авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

«Региональная стипендиатская программа Фонда им. Генриха Белля для молодых ученых на Южном Кавказе Разгадать Южный Кавказ: Общества и среда обитания. ...»

-- [ Страница 4 ] --

В результате исследования мы пришли к выводу, что подавля ющее большинство специалистов сосредоточено либо в многоэтаж ных новостройках на периферии города, где высок процент недавних мигрантов из села, либо в кварталах усадебной застройки, более всего напоминающих армянский сельский ландшафт. В первом случае они представляют собой прямой перенос традиции из деревни в урбани зированную среду с последующей адаптацией, во втором — форми руются в качестве составной части локального социо-культурного пространства. Это характерно, вероятно, не только для Еревана, но и для Ванадзора и Гюмри. В зданиях, где живут гадатели/целители, так же как и в кварталах сельского типа, обычно выстраивается система тесных социальных связей между соседями, даже в тех случаях, когда соседи не одобряют деятельность специалиста. Причем сам специа лист является центром этой системы, невольной «достопримечатель ностью» общины, вокруг которой формируется система. Соседи не произвольно принимают на себя функции гидов, вводящих клиента в курс дела. В Гюмри, пока мы искали дом гадалки Сусан, встреченные нами по пути соседи, не дожидаясь наших расспросов, сами подзыва ли нас, чтобы объяснить, как ее найти и сообщить, в какое время и в какие дни лучше всего приходить. В Ереване в ответ на просьбу сооб щить адрес того или иного специалиста часто можно было услышать:

«Улица или квартал такие-то, а там спросите, вам любой объяснит».

Жилище специалиста традиционного типа, как правило, включает особое помещение для ритуальных действий. Им редко становится жилая комната (разве что в отсутствие иных вариантов), чаще всего в помещение для приема переделывают часть прихожей, кухни, крытый балкон, если, конечно, нет возможности выделить отдельную комнату только для этих целей. Это делается, вероятно, также в продолжение сельской традиции отправления ритуалов в помещениях погранич ных, сообщающихся с миром духов (бане, тонратуне8, подвале), где контакт с ними получался лучше. Обстановка и оформление прием ного помещения включает стол, сидения для клиентов и специалиста, Помещение для выпечки хлеба с земляной печью (тониром) и вытяжным отверстием (ердиком) в традици онном жилом комплексе армян.

114 Юлия Антонян необходимые предметы, а также развешанные по стенам изображе ния святых9, религиозные атрибуты (кресты, сувенирные хачкары («крест-камни»), макеты церквей, молитвенники и издания Библии и Евангелия.

В селах целители иногда работают в отдельных постройках, назы ваемых «матур» (часовенка). Так же обозначаются часовенки для по клонения святым, распространенные по всей Армении. Специалисты так и воспринимают свой «матур» – как место поклонения святым и потом уже как место отправления своих ритуалов. Их постройка бы вает во многих случаях связана со сновидением, в котором святой сам указал место своего пристанища.

Приемное помещение гадалки Цагик (Гюмри) находится в отдель ном вагончике – «домике», типологически напоминающем «матур».

Он многофункционален: там отправляются ритуальные действия, хранятся необходимые атрибуты, в нем посетители ожидают своей очереди, и, наконец, там находится макет церкви, сделанный и по даренный ей бывшей заключенной, которая в настоящее время зани мается проституцией в Дубаях (этот факт, кстати, никак не смущает Цагик). Главное для нее то, что она видела эту церковь во сне и, по ее словам, приложила свою колдовскую силу, чтобы макет был ей пода рен. Для нее этот вагончик по статусу равносилен церкви:

В.: Вы в церковь ходите?

О.: Очень редко, девочка-джан. У меня своя церковь, можем пойти, покажу тебе, дорогая. Имя нашей церкви – Нвер (по дарок - арм.), церковь эта во сне мне привиделась, сном при шла, вот я и дала ей такое имя.

Совсем другая атмосфера создается в офисах или «салонах», где чаще работают «дипломированные» специалисты. В Гюмри и Ванадзоре подобных салонов нет. В Ереване они расположены в цен тре города, или в районах, примыкающих к центру, но в полуподваль ных и подвальных помещениях, где арендная плата меньше. Салон целительницы Мариетты расположен в подвальном помещении в са мом центре города, на улице Абовяна. По всей длине улицы перед престижными бутиками, кафе стоят нищие и мелкие торговцы газе тами, старыми книгами, фруктами и т.д. Мариетта активно контакти В отличие от православия, армянская церковь не культивирует канонические образы святых — иконы. Не которые их функции выполняют разнородные изображения часто случайного происхождения – репродукции или копии с картин на религиозные темы, рисунки, иллюстрации, вырезанные из книг или журналов, даже гобелены с евангельскими или библейскими сюжетами. Среди подобных образов может оказаться и право славная икона, что в данном случае не является указанием на принадлежность к православию.

Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении рует с «обитателями» этого отрезка улицы, особенно со стариками букинистами, которым она позволяет складывать книги в своем офисе на ночь. Таким образом, вместе с торговцами и нищими гадалка явля ется частью маргинального пространства центральной улицы города.

В «салонах» оформление помещения напоминает оформление «матуров»: по стенам развешана религиозная атрибутика, обереги, магические символы, однако все это, скорее, символизирует род заня тий. Сами салоны воспринимаются исключительно как место работы, «офис», т.е. профанное пространство.

Есть также категории специалистов, не имеющие локализации в виде собственного рабочего места на дому или в салоне: «бродячие»

специалисты, то есть те, которые ходят по домам (в основном, по вы зову), «нищенствующие» – попрошайничают на улице, при этом, вро де цыган10, прорицая и «прицерковные» – работают при церквях, то есть, по сути, немногим отличаются от предыдущей категории, со ставляя часть братии прицерковных нищих.

3. Миссия, бизнес и профессионализм: система символов, атри бутов и ценностей Существенное отличие городских религиозно-магических и цели тельских практик от сельских в том, что если в селе подобная деятель ность идет параллельно крестьянскому/домашнему труду, то в городе (вне зависимости от типа специалиста) она поставлена на профессио нальную основу, т.е. специалист ничем другим не занимается, работая фиксированный рабочий день (например, с 10 утра до 3 или 5 вечера), а иногда и по 9-10 часов в сутки, с одним выходным (воскресенье) или без выходных вообще. Гадалки, целительницы приспосабливаются к современным методам ведения «дела», что включает использование компьютерной техники, современного дизайна и методов составления объявлений, фиксацию определенных рабочих дней и часов, требова ние договариваться о встрече заранее, предварительное общение по телефону, все чаще мобильному, наличие визиток, составленных по всем правилам бизнес-этики. Более того, владелица одного из сало нов в центре города, например, зарегистрирована как частный пред приниматель и платит налоги. Интересно, что подобные процессы происходят и в других культурах, где традиции вынуждены приспо сабливаться к современности. К примеру, традиционные турецкие це Еще в начале 1990-х гг. в Ереване на улице можно было встретить гадающих цыган, в настоящее время их нет.

116 Юлия Антонян лители ufurukcu, популярные среди мигрировавших в Анкару выход цев из сельских районов Турции, чтобы адаптироваться к городской среде, придают своей деятельности профессиональный вид, то есть, словами американского исследователя К. Доула, «легитимизируются»

– регистрируются как частные предприниматели, заводят визитные карточки, называют сеансы целительства приемом клиентов и даже называют себя «medyum» вместо традиционного «ufurukcu»11.

Составной частью любого бизнеса, как известно, является ре клама в СМИ. И исследуемая нами сфера – не исключение, хотя со временными способами рекламы занимаются, в основном,дипло мированные специалисты, либо специалисты смешанного типа. Их самопрезентация начинается с того, как они себя величают: магистр, опытный маг, имеющий три посвящения, госпожа. Известная гадалка Есения в своих объявлениях непременно подписывается как «цыганка Есения», видимо, считая, что этноним «цыганка» служит гарантией качества ее услуг. Для ряда «дипломированных» специалистов, про шедших различные курсы магии и посвящения, значимы дипломы, сертификаты, а особенно имена и названия школ/курсов и связанные с ними почти мифические истории. Вот отрывок из журналистской статьи про одного из таких магов, работающего под псевдонимом Габриэль Штейн12:

Штейн сообщил, что познал азы школы ДЭИР – дистанцион ной энергоинформационной работы. Стоимость курса ДЭИР – 1200 долларов. В свое время школу основал один из трех раз работчиков проекта «Дружба», используемого, по словам Га бриэля, для обучения агентов КГБ. С развалом Союза гриф се кретности был снят, и программа стала доступна. Правда, овладеть ею непросто, да и последствия непростые. После общения с обученными кгбэшниками клиенты якобы могли за просто выброситься из окна (будучи то ли запрограммиро ванными, то ли загипнотизированными)13.

Чтобы создать представление о своей силе, специалисты пред почитают сравнивать себя с признанными в этой области эталонами или, чаще, образами, «раскрученными» средствами массовой инфор мации. Абсолютный рекорд в этом плане принадлежит Ванге, извест Dole C. The urbanization of Charisma: Healing and Identity in a Turkish Migrant Community.2001. www.cas.

uchicago.edu/workshops/meht/ChristopherDole.pdf (15.04.07) Сами псевдонимы уже указывают на то, что «дипломированные» специалисты отделяют себя от армянской традиции.

Цатурова А. Маг быстрого реагирования // Новое время. 2001. 12 сент.

Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении ной болгарской целительнице и прорицательнице. Целительницы лю бят сравнивать себя с Вангой, точнее, приравнивать себя к ней («Как и Ванге, мне диктуют, я и исполняю»).

Специалисты, занимающиеся, по их словам, энергоинформацион ным воздействием и экстрасенсорикой, поднимают себя на уровень ученых, что придает им совершенно иной, гораздо более высокий ста тус. Некоторые с гордостью подчеркивают и свои «мирские» специ альности, чтобы продемонстрировать свой высокий образовательный уровень (физик-астролог, инженер-конструктор, педагог).

Однако, рекламируя себя, многим «дипломированным» специали стам приходится адаптироваться под потенциального клиента, и упо треблять знакомую народу терминологию в ущерб «научности»:

Я написала в объявлении про коррекцию кармы, так многие вообще не понимают, что это такое. Если я Вам скажу «не гативное преломление глазной энергии», Вы тоже не пойме те, а в народе это «сглаз» называется. Я вынуждена была не писать так.

Между объявлениями на русском и армянском языках имеется разница, указывающая на культурные различия. Русские объявления обычно составляются по образцам, видимо, взятым из российской прессы14, поэтому там фигурируют такие типично русские термины и понятия, как порча, венчик безбрачия, приворот. В армянских же вари антах объявлений используются уже сугубо армянские понятия: тухт у гир (дословно: бумага и письмена – так обозначаются вредоносные колдовские талисманы), проклятье на безбрачие (попытка адаптиро ванного перевода), а услуги по снятию сглаза и испуга подменяются более понятным для армян термином «измерять испуг», что является традиционной магико-целительской практикой15. В русскоязычных объявлениях появляются и такие термины, как зомбирование, биопо ле, которых стараются избегать в армянских вариантах.

В целом отметим, что дающих только русскоязычные объявления по количеству больше, чем тех, кто дает только армяноязычные или дублирует объявления на двух языках. Несмотря на новые тенденции, объявления в прессе остаются явлением, несколько чуждым армян ской субкультуре гадания, колдовства и целительства. Интерес к цен трализованной, газетной рекламе вообще постепенно проходит (по Например, множество подобных объявлений имеется в российской газете «Оракул», продающейся в Ере ване.

Испуг «измеряют» разными способами, суть которых в снятии воображаемой мерки, т.е. души с человека и ее водворении обратно в тело магическим путем.

118 Юлия Антонян моим данным, пик пришелся на 2003 г.), и специалисты все чаще обра щаются к традиционным методам распространения информации (че рез знакомых, бывших клиентов), более надежным и эффективным. В отличие от российских магов и целителей, у армянских нет ни одного печатного органа, специально посвященного этой сфере, а журналы типа «Домашняя здравница» скорее напоминают «домашние странич ки» советских женских журналов с рецептами народной медицины и советами психологов. Поэтому нет такого жанра самопредставления, как «жизненные истории», на материале которых базируется создава емая российскими магами новая реальность16. «Легенда» традицион ного гадателя и целителя в Армении создается и передается изустно, клиентами либо друзьями и соседями, она – часть традиции.

Ряд специалистов традиционного типа вообще отвергает возмож ность вторжения СМИ в их жизнь (например, ванадзорские Эрик и Эльмира, ереванский Овсеп), часто по причине имеющегося отри цательного опыта. Ванадзорский Эрик, к примеру, боится шантажа со стороны полиции и налоговой инспекции. Журналисты довольно часто пишут о специалистах с некоторой снисходительностью, гра ничащей с сарказмом (об этом некоторым образом свидетельствуют заглавия статей: «Заместитель Бога в Ереване», «Маг быстрого реаги рования», «Армянская Ванга беседует с ангелами» и т.д.), а иногда и резко отрицательно, как о людях, дурачащих народ в целях наживы, что создает негативный имидж того или иного специалиста («После того, что эта Б. понаписала, стою я как-то на ступенях, слышу:

«Этот салон еще не закрыли?», «Эта та самая гадалка, которую осмеяли?»). Однако даже негативно настроенные по отношению к прессе целительницы и гадалки все-таки втайне гордятся фактом, что ими интересуются журналисты и ученые. Гюмрийскую гадалку Мельсиду показали по местному телевидению в передаче «Феномен»

(это было еще в 1998 г.). Она была очень довольна и горда фактом, что ее признали, по ее словам, «финемоном», т.е. феноменом, что сразу стало важной частью ее саморекламы.

Деньги для гадалок/целителей/колдунов и их клиентов являются своеобразной частью системы ценностей, а не только формой опла ты услуг или средством к существованию (за исключением тех, кто воспринимает данное занятие исключительно как бизнес). Выполняя свое жизненное предназначение, традиционный специалист «дару ет» облегчение, спасение, исцеление клиенту, и тот ему возвращает этот дар деньгами или подарками. Многие специалисты подчерки См. об этом: Паченков О. Рациональное «заколдовывание мира»: современные российские маги. http:// www.indepsocres.spb.ru/sbornik9/9_patch.htm (31.03.07) Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении вают, что платить необязательно, либо, смущаясь, отвечают: «Дайте, сколько захотите и сколько сможете, а можете и не давать». С другой стороны, клиент, каким бы неимущим ни был, всегда чувствует себя обязанным заплатить, так как стойко верит в то, что невозвращенный дар обернется ему во вред (либо в виде наказания высшими силами, либо колдовством/сглазом самого раздосадованного специалиста).

То, что в восприятии многих специалистов деньги являются лишь символическим вознаграждением, подтверждается случаями, когда специалисты подчеркивают величину суммы денег или материаль ных ценностей (часто метафорически преувеличенную), от которых они отказались во имя чистоты собственного имиджа либо по иным мотивам. Так, в начале своей целительской деятельности Мариетта вылечила тяжелобольного ребенка17, и его отец решил ее отблагода рить материально:

Прошел месяц, пришел [отец ребенка], позвонил в дверь и вот такой кипой сотенные бумажки вывалил на стол передо мной, сказал: «Доченка, я столько деньги привез, что всю жизнь, ку шай, пей и таких детей лечи, как мой ребенок18. Я только одну бумажку взяла, сказала: Это я в церковь пойду, так как это мое первое лечение, я не возьму [денег].

Цагик из Гюмри отказалась за вознаграждение причинять зло:

Есть у меня сейчас два клиента. Один ключи двухкомнатной квартиры положил мне на стол,.. а в ней, в квартире, полно добра всякого, все просил, сделай так, чтобы зять мой, раз веденный с сестрой, умер, но я такого никогда не сделаю.

4. Свои и чужие: внутрицеховые отношения и границы В группе специалистов, которую мы исследовали, были армяне, езиды, русские, цыганка и специалисты смешанной национальности.

Этническая принадлежность в сакральной сфере, в основном, приоб ретает значение в оппозиции «свой-чужой», которая используется в оценочной плоскости: оценивается степень «силы», вектор деятель ности (направленность во благо или во зло). В армянской среде «чу Первое излечение для целителей всегда является знаковым. Чаще всего клиентом бывает ребенок.

Некоторые целители довольно часто вставляют в свою речь слова, а то и целые фразы на русском языке, мы их здесь выделяем отдельно с имитацией оригинального произношения и сохраняя грамматику и стиль.

Остальное является нашим переводом с армянского.

120 Юлия Антонян жие», то есть малочисленные специалисты иных национальностей, воспринимаются, с одной стороны, как более «сильные» с точки зре ния силы «дара» и эффективности деятельности, с другой — их харак теристика зачастую имеет сильный негативный оттенок: их считают причастными к вредоносному колдовству. Что касается религиозной принадлежности специалистов, то существовавшее прежде противо поставление христиан и мусульман ныне не так актуально за отсут ствием последних («Раньше в нашем Гюмри арабы19 да курды были, а где теперь эти арабы, я и не знаю даже»). На место религиозного противопоставления выходит этническое. Если негативное колдов ство ранее приписывалось мусульманам, и в особенности исламским священнослужителям, т.е. муллам, то теперь их место заняли езиды и частично русские.

Распространение информации в СМИ, обилие русскоязычных книг, журналов, брошюр по магии, колдовству, народному целитель ству, издаваемых в России и поступающих в продажу в Ереване, соз дают в настоящее время впечатление о силе и мощи «русского» кол довства. Показательна история женщины, убежденной в том, что не кто магистр Борисова, русская по национальности, напустила на нее порчу из мести за отказ продолжать выплачивать ей большие деньги за услуги. Женщина все искала специалиста по снятию порчи, непре менно хорошо знакомого с русским колдовством, сильнее которого, по ее убеждениям, нет.

Ряд специалистов в области экстрасенсорики, биоэнергетики проходили обучение в России. Несмотря на то, что они ведут при ем клиентов равно на двух языках, но комфортнее чувствуют себя на русском, так как в основном они – выходцы из среды русскоязычной интеллигенции. Они ощущают себя элитой в данной сфере и несут в себе некую двойственность идентичности. С одной стороны, они – армяне, работают в Армении, должны адаптироваться к клиентуре, оперировать понятиями, категориями, привычными и традиционны ми для основной массы населения и естественными для традицион ных специалистов, т.е. им надо казаться «своими». Тогда как их об разовательный уровень, среда общения, профессиональные цели и амбиции на самом деле заставляют их чувствовать себя чужими и не принятыми до конца в традиционной среде:

Армяне такой народ, считают, что лучше ходить по дерев ням по традиции, отдать несколько тысяч драм, погадать, Арабского населения в Гюмри в течение последних веков, насколько нам известно, не было. Вероятно, мусульмане ассоциируются с арабами из-за языка Корана и исламского богослужения.

Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении чтобы все это потом развеять по ветру, вместо того, чтобы цивилизованно погадать в городе (гадалка Анаит).

Восприятие специалистами друг друга также является серьезным механизмом самоидентификации. В сравнении либо противопостав лении специалист позиционирует себя в определенной плоскости (в категориях силы «дара», честности, нравственности и т.д.). Так, га далка и экстрасенс Наина говорит о целителях традиционного типа:

Если что-то нарушено в программе, ее надо корректировать, латать, а если я резинкой сотру рисунок, его надо восстано вить? А причем тут «волос принеси, майки принеси», я слы шала про такие вещи. … Это же шарлатанство! Ну, вот, если у вас порвется свитер, юбка, вы что будете делать?

Зашьете, нет, ее? Восстановите. А если вам скажут, вот на тебе конфету, как ты восстановишь эту дырку? … Это может сделать только экстрасенс. Есть, конечно, бабушки, которые не шарлатаны, но они и есть экстрасенсы. Просто они себя называют: « Я – целитель».

Гадалка Анаит говорит о профессиональной иерархии, проявле нием которой является почитание специалистами тех, кого они счита ют «сильнее» себя. Но, как правило, самого себя специалисты ставят во главе пирамиды или хотя бы причисляют к сообществу лучших, избранных:

Есть такое понятие «поклон». Если ты себя считаешь силь нее, то никуда не ходишь. Если считаешь слабее, пришел на поклон. Я ни к каким гадалкам не хожу.

Несмотря на достаточно сильную индивидуализацию деятельно сти, у магико-религиозных специалистов есть тенденция восприни мать себя как профессиональное сообщество. Так, например, приме чательна попытка гадалки Люды из Гюмри содействовать «цеховой»

солидарности своих, если так можно выразиться, коллег — гадателей, колдунов и целителей с целью установления некоторых общих пра вил профессиональной этики:

В прошлом году это было, в декабре. Я весточку послала не скольким найох, чтобы собрались вместе, и стали бороть ся, чтобы те, кто делают гир [порчу], перестали этим за 122 Юлия Антонян ниматься. Жалко ведь этот народ. Такое состояние было, что в тот момент так много ко мне колдовских талисманов обезвреживать приносили, что я замучилась. Но некоторые отказались. Одна невежа мне заявила, что ты хоть золото передо мной расстели, я все равно буду продолжать делать гир, я, знаешь, этим гиром сколько денег зарабатываю. Луиза из Полигонов [район в Гюмри – А. Ю.], та сказала, может, для тебя отказ от гира несущественен, а для меня существенен.

Умру, а буду делать гир. Заблудшая идиотка. В конце концов, только двое отказались наводить порчу.

Следует отметить, что это пока единственный известный мне случай такого рода внутрицехового взаимодействия.

5. Общество: сторонники, противники или клиенты?

Городские клиенты магико-религиозных специалистов отлича ются от традиционных сельских потребителей этих услуг. В горо де у людей гораздо больше информации и, следовательно, больше выбор практик, религиозных течений, специалистов и т.п. Более того, этот выбор активен, то есть человек волен выбирать не из того, что доступно (как на селе), а из того, что есть в наличии. В городе человек гораздо более мобилен, особенно в Ереване, который на ходится примерно в центре Армении и откуда имеется транспорт ное сообщение практически с любым регионом страны. К приме ру, некоторые постоянные клиенты целителей, гадалок и грбацев20, живущие в Ереване, очень часто добираются до самых отдаленных регионов в поисках эффективных специалистов, тогда как сельские жители совершают подобные путешествия в крайне редких и необ ходимых случаях (особенно если речь идет о регионах на другом конце страны). Они, в основном, являются клиентами специалистов либо своего района, либо соседних. И, наконец, городская культура предусматривает очень важное качество: анонимность, т.е. человек, посещая гадалку, колдунью или целительницу, может сохранять ин когнито, тогда как на селе это практически невозможно. Это немало важно для имиджа человека, если он вращается в кругах, где это не поощряется. Все эти качества формируют тип клиента-горожанина:

информированный, активный, мобильный и менее подверженный социальному контролю.

Колдуны, обезвреживающие колдовские талисманы.

Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении Распространенные стереотипы приписывают активное посещение гадалок женщинам (молодым и среднего возраста)21. Сама эта сфера традиционно считается «женской». В цели-тельстве картина более пестрая, что естественно, так как болезнь не выбирает людей по полу, возрасту и социальному статусу. Тем не менее, существуют некото рые специальные услуги, за которыми обращаются особые категории клиентов. Например, лечиться от испуга, согласно наблюдениям спе циалистов, приводят чаще всего детей. В том, что касается обезвре живания колдовства, изготовления талисманов на удачу, то за этой услугой к специалистам обращается значительное количество мужчин (огромное количество вредоносных колдовских талисманов делается на «мужскую силу» — потенцию мужчины, на втором месте — угро за материальному благополучию). Интересно, что при этом первый визит к грбацу зачастую совершает жена, сестра или мать мужчины, подозревающего, что он околдован. И если с помощью фотографии или личной вещи пострадавшего «диагноз» подтверждается, то тогда на прием является он сам. Этим демонстрируется, что мужчина втор гается в «женскую» область, исходя из чистой необходимости (вслед свершившемуся факту, то есть обнаруженному колдовству), а не из любопытства или в поисках помощи.

Относительно клиентуры целителей в Армении можно отметить интересный феномен, подмеченный канадской исследовательницей К.

Наджарян. Представители официальной медицины (врачи, медсестры) сами часто неплохо осведомлены о практикующих целителях и мо гут в случае необходимости послать к ним своих пациентов22. Кстати, целительница Мариетта не без гордости подчеркивала, что вылечила огромное количество врачей, их детей и родственников, отмечая таким образом свое превосходство над официальной медициной.

Особо стоит выделить такой тип клиентуры, как политические де ятели и местные властные структуры. Стремясь создать себе «имидж»

специалиста, обладающего большой силой и близкого к политической и управленческой элите, некоторые гадалки и целительницы припи сывают карьерные продвижения и успех политических лидеров воз действию своих колдовских способностей:

Я таких людей лечила, на такие должности ставила! Они все сей час мне забыли. Я же тебя сделала начальником марза23, пять раз Реально, конечно, ходят и мужчины, но точной статистики у нас нет, и добыть ее затруднительно.

Najarian C. Healers, holy books and gardens: an ethnography of medical pluralism in a post-Soviet republic, Armenia. Thesis for MS in Medical Anthropology, Brunel University, Uxbridge, UK, 2003 (unpublished, cited by permission of the author).

Марз – единица территориального деления Армении, т.е. провинция, регион.

124 Юлия Антонян тебя от суда спасала! ….. Начальник шестого отдела вырос со мной, К.А.24, в одном дворе мы выросли. Я как приехала из Средней Азии, ни разу его не видела. Вот в детстве как видела, больше ни разу. Когда узнала, что это К.А., сказала: «Господи Боже, дайте ему шестом отделе начальник» (целительница Мариетта).

Племянники мэра обратились ко мне во время первых выборов. Я кое-что сделала, чтобы он стал мэром (целительница Цагик).

В таких случаях делаем «лестницу». Печется «лестница», … заговаривается, поедается, и человек в течение двух трех месяцев получает соответствующую должность (га далка Анаит).

Особое внимание к себе прорицатели и колдуны чувствуют в пе риод обострения политической борьбы, например, в предвыборный период. Целительница и гадалка Эльмира (Ванадзор) с определенной долей сарказма, смешанного, однако, с тайной гордостью, говорила, что ей постоянно звонят из штабов кандидатов, даже из штаба са мого Кочаряна (действующего президента Армении) насчет исхода выборов. То же утверждали гадатель Эрик, целительница Вардуш (Ванадзор) и другие. Подобное явление свойственно, по-видимому, самым разным народам и культурам. Так, на Филиппинах в период выборов начинается параллельная предвыборной гонке и не менее ожесточенная борьба за сманивание известных жрецов и колдунов в свой лагерь для обеспечения удачи на выборах25. Некая грузинка Лолишвили, согласно информации, опубликованной в электронных СМИ, во время избирательной кампании оборачивала членов коман ды литовского президента заряженной туалетной бумагой26.

Хотя никто из встреченных нами специалистов не заявлял о своей политической ангажированности, в их рассказах часто проскальзывал тот факт, что охотнее всего (иногда даже бескорыстно и без ведома клиента) они помогают чиновникам, входящим в круг их знакомых, друзей, родственников и земляков. Таким образом, так или иначе, спе циалисты все же избирательны в своей помощи и оказываются при Мы не приводим здесь имена и фамилии, называемые гадалками.

Станюкович М.В. Когда мужчины-жрецы обращаются за помощью к духам-помощникам шаманок: эпос, любовная магия и национальные выборы на Филиппинах // Шаманизм и иные традиционные верования и практики. Материалы международного конгресса «Шаманизм и иные традиционные верования и практики».

Москва, Россия, 7-12 июня 1999 г. / Под ред. Харитоновой В.И. и Функ Д.А. М.: Институт этнологии и антро пологии РАН, 1999. С. 190. (Этнологические исследования по шаманству и иным традиционным верованиям и практикам. Т. 5. Ч. 3).

См. материал на сайте www.stringer-news.ru (от 01.01.2004).

Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении крепленными к определенному клану. Однако они явно не пользуют ся привилегиями, которые им могли бы дать столь близкие связи с сильными мира сего. Так, Цагик после землетрясения до сих пор жи вет в домике-вагончике. Госпожа Мариетта постоянно жалуется на то, что ее притесняют, обижают, не дают работать, клевещут на нее, хотя теоретически даже половины ее «великосветских» знакомств хватило бы, чтобы обеспечить ее полной неприкосновенностью. Вопрос не в том, что все, о чем рассказывают гадалки – плод их фантазии (чего также нельзя исключить). Скорее, смысл их рассказов в том, чтобы дать собеседнику возможность проникнуться верой в их мистиче скую силу, что станет, кроме всего прочего, залогом успеха действий самой гадалки/колдуньи.

И политики, и магические специалисты испытывают по отноше нию друг к другу одновременно и страх и интерес, вызванный воз можностью получения определенной выгоды от сотрудничества, — подкрепление свой силы соответственно политической или магиче ской. Поэтому вполне вероятно, что между ними действительно су ществует сотрудничество, если и не реальное, то мифическое.

Мифологизация «силы» целителей/гадателей сопровождается и дело кализацией их деятельности, т.е. претензией на признание далеко за преде лами города, страны, в которой живут. Гадалки постоянно ссылаются на иностранных клиентов: «Меня [на телевидение] пригласили, ну первый канал и в Америке ведь смотрят, так из Америки люди приезжали, я вы лечила». Расширяя пространство своего воздействия, гадатели/целители и их клиенты пользуются современными средствами связи как каналами, по которым возможно передавать или принимать энергетическую информа цию. Таким образом, целитель/гадатель выстраивает вокруг себя систему связей, центром которой он/она являются. Эта система подобно виртуаль ной паутине захватывает разные города, деревни, страны. Кстати, сравни тельная легкость и финансовая доступность посещений подобных “специ алистов” делает их «лакомым блюдом» для туристов. Многие иностранцы просят отвести их к гадалке из чисто этнографического любопытства (на этот ресурс, к счастью, пока не обращают внимания организации, разви вающие этнографический туризм в Армении).

6. «Лечение божьей силой и все виды магических услуг»

В городе, безусловно, наблюдается гораздо большее разно образие практик, чем в сельской местности. Наряду с сугубо тради ционными (литье воска, «меряние испуга», заговаривание, обезвре 126 Юлия Антонян живание порчи) и даже архаичными, редко теперь встречающимися (вращенье сита, литье свинца), существуют и относительно новые, такие, как гадание на кофейной гуще, гадание на обычных картах, экстрасенсорная диагностика по фотографии, гадание на картах Таро, гадание Ленорман27.

Огромный пласт деятельности специалистов связан с колдовством, изготовлением и обезвреживанием колдовских талисманов. Мне по счастливилось несколько часов просидеть в приемной ясновидящей Эльмиры из Ванадзора, наблюдая за ее деятельностью. За это время к ней на прием пришли 6-7 клиентов и все они были, по их словам, околдованы. Эльмира на моих глазах обезвреживала принесенные ими талисманы (связанные пучки перьев, сухие семена и косточки и т.д.), уничтожая их буквально, то есть разрезая ножницами. Гадалка Люда из Гюмри выделяет особые дни и часы только для обезврежива ния колдовства, настолько эта услуга популярна.

Признаться в том, что он/она занимается наведением порчи или колдовством для сельского гадателя/целителя почти невозможно, так как это неминуемо повлечет за собой проблемы с обществом.

Городские специалисты в этом плане неуязвимы, благодаря опять таки сравнительной анонимности городской среды. Правда, о таких практиках не говорится в открытую. Например, рассказывая про «ночные, сатанинские дела» гюмрийская Цагик уверяет, что все ее действия направлены исключительно на благо, а колдовством, влеку щим за собой порчу или смерть, она не занимается. Однако, судя по количеству желающих снять сглаз, число наводящих порчу тоже мо жет быть значительным. Традиционный «тухт у гир» внушает страх абсолютному большинству горожан. Про случаи внезапного обнару жения порчи и несчастий, вызванных колдовством, мне рассказывали инженеры, ученые, врачи, люди высочайшего культурного уровня и образованности. Даже священники признают существование порчи, правда, для обезвреживания советуют обращаться только к ним.

Природные и техногенные катастрофы в настоящее время состав ляют значительную долю новостных сюжетов в СМИ, усилиями ко торых создаются апокалиптические настроения. Пользуясь этим, ряд специалистов претендует на способность не только предсказывать, но и влиять на природные явления и катаклизмы28:

Девушки, предсказывающие погоду по телевизору, говорят мне: «Госпожа Мариетта, выходит, все, что мы говорим, не Тип карточного гадания, автором которого считается госпожа Ленорман, знаменитая французская гадалка конца XVIII - начала XIX вв.

Этот дар считался у разных народов и культуры одним из характерных для шаманской деятельности.

Религиозно-магические и целительские практики в современной городской среде армении правда». Если объявляют мароз, я стараюсь, чтобы не сбы лось. Вот объявляли, что будут холода в двадцать пять гра дусов, я поработала, и не было [холодов].

Прорицательница Цагик считает себя специалистом по предска занию потопов. Так, она рассказывала о своем предвидении цунами 2004 года в Индонезии. Гадалки особенно любят рассказывать о про рицаниях, сделанных в прошлом, придавая им особую значимость сейчас, когда они сбылись. Особый пласт подобных прорицаний от носится к Спитакскому землетрясению 1988 года29. Так, гюмрийские гадалки Пепрон, Люда, Цагик детально рассказывали о том, как они предвидели землетрясение, как им верили или не верили и как были наказаны те, кто не поверил.

В связи с обретением независимости, Карабахской войной и подъ емом национального самосознания в сфере сакрального также стал проявляться патриотизм — популярной стала магическая деятель ность, направленная на благо Родины, на защиту от противника, при званная обеспечить победу своим и неудачи и поражение противнику, причем продиктованная не только и не столько спросом, но и обо стренной идентичностью самих гадалок. Мариетта говорит, что она стоит на защите Армении от грозящих ей бедствий и карает врагов, посягающих на ее безопасность, что все солдаты с ее талисманами вернулись с войны живыми. Цагик рассказывает о муже и сыне, уча ствовавших в войне и благополучно вернувшихся:

Я молилась. Когда они в январе 1994 года последний бой дер жали, когда пошли [вперед], вспомнили, что должны были очередь автоматную открыть, и вернулись с полдороги. В это время дорогу обстреляли, а я с места, где лежала в это время, их благословила и водой за ними сбрызнула30.

В высказываниях и предсказаниях специалистов, относящихся к Армении, армянству сквозит мистическое ощущение «избранности»

армянской нации, уникальности и мифической вечности армянской земли, и конечно, осознание своего предназначения на этой земле (из бранный среди избранных).

Мы признательны нашей коллеге Г. Шагоян за то, что она обратила наше внимание на данную информа цию.

Цагик имела видение о том, как и где проходит бой (прим. автора).

128 Юлия Антонян *** Данное исследование позволило нам констатировать существо вание городской субкультуры магико-религиозных практик и цели тельства и выделить некоторые ее особенности. В контексте этой субкультуры особую важность приобретает локализация того или иного типа специалистов в пределах определенных микросоциумов, формируемых в зависимости от типа городской застройки. В рамках городской субкультуры переживает эволюцию от «матура» до «сало на» помещение для ритуальных действий специалиста, притом что «салоны» характерны только для Еревана как наиболее приближен ного к типу современного мегаполиса (хотя им по большому счету не являющегося). Влияние городского образа жизни, современной урбанистической культуры проявляется в «профессионализации»

деятельности специалистов, обретении ею черт «бизнеса» со всеми присущими атрибутами и характеристиками: рекламой, регистрацией частного предпринимательства, уплатой налогов, созданием делового и профессионального имиджа, упорядоченными формами работы и информационного обмена с клиентами и т.д. Городская субкультура подразумевает и расширенную клиентскую сеть (в том числе и вир туальную), высокую степень анонимности и конфиденциальности информации. Воздействие информационных потоков, просачива ющихся, в частности, сквозь средства массовой информации, приво дит к тому, что специалисты стараются не отставать от конъюнктур ных тем и веяний времени. Город с его разнообразием спроса диктует разнообразие предложения, демонстрируя мирное сосуществование как традиционных, так и инновационных магико-религиозных и це лительских практик, при пока что еще явном преимуществе первых.

Конечно, активная современная застройка Еревана и других городов Армении, медленно, но верно надвигающиеся признаки глобализации и формирования культуры мегаполиса, в будущем, возможно, причи ной возникновения новых этнокультурных тенденций и феноменов, но для их выявления, вероятно, уже понадобится новое исследова ние.

Лусине Xаратян ОСВОение «ЧУжОГО» ПРОСТРАнСТВА: АРМЯне-БеженЦЫ В «АзеРБАЙджАнСКиХ» СеЛАХ АРМении Статья рассматривает модели культурного освоения «чужо го» пространства на примере переселения армян — беженцев из Азербайджана, проживающих сейчас в селах Варденисского райо на Гегаркуникского региона Армении, где ранее компактно прожи вало азербайджанское население. Исследуемая группа вынуждена была переселиться в Армению в конце 1980-х годов в результате нагорно-карабахского конфликта1. Среди этих беженцев были как де ревенские жители из сел Ханларского, Шамхорского, Дашкесанского, Шамахинского и других районов Азербайджана, так и городские жите ли из крупных городов Баку и Кировабада. Осели они в Варденисском районе как сравнительно компактно, так и разрозненно. Поэтому на примере армян-беженцев мы можем наблюдать разнообразные адап тационные механизмы и модели культурного освоения пространства.

Статья написана на основе анализа полевого материала, собранно го в пяти селах Варденисского района — в Гегамасаре, Мец Масрике, Покр Масрике, Цапатаге и Сотке. В июне-августе 2006 года в этих селах проводилось включенное наблюдение, а также были сделаны углубленные интервью с жителями сел (всего 32 интервью).

1. «Переселенческое» прошлое Вардениса Варденисский район имеет богатое «переселенческое» прошлое.

После выселения армян персидским шахом Аббасом из многих райо нов Армении, в том числе из Вардениса, в Варденисе больше столетия проживали тюркоязычные группы, и, несмотря на присутствие памят ников армянской материальной культуры (церкви, хачкары, надгроб ные камни, кладбища и т.п.), до начала XIX века в этом регионе армян практически не было. Русско-турецкая война 1828-29 гг., а затем гено цид армян в Турции в 1915 г. вынудили многих армян из Алашкерта, В советское время Нагорный Карабах был автономной областью (НКО) в составе Азербайджанской ССР с преобладающим армянским населением. В начале 1988 года Верховный Совет НКО обратился к правитель ству Азербайджанской ССР с просьбой о воссоединении с Арменией. В то же время в Армении началось общенациональное движение, поддерживающее карабахских армян. Ответом на это стали погромы армянско го населения сначала в Сумгаите, а потом в Баку и в других городах и селах Азербайджана. Из-за конфликта армяне Азербайджана были вынуждены покинуть Азербайджан, а азербайджанцы — Армению.

130 Лусине Xаратян Басена, Муша и Вана переселиться в Варденис. Приехавшие армяне заселили старые, покинутые когда-то армянами же поселения, но в некоторых селах армяне-переселенцы поселились вместе с тюркоя зычным населением. Армян-переселенцев принято было называть словом «гахтакан»2, тем самым подчеркивая их пришлость, немест ное происхождение. Сами армяне-гахтаканы называли тюркоязычных жителей Вардениса «турками». «Хозяевами» на уровне района были «турки» — этническое большинство района.

С самого начала переселенцы-гахтаканы из одной и той же мест ности старались держаться вместе, и поэтому варденисские армянские села по сей день сохраняют свои земляческие характеристики, в том числе диалект, традиции и культурную специфику. Каждая из этих групп — алашкертцы, басенцы и др. — общалась, в основном, внутри своей группы, создавая свой микрокосмос. Существование этих сплоченных общин до сих пор создает некоторые трудности в формировании регио нальной идентичности. Однако совместное проживание с тюркоязыч ным населением в регионе некоторое время способствовало культурно поведенческой сплоченности армян-переселенцев, так как присутство вал тот «чужой», которому «нужно» было противостоять как группа.

В 1988 г. в результате нагорно-карабахского конфликта Варденисский район покинули азербайджанцы, а в бывших азербайд жанских селах поселились покинувшие Азербайджан армяне. Пока азербайджанцы составляли этническое большинство, варденисские армяне составляли группу так называемых «гахтакан». Теперь уже «гахтаканами» оказались новые беженцы. После первой волны эмо ционально теплого приема беженцев, между «местными» и «бежен цами» начало проявляться отчуждение.

2. из Хаоса в Космос Каждая территория, занятая с целью проживания на ней или же использования ее в качестве «жизненного пространства», сначала преобразуется из «хаоса» в «космос», то есть под воздействием ритуала ей придается некая «форма», посред ством которой она становится реальной.

Мирча Элиаде. Миф о вечном возвращении.

С социально-конструктивистской точки зрения, «физическое про странство есть социальная конструкция и проекция социального про Гахтакан – это вынужденный переселенец, гонимый.

Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении странства, социальная структура в объективированном состоянии,..

объективация и натурализация прошлых и настоящих социальных отношений»3. Эта идея французского социолога П. Бурдье, а также приведенная выше цитата из работы М. Элиаде весьма тесно сопря гаются в нашем исследовании. Полевой материал показывает, что, конструируя свое социальное пространство на новом месте, армяне беженцы из Азербайджана в некотором роде воспроизводят сотворе ние мира, т.е. превращают некое дотоле чужое, в некотором роде даже «вражеское», физическое пространство в свой космос. В этой космо гонии на подсознательном, а в некоторых случаях и на сознательном уровне происходит противопоставление «своего», принесенного с собой в виде культурного багажа, и «чужого», объективированного в постройках, их декоре, названиях мест и пр. То есть в какой-то степе ни происходит «объективация и натурализация прошлых и настоящих социальных отношений».

Хотя в целом Армения для беженцев — не незнакомое социально культурное пространство, a родная этническая среда, Варденисский район мало известен армянам из Азербайджана. Ранние, «советские», миграционные потоки азербайджанских армян практически не за селялись в исследуемом районе, и проживающие здесь старожилы армяне со своей специфической субкультурой знакомы приезжим меньше других армянских субкультур.

В исследуемых беженских поселениях Вардениса физическое пространство осваивается и конструируется следующими основны ми способами: (а) наименование и переименование;

(б) очищение освещение-реконструкция;

(в) освящение-переосмысление. Эти три процесса, в основном, проходят параллельно и осуществляются на трех уровнях: государственном, общественном/общинном, индивиду альном.

2.1. «В Начале было слово...»

Наименование или переименование являются первыми шагами сотворения. Именно с этого и начинается космогония. Путем наи менования или переименования одушевленные и неодушевленные предметы выделяются из совокупности себе подобных предметов.

Неслучайно первым делом после рождения ребенка, а иногда и за долго до его появления на свет, родители выбирают для него имя.

Завоевывая и заселяя новые территории, а также при смене политиче ского или социального строя для успешного начала конструирования Бурдье П. Социология политики. М.: Socio-Logos, 1993. С. 33-52.

132 Лусине Xаратян новой социальной реальности новому пространству либо давали имя, либо переименовывали его (город, село, квартал, дом и т.п.)4. С другой стороны, уже освоенное физическое пространство с помощью назва ний и имен также конструируется таким образом, дабы подчеркнуть особенности населяющего его сообщества и этим противопоставить данную совокупность людей всем другим. Например, городская топо нимика обычно отражает социальное, культурное, физическое (гео графическое) и политическое пространство данной группы, опреде ляя таким образом, что является «своим» и что «чужим» для данного социума5.

После установления политической независимости в Армении, как и во многих постсоветских республиках, параллельно с другими пре образованиями начался интенсивный процесс переименований. Этим способом новое независимое государство как бы старалось иденти фицировать себя, найти свое место в большом мире, переосмыслить и воссоздать свой микрокосмос, определить и сконструировать гра ницы своей реальности. В армянских реалиях это происходило пре жде всего путем отказа от всего «этнически чужого», «неармянского».

«Чужими» в первую очередь стали типично советские топонимы, та кие, например, как Ленинакан и Кировакан, так как герои советского прошлого (Ленин, Киров) не являлись более достойными увековече ния в названиях городов. Новым названиям старались придать этни ческое звучание, что было обусловлено ассоциацией национальной независимости с этническим возрождением. Топонимы тюркского происхождения подвергались изменению раньше и чаще других не армянских топонимов. Причины здесь глубоко исторические: турки воспринимаются армянами в качестве врага из-за геноцида армян в Турции в 1915 году. Азербайджанцы же считаются этнически род ственным туркам народом, часто отождествляются с ними, в первую очередь из-за общности языка и религии, и даже в быту называются «турками». Нагорно-карабахский конфликт, начавшийся в 1988 году, усугубил недоброжелательные отношения между армянами и азер байджанцами6. В этом контексте тюркские топонимы свидетельство Таких примеров много: Византион–Константинополь–Стамбул;

Санкт-Петербург–Петроград–Ленинград– Санкт-Петербург;

Царицын–Сталинград–Волгоград и др. Об именовании и переименовании см. также Abrahamian L. Armenian Identity in a Changing World. Costa Mesa, CA: Mazda Publishers, 2006. Сh. 2, 3.

Неслучайно во многих столицах арабских государств (Каир, Дамаск и др.) есть улицы, носящие назва ния, присущие арабскому микрокосмосу, такие, как улица Ливана, Бейрута, Багдада, Дамаска, Сирии, или же почти во всех центральных городах СССР в городской топонимике обязательно присутствовали Москва, Ленинград, Киев и т.д. В Вашингтоне, например, центральные проспекты носят названия штатов США – Пен сильвания, Массачусетс и т.п.

В Армении, как, впрочем, и в Азербайджане, изменение топонимов в период военного армяно азербайджанского конфликта отражало чувствительное восприятие конфликтующими народами «потерь» и «приобретений»: например, «Шуша» – наиболее часто встречающееся название в списке новых названий в Баку (столице Азербайджана) после потери города Шуша азербайджанцами.

Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении вали если не о физическом7, то о виртуальном или историческом, объ ективно же — о культурном присутствии врага. В этом смысле весьма примечательно, что улица Баку в городе Ереване (столице Армении) была переименована в улицу Арцаха (армянское название Карабаха, оставшегося на азербайджанской территории), а в Азербайджане го род Вардашен, чье название напоминало о герое общекавказского движения против Персии в V веке — армянском полководце князе Вардане Мамиконяне, был переименован в Огуз8.

Как уже отмечалось выше, в исследуемой местности переименова ние происходит на трех уровнях: (а) государственном;

(б) обществен ном/общинном;

(в) индивидуальном. Административные и крупные географические единицы переименовываются на государственном уровне, тогда как другие, более мелкие по своей значимости геогра фические, физические и внутриобщинные единицы меняются или приобретают новые названия по инициативе общин или отдельных людей. В некоторых случаях индивидуальное или общинное пере именование административных единиц может стать официальным, если это не противоречит принципам, которым следует государство и которые закреплены в соответствующем законодательстве.


Несмотря на то, что процесс изменений топонимов в Армении на чался почти сразу после приобретения независимости в 1991 году, за кон «О географических названиях», регулирующий этот процесс, был принят намного позже, лишь в 1999 году. Закон, в сущности, только закрепил уже применявшиеся на практике принципы переименова ний и наименований. Закон «О географических названиях» гласит9:

«Переименование географических объектов территории Республики Армения разрешается:

а) при восстановлении исторических названий отдельных объек тов;

б) при отмене чуждых, неблагозвучных и повторяющихся названий;

в) при упорядочении географических названий».

По закону наименование географических объектов Республики Армения «производится с учетом географических, исторических, культурных, этнографических, бытовых и других местных условий данной местности»10. Для того чтобы придумать новые названия, со ответствующие закону, был создан специальный комитет, в состав Когда начался процесс переименований, население азербайджанского происхождения, в основном, уже по кинуло Армению.

Азербайджанский язык принадлежит к огузской подгруппе тюркской языковой группы.

Закон Республики Армения «О географических названиях». 1999. Ст. 5.

Закон Республики Армения «О географических названиях». Ст. 4.

134 Лусине Xаратян которого входят профессиональные историки, географы, картографы, лингвисты, специалисты по тюркским, кавказским и другим языкам, востоковеды и др. Таким образом, переименование было поставлено на профессиональную основу.

Анализируя нынешние названия административных и других гео графических единиц Армении, можно в целом различить следующие типы названий: «сохраненные», «звукоизмененные», «восстанов ленные», «переведенные», «скопированные» и «сочиненные»11. В Варденисе, где переименование «азербайджанских» сел началось поч ти сразу после ухода азербайджанцев и с приходом армян-беженцев и, большей частью, было завершено уже к 1991 году12, мы обнаружили следующие основные стратегии переименований:

1) «Восстановление» исторических армянских названий. Таким «восстановлением» является, например, топоним Цапатаг — но вое название бывшего азербайджанского села Кзлкенд. В гаваре Сотк Сюникского ашхара Мец Айка13, на территории которого на ходится нынешний Варденисский район, существовало село под названием Цапатаг.

2) «Обармянивание» азербайджанских и других неармянских топо нимов путем восстановления старых армянских названий. Покр Масрик и Мец Масрик – новые названия сел Покр Мазра и Мец Мазра. С первого взгляда может показаться, что в случае этих сел мы имеем дело с «обармяниванием» звуков, фонем — Мазра пре вращается в Масрик. Но на самом деле это восстановление оба зербайджанившихся прежних армянских топонимов. В том же Соткском гаваре Сюника, на территории нынешнего Вардениса, существовали как село Масрик14, так и одноименная равнина и река, причем в разные времена река и равнина назывались Мазра, Сотк15. Именно в этой равнине находятся села Покр (Малый) и Мец (Большой) Мазра, которые были переименованы в Масрик в 1991 году. То же самое произошло и с названием поселка Зод, который был переименован в Сотк. Опять же, с первого взгляда новый топоним кажется «звукоизмененным», хотя на самом деле Габриелян М., Дабагян А. Изменение топонимов на территории арцахского противостояния: этнографиче ское исследование. С. 8 (рукопись, на арм. яз.).

Вывод автора, сделанный на основе анализа «Словаря топонимов Армении и прилегающих областей», см.

Акопян Т. X., Мелик-Бахшян С.Т., Барсегян О. X. Словарь топонимов Армении и прилегающих областей в 5-и томах. Ереван: Издательство Ереванского государственного университета, 1986-2001 (на арм. яз).

Мец Айк (Большой Айк) — это одна из основных четырех частей исторической Армении. В данном кон тексте ашхар — это административная единица, примерно соответствующая нынешним марзам (регионам) РА. Сюник — это ашхар на северо-востоке Большого Айка. Каждый ашхар состоял из нескольких гаваров (районов). Сотк — гавар на северо-западе Сюникского ашхара Айка. См. Акопян Т. X., Мелик-Бахшян С.Т., Барсегян О. X. Указ. соч. Т 4. (1998). С. 639, 651.

Акопян Т. X., Мелик-Бахшян С.Т., Барсегян О. X. Указ. соч. Т 4 (1998). С. 651.

Там же. Т. 3 (1991). С. 709.

Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении является «восстановленным» названием старого армянского по селения16.

3) «Сочинение» новых названий. Например, Гегамасар – новое на звание бывшего азербайджанского села Шишкая. Название было придумано писателем-беженцем Владимиром Абраамяном, ко торый ныне проживает в Гегамасаре. Когда начался процесс пе реименований в Варденисе, он предложил это название в пись ме, адресованном первому президенту независимой Армении Левону Тер-Петросяну. Происхождение топонима связано с тем, что Гегамасар-Шишкая находится у подножья Гегамского хребта:

Гегамасар буквально означает «Гегамская гора». Шишкая назы вался и пик горы Гегамского хребта, который можно увидеть из села, теперь он называется Грасар.

Необходимо отметить, что практика переименований охватила не только беженские, но и старые поселения, издревле или сравнительно давно заселенные армянами. Однако предложенные государством но вые официальные названия в большинстве своем еще не вошли в оби ход даже среди беженцев. Они уже появились на картах, в дорожных знаках, в официальной переписке, но окрестные жители часто про должают называть села по их старым именам – Шишкая, Мазра, Зод и т.п. Даже Варденис, который был переименован еще в 1969-ом году, многие до сих пор нередко продолжают называть Басаргечаром17. По всей видимости, нужно не одно поколение, чтобы новые названия прижились. Два остальных уровня – общественный и индивидуаль ный, хотя и были задействованы при выборе топонимов поселений, на самом деле являются не столько инициаторами, сколько пассивны ми либо активными пользователями этих названий. Однако именно на этих уровнях, т.е. общественном и индивидуальном, происходит называние и систематизация внутреннего пространства поселений (сельские кварталы, улицы, пастбища, горы и остальное географиче ское окружение, названия памятников).

В этом контексте стоит рассматривать села беженцев отдельно от смешанных сел. В тех селах, которые были в прошлом исключительно азербайджанскими, поселившиеся здесь беженцы оказались в практиче ски «пустом», безымянном пространстве. В таких случаях им приходи лось заново придумывать, т.е. творить и конструировать новую сельскую микротопонимику. Интересно, что новые названия в большинстве своем отражали реалии «нового» пространства, физическую, географическую, строительную и другую специфику «нового» села даже в тех случа Там же. Т. 4 (1998). С. 651.

Басаргечар происходит от турецкого басар — нападать, растоптать и гечар — пройти. Акопян Т. X., Мелик Бахшян С.Т., Барсегян О. X. Указ. соч. Т. 1 (1986). С. 609.

136 Лусине Xаратян ях, когда население села происходило из одного села в Азербайджане.

Например, в Гегамасаре, где большинство населения являются выходца ми из Джагира, старые внутрисельские топонимы, в основном, так и не вошли в обиход. Вероятно, это объясняется тем, что люди расселялись в новом селе хаотично, в результате чего не сохранилась прежняя си стема соседства. Поэтому и вновь возникшие кварталы (таги) по своей социальной композиции и планировке отличаются от прежних тагов в Джагире и, следовательно, не могут стать преемниками названий джа гирских тагов. С другой стороны, само новое пространство не идентично по планировке старому, оставленному в Азербайджане, пространству.

В смешанных же селах, где армянское население присутствовало до прихода беженцев, процесс культурного воспроизводства топони мов не прерывался. Поэтому беженцы должны были лишь выучить уже существующие названия. В данном случае беженцы оказались прямыми преемниками «чужого» пространства (улиц, кварталов, ра нее компактно населенных азербайджанцами), в том числе и топо нимики. Например, в Мец Масрике они стали новыми обитателями азербайджанского квартала — «турки таг» (букв. — турецкого тага), который продолжает так называться до сих пор.

После прихода беженцев в селах появились и новые названия та гов (кварталов), улиц, памятников и т.п. Переименования такого рода можно классифицировать по следующим группам:

• названия, «привезенные» из мест бывшего проживания (напри мер, Панд);

• названия, связанные с событиями/людьми на новом месте прожи вания: например, таг такого-то человека (общеизвестной лично сти, проживающей в этом таге, и т.д.);

• названия, связанные с географической спецификой или ландшаф том новой местности: Верин (Верхний) таг, Неркин (Нижний) таг;

• названия, связанные с хозяйственной деятельностью, и другие на звания, продиктованные функциональным назначением местно сти: айгинер (сады), гомер (хлева) и т.п.;

• названия с религиозным подтекстом, данные после того, как, на пример, на этом месте было видение святого;

такие истории кос венно подтверждают «законность» пребывания пришлого бежен ского населения беженцев на этой земле.

2.2. Очищение-освещение-реконструкция В большинстве случаев беженцы поменяли свой микромир, «свое»

жизненное пространство, в том числе дом и хозяйственные построй Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении ки, сад, огород, а также созданную и приобретенную в течение всей жизни совокупность вещей, с азербайджанцами вслепую, практиче ски не имея представления о своем новом мире. Если «свое» про странство они конструировали сами, прилагая при этом все усилия, внося смысл и душу в каждый акт творения, в каждое новое приоб ретение (от мелких вещей до мебели и домашней утвари), соотнося свое будущее и будущее своих детей с каждой новой постройкой, с каждым посаженным деревом, то теперь они оказались в простран стве, которое было сконструировано кем-то другим, говорило о чужих надеждах, стремлениях, о чужой жизни. Это «новое» физическое про странство было воплощением «врага-чужака». Для того чтобы физи ческое пространство стало социально и эмоционально приемлемым, оно в первую очередь «очищается» от присутствия «чужака».


Полевой материал показывает, что заселяя новое пространство, почти сразу же после спада эмоционального перенапряжения, связан ного со спасением и переселением, беженцы берутся за очищение и реорганизацию жилья, т.е. индивидуального пространства. В первую очередь делают генеральную уборку: чистят, моют, убирают дом, дру гие постройки, двор, сад, т.е. символически обновляют пространство и вносят в него свой порядок. Параллельно с уборкой стараются ме нять обстановку – переставляют мебель, обклеивают стены «своими»

фотографиями, афишами, картами, рисунками, календарями, выбра сывают ненужные им вещи и т.п. Как только появляются финансовые возможности, делают ремонт, меняют архитектурное решение дома.

В данном случае этничность не является решающим фактором в определении «своего» и «чужого». Уборка и прочие перестановки, как правило, совершаются при любом переезде в новый дом, и неважно, при надлежал этот дом представителю «своей» или «другой» социальной, культурной, этнической, религиозной группы. Важно, что пространство это «чужое» и надо его переделать в «свое». Однако, как видно из при водимых ниже цитат из интервью, беженцы подчеркивают чуждую «эт ничность» пространства и свое стремление «армянизировать» дом:

Ну каким бывает азербайджанский дом — темные стены, нет света, никаких удобств... Мы перекрасили стены в белый цвет, и сразу стало светлее, стало по-армянски.

Когда только приехали, впали в такую депрессию: зеленые сте ны, без окон, без света, комнаты одна через другую — типичный азербайджанский дом... Перекрасили стены, открыли окна...

ничего, вроде бы стало уютнее, но наш дом был лучше...

138 Лусине Xаратян Мы такой дом оставили18... приехали, а тут ничего нет, даже хлев построен в доме, рядом с кухней... Ну мы и поменяли, хлев пре вратили в чулан, немножко перестроили дом, построили баню...

«Армянское» и «неармянское» в основном определяется с помо щью противопоставления «свое – чужое». В данном случае большое значение придается цветам. Считается, что темные тона и такие цве та, как синий и зеленый, – это «чужие», азербайджанские цвета и что у армян не принято красить внутренние стены дома такими цвета ми. «Своими» считаются более светлые оттенки – белый, кремовый, светло-голубой. Подчеркивается также освещенность и внутренняя планировка — менее приватная и менее функционально разделенная в азербайджанском доме.

Реорганизация и реконструкция общинного пространства проис ходит на общественном уровне. В этом плане проводятся другого рода мероприятия. Дело в том, что постройки общественного характера, та кие как здание сельской администрации, дом культуры, здание школы и детского сада не ассоциируются с «чужаками», поскольку в основ ном построены при советской власти и являются типовыми для того времени зданиями. Эти здания свидетельствуют об общем, совместном советском прошлом, о прошлых социальных отношениях, в целом – о советской конструкции социального пространства, и в этом плане даже привносят что-то «свое» в это «чужое» пространство. Именно поэто му общинное пространство советского времени, а именно центральная площадь села, здания сельсовета, школы, детского сада, дома культуры, медпункт или магазин в основном не подвергались существенной ре конструкции. Правда, некоторые здания впоследствии были отремон тированы, но, главным образом, из-за ветхости.

Иначе обстоит дело с несоветским общинным пространством. Самым ярким примером в этом плане являются сельские кладбища. В тех селах, где раньше жили исключительно азербайджанцы, до прихода армян беженцев существовало только азербайджанское кладбище. После пересе ления и первых случаев смертей на новом месте армяне закладывали свое кладбище. Обычно оба кладбища находятся на окраине селения, причем часто армянское кладбище закладывается на окраине, противоположной азербайджанскому кладбищу. Сначала захоронения делались хаотично, но постепенно организовалось упорядоченное армянское кладбище.

Реальность и легенды об оставленном имуществе часто невозможно отличить. Иногда люди описывают в розовых тoнах свою прошлую жизнь, свой «потерянный рай». Даже те люди, которые в результате переезда, по свидетельству бывших соседей-односельчан, больше приобрели, чем потеряли в бытовом плане, все время жалуются, что оставленное ими было намного лучше. Очевидно, что в описаниях прошлой жизни, оставлен ного имущества люди больше склонны к приукрашиванию, а в рассказах о новой жизни – к прибеднению.

Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении К несоветскому общинному пространству принадлежат также па мятники доазербайджанской материальной культуры. В большинстве своем это либо заброшенные армянские церкви и часовни, либо хач кары19 и руины других армянских памятников. Отношение к таким памятникам особое, мы обсудим это в следующем разделе.

3. новые и старые памятники: освящение и переосмысление Памятники материальной культуры и сакральные места играют важную роль в обеспечении культурной преемственности, сохране нии групповой памяти и также эмоциональной сплоченности группы.

Такие памятники и связанная с ними ритуально-праздничная жизнь вносят значимый вклад в формирование групповой идентичности.

Неслучайно диаспоры, объединенные в общины, придают особую важность строительству церкви или другого строения ритуально религиозного характера, которые становятся не только центром объе динения, но и символом отличия от доминирующей культуры.

В нашем случае такие памятники имеют свои особенности. С одной стороны, в них воплощается стремление отличаться от местно го населения (от старожил-армян Вардениса, так называемых «мест ных»), с другой — желание восстановить «потерянный» мир (струк туру жизни в армянских поселениях Азербайджана) на новом месте.

Эти памятники интересны еще и тем, что некоторые из них связаны с групповой памятью «прежней» жизни, а другие уже принадлежат новой действительности20. Универсальным для таких памятников яв ляется то, что с их помощью новое пространство как бы освящается и таким образом становится приемлемым уже на сакральном уровне.

Эти памятники, сакральные места и места паломничества можно условно сгруппировать следующим образом:

• Памятники, привезенные из мест бывшего прожи-вания;

• Местные «забытые» старые памятники, которые с реармяниза цией и рехристианизацией «новых» поселений начи нают жить новой жизнью;

• Новые памятники.

Хачкар (крест-камень) – распространенный в Армении тип памятника, который воздвигался в ознаменова ние памятного события, в качестве могильного памятника. В настоящее время сфера использования хачкаров значительно расширилась: они стали обязательным компонентом в разного рода мемориалах, в том числе государственных, ими оформляют всевозможные объекты немемориального назначения, делают сувениры в виде маленьких хачкаров и т.п. Можно сказать, что они стали сегодня типичным маркером армянской иден тичности. См. об этом: Petrosyan H. The Khachkar or Cross-Stone // Armenian Folk Arts, Culture, and Identity / Ed.

by L. Abrahamian and N. Sweezy. Bloomington and Indianapolis: Indiana University Press, 2001. P. 60-69.

Xаратян Л. Новые сакральные места или групповое самоутверждение? // XII конференция молодых вос токоведов Армении. Тезисы докладов. Ереван: Институт востоковедения НАН РА. 2001. С. 26 (на арм. яз.).

140 Лусине Xаратян 3.1. Памятники, привезенные из мест бывшего проживания Имеющийся полевой материал показывает, что в процессе вос создания «своего» социального пространства на новом месте важную роль играют символы, идеи, вещи, привезенные из «своего» мира.

Они как бы помогают сохранять связь с прошлым, с предками, помо гают не затеряться полностью в этом новом мире, сохранить свое Я и свой социально-культурный колорит.

Например, беженцы из села Кушчи (Xачакап) Дашкесанского рай она Азербайджана привезли с собой хачкар из Таргманчац Ванка21.

Этот хачкар сейчас находится во дворе одного из жителей села Цапатаг. Во время наших неоднократных визитов хачкар всегда на ходился в ухоженном состоянии, вокруг него всегда были свежие цве ты, горели свечи. Перевоз хачкара был инициативой одной женщины (именно у нее во дворе и находится хачкар), которая в ночь отъезда из Xачакапа ходила в монастырь Таргманчац. В последнюю минуту она взяла с собой один из малых хачкаров высотой в 60-70 см — «это святой22 нашей земли, как кусок нашей земли…». Железный крест ку пола церкви Таргманчац, который так и называется беженцами «наш крест», по свидетельству нескольких респондентов-цапатагцев, на ходится в соседнем селе Джил. С тех пор как хачакапцы переехали в Армению, все наиболее важные жертвоприношения они совершают у «своего креста», отмечая: «Какое нам дело до других? Что, нам оста вить свой крест и пойти к другим, что ли?»

В данном случае мы имеем дело с символами общественного ха рактера, которые помогают сохранить целостность общины и обеспе чивают связь с прошлым. Ту же функцию на индивидуальном уровне выполняют привезенные горстки земли из могил предков. В некото рых случаях после смерти и похорон первого родственника на новом месте рядом с могилой этого родственника появлялся надгробный камень (плита) с надписями имен предков/родственников, могилы ко торых остались в Азербайджане. Если семья привезла с собой горсть земли, ее засыпали в новую могилу. Первые могилы становятся свое го рода индивидуальными памятниками, куда родственники приходят в памятные дни, поддерживая таким образом чувство принадлежно сти к роду.

Таргманчац ванк — монастырь Таргманчац, церковный комплекс в Утикском ашхаре Большого Айка, в гаваре Гардманадзор. Руины находятся на территории Дашкесанского района Азербайджана, севернее села Кушчи (Xачакап). См. Акопян Т. X., Мелик-Бахшян С. Т., Барсегян О. X. Указ. соч.

Т. 2 (1988). С. 420.

В армянской традиции реликвии часто отождествляются со святыми. См. Марутян А. Явление «тан сурб», проблема истоков и сегодняшние проявления // Армянские святые и святилища. Ереван: 2001. С. 337-346 (на арм. яз.).

Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении 3.2. «Реанимированные» памятники Христианские символы и памятники в бывших азербайджанских селах Вардениса – церкви, часовни, хачкары и др. с приходом армян беженцев были ими «обнаружены», «вымыты» и «очищены». Иногда такие памятники были буквально выкопаны из-под земли и постав лены на пьедестал. Эти памятники приобрели новый смысл в жизни беженцев и стали местами их паломничества и жертвоприношений.

Так как вновь прибывшие беженцы не знают истории и смысла этих памятников, такие памятники, в основном, «безликие», и их имена формируются на основе имен и фамилий людей, которые живут по соседству и заботятся о них. Таким примером является часовня и че тыре замечательных хачкара возле часовни в Покр Масрике, которые были выкопаны из-под земли, поставлены на пьедестал и до сих пор оберегаются и чистятся одной старой женщиной-беженкой из села Чардахлу Шамхорского района. Именно ее именем и называют одно сельчане этот комплекс памятников – «Часовня Марго».

Некоторые беженцы говорили, что видели во сне святых или хач кары, которые просили их выкопать. Таких случаев много, они есть почти во всех селах. В Цапатаге, например, нашлось несколько таких «святых». Один из них является примитивным хачкаром и находит ся во дворе одной беженки. Называют этот камень «Святая Гаяне».

Беженка видела сон, в котором «святая» сообщила, что она находится в углу ее сада под землей и попросила вывести ее на свет божий, по чистить и поставить, чтобы «она могла служить нуждам людей». По просьбе жены муж ископал указанное место и действительно нашел хачкар. Теперь вокруг хачкара посадили цветы, и люди по субботам воскресеньям ставят здесь свечки, делают жертвоприношения.

В том же Цапатаге во дворе одной семьи беженцев находится другой хачкар. Все, кто первыми соприкасались с этим хачкаром, по гибли. По словам домохозяйки, сразу после переселения в Цапатаг и заселения нового дома во дворе нашли старый хачкар. Он лежал «лицом вниз», наполовину утопленный в земле. Муж решил «извлечь хачкар из-под ног и поставить так, чтоб он стоял». Ему в этом деле помогали брат жены и муж ее сестры. В процессе извлечения хачкара из-под земли они случайно отбили кусок камня. Муж сразу же заявил, что это плохая примета и что он умрет: «Может, не стоило трогать хачкар?». Буквально через два часа между мужем и тестем завязалась ссора, и тесть убил мужа ударом лопатки. Сам тесть скончался три года спустя в тюрьме. Брат жены скончался от инфаркта через год, а муж сестры был убит чуть позже. Таким образом, все люди, связан 142 Лусине Xаратян ные с «реанимацией» хачкара, умерли, причем большинство – неесте ственной смертью. Подобные истории быстро распространяются, и начинаются поиски объяснения причин.

3.3. Новые памятники Существует несколько типов новых памятников. Первым, наибо лее распространенным типом являются памятники азатамартикам — борцам за свободу23. Такие памятники в последнее время очень распространены в Армении, однако им присуща также определенная локальная специфика. Так, в некоторых селах (Цапатаг, Покр Масрик) поставили xачкары в память фидаинам-односельчанам, погибшим в Карабаxской войне. В других селах (например, в Сотке) поставили безымянный xачкар – в память всем погибшим фидаинам. Чаще па мятники ставятся по инициативе и на деньги землячества. Например, в Цапатаге, в котором преобладают выходцы из Xачакапа, памятник поставлен хачакапцами, проживающими ныне в разных местах, и, по сути, посвящен трем погибшим хачакапцам, двое из которых даже не успели пожить в Цапатаге. Без сомнения, в данном случае мы имеем дело с еще не сложившимся общинным сообществом, хотя следует учитывать, что возвели памятник хачакапцы, никогда не проживавшие в Цапатаге, то есть не имевшие с цапатагцами ни эмоционального на стоящего, ни запланированного будущего, а только прошлое. А вот в Покр Масрике памятник посвящен одному парню из Кировабада, ко торый ушел на войну добровольцем из Масрика. Здесь памятник был поставлен усилиями жителей Покр Масрика, приехавших из разных мест, а также с помощью нескольких местных варденисцев. В первом случае землячество определятся по старому месту жительству, тогда как во втором обитатели нового места жительства, приехавшие из са мых разных мест, определяют своего общего героя и ставят ему па мятник. Видимо, мы имеем дело с проектированием общинности: в одном случае, направленном на прошлое, в другом - на будущее.

Вторым типом новых памятников являются памятники, свиде тельствующие о «беженских» корнях населения села. Такие памят ники имеют более «текстовой», «фиксационный» характер, через них «передается» история: откуда, когда и почему приехали беженцы.

Памятник такого типа имеется в Гегамасаре. Простой камень постав лен на видном месте у перекрестка двух дорог. На камне изложен сле дующий текст:

23 «Азатамартик» в дословном переводе с армянского означает «борец за свободу». Азатамартиками или фидаями армяне называют добровольцев, которые участвовали в партизанских боях против турок в конце XIX - начале XX вв. Этим же словом называют добровольцев Карабахской войны.

Освоение «чужого» пространства: армяне-беженцы в «азербайджанских» селах армении 1988 Г.

ОСТАВИВ ДОМ ЗЕМЛЮ И САД СВЯТыЕ МОГИЛы СЕЛО ДЖАГИР ИЗ СТАРОГО ГАРДМАНА ПЕРЕСЕЛИЛОСь И ДОШЛО ДО ЭТОЙ ДЕРЕВНИ ПРИШЛИ СОБРАЛИСь ИЗ ДРУГИХ МЕСТ В КРАСИВОМ СЕЛЕ ГЕГАМАСАР НАПИСАЛ - БЕГЯН МЕXАК В третью группу можно отнести «материализацию» на новом ме сте сакральных героев и символов оставленной родины. Таким яв ляется памятник Панду в Сотке. Панд – сокращенное имя святого Панталеона, о котором автор «Общехристианских святых» Шнорк Архиепископ Галустян пишет, что он «был … сыном отца-язычника и матери-христианки... Своей деятельностью Панталеон противо действовал трем видам зла – бедности, болезни и греху, так как име нем Иисуса лечил больных, помогал бедным и спасал души...»24.

Панталеон был одним из самых популярных в Кавказской Албании святых еще в раннем средневековье. Мощи Панталеона хранились в Арцахе, в Дютакане25, где впоследствии его культ обрел большую популярность. Беженцы из Дашкесанского и Xанларского районов Азербайджана на своей родине каждый год в третье воскресенье августа26 совершали большое паломничество к «Святому Панду на горе Панд», который находится на территории современного Дашкесанского района. Совершали жертвоприноше ние, угощали друг друга, пировали весь день, иногда даже остава лись на ночь. В паломничество ходили взрослые и дети, семьями, иногда целыми селами, для участия в празднествах приезжали род ственники и односельчане, проживавшие в Баку, Ереване и других городах.

Шнорк Архиепископ Галустян. Общехристианские святые. Ереван: «Гандзасар» Богословский Центр, 1997. С. 200 (на арм. яз.).

Каланкатваци М. История страны Алуанк. Ереван: Издательство АН Арм. ССР, 1983. С. 62-63, 86.

(на арм. яз.).

Несколько источников свидетельствуют, что жертвоприношение Панду совершалось в день Пресвятой Бо городицы. Бархударян М. Арцах. Ереван: «Гандзасар» Богословский Центр, 1996. С. 175 (на арм. яз);

Лалаян Е. Труды. Ереван: Издательство АН Арм. ССР 1988. Т. 2. С. 321-468 (на арм. яз.).

144 Лусине Xаратян Жители села Сотк, родом из тех мест, где Панд пользовался огромной популярностью, решили «перевезти» Панда в Армению, чтобы иметь «своего» святого. Однако восстановленный Панд27 – это на самом деле хачкар, возведенный главой сельской администрации в 1999 г. в честь погибших азатамартиков, который установлен высоко в Гегамских го рах, далеко от села. На хачкаре написано: «В память погибшим борцам за свободу». По словам инициаторов установки памятника, они «хоте ли сделать два дела сразу – и Панда восстановить, и память наших ушедших братьев сохранить»28. Жители Сотка, особенно те, которые ро дом из села Геташен (глава сельской администрации тоже из Геташена), теперь в августе празднуют «своего» Панда возле этого хачкара. Панд Сотка – это и новый, и старый памятник одновременно, своего рода сим вол воскресенья, продолжения жизни на новом месте.

В Сотке есть церковь, имеются хачкары. Однако наши беседы с беженцами свидетельствуют, что для новых жителей Сотка и церковь, и хачкары какие-то «чужие». Чужие в том плане, что переселенцы не имеют эмоциональной и исторической памяти, связанной с этой церковью и с этими хачкарами. Наши беседы с новыми жителями Сотка свидетельствуют также, что переселенцы не знают названий или истории этих памятников или же легенд, связанных с ними. В противоположность этому, большинство жителей села имеют общую память, связанную со «своим» святым – Пандом.

«Старые» памятники «нового» мира, без имени и без истории, для них настолько чужды, что один из наших информантов даже спро сил: «Не можем ли мы назвать хачкары (подразумевая имеющиеся в деревне хачкары XIII-XVII вв. – Л.X.) Пандом?». Другой наш инфор мант – пожилая женщина из села Зурнабад говорила:



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.