЕ РЕГИОНАЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РОССИЙСКОГО ФИЛОСОФСКОГО ОБЩЕСТВА БРЯНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО ...»

-- [ Страница 4 ] --

Вот почему политическая идеология не может обойти стороной тему человека, затрагивая соответствующие аспекты в ней. Роль политических идеологий особенно важна в периоды глубоких социальных трансформаций, и это очевидным образом проявлялось в России в 90-е годы XX века. Это были годы острого идеологического противостояния и политических дискуссий, когда (особенно во время избирательных кампаний, общенациональных референдумов) решался вопрос о выборе пути дальнейшего развития страны. Для идеологического процесса 90-х годов были характерны, в первую очередь, так называемые макропроблемы, связанные с радикальным реформированием общества В центре внимания находились форма политического режима, власти, приватизация собственности, формирование рыночной экономики, федеральные отношения в стране, интеграция в европейские институты и т.д. В силу этих и иных причин вопросы социальной политики, касающиеся по сути своей уровня и качества жизни человека, не были в повестке дня на первом плане. Логика либеральных реформ, общая установка на смену общественного строя неуклонно вела в итоге к тому, что целое брало верх над отдельным, т.е. макропроблемы общества обретали в процессах реформирования приоритетный характер. К тому же, эти реформы, как показало время, осуществлялись в интересах узкого слоя общества с его специфическими интересами – интересами обладания собственности. Уверенные в своей безусловной правоте, идеологи либеральных реформ были убеждены, что «с социализмом в России покончено», и «наше будущее – на путях рыночной экономики» [3, с.9]. Автор этих строк – Е.Т.Гайдар, в 1991-92 гг. возглавлявший Правительство России, а несколько позже - политическую партию Демократический выбор России, своей главной задачей считал, по его словам, «доведение до конца рыночных реформ и построение устойчивого, динамичного, богатейшего общества западного типа в нашей стране» [3, с.202].

Среди обозначенных им важнейших проблем России начала 90-х годов XX века (формирование правового государства, демонополизация экономики, разделение власти, становление среднего класса и т.д.) не оказалось ни одной, сопряженной с термином «человек» [3, с. 200 – 201].

Насаждавшаяся в общественном сознании либеральная идеология делала акцент на личных правах и свободах человека, которые, обретая деформированные смыслы, рождали ту жизненную ориентацию, которую трудно назвать высокоморальной: «Бери от жизни все и наслаждайся!».

На самом деле, это – принцип индивидуализма, доведенный до крайности, до безответственности перед обществом и государством. Форсированное создание в России основанной на частной собственности рыночной экономики и слабость ее регулирования со стороны государства («дикий капитализм») объективно формировало в итоге «экономического человека», ориентированного на личное преуспевание, на обогащение, потребительский образ жизни. На наш взгляд, это вульгарный человек с упрощенной природой и столь же упрощенным пониманием смысла своей жизни, не выходящий за рамки экономической детерминации своего бытия в условиях простейшей свободы. Это человек, для которого свобода есть, прежде всего, свобода торговли, свобода частного бизнеса от государства. Один из идеологов «Демократического выбора России» подчеркивал, что данная партия – это «партия реформаторской буржуазии», ставящая во главу угла принцип частной собственности [15, c.31].

Негативные антропологические последствия либеральных реформ не могли не проявить себя. Они были «зафиксированы» в политической идеологии, подверглись публичным оценкам. Пожалуй, впервые это было сделано в официальных документах общественного движения «Яблоко» (позже оно обрело статус политической партии).

Так, участвуя осенью 1995 года в выборах в Государственную Думу РФ, «Яблоко» на своем II съезде в принятой им «Декларации»

поставило вопрос о «слишком большой цене» за либеральные реформы, о необходимости «думать о последствиях проводимой политики» [13, с.8 - 12]. «Яблоко» провозгласило, что оно выступает «за реформы для всех, а не для узкой прослойки, настроенной на быстрое обогащение» [13, с.8]. Годы современной Реформации с ее свободой слова открыли простор также и для всякого рода идеологий маргинального толка, выражающих различные оттенки «потрясенного», расколотого сознания, оказавшегося не способным «совладать», справиться с острыми противоречиями жизни. В качестве типичного примера можно, на наш взгляд, взять идеи известного своими крайними позициями движения «Русское национальное единство». В работах идеолога этого движения А.П.Баркашова без особых усилий можно встретить идеи, которые по своим признакам относят к фашизму: защита генетической чистоты русской нации, борьба с демократическими ценностями, примат национального государства над гражданином, выделение «смертельных врагов» в лице отдельных наций и т.д. [1]. «Новую идеологию» для России пытается сформулировать и ЛДПР в лице ее неизменного лидера В.В.Жириновского. В эту идеологию заложен такой же акцент: спасение русской нации от внутренних и внешних врагов, от духовного и физического распада. По убеждению Жириновского, только патриотическая идея способна сыграть роль идеи общенациональной. Обращаясь к некоему собирательному образу по имени Иван, Жириновский призывает его: «Встань из окопа, выйди из своего покосившегося дома. /…/ Отступать нам некогда. За нами Россия. /…/ С Богом, Ваня. Пора начинать!» [5, с. 6, 62]. Россия, в представлении лидера ЛДПР, может быть лишь с сильным государством, с авторитарным режимом, с мощной экономикой и армией.

Надо сказать, что идеологическая проблематика не утратила своего значения и сегодня - в начале XXI столетия - особенно в связи с геополитическими процессами в мире, нарастанием угроз-вызовов для современной России. «Сегодня все политические силы России, пишет известный российский ученый-политолог, - включились в погоню за «Большой государственной идеей». С одной стороны, в этом находит свое выражение реакция общества на цинизм и бездуховность политиков, пренебрегающих не только национальной традицией, но и всякими идеалами вообще. С другой – растерянность правящей элиты, проявившей полную неспособность внятно сформулировать ответ на основной вопрос государственной политики: в чем состоят национальные интересы России и какой стратегии требует их защита внутри страны и на мировой арене» [8, с. 352]. В его представлении, «Большая идея» - это «ответ осажденного роковыми силами, но не сломленного субъекта, сохранившего ориентацию на идеал» [8, с.352]. С этим нельзя не согласиться: без идей нет и социального движения. Надо, однако, понимать, что в демократическом обществе с его разнородной социальной структурой идеология всегда существует во многих вариантах. В целом же, на наш взгляд, политическая идеология («большая идея») сегодня имеет совсем не меньшее значение, нежели экономика: первое должно определять второе, чтобы была определенность в стратегическом курсе развития экономики как основополагающей сферы общества. Впрочем, дело не только в экономике. Политическая идеология, в конечном счете, должна ставить вопрос глубже: как осуществить человеческую меру в развитии общества? Как сделать человечным государство? Сегодня все большее число политических партий и движений, являясь субъектами конкретных идеологий, заявляют, в качестве важнейшей для себя цели-ориентира, свободную личность, которая существовала бы в свободном обществе. Считается, что важнейшим итогом всех политических, экономических и иных преобразований в обществе должно быть создание условий и возможностей для саморазвития и самовыражения личности в формах свободы. Нам представляется, что политические идеологии современного российского общества, чтобы не отстать от жизни, должны осуществить настоящий переворот:

переключить внимание общества на проблему человека, на поиски путей его подлинного освобождения и возвышения. Для России, где всегда существовал культ государства, сегодня это более чем актуально.

В начале XXI века в развитии российского общества наметилась и осуществилась так называемая стабилизация в развитии, означавшая, в частности, существенное укрепление государственных начал в различных сферах общественной жизни. В эти годы стала очевидной и попытка государства в лице правящей политической элиты и примыкающих к ней интеллектуальных кругов предложить новый курс развития России на длительный период (примерно до 2020-2025 годов) стратегию развития страны при опоре на человеческий потенциал. Этот курс стали называть «новой идеологией» для современного российского общества, которая будто бы способна вывести его из длительного состояния идеологической неопределенности и предложить ясные ориентиры дальнейшего развития. Чаще всего ее стали определять как «социально консервативную» идеологию, сопоставляя таким образом с другими идеологиями современного российского общества и обозначая ее специфику. Данная идеологическая ориентация была положена в основу программных документов и официальных установок политической партии «Единая Россия», активно использовалась ею во время выборов в Государственную Думу РФ в декабре 2007 года и во время выборов Президента страны в марте 2008 года. В политических кругах в эти годы часто говорили о так называемом «плане Путина», который будто бы был сформулирован им, в основе своей, в своих посланиях к Федеральному Собранию РФ, особенно в период 2004-2007 годов [16]. Говоря об этом плане, аналитики стали отмечать одно из его основных достоинств: признание человека главным источником развития страны и, следовательно, - установку на всемерную поддержку и развитие «человеческого капитала» через механизмы социальной политики государства.

В качестве исходных в данной стратегии стали две идеи. Во первых, это идея инновационного прорыва России на основе формирования в стране «экономики знаний». Эта идея предполагает творческую личность, ориентированную на непрерывное образование и самовыражение. Во-вторых, идея поддержки и развития человеческого потенциала путем реализации приоритетных национальных проектов как конкретных каналов инвестиций в человека. По сути дела, это замысел активной социальной политики, предполагающей приоритетное развитие тех сфер общества, где имеет место «производство человека» (образование, здравоохранение, культура и т.д.). На наш взгляд, стратегия опережающего развития России оказалась именно тем интеллектуальным пространством, в котором удачно смогли «встретиться» политическая идеология, социальная наука и практическая политика, дополнив и усилив друг друга. Говоря о стратегии инновационного развития современной России, заметим, что ощутимый импульс обсуждению проблематики инновационного развития придало, в частности, выступление Президента РФ В.В.Путина в феврале 2008 года с докладом «О стратегии развития России до 2020 года» на расширенном заседании Государственного совета страны. В этом выступлении он употребил термин «инновационное общество», поставив задачу его активного формирования. В феврале-марте 2008 года во время избирательной кампании проблематика инновационного развития страны была актуализирована также и кандидатом на должность Президента страны Д.А.Медведевым. Особенно заметно это было сделано им на V Красноярском экономическом форуме, где он обозначил задачу создания «экономики стимулов к инновациям», которая возможна лишь на основе реальной свободы субъектов экономической деятельности. По его мнению, такая экономика возможна благодаря четырем базовым «И»: институты, инфраструктура, инновации и инвестиции. Только такая экономика может обеспечить успех и на российских, и на мировых рынках товаров, технологий и услуг. В ноябре того года Д.А.Медведев, уже будучи Президентом страны, в своем Послании к Федеральному Собранию предложил эти четыре условия дополнить пятым «И», Интеллектом [11]. По мнению аналитиков, изучение публичных выступлений В.В.Путина, Д.А.Медведева и его ближайшего окружения в последние несколько лет дает основание полагать, что в России формируются контуры новой политической идеологии – идеологии инновационного развития. Основной в этой идеологии является идея развития страны при опоре, в первую очередь, на человеческий потенциал, который призван стать и быть условием, целью и критерием развития страны.

По сути дела, речь идет о фундаментальном идеологическом повороте в истории нашей страны – об идее формирования общества инновационного типа, в котором ведущую роль призвана играть свободная личность, ориентированная на полнокровное творческое самовыражение. Основные принципы новой идеологии были изложены и обоснованы, в частности, А.И.Подберезкиным известным ученым и политиком, в течение нескольких лет возглавлявшим Партию социальной справедливости. В «Политической платформе» данной партии Подберезкин отмечал, что именно в начале XXI века в России впервые за многие десятки лет «человек, его потенциал стали в центре внимания элиты, действий власти, а не следствием какой-то иной стратегии» [9, с. 3].

По его убеждению, такого рода «смена вех» не случайна, поскольку она выражает объективную тенденцию нашего времени – усиление роли политических идеологий в развитии общества. Более обстоятельно и подробно, в развернутой форме ученый изложил свои подходы и идеи в нескольких своих книгах под общим названием «Человеческий капиталъ». В одной из них он подчеркивал, что «основе борьбы различных идеологий лежит борьба за человека, его политическую поддержку, его душу. В одном случае это идеология (идеологии), в конечном счете направленная против человека (даже если они и утверждают обратное), в другой – за человека» [10, с.27]. По мнению Подберезкина, новая идеология отводит человеку «роль цели и, одновременно, средства развития»

[10, с.21].

В его представлении, человеческий потенциал – это возможности личности (интеллектуальные, информационные, социально-экономические и иные), от полной реализации которых сегодня в решающей степени зависит развитие российского общества. Следовательно, именно этот потенциал должен стать высшим приоритетом для нашей страны. Вот поэтому человек в наше время становится, по мнению Подберезкина, «главной политической категорией, к которой апеллируют все политические силы» [10, с.298]. Реализация возможностей человеческого потенциала должна стать главной задачей государства, что требует проведения соответствующей социальной политики. Идеология развития России, к которой призывает Подберезкин, - это идеология развития человеческого потенциала, и основная ее идея – идея борьбы за человека – вполне может претендовать на статус общенациональной идеи для России.

В 90-е годы ХХ века в политический язык общества и в самом деле стали все более активно проникать такие важные понятия, как «человеческий капитал», «человеческий потенциал», «индекс развития человеческого потенциала», «инвестиции в человека». Они получали соответствующую интерпретацию в научно-исследователь ских работах, получая прикладную ориентацию в целях обоснования основных установок и содержания социальной политики российского государства [2]. Эти понятия стали применяться (и это особенно важно для реальной политики) в качестве измерителей политики государства с точки зрения ее соответствия интересам человека, т.е. как важнейший критерий развития общества. Можно сказать, что данная терминология стала своеобразным отрицанием концепции «человеческого фактора» периода советской перестройки второй половины 80-х годов, но с сохранением положительного содержания данной концепции. Сильный акцент на социальной политике как инструменте активизации человеческого потенциала традиционно имеет место в социал-демократической идеологии. В последние годы свою приверженность этой идеологии декларируют многие политических партии России. В самом деле, есть ли в этой идеологии антропологический аспект? Что характерно для этого аспекта?

Во-первых, социал-демократы исходят из идеи органичного единства человека и общества, подчеркивая их взаимную ответственность друг перед другом. Провозглашая такое, они тем самым дистанцируются и от классического либерализма с его идеей «человека эгоистического», и от классической коммунистической идеологии, которая интересы общества и государства ставит выше интересов человека. Социал-демократия, таким образом, ставит задачу сближения человека и общества, гармонизации их отношений.

Во-вторых, в социал-демократической идеологии провозглашается, что решение проблемы человека невозможно путем социального насилия в тех или иных формах. Насилие не рассматривается ими как универсальный инструмент антропосоциального процесса и оправдывается лишь в исключительных случаях (например, по отношению к практике террора). Социал-демократы предлагают практику социального ненасилия (реформирования) как путь постоянного совершенствования социума, в котором существует человек.

Проводится мысль о том, что решение проблемы человека не есть единовременный акт, а длительный, никогда не прекращающийся процесс совершенствования той социальной среды, в которой существует человек и в которой он пытается разрешать вопросы собственного бытия.

В-третьих, социал-демократы ставят вопрос, прежде всего, об освобождении человека труда, трудящегося, всех лиц, работающих по найму у работодателей. Тем самым они, как политическое течение, подчеркивают и особый статус трудящегося в обществе, и очерчивают свою социальную базу. Это необходимо отметить, поскольку нередко в программных материалах современных российских социал-демократов проводится мысль (неверная, на наш взгляд) о том, что будто бы социал-демократия есть партия среднего класса. На наш же взгляд, социал-демократия есть партия труда, а труд (в его социально-экономическом смысле) включает в себя не только лиц среднего класса, а всех наемных работников. Об этом необходимо вести речь, поскольку современной России с ее социальными контрастами еще далеко до формирования многочисленного и влиятельного среднего класса. Дело еще и в том, что рыночные отношения в обществе затушевывают подлинную роль производительного труда, выпячивая на первый план отношения торговли-продажи. Известный своими взглядами левой ориентации политик, ученый-экономист С.Ю. Глазьев замечал в связи с этим, что сегодня восстановление достоинства человека труда - непростая проблема, ведь сознание российского общества существенно деформировалось в связи с утверждением рыночной экономики.

Поэтому необходимо, пишет он, «сместить приоритеты в общественном сознании от возвеличивания «человека бизнеса» к уважению человека труда» [4, с.199]. Говоря о проблеме освобождения человека труда, трудящегося, отметим в связи с этим и следующее. Ставя и актуализируя данный вопрос, социал-демократы тем самым как бы преодолевают модель (образ) «человека экономического», на которую традиционно ориентируются либералы и их сторонники. «Человек экономический» видит решение, прежде всего, в обладании собственностью. В представлении либеральных идеологов, он есть частный собственник, а свобода для него – прежде всего свобода экономическая. Социал-демократы же ориентированы на преодоление данной модели, предлагая решать проблему человека не столько в сфере экономики, сколько за ее пределами – в сфере эффективной социальной политики, культуры, образования, воспитания, т.е. там, где человек по-настоящему признается в качестве социокультурного существа, а не лишь в качестве работника, функции от производства. Например, они ведут речь о «государстве социальных инвестиций», имея в виду крупные вложения средств в развитие человека посредством социальных программ. Ставя так вопрос, социал-демократия выступает как партия возвышения человека, его универсального становления и развития [14, с.168-188].

В-четвертых, свою приверженность решению проблемы человека социал-демократы выражают и в ключевых понятиях своей идеологической платформы: «свобода», «справедливость», «солидарность». Эти понятия, принимаемые и европейскими, и российскими социал-демократами, выступают основополагающими ценностными ориентирами, смысловыми метками социал демократической практики. Они (в социал-демократической трактовке) – конкретные способы, формы самореализации человека в социуме. Свобода – установка на универсальную самореализацию человека в жизни общества, возможность стать и быть самим собой.

Справедливость – равная свобода для разных людей («равные шансы на жизнь», «равные стартовые условия» для жизни). Солидарность – единение лиц наемного труда и их взаимопомощь в отстаивании своих законных интересов, особенно в условиях рынка, который своими конкурентными началами нередко разрывает естественные связи между людьми, порождает противостояние между ними. Но названные нами понятия выступают не только как смысловые ориентиры. Они свидетельствуют, что для социал-демократии власть есть не самоцель, а средство для решения разного рода проблем, среди которых проблема человека – основная.

В-пятых, социал-демократия (в ее идеологическом измерении) не только ставит проблему человека и обозначает пути ее практического решения. Она еще и пытается ответить на вопрос о том, какие качества должны быть присущи человеку. С точки зрения социал демократии, цивилизованному, воспитанному человеку должны быть присущи такие качества, как неконфликтность, склонность к диалогу и разумному компромиссу в отношениях с другими людьми. Социал демократы полагают, что «нормальная» общественная жизнь не может сложиться и существовать без таких качеств людей, как толерантность, единство свободы и ответственности, порядочность, милосердие. Говоря об этих и иных качествах, социал-демократы соединяют тем самым политическое и моральное, пытаются преодолевать их извечную противопоставленность. Один из ведущих идеологов современной российской социал-демократии Б.С.Орлов в своих работах проводит мысль о том, что России нужен «деятельный человек. Деятельный человек в самых разных областях жизни, образованный, информированный, нравственно воспитанный.

Человек, глубоко любящий страну и ставящий целью своей жизни вывести Россию на столбовую дорогу цивилизации…» [7, с.693].

Вообще, по Орлову, социал-демократия по сути своей есть «подчеркнуто нравственное движение» в мире политики, поскольку оно ставит своей задачей содействовать возвышению каждого человека и утверждать на деле «всестороннее отношение к личности»

[7, с.72, 102]. По сути (сущности) своей, социал-демократия есть политическое движение, которое в качестве цели ставит формирование справедливого, социально ответственного общества.

Нередко говорят о ней как о форме политической идеологии, форме политической культуре и даже – своеобразном образе жизни. На наш взгляд, социал-демократия есть также и специфический антропологический проект, в котором ставится проблема человека и определяются пути ее практического решения – прежде всего, путем реального поворота государства лицом к человеку.

Политическая история современной России включает в себя немало попыток формирования социал-демократии как политического течения, провести объединительный процесс в этой нише партийно-политического спектра. История современной социал-демократии – это также и история попыток определить идеологические основания этого политического движения, которые (основания) конечно же, должны быть специфичны, приближены к традициям и реалиям нашего общества, к условиям и обстоятельствам жизни российского человека. Определенные антропологические сюжеты имеются в идеологических платформах ряда наиболее известных партий социал-демократического толка, которые возникли и существуют в настоящее время. Ведя речь о представленности антропологической проблематики в политических идеологиях, надо заметить и о таких подходах в этом вопросе, когда вопрос о человеке как бы заслоняется темой социальных институтов, макропроблем общества, но на самом деле – присутствует как проблема и для человека, и для общества. Такое характерно, в частности, для программы КПРФ – преемнице КПСС. Программа этой партии ведет речь о том, что и в самом деле актуально для современного российского общества: социальная поляризация, бездуховность в обществе, власть спекулятивного капитала, недоступность социальных благ для большой части общества, безработица, незащищенность личности, бесперспективность жизни и т.д и т.п. Решение этих и иных проблем общества КПРФ видит на путях широкого народного сопротивления насильственной капитализации страны, а в целом – через построение «полного социализма» как общества, свободного от эксплуатации человека человеком. Следуя своим традициям, компартия не упраздняет из своей идеологии идею коммунизма, трактуя ее как ассоциацию свободных трудящихся и избегая всякого рода утопических построений в этом вопросе [12].

Значительную роль в формировании и практической реализации современной идеологии развития российского общества стала играть идея приоритетного национального проекта. Впервые публично она была изложена Президентом РФ В.В.Путиным в начале сентября 2005 года в своем ежегодном Послании к Федеральному собранию (парламенту) страны. Речь шла о том, чтобы в ближайшие годы придать приоритетное значение и должным образом поддержать материально четыре сферы общества, напрямую имеющие особое социальное значение: образование, здравоохранение, строительство и сельское хозяйство. Выбор этих отраслей имел определенные соображения: через их активное развитие смягчить остроту проблемы бедности в стране, повысить уровень и качество жизни россиян, изменить к лучшему их социально-психологическое состояние. Более того, идея национального проекта по мере своей реализации обретала иные значения своего содержания: она знаменовала смену политической стратегии российского государства, переход к своей основополагающей функции – функции социального государства. В связи с этим аналитики заметили в данной идее некий глубинный идеологический смысл, «сигнал» государства обществу, «декларацию» о его «политических намерениях» - о переходе к новой политике – к политике развития человеческого капитала [6, с.35].

Они стали характеризовать эту инициативу как «пилотный проект»

по созданию «нового общества», в основе которого лежит творческий потенциал личности [6, с.215-216]. Такой момент в эволюции современного российского государства – поворот к реальным потребностям человека - есть свидетельство существенного укрепления его роли на этапе перехода России к инновационному типу развития, что, разумеется, невозможно без активизации социальной политики, которая в данном случае должна играть стимулирующую роль, поощряя формирование потенциала человеческой личности. Идея приоритетных национальных проектов заметным образом изменила содержание политической идеологии и политический язык современного российского общества, сделала более определенной траекторию социальной политики государства.

Данная идея достаточно широко была представлена в публичных выступлениях руководителей страны, в программных материалах политических партий, активно использовалась во время крупных избирательных кампаний (выборы депутатов Государственной Думы РФ в декабре 2007 года и выборы Президента РФ в марте 2008 года).

Обращение к политическим идеологиям общества дает возможность проследить присутствие идеи человека в специфической форме – в форме соответствующих идеологем.

В политических идеологиях, кроме подлинно политического (это, в первую очередь, проблема власти) всегда есть и антропологическое.

Если быть более точным, то надо сказать: есть философско антропологическое содержание, которое указывает на универсальный способ существования философской антропологии.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Азбука русского националиста. – М., 1994.

2. Волгин, Н.А. Социальная политика: Энциклопедия / Под ред. Н.А.Волгина и Т.С.Сулимовой. – М., 2006.

3. Гайдар, Е.Т. Государство и эволюция / Е.Т.Гайдар. – М., «Евразия», 1995.

4. Глазьев, С.Ю. Россия: человек в системе общественных отношений (современное состояние и возможные перспективы) / С.Ю.Глазьев //Социально гуманитарные знания, 2004, № 1.

5. Жириновский, В.В. Идеология для России / В.В.Жириновский. – М., 1997;

6. Карпенко, М. Приоритетные национальные проекты и новая идеология / М.Карпенко, В.Казанцев, А.Иванов. – М.: СГА, 2006.

7. Орлов, Б.С. Социал-демократия: история, теория, практика. Работы 2000 2005 гг. / Б.С.Орлов. – М.: Собрание, 2005.

8. Панарин, А.С. Политология: Учебник / А.С.Панарин. – М.: «Проспект», 1997.

9. Подберезкин, А.И. «Человеческий капиталъ». Политическая платформа политической партии «Партия социальной справедливости» / А.И.Подберезкин.

– М., 2007.

10. Подберезкин, А.И. Человеческий капиталъ. Т.1: Идеология опережающего развития человеческого капитала / А.И.Подберезкин. – М., 2007.

11. Послание Президента РФ Федеральному Собранию РФ // Российская газета.

– 2008. – № 230.

12. Программа Коммунистической партии Российской Федерации. – М., 2000.

13. Реформы для большинства. Объединение «Яблоко». – М., 1995.

14. Социал-демократия сегодня: Сб. ст. /РАН ИНИОН Центр науч.-информ.

исслед. глобал. и регион. пробл. / Отв. ред. Орлов Б.С. – М., 2002.

15. Улюкаев, А. Либерализм и политика переходного периода в современной России / А.Улюкаев. – М. 1995.

16. Чадаев, А. Путин. Его идеология / А.Чадаев. – М.: Изд-во «Европа», 2006.

Е.А. ДЕРГАЧЕВА УРБАН-ТЕХНОГЕННЫЙ ОБРАЗ ЖИЗНИ ЛЮДЕЙ В ТЕХНОГЕННОМ ОБЩЕСТВЕ В земледельческом обществе абсолютное большинство людей жило в сельских районах, занимаясь самообеспечением собственной жизни. Жители первых городов древнего мира составляли лишь незначительную часть населения планеты. В конце XVIII века в городах началось зарождение промышленного способа производства общественной жизни (А.М.Ковалев). Города аккумулировали в себе все достижения науки и техники, стали центрами крупного машинного производства, культурной жизни общества. Особенностью индустриализма, отличающей его от доиндустриальной эпохи развития, стал специфический промышленно-городской образ жизни с особой структурой общения, культурой и ценностными предпочтениями.

Процессы индустриализации обусловили бурный рост городов – двигателей научно-технического прогресса – и городского населения в мире, которое на рубеже XX-XXI веков по своей численности превысило население сельской местности. При общем росте населения земного шара с 1800 по 1900 годы в 1,7 раза городское население увеличилось в 4,4 раза. В 1800 году горожане составляли 5% населения планеты (или около 50 млн чел.), в 1900 году – 13,6% (220 млн чел.), в 1950 году – 29% (738 млн чел.). Резкий перелом, получивший название «современной городской революции», или «современной урбанизации», произошел во второй половине ХХ века: за 1950-2000 годы численность городского населения выросла почти до 3 млрд человек, или в 4 раза. Если в 2000 году горожан насчитывалось около 50% от мирового населения, то, исходя из тенденций в 2025 году их станет 5,1 млрд человек, или 61% от населения мира [5, с.32-34]. В настоящее время происходит процесс дальнейшего углубления и территориального расширения урбанизации за счет малых и средних городов и сельских поселений, развитие субурбанизации. И хотя, начиная с 70-х годов ХХ века в развитых странах происходит процесс освобождения городов от промышленных объектов и возрастает значение сферы услуг, но эта деконцентрация осуществляется за счет вывоза производств в развивающиеся страны Юго-Восточной Азии, где в начале XXI века наблюдается явное усиление вектора мировой урбанизации. Если при аграрном способе общественной жизни преобладал семейный труд, трудовая деятельность подчинялась природным биоритмам, а жизненно необходимая привязанность к средствам производства ограничивала подвижность работников, то в урбанистическую эпоху значения этих переменных коренным образом меняются. Со становлением капиталистического способа производства повышается территориальная мобильность и урбанизированность населения, которое мигрирует из сел в города и между городами для работы на промышленных предприятиях, повышается степень взаимодействия между людьми. Трудовая жизнь отделяется от семейной, при более сбалансированном соотношении полов по сравнению с сельскими районами падает рождаемость в городах, а впоследствии и в сельской местности, главным образом в развитых странах, где также возрастает удельный вес старших возрастных групп населения. Уменьшается средняя величина семьи (так называемая «нуклеарная», или малая, семья, состоящая из родителей и детей) и домашних хозяйств, происходит дезинтеграция семьи, увеличивается продолжительность жизни населения. Возрастает значение женщины в общественном производстве, которая становится материально самодостаточной и ориентируется на личностную самореализацию, а не на традиционные семейные ценности. На индустриальной материальной базе повышается благосостояние и социальная защищенность основной массы городского населения, начинается восхождение так называемого «общества потребления» с относительно доступным образованием, медицинской инфраструктурой, пенсионным обеспечением и сферой досуга.

В индустриально-техногенном обществе рабочее время регулируется и обусловливается работой технологических систем (промышленности, транспорта, связи), не зависящих от сезонных колебаний, что, с одной стороны, дает возможность планирования свободного времени, а с другой – ставит в рамки своего функционирования поведение человека. Комфортные условия существования, высокая технико-технологическая оснащенность урбанизированных комплексов, жизнь во многоотраслевом, многофункциональном культурном центре со специализацией наиболее прогрессивных отраслей народного хозяйства, тесные технико-экономические связи по комбинированию и кооперированию промышленных предприятий между производством и потреблением промышленной и сельскохозяйственной продукции, высокая степень концентрации и диверсификации производства – все указанные характеристики дают основание рассматривать город и городскую агломерацию не только как подсистему общей системы размещения производства, но и как неотъемлемую часть и основу техносферы, в которой происходит вызревание и распространение на все общество новой западной культуры и образа жизни. В постиндустриально техногенном обществе ввиду сдвигов в структуре занятости, определяющей роли теоретического знания и информационных технологий качественно усложняется образ жизни человека. «Уже сегодня можно говорить о том, – подчеркивает В.Л.Иноземцев возрастающее влияние процессов информатизации, – что бурное развитие компьютерных технологий создает в западном мире не только новый технологический уклад, но, скорее, новую социальную реальность» [3, с.57].

И эта новая высокотехнологичная цивилизация, убеждает нас О.Тоффлер, несет с собой «продолжающийся процесс отхода от единообразия в производстве, потреблении, средствах коммуникации, семье и других аспектах жизни» [6, с.452]. Стилем жизни в обществе технологических инноваций становится постоянное обновление вещей, исключающее их ремонт и бережное использование. Такое общество, как метко заметил З.Бауман, «представляет собой цивилизацию запасных частей и одноразовых предметов, где искусство ремонта и поддержания сохранности излишни и забыты» [1, с.311].

Всесторонняя рационализация и информатизация образа жизни задают высокий темп динамичности всех сфер жизнедеятельности и одновременно ее нестабильности. «Неопределенность наших дней, – констатирует З.Бауман, – является могущественной индивидуализирующей силой. Она разделяет, вместо того, чтобы соединять» [1, с.30-31]. В супериндустриализме в противовес массовости и коллективности происходит индивидуализация личности, возрастает ее суверенность, ответственность за собственную судьбу. Приобретаемая самостоятельность неизбежно сопровождается одиночеством, распадом семьи в капиталистической миросистеме, признаком которой, по выражению И.Валлерстайна, является «приоритет бесконечного накопления капитала» [2, c.176].

Немаловажный вклад в процессы индивидуализации вносит повсеместное использование информационных технологий, заменяющих необходимость реального общения виртуальным, то есть происходит вытеснение естественных социальных контактов кибернетическими. Осуществляется технологическое регулирование образа жизни, его детерминация искусственными параметрами. По мере развития наукотехники изменяется размещение производства, что, соответственно, сопровождается изменениями в урбанистическом образе жизни. Современный тип урбанизации в развитых странах характеризуется развитием субурбанизации (деконцентрации населения с переходом его в пригороды) и образованием на этой основе новых пространственных форм городского расселения – мегаполисов. Перемещение населения из крупных городов в их пригородные зоны обусловлено прогрессом интеллектуальных технологий, которые «сжимают» пространство и экономят время.

Интенсификация пространственной подвижности, включение большей части населения в индустрию информационного производства, приоритетность проживания в экологически чистой зоне, перенос производства в домашние условия способствуют дальнейшему углублению и территориальному расширению процесса урбанизации, в который на новом этапе пространственной эволюции все активнее вовлекаются малые города и сельские поселения.

Техногенные трансформации происходят в сфере труда. Это проявилось через индустриализацию, технологизацию, роботизацию, информатизацию и интеллектуализацию практически всех основных видов труда. В доиндустриальную эпоху рост производительности труда был возможен благодаря увеличению физической нагрузки на человека и на одомашненных животных: на «мускулы» последних человек перекладывал от столетия к столетию все больше физических трудовых операций в земледелии. Мануфактуры, основанные на разделении труда, но с использованием ручной ремесленной техники, просуществовали в Западной Европе до последней трети XVIII века.

В ходе промышленной революции совершился переход от капиталистической мануфактуры к капиталистической фабрике с ее машинным производством. Машины быстро вытеснили прежние ручные малоэффективные станки. Рабочие стали только обслуживать машины. Машинная техника становится основой индустриального производства, а также основой преобразования прежних и становления новых производительных сил. Дальнейший процесс индустриализации шел по пути усложнения технико технологического потенциала общества, его механизации и автоматизации. Простые станки и машины были заменены взаимосвязанными системами сложных машин и механизмов, было создано крупное промышленное производство. Научно технологический прогресс способствовал уменьшению затрат труда, сделал воздействие энергии работника на предмет более косвенным, способствовал обезличиванию, унификации человеческого труда.

Наряду с промышленным сектором экономики начал развиваться третичный – сектор услуг. И если экономика доиндустриальных обществ характеризовалась высокой трудоемкостью, технологии индустриализма отличались высокой капиталоемкостью, то для постиндустриализма характерна высокая наукоемкость. Раньше работник создавал материальный продукт, теперь такое занятие становится делом соответствующих роботизированных технических систем.

Пик индустриального производства пришелся на середину ХХ века. Если до этого совершенствование труда шло по пути его сверхиндустриализации и технологизации, то с эпохой НТР развитие смещается в другую плоскость – интеллектуализацию производства и, соответственно, труда. Роботизация производства (создание сложных автоматизированных систем с программным обеспечением), способствуя экономии труда, создает технологическую безработицу.

Большинство работ осуществляется без присутствия рабочей силы.

Высокотехнологичные отрасли утрачивают свое компенсационное влияние на потерю малоквалифицированных рабочих мест в традиционных отраслях, происходит изменение операций в сфере услуг. Возрастает значимость высококвалифицированного, творческого, неотчуждаемого труда. Возникает потребность в людях нестандартного мышления, способных быстро переучиваться и адаптироваться к постоянно меняющимся условиях техногенной среды. Противоречие между трудом и средствами производства постепенно сходит на нет. Достаточно иметь портативный компьютер и сотовый телефон, чтобы успешно работать и хорошо зарабатывать.

Для деятельности пространство не имеет значения, так как новые информационные технологии позволяют сосредоточить в одном месте интеллектуальные ресурсы людей, разбросанных по всему миру, в результате отпадает необходимость физического перемещения для выполнения работы («электронные иммигранты»).

Даже оплата труда осуществляется посредством электронных носителей – пластиковых карт, которые являются «дематериализованной» формой денег. Научно-техническая революция предъявляет более высокие требования к качеству трудовых ресурсов. Социальный успех каждого зависит не только от накопления материального богатства, сколько от его квалификации и интеллектуального развития. Основные вложения делаются в невещественные формы накопления – в образование и получение высокой квалификации индивидом. Власть в техногенном обществе все больше и больше переходит в руки носителей научной и технико технологической рациональности – технократов, имеющих своей целью оптимальное развитие техники. Интеллектуальный и профессиональный уровень определяет современное социальное деление общества, выделяя его экономическую, профессиональную и властную элиту. Рост доходов населения сопровождается существенным сокращением рабочего дня.

В трудовой деятельности, с одной стороны, возрастает количество межличностных взаимодействий, а с другой стороны, труд индивидуализируется и сводится к общению человека с техническими устройствами и компьютерными технологиями.

Изменяется организация труда, которая в постиндустриальном обществе ориентирована на самостоятельность работника, дистанционные формы работ в виртуальных предприятиях, гибкие графики рабочего времени, повременную работу и частичную (неполную) занятость и, как справедливо прогнозирует О.Тоффлер, «на предприятиях останутся лишь те, кому необходимо иметь физический контакт с предметом труда» [7, с.563].

Процессы технизации и электронизации охватывают и домашний быт. Создаются так называемые «электронные коттеджи»

(О.Тоффлер), осуществляется доместикация труда, то есть работа в домашних условиях. Интеграция домашнего хозяйства и непроизводственных видов деятельности становится возможной под влиянием процессов технико-технологической трансформации общественной жизни. Развитие электронных телекоммуникаций, как считает Дж.Мартин (и это уже во многом сбывается в наши дни), в будущем фундаментально изменит всю «фактуру общества», исключит необходимость множества перемещений людей. Работа, встречи, рабочие конференции, расчеты, покупки и многое другое будут осуществляются по телекоммуникационным сетям, охватывая удаленных друг от друга участников [4, с.371-391]. Связь с миром все больше и больше происходит через домашние компьютерные системы. Со временем компьютеры самых разных назначений будут оказывать возрастающее количество разнообразных услуг.

Электронная техника, например, облегчает и постепенно берет на себя большую часть домашней работы.

Задолго до этого о явлении доместификации труда писал О.

Тоффлер. В таких технически оснащенных и электронизированных домах большинство людей будет заниматься производством и потреблением одновременно, создавать индивидуализированную продукцию, заготовки для которой будут произведены на предприятиях массового промышленного производства. Такая «волна самопроизводства» в определенной степени может быть реализуема благодаря расширению техносферно-урбанистической среды обитания, которая создает условия для выбора вида деятельности, благоприятствует развитию творческого труда. Не исключено, что даже сельское хозяйство и производство продуктов питания будет «электронизировано». В настоящее время для этого имеются все необходимые предпосылки.

Техносферизация и урбанизация условий жизнедеятельности людей. В доиндустриальный период развития человек жил в мире, сотворенном природой, приспосабливался и состязался с ней, стремясь выжить и подчинить ее своим интересам. Воздействие человека на биосферу при помощи элементарных орудий труда не приводило к существенному изменению среды его обитания даже на протяжении нескольких поколений людей. Земной мир за почти тыс. лет земледельческой эволюции вида homo sapiens оставался неизменным для его обитателей. Технологические революции ХIX XX веков создали непреодолимую пропасть между аграрным и техногенным мирами людей, способствовали нарастающему усложнению социума и общественного развития. В биосфере сформировался новый, организованный по потребностям социума и законам техники, мир техносферы, в котором шаг за шагом совершается процесс рационализации не только человеческой жизнедеятельности, но и биоприроды. Жизнь в техносфере – урбанизированных городских поселениях – становится неотъемлемым атрибутом человеческого существования, условием эффективного производства и прогресса, средством обеспечения человеческой жизнедеятельности и формирования основных жизненных установок. В индустриальной и постиндустриальной общественных системах происходит планомерная (а в некоторых случаях даже стихийная, например, в результате производственных аварий) реорганизация биосферных условий существования в социотехнобиосферные, практически полное отделение человеческой жизнедеятельности от естественной, природной и подчинение ее функциональным законам техносферы, усовершенствование технических систем за счет постоянного притока сырья, энергии и информации.

Процессы индустриализации и урбанизации, активизируемые научно-технической деятельностью человека, являются основными составляющими и движущими силами формирования искусственной технико-технологической реальности – техносферы, которая включает в себя не только производственные, информационные технологии и технологии по изменению объектов биосферного мира, но и искусственно измененные человеком участки биосферы, включая технологически трансформированные живые (техно ноосферные) организмы как переходную фазу между техногенной и техносферной системами, а также технико-технологические системы для стабилизации человеческого организма. В техногенном обществе на качественно новом уровне происходят процессы социализации, а жизнедеятельность человека протекает в техносферно урбанизированной среде.

Искусственная направленность мирового процесса развития безвозвратно удаляет человека от естественных, природных условий среды обитания. Даже переезд населения в пригородные зоны происходит на условиях сохранения всех благ урбанизированного мира. Вряд ли в будущем общество сможет отказаться от техносферы, так как представители техногенного общества уже не смогут выжить в естественных, первобытных условиях. Возрастают противоречия между экспоненциально усиливающейся мощью техносферы и уничтожением естественных экосистем, массовым ухудшением здоровья людей, ограниченными возможностями человека адаптироваться к происходящим изменениям искусственной среды и формируемого урбан-техногенного образа жизни.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Бауман З. Индивидуализированное общество. – М., 2002.

2. Валлерстайн И. Конец знакомого мира: социология XXI века. – М., 2004.

3. Иноземцев В.Л. Современное постиндустриальное общество: природа противоречия, перспективы. – М., 2000.

4. Мартин Дж. Телематическое общество. Вызов ближайшего будущего // Новая технократическая волна на Западе. – М., 1986.

5. Пивоваров Ю.Л. Основы геоурбанистики: урбанизация и городские системы.

– М., 1999.

6. Тоффлер О. Адаптивная корпорация // Новая постиндустриальная волна на Западе. – М., 1999.

7. Тоффлер О. Третья волна. – М., 2004.

В.М. ЛОБЕЕВА ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО РЕФОРМАТОРСТВА: КОНЦЕПЦИЯ Б.Н.ЧИЧЕРИНА В арсенале русской государственной истории и истории общественной мысли существует множество прогрессивных идей и социальных технологий, реализованных или не реализованных по тем или иным причинам в свое время, но сохраняющих свой познавательный и конструктивный потенциал. Это побуждает обращаться к истории, в частности, к истории русской общественной мысли, в поисках пути модернизации и конструирования социальной реальности. В этом контексте мы усматриваем большой теоретический и практический смысл в социально-политическом учении Б.Н.Чичерина, в котором значительное место занимает разработка проблемы реформ как определенного типа общественного развития. Концепция социально-политических реформ в России изложена ученым в основных философских и философско-правовых сочинениях. Как ему представлялось, именно либеральные реформы, проводимые «сверху», т.е. государством, позволят избежать разрушительных революционных потрясений и обеспечат поступательное и одновременно стабильное развитие страны. По его мнению, революции возникали везде, где существовала упорная охранительная система, где власть не желала компромиссов и реформ. При этом ученый отчетливо осознавал, что бедствия, которые несет с собой революция, не ограничиваются междоусобными войнами, кровопролитиями, жестоким подавлением свободы. Революция уничтожает чувство законности, и народ начинает предпочитать смело и нетерпеливо воздвигнутые теории, жаждет переворотов. Именно поэтому Б.Н.Чичерин был твердо убежден в объективной необходимости и целесообразности реформ.

Значительное место в его концепции занимала разработка проблем реформирования российского государства. Б.Н.Чичерин всегда был сторонником сильного государства и сильной государственной власти, поэтому предложенная им программа реформ строилась на органичном сочетании позитивных моментов национальных традиций российской государственной власти (самодержавия) и необходимых новаций, а также ставила задачей найти гармонию между сложно сочетаемыми, но необходимыми ценностями свободы и порядка, государства и гражданского общества. Она включала в себя как проблемы собственно структурных преобразований системы государственной власти, так и указывала на назревшую потребность изменить сам стиль государственного администрирования, опорой которого призваны стать нравственный авторитет власти и профессионализм чиновников. Б.Н.Чичерин был убежден, что переход к конституционному правлению, в котором он видел политический идеал для России, должен осуществляться постепенно по мере готовности для этого политического устройства российского общества и самой государственной власти. Разрабатывая свою концепцию модернизации государства, Б.Н.Чичерин исходил из представления о том, что до середины XIX века российское самодержавие «собрало и устроило Русскую землю, насадило в ней просвещение;


наконец, оно освободило народ и поставило на ноги общественные силы» [3, с. 609]. При этом общество только следовало за властью, подчиняясь ее велениям. В XIX веке с развитием общественных сил стало очевидным, что интересы общества и власти не всегда совпадают. Следовательно, назрела необходимость реформирования отношений общества и власти. Начало преобразованиям было положено Александром I. Однако под влиянием объективных требований времени российское государство и во второй половине XIX в. вновь очевидно нуждалось в совершенствовании. В качестве необходимых социально экономических и правовых предпосылок для перехода от абсолютной к конституционной монархии ученый называл проведение крестьянской реформы, установление гражданских прав, а также создание учреждений, призванных их охранять (судов присяжных, местного самоуправления).

Российская монархия в своей истории имела периоды, когда она была сословно-представительной. Б.Н.Чичерин видел в такой форме монархии много достоинств и считал, что именно в направлении формирования народного представительства около монарха должна развиваться далее российская монархия. Во-первых, это соответствовало традиции национальной государственности. Во вторых, дух времени требовал, чтобы Россия шла дальше по пути формирования конституционной монархии, основанной на законе.

Эта форма рассматривалась Б.Н.Чичериным как своеобразный частный случай представительной монархии, соответствующий новому времени. В-третьих, конституционная монархия более других форм способствует достижению общественной стабильности тем, что позволяет сдерживать как диктат большинства или «демократический цезаризм» [2, с. 515], проявляющийся в республиканских государствах, так и неизбежное стремление высшей аристократии к безраздельному господству.

Система реформированной высшей государственной власти в концепции Б.Н.Чичерина выглядела следующим образом. Монарх, совершенно независимый ото всех, надпартийный, выступающий как отец народа, патриарх, высший и беспристрастный арбитр в обществе и государстве, был вправе назначать и смещать министров, судей, распускать нижнюю палату – палату представителей. Свои действия государь мог согласовывать только с верхней палатой, которую составляют люди, назначенные в нее волей того же государя. Следует признать, что при подобной схеме их оппозиция, если бы она вообще проявилась, не была бы сколько-нибудь серьезной. Таким образом, в этой модели власти монарху отводилась первая роль. Далее шел двухпалатный парламент. Верхняя палата должна формироваться из представителей родовой аристократии, высших чиновников, даже министров, доверенных лиц, назначаемых монархом, выборных от губернских земств. Б.Н.Чичерин высказывал идею реформирования существовавшего Государственного совета, преобразования его в верхнюю палату с правом обсуждения им законов и бюджета страны, то есть предлагал наделить данный орган законодательными, а не только законосовещательными полномочиями. Нетрудно заметить, что при таком принципе формирования верхняя палата выглядела как некое продолжение исполнительной власти. Верхняя палата нужна для того, чтобы уравновешивать политическую систему в целом и удерживать членов нижней палаты от возможного политического популизма. Нижняя палата должна состоять из зажиточных представителей других сословий, представляющих в основном средний класс. При этом акцент снова делался на то, что это должны быть люди способные понять государственные потребности. Ученый категорически возражал против участия в деле государственного управления «низших слоев», не готовых к этому ни моральном, ни в интеллектуальном плане. И дело здесь ни в дворянском высокомерии, а в непреложной истине, которая утверждает, что государственное управление требует определенной подготовки, и, следовательно, «каждая кухарка не может управлять государством». Задачей нижней палаты в основном должна быть законотворческая деятельность, при условии, что депутаты будут действовать в соответствии с государственными потребностями. Нижняя палата могла быть распущена монархом практически по любому поводу. Таким образом, представительный орган власти должен соединить в себе два принципа - назначение и выборность. Такое устройство ведет к тому, что власть, с одной стороны, будет сосредоточена в руках государства и назначаемых администраторов, с другой стороны, выборные земские органы сами будут выбирать исполнительные органы решать местные проблемы.

Сущность всей системы представительства состояла в том, что воля граждан всецело переносилась на избранное лицо, которое представляло в органе власти и тех, кто его избирал, и тех, кто был против, и тех, кто по каким-либо обстоятельствам лишен избирательного права, то есть население территории. Следовательно, преимущества конституционного монархизма, по мнению Б.Н.Чичерина, состояли в возможности привлечения к управлению достойнейших людей, вне зависимости от их политической принадлежности. Конституционная монархия, дополненная и одновременно ограниченная земским представительством – вот политический идеал для России.

Ученый анализировал также проблемы, которые могли возникнуть при подобном построении власти. К ним он относил потенциальное стремление палат парламента и парламентских партий расширить или изменить свои полномочия, стремление к назначению на высокие государственные должности «своих» людей.

Предотвратить подобные ситуации призваны всевидящее око и совесть монарха, а также закон, которому должны быть подчинены действия властей и иных политических структур общества, например партий.

Далее в этой системе следовали правительственная власть (назначаемые министры) и судебная власть, реформированная на принципах публичности, гласности судопроизводства, независимости и несменяемости судей, учреждении суда присяжных. Как ученый, как здравомыслящий и высоко нравственный человек Б.Н.Чичерин не мог обойти здесь проблему недостатка профессионализма и нравственности судейского корпуса России. С известной долей оптимизма он выражал надежду, что на переустройство судебной системы уйдет полвека. К сожалению, во многом проблема остается нерешенной до сих пор. Еще одним важным направлением реформирования государства Б.Н.Чичерин признавал необходимость изменения правового статуса личности в соответствии с требованиями времени.

Основным методологическим принципом, исходя из которого он строил анализ правового положения личности, было признание свободы метафизической сущностью человека и источником всех его прав. В таких сочинениях, как «Собственность и государство», «Общее государственное право», «Философия права» и др.

исследованы важнейшие права и свободы человека. К ним ученый относил право гражданства (подданства), личные права (личную свободу, неприкосновенность дома, бумаг и писем, свободу перемещения, право на защиту чести, право на свободу совести, свободу и неприкосновенность собственности, свободу промыслов и занятий, свободу заключать договоры, свободу слова, включающую в себя свободу преподавания и свободу печати, свободу собраний и товариществ, право прошений), политические права. Этот перечень во многом совпадает с современными представлениями о правах и свободах человека.

В современных законодательствах, в том числе российском, перечень прав и свобод граждан, несомненно, шире, чем это было в XIX веке. Однако следует помнить об исторических особенностях времени, а также обратить внимание на то, сколь объемно толковались Б.Н.Чичериным названные права. В этом случае становится понятным, что обозначенные правовые рамки, в случае их реализации, могли обеспечить вполне цивилизованное существование человека. Как истинный представитель «государственной школы» и философ-западник, ученый считал, что государство должно расширять права и свободы личности. По его мнению, это будет способствовать развитию России по европейскому пути и сближению ее с Европой. Следует признать, что для своего времени учение Б.Н.Чичерина о правовом статусе гражданина было прогрессивным, либеральным и гуманистичным. Российская монархия второй половины XIX века предоставляла не много возможностей для практического воплощения такого набора прав личности. Однако сам факт того, что имелась возможность публичного изложения весьма либеральной правовой конструкции, красноречиво свидетельствует об уже существовавшей, хотя, безусловно, ограниченной свободе мысли и слова. Кроме того, концепция правового положения личности характеризует научную, мировоззренческую и гражданскую позицию самого ученого. Необходимо отметить, что Б.Н.Чичерин не только создал фундаментальное и прогрессивное учение, но и последовательно и смело излагал его в своих сочинениях, преподавательской деятельности в Московском университете, а также участвуя в общественной жизни.

Однако здесь необходимо заметить, что учение о правовом статусе личности нельзя путать с оценкой ученым роли отдельных социальных групп в жизни общества. Б.Н.Чичерин считал, что в обществе можно вести речь только о юридическом, а не о социальном равенстве. Между людьми существует колоссальная разница способностей, стремлений, социально-экономического положения, уровня образованности и т.п. Поэтому расслоение в обществе носит объективный и неустранимый характер, а, следовательно, каждый общественный слой будет играть свою объективную роль. Задача государства в этом случае давно известна человечеству: попытаться гармонизировать общественные отношения. Равноправие сословий Б.Н.Чичерин видел не в установлении одинаковых прав, а в распределении деятельности в соответствующих сферах, т.к., «когда в государстве существуют различные сословия, распределение прав между ними должно сообразоваться не с отвлеченным началом равенства, а со способностью их участвовать в общественных делах»


[4, с. 428].

Главным сословием в России Б.Н.Чичерин считал дворянство как наиболее образованное, богатое, имеющее многовековой опыт политической деятельности и государственного управления. Он прямо заявлял, что стоит за политическое преобладание дворянства, поэтому именно ему отводил дело областного и государственного управления. Однако накануне проведения крестьянской реформы мыслитель подчеркивал, что дворянство, скорее всего, попытается провести ее, исходя из собственных сословных интересов, и поэтому возлагал надежду на высшую власть, которая должна в этой ситуации, сохраняя беспристрастность, равно выражать и защищать интересы, как дворянства, так и крестьянства. Таким образом, ученый справедливо отмечал, что власть не должна допускать расширения сословных прав, нарушая при этом принципы справедливости и общественной пользы.

Среднее сословие пореформенной России Б.Н.Чичерин оценивал скептически, считая, что оно «с одной стороны, богатство, не связанное с образованием, а с другой, - скудное образование, не соединенное с богатством» [5, с. 437]. Но при этом он выражал надежду, что через упорный труд и образование оно упрочит свое положение. Экономическое призвание среднего сословия состоит в том, что оно связывает крайности, представляя сочетание высших форм труда с руководящей деятельностью в мелком производстве.

Среднее сословие призвано участвовать в областном и городском управлении, поддерживать общественный порядок и свободу. Кроме того, мыслитель утверждал, что на рубеже XIX вв. значительная часть российского дворянства по своему экономическому положению фактически принадлежала к среднему сословию. Это реально не только расширяло среднее сословие численно, но и укрепляло его интеллектуально и духовно. Подчеркивая особую роль «среднего слоя» в будущем, ученый писал, что «юридическая раздельность сословий уничтожается тогда, когда преобладающее значение получает среднее сословие, которое, соединяя собою крайности политического и общественного положения, служит цементом для общества и самой надежной опорой государства. С крепким и образованным средним сословием, из каких бы, впрочем, стихий оно не слагалось, является политической сила, при которой возможны и общественное единство, и разумная государственная жизнь» [4, с.

410]. Заслуга Б.Н.Чичерина состоит в том, что он одним из первых среди ученых обозначил и стал разрабатывать проблему формирования среднего класса в России как опоры стабильности политической системы в ходе буржуазных преобразований.

В крестьянстве Б.Н.Чичерин видел в «первобытную народную силу, готовую при разумном руководстве стоять за основные начала общественной жизни» [4, с. 411], и при этом отмечал, что забота о благосостоянии крестьян должна лежать на правительстве. Крестьяне - низшее сословие – по своим свойствам и по своему положению менее способны к общественной деятельности. Не имея ни экономической независимости, ни образования они призваны участвовать в экономическом производстве только своим физическим трудом, а также могут заниматься делами сельского управления.

В эффективном функционировании власти, по мнению Б.Н.Чичерина, значительная роль принадлежит духовной связи между властью и гражданами. Эту связь он считал самой надежной опорой власти. В статье «Россия накануне двадцатого столетия», написанной в 1900 году, ученый с горечью замечает, что «в России нравственный уровень высших правительственных сфер никогда не был высок;

но при Александре III он понизился так, что это превосходит всякое вероятие» [3, с. 577]. Б.Н.Чичерин был глубоко убежден в том, что главную внутреннюю силу власти составляет ее нравственный авторитет, который никогда не возникнет, если государственная власть, устанавливая правовые нормы для граждан, сама не будет основывать на них свою деятельность. Нет более опасного заблуждения, чем смешение силы власти с господством произвола, как превращение начала власти в самоцель. В основе функционирования государства должен лежать закон. Государство нравственно настолько, насколько оно само управляется законом.

Основными принципами, на которых должно происходить реформирование стиля или самого духа государственного управления, Б.Н.Чичерин считал очищение государственной машины от деспотизма и непрофессионализма, а также от волокиты, взяточничества, фаворитизма, интриг, угодничества, покорности и прочих проявлений безнравственности чиновничества. В связи с этим во многих фундаментальных работах, публицистике, переписке, мемуарах он критиковал деспотизм государственной машины при Николае I, реакционность и несогласованность действий власти при Александре III, такие многовековые беды российской власти как аморальность и малообразованность бюрократии. Проблема образованности чиновничества особенно актуальна и поныне, а потому остановимся на ней более подробно. Исходя из общего посыла о неравномерности распределения образования в обществе, ученый утверждал, что объективное право на управление обществом имеет самая образованная его часть, т.е. зажиточные классы. Поэтому демократия не может быть идеалом человеческого общежития.

Однако применительно к конкретной исторической действительности России 80-годов XIX столетия Б.Н.Чичерин замечал, что «русская аристократия не сумела сохранить свои предания и нравственно удержаться на высоте своего положения. В настоящее время она неспособна служить руководителем общества.

Для этого ей нужно было бы внутренне обновиться, проникнуться образованием, возвратиться к преданиям просвещенного вельможества прежних времен. Только тогда она могла бы сделаться твердым оплотом государственного порядка и центром общественной жизни» [1, с. 534]. Вряд ли стоит думать, что в этой оценке сказалась личная обида Б.Н.Чичерина, который именно в начале 80-х годов XIX века был отстранен императором Александром III от должности московского городского головы. Принципиальные проблемы ученый всегда решал, исходя из принципов объективности, исторической конкретности и здравого смысла.

В определении места и роли каждого класса в общественной жизни Б.Н.Чичерин был одинаково строг и критичен и к бедным, и к богатым. Так, он подчеркивал, что «богатство избавляет от труда, вследствие чего на вершинах общества нередко встречается скудность умственного развития» [6, с. 216]. Философ прав:

образованность не наследуется, как имущество, а является результатом собственного труда. Иное дело – средние классы. В средних классах с достатком соединяется труд, поэтому именно от них всегда и везде исходит умственное развитие. В обществах, где развита политическая жизнь, лучшие представители средних слоев могут попасть в ряды политической элиты. Таким образом, леность богатых и активность средних слоев обеспечивают условия для ротации верхов, гарантируют оптимальное сочетание количества и качества в правящих слоях и реализуют идею народного представительства в них. И все же Б.Н.Чичерин настаивал на особом статусе аристократии. Он рассуждал следующим образом. Попадание в средний класс, а из него в элиту – это результат свободного выбора и равных для всех возможностей. Значит, особая роль аристократии ею заслужена, а потому справедлива. Такой вариант реализации принципа демократии не приводит к нарушению количества и качества, потому составляет условие правильного развития и не противоречит разумным требованиям общественной жизни. Всякая иная демократия неразумна, а потому вредна. По сути дела, в рассуждениях Б.Н.Чичерина ставка делалась (в духе либерального эгоцентризма) на деятельно-личное начало в решении вопроса о демократической составляющей власти. Представители родовой аристократии лишь тогда становятся политической элитой, когда при унаследованном богатстве сохраняют живые политические интересы и энергию действия. Представители средних классов обеспечивают себе право быть среди лучших своей личной активностью, трудолюбием и их результатом – материальным достатком и образованностью. Пролетарии же, в численном отношении составляющие большинство, чье имущественное положение и умственное развитие стоят на самой низкой ступени, не доросли еще до того необходимого состояния, чтобы стать (благодаря только количеству) правящим классом. Ученый был убежден, что «при нормальном соотношении общественных элементов эта масса должна стоять внизу, а не наверху» [6, с. 217] и что «невежественная толпа», обладающая властью, есть величайшая опасность для общества.

В своих сочинениях Б.Н.Чичерин поднимал вопрос о методах осуществления либеральных реформ и выступал против любых форм насилия на пути их реализации. Одновременно философ решительно выступал против революционных форм экстремизма, пустившего глубокие корни в социалистической идеологии, ибо революция трактовалась им как нарушение всяких прав. И хотя иногда она может быть оправдана обстоятельствами – достигшим предела угнетением и обнищанием народа, - но никогда не может быть признана выражением правомерного образа действия. Революция неприемлема не только с точки зрения права, но и потому, что она вызывает деструктивную волну анархии и разрушений, отбрасывающую общество вспять. Таким образом, единственным правомочным способом модернизации общества остается путь реформ, которые вводят либеральные общественные и политические институты с учетом сложившихся традиций и одновременно воспитывают людей, приучая их к созидательной работе, а не к ожиданию «распределительного рая».

Б.Н.Чичерин, несомненно, принадлежит к классикам отечественной социально-политической науки. А классики – это те мыслители, чьи идеи и концепции не теряют своей значимости со временем. В российской социально-политической мысли во второй половине XIX века Б.Н.Чичерин являлся наиболее последовательным продолжателем гегелевской традиции в понимании природы государства и общества. Его новаторство состояло в попытке применить социально-философскую парадигму Гегеля к российской действительности. Главным образом к выработке таких социально исторических механизмов, которые позволили бы стране развиваться эволюционным путем, без радикальной ломки существующих общественных форм и социальных взрывов. Высказанные ученым идеи консолидации общества через институты власти и государства, воссоздания его материально-духовной целостности, неоспоримы.

Отмеченные идеалы духовно-нравственного восприятия государственности не могут быть забыты, потому что они когда-то сформировали нацию и продолжают присутствовать в ее психологии.

Они представляют огромный плодотворный и очень востребованный ныне потенциал. Актуальной остается и идея Б.Н.Чичерина о том, что сущностная задача государства – это собирание народа через инструмент централизации под эгидой единой воли. Для России по прежнему остро стоят проблемы эффективности государственной власти управления, диалектического сочетания исторически присущей тенденции стремления к сильной власти и необходимости демократизации власти, проблема качества госслужащих. Не уменьшилась, а, напротив, возросла роль нравственной составляющей власти. Нравственный идеал служения народу, закону и отечеству необходимо вернуть в политическую лексику и практику.

Именно он создает особый «правовой дух» правового государства.

Без такого нравственного императива формально-правовое государство в российской действительности будет ничем иным кроме как обычной плохо функционирующей государственной бюрократией.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Чичерин, Б.Н. Задачи нового царствования/ Б.Н.Чичерин // Философия права.

– СПб.: Наука, 1998.

2. Чичерин, Б.Н. Конституционный вопрос в России / Б.Н.Чичерин // Философия права. – СПб.: Наука, 1998.

3. Чичерин, Б.Н. Россия накануне двадцатого столетия / Б.Н.Чичерин // Философия права. – СПб.: Наука, 1998.

4. Чичерин, Б.Н. Русское дворянство / Б.Н.Чичерин // Философия права. – СПб.:

Наука, 1998.

5. Чичерин, Б.Н. Что такое среднее сословие? / Б.Н.Чичерин // Философия права. – СПб.: Наука, 1998.

6. Чичерин, Б.Н. Философия права / Б.Н.Чичерин. – СПб.: Наука, 1998.

В. МИХАЛЁВ-ВОЛООКОВ О РЕЛИГИИ КАК ФОРМЕ ВЕРЫ Вера как и Свобода, Любовь, творчество – неотъемленные, базовые качества и свойства человеческого Духа, человека. Без них он не живёт. И лишь Вера в Бога, безразлично в какую религиозную форму она обрамляется, способна построить возле тебя не дегуманизированный мир, и никто, - никакие системы и технологии, правительства не заставят быть тебя бездумным механизмом. И в XXI веке с падением религиозного сознания, когда в Европе даже закрываются храмы, проблема самоидентификации человека, его свободной, верующей личности становится важнейшей проблемой, без решения которой человек обречён на духовную пустоту, тоску и скуку. Правда, в Библии говорится, что перед «концом света» очень и очень мало будет верующих людей. Это мы и наблюдаем сегодня.

Особенность нашей жизни на этой Земле с момента зарождения человечества состоит в том, что слишком велики и обширны искушения, окружающие нас. Возможности воровства, убийства, насилия во всех формах, мошенничества, влечения к разрушению, ненависть, злобы и мести широко представляются нам. Всё это – превышение меры в функционировании качеств голода, пола, эгоизма и собственности – базовых свойств человека как телесного создания, а также духовных качеств. И окружающий мир прямо таки «просит»

нас всё это сделать. Как говорится, искренне жаль человека, ведь он живёт среди этих искушений, но совершенно не жаль его, если он поддаётся этим искушениям. Так что, - не превышайте меры в функционировании своих качеств (меру вы устанавливаете сами и это ещё один повод для самоанализа и самопознания). И вы не искуситесь, Вы не будите, как говорил Эрих Фромм, коленопреклонённым перед этими искушениями, властью, деньгами.

Вы не будете суеверным, если не превысите меру своей Веры и не будете идолопоклонничать, не творить себе земных кумиров. А творить себе земных кумиров, увы, свойственно человеческой натуре.

Мы их творили, когда человечество формировало религиозное сознание, поклоняясь природным силам, животным, деревьям, рекам и озёрам. Так и сейчас, мы можем поклоняться любимому человеку, начальнику, новоявленному пророку, обещающему исцеление от всех болезней, счастье и богатство. Но можно, веря только в Бога, познавать Его, твою миссию на этой Земле и подыматься от своей зависимости от природных условий, людей – ничтожных мошенников к любви к Богу. И при этом исполнять определённую социальную роль в этом мире (а без этого невозможно представить любого человека) и не терять самого себя, своей уникальности. И ни религия, ни твой труд как средство зарабатывания на хлеб насущный не сможет нивелировать тебя, если ты сам не позволишь этого.

Религия, действительно, форма облечения Веры человеком или группой людей (по-другому человек, видно, и не познаёт Бога) и это – создание человеческое. Ты можешь следовать ритуалам и канонам определённой религиозной формы, а можешь и не следовать и при этом от тебя только зависит, - смогут религиозные ритуалы и каноны нивелировать твою самоидентификацию или нет. В принципе всё, что ты делаешь на этой Земле способно нивелировать тебя, делать из тебя послушного зверя. Работа, семья, отдых могут превратить тебя в робота, управляемого извне, как, впрочем, и религия. Ну так ты не поддавайся. Познавай себя, познавай свою миссию на этой Земле.

Для чего ты живёшь? Миссий возможно пять: личная, семейная, общественная, творческая и государственная.

Личную миссию ты, в первую очередь, выполняешь, когда твой возраст до 18 лет или ты на пенсии. Ты оказываешь влияние на других своей личностью, что, впрочем, можешь делать всю свою жизнь. Когда ты заводишь семью, то начинается семейная миссия:

воспитание детей, создание ячейки общества. Общественная миссия начинается, когда ты устраиваешься на работу;

государственная – когда ты служишь государству в администрациях различного уровня, правительстве, силовых структурах. Ну а творческая миссия возможна, когда ты обладаешь талантом в любой сфере творчества, искусства и культуры, техники. Некоторые успевают за свою жизнь все пять миссий выполнить, а некоторые – только максимум три:

личную, семейную и общественную, и таких большинство.

Всё это ты делаешь по сознательному или бессознательному соглашению с Богом или дьяволом. Сможешь просто работать, писать, строить дома, рисовать – делай и не греши (не превышай меры ни в чем). Твори во славу Божью. Идентифицируй и возвышай себя. Сможешь убивать, воровать и насиловать, - значит заключил договор с дьяволом. И эта дьявольская миссия – твоя.

Ты всегда будешь в какой-либо социальной системе и лишь от тебя и Божьей помощи зависит – потеряешь ты себя или нет, станешь роботом, автоматом или духовной личностью.

Религия не должна довлеть в обществе, чтобы не впасть в искушение подчинить себе людей данному религиозному начальству, но и она никогда не исчезнет, как и не уйдёт от нас Вера в Бога (правда, Вера возможна в кого угодно, и во что угодно). Ты вынужден принять общие этические ценности и нормы, раз живёшь в данном обществе, в данное время. Но принимай их частично, не забывая себя, своего поиска Истины. Любая религиозная система в чем-то схожа с армейской: единый начальник (патриарх, епископ, командир), вертикаль подчинения. И если ты вошёл в религиозную систему на правах её полного члена (монах, священник), то, конечно, ты вынужден принять правила системы и порой здесь трудно проявить свои личностные качества. Но и можно – всё зависит от напора и таланта личности. Например, Эразм Роттердамский, Митрополит Филарет (1782-1867), - участник составления манифеста об отмене крепостного права, Иоанн Кронштадский явно выделялись на общем фоне. Священники Сергей Булгаков и Александр Мень не полностью вписывались в церковную систему: шли, зачастую, свом путём. Например, поиск С. Булгаковым Софии премудрой как истины Божьей отходил от церковных канонов. Здесь он пытался свойство сделать субъектом. Труды священника Павла Флоренского тоже не всегда вписывались в церковную систему. Его «столп и утверждённые истины» официально не одобрялись тогдашней церковной иерархией. Но личность Флоренского не нивелировалась.

Истина, конечно, у Бога. Мы лишь пытаемся приблизиться к ней, как и к познанию Бога в рамках той или иной религиозной системы – христианской, мусульманской, буддийской и других. И каждая из них по своей тропинке ползёт наверх к сияющей вершине – Богу.

Кстати, под истиной мы понимаем истинность предложений, утверждений и объектов, субъектов. Утверждение считаем истинным, если оно логически непротиворечиво и вытекает из законов тождества, достаточного основания, исключенного третьего и противоречия. А объект или субъект истины, т.е. мы познали его истину, если мы можем спрогнозировать его поведение во всех возможных ситуациях пространства и времени. Что, увы, просто не под силу человеческому разуму. Потому истину всего и вся знает только Бог. А мы лишь пытаемся к ней приблизиться, да и то не знаем, в правильном ли направлении идём?



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.