авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 12 |

«АЛЕКСАНДР ТАРАСОВ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ Квазиреволюционеры суще- ствуют ровно столько времени, сколько ...»

-- [ Страница 3 ] --

Обязательным чтением леваков становится газета Российского коммунистического союза молодежи (РКСМ) «Бумбараш-2017», где публикуются статьи о революционной вооруженной борьбе148, а члены ИРЕАН (в первую очередь Д. Костенко) систематически пропа гандируют малоизвестный опыт вооруженной и парти занской борьбы (преимущественно в странах третьего мира)149. Вообще, леворадикалы (в первую очередь из «Студенческой защиты») стали постоянными авторами «Бумбараша-2017» и в некоторых выпусках газеты фак тически определяли ее лицо.

Леворадикалы дружно откликнулись на арест аме риканского террориста-экологиста Унабомбера, причем не было никаких сомнений, на чьей стороне находятся их симпатии 150.

Еще более показательным можно считать интерес ле ворадикалов к фигуре Чарльза Мэнсона — руководителя калифорнийской «семьи» псевдохиппи, совершившей ле том 1969 г. серию массовых убийств, жертвой одного из которых, в частности, стала голливудская кинозвезда Ша рон Тейт, жена знаменитого кинорежиссера Романа По ланского. Леваки тщательно изучали редкие публикации о Мэнсоне151, хотя, безусловно, знали, что Мэнсон соеди нял в своем «учении» элементы идеологии леворадикаль ной контркультуры с элементами откровенно фашистской идеологии, будучи одновременно поклонником Иисуса Христа, «Битлз» и Гитлера162. Очевидно, Мэнсон стал ка заться какой-то части леворадикалов символом тоталь ного отрицания современной западной цивилизации.

Даже в журнале «Наперекор» обнаруживаются со жаления о том, что «левый террор в Москве — все еще теория...» 90 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Так что когда в Москве происходит, наконец, пер вый акт террора, расцененного в прессе как «левац кий» (взрыв в военкомате, произведенный от лица ми фической организации «Новая революционная альтер натива», НРА), леворадикальная пресса разражается восторгами и с готовностью перепечатывает «коммю нике» НРА154.

То, что такая позиция отражает не только эволю цию «вождей», живущих в первую очередь проблемами леворадикального движения и уже тотально выпадаю щих из «нормальной жизни», но соответствует настро ениям рядовых леваков, свидетельствует, например, «крик души» некоего Владимира Камынина из Серпу хова: «Декларируя на словах крутизну и привержен ность насилию, нынешние радикалы мало чем могут подтвердить свои слова практически. Сколько мини стров, генералов из Чечни, депутатов, политических лидеров убито за последние годы? Сколько офисов, казино, ресторанов сожжено или взорвано по полити ческим, а не по уголовным мотивам? Весь пар ушел в свисток. А ведь были на Руси и настоящие радикалы — за 1906—1907 гг. по отчетам полиции было убито должностных лиц...»155 Интересно, что редакция, напро тив, пыталась (хотя и вяло и неубедительно) остудить «революционный пыл» рядового левака156.

Как далеко в сторону радикализма и экстремизма сдвинулись леваки, можно понять, если вспомнить, что на первом всесоюзном совещании неформальных дви жений — встрече-диалоге «Общественные инициативы в перестройке» (август 1987 г.) участники встречи догово рились о совместном понимании термина «экстремизм»:

«Это такие действия, которые являются одновременно безнравственными и противоправными, и осуществляют ся в целях увеличения своего социально-политического влияния, кто бы ни был субъектом таких действий — част ные лица, общественные группы и организации или госу дарственные учреждения»157. Леворадикалы на встрече диалоге были представлены клубом «Община», «Альянсом», [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-.., «ПОСТПЕРЕ-.. И... | «Лесным народом», Интербригадой им. Фарабундо Мар ти, Интербригадой им. Э. Че Гевары, Интербригадой им.

М. Родригеса, Объединенным антифашистским фронтом, «Юными коммунарами — интернационалистами» (ЮКИ), то есть практически всеми легальными на тот момент леворадикальными группами. Едва ли спустя 10 лет най дется хоть одна леворадикальная организация, которая согласится вновь подписаться под вышеприведенной формулой экстремизма!

Сегодняшние леворадикалы говорят об экстремиз ме так:

«Голосовать — глупо. Ходить на оппозиционные ми тинги, слушать там чужих взрослых людей, мечтающих рулить историей и купаться в шампанском — глупо...

Нужно купить пистолет и распылитель. Пистолет для самообороны, а распылитель для превращения скучных городских стен в произведения искусства. Нужно до биться легализации мягких наркотиков, чтобы система не могла контролировать твое сознание с помощью те левизора. Ты — сам себе телевизор! Нужно добиться свободного ношения оружия, ибо система вооружена против тебя — армией, полицией, мафией;

а ты нет...

Те, кто хотят, чтобы мир сохранился таким, каков он есть, — на самом деле не хотят, чтобы он сохранил ся. Система убивает жизнь: ту, которая вокруг, и ту, которая еще теплится каким-то чудом у тебя внутри и зовется „воля к свободе". Существование системы — паралич мировой души и смерть человека. Наше суще ствование — карнавал революции и приговор системе.

Они называют нас экстремистами. Это не экстре мизм — это нормальная реакция живых людей на про исходящее, просто живых осталось немного»158;

«Террористы — те, кто строит тюрьмы, а не те, кто их взрывает. Террористы — те, кто бомбит городские кварталы и села, отдает преступные приказы, развязы вает войны и загоняет молодых парней на бойню. Экс тремисты не те, кто устраивает акции протеста, а те, кто, пользуясь нашим страхом перед аппаратом подавления, 92 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) избивает демонстрантов, легализует массовые убийства и сгоняет население в фильтрационные лагеря. Государ ственный террор — основной источник насилия и тер рора...

Наше „насилие" — это реакция естественной само защиты угнетенных от террора, возведенного в закон и ежедневно совершаемого государством и правящей кастой»159;

«Сильный идет против ветра. Свобода — осознан ная необходимость. Для того, чтобы стать свободным, надо сначала завоевать свободу. Подаренной свобо ды не бывает. В свободном обществе свободы не мо жет быть, ее заменяет либеральность. Экстремизм — это не битье окон и не пьяная драка с ментами. Экс тремизм — это в первую очередь попытка разрабо тать собственную шкалу ценностей и жить в соответ ствии с ней. Экстремизм — это поиск смысла жизни в обществе, где главными ценностями являются ста бильность ради стабильности и сытость ради сытости.

Экстремист — это человек, шагнувший на край про пасти, чтобы вдохнуть свежего ветра. Вставший в полный рост под пулями, чтобы увидеть звезды...

Пусть будет проклята стабильность, да здравствует экстремизм!» ВЫХОД ИЗ ИЗОЛЯЦИИ, КОНСТИТУИРОВАНИЕ ЛЕВОРАДИКАЛОВ КАК ПРИЗНАННОГО КРАЙНЕГО КРЫЛА ЛЕВОЙ ОППОЗИЦИИ После августа 1991 г. леворадикалы оказались в ситуа ции политической изоляции. От общедемократического (буржуазно-либерального) движения они к тому време ни уже отошли — и само это движение в них не нужда лось. К коммунистам леворадикалы по-прежнему нахо дились в оппозиции — и не стремились к союзу (а для троцкистов это было и вовсе невозможно, так как об щим местом троцкистской доктрины был отказ от со юза со «сталинистскими» организациями).

[ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», «ПОСТПЕРЕ-.. И... | Однако первоначально степень своей изоляции ле ваками, видимо, не осознавалась. Во всяком случае, анархисты поняли, насколько они изолированы, только во время кампании за освобождение А. Родионова и А. Кузнецова, когда их не поддержал почти никто из бывших союзников.

Это непонимание хорошо видно из факта отказа Инициативы революционных анархистов (ИРЕАН) и троц кистских «Комитета за рабочую демократию и между народный социализм» (КРДМС) и «Комитета за совет скую секцию IV Интернационала» от сотрудничества с коммунистическими радикалами сразу после демон страции 7 ноября 1991 г. на Красной площади, прове денной по случаю очередной годовщины Октябрьской революции. Демонстрация не была санкционирована мос ковскими властями, и растерявшиеся коммунисты не смогли ее организовать. Демонстрация состоялась толь ко потому, что невзирая на запрет на Красную площадь вышли ИРЕАН, КРДМС и «Комитет за советскую сек цию IV Интернационала», а уже затем их поддержали неорганизованные коммунистические радикалы (причем демонстрация сопровождалась столкновениями с мили цией). Анархисты и троцкисты могли бы воспользовать ся событиями для укрепления своего влияния в среде радикальной коммунистической оппозиции, но не сде лали этого.

Попытку КРДМС осенью 1991 — весной 1992 г. со здать из обломков КПСС «Рабочую партию» едва ли можно отнести к попыткам выйти из изоляции. Скорее, КРДМС в соответствии с известной троцкистской так тикой энтризма пытался захватить лидерство в среде мелких коммунистических организаций. После того как инициатива с «Рабочей партией» провалилась, лидер КРДМС Сергей Биец, в строгом соответствии с троцки стской ортодоксией, заклеймил радикальные коммуни стические организации как «мелкобуржуазные»161.

Однако нельзя не признать, что установившиеся в тот период личные контакты между активистами 94 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) КРДМС и активистами «Трудовой России» помогли за тем троцкистам и леворадикалам вообще в деле выхо да из политической изоляции.

Интересно, что первые сознательные шаги по выво ду леворадикалов из изоляции сделали осенью 1991 г.

представители «номенклатурной» левой оппозиции.

Председатель Моссовета Николай Гончар (бывший сек ретарь Бауманского райкома КПСС в Москве) привлек к разработанному им проекту организации Партии тру да лидеров Конфедерации анархо-синдикалистов (КАС) Андрея Исаева и Александра Шершукова. В проекте закулисно (через своих подчиненных — секретарей Московской федерации профсоюзов (МФП) Михаила Нагайцева и Татьяны Фроловой) участвовал и предсе датель МФП Михаил Шмаков. Вскоре А. Исаев возгла вил оставшуюся без руководства газету МФП «Соли дарность» и привел туда с собой большое число анар хистов. В тот период на заседаниях Московской организации КАС А. Исаев не скрывал, что рассматри вает участие в Партии труда и работу в МФП как спо соб вывести КАС из маргинального состояния и «анар хо-синдикапизировать» официальные профсоюзы.

Хотя в реальности все получилось наоборот (А. Иса ев и А. Шершуков вышли из КАС, их товарищи по КАС либо перестали быть анархистами, либо порвали с МФП и А. Исаевым), нет сомнения, что участие членов КАС в работе официальных профсоюзов и сотрудничество с Партией труда, а через нее — с другими демократи ческими левыми (Социалистической партией трудящих ся (СПТ) и т. п.) и даже с социал-демократами — созда вало основу для включения анархо-синдикалистов в «об щий фронт» левой оппозиции.

Другим примером такого рода можно считать актив ные контакты СПТ и Российской коммунистической рабочей партии (РКРП) в Ростовской области с Союзом радикальной анархистской молодежи (СРАМ) в конце 1991 — начале 1992 г. Поскольку и СПТ и РКПР не имели связей и опоры в молодежной среде, а СРАМ [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-.., « П О С Т П Е Р Е -.. И... | пользовался заметным влиянием у местной левой мо лодежи (особенно в г. Шахты), СПТ и РКРП надеялись использовать анархистов для омоложения своих рядов и предлагали СРАМ союз и всяческую помощь162. Мест ные власти болезненно отреагировали на перспективу создания «единого оппозиционного блока» СПТ — РКРП — СРАМ и предприняли быстрые и эффективные меры по дезорганизации и ликвидации СРАМ. Активистов СРАМ исключали из учебных заведений, выгоняли с работы, забирали в армию, вели «разъяснительную» работу с родителями и т. п., лидера СРАМ Дмитрия Рябинина и лидера Шахтинской группы СРАМ Александра Любо мищенко зимой 1991/92 г. отчислили из института в Шах тах, после чего деятельность СРАМ была полностью па рализована.

В особом положении находились «пролетаристы» из Общественно-политического объединения «Рабочий»

(ОПОР). ОПОР еще до августа 1991 г., не порывая окон чательно контактов с отдельными представителями об щедемократического движения (например, с социал демократами), устанавливает отношения с западными троцкистами (Lutte Ouvrire (Франция), Международ ная лига трудящихся (Бразилия) и т. п.), «пролетариста ми»-сталинистами, ВКП(б), РКРП, независимыми проф союзами и со многими другими группами, преимуще ственно — марксистской ориентации. В этом кругу (мар ксистская оппозиция — рабочие организации) ОПОР вращается до сих пор, то ослабляя (даже прерывая) контакты с некоторыми контрагентами, то активизируя (возобновляя) их (в зависимости от остроты полемики со своими партнерами, материального положения орга низации, ухудшения/улучшения личных отношений меж ду лидерами и т. п.). Можно сказать, что ОПОР являет ся единственной леворадикальной организацией, кото рая никогда не попадала в положение подлинной политической изоляции.

Как минимум в двух городах — в Свердловске (Ека теринбурге) и Челябинске — ОПОР оказался включен 96 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) в достаточно широкие инициативы левых (типа «Рабо чего клуба»), внутри которых осуществлял постоянные тесные контакты с Партией труда, СПТ, левыми соци ал-демократами, КПРФ, РКРП и другими группами «ле вее центра».

Однако подлинный выход леворадикалов из изоля ции начался только после событий 1 Мая 1993 г. в Моск ве, причем этот выход был не результатом стихийного развития событий, а плодом целенаправленной деятель ности Фиолетового интернационала. Фиолетовый интер национал завязал тесные контакты с ИРЕАН, стал ус танавливать такие же контакты практически со всей левой оппозицией, ориентируясь на наиболее ради кальную ее часть («Трудовую Россию», «Трудовую Мос кву», РКРП, РКСМ, Всесоюзную молодую гвардию боль шевиков (ВМГБ) и т. п.).

Летом 1993 г. в этот процесс оказалась вовлече на и ИРЕАН, у которой установился особенно тесный контакт с РКСМ в Москве. Осенью 1993 г. — в основ ном через структуры Фиолетового интернационала и ИРЕАН — процесс сближения леворадикалов с от дельными кругами коммунистической оппозиции рас пространился на Санкт-Петербург.

Окончательный прорыв изоляции произошел во вре мя событий сентября — октября 1993 г. и сразу после них. Оказавшиеся (за редкими исключениями) в стане сторонников Верховного Совета леворадикалы органи чески вступили в контакт с представителями левой и даже патриотической оппозиции, включая и вполне умеренные круги (КПРФ, Партия труда, социал-демо краты, даже «Гражданский союз»).

Постоянное участие леворадикалов (часто под соб ственными знаменами и плакатами) в совместных ме роприятиях левой и «лево-патриотической» оппозиции после октября 1993 г. приучило левую оппозицию к мысли, что леворадикалы — это законная и естествен ная (хотя и не без «странностей») часть общей оппози ции режиму. Это было важным изменением, поскольку [ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: « П Е Р Е - », « П О С Т П Е Р Е - » И... | 4 Л. Тарасон в предшествующий период традиционная левая оппози ция зачастую воспринимала леваков как «провокато ров», «участников разрушения Советского Союза», «агентов мирового империализма, засланных в моло дежную среду» или, как в случае с троцкистами, «сио нистскую агентуру».

Особенно тесные контакты установились между леваками и молодежью традиционной коммунистичес кой оппозиции, что вскоре привело и ту и другую сторо ны к обмену идеями, лозунгами, переходу отдельных членов из коммунистических организаций в левацкие и наоборот, выработке единого лексикона и многочис ленным случаям перепечаток тех или иных материалов из прессы друг друга.

Даже известные своими антикоммунистическими настроениями леворадикалы — петербургские анар хисты — сблизились с традиционной левой оппозици ей в ходе совместных акций против войны в Чечне 163, и в дальнейшем проведение совместных мероприя тий с коммунистами уже не вызывало у них отторже ния и, более того, дело доходило до акций солидарно сти с коммунистами 164.

Впрочем, первые шаги по сближению с коммунис тической оппозицией петербургские анархисты предпри няли еще летом 1994 г., поддержав призыв «Трудовой России» к проведению всеобщей политической забас товки под лозунгами отставки Б.Н. Ельцина и прави тельства, роспуска Государственной думы, Совета Фе дерации и признания конституции 1993 г. недействитель ной 165.

Следующим шагом должно было стать прямое сли яние части леворадикалов и представителей традици онной левой оппозиции. Это и произошло в виде созда ния профсоюза «Студенческая защита» в апреле 1994 г.

Поскольку наряду с леваками (в первую очередь анар хистами и «новыми левыми») в «Студенческой защите»

сразу же важную роль стал играть Российский комму нистический союз молодежи (РКСМ), «Студенческая 98 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) защита» оказалась втянута в область прямых партий ных и организационных интересов как КПРФ, так и РКРП — тем более что на первом этапе существования «Сту денческой защиты» при создании отделений этого проф союза в провинции во многих случаях организационные структуры «Студенческой защиты» формировались во круг уже существовавших оргструктур РКСМ.

Возникшие в «Студенческой защите» в 1995—1996 гг.

внутренние противоречия между анархистами и комсомоль цами в связи с борьбой за преобладающее влияние в профсоюзе (а также и аналогичная борьба между ком сомольцами — сторонниками Павла Былевского и комсо мольцами — сторонниками Игоря Малярова * в профсою зе «Студенческая защита — Москва») воспроизводили классические схемы внутренней аппаратной борьбы в коммунистическом движении и являлись свидетельством того, что «Студенческая защита» в каком-то смысле уже принадлежит как к миру леворадикалов, так и к миру тра диционной коммунистической оппозиции.

Восприятие леворадикалов как естественной части левой оппозиции достигло такой степени, что глубоко ака демичная Международная ассоциация «Ученые за демо кратию и социализм» пригласила членов Федерации ре волюционных анархо-синдикалистов (ФРАН) организо вать один из круглых столов («Кризис „госкапитализма" и самоуправленческая альтернатива») в рамках проходи вшей в Москве 16—18 июня 1995 г. международной кон ференции «Мир через 50 лет после II Мировой войны:

взгляд слева». Основной доклад на круглом столе делал член ФРАН, лидер Группы революционных анархо-синди калистов (ГРАС) Вадим Дамье, среди выступавших были члены ФРАН Владимир Платоненко, Дмитрий Костенко (лидер ИРЕАН), член КАС Михаил Цовма.

К весне 1997 г. крупнейшие леворадикальные орга низации страны фактически оказались включены в структуру партий и движений системы представительной * Умер в 2003 г.

[ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е - » И... | 4' демократии в России — в качестве крайне левого кры ла, преимущественно в виде «внепарламентской оппо зиции», что само по себе является нормальным, так как именно такое место и с таким статусом занимают лево радикалы и в странах Запада. В определенном смысле это — их «законное» место.

«Студенческая защита» даже могла считать себя представленной в парламенте: член Исполкома «Сту денческой защиты» Дарья Митина была депутатом Го сударственной думы (по списку КПРФ), член Исполко ма Павел Былевский и председатель Исполкома Дмит рий Костенко — помощниками депутата Госдумы Владимира Григорьева (депутата от РКРП).

Кроме того, многие леворадикалы («Студенческая защита», Фиолетовый интернационал / «Партизанское движение» / «Коммунистический реализм», ИРЕАН, ОПОР, Самарский анархо-коммунистический союз (САКС) и т. д.) тесно сотрудничали и с другими полити ческими партиями и организациями — вплоть до «Ябло ка» (отделение «Студенческой защиты» в Московском институте электроники и математики, МИЭМ) и Нацио нал-болыиевистской партии (Фиолетовый интернационал, ИРЕАН в Москве, Санкт-Петербурге и других местах).

Некоторые группы леворадикалов откликнулись на такое развитие событий усилением тенденции к само изоляции. В основном это были троцкистские группы, в том числе и те, кто активно сотрудничал до недавнего времени с определенными кругами вне леворадикаль ного мира (с Партией труда, Союзом интернационалис тов, ассоциацией «Ученые за демократию и социализм»

и т. п.). Даже лидер достаточно открытого для внешних контактов Социалистического рабочего союза (СРС) Алексей Гусев на конференции, посвященной 60-летию книги J1. Д. Троцкого «Преданная революция» (Москва, 22—24 ноября 1996 г.) подтвердил традиционную троц кистскую позицию «никакого сотрудничества со стали нистскими партиями»166. Надо иметь в виду, что в троц кистской терминологии «сталинистскими» называются 100 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) не только партии последователей И. В. Сталина, но во обще любые компартии, построенные на организацион ных принципах, аналогичных ВКП(б) — КПСС, или с близ кой к КПСС идеологией.

Сходную позицию усиления самоизоляции на внут риполитической арене заняла и Конфедерация револю ционных анархо-синдикалистов — Секция международ ной ассоциации трудящихся в СНГ (КРАС — МАТ), кста ти, осуществляющая постоянные контакты с СРС (ведущий активист КРАС — МАТ Юлия Гусева — жена лидера СРС Алексея Гусева). КРАС — МАТ так же, как и троцкисты, осудила установление и расширение кон тактов леваков (конкретно — анархистов) за предела ми леворадикального мира (то есть с «тоталитариста ми» — традиционной коммунистической оппозицией и тем более НБП) и ориентировалась в первую очередь на усиление контактов с собственным анархистским «интернационалом» — МАТ.

Впрочем, КРАС — МАТ осуществляла «персональ ный» проект выхода из политической изоляции — при помощи сформированного ею микропрофсоюза «Воля»

(12 членов), в котором помимо членов КРАС — МАТ со стояло некоторое число неортодоксально мыслящих мар ксистов (Дмитрий Федоров, Татьяна Шавшукова и др.).

«НОВЫЕ ЛЕВЫЕ»

ВЫХОДЯТ НА ПЕРВОЕ МЕСТО В 1994 г. стало очевидно, что именно «новые левые», про бившие брешь в изоляции леваков вообще, наиболее ак тивны, мобильны тактически и идеологически и обладают наибольшими перспективами. Их активность привлекла к ним новых членов — как из рядов других левацких орга низаций, так и из-за пределов мира леворадикалов.

Можно сказать, что «новые левые» в 1994—1996 гг.

были единственным «живым» крылом среди леворади калов — в то время как все остальные медленно дегра дировали (анархисты и троцкисты) или стагнировали («пролетаристы»).

[ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У Н А С : «ПЕРЕ-.., « П О С Т П Е Р Е -.. И... | Однако, безусловно, ведущее место в леворади кальном сообществе «новые левые» закрепили за со бой только после того, как им — первым среди леваков — удалось самостоятельно организовать настоящие мас совые уличные беспорядки.

Впервые это произошло 12 апреля 1994 г. в Москве.

Беспорядки выросли из пикета перед Домом Пра вительства (Белым домом), который проводила офи циальная Ассоциация профсоюзных объединений сту дентов (АПОС) в поддержку требований повышения сти пендий и своевременной их выплаты. По известной методике официальных профсоюзов на пикет в авто бусах были доставлены представители студенчества из ряда городов Центральной России — Калуги, Тве ри, Пензы, Воронежа. К ним присоединились, есте ственно, московские студенты. Всего число пикетчи ков доходило до пяти тысяч человек. Разумеется, на пикет явились и представители левой оппозиции — от комсомольцев до анархистов, — которые развернули среди студентов задушевную агитацию и активно тор говали своей периодикой.

После двух часов бесполезного и скучного стояния терпение пикетчиков иссякло. Правительство явно и демонстративно игнорировало пикет. Подзуживаемые леваками, студенты устроили стихийный митинг, ис пользовав в качестве трибуны строительный вагончик.

Официальные профлидеры пытались было этому про тивостоять, но их никто не слушал. Студенты один за другим выкрикивали в адрес правительства и прези дента все, что у них накопилось. Ораторского опыта у выступавших не было, и потому они быстро перехо дили от аргументированной критики к угрозам и мату в адрес «высших должностных лиц». Тут инициативу захватили поднаторевшие на митингах лидеры лева ков. Заведя массы революционными речами, они при звали организовать марш к Кремлю и перенести ми тинг на Красную площадь. Такой митинг власти вряд ли могут проигнорировать.

102 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Скандируя «Стипендию! Стипендию!», «Вся власть студентам!», «Fuck off буржуй!» и «Ельцин — козел!», толпа выплеснулась на Новый Арбат. В марше участво вало от 2,5 до 3 тысяч человек. С организацией было плохо. «Марш протеста» скорее напоминал народное гулянье, и только первые ряды, где сосредоточились политические активисты, выглядели стройными.

Демонстранты перекрыли уличное движение на Но вом Арбате. ГАИ вынуждена была пустить автопоток в объезд. Впрочем, какой-то новый русский на ино марке смело въехал в колонну и сбил одного из студен тов (по счастью, парень отделался только ушибами).

Обозленные студенты тут же выбили в иномарке ветро вое стекло и пригрозили новому русскому, что сожгут его вместе с машиной. По воспоминаниям участников, «буржуй сидел в тачке тихо, как мышка».

Первое столкновение с милицией произошло на против кинотеатра «Октябрь». Попытка остановить колонну не удалась — студенты прорвали милицей ский кордон, однако три человека были арестованы (среди них — лидер Инициативы революционных анар хистов (ИРЕАН) Дмитрий Костенко). После этого на строения студентов радикализовались, и лозунги «Стипендию!» сменились уже исключительно анти правительственными, антипрезидентскими и вообще антикапиталистическими. Сломав еще несколько кордонов милиции, колонна вышла на Манежную пло щадь в районе Кутафьей башни, где столкнулась с ОМОНом.

Несмотря на активное сопротивление студентов, демонстрация была рассеяна. Однако несколько сот демонстрантов (по разным данным, от 300 до 600 чело век) прорвались через Александровский сад к Истори ческому проезду. Основу этой группы составили ком сомольцы, анархисты и активисты «Партизанского дви жения». В какой-то момент группу прорвавшихся возглавил лидер Фиолетового интернационала Алексей Цветков.

[ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-.., « П О С Т П Е Р Е -.. И... | В Историческом проезде демонстранты были встре чены ОМОНом. Большинство демонстрантов было здесь избито и остановлено. Среди прочих, получив тяжелое сотрясение мозга, выбыл из строя и А. Цветков (затем он долго лечился и вплоть до 2002 г. наблюдался у вра ча). Однако от 100 до 150 студентов во главе с активис тами ИРЕАН прорвались через цепи ОМОНа и нырнули в ГУМ. Там эта толпа, скандировавшая лозунги и раз махивавшая красными и черными знаменами и транс парантами революционного содержания, произвела из рядный переполох. Точно «в центре ГУМа у фонтана»

какой-то одетый в дорогой костюм и кожаное пальто новый русский счел своим долгом остановить демон странтов, чтобы высказать неудовольствие их внешним видом и цветом их знамен, за что был брошен студен тами в фонтан.

Студенты попытались прорваться через ГУМ на Красную площадь, но были встречены ОМОНом и быс тро рассеяны.

В ходе беспорядков от 60 до 80 демонстрантов по лучили тяжелые побои или травмы, 9 человек было аре стовано. Суд над задержанными состоялся на следую щий день. Журналистов на суде не было. На некоторых демонстрантов распространились затем и внесудебные преследования (так, Д. Костенко, на суде отделавший ся предупреждением, был отчислен из очной аспиран туры) 167.

Студенческие беспорядки 12 апреля 1994 г. послу жили стимулом к созданию профсоюза «Студенческая защита» — самой крупной, известной и активной орга низации «новых левых» в России. Именно активные участники беспорядков провели 16 апреля 1994 г.

в МГУ учредительную конференцию профсоюза. В Ис полком профсоюза вошли многие активные участники беспорядков, Д. Костенко был избран председателем Исполкома. К весне 1997 г. «Студенческая защита»

уже насчитывала свыше 15 тысяч членов в 22 регио нах России.

104 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Беспорядки 12 апреля 1994 г. были первыми массовы ми уличными гражданскими беспорядками в Москве (и, кажется, вообще в России) с момента событий октяб ря 1993 г. и первыми уличными студенческими беспоряд ками в Москве с конца 60-х, со времени демонстраций китайских студентов, обучавшихся в Советском Союзе.

Официальные средства массовой информации сту денческие беспорядки 12 апреля 1994 г. замолчали.

Однако эффект от замалчивания получился обратный ожидавшемуся. Немногочисленные экземпляры мало тиражных леворадикальных изданий с описанием собы тий 12 апреля в Москве, попавшие в провинцию в сту денческую и вообще молодежную среду, буквально зачитывались до дыр, после чего содержание статей пересказывалось уже по памяти — с добавлением мно гих не существовавших в реальности эпизодов. Так, студенты из Владивостока, приехавшие в 1995 г. в Мос кву, были уверены, что 12 апреля демонстранты чуть чуть не взяли штурмом Кремль, в этом же были увере ны и студенты пединститута из Барнаула (там была даже сложена красивая легенда, что Ельцин 12 апреля был спешно эвакуирован из Кремля на вертолете). Минс кие студенты выпустили листовку, где события 12 апре ля 1994 г. в Москве сравнивались с Красным Маем 1968-го в Париже168. Содержание листовки стало пред метом специального заседания коллегии КГБ Белорус сии, после чего автор текста листовки — председатель «Свободного студенческого союза Беларуси» анархист Олег Новиков — был вынужден временно эмигрировать в «соседнюю страну» — на Украину, где белорусская госбезопасность, как ни странно, его не нашла169.

Следующие беспорядки, связанные со «Студенчес кой защитой», произошли через месяц с небольшим — в ночь с 19 на 20 мая 1994 г. в Твери, на территории студенческого городка Тверского государственного уни верситета (ТГУ).

Собственно, то, что там произошло, «беспорядка ми» можно назвать с некоторой натяжкой. Или уж, во [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | всяком случае, устроителями беспорядков были не столько студенты, сколько правоохранительные органы.

Дело в том, что после запрета КПСС и ее дочерних организаций (включая комсомол и пионерскую органи зацию) и развала СССР в студгородке ТГУ внезапно завелась «нездоровая» традиция: праздновать день рождения пионерской организации (19 мая 1922 г.).

Праздник возник как большая студенческая пьянка, но к 1994 г. эта пьянка уже обросла ритуалами: пола галось надевать пионерские значки и галстуки, петь всю ночь напролет пионерские и комсомольские пес ни, дудеть в горны, бить в барабаны, ходить строем и разжигать пионерские костры. Причем с каждым го дом праздник становился все менее пьяным (студенты в провинции нищали и перешли с водки на пиво — но и на пиво денег не хватало), но зато — в качестве ком пенсации — все более массовым и «пионерским». Это был, конечно, стёб, но с явными элементами вызова новой буржуазной власти. Два года власти снисходи тельно игнорировали эти грандиозные студенческие пьянки с пением, кострами и дудением в горны. В 1994 г.

все изменилось.

Небольшая группа студентов, участвовавших 12 ап реля в беспорядках в Москве и вдохновленных идеей создания в Твери отделения «Студенческой защиты», сочла, что День рождения пионерии — самый удобный случай для пропаганды этой идеи. К восторгу еще по чти непьяных студентов они провозгласили территорию студгородка «оккупированной» и открыли «антиправи тельственный революционный митинг». «Митинг», вооб ще-то говоря, свелся к двум кратким речам о том, как плохо жить студентам и какая хорошая организация «Студенческая защита», а потому нужно срочно учре дить ее и в Твери. «Митинг» пользовался успехом — в основном потому, что хлынувший ливень загасил «пи онерский костер» и загнал студентов в помещения.

«В ознаменование начала бескомпромиссной револю 106 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) ционной борьбы» кто-то из ораторов предложил спеть «более взрослую» песню — «Интернационал». Народ дружно грянул (как ни странно, слова все знали).

Реакция властей последовала незамедлительно.

В Спортивном переулке перед студгородком появились шесть машин, битком набитых омоновцами в бронежиле тах, в шлемах и с автоматами, но в основном без щи тов и дубинок. Видимо, вызов в студгородок вообще был для ОМОНа большой неожиданностью, так как омоновцы в большинстве своем были пьяны. Позже ходили слухи, что ОМОН вызвала перепуганная адми нистрация, сообщив по телефону, что студгородок зах вачен вооруженными анпиловцами, которые с пением «Интернационала» строятся в колонны под красным знаменем и, видимо, намерены штурмовать город.

В этой информации все было правдой, кроме анпилов цев, оружия и штурма.

С криками «Всем лежать, б...ди!» омоновцы ворва лись в студгородок и принялись, вышибая стекла и две ри, нещадно избивать оторопевших студентов. Студен ты не сопротивлялись: кто был уже пьян, кто — не умел, а многие и вовсе спали. Запертые двери (в основном в комнатах девушек) вызывали у омоновцев приступы инстинктивной ярости. Омоновцы вышибали двери, вы волакивали (обычно за волосы) полуголых девчонок, избивая их по дороге и требуя «выдать оружие и нарко тики». Многим девушкам запомнился здоровенный пья ный омоновец, который профессионально — одним уда ром ноги — высаживал двери и врывался в комнаты с диким криком: «Кто здесь целка?! Отвечать! Я — спец по целкам!».

Кое-где этажи перекрывались решетками — и студен ты успели их закрыть и спасти свои комнаты от разгрома, а себя от избиения. Несколько студентов попытались за баррикадироваться на крыше, где и встретили ОМОН гра дом пустых пивных бутылок. Но омоновцы, хоть и пьяные, подавили сопротивление без потерь и, задержав защит ников крыши, препроводили их в милицейские машины.

[ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | Заодно прихватили и некоторых других, почему-то не понравившихся им, студентов, «революционную симво лику» (знамя, горны и барабан), все спиртное, какое нашли, а также кое-какие чужие личные вещи.

Избитые студенты выползли из углов, матеря «мен тов» и Ельцина, перевязывая раны и утешая плачущих девушек. Одного студента, впрочем, избили так силь но, что его пришлось отправить в стационар с перело мами 170.

Кто-то из чудом не задержанных «революционеров»

громко высказался в том духе, что «теперь-то всем оче виден звериный оскал власти» и призвал немедленно основать «Студенческую защиту». И «Студенческая защита» в Твери действительно была создана. Журнал «Черная звезда» рассказ об этих событиях сопроводил совершенно справедливым саркастическим замечани ем: «Сто анархистских агитаторов за год не добились бы такого эффекта»171.

Наконец, 12 апреля 1995 г. «Студенческая защита»

уже совершенно сознательно и целенаправленно участво вала в организации и осуществлении крупнейших сту денческих массовых беспорядков — вновь в Москве.

12 апреля 1995 г. в стране проходил Всероссийский день профсоюзных действий, организованный ФНПР.

К «взрослым» профсоюзам присоединилась, разумеет ся, и входящая в ФНПР Ассоциация профсоюзных орга низаций студентов (АПОС). К АПОС присоединилась «Студенческая защита».

К заявленному времени — к 3 часам дня — перед Белым домом собрался 5-тысячный студенческий ми тинг. На митинге «Студенческая защита» развернула небывалую активность. Специально к этому дню было напечатано огромное количество листовок и спецвыпуск еженедельника «Студенческая защита», которые раз давались всем желающим. Кроме того, ораторы «Сту денческой защиты», используя мегафоны, с трех раз ных точек, сменяя друг друга, непрерывно выступали с речами. Основными требованиями «Студенческой за 108 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) щиты» к властям были: отмена решения правительства России о лишении успевающих студентов права на сти пендию;

отказ от принятия закона о призыве студентов и выпускников вузов на службу в армию рядовыми на два года;

расширение студенческого самоуправления в вузах;

участие студентов в контроле над финансовой деятельностью вузов;

прекращение практики сокраще ния бесплатных учебных мест и сдачи общежитий в арен ду коммерческим структурам. Требования АПОС были куда более скромными: АПОС, как обычно, просила лишь не задерживать выплаты стипендий и, если мож но, повысить их.

Выступавший у микрофона, установленного на гру зовике, лидер АПОС Алексей Щербина быстро устал от конкурентов-радикалов (которых в основном и слуша ли) и решил устранить их. По его просьбе без всяких объяснений милиция задержала трех ораторов с мега фонами (в их числе оказались лидер «Студенческой защиты» Дмитрий Костенко и лидер РКСМ Игорь Маля ров). Задержанных отвезли в отделение. Туда же кину лось большинство руководителей «Студенческой защи ты» — добиваться освобождения задержанных. Студен ты заволновались и стали возмущаться. А. Щербина решил не рисковать и объявил только что начавшийся митинг завершенным. Милиция начала вытеснять сту дентов с площади перед Белым домом.

Далее события стали быстро развиваться по уже знакомому сценарию. Несмотря на отсутствие руковод ства студенты сорганизовались, построились в колон ны и, сметя металлические заграждения и милицей ское оцепление, направились маршем по Новому Арба ту в сторону Кремля. Демонстрация носила откровенно стихийный характер и только на пересечении Нового Ар бата с Садовым кольцом в голову колонны пробились единственные оставшиеся на месте члены Исполкома «Студенческой защиты» — Алексей Цветков (в тот мо мент — студент Литературного института, лидер Фио летового интернационала и «Партизанского движения») [ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», «ПОСТПЕРЕ-.. И... | и Станислав Маркелов (в тот момент — студент Юриди ческой академии, член Социал-демократической партии России, СДПР).

Как выяснилось, власти заранее подготовились к та кому повороту событий. Сзади студентов атаковали не ожиданно появившиеся дополнительные подразделения муниципальной милиции, а на пересечении Нового Арбата с Садовым кольцом дорогу демонстрантам перекрыли машины с ОМОНом. Поскольку в хвосте колонны оказа лись в основном девушки, сколько-то серьезно сопротив ляться «муниципалам» они не могли, и милиция с удоволь ствием отыгралась дубинками на «слабом поле».

Голова колонны тем временем вступила в схватку с ОМОНом. ОМОН применял дубинки, демонстранты — камни, палки и пустые бутылки. Рассеять студентов не удалось. Наоборот, студенты побили все стекла в омо новских машинах и загнали ОМОН частью в машины, частью — за них. На перекресток подходили новые ми лицейские подразделения.

Прорваться дальше по Новому Арбату у студентов сил не хватило. Но они обошли заслон и прорвались на Старый Арбат. Прорвались, однако, не все — лишь от 1,5 до 2 тысяч студентов. Милиция и ОМОН постоянно наседали сзади, отсекая небольшие группы демонстран тов. Однако на Старом Арбате к демонстрантам присо единилось до 500 человек из числа находившейся там молодежи.

К этому времени демонстранты уже сильно озлоби лись. «Студенческие» лозунги сменились откровенно антиправительственными и антикапиталистическими, самым популярным из которых был лозунг «Ельцина — на х..!» В голову колонны вынесли огромный транспа рант «Капитализм — дерьмо!»

Власти несколько раз попытались остановить де монстрантов на Старом Арбате, но каждый раз после жестокой схватки вынуждены были отступать. Наибо лее серьезной была такая попытка около 5-го отделе ния милиции.

110 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Озверевшие студенты побили по дороге несколько витрин, которые показались им особенно «буржуйски ми». Перед «неразбиваемой» витриной «Олби» демон странты даже специально задержались — и в конце концов разбили ее.

На месте впадения Арбата в Арбатскую площадь студентов уже ждали новые цепи милиции и ОМОНа.

При прорыве колонны на Арбатскую площадь произо шла одна из самых ожесточенных схваток, в ходе кото рой свыше 10 студентов получили серьезные травмы, ОМОН разорвал знаменитый транспарант «Капитализм — дерьмо!», были разбиты стекла входа в ресторан «Пра га», а одному из милиционеров пробили голову.

До 1200 студентов все же прорвались через засло ны к зданию Министерства обороны, которое они за бросали камнями, бутылками и пузырьками с чернила ми, а заодно расписали здание и асфальт перед ним антивоенными лозунгами, воспользовавшись краской, оставленной перед зданием строителями.

Демонстранты перекрыли движение на Арбатской площади, Новом Арбате и Бульварном кольце. Часть студентов попытались зачем-то прорваться по Новому Арбату в сторону Белого дома (возможно, их привлек ло обилие «особо буржуйских» витрин на этом отрезке проспекта), но ОМОН остановил их дубинками и слезо точивым газом. Большинство демонстрантов направи лось к Манежной площади.

На Манежной площади демонстрация была встрече на соединенными силами милиции, ОМОНа и солдат внут ренних войск, которые рассекли колонну сначала на две, а затем на три части и стали «рассеивать». Рассеивание превратилось в огромную «охоту» на студентов, которая распространилась на близлежащие улицы и даже стан ции метро. Студентов беспощадно избивали дубинками, били ногами, затаскивали в милицейские машины и ав тобусы и снова били. Били и на станциях метро. Заодно избили многих, в демонстрации не участвовавших, а про сто подвернувшихся под горячую руку.

[ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | Две из трех групп, на которые была рассечена сту денческая колонна, удалось рассеять относительно лег ко, но голова колонны, где собрались политические ак тивисты, попыталась прорваться в Александровский сад, помня об опыте 1994 г. Эта попытка частично удалась — в Александровский сад прорвалось около 500 демонст рантов. При этом, правда, оба руководителя колонны — A. Цветков и С. Маркелов, — получив серьезные по бои, были выведены из строя (Цветков получил второе тяжелое сотрясение мозга и был задержан).

Около полутысячи студентов, собравшись в Алек сандровском саду, организованно направились к Музею B. И. Ленина, где атаковали распространителей фашист ской литературы, изрядно их побив. К месту драки по доспел ОМОН, который встал на сторону фашистов и оттеснил активно сопротивлявшихся студентов на Те атральную площадь, а оттуда — на Никольскую улицу, где студенты и были окончательно рассеяны.

В ходе беспорядков свыше 200 студентов получили различные травмы, свыше 30 — были задержаны на сутки (еще большее число студентов было задержано на несколько часов, ими были набиты 5-е, 11-е и 122-е отделения милиции, после установления личности и по лучения объяснений их отпускали). Пятеро из задер жанных были оштрафованы судом, остальные отдела лись предупреждением. Революционная символика ре шением суда была конфискована и уничтожена. Трое ораторов «Студенческой защиты», задержанных перед Белым домом до начала беспорядков, были по суду пол ностью оправданы и освобождены. В свою очередь, студенты разбили несколько милицейских машин и на несли тяжелые травмы головы двум сотрудникам ми лиции.

Если беспорядки 12 апреля 1994 г. продолжались около 1,5 часа, то беспорядки 12 апреля 1995 г. продол жались свыше 3 часов. Демонстрантам противостояло до 1100 сотрудников милиции, омоновцев и солдат внут ренних войск. Беспорядки охватили столь значитель 112 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) ную часть центра столицы, что не заметить их было просто невозможно. Как невозможно было не почув ствовать запаха слезоточивого газа. Но журналисты из «большой прессы» и электронных СМИ — не заметили.

12 апреля 1995 г. студенты насчитали 13 телекамер и свыше 20 человек с удостоверениями прессы, не ме нее двух десятков фотографов. Студенты — активисты «Студенческой защиты», члены Фиолетового интерна ционала и ИРЕАН — вспоминают, как еще во время митинга, до начала беспорядков у них брали интервью (всего не менее трех телеинтервью, не менее двух ра диоинтервью и минимум шесть интервью для газет). Эти интервью нигде не появились.

Правительство, хотя оно внешне и игнорировало оба митинга, на самом деле беспорядки заметило и сдела ло выводы. И в первый и во второй раз вскоре после беспорядков власть быстро находила средства на сроч ную ликвидацию задолженности по стипендиям и на повышение стипендий студентам и аспирантам. Вскоре после студенческих беспорядков 1995 г. В. С. Черно мырдин даже сказал знаменитую фразу (растиражиро ванную всеми каналами ТВ) о том, что революции начи наются не с шахтерских забастовок, а со студенческих волнений.

Вновь, как и год назад, о беспорядках написала «альтернативная» пресса. «Бумбараш-2017» сопроводил статью большим количеством фотографий и даже вос произвел карикатуру из листовки «Студенческой защи ты» к 12 апреля. На карикатуре тонконогий плюгавень кий студент мощно бил ногой под зад премьера Черно мырдина, выкрикивая «Воттебе, гад!»172. Еженедельник профсоюза «Студенческая защита», естественно, за нял материалом о беспорядках всю первую полосу 17Э.

Достаточно большую статью о беспорядках опублико вала «Лимонка»174. «Большая пресса» промолчала.

«Студенческая защита» — в попытке прорвать ин формационную блокаду — провела 16 апреля в Рос сийско-американском информационном пресс-центре [ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | специальную пресс-конференцию, посвященную собы тиям 12 апреля. На пресс-конференции присутствовало почти пять десятков журналистов (отечественных и за рубежных, включая радио-, теле- и фотожурналистов).

Но никаких репортажей с пресс-конференции не после довало. Лидеры «Студенческой защиты», чье сознание несколько мифологизировано, решили, что на тему нало жено табу — и наложено кем-то невероятно сильным, раз промолчали даже оппозиционные издания, хотя оче видно, что никакого «центра», управляющего и прави тельственными и оппозиционными СМИ, в России нет.

Единственным сообщением о пресс-конференции «Студенческой защиты» была крошечная заметка, ра зосланная по сети «Интерфакса». В заметке ничего не говорилось о беспорядках, а лишь цитировалась угроза председателя профсоюза «Студенческая защита — Москва» (Московское отделение «большой» «Студен ческой защиты») организовать захват студентами ву зов и правительственных учреждений, если власть и дальше будет игнорировать интересы студенчества.

Эта заметка (как правило, в усеченном виде) попала в некоторые (в основном провинциальные) газеты 175.

Такое отношение к беспорядкам 12 апреля 1995 г.

и ко всему, что с ними связано, особенно показатель но, если сравнить его с освещением в СМИ других ак ций «Студенческой защиты». Например, 14октября 1994г.

«Студенческая защита» провела у памятника М. В. Ло моносову перед зданием факультета журналистики МГУ митинг. В митинге участвовало от силы 200 человек, причем значительная часть из них была журналистами, сотрудниками спецслужб и просто случайными прохо жими. В принципе невозможно даже точно сказать, сколько человек участвовало в этой акции (помимо соб ственно двух-трех десятков организаторов), поскольку митинг проходил перед входом в здание факультета, и студенты, выйдя после занятий на улицу, автомати чески превращались в участников митинга (обычно, по стояв немного и послушав ораторов, они уходили, но их 114 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) сменяла новая порция). Ораторы (в том числе один в маске Фредди Крюгера и с надписью на груди «Я жил на одну стипендию») призывали студентов бороться за свои права и записываться в «Студенческую защиту».

Над всем этим развевались огромные транспаранты «Долой капитализм!» и «Капитализм — дерьмо!», а за вершилось действие ритуальным сожжением чучела буржуя в красном пиджаке со значком на лацкане «Хо чешь похудеть — спроси меня как!». Тут же после со жжения никому не известный молодой человек (он все время терся около организаторов и спрашивал их о про грамме «Студенческой защиты» и тому подобных ве щах) метнул в стоявших неподалеку милиционеров бу тылку — и митинг сразу же был разогнан (милицейские машины стояли наготове). По указаниям все того же неизвестного молодого человека милиция задержала двух организаторов митинга (к вечеру по требованию депутатов Госдумы они были освобождены 176).

Об этом скромном и, по сути дела, карнавальном событии написали (пусть коротко) почти все газеты, рассказали все программы ТВ, были сделаны много численные радиорепортажи. Телепередача «До и старше» даже посвятила митингу специальный полу часовой выпуск. Активисты «Студенческой защиты»

подсчитали, что суммарное телевремя сюжетов, посвя щенных митингу, потянуло на 1 час 49 минут. «Новая ежедневная газета» посвятила этому действу специ альную статью177.

С большим запозданием (в конце апреля) за преде лами «альтернативной» прессы появились две статьи, посвященные беспорядкам 12 апреля 1995 г.

В газете «Экспресс-Хроника» была напечатана ста тья Виталия Воскресенского «Любители удобной жиз ни». В статье говорилось о студенческом митинге 12 ап реля у Белого дома, но ни слова не было сказано ни о ходе митинга, ни о последующих беспорядках. Автор заменил изложение событий долгой и маловразумитель ной руганью в адрес студентов. Из статьи выходило, [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | что студенты протестовали исключительно против при зыва их на военную службу, и автор негодовал, за что студентам такие льготы, чем они, студенты, лучше дру гих? «А может быть, — ехидно спрашивал В. Воскресен ский, — студентам просто не хочется, чтобы их так удоб но складывающаяся жизнь изменялась к худшему?» 26 апреля 1995 г, в «Московском комсомольце» по явилась статья Екатерины Головацкой «Не бывает не пробиваемых стекол. Бывают непробиваемые головы».


События 12 апреля 1995 г. в статье излагались несколь ко своеобразно: «12 апреля у передового студенчества случилась пьянка. Прямо перед Белым домом. Как и любая настоящая русская пьянка, закончилась она дебошем. „Студенческая защита" любит высокопарные слова, и потому этот самый дебош она называет „сту денческими волнениями в Москве"... На митинг собра лось примерно 5000 человек. О том, сколько было вы пито пива, статистика умалчивает... толпа отправилась бродить по центру Москвы... Под предводительством „защитников" они успели побывать у мэрии, на Старом Арбате, у здания Генштаба, которое облили черной крас кой..., а заодно разбили бронированную витрину „Олби дипломат"... Поматерясь всласть у Генштаба, студенты пошли биться головой о кремлевские стены. Там нако нец-то их разогнали... Два часа они пьяной кодлой ша тались по Москве, били стекла, матерились и пугали прохожих... Так и зарабатывают юные бунтари свой первичный политический капитал — среди таких же лю бителей пива, как они сами. А пиво у нас любят о-очень многие... За удовольствие надо платить. Есть, напри мер, масса районных группировок. Регулярно „пионеры Сетуни" бьют морду „пионерам фабрики Ногина", а по том отсиживают свои пятнадцать суток за хулиганство.

И не возмущаются...» Таким образом, «большая» пресса и электронные СМИ студенческие беспорядки, устроенные «новыми левыми», постарались замолчать, а коль это оказалось невоз можным, передали о них искаженную информацию180.

116 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Кстати, лидеры «Студенческой защиты» успешно использовали публикации «Экспресс-Хроники» и «Мос ковского комсомольца» в собственных целях. В несколь ких тысячах экземпляров они отксерокопировали ста тьи Воскресенского и Головацкой — и раздали их учас тникам беспорядков, всем активистам «Студенческой защиты», разослали в провинцию (с соответствующи ми комментариями). Разумеется, содержание статей вызвало бурное возмущение у активистов «Студенчес кой защиты» и участников беспорядков и укрепило их во мнении, что «большая» и вообще «буржуазная» прес са — «лживая» и «продажная».

Ореол «уличных бойцов», культивировавшийся лиде рами «Студенческой защиты» в 1994—1995 гг. вокруг своей организации, обеспечил интерес к ней как в левацком мире, так и в кругах радикальной оппозиции вообще, а также и в молодежной среде, что облегчило «Студен ческой защите» быстрое и успешное развитие, отчасти за счет ложной славы и немотивированного страха перед нею со стороны правящих структур (в Иванове, например, где местные власти были уверены, что «Студенческая за щита» — это что-то вроде боевиков РНЕ, только ультра левых181, и потому именно «Студенческой защите» при писывались все мыслимые инциденты в вузах, включая пожар в Ивановском государственном университете182).

Подобная ситуация позволила активизироваться не только «Студенческой защите» как крупнейшей лево радикальной организации, но и Фиолетовому интерна ционалу / «Партизанскому движению» (впрочем, на уровне активистов почти слившимся со «Студенческой защитой»), а также породить новые организации «но вых левых»: Революционный молодежный союз «Смерть буржуям!» в Санкт-Петербурге и ряд других в провин ции — иногда формально анархистские (Самарский анархо-коммунистический союз (САКС), Федерацию анархистов Кубани (ФАК) и т. д.), иногда уже явно «но вые левые» (Практико-революционная организация Во ронежа, ПРОВО).

[ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | Более того, из анархистского сообщества наиболее активными и способными воздействовать на сознание леворадикальной (и вообще молодежной) среды оказа лись в первую очередь те группы, которые подверглись сильному идейному воздействию «новых левых» (ИРЕАН, «Хранители Радуги»), Эти группы, в частности, взяли на вооружение тактику силового противостояния влас ти в конфликтных ситуациях.

В ряде случаев можно заметить даже прямое про воцирование властей на применение силы (Фиолетовым интернационалом и ИРЕАН во время профсоюзного митинга в Иванове в октябре 1994 г.183, или Фиолето вым интернационалом и «Хранителями Радуги» во вре мя акций экологистов в 1994—1996 гг.184).

Несомненно, что такая активность привлекла к «но вым левым» внимание (вполне корыстное, естествен но) не только традиционной левой оппозиции (в том чис ле и вполне «солидной» — не случайно КПРФ долго обхаживала «Студенческую защиту», чтобы та постави ла свою подпись под соглашением в поддержку кандида туры Г. А. Зюганова на президентских выборах 1996 г.;

в конце концов из-за отказа Д. Костенко поддержать кандидатуру Г. А. Зюганова подпись от имени «Студен ческой защиты» была поставлена А. Цветковым185), но и оппозиционных групп иной ориентации, в частности Национал-большевистской партии (НБП).

Опыт уличных акций «новых левых» произвел впе чатление даже на достаточно самостоятельный такти чески и идеологически ОПОР. В марте 1997 г. ОПОР призвал пермских рабочих игнорировать официально предложенные методы «общероссийской акции протес та», проводившейся ФНПР (то есть митинги и забастов ки), а вместо этого перекрывать транспортные магист рали 186. Рабочие завода «Машиностроитель» в Перми так и сделали — перекрыли одну из ведущих магистра лей города.

Оппоненты «новых левых» — в основном из кругов МО КАС, Группы революционных анархо-синдикалистов 118 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) (ГРАС), Социалистического рабочего союза (СРС) — довольно резко критиковали тактику «новых левых» как «милитантистскую», «провокационную» и «отличающу юся идейной неразборчивостью». Эта критика, разуме ется, содержала в себе позитивное зерно, однако не воспринималась всерьез ни самими «новыми левыми», ни сочувствовавшей им в целом левацкой массой вви ду явного тяжелого кризиса, в котором пребывали КАС, ГРАС, СРС и другие оппоненты «новых левых».

Тактика проведения силовых уличных акций, позво лившая «новым левым» создать структуры по всей стра не и резко повысить свой авторитет в леворадикальном сообществе в 1994—1995 гг., в 1996 г. вошла в противо речие с объективными задачами, стоявшими перед «но выми левыми». «Студенческая защита» — а через нее большинство других «новых левых» — оказалась вовле чена в предвыборную кампанию и была вынуждена учи тывать специфику предвыборной борьбы. В частности, Исполком «Студенческой защиты» настойчиво рекомен довал всем местным организациям воздержаться от улич ных акций и вообще любых действий, которые могут быть использованы правительством в пропагандистских целях против оппозиции.

Таким образом, рост «Студенческой защиты», по зволивший ей выйти из маргинального состояния в мир «большой политики», одновременно наложил ограниче ния на формы деятельности «Студенческой защиты».

Возникло противоречие между привычными для «новых левых» формами деятельности и методом мышления «новых левых», с одной стороны, и объективными тре бованиями и правилами поведения, принятыми в «боль шой политике» — с другой. Это повлекло за собой на растание в конце 1996 г. апатии в рядах «новых левых» — в первую очередь среди наиболее молодых и радикаль но настроенных активистов (членов «Партизанского движения» и т. п.).

Тактика, позволившая «новым левым» решить за дачи, которые они поставили перед собой после октября [ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | 1993 г., объективно исчерпала себя именно ввиду сво ей успешности. Поставленные задачи были решены, новые не были сформулированы и, следовательно, ни какая новая тактика не была разработана. К концу 1996 г.

«новые левые» вступили в стадию инерционного суще ствования.

Очевидно, к началу 1997 г. исчерпанность предыду щей тактики поняли и сами «новые левые», как мини мум в Москве. Фиолетовый интернационал / «Парти занское движение» / «Коммунистический реализм»

сосредоточились в основном на артистической и контр культурной деятельности, «Студенческая защита» убе дилась, что отработанная схема организации студенче ских беспорядков больше не срабатывает, — после того, как АПОС, предупрежденная заранее газетой «Сегод ня» о планах «Студенческой защиты» организовать бес порядки 187, срочно отменила 26 февраля 1997 г. сту денческую демонстрацию в Москве, намеченную ею на 27 февраля 188 — и «Студенческая защита», таким об разом, не смогла в третий раз осуществить проверен ный сценарий.

РАСПАД ТРАДИЦИОННЫХ СТРУКТУР Изначально леворадикалы строили свои организацион ные структуры по разным принципам, зависевшим в большей степени от идеологических догм, чем от не посредственных целей и задач, стоявших перед левац кими организациями, что само по себе было, безуслов но, свидетельством теоретической и организационной слабости, неподготовленности и общей наивности лево радикалов.

Так, анархисты на практике постоянно стремились провести принципы «стихийности» и «самоорганизации», испытывали недоверие к «бюрократизации» собствен ных организационных структур и явную идиосинкразию к «вождизму», подпитываемую зачастую личными ам бициями, завистью, ревностью и возникавшими на этой почве личными неприязненными отношениями.

120 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) В результате Конфедерация анархо-синдикалистов (КАС) была создана на столь широких и аморфных кон федеративных принципах, что оказалась не в состоя нии противостоять самораспаду. Местные организации КАС и индивидуальные члены КАС не считали себя обя занными выполнять резолюции съездов КАС, прислу шиваться к указаниям «вождей» и вообще соглашать ся с официальными документами КАС.

Наиболее прозорливые члены КАС осознавали, что все это чревато тотальным развалом организации.

И. Подшивалов накануне III съезда КАС (прошедшего в ноябре 1990 г. в Ленинграде) распространил письмо «КАС — организация, а не тусовка»189, в котором тре бовал введения хотя бы минимальной дисциплины (на более жесткие требования он, как «идейный анар хист», не решился), внесения ясности в теоретиче скую линию КАС, создания хоть сколько-то четких ор ганизационных структур. На съезде решить этот во прос не удалось, поскольку большинство участников съезда (включая лидеров КАС А. Исаева и А. Шуби на, а следом за ними — и влиятельнейшую Москов скую организацию КАС) были против такого «завин чивания гаек».


К доводам И. Подшивалова КАС прислушалась только в мае 1991 г., когда общий жесточайший кри зис КАС был уже самоочевидным фактом. КАС была разделена на 8 региональных объединений, был создан руководящий орган — Федеральный Совет, и учреж дена должность Ответственного секретаря Федераль ного Совета, на которую был избран Владлен (Влад) Тупикин.

Но эти действия не могли спасти КАС от распада, поскольку и modus vivendi и modus operandi Конфеде рации уже полностью сформировались. В результате на V съезде КАС (Томск, май 1992 г.) было решено упразднить Федеральный Совет и Секретариат КАС. Бе зусловно, и Федеральный Совет и Секретариат КАС были мертворожденными структурами, и их неудачи [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», «ПОСТПЕРЕ-.. И... | нельзя связывать с персональными недостатками во шедших в Федеральный Совет представителей или с личными особенностями В. Тупикина. Кадровый со став КАС и коллективные представления касовцев о том, какой должна быть в идеале анархистская организация, препятствовали любым попыткам превращения КАС в жизнеспособную структуру в условиях все ужесточа ющихся правил политической игры в России.

В конце концов к началу 1997 г. на всей территории бывшего СССР осталось 23—25 человек, считающих себя членами КАС. Значительная часть из них полити ческой активности не проявляла, хотя многие поддер живали эпизодические личные связи (как минимум, путем переписки). Единственными жизнеспособными секциями КАС оставались группы в Омске, Томске и Северске (Томске-7), где члены КАС были в среднем на 10—15 лет старше остальных касовцев, принадле жали к рабочим и ИТР местных предприятий и относи лись к своей деятельности и вообще к идеям анархо синдикализма гораздо серьезнее и ответственнее сво их более молодых товарищей по КАС.

Подавляющее большинство анархистских организа ций в России воспроизвели ту же схему деградации и развала, что и КАС. Будучи, по верному замечанию И. Подшивалова, не организациями, а «тусовками», они быстро набирали критическую массу членов, оказыва лись не в силах занять их каким-то систематическим делом и были органически неспособны к самодисципли не и серьезной работе в условиях ухудшающегося мате риального и политического положения и все поднимаю щейся планки объективных требований, предъявляемых внешней средой к любой политической организации в России. Сама по себе анархиствующая личность, как уже отмечалось выше, сопротивлялась нормальной по литической работе и рассматривала ее как попытку по кушения на свою «свободу». Большое число анархист ских организаций возникло позже КАС, а развалилось раньше (Московский союз анархистов, Анархо-радикапь 122 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) ное объединение молодежи, Анархический молодежный фронт, Федерация анархистских групп Москвы — I;

Фе дерация анархистских групп Москвы — II и т. д. и т. д.).

В еще более жестоком кризисе, чем КАС, оказался формально не распущенный, но реально не работа ющий Анархо-коммунистический революционный союз (АКРС), полностью повторивший судьбу КАС.

Ярким примером повторения судьбы КАС была и судьба Ассоциации движений анархистов (АДА). Соз данная в июне 1990 г. именно как альтернатива КАС, АДА разрасталась до тех пор, пока задача противостоя ния КАС, с одной стороны, рассматривалась в анархист ском сообществе как актуальная, а с другой стороны, такое противостояние не требовало от анархистов — оп понентов КАС — ничего, кроме подписания совместных деклараций. После явного краха КАС — и уж тем более после «исторического примирения» КАС с АДА (на VIII съезде АДА в Санкт-Петербурге в декабре 1995 г., когда в АДА вступила в полном составе Московская организа ция КАС190) — АДА утратила смысл своего существова ния и стала распадаться. В попытке воспрепятствовать этому VIII съезд АДА принял новое «Соглашение о взаи модействии» АДА, которое вводило более жесткие пра вила вхождения в АДА, в частности, фиксировало дей ствия членов АДА, не совместимые с пребыванием в АДА, и вводило официальный порядок принудительно го исключения из АДА лиц и групп, нарушивших новое «Соглашение»191.

Таким образом, АДА всего лишь повторяла поведе ние КАС в ситуации структурного кризиса. Последстви ем этого явилось то, что к моменту написания данного текста (1997 г.) в самой АДА не очень хорошо понима ли, кто же из членов АДА полностью признал новый вариант «Соглашения», а кто — нет. Произошла рути низация деятельности АДА, новый «враг» — взамен КАС — не был найден, интерес к работе внутри АДА у членов самой АДА резко упал, тем более что неясно, в чем такая работа может заключаться. Никаких жестких [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | структур новое «Соглашение» АДА не создало, аморф ность и «тусовочность» Ассоциации преодолены не были.

Анархисты Санкт-Петербурга, чьи традиционные структуры к 1994 г. развалились или почти полностью развалились, пытались выйти из кризиса, собрав анар хистов всех направлений в единое городское объедине ние — Питерскую лигу анархистов (ПЛА, ПиЛА, Питер ская ЛИАНА). Однако даже в масштабе одного города такое объединение оказалось слишком аморфным и фактически пребывает с 1994 г. в полукоматозном состоянии.

Интересно, что внутри ПЛА в 1995 г. было создано Движение жесткой анархии (ДЖАН), которое в своем Уставе фиксировало большее, чем в ПЛА, идейное един ство и вводило некоторые организационные принципы, близкие к организационным принципам последнего «Со глашения о взаимодействии» АДА192. Однако, даже не смотря на микроскопичность ДЖАН, введение более жестких теоретических и организационных принципов не смогло стимулировать деятельность ни ДЖАН, ни ПЛА в целом.

Подобную картину можно было наблюдать и в ИРЕАН.

ИРЕАН превратилась даже не в конфедерацию анархо коммунистических групп, а в некий аморфный конгло мерат организаций, называющих себя «ИРЕАН», лишен ных общих теоретических документов, единого руковод ства, и не способных к проведению скоординированных действий. Более того, заявительный порядок существо вания групп ИРЕАН предполагает некоторую «расплыв чатость» их статуса — одни и те же люди могут сегодня считать себя ИРЕАН, завтра (в зависимости от настро ения) — нет. Что касается ИРЕАН Израиля, то нет даже твердой уверенности, что сама группа пережила зиму 1996/97 г., так как именно те израильские анархисты, которые считали себя иреановцами, проводили зиму в «сквоте» в заброшенном поселении Лифта и часть их \] погибла там от недоброкачественного героина, часть попала в тяжелом состоянии в больницу.

124 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Такой же распад поразил и троцкистские организа ции — хотя и по несколько другой схеме. Троцкисты (вне зависимости от «тенденции» — то есть направле ния в международном троцкизме;

в настоящее время существует около 40 «тенденций») были ориентирова ны на создание, во-первых, сильно централизованных и дисциплинированных немногочисленных «авангард ных» структур, состоящих в идеале из «профессио нальных революционеров», и во-вторых, на пропаганду и агитацию в рядах рабочего класса (желательно про мышленного пролетариата) с последующим создани ем массовой рабочей партии, вдохновленной идеями Л. Д. Троцкого.

Однако на практике дальше создания немногочис ленных и малоработоспособных кружков дело не пошло.

В 1990—1994 гг. наблюдалась определенная стабили зация троцкистских рядов с переменными тенденциями то к росту, то к уменьшению организаций. При этом дисциплина в троцкистских группах падала, наиболее идейно лабильные или наименее дисциплинированные троцкисты переходили в другие организации (иногда нанося значительный ущерб репутации троцкистов, как, например, Илья Романов из Нижнего Новгорода, озна меновавший свой разрыв с троцкизмом составлением издевательского и оскорбительного для троцкистов «Краткого словаря троцкизма»193, ставшего «бестсел- ^ лером» в левацких кругах), распространенным явлени ем стала критика отдельных теоретических положений Троцкого и троцкизма (сначала Комитетом за рабочую демократию и международный социализм (КРДМС), за тем — Социалистическим рабочим союзом (СРС) и «Ра бочей борьбой»), что неизбежно вызвало трения между российскими троцкистскими группами и их «патронами»

из западных международных троцкистских тенденций.

В 1995—1996 гг. прогрессировал паралич деятельно сти троцкистских групп. Не сумев установить устойчи вых связей в рабочей среде, эти группы лишались дове рия и финансовой помощи своих западных «патронов», [ ЧАСТЬ П Е Р В А Я ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | что отрицательно сказалось на выпуске троцкистской печатной продукции.

Неизбежным в этих условиях становилось скаты вание троцкистских групп на путь чисто семинарской работы в узком кругу постоянных активистов. Это име ло бы смысл, если бы российские троцкисты признава ли наличие большого числа нерешенных теоретических вопросов и располагали определенным количеством крупных теоретиков. Однако в отсутствие и того и дру гого даже семинарская работа стала медленно затухать.

В результате к началу 1997 г. активность троцкист ских групп упала в России до минимума, многие струк туры фактически распались (уровень кризиса трудно достоверно определить из-за патологической склонно сти большинства троцкистских групп к конспирации и секретности, доходящей до того, что многие троцкис ты пользуются псевдонимами, хотя всем в левацком сообществе — а уж тем более правоохранительным органам — известны их настоящие имена).

Интернациональная коммунистическая лига (IV Ин тернациональная) («спартакисты») объявила в начале 1997 г. о временном прекращении своей работы на тер ритории России 194. Петербургская группа «Рабочая борьба» во главе с Д. Жвания в конце 1996 г. самолик видировалась и вступила в Национал-большевистскую партию (НБП), причем Д. Жвания был назначен лиде ром НБП Э. Лимоновым главой отделения НБП в Санкт Петербурге 195.

Кризис структур задел также и «новых левых».

Фиолетовый интернационал как неструктурированная организация не мог утратить структур, но, потеряв в численности, изменил образ существования. Если раньше Фиолетовый интернационал представлял собой некое единство (пусть без фиксированного членства), наиболее политизированная часть которого называла себя «Партизанским движением», то к началу 1997 г.

это единство распалось на сложный конгломерат Фио летовый интернационал / «Партизанское движение» / 126 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) «Коммунистический реализм», причем уже далеко не все участники, например «Коммунистического реализ ма» или «Партизанского движения», причисляли себя к Фиолетовому интернационалу.

«Студенческая защита», организованная по стан дартному профсоюзному принципу, к 1997 г. преврати лась в достаточно аморфную организацию, Исполком стал по сути координационно-информационным органом, не способным влиять на политическую линию «Студен ческой защиты» на местах. Профсоюз «Студенческая защита — Москва» и вовсе развалился, подорванный изнутри противоборством двух Российских коммунис тических союзов молодежи — РКСМ П. Былевского, ориентированного на РКРП, и РКСМ И. Малярова, ориентированного на КПРФ. Комсомольцы обеих про тивоборствующих группировок пытались полностью подчинить себе профсоюз «Студенческая защита — Москва», но после того, как это не удалось ни одной из сторон, комсомольцы махнули на студенческий проф союз рукой и сосредоточились исключительно на внут рикомсомольской работе и взаимной борьбе. «Студен ческая защита — Москва» оказалась фактически без руководства. Председатель профсоюза Дмитрий Пет ров от происходящих процессов самоустранился. Ря довые члены профсоюза, сильно сократившись в чис ле (на две трети первоначального состава), вновь вос становили обычные вузовские структуры «большой»

«Студенческой защиты», без выделения в отдельный московский профсоюз.

Общественно-политическое объединение «Рабочий»

(ОПОР) пережило кризис традиционных структур рань ше других леворадикалов — еще в феврале 1992 г., когда ОПОР практически развалился. В мае 1992 г. ОПОР был восстановлен, однако традиционные структуры на местах в полном объеме и с прежним влиянием восста новить ему не удалось. В течение 1992—1996 гг. ОПОР медленно, методом проб и ошибок, пытался изменить свои организационные структуры так, чтобы они отвечали [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: « П Е Р Е - », « П О С Т П Е Р Е -.. И... | задачам, возникшим перед ОПОР в постсоветский пе риод. Фактически в 1992—1996 гг. ОПОР находился в стадии непрерывной реорганизации, что, естествен но, вызывало бесконечные противоречия между члена ми руководства ОПОР и между разными местными орга низациями и в очень серьезной степени препятствова ло успеху проводимой ОПОР работы.

К началу 1997 г. стихийно сложилась такая ситуа ция, при которой, вопреки Уставу ОПОР, руководящий орган в лице Совета представителей полностью исчез, а функции руководства ОПОР стал осуществлять тех нический орган Совета представителей — Исполком из трех человек. Совет представителей оказался нежиз неспособным органом ввиду нараставшей апатии чле нов ОПОР, их географической оторванности друг от друга, ухудшения финансового положения организации и нарастания бюрократизма в Совете представителей.

Активисты ОПОР надеялись, что сосредоточение руко водящих функций в руках Исполкома даст возможность если не вывести ОПОР из состояния стагнации, то хотя бы добиться того, чтобы организация могла быстро и оперативно, избегая длительных бюрократических про цедур, реагировать на происходящие в стране события.

ОБОГАЩЕНИЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ ПАЛИТРЫ Разные направления леворадикалов в СССР/России пребывали в разном положении относительно доступ ности теоретических источников, полноты и целостно сти своей идеологической базы, а следовательно, и иде ологической грамотности как лидеров, так и рядовых членов.

Легче всего было «пролетаристам» из ОПОР. В пер вую очередь они нуждались в классической марксист ской литературе, недостатка в которой не было и доступ к которой не был затруднен. Естественно, будущие ли деры ОПОР (еще во времена существования «Группы про дленного дня» — Союза коммунистов) имели возмож ность основательно проштудировать работы К. Маркса, 128 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Ф. Энгельса, В. И. Ленина. Интересовавшие их теоре тические установки анархо-синдикалистов и «рабочей оппозиции» легко реконструировались по изданиям 20— 30-х гг., находившимся в крупнейших библиотеках в от крытом доступе, взгляды А. Г. Шляпникова элементар но выяснялись из партийной периодики 20-х гг.

Со временем ОПОР вступил в прямой контакт с анар хо-синдикалистами и троцкистами. Таким образом был удовлетворен специфический интерес к троцкистской литературе. Троцкисты и неомарксисты публиковались в изданиях ОПОР1Э6, что дало возможность «пролета ристам» подвергнуть троцкистские доктрины серьезной и подробной критике 197. В 1996 г. стало очевидным, что теоретики ОПОР расширили свой идеологический ба гаж не только за счет предтечи «новых левых» Дьёрдя Лукача, но и за счет «отца немецкого экзистенциализ ма» Мартина Хайдеггера198.

Формально в очень близком к «пролетаристам» по ложении находились и анархисты. Лидеры «Общины», а затем КАС, будучи студентами исторического факуль тета, имели беспрепятственный доступ к анархистской классике. Однако быстро обнаружилась скудость иде ологической базы «Общины» — КАС, во всяком слу чае, на первом этапе существования организации. Тео ретическая работа оказалась возложенной на плечи почти исключительно двух человек — А. Исаева и А. Шубина, причем А. Шубин очень рано сосредоточил ся на истории махновского движения и частных пробле мах теории (федерализм, принцип «делегирования»), а А. Исаев в одиночку, естественно, не мог объять необъятное. Устные и письменные выступления А. Иса ева конца 80-х — самого начала 90-х гг. свидетельству ют о хорошем знакомстве с работами М. А. Бакунина (в основном по публикациям 10—20-х гг.)199 и с отече ственной литературой по Бакунину (включая работы со ветского периода). К П. А. Кропоткину лидеры и идеоло ги «Общины» и КАС относились с почти нескрываемой неприязнью 20°. Дело дошло до того, что в составленной [ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ] У НАС: «ПЕРЕ-», « П О С Т П Е Р Е -.. И... | А. Тарасо»

Петром Рябовым и Игорем Уткиным для агитационно образовательных целей КАС машинописной «популяр ной хрестоматии» «Государственность и анархия» в раз деле «Анархия» тексты П. А. Кропоткина вообще отсут ствовали. Нельзя достоверно сказать, насколько хорошо был изучен П.-Ж. Прудон (впечатление такое, что взгляды Прудона А. Исаевым излагались по книге М. А. Бакунина и Д. Гильома «Анархия по Прудону»;

впро чем, П. Рябов был знаком и с книгой П.-Ж. Прудона «Французская демократия»201). Макс Штирнер, похоже, также был известен в основном по книгам Д. Маккея (Маккая) и М. Курчинского 202 (с добавлением главы «Святой Макс» из «Немецкой идеологии» К. Маркса и Ф. Энгельса).

В целом же теоретическая база «Общины» и ран ней КАС поражала редкой для анархистов узостью.

Лидеры КАС, безусловно, были знакомы с работами Элизе Реклю, Макса Неттлау и Джемса Гильома, но общие представления об анархизме черпали, судя по всему, из книги П. Эльцбахера 203 и советских источни ков, в первую очередь, работ Ю. М. Стеклова 204. За пре делами активного изучения и использования оставался не только, например, первый анархистский классик Вильям Годвин (судя по программной статье лидеров КАС «В поисках социальной гармонии»205), но и бога тый набор идей русских анархистов начала века (анар хистов-кооператоров, анархо-индивидуалистов, анархо синдикалистов, анархистов-федералистов, панархистов, анархистов-биокосмистов и т. д.). Единственным исклю чением был введенный А. Исаевым в активный оборот в пропаганде «Общины» и КАС в 1988—1989 гг. Яков Новомирский20в.

Статья А. Исаева «Второй призыв», посвященная анархистам начала века (с изложением которой он вы ступал и устно 207), поражает в целом нехарактерными для Исаева поспешностью, неполнотой и халтурностью, написана по вторичным источникам и содержит массу ошибок. Достаточно сказать, что не только взгляды 130 | А Л Е К С А Н Д Р ТАРАСОВ [ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ВСЕРЬЕЗ ) Я.-В. К. Махайского (А. Вольского) в статье излагают ся по чужим работам, но и сам Махайский упорно име нуется Махаевым 208.

Недостаточное знание собственно анархистских источников естественным образом принуждало лидеров и идеологов КАС прибегать к «чуждым», то есть неанар хистским источникам. Помимо народников (особенно П. Л. Лаврова), которые изначально пользовались боль шим авторитетом в кругах «Общины», интенсивно при влекались тексты марксистов всех направлений: начи ная с Маркса и Троцкого и кончая лидерами западной социал-демократии Отто Бауэром и Карлом Каутским20Э, а также тексты эсеров, в первую очередь В. М. Чер нова 210.

В «хрестоматии» «Государственность и анархия», по мимо В. М. Чернова, в качестве «теоретика анархиз ма» присутствует Махатма Ганди211, а значительная часть анархистского теоретического наследия просто заменена статьями А. Исаева и А. Шубина, публико вавшимися ранее в «Общине»212. Интересно, что С. Г. Не чаев и П. Н. Ткачев были записаны в «хрестоматии»

в число безусловных врагов анархии, причем «Катехи зис революционера» воспроизводился не по публика ции А. А. Шилова 1924 г., а по работе К. Маркса и Ф. Эн гельса «Альянс социалистической демократии и Между народное товарищество рабочих»213.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 12 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.