авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 |

«Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации Вступительная статья Семейный кодекс Российской Федерации 1995 г. накопил достаточно большой ...»

-- [ Страница 14 ] --

Так, были сформулированы отсутствовавшие в КоБС коллизионные нормы о недействительности брака, личных неимущественных и имущественных отношениях супругов, правах и обязанностях родителей и детей, алиментных обязательствах совершеннолетних детей и других членов семьи и др. Расширение коллизионного регулирования семейных отношений обусловлено значительным изменением положения России в мировом сообществе, переходом к большей открытости общества, развитием контактов российских граждан с иностранными гражданами, увеличением числа браков с иностранными гражданами, учащением случаев разного гражданства членов семьи. Расширение регулирования соответствует и мировым тенденциям. За последние годы в ряде стран были приняты новые законы о международном частном праве, как правило, включающие, помимо общих норм, развернутую систему коллизионных норм семейного права (в Италии - в 1995 г., Лихтенштейне - в 1996 г., Венесуэле - в 1998 г., Тунисе - в 1998 г., Южной Корее - в 2001 г. (новая редакция закона), Бельгии - в 2004 г., Болгарии - в 2005 г., а также в Грузии - в 1998 г., Эстонии - в 2002 г., Украине - в 2005 г.). Было существенно обновлено соответствующее законодательство в Австрии, Германии и других странах. При этом коллизионные нормы усложнились и дифференцировались.

Хотя в целом круг регулирования в разд. VII СК по сравнению с разд. V КоБС расширен, однако в нем отсутствуют нормы, относящиеся к опеке и попечительству (ст. 166 КоБС) и к регистрации и действию актов гражданского состояния (ст. 167, КоБС). Это связано с принятием нового ГК, где опека и попечительство урегулированы в ст. 31-41, а коллизионные вопросы опеки и попечительства - в ст. 1199. Вопросы же регистрации актов гражданского состояния получили разрешение в ст. 47 ГК. Законом об актах гражданского состояния определены органы, осуществляющие регистрацию актов гражданского состояния, порядок регистрации этих актов, полномочия консулов за пределами территории РФ на государственную регистрацию актов гражданского состояния (ст. 5 названного Закона). Следует учитывать и положения ст. Консульского устава Российской Федерации от 5 июля 2010 г.*(139), а также Административный регламент исполнения государственной функции по государственной регистрации актов гражданского состояния граждан Российской Федерации, проживающих за пределами территории Российской Федерации, утвержденный приказом МИД России от 03.09.2008 N 13579*(140).

Существенно изменен в разд. VII СК подход к определению подлежащего применению права. Если ранее практически применялось лишь российское право, то теперь в коллизионных нормах предусмотрены отсылки, допускающие применение не только российского, но и иностранного права. При этом определяющим чаще всего признается законодательство страны гражданства участников семейного отношения или места их жительства (в России или за границей). Нередко оба эти критерия используются совместно, дополняя друг друга. Применяются и другие критерии. В некоторых случаях допускается выбор подлежащего применению права самими сторонами (см. комментарий к п. 2 ст. 161 СК).

В разд. VII учтен опыт иностранных государств, в законодательстве которых коллизионные вопросы семейного права обычно решаются исходя из применения закона страны гражданства или постоянного места жительства лица, а также договорная практика России.

Так, в договорах с восточноевропейскими и некоторыми другими странами о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам*(141) право, подлежащее применению к семейным отношениям, определяется не только на основании законодательства страны, суд которой рассматривает дело, но и исходя из гражданства или места жительства супругов, детей и т.д. Аналогичная позиция отражена и в заключенной в Минске 22 января 1993 г. странами СНГ Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам*(142) (далее в этой главе - Минская конвенция 1993 г.) и в Протоколе к ней от 28 марта 1997 г., которым внесены некоторые изменения и в коллизионные нормы семейного права. Подписанная странами СНГ, в том числе Россией, 7 октября 2002 г. в Кишиневе Конвенция с тем же названием, что и Минская конвенция 1993 г.

(Россия ее пока не ратифицировала;

далее - Кишиневская конвенция 2002 г.*(143)), практически воспроизводит все ее положения относительно коллизионного регулирования семейных отношений. Подверглись изменению лишь две коллизионные нормы (см. комментарий к ст. 162, 165 СК).

Понятие места жительства, употребленное в коллизионных нормах, определяется в России с учетом правил ст. 1187 ГК, согласно п. 1 которой толкование юридических понятий осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом. Статья 20 ГК устанавливает, что местом жительства считается место, где лицо постоянно или преимущественно проживает. Местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, или лиц, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов. При этом по смыслу закона, признак преимущественного проживания должен привлекаться лишь при отсутствии первого признака - постоянного проживания (т.е. при отсутствии или невозможности установить место постоянного жительства).

Рассматривая по запросу Исполнительного комитета СНГ вопрос о толковании п. 1 ст. 28 и п. 1 ст. 29 Минской конвенции 1993 г., содержащих правила о подсудности и подлежащем применению праве по делам о расторжении брака, Экономический Суд СНГ указал*(144), что "для целей Конвенции от 22 января 1993 г. вопрос о месте жительства надлежит разрешать на основе норм национального, в частности гражданского, права государства по месту нахождения суда, устанавливающего свою компетентность". Отметив, что законодательство стран - участниц Конвенции однозначно определяет понятие места жительства как место (населенный пункт) постоянного или преимущественного проживания (кроме Азербайджана, ст. 27 ГК которого устанавливает, что местом жительства признается место, где физическое лицо обычно проживает, и что лицо может иметь несколько мест жительства), Суд признал, что "используемый в нормах гражданского законодательства, определяющих место жительства лица, сочинительный союз "или" является разделительным, что означает употребление его в значении "или то или это" (что-нибудь одно). Поэтому если лицо, к которому предъявлен иск о разводе, имеет место постоянного жительства, то именно оно должно определять компетентность суда по рассмотрению дела. При наличии у лица нескольких мест жительства и отсутствии при этом места, где он постоянно проживает, подлежит применению второе понятие - "преимущественное проживание". Временное выбытие гражданина, в том числе за границу на определенный срок, не означает потерю им места жительства в государстве его гражданства. Поэтому в данном случае нет оснований для признания его проживания в другом государстве "преимущественным", как это имело место в практике отдельных судов, тем более что нормы национального права о месте жительства применяются для регулирования отношений внутри этого государства". Далее Суд указал: "Национальное законодательство не определяет, что понимается под местом постоянного жительства.

В доктрине международного частного права под ним понимается "место средоточия жизненных связей лица, центр его существования". Следовательно, является ли место жительства супруга в государстве, гражданином которого он является, местом его постоянного жительства, решается судом на основе выяснения всех обстоятельств, характеризующих его как место "средоточения его жизненных связей" (проживание совместно с ним детей, постоянная работа, длительность проживания, наличие вида на жительство и т.д.)".

Экономический Суд также признал, что судами, разрешающими вопросы компетенции по бракоразводным делам (относительно представления удостоверения личности, подтверждения постоянного или временного проживания и т.д.) должны учитываться и положения Закона о правовом положении иностранных граждан. Однако это законодательство, как указал Суд, "не служит непосредственно цели установления компетенции по разрешению правовых вопросов с участием иностранных граждан".

Толкование Экономическим Судом понятия места жительства иностранного гражданина имеет, очевидно, общее значение и должно применяться, во-первых, не только по делам о разводе, а и по другим семейным делам, во-вторых, и за пределами действия Минской конвенции 1993 г.

Лишь две нормы разд. VII СК: об установлении содержания норм иностранного семейного права (ст. 166) и об ограничении применения норм иностранного семейного права (ст. 167) - посвящены общим вопросам действия в России иностранных правовых норм. Между тем применительно к коллизионным нормам семейного права возникают и другие общие проблемы, связанные с их действием: о взаимности, квалификации понятий, применении императивных норм, об обратной отсылке и др. Поскольку СК допускает применение к имущественным и личным неимущественным отношениям членов семьи, не урегулированным семейным законодательством, гражданского законодательства, если это не противоречит существу семейных отношений (ст. 4), а также допускает применение гражданского законодательства по аналогии (ст. 5), при недостаточности регулирования в СК к семейным отношениям с иностранным элементом следует применять нормы разд. VI части третьей ГК, тем более, что и в том, и в другом случае речь идет об общих нормах международного частного права. В частности, применяются нормы ГК о квалификации юридических понятий (ст. 1187), применении права страны с множественностью правовых систем (ст. 1188), взаимности (ст. 1189), об императивных нормах (ст. 1192).

Что касается обратной отсылки иностранного права к семейному праву России, то поясним ее применение на примере. В соответствии с п. 2 ст. 156 СК при вступлении в России проживающего здесь иностранного гражданина в брак к условиям заключения его брака применению подлежит законодательство страны его гражданства (п. 2 ст. СК). Если же это иностранное законодательство содержит коллизионную норму, предусматривающую применение к условиям вступления в брак права страны, где вступающее в брак лицо проживает (т.е. в данном случае отсылает к российскому праву), орган, заключающий брак, приняв эту отсылку, применит не иностранное, а российское право.

Общее правило (п. 1 ст. 1190 ГК) запрещает применять обратную отсылку.

Исключения из этого правила сформулированы в п. 2 данной статьи, согласно которому обратная отсылка коллизионной нормы иностранного права к российскому праву принимается, если речь идет о праве, определяющем правовое положение физического лица, а именно о случаях, предусмотренных в ст. 1195-1200 ГК (дееспособность, право на имя и т.д.). Что следует применять к семейным отношениям - п. 1 или п. 2 ст. ГК? Хотя изъятия в п. 2 ст. 1190 ГК прямо перечислены и формально, как всякие изъятия, не должны толковаться расширительно, надо учитывать, что в данном случае стоит вопрос не о расширении применения обратной отсылки к гражданским отношениям, а о применении правил ГК к семейным отношениям при восполнении отсутствующего в СК регулирования. Исходя из существа семейных отношений, на наш взгляд, принятие обратной отсылки иностранного права к семейному праву России следует признать возможным, но только если речь идет об определении правового положения физического лица. Заметим, что в иностранных государствах при регулировании отношений с иностранным элементом не в отдельных отраслевых актах (как в России), а в едином законе, вопрос о применении обратной отсылки к семейному праву отдельно не рассматривается. Например, в ст. 14 швейцарского закона о международном частном праве 1987 г. при общем запрещении применять обратную отсылку установлено, что она может применяться в отношении вопросов гражданского состояния (с охватом и семейного права). Из той же позиции исходит украинский закон о международном частном праве 2005 г. (ст. 9 этого закона, как и ст. 1190 ГК, устанавливает общее правило о непринятии обратной отсылки и изъятие из него.

Обратная отсылка к праву Украины принимается лишь в случаях, касающихся личного и семейного статуса физического лица).

Помимо коллизионных норм в разд. VII есть и отдельные нормы процессуального характера относительно признания решений иностранных судов и актов иных иностранных органов, в частности, о заключении брака (ст. 158), о расторжении брака (ст. 160), об усыновлении (ст. 165), а также нормы о компетенции по рассмотрению семейных дел (например, п. 2 ст. 160). При применении норм разд. VII СК, носящих процессуальный характер, следует учитывать соответствующие правила ГПК, при этом нормы последнего в случае расхождений в регулировании, как правило, должны иметь преимущество перед нормами СК. Это вытекает из процессуального характера этих норм и из указания в Федеральном законе от 14.11.2002 N 137-ФЗ "О введении в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" (в ред. от 30.07.2010)*(145) на то, что впредь до приведения в соответствие с ГПК другие федеральные законы применяются в части, не противоречащей ГПК. В то же время некоторые процессуальные правила СК могут, по их смыслу, рассматриваться как специальные правила, действующие дополнительно к соответствующим нормам ГПК (см. комментарии к ст. 160 и п. 4 ст. 165 СК).

В суды, рассматривающие дела по семейным отношениям с участием иностранцев, могут представляться документы, полученные в иностранном государстве. Если такие документы составлены на иностранном языке, они должны быть снабжены надлежащим образом заверенным переводом их на русский язык (ч. ст. 408 ГПК).

Документ, полученный в иностранном государстве, признается письменным доказательством в суде, если не опровергается его подлинность и он легализован в установленном порядке. Иностранные официальные документы признаются в суде письменными доказательствами без их легализации в случаях, предусмотренных международным договором РФ (ч. 4 и 5 ст. 71 ГПК).

Закон, как видим, требует, во-первых, подлинности документа, во-вторых, его легализации. При соблюдении этих требований документы, полученные за границей, рассматриваются и оцениваются как письменные доказательства. Подлинность документа предполагается, пока она не опровергнута в суде. Если в суде будет установлено, что представленное письменное доказательство, в том числе иностранный документ, является подложным, оно не может быть использовано в качестве доказательства в процессе.

Легализация, по существу, подтверждает подлинность документа. В России требуется консульская легализация, заключающаяся в установлении и засвидетельствовании консулом подлинности подписей на документах и актах и соответствия их законам государства пребывания. Порядок консульской легализации предусмотрен Административным регламентом исполнения государственной функции по консульской легализации документов, утвержденным приказом МИД России от 26.05.2008 N 6093 (в ред. от 12.04.2010)*(146).

Иностранные официальные документы, которые противоречат российскому законодательству или содержание которых может нанести вред интересам России, не подлежат легализации (п. 3 ст. 27 Консульского устава Российской Федерации от 05.07.2010 N 154-ФЗ). Не легализуется также документ, если он не предназначен для вывоза за границу в соответствии Законом СССР от 24.06.1991 N 2261-I "О порядке вывоза, пересылки и истребования личных документов советских и иностранных граждан и лиц без гражданства из СССР за границу"*(147). К таким документам относятся трудовые книжки, военные билеты, удостоверения личности (п. Административного регламента).

С целью упрощения достаточно сложной и занимающей много времени процедуры удостоверения документов, предназначенных для действия за границей, заключаются многочисленные двусторонние и многосторонние международные договоры. С 1991 г. Россия участвует в Гаагской конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, от 5 октября 1961 г.*(148) Другими участниками этого универсального международного договора являются Австралия, Австрия, Великобритания, Венесуэла, Германия, Италия, Китай, Мексика, Нидерланды, США, Франция, Япония и многие другие - всего 92 государства.

Названная Конвенция 1961 г. вместо требования консульской легализации иностранных официальных документов, представляемых на территории договаривающихся государств, предусматривает проставление специального штампа апостиля. Апостиль удостоверяет подлинность подписи, качество, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинность печати или штампа, которыми скреплен этот документ (ст. 5). Официальными в понимании Конвенции считаются: а) документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, включая документы, исходящие от прокуратуры, секретаря суда или судебного исполнителя;

в) административные документы;

с) нотариальные акты;

d) официальные пометки, такие, как отметки о регистрации;

визы, подтверждающие определенную дату, заверение подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса (ст. 1).

Полностью освобождаются в России от легализации документы, которые изготовлены или засвидетельствованы учреждением или специально на то уполномоченным лицом в пределах их компетенции и по установленной форме и скреплены гербовой печатью на территории государств-участников Минской конвенции 1993 г. Соответственно и выданные в России документы принимаются в этих государствах без легализации. При этом документы, которые на территории одного из договаривающихся государств рассматриваются как официальные, пользуются и в других государствах доказательной силой официальных документов. При толковании в целях данной Конвенции понятия официальный документ следует иметь в виду, что в России к официальным письменным доказательствам относятся акты компетентных государственных органов, должностных лиц, а также иные документы общественных организаций, предприятий, учреждений. В силу прямого указания ч. 1 ст. 71 ГПК к официальным письменным доказательствам также отнесены судебные акты судов общей юрисдикции, выносимые при рассмотрении гражданских, уголовных и иных дел, к которым относятся приговоры, решения и определения, судебные приказы, протоколы судебных заседаний, протоколы совершения отдельных процессуальных действий и т.п. В качестве неофициальных (частных) рассматриваются письменные материалы, исходящие от граждан (личная переписка и т.п.)*(149).

Освобождение документов от легализации предусматривают и заключенные Россией двусторонние договоры о правовой помощи с Болгарией, Венгрией, Вьетнамом, Испанией, Кипром, Кубой, Латвией, Литвой и другими странами. Однако круг документов, освобождаемых от легализации, определен в этих договорах по-разному. Например, по договору между СССР и Финляндской Республикой о правовой защите и правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 11 августа 1978 г.*(150) (далее - Договор с Финляндией) без легализации принимаются только документы, передаваемые в связи с оказанием правовой помощи (ст. 11). Другие документы, если они являются официальными, будут требовать проставления апостиля (Финляндия, как и Россия, участвует в Гаагской конвенции 1961 г.).

При применении норм разд. VII должно учитываться правило ст. 6 СК: если международным договором РФ установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены соответствующими статьями данного разд. СК, применяются правила международного договора (см. комментарий к ст. 6 СК;

о соотношении норм разд. VII с конкретными нормами международных договоров РФ см. далее комментарии к отдельным статьям настоящего раздела).

Статья 156. Заключение брака на территории Российской Федерации 1. Поскольку иностранные граждане и лица без гражданства в принципе приравниваются в России в правах к российским гражданам, нет никаких препятствий для заключения у нас браков таких лиц. При этом законодательство не требует от российских граждан получения разрешения на вступление в брак с иностранцами.

Заключение брака не влияет на гражданство супругов (ст. 8 Закона о гражданстве Российской Федерации).

Форма брака на территории России определяется по российскому законодательству (п. 1 комментируемой статьи). Это значит, что брак должен заключаться в органах ЗАГС. Браки, совершенные в России по религиозным обрядам, на основе обычаев, не порождают правовых последствий. Российским законодательством определяется и порядок заключения в России браков с иностранными гражданами: брак совершается в личном присутствии лиц, вступающих в брак, по истечении определенного срока, в порядке, установленном для государственной регистрации заключения брака (см. комментарий к ст. 11 СК).

Правило п. 1 комментируемой статьи соответствует существующей практике и действовавшему ранее законодательству (ст. 161 КоБС). И в иностранных государствах форма и порядок заключения брака по общему правилу подчиняются законодательству места вступления в брак. В договорах России о правовой помощи форма заключения брака подчиняется обычно законодательству государства, на территории которого он заключается. В целом это регулирование совпадает с правилом п. 1 ст. 156 СК;

в последнем, однако, вопрос о форме и порядке заключения брака решается только применительно к случаю, когда супруги вступают в брак в России (так называемая односторонняя коллизионная норма). Минская конвенция 1993 г. не содержит коллизионной нормы о форме брака.

2. Условия заключения браков с иностранными гражданами на территории России определяются, в отличие от ранее действовавшего законодательства (ст. КоБС), для каждого из лиц, вступающих в брак, законодательством государства, гражданином которого лицо является.

Поскольку семейное законодательство отнесено п. "к" ч. 1 ст. 72 Конституции к совместному ведению Российской Федерации и субъектов РФ, а ст. 13 СК допускает регулирование некоторых условий вступления в брак и законодательством субъектов РФ (см. комментарий к ст. 13 СК), возможны особенности в регулировании условий заключения брака в субъектах РФ. При отсылке коллизионной нормы п. комментируемой статьи к российскому законодательству такие особенности должны быть учтены.

Если в России заключается брак двух иностранных граждан, к каждому из них должно применяться законодательство государства, гражданином которого лицо является.

Факт принадлежности лица к гражданству того или иного государства определяется согласно п. 2 ст. 156 СК на момент заключения брака. Тем самым исключаются возможные споры по поводу подлежащего применению законодательства в случае изменения супругами гражданства.

При заключении брака иностранных граждан требуется также соблюдение российского законодательства, а именно ст. 14 СК в отношении обстоятельств, препятствующих заключению брака. Так, ст. 14 СК не допускает заключение брака между лицами, из которых хотя бы одно уже состоит в другом браке. Если будущий супруг, желающий заключить брак в России, уже состоит в браке, то даже если подлежащий применению закон его страны допускает вступление во второй брак, в России в заключении брака ему на основании ст. 14 СК должно быть отказано. Что касается других условий заключения брака, предусмотренных СК, например, правила о брачном возрасте (ст. 13 СК), то соблюдения их в данном случае закон не требует.

Поэтому возможно заключение браков и с лицами моложе 18 лет, если это правомерно по законодательству иностранного государства, гражданином которого является супруг.

Коллизионные нормы об условиях заключения брака содержат некоторые договоры России (ранее - СССР) о правовой помощи и Минская конвенция 1993 г. (как и Кишиневская конвенция от 7 октября 2002 г.). Ими предписано применять либо законодательство государства, на территории которого заключается брак (Договор с Финляндией), либо законодательство страны гражданства будущего супруга с соблюдением при этом требований законодательства государства, на территории которого заключается брак, в отношении препятствий к заключению брака (ст. Договора с Азербайджаном*(151), ст. 24 Договора с Польшей*(152), ст. 26 Договора с Эстонией*(153) и т.д.;

так же решен вопрос в ст. 26 Минской конвенции 1993 г.).

В случае расхождения в регулировании условий заключения брака в п. комментируемой статьи и в соответствующем международном договоре применяться должны правила договора (см. комментарий к ст. 6 СК). Например, при заключении в Москве брака между финским гражданином и российской гражданкой условия заключения брака для финского гражданина будут определяться с учетом п. 2 ст. договора с Финляндией о правовой помощи, т.е. по российскому законодательству, а не по законодательству страны гражданства будущего супруга, как это предписано п. ст. 156 СК.

3. Условия заключения брака лицом, имеющим несколько гражданств, определяются следующим образом: если одно из гражданств - российское, применению подлежит законодательство России. Ссылки российского гражданина на имеющееся у него, кроме того, гражданство иностранного государства, подтвержденное соответствующими документами, в этом случае не должны приниматься во внимание и не должны влечь за собой применение иностранного законодательства.

При наличии двух (нескольких) гражданств, ни одно из которых не является российским, вопрос решается по выбору обладателя иностранных гражданств. Не требуется устанавливать, с каким государством лицо более тесно связано, - выбор законодательства принадлежит исключительно самому вступающему в брак лицу. При этом оно не должно обосновывать свой выбор, однако выбор ограничен законодательством тех государств, гражданином которых лицо является.

4. Пункт 4 комментируемой статьи исходит из того, что лица без гражданства наиболее тесно связаны с государством, где они постоянно проживают. Такой подход соответствует и международной практике. Условия заключения в России браков лиц без гражданства подчинены поэтому законодательству государства, в котором они имеют постоянное место жительства. Если лицо без гражданства постоянно проживает в России, условия вступления его в брак будут определяться по российскому законодательству, если же оно находится здесь временно - по законодательству государства, где оно имеет постоянное место жительства.

Хотя п. 3 и п. 4 ст. 156 СК не указывают, как п. 2 данной статьи, на необходимость соблюдения кроме иностранного законодательства требований ст. 14 СК в отношении обстоятельств, препятствующих заключению брака, по смыслу ст. 156 СК правило п. этой статьи носит общий характер и поэтому должно применяться и при заключении брака лицом, имеющим несколько иностранных гражданств, и при вступлении в брак лица без гражданства, имеющего постоянное место жительства за границей.

Минская конвенция 1993 г., которая предоставляет правовую защиту не только гражданам стран-участниц, но и лицам, проживающим на ее территории (ст. 1), устанавливает, что условия заключения брака таких лиц определяются законодательством договаривающейся стороны, на территории которой они имеют постоянное место жительства;

кроме того, должны быть соблюдены требования законодательства государства, на территории которого заключается брак (ст. 26).

Аналогично решен вопрос и в Кишиневской конвенции от 7 октября 2002 г. (ст. 1 и 29).

Как видно, в регулировании условий заключения брака лиц без гражданства Конвенциями и п. 4 комментируемой статьи в принципе нет расхождений.

Статья 157. Заключение браков в дипломатических представительствах и консульских учреждениях 1. Браки между российскими гражданами, проживающими за пределами территории России, могут заключаться в дипломатических представительствах или консульских учреждениях Российской Федерации. Регистрируются такие браки в соответствии с российским законодательством (ст. 25 Консульского устава РФ).

Следовательно, при определении формы и условий заключения брака применяются нормы главы 3 СК (см. комментарий к ней), а также предусмотренные ст. 13 СК нормы законов субъектов РФ о брачном возрасте, если они имеются (см. комментарий к п. ст. 156 СК). Применяются и правила о порядке регистрации актов гражданского состояния, предусмотренные Законом об актах гражданского состояния (ст. названного Закона).

2. Пункт 2 комментируемой статьи (как и ранее ст. 161 КоБС) допускает заключение на территории России браков между иностранными гражданами в дипломатических представительствах и консульских учреждениях иностранных государств. Такие браки признаются в России действительными при соблюдении двух условий: 1) если имеется взаимность;

2) если супруги в момент заключения брака являлись гражданами иностранного государства, назначившего посла или консула.

Взаимность считается соблюденной, если в государстве, которое назначило посла или консула, зарегистрировавшего брак, признаются действительными браки, заключенные в российских дипломатических представительствах или консульских учреждениях. Взаимность может вытекать из законодательства соответствующего иностранного государства или из заключенных Россией международных договоров. Так, согласно п. 1-4 ст. 10 Консульского договора между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой от 25 апреля 2002 г. консулы вправе регистрировать браки между гражданами представляемого государства и выдавать соответствующие документы.

Второе из названных условий исключает возможность признания "смешанных" консульских браков. Требуется, чтобы оба супруга имели гражданство государства, назначившего посла или консула. Однако в некоторых консульских конвенциях России допускается регистрация консулом и "смешанных" браков. Так, в соответствии с подп. "в" п. 1 ст. 37 Консульской конвенции между СССР и Турецкой Республикой от апреля 1988 г. консул регистрирует браки в рамках, дозволенных законодательством государства пребывания, при условии, что по крайней мере один из супругов является гражданином представляемого государства.

Статья 158. Признание браков, заключенных за пределами территории Российской Федерации 1. Браки между российскими гражданами и браки между российскими гражданами и иностранными гражданами или лицами без гражданства могут заключаться в компетентных органах иностранного государства. Будущие супруги - российские граждане могут, следовательно, заключить за границей свой брак либо в дипломатическом представительстве или в консульском учреждении России (см.

комментарий к ст. 157 СК), либо в органах иностранного государства.

Для признания таких браков, заключенных в органах иностранных государств, действительными в России необходимо: 1) соблюдение законодательства государства места заключения брака;

2) отсутствие предусмотренных ст. 14 СК препятствий к заключению брака.

Под законодательством государства места заключения брака, которое должно быть соблюдено, следует понимать как коллизионные, так и материально-правовые нормы этого государства о форме и условиях вступления в брак. Например, если в силу своей коллизионной нормы иностранный орган применил свое право и заключил брак в религиозной форме, этот брак будет считаться действительным в России при условии, что в стране места заключения брака религиозные браки имеют юридическую силу. Или другой пример. Если законодательство иностранного государства (его коллизионная норма) предписывает применение к условиям заключения брака законов страны гражданства супруга, для признания в России заключенного в этом государстве брака лиц, одно из которых имеет российское гражданство, требуется применение иностранным органом, заключающим брак, в отношении условий вступления в брак этого супруга российских законов.

Что касается второго условия признания в России заключенных за границей браков - отсутствия предусмотренных ст. 14 СК (см. комментарий к ней) обстоятельств, препятствующих заключению брака, то надо иметь в виду, что закон требует соблюдения требований лишь ст. 14 СК, но не предписаний о брачном возрасте (ст. СК) или о форме брака (ст. 10 СК).

Например, если будет установлено, что один из супругов на момент заключения брака, который имеется в виду в п. 1 комментируемой статьи, уже состоял в браке, совершенный за границей брак не будет считаться в России действительным, даже если законодательство места вступления в брак не видит в этом препятствия к заключению брака. В то же время недостижение одним из супругов брачного возраста, предусмотренного ст. 13 СК, не может служить основанием для отказа в признании брака действительным в России, если соблюдены законы соответствующего государства о брачном возрасте.

Признание заключенного за границей брака действительным в России означает, что он будет иметь такую же юридическую силу, как и брак, заключенный на территории России, с вытекающими отсюда последствиями.

2. Для признания заключенных за границей браков между иностранными гражданами не требуется соблюдение при заключении брака предписаний ст. 14 СК, достаточно выполнения требований соответствующего иностранного законодательства.

Поэтому если это законодательство допускает, например, вступление в брак при наличии другого брака, нет оснований для признания в России недействительным брака двух иностранных граждан, один из которых уже состоит в браке. Что касается однополых союзов, заключенных иностранцами в странах, где они допускаются, например, в Нидерландах или Испании, то они, не являясь в России в соответствии с нашим семейным законодательством браками (брак согласно ст. 1 СК - это брачный союз мужчины и женщины), очевидно, не могут быть признаны в качестве таковых.

Документы, выданные компетентными органами иностранных государств в удостоверение брака, совершенного вне пределов России по законам иностранных государств (т.е. в соответствии с иностранным правом и по установленной форме), признаются действительными в России при наличии их легализации, если иное не установлено международным договором РФ или федеральным законом (см.

комментарий к разд. VII СК).

Статья 159. Недействительность брака, заключенного на территории Российской Федерации или за пределами территории Российской Федерации Недействительность брака, заключенного на территории Российской Федерации или за пределами Российской Федерации, определяется законодательством, которое в соответствии со статьями 156 и 158 настоящего Кодекса применялось при заключении брака.

Определение права, подлежащего применению при решении вопроса о недействительности брака, увязано с регулированием в ст. 156 и 158 СК формы и условий заключения брака.

Если брак был заключен на территории России, основанием для признания его недействительным служит нарушение правил законодательства, подлежавшего согласно ст. 156 СК применению при его заключении (см. комментарий к ст. 156 СК).

Так, если при заключении брака подлежало применению российское законодательство, оно будет в данном случае определять основания признания брака недействительным, круг лиц, имеющих право требовать признания брака недействительным, последствия недействительности брака (см. комментарии к ст. 27-30 СК).

В случае, когда при заключении брака на территории России применялось иностранное законодательство, например, условия заключения брака определялись для супруга - иностранного гражданина по законодательству государства, гражданином которого он является, брак может быть признан недействительным в связи с нарушением подлежавших применению норм соответствующего иностранного законодательства об условиях вступления в брак.

При признании в России недействительными браков, заключенных за пределами Российской Федерации, определяющим также является законодательство, которое применялось при заключении брака (см. комментарий к ст. 158 СК). Например, недействительность брака, заключенного за границей иностранными гражданами с применением иностранного законодательства о форме и условиях вступления в брак, определяется этим иностранным законодательством. Если же брак был заключен за границей с применением российского законодательства (например, в силу требований иностранной коллизионной нормы в отношении супруга - российского гражданина к условиям заключения брака был применен российский закон), брак может быть признан недействительным по мотивам нарушения требований этого российского закона об условиях вступления в брак.

Коллизионные нормы о недействительности брака содержатся в тех договорах России о правовой помощи, в которых определено право, подлежащее применению к заключению брака (см. комментарий к п. 3 ст. 156 СК). Регулируют недействительность брака ст. 30 Минской конвенции 1993 г. и ст. 33 Кишиневской конвенции 2002 г. Способ определения права, подлежащего применению в отношении недействительности брака, такой же, как и в ст. 159 СК.

Указанные международные договоры содержат также нормы о признании решений по семейным делам (например, ст. 52 Минской конвенции 1993 г., ст. Договора с Болгарией*(154), ст. 44 Договора с Монголией*(155), ст. 50 Договора с Эстонией и т.д.). Следовательно, на территории России подлежат признанию (с соблюдением установленных соответствующим договором условий признания) и решения судов этих государств о недействительности браков.

Иностранные решения о недействительности брака, вынесенные в государствах, с которыми Россия не имеет международных договоров, предусматривающих признание, могут быть признаны на основании ст. 415 ГПК. Но признание решений иностранных судов о признании недействительности брака между российским гражданином и лицом, имеющим иностранное гражданство, обусловлено в этой статье необходимостью проживания хотя бы одного из супругов вне пределов России. Если же речь идет о признании недействительным брака между двумя российскими гражданами, для признания иностранного решения требуется, чтобы оба супруга в момент рассмотрения дела проживали вне пределов России.

Статья 160. Расторжение брака 1. При расторжении в России браков российских граждан с иностранными гражданами или лицами без гражданства, а также браков между иностранными гражданами применяется российское законодательство, т.е. ст. 16-26 СК. Место заключения брака и место жительства супругов с точки зрения п. 1 комментируемой статьи решающего значения не имеет.

Некоторые международные договоры РФ решают вопрос о подлежащем применению законодательстве иначе. Например, согласно ст. 28 Минской конвенции 1993 г. по делам о расторжении брака применению подлежит законодательство государства, гражданами которого являются супруги в момент подачи заявления;

если супруги имеют гражданство разных государств, применяться должно законодательство государства, учреждение которого рассматривает дело о расторжении брака. Поскольку при расхождении в регулировании применяется правило международного договора, а не СК (см. комментарий к ст. 6 СК), в случаях, когда договор отсылает к законам страны гражданства супругов, при расторжении их брака должно применяться соответствующее иностранное законодательство. Если, например, расторгается брак проживающей в Москве украинской гражданки с украинским гражданином, проживающим в Киеве, суд по месту жительства истицы должен применить не российское, а украинское семейное законодательство.

В приводившемся ранее решении от 15 января 2002 г.*(156) Экономический Суд СНГ подчеркнул, в частности, что при расторжении брака супругов, имеющих гражданство одного государства, "в соответствии с п. 1 ст. 28 Конвенции применяются материально-правовые нормы государства - участника Конвенции, гражданами которого они являются, независимо от того, компетентными учреждениями какого государства рассматривается дело". Суд признал "противоречащими указанному правилу Конвенции случаи, когда вопрос о расторжении брака между супругами, являющимися гражданами другого государства, разрешался на основании законодательства о браке и семье государства, судебное учреждение которого рассматривало дело".

Одновременно Экономический Суд принял решение о толковании п. 1 ст. 29 Конвенции относительно компетенции судов по рассмотрению дел о расторжении брака супругов граждан одной страны.

2. Пункт 2 комментируемой статьи, как и действовавшая ранее ч. 5 ст. 163 КоБС, допускает расторжение брака российских граждан, проживающих за границей, в российском суде;

это допускается и тогда, когда второй супруг является гражданином иностранного государства. При рассмотрении подобных дел возникает вопрос о территориальной подсудности, не получивший разрешения в ГПК. Дело должно, очевидно, рассматриваться судом, указанным Верховным Судом РФ. Соответствующее правило, содержавшееся в ч. 6 ст. 163 КоБС, не воспроизведено в ст. 160 СК, так как этот вопрос, носящий процессуальный характер, предполагалось урегулировать в новом ГПК.

Российские граждане, проживающие за границей, могут расторгнуть свой брак и в дипломатических представительствах или консульских учреждениях России, если речь идет о браке, расторжение которого по российскому законодательству возможно в органах ЗАГС (см. комментарий к ст. 19 СК). При этом консул вправе расторгать браки между супругами - российскими гражданами, если хотя бы один из них постоянно проживает за границей.

При взаимном согласии на расторжение брака супругов, не имеющих несовершеннолетних детей, расторжение брака производится в консульском учреждении России по месту жительства супругов или одного из них на основании совместного заявления супругов. В случае невозможности явки одного из супругов в консульское учреждение по уважительным причинам (болезнь, военная служба, отдаленность проживания и т.п.) совместное заявление может быть подано другим супругом. Подпись отсутствующего супруга на заявлении должна быть удостоверена органом ЗАГС, в нотариальном порядке или консулом по месту жительства другого супруга. Регистрация расторжения брака производится в присутствии обоих супругов.

Лишь в отдельных случаях при наличии уважительных причин регистрация может быть произведена в отсутствие одного из супругов. Свидетельство о расторжении брака отсутствующему супругу, проживающему в России, высылается через МИД России в орган ЗАГС по месту его жительства, а если супруг проживает за пределами России - в дипломатическом порядке консулу по месту его жительства.

3. Согласно п. 3 комментируемой статьи российские граждане вправе расторгать браки за пределами России и в компетентных органах иностранных государств.

Расторжение таких браков признается действительным в России (оно признавалось действительным и по ст. 163 КоБС). В п. 3 ст. 160 СК речь идет и о браках между российскими гражданами и о браках российских граждан с иностранными гражданами или лицами без гражданства.

Признание в России иностранных решений о расторжении брака связывается с необходимостью соблюдения органом, вынесшим решение, законодательства государства своей страны о компетенции и подлежащем применению праве. При невыполнении этого условия решение может оказаться в России непризнанным.

Существенным является факт вынесения решения компетентным органом. Если, например, расторжение брака отнесено законодательством страны места расторжения брака к ведению судов, компетентным надо считать суд, а не какой-либо другой орган.

Соблюдение законодательства страны места вынесения решения о компетенции вынесших решение органов означает также, что выполнены требования этого законодательства о пределах компетенции судов данного государства по рассмотрению дел о расторжении брака (международная подсудность). Такая компетенция устанавливается в разных государствах по-разному.

Пункт 3 комментируемой статьи связывает признание иностранных решений и с соблюдением законодательства государства места вынесения решения о подлежащем применению праве. Имеется в виду соблюдение коллизионных норм семейного права данного государства. Поэтому при решении вопроса о признании в России решения иностранного суда о расторжении брака, например двух российских граждан, важно установить, что коллизионная норма государства, суд которого вынес решение, соблюдена. Если эта коллизионная норма отсылает к законодательству страны гражданства супругов, следует убедиться, что при расторжении брака было применено российское законодательство.

Закон не связывает признание иностранных решений о расторжении брака с местом проживания супругов (в России или за ее пределами). При применении п. ст. 160 СК надо, однако, иметь в виду правила ст. 415 ГПК, по которым иностранные решения о расторжении брака между российским гражданином и лицом, имеющим иностранное гражданство, признаются, если в момент рассмотрения дела хотя бы один из супругов проживал вне пределов России, а решения о расторжении брака супругов российских граждан - если оба супруга в момент рассмотрения дела проживали вне пределов России.

4. Пункт 4 комментируемой статьи предусматривает признание в России действительным совершенного за границей расторжения брака между двумя иностранными гражданами, обусловливая признание соблюдением норм законодательства государства, суд (или другое учреждение) которого принял решение о расторжении брака, а именно норм, касающихся компетенции и подлежащего применению права.

Признание в России иностранных решений о расторжении брака означает, что за иностранным решением признается такая же юридическая сила, как и за решением российских судов (или органов ЗАГС) о расторжении брака. Наличие иностранного решения о расторжении брака дает основания считать супругов разведенными. При этом не требуется государственная регистрация расторжения брака, произведенного иностранным судом, в порядке, установленном для государственной регистрации актов гражданского состояния (см. комментарий к п. 2 ст. 25 СК). Лицо, брак которого расторгнут решением иностранного суда, может, ссылаясь на это решение, подлежащее признанию, вступить в России в новый брак.

В судебной практике этот вопрос был затронут, например, в определении Верховного Суда РФ от 19 апреля 2001 г. по делу N 78-Г01-17. Санкт-Петербургский городской суд отказал в принятии к производству ходатайства о признании на территории России решения суда по семейным делам г. Беер-Шева (Израиль) от августа 2000 г., которым был расторгнут брак супругов Л. Отказывая в удовлетворении жалобы на отказ российского суда рассмотреть ходатайство, Верховный Суд РФ счел вынесенное Санкт-Петербургским городским судом решение обоснованным. Он согласился с тем, что требования ст. 25 СК об обязательной государственной регистрации в органах ЗАГС расторжения брака, произведенного в суде, и запрете на вступление в новый брак до получения свидетельства о расторжении брака в органе ЗАГС "всецело распространяется на случаи расторжения брака на территории РФ согласно действующему законодательству". Суд не усмотрел правовых оснований для рассмотрения вопроса о признании данного иностранного судебного решения в судебном порядке, так как в силу п. 3 ст. 160 СК такие решения признаются действительными в России (насколько можно судить по тексту определения, ни одна заинтересованная сторона против признания решения в России не возражала).

Таким образом, если со стороны заинтересованного лица не поступит возражений, решению иностранного суда сразу же придается в России юридическая сила, такая же, как и решениям российских судов. Например, принятое иностранным судом и вступившее в законную силу решение по делу о расторжении брака может быть предъявлено в качестве подтверждения того, что лицо уже не состоит в браке, при вступлении его в России в новый брак.

Прежний брак считается прекратившимся со дня вступления иностранного решения в законную силу. День вступления иностранного решения в законную силу должен, надо полагать, определяться в соответствии с законодательством государства, суд (или иной орган) которого вынес решение. Вопрос имеет практическое значение, так как законодательство иностранных государств течение срока, с которым связывается вступление судебного решения в силу, устанавливает, как правило, начиная со дня вручения отсутствующей стороне копии решения, а не со дня вынесения решения, как в России.

Признание иностранного судебного решения о расторжении брака не требует какой-либо специальной процедуры, если только против признания не возражает второй супруг или иное заинтересованное лицо. Так, орган ЗАГС, куда лицом, вступающим в брак, предъявлено в подтверждение того, что он не состоит в браке, решение иностранного суда о расторжении его прежнего брака, рассматривает это решение как подтверждение прекращения брака, удостоверившись в том, что решение вступило в законную силу (обычно иностранный суд делает на решении соответствующую отметку).

Если, однако, заинтересованное лицо возражает против признания, вопрос о признании на территории России иностранного решения о разводе рассматривается по заявлению указанного лица судом в порядке, предусмотренном ст. 413 ГПК. Суд рассматривает заявление в судебном заседании, проверяя соблюдение условий признания, в частности, и тех условий, которые рассмотрены выше в комментарии к настоящей статье (соблюдение требований о компетенции и подлежащем применению праве). Верховный Суд РФ разъяснил судам, что признание решений иностранных судов о расторжении брака в случае заявления возражений заинтересованных лиц относительно признания такого решения производится в судебном порядке*(157). Тем самым было по существу разъяснено, что какого-либо особого, упрощенного ("автоматического") режима признания, отличающегося от определенного ст. общего режима, ст. 415 ГПК не устанавливает.

Следует различать признание брака расторгнутым и признание последствий развода, основывающихся на иностранном законе, например таких, как безусловное лишение виновной стороны права на вступление в новый брак, права на воспитание детей и т.п. Последствия, которые не относятся к статуту развода, в принципе должны определяться на самостоятельных основаниях (см. комментарии к ст. 156, 163 СК).


Признание судебных решений о расторжении брака предусматривает ряд договоров России о правовой помощи. В некоторых из них, например, в договоре с Румынией (ст. 25), специально предусмотрено признание решений о расторжении брака "без дальнейшего производства";

требуется лишь установить, что суд страны, где решение должно быть признано, до этого времени не вынес по тому же делу решения, вступившего в законную силу. Другие договоры, например договор с Вьетнамом (ст. 41), предусматривают признание решений по делам неимущественного характера, включая сюда и решения о расторжении брака. Условия отказа в признании формулируются здесь шире. Отказ допустим, если установлено: 1) ответчик не принял участия в процессе из за того, что ему не было своевременно и в надлежащей форме вручено извещение;

2) дело между теми же сторонами, о том же предмете и по тому же основанию было уже разрешено в стране, где ставится вопрос о признании, или было здесь ранее возбуждено;

3) дело относится к исключительной компетенции учреждений запрашиваемого государства. Статья 52 Минской конвенции 1993 г. предусматривает признание решений, не требующих исполнения (следовательно, и решений о расторжении брака), при условии соблюдения перечисленных в ней условий, близких к рассмотренным выше, но не полностью совпадающих с ними (аналогичны правила ст. 55 Кишиневской конвенции 2002 г.).

При наличии международного договора с государством, суд которого вынес подлежащее признанию решение о расторжении брака, необходимо обращение к соответствующему договору и соблюдение тех и только тех условий признания, которые предусмотрены в договоре (см. комментарий к ст. 6 СК).

Статья 161. Личные неимущественные и имущественные права и обязанности супругов 1. К личным неимущественным и имущественным правам и обязанностям супругов (право выбора фамилии, режим совместного имущества, взаимное алиментирование и т.п.) п. 1 комментируемой статьи предписывает применять законодательство государства, на территории которого супруги имеют совместное место жительства. Предполагается, что отношения супругов наиболее тесно связаны с правом государства, где протекает брак.

Как видно, подлежащее применению право определено на основании "территориального" критерия - гражданство супругов не принимается во внимание.

Таким образом, даже к отношениям супругов - иностранных граждан, если они проживают совместно в Москве, подлежит применению российское законодательство.

Устанавливаются и дополнительные коллизионные нормы на случай, когда супруги не имеют или никогда не имели совместного места жительства. При отсутствии совместного места жительства применяется законодательство государства, на территории которого супруги имели последнее совместное место жительства;

если же супруги никогда не имели совместного места жительства, российские суды применяют российское законодательство.

Таким образом: 1) подлежащее применению право определено на основании "территориального" критерия - гражданство супругов не принимается во внимание;

2) основная коллизионная привязка дополняется другими на случай, когда супруги не имеют или никогда не имели совместного места жительства;

3) сфера применения закона суда (lex fori) значительно сужена;

4) подлежащее применению в силу коллизионной нормы право меняется при изменении места, где супруги совместно проживают (например, при переезде обоих в другое государство). Так, к личным и имущественным отношениям супругов - шведских граждан, проживающих совместно в Москве, подлежит применению российское законодательство;

при совместном переезде этих супругов на постоянное жительство в другое государство (в Швецию или др.) к их отношениям будет применяться законодательство этого государства;

5) личные неимущественные и имущественные отношения супругов определяются одной и той же коллизионной нормой.

При определении в соответствии с коллизионной привязкой ст. 161 СК подлежащего применению права понятие совместного места жительства супругов определяется в соответствии с принятым в российском праве толкованием понятия места жительства каждого из супругов (см. комментарий к разд. VII СК) и с учетом необходимости установить именно совместное место жительства. С точки зрения российского закона этот критерий (совместного места жительства) не является обязательным при осуществлении брачных отношений. Очевидно, при применении его в связи с определением подлежащего применению права следует исходить в каждом случае из конкретных обстоятельств дела. При совместном проживании за границей супруги должны подтверждать это документально (сведения о месте жительства, длительности проживания и т.п.).

Если в соответствии с п. 1 комментируемой статьи определяющим является российское законодательство, применению подлежат нормы гл. 6 СК о личных правах и обязанностях супругов и гл. 7 СК о законном режиме имущества супругов.

2. Законодательство, подлежащее применению к брачному договору или соглашению супругов об уплате алиментов друг другу, может быть согласно п. комментируемой статьи избрано самими супругами. Это значит, что при составлении брачного договора (см. комментарии к ст. 40-44 СК) или соглашения об уплате алиментов (см. комментарий к ст. 89 и 90 СК) супруги могут договориться о том, что их права и обязанности по указанным договору или соглашению будут определяться не тем законодательством, на которое указывают коллизионные нормы п. 1 ст. 161 СК, а каким-либо иным. Коллизионная норма п. 1 ст. 161 СК в этом случае не будет применяться.

Право избрания законодательства принадлежит согласно п. 2 ст. 161 СК лишь тем супругам, которые не имеют общего гражданства или совместного места жительства. Брачные договоры и соглашения об уплате алиментов супругов, имеющих общее гражданство или совместное место жительства, определяются в соответствии с общими правилами п. 1 комментируемой статьи;

при отсылке этих правил к российскому законодательству подлежат применению нормы гл. 8 СК, ст. 89 и 90, а также гл. 16 СК (см. комментарии к указанным главам и статьям).

Выбор супругами законодательства, как видно из п. 2 комментируемой статьи, не ограничен законодательством какой-то определенной страны. Это может быть законодательство России, страны гражданства одного из супругов, страны места его жительства, страны, где находится недвижимое имущество супругов, и т.д. (в иностранных государствах возможность выбора права обычно ограничивается правом государства, где супруги или один из них имеют место жительства или гражданство которого они имеют). Следует также иметь в виду императивные нормы п. 3 ст. 42 СК, носящие обязательный ограничительный характер и не допускающие включения в брачный договор условий, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение и противоречат основным началам семейного законодательства.

Если супруги, не имеющие общего гражданства или совместного места жительства, не воспользовались правом выбора законодательства, к их брачному договору или соглашению об. уплате алиментов применяются положения п. 1 ст. СК. Выбор супругами законодательства может быть осуществлен в соответствии с п. ст. 161 СК при заключении брачного договора или соглашения об уплате алиментов.

Следует обратить внимание на то, что избрание права сторонами допускается только по поводу имущественных отношений, так как заключение брачного договора, согласно ст. 40 СК, предусмотрено только применительно к имущественным отношениям супругов. Выбор права в отношении личных неимущественных прав и обязанностей супругов законом не предусмотрен. Не предусмотрена, в частности, возможность выбора по соглашению супругов законодательства, регулирующего определение супругами места жительства, фамилии, воспитание детей и т.п. (см. гл. СК).

Статья 161 СК не говорит о форме избрания сторонами законодательства, подлежащего применению к брачному договору или соглашению об уплате алиментов.

Следовательно, применяются, на наш взгляд, соответствующие коллизионные правила о форме сделки, содержащиеся в ст. 1209 ГК (см. комментарий к ст. 4 СК).

Заключаемые в России соглашения супругов об избрании законодательства могут быть включены в сам текст брачного договора (соглашения об уплате алиментов), но могут быть оформлены и отдельным документом. Соглашение, как и сам брачный договор (соглашение об уплате алиментов), излагается в письменной форме и требует нотариального удостоверения (см. комментарии к ст. 41 и 100 СК). В нем должна быть ясно выражена воля сторон.

Если выбор супругами законодательства осуществляется за пределами России, достаточно того, что этот выбор оформлен согласно требованиям соответствующего иностранного государства. Так, если супруги, находясь за границей, подчиняют свой брачный договор (соглашение об уплате алиментов друг другу) иностранному праву и оформляют договор (соглашение) с соблюдением требований этого же права, договор (соглашение) с точки зрения формы признается действительным. Вместе с тем не может быть признан недействительным вследствие несоблюдения формы выбор российского законодательства, если соблюдены требования российского законодательства в отношении формы.

К форме соглашений супругов о подчинении брачного договора законодательству того или иного государства следует, очевидно, применять и коллизионную норму п. ст. 1209 ГК о том, что форма сделок в отношении недвижимого имущества подчиняется праву страны, где находится это имущество. В России к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, т.е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетние насаждения, здания, сооружения (ст. 130 ГК). К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Форма сделки в отношении имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, подчиняется российскому праву.


Правила о признании в России решений, вынесенных по личным и имущественным отношениям супругов учреждениями иностранных государств, комментируемая статья не содержит. Вопрос об их признании должен поэтому решаться на общих основаниях, предусмотренных ГПК и другими актами процессуального законодательства, а также международными договорами РФ.

Коллизионные нормы о личных и имущественных отношениях супругов содержатся в ряде договоров РФ. Так, по ст. 25/В Договора между СССР и Венгерской Народной Республикой об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 15 июля 1958 г.*(158) личные и имущественные правоотношения супругов определяются законодательством договаривающейся стороны, на территории которой супруги имеют совместное место жительства. Если супруги проживают в разных странах, то при наличии у них общего гражданства применяется законодательство страны их гражданства, а при разном гражданстве законодательство страны, где они имели свое последнее совместное место жительства.

Близки к приведенному правилу и нормы других двусторонних договоров о правовой помощи, а также ст. 27 Минской конвенции 1993 г. Последняя содержит аналогичные венгерскому договору положения с добавлением на тот случай, когда супруги, имеющие разное гражданство, не имели совместного места жительства на территории стран-участниц Конвенции. В этом случае согласно ст. 27 применяется законодательство государства, учреждение которого рассматривает дело. Кроме того, в данной статье установлено, что отношения супругов, касающиеся их недвижимого имущества, определяются по законодательству государства, на территории которого оно находится. Сходны правила ст. 30 Кишиневской конвенции 2002 г.

Если регулирование в международном договоре и в ст. 161 СК различно, к личным и имущественным отношениям супругов применяются правила международного договора (см. комментарий к ст. 6 СК). Например, если супруги - венгерские граждане проживают один в России, а другая - в Венгрии, а ранее совместно жили в России и имеют здесь денежные вклады, то при рассмотрении иска о разделе имущества супругов российский суд должен применить не российское законодательство, как это вытекает из п. 1 ст. 161 СК, а венгерское законодательство - в соответствии с приведенной выше ст. 25/В договора с Венгрией.

Возник вопрос о праве супругов выбрать для своего брачного договора или соглашения об уплате алиментов (п. 2 ст. 161 СК) иное законодательство, чем то, к которому отсылает норма международного договора. Например, если договор о правовой помощи предписывает применение к имущественным отношениям супругов, один из которых проживает в России, а другой - в Чехии, российского законодательства как законодательства страны их последнего совместного места жительства (ст. Договора между СССР и Чехословакией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 12 августа 1982 г.*(159)), возможно ли применение чешского законодательства, если супруги договорились о подчинении именно этому законодательству своих прав и обязанностей по уплате алиментов друг другу? По-видимому, поскольку правило договора сформулировано вполне определенно и не допускает изъятий на основании соглашения сторон, применению в рассматриваемом случае подлежит российское законодательство, как это вытекает из договора.

Двусторонние договоры России о правовой помощи и Минская конвенция 1993 г.

(как и Кишиневская конвенция 2002 г.) не содержат специальной нормы о признании и исполнении иностранных решений, вынесенных по правоотношениям супругов. Однако такие решения могут быть признаны и исполнены, так как подпадают под действие общих правил договоров о признании и исполнении решений (ст. 51-55 Минской конвенции 1993 г. и соответствующие статьи Кишиневской конвенции 2002 г. и двусторонних договоров). При этом должны быть соблюдены предусмотренные Конвенцией (договорами) условия признания и исполнения. Например, при исполнении в России решения украинского суда о разделе имущества супругов должно быть согласно ст. 52 Минской конвенции 1993 г. установлено, что отсутствуют следующие основания для отказа в признании и исполнении: а) в соответствии с законодательством государства, на территории которого вынесено решение (т.е.

Украины), оно не вступило в законную силу или не подлежит исполнению, за исключением случаев, когда решение подлежит исполнению до вступления в законную силу;

б) ответчик не принял участия в процессе вследствие того, что ему или его уполномоченному не был своевременно и надлежаще вручен вызов в суд;

в) по делу между теми же сторонами, о том же предмете и по тому же основанию на территории государства, где должно быть признано и исполнено решение (т.е. России), было уже ранее вынесено вступившее в законную силу решение или имеется признанное решение суда третьего государства (например, Белоруссии), либо если учреждением этого (т.е. российского) государства было ранее возбуждено производство по данному делу;

г) согласно положениям данной Конвенции, а в случаях, не предусмотренных ею, согласно законодательству государства, на территории которого решение должно быть признано и исполнено, дело относится к исключительной компетенции ее учреждения (если, например, украинским судом вынесено решение о недвижимом имуществе, находящемся в России);

д) отсутствует документ, подтверждающий соглашение сторон по делу договорной подсудности;

е) истек срок давности принудительного исполнения, предусмотренный законодательством государства, суд которого исполняет решение.

Статья 162. Установление и оспаривание отцовства (материнства) 1. В отличие от правила ст. 164 КоБС, по которой установление отцовства в Российской Федерации независимо от гражданства родителей и ребенка и места их жительства производилось по российскому законодательству, п. 1 комментируемой статьи подчиняет установление и оспаривание отцовства (материнства) законодательству государства, гражданином которого является ребенок по рождению.

Дети, таким образом, получают защиту по нормам законодательства страны своего гражданства, как это принято и в ряде иностранных государств.

Пункт 1 комментируемой статьи указывает на гражданство детей по рождению.

Поэтому приобретение ребенком впоследствии (к моменту установления отцовства) гражданства другого государства не влияет на подлежащее применению законодательство - им и в этом случае остается законодательство государства, гражданином которого ребенок был по рождению.

Согласно ст. 12 Закона о гражданстве Российской Федерации ребенок, родители которого на момент его рождения состоят в гражданстве России, является российским гражданином независимо от места рождения. Гражданство родителей, таким образом, автоматически распространяется на родившегося ребенка и является его гражданством по рождению. Для детей, лишь один из родителей которых является российским гражданином, действуют следующие правила названного Закона: 1) если второй родитель - лицо без гражданства или признан безвестно отсутствующим или место его нахождения неизвестно, ребенок является российским гражданином независимо от места рождения;

2) если второй родитель - гражданин иностранного государства, ребенок приобретает российское гражданство, если он родился на территории России либо если в ином случае он станет лицом без гражданства. Если оба родителя, проживающие в России, являются иностранными гражданами или лицами без гражданства, ребенок приобретает российское гражданство, если он родился на территории РФ, а государства, гражданами которых являются его родители, не предоставляют ему своего гражданства. Находящийся на территории России ребенок, родители которого неизвестны, регистрируется в органах ЗАГС как российский гражданин, если родители не объявятся в течение шести месяцев со дня обнаружения ребенка, так как презюмируется, что его родители - граждане России.

Если по рождению ребенок является иностранным гражданином, последующее изменение его гражданства, в результате чего он становится, например, российским гражданином, не должно влиять на подлежащее применению право.

Коллизионные вопросы установления отцовства (материнства) получили разрешение в ряде международных договоров РФ о правовой помощи. В большинстве случаев предписывается, как и в п. 1 комментируемой статьи, применение законодательства государства, гражданином которого является ребенок по рождению.

Так решен вопрос в ст. 25 Договора между СССР и Республикой Куба о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 28 ноября 1984 г.*(160) и в большинстве других договоров о правовой помощи, содержащих коллизионные нормы семейного права, а также в ст. 31 Минской конвенции 1993 г. Следует, однако, иметь в виду, что Кишиневская конвенция 2002 г. внесла некоторые изменения в регулирование установления и оспаривания отцовства (это одно из немногих изменений коллизионных норм Минской конвенции 1993 г.): согласно ст. 34 определяющим считается законодательство договаривающейся стороны, гражданином которой является ребенок, и лишь при невозможности определения его принадлежности к гражданству -законодательство стороны, гражданином которой ребенок является по рождению. И некоторые договоры о правовой помощи, например Договор с Румынией 1958 г., в отличие от п. 1 ст. 162 СК предписывают применение законодательства того из договаривающихся государств, гражданином которого является ребенок (ст. Договора с Румынией).

2. Порядок установления и оспаривания отцовства (материнства) на территории России определяется согласно п.

2 комментируемой статьи российским законодательством: применению подлежат правила гл. 10 СК, определяющие процедуру установления или оспаривания отцовства (материнства) - административную или судебную. Это относится и к тем случаям, когда в силу п. 1 ст. 162 СК применению подлежит иностранное семейное законодательство. В случаях, когда российское законодательство допускает установление отцовства (материнства) путем государственной регистрации в органах ЗАГС, например при установлении отцовства лица, не состоящего в браке с матерью ребенка, путем подачи отцом и матерью совместного заявления в орган ЗАГС (см. комментарий к п. 3 ст. 48 СК), проживающие за пределами территории России родители ребенка вправе обращаться с заявлениями об установлении отцовства в дипломатические представительства или консульские учреждения Российской Федерации. Однако установление отцовства в указанном порядке допускается законом лишь тогда, когда хотя бы один из супругов является российским гражданином.

Признание в России решений об установлении отцовства (материнства), принятых иностранными учреждениями, осуществляется на общих основаниях, предусмотренных ГПК и другими актами процессуального законодательства, а также международными договорами РФ. Например, согласно ст. 50 Договора о правовой помощи с Эстонией вступившие в законную силу решения судов и органов по опеке и попечительству одной договаривающейся стороны, если они не требуют по своему характеру исполнения, признаются на территории другой договаривающейся стороны без специального производства.

Статья 163. Права и обязанности родителей и детей Комментируемая статья, определяющая законодательство, подлежащее применению к правам и обязанностям родителей и детей, распространяется на взаимные права и обязанности родителей и детей, рожденных как в браке, так и вне брака. При этом алиментные обязательства охватываются данной нормой, если речь идет об обязательствах родителей по отношению к детям. Из формулировки ст. 163 СК следует, что имеются в виду алиментные обязательства родителей по отношению к несовершеннолетним детям, а равно к нетрудоспособным совершеннолетним детям.

Права и обязанности родителей и детей, в том числе алиментные обязанности, подчиняются согласно данной статье законодательству государства, на территории которого они имеют совместное место жительства. Таким образом, отношения родителей и детей, проживающих совместно в России, независимо от гражданства сторон определяются по российскому законодательству (см. главы 11-13, 16, 17 СК). В данном случае закон исходит из того, что отношения родителей и детей наиболее тесно связаны с законодательством страны их совместного места жительства.

Если стороны не имеют совместного места жительства и проживают в разных государствах, их права и обязанности определяются законодательством государства, гражданином которого является ребенок. Например, если мать ребенка - иностранного гражданина, проживающая вместе с ребенком за границей, обратится в российский суд и иском к отцу ребенка - российскому гражданину, проживающему в Москве, о взыскании алиментов на ребенка, суд при рассмотрении спора должен применять законодательство государства, гражданином которого является ребенок. Последний получит в данном случае средства на содержание в том же объеме и на тех же условиях, что и другие дети, имеющие гражданство того же государства.

При проживании матери с ребенком в России, а отца - за границей взыскание на ребенка алиментов с отца должно определяться российским судом по российскому законодательству, если ребенок - российский гражданин, и по законодательству страны гражданства ребенка, если ребенок - иностранный гражданин.

В отношении прав и обязанностей родителей и детей, включая алименты на детей, комментируемая статья допускает в интересах ребенка и иное решение вопроса:

по требованию истца может быть применено законодательство государства, на территории которого постоянно проживает ребенок. Данная норма относится, как видно, к случаям, когда ребенок, имеющий гражданство одного государства, проживает на территории другого.

Применение законодательства страны места проживания ребенка закон связывает с наличием требования (просьбы) об этом истца. Отсюда следует, что при отсутствии такого требования суд не должен отступать от основных коллизионных правил ст. 163 СК. Закон говорит также не об обязанности суда применять по требованию истца законодательство страны места жительства ребенка, а лишь о возможности такого применения. По смыслу закона должен приниматься во внимание тот факт, что законодательство страны места жительства ребенка действительно более благоприятно для ребенка. Здесь могут учитываться: способ взыскания алиментов (в процентном отношении к заработной плате ответчика или в твердой денежной сумме), сроки взыскания (до достижения 18 лет или до достижения экономической самостоятельности, как это принято в ряде стран), характер личных неимущественных отношений родителей и детей и т.п.

Принадлежность лица к гражданству того или иного государства, с которой ст. 163 СК связывает решение вопроса о подлежащем применению законодательстве, должна определяться на момент вынесения решения. Поэтому, если ребенок, являющийся по рождению гражданином одного государства, к моменту вынесения решения станет гражданином другого государства, определяющим следует считать это последнее гражданство.

Среди международных договоров РФ в сфере отношений родителей и детей в первую очередь следует назвать Конвенцию о правах ребенка, устанавливающую главный приоритет во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, судами, законодательными и другими органами, - наилучшее обеспечение интересов ребенка (п. 1 ст. 3). Конвенция требует от государств-участников уважать ответственность, права и обязанности родителей, опекунов и других лиц, несущих по закону ответственность за ребенка и обязанных должным образом руководить ребенком в осуществлении им признанных Конвенцией прав (ст. 5), а также право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства (ст. 8).

Конвенция о правах ребенка обязывает государства-участники уважать право ребенка, который разлучается с одним или обоими родителями, поддерживать на регулярной основе личные отношения и прямые контакты с обоими родителями, за исключением случая, когда это противоречит наилучшим интересам ребенка (п. 3 ст. 9).

Государства-участники принимают меры для борьбы с незаконным перемещением и невозвращением детей из-за границы (ст. 11).

Коллизионные нормы о правоотношениях родителей и детей включены в некоторые договоры РФ о правовой помощи, а также в Минскую конвенцию 1993 г. Так, согласно п. 1 ст. 32 данной Конвенции (в ред. Протокола от 28 марта 1997 г.) правоотношения родителей и детей, в том числе обязательства родителей по содержанию детей, определяются по законодательству той страны-участницы, на территории которой они имеют постоянное совместное место жительства, а при отсутствии такового - по законодательству государства, гражданином которого является ребенок. Вместе с тем Конвенция допускает применение по требованию истца к алиментным обязательствам законодательства страны-участницы, на территории которой постоянно проживает ребенок. Кишиневская конвенция 2002 г. не внесла в данную статью никаких изменений. И двусторонние договоры о правовой помощи, как правило, исходят из применения законодательства государства, на территории которого стороны имеют совместное место жительства (ст. 25 Договора с Болгарией, ст. Договора с Эстонией и т.д.). Но при раздельном проживании родителей и детей часть договоров отсылает к законодательству страны гражданства ребенка (договоры с Болгарией, Венгрией, Румынией и др.), тогда как другие (например, с Вьетнамом) - к законодательству страны места жительства ребенка. Некоторые двусторонние договоры о правовой помощи, в основном заключенные давно, выделяют правоотношения между внебрачным ребенком и его матерью и отцом, подчиняя их законодательству государства, гражданином которого является ребенок.

Как видно, регулирование коллизий в международных договорах несколько отличается от норм комментируемой статьи. Если, например, при раздельном проживании родителей ребенка, являющегося вьетнамским гражданином и проживающего с матерью в России, ст. 163 СК требует применения вьетнамского законодательства как законодательства страны гражданства ребенка, то Договор с Вьетнамом*(161) требует применения российского законодательства, поскольку ребенок живет в России. При расхождении в регулировании применяется норма международного договора (см. комментарий к ст. 6 СК).

Признание и исполнение решений иностранных судов по правоотношениям родителей и детей, в том числе решений о взыскании алиментов, осуществляется в России при наличии международного договора, предусматривающего такое признание и исполнение: Минская конвенция 1993 г., Кишиневская конвенция 2002 г. и ряд двусторонних договоров России о правовой помощи допускают признание и исполнение иностранных судебных решений по семейным делам при соблюдении предусмотренных соответствующим международным договором условий.

Статья 164. Алиментные обязательства совершеннолетних детей и других членов семьи Коллизионная норма комментируемой статьи определяет законодательство, подлежащее применению к алиментным обязательствам совершеннолетних детей в пользу родителей и к алиментным обязательствам других членов семьи;

алиментные обязательства супругов и бывших супругов данной статьей не охватываются (см.

комментарий к ст. 161 СК). Ранее подобной нормы российское законодательство не содержало.



Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.