авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 18 |

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЕ НАУЧНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ...»

-- [ Страница 4 ] --

Не менее существенным является и характер древнеегипетского мышления – он был мифолого религиозным (и магическим). Именно мифология в данном случае стала сложной системой знания о бо гах, о божественных законах, о намерениях богов, о целях жертвоприношений и обрядов, о значимости молитв и гимнов, трансформировалась в наидревнейшую форму философии, оперирующей средствами логики. В общем, египетская история заставляет думать, что около 3000 г. до н. э. в Египте «магический разум» и «рациональный разум», т.е. религиозный и логический способы мышления, были более уравно вешены, чем около 1000 г. до н. э. или даже в современном мире. Древние египтяне пользовались разумом в самой высокой степени там, где это было нужным, и с должным уважением подходили к тому, что пре вышало их разумение. В эзотерической истории древнеегипетского мышления ясно проявляется фунда ментальная тема единства и порядка космического, биологического и социального характера, олицетво ряемого богиней Маат. Жрецы Древнего Египта размышляли о сути бытия за тысячи лет до изобретения телескопа, создания атомной теории, исследования структуры белка и информационной революции. В це лом можно говорить о древнеегипетской философии с преобладанием в ней натурфилософии, с поисками Абсолюта (является ли он Природой или Богом, это уже другой вопрос). Древние египтяне не знали де картовской философии, они различными способами (магическими и рациональными) старались достиг нуть космического бессмертия.

Социальный строй Древнего Египта носил иерархический характер, на вершине общества находился фараон, земное воплощение бога, затем шли высшие сановники, средние и низшие чиновники (все они были одновременно жрецами и писцами), потом перед нами предстают массы простого народа, чьими трудами существовала древнеегипетская цивилизация. Весь строй общества буквально был пронизан дея тельностью жрецов, отправлявших культы различных божеств в многочисленных храмах82. Самой значи мой и привилегированной фигурой в древнеегипетском обществе была писец, получавший образование в шкодах при храмах. Писец - это мудрец Древнего Египта. Писцы составляли интеллектуальную элиту, управляющей сложной административной и экономической деятельностью страны.

В Древнем Египте существовал такой специфический институт, как «Дом жизни», основанный, оче видно, в эпоху первых династий и находящийся возле дворца фараона с отделениями в каждом значимом храме. Именно там обрабатывали и редактировали теологические трактаты и все произведения, в большей или меньшей степени касающиеся проблем философии и теории власти. В соответствии с господствую щей концепцией, глубоко укоренившейся в сознании древних египтян, благополучие страны обусловлено наличием фараона - в нем воплощались «здоровье и зрелость» народа. Благодаря фараону Египет нахо дится в том счастливом положении, когда в любом аспекте (идет ли речь о природе или о деятельности человека) господствует регулярность и порядок, стабильность и безопасность.

Фараон как наследник создателя и властителя мира (в конце Древнего царства) обладает властью над целым космосом. Именно этот фундаментальный аспект власти выражается в статуях фараонов ранне го периода, и прежде всего в величайшем шедевре - пирамиде Хефрена. Властный, невозмутимый, с гла зами, устремленными в далекий горизонт, где царствует его отец Ра, фараон собственной особой сохраня ет равновесие мира, которому каждый момент грозит возврат хаоса. Понятно, что в действительности шла внутренняя борьба, обусловленная социальными противоречиями;

тем не менее древнеегипетская госу дарственность просуществовала более трех тысяч лет, показав свою необычайную прочность. В силу эф фективности фараоновской власти Древний Египет внес значительный вклад в сокровищницу мировой культуры своими достижениями во многих областях, включая историю, экономику, науку, искусство и философию83.

Древнеегипетская цивилизация не смогла бы просуществовать столь длительное время и достигнуть замечательных успехов в культуре без осознания самой себя, т.е. без философии. Однако именно с фило софией Древнего Египта сложилась довольно-таки странная ситуация: «Историки философии вообще час то отрицают древнеегипетскую философию и иногда ее признают. Филологи-египтологи свято склонны почти согласиться с ее существованием, но обычно не занимаются доказательством этого. Однако, если на египтологию взглянуть с точки зрения истории философии, то необходимо признать древнеегипетскую философию и приведенные в связи с этим аргументы»84. На страницах мировой философии идет речь о древнеегипетской философии и ее особенностях, но в нашей отечественной гуманитарной мысли почти ничего о ней нет.

Сложившаяся ситуация обусловлена рядом факторов, присущих древнеегипетской цивилизации.

Прежде всего не следует забывать тот существенный факт, что она, подобно другим великим восточным цивилизациям древности, носит эзотерический характер. Это значит, что и сама древнеегипетская фило софии относится к сфере эзотерического знания, которая в глазах непосвященных масс выглядела как ре лигия. Отнюдь не случайно в Древнем Египте имя Исиды воспринималось массами как обозначение боги ни, тогда как философы понимали под ним Природу. Философское знание было доступно только избран ным, посвященным в великие мистерии адептам, каковыми и выступали жрецы.

В эзотерической истории древнеегипетского мышления ясно проявляется фундаментальная тема единства и порядка космического, биологического и социально-политического характера, олицетворяемо го богиней Маат. Последняя является «персонификацией одного из фундаментальных принципов древне египетского философского мышления»85. По сути богиня Маат репрезентировала принцип порядка, См. Брестед Д., Тураев Б. Указ. соч.Т. 1;

Рейснер М. Идеологии Востока. М.-Л., 1927.

См. Поликарпов В.С. Лекции по культурологии. М., 1987.

Banu I. Filozofia orientului antic. Bucuresti. 1967. Vol. I. P. 210.

Larousse World Mythology / Ed. By P. Grimal. L. a. etc. 1974. P. 38.

управляющего космосом и дающего ему необходимое равновесие, вместе с тем ее роль касалась также социального и морального порядка и в этом плане с ней связаны фундаментальные понятия справедливо сти и истины, регулирующие деятельность богов и людей. Древние египтяне, очевидно, имели религиоз ные книги, но их верования, их теологии и философские идеи не были основаны на «религии книги», ка ковой выступает Библия у иудеев и христиан, Коран у арабов. Их религия по своему существу была кос мической, она выросла из культов сил природы, солнца, луны и животных. Жрецы Древнего Египта полу чили в наследие от архаической эпохи различные взгляды на происхождение мира, жизни и смерти, раз мышляли о сути бытия за тысячи дет до изобретения телескопов, создания атомной теории, исследования структуры белка.

Теология древнеегипетских мудрецов является результатом усилий, направленных на выяснение природы веры и ритуалов, эти усилия не пропали, ибо они привели с необходимостью к рождению фило софии, свободной от мифологии и теологии. Во всяком случае несомненно одно: древнеегипетская теоло гия подняла религию на уровень философии. В теолого-философских конструкциях мира основное место занимали космические боги, что не случайно, ибо они представляют собою итог поисков на протяжении длительного времени, в ходе которых человек стремился понять мир. Главными космическими божества ми в теолого-философских схемах бытия выступали Океан, Небо, Земля, Воздух, Солнце, Месяц и звезды.

Над ними господствовал единый Бог, носитель божественности и законов, о чем идет речь в текстах нача ла Древнего царства.

Так как проблема начала в виде принципа генезиса и развития вселенной в космогониях Ближнего и Дальнего Востока была существенно связана с какой-нибудь общекосмологической системой, то в Древ нем Египте тео- и космогоническая проблематика выступала в качестве своеобразного мифа или ансамбля метафор, выработанных жречеством для масс, находящихся в зависимости от теократии. Вселенная пред ставлялась как бы отражением Египта, а всебытие, дающее существование и жизнь, - отражением плодо родного Нила и согревающего речной ил солнца. В общем можно оказать, что мифолого-религиозная кос могония древнеегипетских мудрецов признавала только единственную к единую действительность, к ко торой относились мир богов и мир природы, причем не проводилось принципиального различия между духом и материей. Темное пространство заполняла правода (Нун), содержащая в себе смесь женских и мужских элементов. Присущего праматерии прадуха (Тота) отождествляли с правотой и представляли его как самосознание мира природы.

Нун и Тот, праматерия и прадух были неразрывно связаны друг с другом, исключая тем самым воз можность существования двух отдельных и противоположных прапринципов. Вечный, непонятный и не уловимый Бог замыкал собою материальное всебытие, по сути своего пронизанного божеством. Таким образом исчезает внешний дуализм прапринципов и остается Единое как прапринцип без начала и даю щий начало любой вторичной экзистенции. Вместе с тем эта вторичная экзистенция, или сущее сотворен ное Богом, носит двоичный характер. Известный английский египтолог Г. Франкфорт весьма четко сфор мулировал основную идею древнеегипетской концепции двоичности всего сущего, которая выражала в политической форме глубоко укоренившуюся тенденцию египтян понимать мир дуалистическим образом в виде целого ряда парных противоположностей, сбалансирование в не изменяющимся равновесии86.

Здесь вселенная выступала разделенной на «небо» и «землю», причем сама «земля» тоже понималась дуа листически, так как Творец создал две божественные пары, олицетворяющие физическое устройство мира и породившие другие божественные пары.

Согласно древнеегипетской, этим Едином является демиург Атум, чье имя означает «неопределен ность»: одна из его ипостасей - облик змея Уробороса, кусающего самого себя за хвост (так выражается творение и разрушение мира, т.е. замыкание круга деяний демиургом). Создав первую пару богов - Шу (бог воздуха) и Тефнут (богиня влаги), - Атум расчленяет сам себя, однако с возвращением их к своему творцу он опять восстанавливается в своей целостности. Это значит, что единство упорядоченности все бытия неотрывно от осмысления бытия и небытия, ибо единое как недифференцированная сущность есть небытие, которое противоположно двойственности, находящейся в интервале от двух до «миллиона» лет.

Демиург опосредует отношение между небытием и бытием, разделяет их актом творения, давая начало существованию мира с его множеством явлений. В общем можно сказать, что змей Уроборос в виде коль ца опоясывает мир представляет собою образ вечно самовосстанавливающегося мирового порядка, упо добленного встающему каждое утро из хаоса небытия солнцу (недаром древние египтяне чтили бога солнца - Ра).

Для древнеегипетской космогонии характерен плюрализм картин происхождения мира: в ней можно выделить три великих космогонических системы. Одна из них была сконструирована в ходе философских размышлений жрецами Гермополя (столица одного из номов Верхнего Египта). В ней возникновение и развитие вселенной осуществляются благодаря эманации. Божественная сила или прадух (Тот), содержа щийся в идентичной с собою правоте (Нун) и почувствовавший в некий момент желание действовать, См. Франкфорт Г., Франкфорт Г.А., Уилсон Дж., Якобсен Т. В преддверии философии. Духовные искания древнего чело века. М, 1984. Второе издание. СПб., 2001.

творческим актом своей воли привел в движение правду, чтобы она приобрела те формы, которые он сформировал в своем самосознании. По слову Тота праматерия начала дифференцироваться на основе принципа взаимодействия противоположностей мужских и женских элементов, в ней возник порядок и стала господствовать целесообразность, олицетворенная богиней Маат. В силу этого процесса обрели кон туры четыре пары (мужские и женские) свойств вещей в виде сопряженных божеств: Нун и Наунет, Хух и Хаухет, Кук и Каукет, Амон и Амаунет (так называемая Огдоада – восьмерка богов). Эти божества носили в высокой степени абстрактный характер и выражали стихии, из которых возник упорядоченный мир. Бо гиня Нун - рождающая правода, подобно оплодотворяющему весь Египет Нилу, - затем трансформирова лась в первобытный океан, тогда как Наунет означает празародыш – матерь всех конкретных существова ний. Олицетворением пространства является Хух, Хаухет же означает бесконечное в вечности и обуслов ленное во времени дыхание, под влиянием которого в правоте зародился первый зародыш жизни, первый эмбрион в мире. Божественные олицетворения Кук и Каукет выражают бесконечность и конечность как во времени, так и в пространстве, где было положено начало развитию мира. Наконец, Амон и Амаунет ха рактеризуют Нун перед началом ее эмационной дифеференциации, когда она влажная, бесконечная в про странстве и времени и погруженная в абсолютный мрак находилась в нерушимом покое. Эта «Великая Огдоада» образует прародителей всех вещей, которые невидимые мысли Тота преобразовали в видимый мир вещей. Гермопольская космогония не сыграла важнейшей роли в древнеегипетской мысли;

в более поздние эпохи в силу политических причин она модифицировалась и испытала сильное влияние гелио польской космогонической системы.

В Гелиополе были созданы и разработаны, насколько можно судить, древнейшие египетские теого ния и космогония. Из извечного хаоса праводы появилось яйцо, из которого появился великий, «создав ший сам себя» бог Атум (иногда говорят Атум-Ра), положивший начало существованию всех существ в мире. Возник мир как воплощение божественного прапринципа и одновременно как место обитание бо жеств. Все бытие оказалось выраженным в девяти божествах или «Великой Эннеаде»: Атум-Ра, Шу и Тефнут (бог воздуха и богиня воды), Геб и Нут (бог земли и богиня неба), Осирис и Исида (бог и богиня производительных сил природы), Сет (покровитель природы) и Нефтида (богиня, охраняющая горизонт как окруженный водами конец мира). Позже в семью гелиопольских богов включили сына Осириса и Исиды - Гора (бога времен года), наиболее популярного бога древнего Египта.

Наряду с Великой Эннеадой существовала так называемая Малая Эннеада, куда в первую очередь входили Гор, Тот, Маат, бог с головой шакала Анубис (некоторые египтологи считают, что Анубис был песьеголовым богом), патрон мумификации, которому позже приписали важную функции в суде Осириса.

Надо отметить, что мистическая цифра девять имеет колоссальное значение во всей древнеегипетской ре лигии. В целом следует подчеркнуть, что основополагающей мыслью в космогонической системе Гелио поля (и в других концепциях древнеегипетского мышления) является положение об извечной связи прама терии с прадухом, из которой вследствие закономерного движения в пространстве и времени как бы из праяйца возник мир, земля и земная жизнь.

Гелиопольская космогоническая концепция оказала сильное влияние и на мемфискую систему взглядов о происхождении мира, которая имеет оригинальный характер. Когда Мемфис был столицей Древнего Египта (III - IV династии), возникла необходимость сочетания гелиопольской теологии (в ней творцом был Атум) с мемфисской теологией (которая творцом признавала Пта или Птаха). Было провоз глашено, что восемь богов творения от Нун до Нефертума вместе с Атумом содержатся в Пта: «имеют свои формы в Пта», являются ничем иным, как только Пта. Прежде всего Атум является сердцем и языком Пта, а божественными Кормачи этих двух органов выступают соответственно Гор и Тот. Ведь Пта творит «сердцем и языком», т.е. мыслью и словом: «Оно (сердце - В.П.) дает выходить всякому знанию и язык повторяет вес задуманное сердцем». Согласно концепции «Памятника мемфисской теологии», Пта как демиург в качестве абстрактно-философского, творческого орудия использовал божественное слово. Не следует забывать, что для древнеегипетской мысли сердце выступало «седалищем мысли», око порождало творческую мысль, чье воплощение осуществлялось благодаря божественным устам. Иными словами, творческое слово божества является источником всего сущего на земле, т.е. в глубокой древности египтя не оперировали отвлеченными понятиями, что им были доступны метафизические размышления, что по нятия «нус» («разум», «ум») и «логос» («речь», «слово») возникли и развились в Древнем Египте, а затем уже попали за его пределы. Именно концепция божественного слова, творящего мир потом вошла в хри стианство.

Для древнеегипетской мысли характерно существование нескольких мифологических, теологиче ских концептов, чтобы обозначить одно из множества явлений. Иными словами, древнеегипетскому ми ровоззрению присущ плюрализм в понимании окружающего мира, т.е. не существовало каких - либо догм мировоззренческого и религиозного порядка. Египтологии, например, установили, что в знаменитых «Текстах пирамид», которые возникли в III-ем тысячелетии до н.э. и были высечены на камне, зафиксиро ваны представления о «небе» в виде коровы, крыши, океана, женщины Нут, коршуна. Они часто встреча ются в комбинации типа «Звезда плывет по океану под телом Нут» и «Он, т.е. умерший фараон, - сын ве ликой коровы. Она беременеет им и рождает его, и его помещают под ее крылом». Здесь перед нами мно жественность концепций о небе;

все представления о небе считались правомерными одними и теми же теологами. Более того, поскольку у египтян было столько же здравого смысла, сколько и у нас, то можно с уверенностью сделать заключение, что никто, кроме, возможно, самых наивных, не воспринимал комби нированное изображение небесной коровы в буквальном смысле. Ведь использование для понимание од ного какого-нибудь явления нескольких символов способствовало более глубокому проникновение в его суть, а не вело к заблуждению. К тому же все фиксировалось при помощи «символов», отнюдь не пред ставлявших собою точной копии того, что они «изображали». Перед нами одна из важнейших проблем древневосточного миросозерцания вообще, в том числе и древнеегипетского, а именно: какова роль сим волов, иди имен и наименований, в картине вселенной. В Древнем Египте особую ценность, часто магиче скую, приписывали имени (бога, фараона, любого явления). И это неудивительно, ибо древнеегипетское мышление исходит из того, что между явлением и его наименованием имеется взаимосвязь: слова вопло щают предметы и явления (отсюда значение игры слов в историях о сотворении мира), а речь упорядочи вает их.

Возникает вопрос: почему уже древние египтяне использовали для описания одного явления не сколько образов и названий этих образов (имен)? С позиций науки XX столетия можно дать на это вполне удовлетворительный ответ. Теперь не вызывает сомнения то, что для адекватного постижения целого ряда объектов (например, микромира) необходимо применение двух или более различных образов и имен, или способов описания. Это связано с открытием значимости левого и правого полушарий в деятельности че ловеческого мозга - в решении задач индивид использует две интеллектуальные стратегии. Одна из них (использование логики, анализа и абстракций) относится к левополушарному «мышлению». По мнению В. Иванова, «вероятным представляется определение древнеегипетской культуры и сходных с нею черт культуры древнемесопотамской, как левополушарной по ее доминанте (чему, конечно, не противоречит включению в нее в разные эпохи и других составляющих)»87. Абстрактно - словесная или левополушарная стратегия решения интеллектуальных задач отчетливо просматривается в построении текстов математиче ского, научного, богословского и философского характера, причем она тесно связана с концепцией двоич ности всего сущего.

При рассмотрении природы богов и человека следует считаться с наличием в древнеегипетском мышлении мощного слоя архаических мифологических понятий. Среди них фундаментальное место за нимает представление о первобытном океане (извечном, изначальном хаосе), из которого поднялся перво бытный земляной холм в виде пламени (Атум, бог Гелиополя, появился из океанического хаоса в виде холма или на холме) и породил первое «тело» любого местного 6ожества в исторические, династические времена либо жук-скарабей древнеегипетской религии. Сюда же относятся представления о яйце, символе жизни, распространенном также за пределами Египта, и цветке лотоса, породившем солнце или наделив шем его жизнью. Представление о первобытном океане на земле вызвало к жизни и представление о небе как океане, давшем начало вселенной, богам и людям.

Нет ничего удивительного в том, что для древних египтян действительно существовало «время бо га» или «времена богов». Они не только пользовались им при обращении к событиям далекого прошлого, но даже называли время отдельных богов: Атума, Геба, Осириса, Гора, чаще всего Ра. В народе была рас пространена вера в то, что боги жили на земле и владели ею, точнее, господствовали над Египтом. Жрец Манефон, который в птолемеевскую эпоху написал на греческом языке историю Египта, приводит список богов с датами их жизни (этот список сохранился на фрагментах папируса времен Рамзеса II, находящего ся ныне в Туринском музее), например, Тот жил 3726 лет, Геб 1773 года, а Гор только 300 лет.

На общность природы богов и людей указывает миф о солнечном Оке, посвященном истреблению человечества, заметим, что значимость Ока у Ра или другого верховного божества (Атума или Гора) со стоит в выражении им порядка и умиротворения, его удаление от бога означает беспорядок. Око Ра часто отождествляли с Маат, ибо ее именовали «единственным Оком, госпожой Эннеады, госпожой вселен ной»88. Миф об истреблении человечества относится к выступлению людей против верховного божества.

Это происходило тогда, когда «люди и боги были одной вещью», т.е. были одновременно, т.е. были вме сте вылеплены из земли. Царствовавший в Египте Ра состарился и люди, перестав ему повиноваться, «за мыслили злые дела». Совет богов предложил ему послать против людей его Око в виде образа богини Ха тор-Сехмет, свирепой львицы. Она начала беспощадно уничтожать человечество;

Ра смилостивился над ним и сумел прекратить истребление, однако вскоре перебрался на небо, оставив Тота своим представите лем.

Древнеегипетская цивилизация в основном сложилась к 3000 г. до н.э. благодаря развитию единой культуры. В эпоху Древнего царства появились юридические документы, диагностический справочник и два медицинских трактата. Действительно, медицина III-го тысячелетия до н.э. явно не прибегала к магии, Иванов Вяч. Вс. До – во время – после? // Франкфорт Г., Франкфорт Г.А., Уилсон Дж., Якобсен Т. В преддверии филосо фии. М., 1984. С. 8.

Тексты саркофагов. IV. 86.

тогда как рецепты II-го тысячелетия до н.э. включают в себя элементы магии. Оракул бога до 1500 г. до н.э. не вмешивался в рациональное отправление правосудия, закладка пирамиды сопровождалась церемо ниями с их магическими действиями, однако в ее сооружении не было ничего магического. Древнейшие египтяне прекрасно пользовались логикой и рациональным разумом и благодаря этому достигли многих замечательных результатов.

Один из выдающихся примеров гения древних египтян - это мумификация. Она показывает их мас терство в ряде наук, включая физику, химию, медицину и хирургию, имеющих рационально-философский характер, их выдающиеся способности в каждой из этих областей научного знания обусловлены аккуму ляцией длительного эмпирического опыта и применением философии наблюдения. Так, в одном из хирур гических трактатов, содержащихся в папирусе Эдвина Смита (эпоха Древнего царства), опираются на строго рациональные принципы и при постановке диагнозов и лечении ран, переломов всегда используют критерий проверяемости, то ясно существование в древнейшие времена стремления врачей к рациональ ному познанию. Последнее в итоге приводит к появлению древнеегипетской научной медицины и фило софии опыта. Необходимо считаться и с тем, что существовала эзотерическая философия - ведь фрагмен ты философского трактата о сотворении мира содержали очерк теории познания, а древнеегипетская тео логия включала в себя психологию познания. Вполне понятно, что врач осуществлял свою медицинскую практику в контексте тогдашней культуры, что при давало философский характер врачебным трактатам. И хотя рационально-философская струя в медицине просматривается во всех эпохах истории Древнего Египта., до нас не дошло в достаточном числе свидетельств, подтверждающих это. Знание философских основ научной медицины, мастерство и опыт привело к тому, что древнеегипетские врачи высоко цени лись в тогдашнем цивилизованном мире. Не следует забывать и того, что достижения их в области меди цины, особенно в хирургии, органически вошли в европейскую медицину, придав ей специфическую ок раску, и отличая тем самым от восточной медицины.

В эпоху Среднего царства возобновлены крупные ирригационные работы (освоен оазис Фаюм), по дучили развитие металлургия (использование меди) и ткачество, возросло значение торговли и городской культуры(расцвет математики, богословия, абстрактного мышления и пр.). Изменилось соотношение со циальных сил - номархи были включены в состав бюрократической машины, укреплению власти фараона способствовало развитие сред него городского сословия. Кроме того, если в эпоху Древнего царства до минировал бюрократический порядок, то теперь в управлении обществом используется и представление о божественном порядке. Не менее существенно и то, что высокий уровень материального благосостояния, достигнутого в эпоху Среднего царства, придает культуре светский характер, уменьшая ее зависимость от храмов и жрецов. Само собой разумеется, что все это сказалось на развитии богословской и философской мысли в данный исторический период древнеегипетской истории.

В результате смуты, охватившей страну между Древним и Средним царством, произошла демокра тизация религиозных идей, когда право на бессмертие получили все египтяне, когда фараону к его при ближенным пришлось полениться секретами достижения вечной жизни. Вот здесь-то и необходимо знать представления древних египтян о природе человека, изложенных в «Текстах пирамид» (конец ХХV - се редина XXIII в. до н. э.) Следует иметь в виду, что эти представления сложились задолго до образования единого древнеегипетского государства и своими корнями уходят в архаическую эпоху. К тому же совре менной науке не очень многое известно о них, несомненно пока только одно: человеческое существо со стоит из физического тела и связанных с ним нескольких невидимых в земной жизни индивидуальных субстанций. Смерть нарушает эту органическую связь, поэтому вечная жизнь в потустороннем мире тре бует восстановления данного единства. Согласно древнеегипетским представлениям, человек состоит из девяти субстанций (частей, элементов): 1)тела – «хетт», 2) духовной личности – «ка», 3) души – «ба», 4) тени – «хаи бит», 5) светящейся ипостаси – «ах», 6) сердца – «иб», 7) силы или способности – «сехе», 8) имени – «рек», 9) подлинного духовного тела – «сах». Представления о ряде этих элементов у самих древ них египтян были достаточно противоречивы и многозначны;

однако их нужно знать, чтобы понимать содержание «Текстов пирамид», вообще древнеегипетскую ментальность.

Не укладывается в рамки наших понятий представление о теле, понимаемое прежде всего как мате риальный скелет целостности человеческого существа. Странным кажется то, что это тело не было чем-то единственным и незаменимым, как мы привыкли считать. Его могло заменить пластическое представле ние, воплощенное в статуе: позже выражение «тело» может означать именно «статуя». Более того, его форма может изменяться, например, в одной из повестей герой, будучи человеком, превращается в дерево и быка, не теряя своей собственной личности. Но и в заупокойные книгах, не связанных с фольклором, содержится также мотив метаморфозы умершего в различных животных, причем чувство идентичности остается. Иными словами, подчеркивает Ф. Дома, «понятие тела является для египтянина гораздо более изменчивым, чем для нас, и гораздо более широким»89. Тело выступает материальным основанием для функционирования ансамбля остальных элементов человека, без него он как бы лишен реального бытия.

Daumas F. Op. cit. S. 207-208.

В современных языках невозможно найти эквиваленты для субстанций Ка, Ба, Ах и Тень, так как тем же Ка обладали как боги, так и люди (в отличие от остальных людей боги и фараон имели большее число Ка). Ка принципиально связано с жизнью вообще, его многозначность выражается термином, охва тывающим внутреннее «я», которое считается реально существующим образованием и которое может в определенной степени отделяться от человека. Иногда Ка соответствует таким нашим современным поня тиям, как «личность», «душа», «индивидуальность», «темперамент», это слово может означать также че ловеческое «счастье» или «социальное положение». Египтяне представляли себе эти понятия более лич ным и наглядным способом, нежели современный человек. Во всяком случае бесспорно одно - Ка пред ставляет собою как бы совокупность условий, детерминирующих жизненный путь индивида.

Наиболее низким по отношению к Ка является Ба, чей характер является более интеллектуальным, чем у Ка. В весьма интересном произведении времен Среднего царства разочарованный жизнью человек беседует со своим Ба, понимаемым здесь как внутренний голос. Возникает вопрос: дошли ли древние египтяне до того, чтобы идентифицировать его с тем богом, который находится в человеке, или с сове стью? Их хотя об этом нельзя говорить о достаточной уверенностью, однако несомненен божественный характер Ба. Не менее интересно и то, что Ба находится в тесной связи с солнечным светом и с золотом, являющимися субстанцией звезд;

к тому же боги и люди обладают им, во множественном же числе Ба означает силы, которые представляют все вместе взятые Ба.

Подобно Ба, название Ах записывалось при помощи рисунка чубатого ибиса и было родственно по нятию «ясность», а для древних египтян это служило доводом принципиальной идентичности обоих поня тий. Считалось, что Ах зачастую пребывает на небе и навсегда остается там после смерти, порождая впе чатление, будто только после необратимого шага в потусторонний мир человек получает свое Ах в полное владение. Что же касается Тени, то этот удивительней элемент человека неразрывно был связан с ним, имел подобную ему форму и черный цвет (не следует забывать, что черным изображали Осириса после его воскресения). Возможно, что Тень имела также сексуальное значение;

во всяком случае мудрецам есть над чем поломать голову. Заслуживает внимания и замечание Ф. Дома о том, что «Тень не раз рассматри вается в качестве элемента, удобного для жизни на том свете»90. Концепция природы человека представ ляет собою метафизическую конструкцию большой сложности, на которую опирались религиозные веро вание и погребальные культы древних египтян. Существенно то, что именно концепция природы человека является фундаментом подлинного гуманизма, подпитывающего древнеегипетскую философию, которая в эпоху Среднего царства получила дальнейшее развитие.

Переходный период от Древнего царства к Среднему ознаменовался упомянутой выше демократи зацией религиозных верований и заупокойного культа. Знаменитые «Тексты пирамид», которые предна значались для фараонов, перестали отвечать потребностям жизни и поэтому появились магические тек сты, чей комплекс образовал так называемые «Тексты саркофагов» (они в первую очередь удовлетворяли запросы номовой знати). И хотя они содержат определенное число «изречений» «Текстов пирамид», их создали жрецы в процессе теологического и философского творчества. «Тексты саркофагов» носят четко направленный мировоззренческий характер, в них просматривается онтологический момент.

Действительно, в них излагается гермопольская версия «Огдоады» -«восьмерки богов», или восьми божеств - Хех, поддерживающих небо - Нут. В плане нашего изложения существенно то, что эти божест ва-хех извечны, что они воплощают первобытный океан хаоса, бесконечность, мрак и пр., что именно ими созданы свет и земля. Перед нами вполне определенная философская система, выраженная в космогонии и теогонии, между которыми имеется органическая связь. Например, небо и компонент космоса, и богиня, жена Геба, дочь Шу и Тефнут, т.е. элемент природы и божество выступает в единстве. В целом четко про сматривается параллель с древнегреческой натурфилософией - Фалес из Милета, первый из натурфилосо фов, утверждал, что вода есть начало всего сущего. Но ведь древние египтяне тоже рассматривали деми урга в качестве одного из элементов природы, появившегося из изначального океана Нун. Не менее инте ресно и то, что весьма близки представления о бесконечности, воплощенной в божествах Хух и Хаухет, и идеей натурфилософа Анаксимандра о бесконечном и неопределенном (апейроне).

В связи с этим имеется два подхода к философской оценке древнеегипетских космогоний и теого ний. Ведущий специалист в области религии Древнего Египта М.А. Коростовцев считает, что раз «египет ские космогонические представления облечены в теогоническую, мифологическую форму, от которой они неотделимы», то «было бы крайне несерьезно усматривать в них элементы иди зачатки материализма»91.

Академик И.Бану, напротив, утверждает, что здесь имеется философия, где доминирует идеализм с нот ками «материалистического», недуховного «характера»92. В плане развиваемого нами подхода следует говорить о древнеегипетской философии с преобладанием в ней натурфилософии, с поисками Абсолюта, а является он Природой или Богом, это уже иной вопрос.

Там же. С. 210.

Коростовцев М.А. Религия Древнего Египта. М., 1976. С. 102.

Banu I. Op. cit. P. 156.

В пользу выдвинутого положения свидетельствует и старая идея, не раз поднимаемая в дальнейшем развитии «Текстов саркофагов» - идея воскрешения, которую можно сформулировать следующим обра зом: человек, стремящийся избежать смерти, должен стать богом, иного пути нет. В «Разделе о Ба бога Шу» умерший говорит:

«Я есть Ба бога Шу, который сам себя вызвал к существованию.

Я стал телом бога который сам себя вызвал к существованию».

Здесь речь идет о попытке включиться в цикл мира, чей регулярный ход является гарантией вечности:

«Я есть Шу, которого сотворил Атум-Ра.

Я предназначен для пребывания в этом месте вечной жизни»93.

Древние египтяне не знали декартовской философии, они различными способами (магическими и рацио нальными) старались достигнуть космического бессмертия, т.е. искали связи с Абсолютом.

Эпоха переходного времени и Среднего царства характеризуется успехами в области абстрактного мышления, однако следует иметь в виду, что в интеллектуальном развитии древнего египтянина много чуждого нашим понятиям, особенно в области религии и философии. Прежде всего в его системе верова нии и метафизических конструкциях отсутствует формальная, аристотелевская логика. Древний египтя нин не очень интересовался тем, адекватна идея действительности или нет, ему приходилось задумывать ся над возможностью отыскания другой идеи для уравновешивания первой. Интеллектуальная мотивация древнего египтянина была направлена на то, что составляло порядок и симметрию как в религии, так и в искусстве. Появившаяся идея считалась даром богов, поэтому нельзя было ею пренебрегать, даже если в общей схеме она оказывалась ошибочной и непригодной. Это значит, что возникшая идея начинала вести самостоятельное существование и становилась неуничтожимой. Древний египтянин охотно трудился над введением ее в богословскую или метафизическую систему, помещая ее в таком месте, где она гармони зирует или дополняет противоположную идею. В философии и религии, искусстве и архитектуре древний египтянин с наслаждением занимался составлением из разнородных элементов единой композиции.

Именно несчетное число этих элементов служило единственной основой для проведения мыслительных умозрений, отсюда следует и отмеченный выше плюрализм в философии и теологии, отсюда и отсутствие поиска всеобъемлющей истины.

Гармония пронизывала древнеегипетскую ментальность и не случайно применение во всех областях деятельности «соотношений божественной гармонии»(А. Фюстель де Куланж). Пропорциональные соот ношения использовались в математике, архитектуре, изобразительном искусстве, теологии и философии и пр. Так как пропорциональные соотношения носили универсальный характер, то они распространялись на многие области науки, философии и искусства, и воспринимались самими египтянами как отражение гар моничного строения мироздания, они считались священными и, очевидно, держались в тайне. Особое зна чение в древнеегипетской культуре придавалось золотой пропорции, или золотому сечению, которое в качестве золотого ключика позволяет проникнуть в тайны жрецов, создавших задолго до Пифагора тео рию гармонических основ мироздания. На основе исследования культовых сооружений Древнего Египта советский архитектор И.П. Шмелёв разработал принципиально новый топологический аппарат, позво ливший сформулировать идею третьей сигнальной системы, которая обнажает природные механизмы взаимосвязи психических функций человека с окружающим пространством94.Согласно принципу третьей сигнальной системы, искусственно создаваемая среда способна обеспечивать и поддерживать равновесие экологического фактора, если ее пространственные параметры подчинены гармоническим закономерно стям, которые находят выражение в виде функций золотого сечения.

Не менее существенно и то, что абстрактные идеи теологии и философии выражались посредством иероглифического письма (письма cлов бога), причем каждый графический символ был связан с одной и только одной идеей или понятием (таких идеограмм вначале насчитывалось всего 700). Совокупности идеограмм было достаточно, чтобы зафиксировать общие, абстрактные идеи, кроме того, развитие фило софских воззрений привело к тому, что изначальные образы получали наиболее емкую форму выражения и посредством абстракций выявлялась их многогранная сущность.

Все это привело к прогрессу в развитии абстрактного мышления эпохи Среднего царства, который проявился наиболее ярко в формулировке монотеистической идеи. На это обращает внимание Б.А. Тураев, приводя XVII главу «Книги мертвых»: «Я - Атум, будучи единым. Я - Ра при его первом восходе. Я - ве ликий, создавший себя сам, создавший имя свое - владыка эннеады (или: «все имена которого образуют эннеаду» - вар. богов). Нет ему равного среди богов, я - вчера, я знаю завтрашний день… Я - феникс вели кий…Я - Мин в его выходах... Я достигаю этой земли прославленных, вхожу в священные врата. Вы, стоящие предо мной, протяните ваши руки - я сделался одним из вас». Таким образом, четко сформирова лась идея отвлеченного единого и вечного бога;

в связи с этим древнеегипетский пантеон является прояв лением множества воплощений божественного начала, что означает несомненный прогресс в развитии религии и философии. Успехи в сфере абстрактного мышления повлекли и развитие рациональности (дос Daumas F. Op. cit. P. 214? 215.

См. Шмелёв И.П. Архитектор фараона. СПб., 1993.

таточно упомянуть математику, медицину и пр.), которая испытала влияние иероглифического типа пись менности и этим отличается от европейского вида рациональности.

Теперь коснемся радикального изменения представлений о загробной жизни, вызванного демокра тизацией и быстрым развитием культа Осириса (в его основе лежал миф о жизни и смерти Осириса, затем воскреснувшего) после упадка Древнего царства. До этого восхождение на небо было привилегией пред ставителей правящей элиты, когда дух умершего стремился ввысь, чтобы воссоединиться со своим пред ком, богом-солнцем. Фараон как божество мог данную привилегию распространить на своих любимцев сановников, не принадлежащих его семье, позволяя им не только строить некрополи, но и использовать магические формулы для достижения неба. Другие смертные были обречены на гипотетическую потусто роннюю жизнь в мрачных подземных регионах. Вместе с упадком Древнего царства монополия фараона на то, чтобы наслаждаться жизнью на Елисейских полях, исчезла. Во времена вредного царства каждый человек мог рассчитывать на то, что он после смерти может соединиться о Осирисом.

Миф об Осирисе содержал в себе зародыши ряда глубоких философских мыслей. Прежде всего в нем указывается путь к бессмертию - ведь Осирис первый из умерших стал их владыкой. Во времена Среднего царства в Абидосе совершалась мистерия, в которой воспроизводилась смерть бога, его воскре сение, а затем борьба Гора, стремящегося отомстить за отца и вступить во владение наследством. Неуди вительно, что мистерия Осириса была доступна только посвященным, что вся сцена воскрешения в гроб нице Петосириса сопровождается исключительно символическими образами, что текст умышленно обре зан и искажен. Посвященные однако хорошо понимали все слова, иллюстрирующие солнечное воскреше ние Осириса, отождествленного с Хепри, восходящим солнцем, чье вечное тело составляло живое золото.

Нельзя не согласиться с М.А. Коростовцевым, который пишет: «Возникновение идеи загробного суда, ос нованного на нравственных принципах (даже при возможности магического воздействия на суд со сторо ны подсудимого), несомненно, очень значительное явление в истории религиозной жизни человечества»95.

Следует добавить, и в развитии философского взгляда на мир, в эволюции метафизических воззрений, именно древним египтянам здесь, очевидно, принадлежит приоритет, не случайно гуманизм родился в их цивилизации.

Заслуживает внимания то, что в эпоху Среднего царства светский характер культуры пробудил скептицизм в отношении вопросов загробной жизни, породил философии пессимизма и оптимизма (по следняя связана с религиозными воззрениями, противостоящими безверию). Философия пессимизма четко изложена в «Песни арфиста»: «Повелел благой царь прекрасную судьбу: исчезают тела переходят, другие идут им на смену, со времени предков. Боги (т.е. цари, бывшие до нас, покоятся в своих пирамидах, равно как и мумии, и духи погребены в своих гробницах. От строителей домов не осталось даже места. Что с ними сталось?... Никто не приходит из них, чтобы рассказать о них, поведать об их пребывании, чтобы укрепить наше сердца, пока вы (т.е. слушатели) не приблизитесь к месту, куда они ушли... Будь весел, не дай твоему сердцу поникнуть, следуй его влечению и твоему благу... и не сокрушатся, пока не наступит день причитания... Не слушает тот, чье сердце не бьется (Осирис), жалоб, а слезы никого не спасают яз гроба. Итак, празднуй, не унывай, ибо нельзя брать своего достояния с собою, и никто из ушедших еще не вернулся». Здесь неприкрытый скептицизм, откровенное провозглашение гедонизма и в этом видна фило софия земного оптимизма ведь настроение «Песни арфиста» поражает своей жизнерадостностью.

В другом памятнике, который считается образцом древнеегипетской философии, называемом «Бе седа разочарованного со своей душой», сквозит скептицизм и отчаянный пессимизм. Это диалог человека, разочарованного жизнью и стремящегося покончить жизнь самоубийством, и его души (Ба), возражающей против этого и доказывающей необходимость жить. Человек стремится к смерти, усматривая в ней избав ление от превратностей земной экзистенции и переход в счастливый загробный мир:

«Мне смерть представляется ныне Неведеньем больного, Исходом из плена страданья.

Мне смерть представляется ныне Благовонною миррой, Сиденьем в тени паруса, полного ветром...

Мне смерть представляется ныне Домом родным После долгих лет заточенья».

Разочарованный жалуется на то, что «нет справедливых, земля отдана криводушном», что «зло на воднило землю, нет ему ни конца, ни края» и т.д. Видно, что «разочарованный» не принимает воцарив шиеся в современном ему Египте порядки и нравы, что он считает общество чуждым и враждебным ему.

Душа пытается возражать ему, она ничего не говорит о земных порядках, однако высказывает философ ско-пессимистическую точку зрения на смерть и потусторонний мир. По сути, она воспроизводит мотивы Коростовцев М.А. Указ. соч. С. 28.

скептицизма, выраженные в «Песни арфиста», - ведь не следует думать о смерти и загробном мире, неза чем строить гробницы и пирамиды, потустороннего мира не существует, погребальные сооружения раз рушатся. Все, что остается - это пользоваться благами земной жизни.

Перед нами произведение, где в форме диалога выражена оппозиция философского характера между негативной и позитивной концепциями загробной жизни. Сочинитель этого произведения показал внут реннюю борьбу в виде столкновения двух элементов человеческой личности («Я» автора и его «Ба»). В глубине души происходит болезненное взаимодействие между ее частью, склонявшей человека к вере и надежде в жизнь после смерти, и возникающими сомнениями и даже убеждением, что потустороннего мира просто не существует. Мы видим, таким образом, появление и столкновение оптимистической и пес симистической философии.

Блестящая эпоха Среднего царства закончилась второй социальной революцией и наступил второй промежуточный период (он лежит между Средним царством и Империей, между XVIII и XVI столетиями до н. э.). Как и в первый раз произошел распад централизованного государства на множество номов, к этому добавилось победоносное вторжение племенного союза гиксосов, установивших господство над Египтом (их власть длилась около 130 лет). «Впервые Египет как целое страдал от регресса в своей фило софии, гласившей: мы - центр и вершина мира;

мы вольны распространять духовность всех членов нашего сообщества. Теперь же, впервые, это сообщество осознало серьезную угрозу со стороны внешнего мира.

Теперь впервые этому сообществу пришлось теснее сплотить свое единство, чтобы противостоять этой угрозе и отвратить»96. И действительно, гиксосы были изгнаны из страны, был восстановлен египетский государственный строй и начался самый блестящий период древнеегипетской истории - эпоха Нового царства. Именно тогда фараоновская держава имела наибольшую территорию, а древнеегипетская циви лизация достигла наибольших высот в своем развитии.

В эпоху Нового царства углубилась дифференциация общества - возросли численность и значение служилой военной знати, увеличился слой рабов и усилилась его экономическая роль. Рост власти фарао на, которая начала приобретать все более светский характер, сопровождался усилением могущества жре цов (в основном жрецов бога Амона из Фив), что в конечном счете привело к острому конфликту. В итоге Древний Египет испытывал ряд потрясений и попал под власть иноземных правителей (им правили фа раоны ливийского и эфиопского происхождения). В первой половине VII в. до н.э. он находился под вла стью Ассирии, затем фараон Псаметтик I изгнал ассирийцев и объединил Египет, положив начало правле нию саисской династии. Затем (в 525г. до н.э.) его покорили персы, сами через два столетия попавшие под господство Александра Македонского. На протяжении трех веков Египет находился под управлением ди настии Птолемеев, а незадолго до начала новой эры он превратился в римскую провинцию со всеми выте кающими отсюда последствиями.

Иноземные завоевание со стороны гиксосов, укрепление власти Фараонов в эпоху Нового царства и одновременный рост политической мощи жречества, заинтересованного в существовании и укреплении установившейся системы, привели к духовной и интеллектуальной революции, наложили глубокий отпе чаток на мышление древних египтян. Прежде всего здесь следует отметить, что осознание угрозы безо пасности вызвало рост национального сознания, подъем патриотизма и стремление ставить интересы об щества выше интересов индивида. Возникший психоз безопасности (страх попасть под власть иноземных завоевателей – гиксосов, хеттов, «народов моря», ливийцев и ассирийцев) подпитывался определенными силами. Развитие империи было выгодно в первую очередь жреческому сословие, имеющему колоссаль ную экономическую выгоду (достаточно сказать, что египетские храмы владели одним из каждых пяти жителей страны и почти одной третье возделываемых земель). Именно эта выгода заставляла храмы на стаивать на групповой солидарности, на единстве нации страны.

Все это нашло свое отражение в философии общества и индивидуума, которая претерпела сущест венные изменения по сравнению с эпохами Древнего и Среднего царства. В последних господствовала центробежная атомистическая и индивидуалистическая тенденция, хорошая жизнь усматривалась в рас крытии всего потенциала каждой человеческой личности. Теперь же доминирует прямо противоположная – центростремительная, коллективная, общинная тенденция;

хорошую жизнь ныне понимали как приспо собление индивидуума к интересам коллектива. Любое уклонение и попытки выразить индивидуальность исключалось, кардинальная доктрина заключалась в том, что египетское сообщество являло ценность са мо по себе, как таковое.

Особенностью данной духовной и интеллектуальной революции является такая её постепенность, что происходящие перемены становятся видными только через столетия. Оказывается, что эти изменения не нашли своего отражения в египетских текстах и росписях пирамид, продолжавших воспроизводить древние формулы и напоминать о древних чувственных наслаждениях, присущих многообразию нашей жизни. Согласно старым стереотипам, цель жизни усматривалась в полноценном существовании индиви дуума в этом мире, которое продолжалось в мире потустороннем. И только через столетия были сформу Франкфорт Г., Франкфорт Г., Уилсон Дж., Якобсен Т. Указ. соч. С. 112.

лированы новые стереотипы свидетельствующие значительном сужении горизонта возможностей для ин дивидуума - жизнь в этом мире приобрела конформистский, формализованный характер, ему же остава лись надежды на лучшее в ином мире. Следует иметь в виду, что это лучшее уже не зависело от него, а представало как дар богов. Следовательно, в мировосприятии и мироощущении произошел коренной сдвиг, характеризующийся двумя моментами, а именно: во-первых индивидуализм уступил место коллек тивизму, во-вторых, вместо наслаждений земного мира предлагалось довольствоваться обещаниями иного мира.


Данный сдвиг четко просматривается не только в художественном оформлении гробниц (в древних па мятниках сцены описывают веселую и жизнерадостную жизнь, а в новых их нет, есть только ритуальные фраг менты), но и в литературе, особенно дидактической. Последняя показывает изменения в правилах поведения, хотя практический этикет остается постоянной темой. Если раньше человека наставляли, чтобы он заботился о своей жене, ибо «она пашня благостная для владыки», то теперь учат терпению и преданности собственной ма тери, учат обращаться со своей женой с той же любящей благодарностью, которую он испытывает к матери.

Раньше от чиновника требовали терпения и беспристрастности при контакте с бедными просителями, теперь ему предлагалось положительно решать их просьбы. «Если ты найдешь большую недоимку у бедняка, раздели ее натрое: две части сбрось, оставь одну». Почему следовало поступать так? Оказывается здесь вступает в дей ствие совесть: «Ты увидишь: это путь жизни. Ты сможешь (спокойно) спать, а когда переночуешь, утром ты найдешь это приятным известием. Лучше быть хвалимым в качестве любимого народом, чем (иметь) богатства, отягченные муками совести». В отличие от рекомендаций старых текстов ныне положение и состояние важны, чтобы не терялось ощущение правильных взаимоотношений с людьми. Перед нами новая формула: «человек принадлежит обществу, а не самому себе». Ключевым словом в этике поведения эпохи Империи считалось «молчание», раскрываемое веером слов типа «хладнокровие», «пассивность», «спокойствие», «смирение», «подчинение», «покорность». Молчание, спокойствие, покорность или послушание требовалось не только от бедных и слабых, но и от богатых и высокопоставленных лиц. Представители всех слоев общества должны бы ли демонстрировать свое подчинение установившемуся образцу послушания. Раньше тоже требовалось молча ние, но при определенных обстоятельствах;

тетерь же оно возводилось в ранг образа жизни - без покорного молчания не достигнешь успеха.

В эпоху Нового царства обычные смертные в своем распоряжении имели произведение, которое должно было обеспечить им вечную жизнь, - так называемую «Книгу мертвых» (сами древние египтяне называли ее «Книга о выходе в день»). Эта книга около 1600 г. до н. э. заменила «Тексты саркофагов», причем ее содержание записано на папирусных свитках. В ее 125-ой главе излагается классическая кон цепция загробного суда;

он является одной из главных тем не только древнеегипетской теологии, но и всего древнеегипетского искусства той поры и позже. Центром божественного суда служит душа умерше го, находящаяся при взвешивании на весах своего сердца и в присутствии Осириса. На одной чаше весов ставилась урна с сердцем умершего, на другой - страусовое перо, символ Маат, «закона и справедливо сти», вверху же над весами располагается сама богиня Маат. Справа находится бог Тот с головой ибиса, он заставлял стоящего слева песьеголового бога Анубиса взвешивать сердце покойного и требовал свиде тельств у «Ба» умершего. Бог Тот, основываясь на фактах и показаниях, объявлял свое заключение суду, состоящего из Великой Эннеады богов и возглавляемого Осирисом. Суд, исходя из доводов Тота, выно сил приговор, оправдывающий умершего: «Нет позволения, чтобы чудовище Анемет Пожирательница овладело им;

пусть дадут ему хлеб, кладущийся перед Осирисом, земельный участок в одну десятину, находящийся в Полях Удовлетворения». Если же приговор был отрицательным, то чудовище-крокодил, имеющее вид гиппопотама (синоним безвредных и отрицательных стихий) пожирало свою жертву. Фун даментальная идея «Книги мертвых» состоит в том, что злые деяния влекут за собою кару в потусторон нем мире, и в этом многиё исследователи усматривают ее нравственную ценность, высокий этический смысл, несмотря на магию.

Заслуживает особого внимания и философия этого памятника, его онтология, связанная с человече ским бытием. Обратим внимание на то, что в центре картины божественного суда находится человеческое сердце. Объяснение кроется в понимании древними египтянами сердца как сердцевины человеческого существа, как индивидуального олицетворения человеческого сознания. Не случайно, сердце является единственным из внутренних органов, который оставляли в мумии. В чуть ли не общечеловеческом выра жении «от всего сердца и души» скрыто понимание того, что сердце есть орган интуиции, чувства и ин теллекта человека. Для древних египтян оно было местом разума и совести, оно оценивало поступки ин дивидуума.

Сердце в определенном смысле выступало внутренним свидетелем не только действия, но и мыслей, оно являлось как бы вторым «Я» человека, которое направляло его на добрые дела. Сердце - центр жизни, воли и интеллекта (вспомним, что бог Пта замыслил мир в сердце своем и создал его посредством мысли, воплощенной в слове). «Да не будет похищено сердце покойника» - так называются три главы «Книги мертвых», чьи стихи посвящены полностью этой теме. Особое место здесь принадлежит 30-ой главе, представляющая собою одно из самых древних свидетельств, - в ней идет речь о «древних богах» III - его тысячелетия. Здесь объясняется и различие между двумя сторонами сердца – «иб» и «хати»: «От матери небесной у меня есть «иб», мое сердце, от земной жизни – «хати», мое сердце». Возможно, что древние египтяне членили сознание на индивидуальное и божественное, однако, вполне вероятно, что «иб» и «ха ти» содержат мысль, согласно которой человек и его сознание рождены в процессе соединения неба (бо гини Нут) и земли (бог Геб) и они присутствуют в его сердце. В 30-ой главе «Книги мертвых» сердце че ловека отождествляется с божественной сущностью, как проявлением бога Хнума.

Умирает тело, но не человек, ибо связывающая его части в единое целое сила остаётся. Это – «Ка», выступающая в виде жизненной организации, эманации жизни;

именно она преодолевает центробежные силы умирающего тела и доставляет его в потусторонний мир. Скрытые силы человеческой жизненности проявляются там, где находится их действительное место - вечность. Интересно также и то, что душа «Ба»

в отличие от христианства, иудаизма и ислама не есть нечто отличное от тела, а представляет собою ви тальный принцип человека. К душе как витальности и сердцу как органу сознания древние египтяне при бавляли силу слова - творческую и разрушительную, - чей орган (уста) почитали наравне с сердцем. Зло и добро, враждебные силы и магические, только запечатленные в «Книге мертвых», одинаково могут быть созданы или уничтожены мыслью и ее скрытыми силами. Иными словами, наряду с сердцем и душой имя является сущностной характеристикой человека. В свете этого неудивительно, что «Книга мертвых» вы ражает представления древних египтян, когда содержание их мышления выражено иероглифами, позво ляющим выразить единство чувственного и рационального, хотя собственно гносеологией они не занима лись. Древнеегипетская философия преимущественно была ориентирована на онтологию, представленную в «Книге мертвых» в ее, по замечанию И. Бану, «идеалистической» версии97. В этом плане древнеегипет ская философская мысль органически вошла в сокровищницу мировой философии.

В эпоху Нового царства появилась и была сформулирована в терминах теологии философия детер минизма;

ее основное положение состояло в провозглашении господства воли бога над беспомощностью человека: «бог всегда берет верх, тогда как человек всегда не прав». Оно отличается довольно существен но от раннего выражения «человек предполагает, а бог располагает». Если раньше человек мог рассчиты вать на самого себя, то теперь он не имел надежды на осуществление своих целей. В случае неподчинения воле бога он терпел поражение, т.е. у него сформировалось глубокое ощущение рока, находящегося в ру ках богов. Жизнью человека управляли Судьба и Удача, имеющие божественную природу.

Может возникнуть впечатление, что в детерминистской философии полностью господствует фата лизм, однако это не соответствует действительному положению вещей. Дело в том, что фатализм препят ствует поиску мудрости: «Остерегайся говорить: «Каждый человек - сообразно с характером своим: неве жественный и знающий - все равно, (поскольку) Судьба и Удача начертаны на характере (человека) пись менами бога самого». В один миг каждый проживает свой век, (поэтому) благостно учение, нет утомления в нем (и) сын должен отвечать словами отца своего (т.е. знать литературу, классику). Даю я, чтобы ты знал правду в сердце своем, чтобы творил ты то, что правильно по мнению твоему». Таким образом, в детер минированной схеме событий находилось некоторое место и для волюнтаризма.

В основном же многие индивидуумы были лишены возможности свободно выражать себя, развивая тем самым свои творческие потенции;

они находились в оковах жестокого конформизма. Здесь любая не удача индивидуума трактовалась как проявление греха, не обязательно связанного с моральным прегре шением, а чаще всего - с прегрешением против ритуала. Только человеку свойственны ошибки, бог же является милосердным. Следовательно, у индивидуума возникает возможность вырваться из юдоли зем ного мира при помощи надежды на существование потустороннего мира. Естественно стремление уйти в монашество и упование на апокалипсический исход жизни. Человек чувствовал себя беспомощным перед детерминизмом безликой коллективной системы, или «социальной мегамашины» (Л.Мэмфорд), ощущал себя греховным существом и жаждал теплоты и милосердия от бога. Многие тексты эпохи Нового Царст ва призывают бога или богиню прийти на помощь страдающему человеку: «Я воззвал к моей Госпоже, и вот она пришла ко мне с прохладным ветром. Она оказала мне милосердие, (после того, как) она дала мне узреть свою руку. И вновь она обернулась ко мне в милосердии;


она заставила меня забыть болезнь, что имел я. Да, вершина Запада милосердна для того, кто взывает к ней». Возникшие теплые отношения меж ду человеком и богом позволило Дж. Брестеду назвать период поздней Империи «веком личного Благо честия». Однако все это привело в конечном счете к архаизации, закончившейся опустошением религии Древнего Египта.

Эпоху Нового царства называют «эпикурейcкой» (И. Бану) или «золотым веком» искусства (К. Ми халовский), что в определенном смысле означает одно и тоже, ибо древние египтяне прекрасно осознава ли гедонистическую функцию искусства, его беспредельные возможности как всеобъемлющей мудрости.

Все, кто отрицал загробную жизнь и кто верил в посмертное существование, высоко ценили красоту как окружающего мира, так и произведений искусства. «Новое царство, - пишет К. Михаловскйй, - это не только период наивысшего политического, военного, экономического и культурного могущества Древнего Египта, но также наибольшего расцвета искусства»98. Ведь на протяжении 500 лет владычества трех фа Banu I. Op. cit. P. 184.

Michalowski K. Nie tylko piramidy…W.,1974. S. 196.

раоновских династий (от XШ до XX) было создано больше памятников и сооружений. чем во все преды дущие и позднейшие эпохи этой страны. Декоративное искусство, чьи традиции уходят во времена Древ него и Среднего царства, может теперь гордиться своими высочайшими достижениями, которые наиболее ярко проявляются в гробнице Тутанхамона. Сам гроб с золотой маской умершего, алебастровые сосуды, эбеновый трон с золотыми инкрустациями, ювелирные украшения, амулеты и скарабеи из золота, укра шенные драгоценными камнями свидетельствуют о роскоши, элегантности и изысканном вкусе. Но это характерно не только для захоронений фараонов и сановников, подлинные шедевры искусства встречают ся и в гробницах обычных ремесленников.

Во времена Аменхотепа II процветал свободный стиль, называемый импрессионизмом. Он наиболее четко просматривается в сосудах и искусственных цветах, выполненных из золота и бирюзы, великолеп ной симфонии золотого и голубого цветов. Их преподносили в дар жене фараона на новый год, при взгля де на них в памяти всплывают искусственные пейзажи Ш.Бодлера и С.Джорджа. При Аменхотепе III даже в картинах с наименее свободной тематикой проглядывает маньеризм, примером может служить гробница фараона в Долине Обезьян. Несмотря на неслыханную дисциплину, которая накладывалась на художни ков обязательным следованием многовековым канонам, древнеегипетское искусство совершило подлин ную революцию, создав единственный в своем роде оригинальный и отличный от всего того, чего до этого создавалось мастерами, амарнский стиль. Ф. Дома пишет: «Амарнская живопись, порывая с устоявшимися традициями, поражает такой свободой выражения и буйной радостью жизни, которая до сих пор пленяет нас»99. Не следует забывать, что в древнем Египте даже свободное искусство является выражением теоло гических и философских идей.

Искусство Аменхотепа IV (Эхнатона) является кратким, но замечательным эпизодом на фоне мно готысячелетней истории художественного творчества Древнего Египта. Нарушив традицию, фараон в но вой святыне, возведенной в Телль эль-Амарне, воздает хвалу только одному богу - Атону, а сам, будучи поэтом, стремится освободить искусство от извечных цепей правил и предписаний. В целом же можно сказать, что искусство как средство выражения общества утонченной культуры претерпело эволюцию идеала от холодной строгости времен Хатшепсут до импрессионизма Тутмоса IV и Аменхотепа III, кото рый в свою очередь уступил место маньеризму амарнского искусства, его взрыву жизни и гимну солнцу.

Все эти стили достигали своих вершин, потом искусство, миновав «золотой век», начало терять свой уро вень, чистоту и свежесть, чтобы в конце концов сойти на нет в последующие периоды истории Древнего Египта, Философская идея творения мира, которая нашла существенный отклик в истории мировой мысли, изложена в «Мемфисском богословском трактате», высеченном около 720 г. до н. э. по приказанию» эфи опского фараона Шабаки на стене из черного гранита. Этот документ восходит к самым ранним временам истории Древнего Египта, когда первые династии основали Мемфис как столицу теократического госу дарства. В отличие от остальных текстов, где творение излагалось в физических терминах (бог отделял небо от земли, порождал влагу и влагу), здесь оно выражается в философских понятиях.

Мемфисские мыслители весьма тщательно проанализировали механизм мышления и следующие за ним действия. Органы чувств формируют впечатления, которые, в свою очередь, перерабатываются в сердце, вместилище интеллекта, как уже указывалось выше. Затем сердце инициирует акт воли, желание и воплощает его в действие посредствам слова. Именно таким путем Пта сотворил мир: сначала создал в своем сердце нечто вроде модели мира, потом выразил ее словами, в результате чего оказались вызванные к бытию вещи, люди, животные. Выше отмечалось, что Пта в акте творения мира использовал Эннеаду, причем философы из Мемфиса превратили ее из средства продолжения первобытного дела созидания в саму мысль бога. Ф. Дома так пишет об этом: «Мир стал произведением божественного разума. Если че ловек был подобием бога, как это уже довольно рано говорили о фараонах, а несколько позже о всех лю дях, то человеческая мысль становилась способной к пониманию мира. В связи с этим исчезла враждебная неоднородность окружающих человека элементов, приводящих его к гибели. Разум человека может на определенном этапе развития понять, а затем и овладеть миром»100. Позже в «Книге бытия» именно таким способом совершил создание мира Элохим (он словом сотворил многообразие вещей мира). Как бы в под черкивание этого весьма интересного параллелизм мемфисский философский памятник добавляет: «Та ким путем было утверждено и признано, что по мощи Пта превосходит могущество иных богов. Поэтому Пта был удовлетворен, когда сотворил все вещи подобными всем своим словам»101. Подобно эху звучат слова древнееврейского текста: «И увидел Элохим, что все это хорошо».

Философские спекуляции мемфисской теологической школы, очевидно, оттачивались и в после дующие эпохи, однако об этом не сохранилось достаточно свидетельств. Во всяком случае, только во вре мена фараонов Рамсесов обнаруживается новая попытка углубить теологию Пта. На стеле Абу-Симбеле, в глубине Нубии, бог Пта перечисляет Рамсесу II все свои заслуги в отношении него: «Я - твой отец, кото Daumas F. Op. cit. S. 408.

Там же. С. 246.

Там же.

рый тебя родил среди богов. так что твое тело является божественным». Более того, Пта занял место Ра, затем Амона-Ра - ведь он порождает самого фараона и наделяет его всеми божественными свойствами, необходимыми для управления людьми. Он дарит ему все, что нужно для жизни, и передает ему в опреде ленном смысле свою творческую мощь. Он «засевает» горы драгоценными металлами и камнями и под чиняет фараону чужие народы. Этот божественный декрет весьма выразительно указывает на возвраще ние Пта в эпоху наивысшего расцвета Империи.

В период упадка Древний Египет характеризует лихорадочная жизнь: постоянные смены династий, от упадка и развала - к кратковременным подъемам и кажущемуся возрождению. Нестабильность, ожида ние прихода завоевателей, смут между владельцами распадающегося на отдельные области государства, вызвали волну небывалого увлечения чудесами, оракулами богов, привели к усилению апокалиптических настроений. Нет ничего удивительного в появлении в эллинистический период новых форм религиозной философии. Самым значительным из них является герметизм;

он получил свое название от Гермеса - эл линистического аналога древнеегипетского Тота, писца подземного царства, бога мудрости, изобретателя иероглифической письменности и распространителя всех священных наук. Теологи Гермополя утвержда ли, что Тот благодаря своему демиургическому голосу и дыханию был создателем мира. Такого рода умо зрительные рассуждения о слове очень близки идеям древних греков о Логосе и александрийских евреев о Софии (Мудрости). Понятно, почему Гермес получил свое прозвище Трисмегист («трижды величайший»).

Герметическая мысль относится к сфере эзотерического знания, которым владели древнеегипетские жрецы, что давало им власть над обществом (весьма эффективны знания о средствах осуществления кон такта с богами и механизмах всеобщего взаимовлияния). Немалую роль в учении Гермеса играет филосо фия, на что обращает внимание французский историк П. Левек, который пишет: «Для Трисмегиста фило софия - это изучение переплетения подобных взаимодействий и мистических связей (речь идет о взаимо действии воды, земли, воздуха, огня, эфира, определяющих хорошие или плохие воздействия звезд - В.П.), которые симпатия создает между богами и людьми»102. В таком случае мир предстает как органическое единство, функционирующее в соответствии с вечными законами, т.е. мир является «миропорядком»

(космосом). Его замкнутое поле регулируется вечно возвращающимся временем, упорядоченное вращение звезд по своим траекториям выступает символом круговращения. Сотворенный из материи и разума чело век в миниатюре воспроизводит «космос», его называют «микрокосмом»: «Человек, мой дорогой Амон, знающие называют миром, так как он - часть мировой природы»103. Вот почему человек чувствовал себя защищенным, а посвященный - могущественным (он магическими средствами мог воздействовать на бо гов).

Так как герметизм подводил под магические действия философскую основу, то Гермес Трисмегист стал покровителем оккультных наук. Посвященный обладал способностью достигать единения с богом, вызывать его в необходимых случаях. Жрецы, маги и посвященные благодаря эзотерическому знанию владели частью могущества Гермеса Трисмегиста, что давало им возможность получать еще большее знание, увеличивая тем самым свое могущество. Весьма эффективная взаимосвязь между Могуществом и Знанием характеризовало магическое сознание эллинистического Египта. «Таким образом, египетский вклад в герметизм, - отмечает П. Левек, - был значительным»104. Вполне понятно что в эпоху упадка Древнего Египта возросло значение магии, основанной на философских предпосылках, особенно возросло значение магии во времена, когда Египет превратился в римскую провинцию.

После достижения Древним Египтом вершин могущества наступила дальнейшая эволюция этики и морали в религиозном, формалистическом и консервативном направлений. Человек эпохи Нового царства все сильнее чувствовал свою зависимость от закрепощающего его культа, однако он имел еще достаточно сил, чтобы бунтовать против влияния жречества. Символом этого бунта выступает Эхнатон, который уст ранил влияние жречества на управление страной, ликвидировал все формы религиозного культа и вместо них ввел культ солнечного диска (Атона), солнце же - это добро и любовь, оно вызывает в людях чувство доброжелательности и любви. Смелые и прогрессивные религиозные реформы Эхнатона после его смерти сведись к нулю, сам Эхнатон и его жена Нефертита были признаны «еретиками», их имена постаралась стереть с лица земли.

В те времена слова об общечеловеческой этике, патроном которой выступал Атон, были подавлены формалистикой и пессимизмом «Книги мертвых». Для эпохи Нового царство характерны попытки отсечь растущее влияние жречества, в этом были заинтересованы и фараоны. В духе антижреческой реакции на писано произведение «Правда и ложь», в нем сатирически изображаются боги, показывается, что они не имеют никакого влияния на жизнь людей. Так как человек живет в мире, где Правда слепа и находится в неволе у Лжи, то в борьбе с ложью можно и нужно использовать хитрость и обман. И наконец. следует отметить тот существенный момент, что именно в древнеегипетской литературе сильна струя гуманизма.

Разного рода поучения и духовные биографии воспевали чувство любви, требовали проявление уважения Левек П. Эллинистический мир. М., 1989. С. 155.

Там же.

Там же. С. 156.

к родителям, славили милосердие, а еще больше справедливость, норму мира, на которой он опирается, эта морально этическая литература достигла истинного гуманизма. Он до сих пор зачаровывает и привле кает современных людей своей утонченность.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ФИЛОСОФИЯ ЧЕРНОЙ АФРИКИ Cпецифика традиционных африканских культур. Гуманистический характер афри канских культур. Время и пространство в системе традиционного африканского миропонимания. Африканская концепция человека. Традиционные религии Африки:

фетишизм, тотемизм, анимизм, культ предков. Ведовство и чародейство. Поли демонические религии. Политеистические религии. Синкретические религии: аф рохристианство и черный ислам. Своеобразие африканского искусства: маски, скульптура, племенная архитектура. Особенности африканского восприятия ми фического и исторического времени. Африканская концепция мира. Философия нег ритюда Л. Сенгора. Этнофилософия А. Кагаме.

Своей спецификой обладают и традиционные культуры негритянских народов Африки (или червой Африки), которая состоит в их ориентации на прошлое, это значит, что традиционное африканское мыш ление выделяет только настоящее и прошлое, пожимаемое, однако, иначе, чем в современной европейской культуре. Так, кенийский ученый Джон Мбити, автор интересной работы «Африканские религии и фило софия», усматривает специфику традиционных духовных африканских культур в их ориентации на про шлое105. Точнее, сознание африканца выделяет только настоящее и прошлое, понимаемое, однако, иначе, чем в современной европейской культуру. Эти два измерения времени Мбити назвал следующими терми нами, взятыми из языка суахили: «саса» – теперь и «замани» – давно. «Саса» – это осознание своего соб ственного существования, время, в котором сам участвуешь или участвовал: чем старше человек, тем длиннее период «саса». Для общества «саса» является суммой «саса» всех его членов, причем «саса» со держит прежде всего динамическое настоящее, ограниченное будущим и уже прожитым прошлым. Буду щее имеет ценность только краткую, нет будущего «самого в себе», мышление о будущем является корот кой проекцией «саса» на текущие потребности. Если «саса» представляет собою автономное микровремя, то «замани» – макровремя. «Замани» – это все, что было до этого, это - «кладбище времени», однако дан ное эффектное выражение кенийского философа не следует понимать дословно, весьма современно, по европейски. Все дело Все дело в том, что «кладбище времени» является живым, оно постоянно присутст вует в африканском настоящем.

Эта ориентация на прошлое, постоянное взаимопроникновение саса и замани находят свое выраже ние в различных сферах традиционных культур черной Африки: в сфере религиозных верований и обряд ности, в сфере устной литературы, в сфере искусства и пр. Основным элементом, упорядочивавшим зна ние о замани в рамках африканской ментальности, является миф, присутствующий в подтексте каждой из этих сфер. В бесписьменных культурах миф играет ту же роль, что и догмат в религиях письменных куль тур. Африканские мифы объясняют возникновение мира, отношения между человеком и сверхъестествен ными силами, происхождение первых людей, рас, народов, освящают общественный строй и т.д. Различ ны формы выражения мифа, он отнюдь не является необходимой повествовательной формой, он прежде всего выражается в ритуале и обряде. Можно выстроить ряд форм выражения мифа в соответствии со сле дующим иерархическим порядком: от устного изложения, адресованного публике, до «языка молчания»

через «язык аналогий»: музыку, ритм танца, картину, метафору, метонимию, символ. Парадокс мифа со стоит в том, что он амбивалентен, он должен объяснять, но одновременно уклоняться от ответа, он герме тичен и эзотеричен, относится к нечто, что его превосходит. Миф никогда не содержит всей истины о за мани, отсюда множество разнородных его версий, что объясняет и определенное многообразие культур Черной Африки в их единстве.

Исследования архаического мифа показывают, что в характеризуемом замани далеком прошлом произошло «расщепление мифического на «дикое» и «божественное», которое «сопровождалось огром ными усилиями по рационализации картины Вселенной»106. Благодаря этой рационализации в ней была выявлена целостная пространственно-временная числовая модель, имеющая немаловажное значение практическое значение в жизнедеятельности африканского социума. На основе тщательно разработанной числовой символики были увязаны в едином ритмическом потоке жизнедеятельность человека, обрядовые циклы и периоды природы. Одновременно с этим происходило четкое размежевание и противопоставле См. Rzewuski E. Azania Zamani. W., 1978. S. 13.

Иорданский В.Б. Звери, люди, боги. Очерки африканской мифологии. М.,1991. С. 313.

ние мифической и социально-культурной сфер, когда трудовая деятельность людей перестала рассматри ваться как форма контакта с потусторонними силами. Иными словами, налицо разрыв между трудовой и ритуальной деятельностями, что привело к возникновению нового мировидения.

Характерным для той далекой эпохи является то, что рождение родо-племенного общества и конец его идеологии в сознании негро-африканцев связывались с деятельностью таких культурных героев, как Кузнец и Змееборец. «Здесь интересно не только объяснение исторических перемен вмешательством по лубога-получеловека – идея, которая оказалась удивительно устойчивой, - но и то, что в образах двух ге роев с выразительной силой были воплощены идеи общественного блага, идеи самопожертвования, соста вившие сердцевину гуманизма»107. Эти герои выражали общественный идеал той эпохи, который был од ним из первых в истории человечества и который был положен в основания африканской культуры. Бла годаря своеобразию и выразительности таких ее компонентов, как мифология, фольклор, изобразительные искусства, музыка, она заняла совершенно особое место в культуре всего человечества. В предельно свое образной форме африканская культура выразила целый ряд общечеловеческих ценностей, прежде всего уважение к человеческой личности.

Африканский гуманизм приобретает особое значение в наше время, когда основным мерилом отно шений между индивидами и социумами провозглашаются деньги, значительно обедняя тем самым бога тую палитру взаимодействия между личностями и культурами. Отечественный исследователь И.Л. Андре ев в своей интересной статье «Человек по имени «Деньги»» рассматривает африканский рынок и выявляет изначально благородные черты первозданного традиционного гуманизма, который является наивным и чистым в своей незатейливой простоте. Он приводит фольклорный сюжет самой крупной в Нигерии на родности йоруба, называемый «Прорицание»:

Мудрость – вот красота человека.

Деньги не помешают ослепнуть, Деньги не помешают оглохнуть, Деньги с ума сойти не помешают.

В любой части тела гнездятся болезни.

Так что лучше пойди и подумай, Пойди и подумай, и выбери мудрость.

И жертву принеси, чтоб во всем твоем теле Мир воцарился внутри и снаружи.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 18 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.