авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
-- [ Страница 1 ] --

Воронежский государственный педагогический университет

Д.А. ЛАЛЕТИН

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Учебное пособие

Рекомендовано УМО по специальностям

педагогического образования в качестве учебного пособия для студентов высших

учебных заведений, обучающихся по педагогическим специальностям (ГСЭ.Ф.04 —

культурология) Воронеж ВГПУ 2008 УДК 008(075.8) ББК 71я7 Л20 Рецензенты:

доктор философских наук, зав. кафедрой философии В.П. Фетисов (ВГЛТА);

доктор философских наук, профессор кафедры философии В.Н. Первушина (ВГАСУ)...подход автора к определению культуры не тривиален. В качестве важнейшей особенности культуры подчеркивается ее сложность, что и порождает серьезные проблемы познания культуры. Отсюда следует вывод о неизбежности плюрализма в конструировании дефиниций культуры. Поэтому учебное пособие получилось в методологическом плане «открытым»...

Доктор философских наук, профессор В.Н. Первушина...обоснован тезис о невозможности построения единого универсального определения культуры...

Безусловно полезно в учебном пособии построение модели культуры... М о д е л ь о х в а т ы в а е т в с ё многообразие культуры, увязывая сферы и уровни культуры в логически обоснованной и легко обозримой схеме... Наличие такой схемы выгодно отличает рецензируемое пособие и облегчает студентам освоение курса «Культурология».

Доктор философских наук, профессор В.П. Фетисов Лалетин Д.А.

Л20 Культурология : учебное пособие / Д.А. Лалетин. - Воронеж: ВГПУ, 2008. - 264 с.

ISBN 978-5-88519-353- Учебное пособие соответствует государственному образовательному стандарту преподавания курса «Культурология».

Используется простая модель культуры. Содержит указатель и может быть использовано как справочник.

Предназначено для студентов высших учебных заведений, обучающихся по педагогическим специальностям (ГСЭ.Ф.04 культурология).

Учебное пособие соответствует государственному образовательному стандарту преподавания курса «Культурология». Используется простая модель культуры. Содержит указатель и может быть использовано как справочник.

Предназначено для студентов дневного и заочного отделений, изучающих дисциплину «Культурология».

© Лалетин Д.А.

Предисловие Изучение курса «Культурология» предусмотрено в общекультурном блоке на первой ступени высшего образования.

Учебное пособие, во-первых, даёт общее теоретическое представление о культуре как явлении и процессе общественной жизни. Для понимания и объяснения феномена культуры используется подход, развиваемый Э.А. Орловой, С.Я. Левит, А.Я. Флиером и др. Он позволяет построить определённый (разумеется, не универсальный и не единственно возможный) вариант модели культуры. Однако полученная модель охватывает всё многообразие культуры, увязывая сферы и уровни культуры в логически обоснованной и легко обозримой схеме. Это выгодно отличает применяемый подход и облегчает студентам понимание теоретических концепций.

Основное внимание уделено, во-вторых, рассмотрению конкретных ступеней развития культуры в истории человечества. Любые теоретические знания не имеют значения, если они не связаны с действительностью культуры, если человек не знает реальной культуры в её развитии и живом содержании.

Пособие содержит сведения о конкретных формах социального опыта, базисных ценностях и достижениях культуры в основных культурно-исторических центрах и регионах мира, о достижениях развивающихся там культур, их формах и типах, об особенностях их функционирования и развития. Эти знания позволяют оценивать достижения культуры в историческом контексте их создания.

Отдельный раздел посвящён истории культуры России.

Рекомендуется совместно с данным пособием использовать иллюстрированные учебники и пособия по истории искусств.

РАЗДЕЛ I ЭЛЕМЕНТЫ ТЕОРИИ КУЛЬТУРЫ Глава 1. КУЛЬТУРА КАК ПРЕДМЕТ ПОЗНАНИЯ 1.1. Культурология в системе гуманитарных наук Культурология — формирующаяся в российском обществознании теоретическая дисциплина, называющая своим предметом культуру. Название дисциплины произведено от латинского слова cultura и давно прижившегося в русском языке окончания «...логия» (от греч. logos — слово, понятие, учение) в словах, обозначающих некоторую область знания, научную дисциплину. Специфика культурологии обычно усматривается в её интегративном характере: бытие и деятельность человека и общества здесь трактуются как целостные феномены. Поэтому культурология — междисциплинарная отрасль знания. Она претендует на выявление наиболее общих закономерностей формирования, развития и функционирования культуры, исследует генезис, функционирование и развитие культуры как целого и её составляющих.

Российская культурология является, несомненно, ярко выраженной гуманитарной наукой уже по определению. Её позиционируют как теорию «среднего уровня»: культурология занимает по уровню абстракции и обобщения промежуточное положение между знанием метатеоретическим, метафизическим (таким, как, например, философия) и дисциплинами эмпирического уровня (такими, как большинство исторических наук, этнография, прикладная социология). Таким уровнем, находящимся как бы «между»

уровнями философско-теоретическим и предметным, является, в частности, социальный. Здесь и может делать обобщения культурология. Поэтому именно культурология призвана изучать такие сферы общественного бытия, как политическая культура, правовая культура, художественная культура и т.п. Она же может исследовать механизмы социальной организации, регуляции и коммуникации в обществе и соответствующие социальные институты, их главные характеристики, закономерности возникновения и формирования (А. Я.

Флиер).

Культурология, как отмечается в отечественной литературе, объединяет теоретический и исторический пути изучения культуры. Её определяют, например, как «комплекс наук, изучающих культурное поведение человека и человеческих общностей на разных этапах их исторического существования»1. Культурология близка к социологии, к философии, к философии истории. Культурология использует положения и данные истории, археологии, этнографии, религиоведения, педагогики, этики, эстетики, социальной психологии, искусствознания, языкознания и многих других дисциплин, изучающих различные аспекты бытия человека и общества. Обычно указывается, что культурология возникла на пересечении этих научных дисциплин. Вместе с тем подчёркивается, что культурология — не просто свод знаний о культуре, а основа гуманитаризации сознания, картины мира, мировоззрения.

Западное обществоведение не знает культурологии как отдельной научной дисциплины;

практически всё, что в России сегодня выступает в качестве предмета культурологии, на Западе изучается блоком антропологических дисциплин в составе общественных наук (social sciences), и прежде всего социокультурной антропологией и культурной (культуральной) антропологией (см. ниже).

«Создателями культурологии» многие российские учебники и учебные пособия называют великих философов и гуманистов, таких, как Дж. Вико, И.Г. Гердер, И. Кант, Г.В.Ф. Гегель, В. Дильтей, Г. Риккерт и др.

Иногда даже зачисляют сюда Аристотеля и многих других крупнейших философов.

Однако на самом деле эти выдающиеся мыслители не помышляли о культурологии. Они, исходя из своих философских концепций, исследовали не культуру, а мир в целом, человека и общество. Правильнее называть их не создателями, а, скажем, предшественниками культурологии: они исследовали и применяли многие понятия, работающие в культурологии, в том числе и понятие культуры.

В качестве примера можно привести Гегеля. Г.В.Ф. Гегель (1770-1831) — известный немецкий философ, представитель немецкой классической философии. В ряде учебников и учебных пособий по культурологии утверждается, что он разработал настоящую полную теорию культуры. В частности, в учебнике под редакцией А.А. Радугина соответствующий параграф прямо объявляет всю философию Гегеля теорией культуры.

   Культура: теории и проблемы. / Т.Ф. Кузнецова, В.М. Межуев, И.О. Шайтанов и др. —  М.: Наука, 1995, с. 38.  На самом деле Гегель не пытался исследовать культуру и уж тем более не собирался строить теорию культуры. Гегель объяснял мир и человека. Он использовал термин «культура», но не часто, и не определял его специально. В литературе отмечается, что в философской системе Гегеля культура не названа по имени.

Система Гегеля, предлагаемое ею понимание мира и человека исходит из идеи, что всё бытие мира есть этапы или ступени самореализации мирового духа.

Поскольку очевидное проявление духа — духовность — является неотъемлемой составляющей культуры, сегодня у некоторых российских культурологов появляется возможность и соблазн отождествить развитие духа, которое Гегель рассматривал как сущностное содержание движения в мире, с развитием культуры. Приравнять систему Гегеля к теории культуры тем более соблазнительно, что Гегель постоянно говорил о развитии духа в человеке как об образовании (нем. Bildung). А культура и образование связаны самым тесным образом. Поэтому в многотомном собрании сочинений Гегеля, издание которого на русском языке было начато еще в 30-е годы, во многих местах гегелевское «образование» («Bildung») было переведено как «культура». Это относится, прежде всего, к известному параграфу 187 из «Философии права»: перевод 1934 года использует здесь термин «культура». Везде, где Гегель прямо писал «образованный человек», в русском переводе 1934 года появился «человек культурный» (см.: Гегель Г. Соч. Т. VII. М.-Л.: 1934, с. 215-216, 222).

Соответственно получилось, что речь здесь идет о культуре. Перевод 1990 года восстановил подлинный гегелевский термин «образование». И этот, более современный, перевод ближе к мысли Гегеля, чем предшествующий. Философ имел в виду не культуру в прямом смысле, а процесс совершенствования сознания, образование, формирование «теоретической культуры». Она, по Гегелю, представляет собой «не только многообразие представлений и знаний, но и подвижность и быстроту представления и перехода от одного представления к другому, постижение сложных и всеобщих отношений и т.д. — формирование рассудка вообще, а вместе с тем и языка» (Гегель Г. Философия права. М.: 1990. С. 239). Под «практической культурой» здесь же предлагается понимать потребность и привычку к занятиям вообще (там же). Совершенно очевидно, что Гегель ведет речь именно об образовании, а не о культуре, тем более не о культуре в современном значении этого термина.

Так что объявлять Гегеля создателем теории культуры — значит делать большую натяжку, выдавать желаемое за действительное.

Больше всех на звание «создателя культурологии» мог бы претендовать американский антрополог Л.

Уайт, опубликовавший книги «Наука о культуре» (“The Science of Culture”, N.Y., 1948) и «Эволюция культуры»

(“The Evolution of Culture”, N.Y., 1959)2. При этом ещё в 1871 г. первую главу своей книги «Первобытная культура» Э.Б. Тайлор назвал «Наука о культуре», а вторую — «Развитие культуры».

На Западе это предложение — создать особую науку о культуре — не принято. Культура там изучается в границах антропологии. Именно антропология и является источником культурологии как науки.

В российском обществоведении активное исследование проблем культуры началось в 70-е годы прошлого, ХХ века. Тогда вышли книги Э.С. Маркаряна, В.М. Межуева, Э.В. Соколова, Э. А. Баллера, Л.Н.

Когана и Ю.Р. Вишневского, В.Е. Давидовича и Ю.А. Жданова и других исследователей, активно разрабатывавших проблемы культуры.

1.1.1. Антропология как источник и западная параллель культурологии Антропология (от греч. anthropos — человек и logos) — наука о человеке.

В советской и марксисткой литературе антропология трактуется как биологическая наука о происхождении, эволюции и тенденциях изменения физической организации человека и его рас.

Соответственно включает в себя разделы об антропогенезе, морфологии человека и о расах, т. е. этническую антропологию.

В западной науке антропология — органическая часть общественных наук (social sciences), наука о происхождении, поведении, физическом, социальном и культурном развитии рода человеческого. К ней относят этнологию и этнографию, а также антропологии культурную (культуральную), физическую, социальную, психологическую, философскую. Большое внимание уделяется антропологии прикладной.

Л. Уайт придерживался концепции культурного эволюционизма — направления, основанного в ХХ в.

Гербертом Спенсером, Льюисом Х. Морганом и Эдвардом Тайлором. По Уайту, эволюции культуры способствовало развитие технологии, особенно рост использования энергии на душу населения. Л. Уайт считал своим самым большим вкладом в антропологию свою концепцию культурологии («Наука о культуре», 1948).

  Культурная (культуральная) антропология сегодня считается на Западе главным разделом антропологии. Она изучает человеческую культуру во всех её аспектах. Изучается действительность культуры, то есть локальные культуры различных народов мира. Для этого культурная антропология использует методы, концепции и результаты археологических, этнологических, этнографических, лингвистических, социологических и психологических с р а в н и т е л ь н ы х («компаративистких» или «компаративных») исследований. Объектом исследования в культурной (культуральной) антропологии пока ещё часто являются незападные культуры.

Многие источники отмечают, что корни современной культурной (культуральной) антропологии уходят в век великих географических открытий, когда технологически продвинутые европейские культуры вошли в широкие контакты с различными «традиционными» культурами. Бльшую часть новооткрытых культур европейцы определили как «дикарские» или «примитивные». Этнография и этнология как составляющие антропологии сформировались как раз в ходе описания и изучения этих культур. Считается, что этнография более ориентирована на описание, сбор информации о специфических чертах реальной культуры, а этнология предусматривает и анализ собранного материала, она более теоретична.

В 1859 г. Чарльз Дарвин опубликовал знаменитую работу «Происхождения видов», где объяснил многообразие форм жизни через концепцию эволюции. Эта концепция затем была применена обществоведами для объяснения развития обществ и народов во времени. Подобно тому, как в биологии эволюция объясняла происхождение всего разнообразия жизни, в обществоведении с её помощью выводилось разнообразие культур и языков. Так возник эволюционизм в обществоведении, в том числе эволюционизм культурный. Эволюционизм был популярен в конце ХIХ века и начале XX, обосновывая линейную концепцию истории. Эта концепция считает, что все человеческие сообщества проходят один и тот же путь — от состояния «дикости» к «варварству» и наконец к так называемому «цивилизованному» (то есть западноевропейскому) человеку.

«Дикарские» и «примитивные» культуры при таком подходе выступали как ступени развития культуры, предшествующие культуре европейской.

Затем появилась критика культурного эволюционизма. Указывались важнейшие его недостатки:

— цивилизация, достигнутая посредством последовательного развития от уровня к уровню, порождает этноцентризм и даже расизм, — эволюционизм может только описывать культурные различия, но не объяснять их.

В ХХ в. вместо эволюционизма господствующей методологией культурной антропологии на Западе надолго стали функционализм и структурный функционализм.

Одним из основателей структурно-функционального подхода считается французский социолог Э.

Дюркгейм. Он вслед за Г. Спенсером предложил «организмический» взгляд на общество (холизм), когда функционирование общества уподобляется жизнедеятельности организма, причем общественные структуры аналогичны органам и системам тела.

Методологический подход Дюркгейма приняли английские культурантропологи А. Р. Рэдклифф-Браун и Б. Малиновский, которые отвергли социальный эволюционизм. Рэдклифф-Браун при помощи своего структурно-функционального анализа пытался выяснить, каким образом социальные институты поддерживают единство социальной структуры. Функциональный анализ Б. Малиновского был направлен на поиски способов и путей, которыми культура обеспечивает удовлетворение основных биопсихологических потребностей индивида.

Функционалисты утверждали, что единственно действенный метод анализа социальных явлений — определение функций, выполняемых этими феноменами в обществе. Структуралисты пытались выявить систему или структуру, которая в отдельных культурах составляет основу всего спектра социальных явлений.

Они писали, в частности, что взаимопонимание в обществе основано на системе мифов и символов.

Результаты применения структурных и структурно-функциональных методов позволили в антропологии разработать более плюралистичную, релятивистскую концепцию:

каждая человеческая культура рассматривалась как уникальное явление, возникающее во взаимодействии природной окружающей среды с обществом, в культурных контактах и других процессах общественного бытия.

Культурно-историческая школа возникла на основе функционалистского подхода. Она искала общее между различными культурными образцами (паттернами), чертами и обычаями в пределах отдельной культуры. Основателем культурно-исторической школы антропологии в США считается Ф. Боас. Ф. Боас начинал работу в русле культурной антропологии. Он организовал в Колумбийском университете факультет антропологии и воспитал ряд известных антропологов, среди которых Рут Бенедикт, А. Л. Кребер, Р. Линтон, Р.

Лоуи, М. Мид, Э. Сапир. Их исследования подчеркивали основополагающую роль культуры в формировании человеческого поведения и устанавливали контакты с психологией и лингвистикой.

Рут Бенедикт в 1930-е гг. изучала юго-западные американские индейские группы, что привело к появлению культурной психологии — раздела культурной антропологии. Бенедикт предположила, что культуры в своём развитии накладывают на людей, независимо от факторов окружающей среды, уникальную «психологическую сеть».

В середине ХХ века, в 40-е и 50-е годы, западная антропология испытала сильное влияние психоаналитических теорий. Антропологи начали искать связи между психическим опытом детских переживаний, принявшим форму культурных паттернов, личностью взрослого и культурными обычаями и установками. Американская антропология собрала гигантский объем данных о жизни различных народов по всему миру. Эта информация используется для установления статистически значимых связей между социальной организацией, образом жизни, религиозными верованиями и ритуалами и другими обычаями и традициями. Затем проводится сравнение культур различных народов по выявленным связям. (Этот так называемый компаративный, или сравнительный, метод впервые предложил английский антрополог Э. Б.

Тайлор.) После второй мировой войны объединяющей темой в западной культурной антропологии на некоторое время стал интерес к значениям и символам. В этом направлении работали Э. Лич, В. Тэрнер, М. Дуглас в английской традиции и К. Гиртц и Д. Шнейдер в американской.

Французский антрополог К. Леви-Строс выдвинул гипотезу о влиянии структур сознания на конфигурацию культуры. Эта гипотеза привлекла всеобщее внимание.

Кроме того, в эти десятилетия культурная антропология стала подлинно интернациональной, поскольку в исследования включились антропологи самых разных стран — японские, индийские, нигерийские, мексиканские, бразильские, индонезийские и др.

Направления современных культурно-антропологических исследований весьма разнообразны, они определяются такими процессами, как:

- деколонизация;

- трансформация кочевых в недавнем прошлом племенных народов в земледельцев и в горожан — наёмных работников;

- процессы развития культур и общественной жизни вообще, их вестернизации и модернизации.

Для исследования культурной адаптации к экосистемам, взаимодействия биологии и культуры, возникновения социальной организации в человеческом обществе с учетом новых данных о приматах и т.п. проблем используется (в современных формах) эволюционный подход.

Продолжая традиции Боаса, в США изучаются взаимоотношения языка и культуры.

Это привело к появлению в 1960-е гг. понимающей (когнитивной) антропологии.

С 1980-х гг. культурная антропология становится во всё большей степени прикладной наукой. Она исследует региональные проблемы здравоохранения, образования, защиты природной среды, развития городов. Многие антропологи приглашаются на работу в государственные структуры, исследовательские корпорации, племенные правительства аборигенных американцев. Исследования, как правило, становятся комплексными, возрастает применение количественных методов.

Отсюда — необходимость работы большими командами. Если прежде исследования проводил, как правило, одинокий полевой работник, целыми месяцами живший изолированно в какой-нибудь удаленной деревне, то в современных полевых исследовательских проектах участвует много специалистов, включая консультантов по математической статистике, биологов, различного рода специалистов-обществоведов (социологов, психологов, религиоведов, этнографов, этнологов и т. п.). Члены исследуемых сообществ часто получают определенную пользу от исследовательских проектов. В свою очередь, как отмечают англоязычные источники, практическая направленность антропологических исследований открывает новые направления в обществоведении.

Культурная (культуральная) антропология отличается от этнографии и этнологии тем, что не сосредоточивается на исторических и чисто описательных материалах. В отличие от социологии, культурная антропология делает акцент на понимании общества в его целостности и на изучении активного общества «изнутри», при реальном активном участии антропологов в деятельности этого общества. В западной литературе указывается, что культурную антропологию не следует отождествлять с антропологией социальной, поскольку антропология социальная имеет своим главным предметом функционирование социальных институтов и функциональную интеграцию социальных структур.

Культурная (культуральная) антропология включает в себя разделы:

° Антропология физическая;

° антропологическая лингвистика;

° доисторическая археология, изучающая человеческое прошлое в дописьменную эпоху;

° экология человека, сравнительное изучение адаптации человека к экосистемам;

° антропология политическая, сравнительное исследование политических институтов и процессов;

° антропология экономическая, сравнительное изучение систем производства и обмена;

° антропология структурно-символическая, изучающая, как сознание вносит него порядок в опыт и организует знания, что выражается, в частности, в ритуалах и мифах;

° антропология психологическая;

° антропология юридическая, сравнительное исследование социального контроля и правовых процессов;

° антропология города или урбанистическая антропология (urban anthropology), изучение социальных отношений и образа жизни в городских поселениях;

° антропология прикладная.

По мере надобности появляются все новые разделы культурной антропологии, например, антропология женщин (сравнительное изучение статуса женщин), или медицинская антропология — компаративные исследования здоровья, болезни и медицинского обслуживания.

Антропология физическая — имеет своим предметом изучение взаимодействия и взаимовлияния общества и природной (географической) среды (экология человека, социальная экология), взаимосвязи и взаимозависимости между физическим обликом человека и природной средой, чертами культуры (образа жизни и т. п.) и особенностями природной среды. В западной литературе физическая антропология — одна из четырех составляющих антропологии наряду с этнологией, археологией и лингвистикой.

Первоначально предметом физической антропологии является эволюционное происхождение человека, биология человека, изучение приматов.

Антропология психологическая — исследования общественной психологии, мышления, психических черт типичных социальных групп и личностей, психического опыта (особенно детского) и т. п. в различных социокультурных общностях, в группах, представляющих отдельные культуры и субкультуры для выявления и объяснения сходств и различий, характеристик, культурных образцов.

Антропология прикладная — применение информации, полученной в результате различного рода антропологических исследований, для решения проблем управления, модернизации, снятия возможности конфликтов в том или ином региональном сообществе и т. п. Типичные примеры — организация образования в условиях двуязычия, поддержка сосуществования и сотрудничества групп, представляющих разные культуры (например, традиционные и модернизированные). Известно, в частности, что правительство США включало антропологов (напр., Р. Бенедикт) в состав своих органов для участия в формировании внешней политики по отношению к Японии и обеспечения сотрудничества с японцами во время и после второй мировой войны.

Задачи прикладной культурологии в самом общем виде:

— изучение и формирование принципов и технологий целенаправленного управления культурными процессами (в той мере, насколько это возможно и допустимо), — изучение социокультурных институтов, — изучение теории и методики социокультурных взаимодействий между ними (государственными, частными, любыми организационными структурами), — изучение теории и методики социокультурных взаимодействий между индивидами, малыми группами неформального плана (референтные группы, семья и т. п.) — изучение теории и методики социокультурных взаимодействий между указанными группами и личностями, включая и межличностное взаимодействие. (А.Я. Флиер).

Антропология социальная — имеет своим главным предметом функционирование социальных институтов и функциональную интеграцию социальных структур. Такая концепция формировалась в основном в Англии и Франции в 19-20 вв. В числе её основателей — английский исследователь У. Риверс (W. H. R. Rivers), который опубликовал пионерскую работу по результатам полевого исследования систем детства, брака и происхождения племен среди народностей юга тихоокеанского региона. Это была своего рода сравнительная (компаративная) социология. Другой английский ученый, А. Р. Рэдклифф-Браун, смог синтезировать находки У. Риверса относительно детства и брака и гипотезы Э. Дюркгейма о ритуале. Дальнейшее развитие английской школы социальной антропологии связано с именем Б. Малиновского. Социальная антропология ищет социологические обобщения, анализируя сходство и различия таких социальных институтов, как брак, детство, право, религия, политические и экономические организации. В западной литературе указывается, что социальная антропология отличается от этнографии и этнологии большей теоретичностью, тем, что социальная антропология не ограничивается описанием фактов. В то же время социальная антропология отличается и от социологии тем, что своей главной задачей считает понимание общества как целостности.

В США Ф. Боас и его ученики, как сказано выше, развивали исследования в направлении, называемом культурной (культуральной) антропологией. Во второй половине 20 в. культурная антропология все чаще срасталась с социальной антропологией, развивавшейся в Англии и Франции, так что сегодня многие антропологи на Западе говорят об их синтезе и даже идентичности. Некоторое время велись серьезные дебаты о том, что должно быть главным предметом изучения антропологии — социальные системы или, как в американской традиции, сравнительное изучение культур. В итоге выяснилось, что исследования образа жизни и поведения всегда требуют изучать и одно, и другое. Поэтому сегодня на Западе всё чаще говорят о социокультурной антропологии. Первый в российской литературе учебник называется «Введение в социальную и культурную антропологию» (Орлова Э. А., М., 1994;

см. также Орлова Э.А., 2004).

1.2. Предмет культурологии. Методы исследований в культурологии Бесконечная сложность и многообразие культуры в её действительности предопределяет существенную неоднозначность предмета культурологии (см. ниже «Модель культуры», «Типология культуры»). Поэтому возникают различные версии культурологии: «семиотическая» (Ю. Лотман), «литературоведческая» (С.

Аверинцев), «диалогическая» (В. Библер), «историческая» (Л. Баткин, А. Гуревич) и др. Изучаются самые различные аспекты, явления и процессы культуры.

Однако познание всегда начинается с фиксации и рассмотрения отдельных явлений.

Познание сущности культуры и выявление законов и механизмов функционирования конкретных форм и сторон культуры становится важнейшей задачей теории культуры;

описание процесса изменений целостной культуры как её истории есть цель культурологии при познании действительности культуры. И здесь предмет культурологии практически совпадает с предметом культурной антропологии, социальной антропологии и других антропологических дисциплин. На уровне действительности осуществляется сравнительный анализ («компаративистское исследование») особенностей культуры в различных обществах, становится возможно социально-инженерное использование данных и выводов культурологии, то есть прикладная культурология.

Предмет культурологии можно выделять на основании того, что культура осуществляет регуляцию социальной практики и взаимодействий между людьми. Тогда предметом культурологии на уровне действительности в первом приближении будет «сложный функциональный комплекс средств и механизмов взаимопонимания и взаимосогласования процессов жизнедеятельности людей» (А.Я. Флиер), прежде всего ценностно-нормативные установки и механизмы, регулирующие всякую социальную практику и в особенности взаимодействие и взаимопонимание между людьми. Можно согласиться с утверждением, что культура существует как сеть взаимодействий в обществе, в которой важнейшее значение имеют ценности и смыслы, как непрерывное упорядочение, становление (см., например: Чернявская Ю.В., 2004).

Это также указывает на междисциплинарный характер культурологии как отрасли знания. Предмет культурологии возникает как бы на пересечении предметов социологии культуры и философии истории, философии культуры.

Поэтому культурология использует методы истории, археологии, этнографии, религиоведения, языкознания, истории науки, философии и других дисциплин, изучающих различные аспекты бытия человека и общества. Важную роль при этом играет системный, структурный, системно-структурный и структурно функциональный подходы. Многие культурологические исследования используют методы и подходы семиотики, аксиологии, даже философии. Прикладная культурология находится на стыке фундаментальной культурологии с экономикой, политологией, юриспруденцией, социологией, психологией, педагогикой.

Методы этих наук, включая эксперимент, наблюдение, опросы всех форм, тестирование и т.д., также используются в культурологии для того, чтобы исследовать культурные процессы и разрабатывать проекты целенаправленного воздействия на культурно-ценностные установки людей.

1.3. Термин «культура»

Культура — это прежде всего слово (термин), которое обозначает нечто, постоянно имеющее отношение к каждому человеку и ко всей общественной жизни. Слово, или термин, «культура» происходит от латинского cultura, которое в древнем Риме обозначало возделывание, обрабатывание, уход, воспитание, образование, развитие;

cultura было произведено от colo, colere — взращивать, возделывать землю, заниматься земледелием. Впервые оно встречается у Цицерона.

Лингвисты отмечают, что самостоятельное существительное «культура» в Европе стало употребляться лишь с XVIII века. До этого оно работало только в словосочетаниях, означая совершенствование, улучшение того, с чем сочеталось: «cultura juris» — выработка правил поведения, «cultura linguae» — совершенствование языка и т. д. Это особенно усилило и без того тесную в то время связь между культурой и образованием, которое представляет собой именно совершенствование интеллектуальных, мыслительных, духовных свойств человека. Поэтому в XVII и XVIII веках культура и образование иногда даже рассматривались как синонимы, так что в ряде русских переводов работ Гегеля немецкое “Bildung” (букв. «образование», «формирование») передавалось словом «культура», хотя сам Гегель имел в виду вовсе не культуру, а именно образование — освоение человеком необходимых знаний, формирование человека общественного.

Современное значение термина «культура» весьма многообразно и часто неопределённо. Достаточно напомнить, что под культурой сегодня понимают не только состояние или характеристику общества и человека вообще, но и вполне конкретную совокупность технологий, обычаев, традиций, образ жизни, государственность и т.п. — «культура Древней Руси», «культура античного мира», «Запад» или «западная культура», «Восток» или «культура Востока» и т.п. Именно в этом смысле говорят, например, о многих культурах, о сравнении культур, о диалоге и взаимодействии культур. В этих ситуациях термином «культура»

обозначается реально существующая культура, созданная в определённом ареале. Такую культуру обозначают термином «локальная культура».

1.4. Проблемы определения культуры  Слово «культура» сегодня встречается так часто, что его значение поначалу кажется само собой разумеющимся. Так, это одно из основных понятий, которым достаточно давно и регулярно пользуются историки. О культуре очень часто говорят политики, представители власти. Культура — ключевое понятие всех антропологических дисциплин на Западе, где развиваются такие науки, как антропология, антропология культурная, антропология социальная, антропология социокультурная, антропология города и др.

Однако если попытаться сформулировать ответ на вопрос, что же именно этим словом обозначается («Что такое культура?»), то окажется, что сделать это совсем не просто. Этим словом (термином) обозначаются в обыденной жизни искусство, музеи, библиотеки, кино, театры, религия и множество других самых разных вещей. Мы определяем как «культурное» или «некультурное» поведение людей, применяем такие выражения, как «культура труда», «культура торговли», «культура производства» и т.д. По-видимому, во всём, к чему слово (термин) «культура» присоединяется, есть что-то общее. Именно это «что-то» и позволяет говорить о культуре как о чём-то, что можно представить себе как существующее словно бы самостоятельно, отдельно.

Культурология имеет в виду именно такое, общее значение слова. Каково же оно в настоящее время?

Немецкий мыслитель ХVII века рационалист С. Пуфендорф употреблял термин «культура»

применительно к «человеку искусственному», воспитанному в обществе, в противоположность человеку «естественному», необразованному, или дикарю. При этом Пуфендорф указывал, что дикарь культурой не владеет, а «человек искусственный» — владеет. То есть культуру он увидел и помыслил уже не как некое действие или дополнение, имеющее смысл только в связи с чем-то иным, с определяющим или смыслозадающим объектом: культура впервые предстала как относительно самостоятельный объект, как специфическая вещь, которой можно овладеть. Это был очень важный поворот в осмыслении культуры, который позволил применять понятие культуры гораздо шире.

Так, немецкий же философ-просветитель ХVIII века Гердер с помощью понятия культуры попытался построить философию истории. Гердер называл генезисом человека и культурой процесс приобщения человека к социуму. Через этот процесс должен пройти каждый ребенок, подросток, юноша (девушка), чтобы войти в общество, чтобы знать, как в этом обществе жить, как зарабатывать на жизнь, как вести себя в различных житейских ситуациях. Это означает, указывал Гердер, «усвоение и применение» опыта, традиций через просвещение. Собственно, только в процессе культурного генезиса человек и становится действительно человеком. Гердер тоже иногда отождествлял культуру с просвещением.

Шагами к культуре Гердер называет приручение животных, обработку земли, выращивание растений, управление государством. Он писал, что «история человеческой культуры — это история того, как человеку удалось достичь господства в мире», связывал культуру с образом жизни народа, с воспитанием гуманности.

Культурный генезис человека, писал Гердер, зависит от природных условий, в которых он происходит, а также от труда.

И, как и у Пуфендорфа, в тексте Гердера культура существует (мыслится) как нечто, что можно принести, чего можно лишить.

Благодаря этому сдвигу в понимании, восприятии, осмыслении культуры понятие культуры в Европе в течение ХIХ и особенно ХХ вв. прочно вошло в лексикон социологов, психологов, публицистов, политиков, экономистов, в обыденную речь широких слоев населения.

Сегодня практически все согласны, что культура реализуется через социально наследуемое поведение, имеет небиологическую или надбиологическую природу. Несомненно также, что культура является, существует и познаётся через такие объекты, которые а) созданы людьми, то есть искусственны (их называют «артефакты»), б) признаны или освоены в сообществах, то есть разделяются всеми людьми в сообществе (группе, общине, народе, нации и т.д.), в) так или иначе фиксированы в вещах, в форме символов или как-то по-другому.

В конечном счёте все эти объекты составляют содержание:

— общественной жизни и деятельности людей, организованные совокупности материальных объектов, людей и образов;

— технологий их изготовления и оперирования ими;

— устойчивых связей между людьми и способов их регулирования;

— оценочных критериев, имеющихся в обществе.

Всё это позволяет понимать культуру как созданную самими людьми искусственную среду существования и самореализации, которая в то же время функционирует как источник регулирования социального взаимодействия и поведения (Э.А. Орлова).

На Западе культура, как уже сказано, изучается комплексом антропологических дисциплин. Один из основоположников западной антропологии этнограф, этнолог и антрополог Э. Б. Тайлор (Тэйлор) в 1871 г.

опубликовал книгу «Первобытная культура», классическую работу по антропологии, в которой первая глава называлась «Наука о культуре», вторая — «Развитие культуры». Э. Б. Тайлор предложил понимать культуру как «целостный комплекс, который включает в себя знания, верования, искусство, нравы, право, обычаи и все прочие способности, характерные черты и привычки, усваиваемые человеком как членом общества». Это определение включает в себя важнейшие проявления культуры, доступные непосредственному чувственному восприятию. Наряду с этим Тайлор писал, что «с идеальной точки зрения на культуру можно смотреть как на общее усовершенствование человеческого рода путем высшей организации отдельного человека и целого общества с целью одновременного содействия развитию нравственности, силы и счастья человека».

В одном из недавних определений культура трактуется как определение человека, взятого с точки зрения его всеобщности, как важнейшая сторона воспроизводственной деятельности, общества, человеческой истории. При этом культура выступает как концентрированный, организованный опыт человечества, как основа понимания, осмысления, принятия решения, как рефлексия всякого творчества, наконец, как основа консенсуса, интеграции любого сообщества, как «напряженный поиск человеком самого себя и своего места в мире» (А.С. Ахиезер).

К настоящему времени предложено громадное число вариантов, уточнений и дополнений этого определения. Ещё в 1952 г. американские антропологи А.Л. Кребер и К. Клакхон обнаружили в англоязычной научной литературе 164 варианта дефиниций культуры. Среди них можно найти весьма экзотические.

Существует, например, «энергетическая» дефиниция, которая определяет культуру как «преобразование энергии в человечески-полезную энергию, возможно более экономное использование энергии без расточительства» (В. Оствальд). Й. Хейзинга определил культуру через игру. В американской антропологии обсуждается определение культуры как абстракции от поведения человека.

В бывшем СССР культуру в течение долгого времени определяли как «совокупность материальных и духовных ценностей, созданных человеком». Такое определение до сих пор встречается в некоторых учебниках культурологии (например, в учебнике Д.А. Силичева «Культурология» указывается, что культура — «все достижения человечества, всё созданное человеком»). При таком понимании из понятия культуры фактически выпадает человек;

культура становится похожа на музей или склад, где собраны эти самые ценности, созданные человеком. Так понимаемая культура статична: ведь ценности, будучи однажды созданы, продолжают существовать неизменными;

значит, культура может изменяться только путём простого добавления новых ценностей или уменьшения их числа, то есть только количественно, но не качественно.

Более 70 вариантов определения культуры процитировал в книге «Философия культуры» (СПб., 1996) М. С. Каган. В обществоведческой литературе указывается, что к началу ХХI века число определений (дефиниций) культуры перевалило за пятьсот, и регулярно появляются всё новые дефиниции. Сегодня их более тысячи.

Отмеченное многообразие определений культуры появляется как неизбежное следствие её сложности.

Ведь бесконечно сложный объект сдержит бесконечно большое количество аспектов, сторон, граней и т.п., каждая из которых приобретает особое значение в определённой познавательной ситуации. Познавательная ситуация задаётся научной школой, к которой принадлежит исследователь, его мировоззрением и менталитетом, конкретным социальным и историческим контекстом. В фиксированной познавательной ситуации первостепенную важность приобретает необходимость решить вполне определённую конкретную проблему;

при этом культура исследуется приёмами, используемыми определённой научной школой на данном этапе истории. Тогда и возникают различные определения культуры. Каждое из них выдвигает в качестве важнейшего какой-то аспект или грань культуры, каждое содержит часть истинного знания о культуре.

Поэтому иногда предлагается все или большую часть известных определений культуры объединить, записав через запятые, и рассматривать как одно большое, «развернутое определение»: ведь каждая из предложенных различными исследователями дефиниций схватывает одну из существенных сторон культуры.

Это — тоже слишком простой подход, поскольку тогда получается, что культура определяется через обыкновенное перечисление различных её сторон, аспектов, свойств. Но вследствие бесконечной сложности культуры количество её сторон и аспектов практически бесконечно, к списку всегда необходимо добавлять новые и новые свойства.

По-видимому, выработать единственное абсолютно истинное определение культуры невозможно, поскольку культура является характеристикой (параметром, стороной, «срезом») бесконечно сложного феномена — общества в его взаимодействии с человеком и природой. Именно бесконечная сложность предопределяет и потенциально бесконечное множество познавательных ситуаций, в каждой из которых вновь и вновь возникает необходимость соответствующих определений культуры.

Познавательная ситуация, в которой находятся студенты не философских и не культурологических специальностей, характеризуется необходимостью достаточно просто и логично выделять структурные составляющие культуры, представлять эвристичную модель культуры. С этой точки зрения выгодно отличается от других следующее определение: культура — это «процесс, результат и поле реализации человеческих потенций в текущий период времени» (Орлова Э.А.).

Данное определение акцентирует динамический аспект, процессуальную природу культуры: культура должна рассматриваться именно как процесс. Этот процесс в названном определении имманентен человеку.

Определение культуры через реализацию потенций человека напрямую связывает культуру как процесс с деятельностью: потенции (способности, таланты, задатки...) реализуются только в деятельности, посредством деятельности. Поэтому последнее определение культуры представляется наиболее подходящим для учебных целей, для преподавания культурологии в большинстве вузов, где культурология или философия не являются основными специальностями. Оно и принято в данном учебнике в качестве рабочего.

1.5. Явления культуры. Культурные объекты Познание культуры, как уже указывалось, может начинаться только с изучения и осмысления непосредственно доступных чувственному восприятию или фиксируемых специальными методами явлений (событий, фактов, процессов в обществе, их результатов, продуктов деятельности человека). Явления культуры по определению возникают только как результаты (следы) человеческой деятельности, они не могут появиться в природе, «естественным» путем. Это, в частности, те же знания, верования, искусство, нравы, право, обычаи и все прочие способности, характерные черты и привычки, усвоенные человеком как членом общества;

это язык, символы и коды, идеи, табу, ритуалы, церемонии, социальные институты, орудия, технологии и все связанные с указанными феноменами компоненты. Все это может рассматриваться как объекты культуры («культурные объекты»). Таким образом, культура является познающему субъекту как все имеющие место в конкретно исторических условиях реализации любых человеческих потенций, как гуманных, созидательных, так и разрушительных, антиобщественных, извращенных или неприемлемых с точки зрения актуальной морали.

Поэтому любые проявления человеческой деятельности, имеющие место в конкретном социуме, так или иначе представляют культуру этого социума, вносят свой вклад в его культурное бытие. Если, пусть даже из самых лучших и благородных соображений, произвольно изъять (не включить в состав культуры) некоторые из них, то картина исторически конкретной (локальной) действительной культуры будет неполной, а система взаимодействий между элементами или составными частями, сторонами данной культуры окажется искажённой. Тем более неполным стало бы в таком случае представление о потенциях человека и процессах их реализации в данном историческом времени и месте. Иначе говоря, культура конкретно-исторического общества является даже в преступности, наркомании и прочих вполне одиозных событиях и процессах. В конкретных социальных и познавательных ситуациях они приобретают соответствующий знак — «+» или «-».

Вполне заслуживая ярлыка «антикультура», такие феномены общественной жизни тем не менее остаются явлениями соответствующей культуры как целого. Они, как и прочие, характеризуют состояние культуры своего социума и должны учитываться как неотъемлемые элементы данной культуры.

Оценочные суждения о культуре и её явлениях допустимы и необходимы, но только в рамках вполне определенной познавательной ситуации или общественной проблемы — например, с точки зрения управления общественными делами в конкретном контексте актуальной исторической обстановки. По-видимому, наиболее допустимо оценивать явления культуры только в сугубо количественном плане, выявляя уровень культурного развития или продвинутости культуры в соответствии с конвенциальными (то есть принятыми на основе соглашения, договоренности) показателями (индикаторами). Но вопрос о критериях оценки и в этом случае остаётся открытым. Наиболее очевидны в качестве таких критериев идеалы гуманизма, хотя в определённых условиях на первое место выходят такие критерии, как вероятность выживания (уровень жизнеспособности), возможности модернизации, системность, стабильность и т. п. Такая ситуация имеет место, например, сегодня в России.

При этом системность, стабильность, модернизация в общественном сознании в настоящее время чаще всего связаны с идеалами гуманизма и христианства, подчинены им.

Культурные объекты, все явления культуры в реальном обществе бесконечно многообразны.

1.6. Сущность культуры Понятие культуры выражает, во-первых, саму специфику общества как системы, точно так же, как, например, понятия «жизнь» и «неживая материя», «неживые системы» выражают специфику особых классов систем и способов (форм) их бытия. Поэтому сущность культуры как предельной, фундаментальной категории можно определять, например, через отрицание или исключение: культура есть специфическое содержание общества, не культура — все, что вне общества, то есть в природе. Культура представляет собой, во-вторых, имманентную характеристику или параметр общества.

Специфика культуры и её содержание определяются природой человека, его характерными чертами, потенциями в динамике их осуществления. Это содержание постоянно проявляется во всем, что вовлечено в сферу деятельности человека. Всё, что входит в культуру, при этом рассматривается прежде всего как результат очеловечения, социализации, и представляет интерес именно с этой стороны. Культура — показатель очеловеченности, человечности общества (социума) и всего, что в него входит и что он созидает. Это человечески содержательный аспект и параметр общественного бытия.

С содержанием целей и результатов деятельности человека на сущностном уровне связано понятие «смысл». Все философские справочные издания (энциклопедии, словари) однозначно утверждают, что смысл — это значение, причем понимаемое безусловно в чисто гносеологическом, информационном ключе. В психологии смысл связывается с мотивом и целью действий личности, отражает отношение мотива к цели.

Культура каждому конкретному человеку и даже обществу в целом задаёт смысл его жизни и поступков, и в этом — одна из важнейших сторон её регулирующей, направляющей функции. Например, в средневековой Европе для большинства людей актуальной культурой задавался вполне определенный, религиозно направленный смысл жизни. В бывшем СССР его официальная, государственно насаждаемая культура навязывала всем советским людям в качестве смысла жизни построение коммунистического общества.


Именно соотношение между культурой и смыслом наиболее важно для реального человека в его жизни. Не «смысл создает культуру», а культура задает, предлагает человеку смыслы жизни, действий, отношений, вещей и т.п. в исторически конкретном обществе.

Приводимое в некоторых учебниках понимание культуры как «мира смыслов» весьма специфично, им можно пользоваться только в немногих познавательных ситуациях. Соответствующая концепция культуры опубликована (А. Пелипенко, И. Яковенко);

она очень сложна и не подходит для преподавания на факультетах не философских и не культурологических специальностей. Более того, высказано мнение, что такое понимание сущности культуры фактически подменяет человеческие ценности техницизированными смыслами, обесчеловечивает саму культуру (В.А. Кутырев).

Бесконечная сложность культуры и её носителей предопределяет возможность говорить только о таких определениях (дефинициях), которые соответствуют конкретной познавательной ситуации, насущным целям исследования. Соответственно в данном учебнике изложение основано на вышеприведенном определении сущности культуры (напомним ещё раз):

культура — это «процесс, результат и поле реализации человеческих потенций в текущий период времени вместе с его результатами»

1.7. Существование и действительность культуры Культура как аспект и параметр исторического процесса не существует так же, как, скажем, Вселенная или Земля. Она не может быть гипостазирована как материальная система или как объективно существующий социальный институт, идея, дух и т. п. В аспекте существования культура предстает не как отдельно существующая сфера бытия, а как сквозной параметр или аспект действительного общества (социума).

Осмысленные через сущность, культура и её явления в действительности составляют организованные совокупности материальных объектов;

людей;

идей;

художественных образов;

технологий их изготовления и оперирования ими;

устойчивых связей между людьми и способов их регулирования;

оценочных критериев, имеющихся в обществе (Э. А. Орлова), и т.п. Они могут быть обозначены как культурные объекты. Как отмечает Британская энциклопедия, для каждого общества все эти составляющие в их конкретно-исторической форме образуют его социокультурный комплекс, или культуру данного общества. В советской социологии было предложено синтезировать явления культуры в её действительности с помощью категории «образ жизни».

Культура существует прежде всего как категория, постольку, поскольку существует общество. В этом аспекте культура онтологически представляет собой идеальный конструкт. Он «собирается» как множество феноменов — черт, параметров, характеристик, особенностей, отвлеченных от всех явлений человеческого бытия (материальных вещей, знаний, действий, отношений, эмоций, чувств и т.п.). Культура не есть сами эти вещи, материализованные и опредмеченные результаты человеческих действий, знания, культурные объекты сами по себе. Культура существует посредством этих предметов, объектов, но не может быть непосредственно отождествлена с ними. Культура может быть познана через них, но только потому, что она в них выражена, реализована как одна из сторон, черт этих предметов (вещей, процессов, объектов и т. д.).

Культура обозначает в своих носителях всё, что в них возникло вне природы, «искусственно», как продукт активности человека (артефакт). Культуру даже определяют как «вторую природу», то есть как противоположность природе, как одну из сторон противоречия. Это противоположение — определенный аспект существования общества и человека.

Вместе с тем сегодня очевидно, что отмеченное противоположение относительно, что в иных аспектах (других познавательных ситуациях) культура и природа взаимно обусловливают друг друга. Осознаётся уже и опасность, которая возникла для существования природы вследствие развития индустриальных технологий в хозяйственной культуре, и возможность сохранения природной среды человека только благодаря соответствующему развитию культуры в будущем.

Обозначенные как «культура» аспекты и параметры существования реальных объектов существуют для субъекта прежде всего как понятия культуры.

Существование культурного аспекта созданных человеческой деятельностью систем возможно только как проявление свойств, особенностей, сторон этих систем-артефактов. Оно реализуется в процессе функционирования данных систем, и действительная культура существует именно как процесс. Ход процесса, то есть последовательность сменяющих друг друга, последовательно вытекающих одно из другого состояний социума, общества, его составных частей (вплоть до отдельного человека), предстаёт как функционирование, действие, активность, регуляция, управление.

Понятно, что существование в функциях, действиях и/или отношениях есть реальность особого рода.

Существуя таким образом, через функционирование и взаимодействия общественных систем, групп и личностей, культура не обладает субстанцией в общепринятом смысле. Её «субстанция», во всяком случае, не материальна и уж тем более не вещественна, даже когда речь идет о вещественных культурных объектах.

Культура в её действительности существует как континуум человеческих свойств, характеристик, отношений, потенций, реализованных в своих носителях и существующих лишь вместе с ними через их активность.

Культура является в функционировании общественных систем, культурных объектов, в деятельности.

Разновидностью таких процессов может быть и игра, что обосновал, описал и проанализировал Й. Хейзинга Важным методологическим моментом существования культуры является решение вопроса о соотношении культуры и потребностей. Потребности существуют объективно и являются, вообще говоря, общественной формой того свойства систем вообще, которое выражается в активном реагировании на дефицит чего-либо необходимого для существования системы, на нужду. Ликвидировать нужду в чем-либо жизненно необходимом можно только в процессе взаимодействия со средой, что предопределяет активность системы (в обществе — необходимость деятельности). Отсюда следует наличие глубокой органической связи между культурой и потребностями. Это известно давно, и, в частности, ещё Э. Дюркгейм указывал, что цивилизация ценна лишь постольку, поскольку соответствует определенным потребностям. В этом смысле подход к культуре как к процессу удовлетворения потребностей безусловно оправдан и плодотворен. Такой подход не конкурирует с рассмотрением культуры как процесса и поля реализации человеческих потенций:

одна и та же потребность может быть удовлетворена разными способами, с преимущественным применением разных потенций. Именно поэтому культуру определяют и как способ или форму удовлетворения потребностей. По-видимому, вопрос о связи потребностей с потенциями человека представляет собой самостоятельную проблему, анализ и решение которой тоже необходимы в рамках культурологии.

Вместе с тем культура является одним из средств (форм, способов) удовлетворения главной потребности любой системы, в том числе и общества: потребности в выживании, в существовании, в самосохранении.

Не следует задаваться вопросом, откуда и почему взялась данная потребность, надо принимать её наличие как постулат, как имманентную характеристику нашего мира.

Вместе с тем необходимо уточнить, что применительно к обществу самосохранение обозначает не просто консервацию или простое возобновление не изменяющейся системы, но динамическое самовоспроизводство. Самосохранение общества — это процесс постоянного воспроизводства общества как открытой системы со всеми тенденциями изменения, включая воспроизводство расширенное, то есть тенденции к совершенствованию, к экспансии, к созданию все новых и новых средств самосохранения как постоянного взаимодействия со средой и самосовершенствования. Изначальный, простейший и очевидный смысл «выживание» при этом сохраняется, но как бы уходит в основание, обогащается указанными динамическими аспектами.

Кроме того, самосохранение общества включает в себя сохранение не только материальной основы, носителя или субстрата общественности, но прежде всего самой общественной специфики, её содержания и сути (разума;

социальных отношений;

духовности, особенно гуманистической нравственности;

творческого духа;

всевозможных артефактов, включая «вторую природу», и т. п.), то есть культуры. Конечно, без сохранения биологической основы, выживания в самом узком смысле, общество погибает. Однако и сохранение только одной этой основы при повреждении, а тем более полной утере сферы идеального, духовного, социального тоже равноценно гибели общества или индивида. Становится трагедией и воспринимается как распад личности, разрушение человечности утрата всего лишь некоторых компонентов культуры — например, убеждений, нравственных ценностей, норм. Поэтому для общества самосохранение означает именно динамический гомеостазис, сохранение и развертывание всей структуры и, особенно, динамических характеристик, без которых оно просто перестает существовать, утрачивая свою культуру.

Исследование реально существующего состояния культуры дает возможность ввести понятие «уровень развития культуры». Он будет выражать то условное расстояние, которое уровень сложности, совершенства, гуманизированности бытия исторически определенного общества от какого-либо уровня, условно принимаемого за исходный, опорный — например, от животного мира или от первобытного социума. При этом сама по себе реально существующая культура по определению не несет положительной или отрицательной окраски в нравственном или каком-либо ином аспекте.


Термин «культура» применительно к действительности социального бытия чаще всего обозначает:

— общность, характеризуемую особым набором норм, ценностей и смыслов, такую, как этнос, народ, нация или цивилизация;

— общий уровень развития общества, его просвещенности и рациональности на пути «от дикости к цивилизованности»;

— особую сферу и форму деятельности, связанную с мышлением, занятиями художественной культурой, принятыми нормами поведения, религией, наукой, философией и т. д.;

— общую систему ценностей и представлений той или иной социальной общности, например, классовую культуру (выступающую в обществе обычно как социально-статусная или профессиональная субкультура);

— духовное измерение всякой деятельности, в котором формируются мотивы, принципы, правила, цели и смыслы деятельности. В этом понимании культура — духовный компонент совокупного производства, обеспечивающий поддержание и изменение этого производства и общественных отношений в целом (Ерасов Б.

С.).

Наряду с этим термин «культура» часто обозначает содержание культуры определённого общества (локальной культуры), то есть, как уже сказано, организованные совокупности материальных объектов;

людей;

идей;

художественных образов;

технологий их изготовления и оперирования ими;

устойчивых связей между людьми и способов их регулирования;

оценочных критериев, имеющихся в данном обществе.

1.7.1. О системности культуры Познание культуры как аспекта бытия общества и человека всегда ограничивает принципиально беско нечная сложность, бесконечное многообразие и универсальность как общества в его исторической действи тельности, так и человека. И общество, и человек даже при раздельном рассмотрении бесконечно многообразны в своих потенциях, в их реализации, в деятельности, в сложности внутренних связей и взаимодействий, в дина мичности структур. Когда такие сверхсложные феномены вступают во взаимодействие, их сложности как бы дополняют друг друга, складываются или даже перемножаются. Поэтому, если рассматривать человека и обще ство как единый феномен, неизбежно придется признать его бесконечную сложность.

Очевидна вытекающая отсюда бесконечная сложность культуры. Ансамбль «человек и общество» и, соответственно, культура из-за своей бесконечной сложности, скорее всего, даже и системами не являются — это в лучшем случае континуумы. В качестве систем могут рассматриваться только различные срезы, аспекты данных ансамблей, их фрагменты, выделяемые на каком-либо определенном основании и потому конечные.

Поэтому вся действительная культура в своей целостности не может быть системой.

В природе систем, вообще говоря, нет. Система, по причине деятельной природы субъекта, имеет смысл только в соотнесении с ним. Только субъект может воспринимать и познавать любой объект как систему, произвольно абстрагируясь от «лишних» сторон и свойств. «Полностью системные» объекты всегда создаются в процессе познания или творческого мышления — искусственно, целенаправленно. Иначе говоря, система именно и только субъектом познания (и/или сознательной деятельности) формируется, выделяется или определяется: система целенаправленна, она создает нужный субъекту и познаваемый субъектом эффект. Это в полной мере относится и к артефактам. Поэтому применительно к культуре можно говорить лишь о системе принятых в конкретном подходе понятий культуры, а также о системных свойствах выделяемых при этом в культуре компонентов.

То есть системность культуры возможна, видимо, только применительно к реально познаваемым частям, аспектам («срезам»), бразам культуры. Такие образы и аспекты возникают в ходе реализации того или иного исследовательского подхода как конкретные параметры, как частичное отображение культуры как бесконечно сложного целого.

Существенно важно, что применённый в каждом конкретном случае подход (методология) определяет и неизбежные ограничения, и доступные средства познания.

Ограничения и «упорядочение» бесконечно сложного объекта путем назначения или выделения из целого менее сложных и даже конечных составляющих, то есть выбор подхода к объекту, осуществляются не вполне случайным или произвольным образом. Это делается на основании уже имеющихся знаний и представлений о культуре, человеке и обществе, в зависимости от насущных проблем социального и личного бытия, от личного профессионального и от общественного опыта, а также от мировоззрения, доступных средств познания, источников информации, научной школы и т. п., то есть в зависимости от познавательной ситуации.

Ограниченность браза (картины) культуры, которую задаёт, познавая культуру, та или иная научная школа, определяется используемым при этом исследовательским подходом (философским, социологическим, богословским, психологическим, семиотическим, лингвистическим, литературоведческим и т.п.). Тем же определяется очередность изучения, последовательность познавательных процедур и этапов.

К тому же и само познание, и ещё более фиксация (описание, изложение) познанного, и трансляция информации в рамках избранного подхода (методологии) возможны только последовательно, определенными «порциями» — в соответствии с «ассоциациями», «сферами», «подпространствами», «кластерами», «факторами» и иными моментами. Подход и определяет, как и какие кванты знания выделяются познающим субъектом на стадии осмысления проблемы и постановки задачи. Системный подход позволяет рассматривать каждый получаемый образ культуры как систему. Часто и каждый элемент такой бесконечно сложной культуры может рассматриваться как обладающий свойствами системы — открытой, самоорганизующейся, нелинейной и т. д.

1.7.2. Функции культуры Представление о том, что культура в целом выполняет определённые функции, вообще говоря, не вполне корректно. Культура как целостность слишком сложна и всеобъемлюща, да ещё и системой не является.

Она сопоставима лишь с обществом в целом. Поэтому говорить о функциях культуры в целом, строго говоря, — примерно то же самое, что говорить о функциях Вселенной или о функциях общества, или человеческого организма. К тому же серьёзное рассмотрение функций культуры возможно только при условии, что предварительно определена направленность каждой функции — иначе говоря, по отношению к чему (обществу в целом, общественной группе, инстититуту, личности и т.п.) то или иное влияние рассматривается как функция.

Тем не менее вопрос о функциях культуры, понимаемый как её предназначение, роль в жизни общества и отдельного человека, часто формулируется в учебной литературе. Фактически при этом под «функциями культуры» всегда понимаются функции не культуры в целом, а отдельных её элементов, сфер и т.п., выделяемых в процессе познания культуры. Такие составляющие культуры, как сказано, уже можно представлять как системы. На что или на кого та или иная функция направлена, обычно нигде не упоминается.

Разные авторы представляют «функции культуры» по-разному, так что в учебниках можно обнаружить списки как из 17 функций, так и из всего двух. В большинстве известных перечней, однако, варьируется некоторый набор, восходящий, в сущности, к исходному смыслу термина «культура»: совершенствование, улучшение человека и общества. Любопытно, что при этом как функция культуры часто рассматривается процесс овладения самой культурой — именно это составляет сущность социализации, инкультурации, значительную часть познания («познавательная функция», «информационная функция»), трансляционной и ценностной функций.

Наиболее логичным представляется подход к выявлению функций культуры, реализованный, в частности, в работах А.Я. Флиера (через «обеспечение» тех или иных процессов) и в учебнике под ред. Ю.Н.

Солонина и М.С. Кагана.

Важнейшей функцией культуры при этом выступает очеловечивание жизни человека.

Следующая, вытекающая из первой, функция — аксиологическая.

Называется также функции:

регулирующая, управляющая (саморегуляция, самоуправление, в том числе «запреты» и «ограничения»

З. Фрейда), игровая, интегративная и разграничительная, адаптивная (креативная, преобразующая).

Все другие функции, перечисляемые в различных учебниках (коммуникативная, нормативная, сигнификативная, воспитывающая, сохранения опыта человечества и т.п.), представляют собой, по существу, детализацию и конкретизацию названных выше функций.

1.7.3.  Состав и структура культуры  В составе культурологии сегодня чаще всего выделяют следующие относительно самостоятельные составляющие:

- теория культуры;

- история культуры (мировой и отечественной), оперирует данными частных исторических дисциплин — истории науки, истории искусства, истории религий, техники, семьи и т.п.;

- история культурологических учений;

- культурная (культуральная) антропология;

- социология культуры;

- прикладная культурология (проблемы охраны и реставрации историко-культурного наследия, собственно прикладные вопросы).

Первые четыре элемента могут называться фундаментальной культурологией. В теоретическом компоненте фундаментальной культурологии иногда выделяют ещё психологическую антропологию и культурную семантику.

Структуру как совокупность связей и взаимодействий тогда будут составлять все потоки обмена информацией между всеми элементами состава культуры.

1.7.4. Культура и человек  Культура и человек, человек и культура — одна из центральных проблем теории культуры. Она возникает при познании и описании связи и взаимодействия человека как субъекта и творца культуры с создаваемой им культурой. Это, строго говоря, не одна проблема, а проблемное поле или, что, видимо, точнее, многомерное пространство (континуум) проблем, задач, подходов, аспектов и т. п. Культура и че ловек составляют диалектически противоречивое единство, в котором определяющую роль играет творческая природа человека, потенциально бесконечно сложная и включающая универсальность способностей (потенций). Так же сложна и сама культура. Динамическая целостность континуума «культура и человек»

определяется тем, что человек и создает, воспроизводит культуру, и сам одновременно является её продуктом.

При этом человек посредством культуры осуществляет осмысление, познание самого себя, своего места в мире и предназначения (в мифологии, религии, науке, философии, искусстве, идеологических учениях и т. п.).

Известно громадное количество самых различных концепций общественного устрой ства и развития, подходов к пониманию человека, всевозможных гипотез и «моделей челове ка». Однако все известные сегодня завершенные или продолжающиеся проекты исследования человека, сколько бы они ни претендовали на комплексность, системность и полноту, являются из-за отмеченной сложности объекта познания на самом деле частичны ми, раскрывающими более или менее удовлетворительно лишь некоторые аспекты исследуе мого предмета. То же самое относится и к культуре, и в ещё большей степени — к попыткам исследования культуры и человека в их единстве.

Бесконечная сложность объекта оставляет только один путь познания культуры и человека: в известной степени субъективное ограничение многообразия, наложение определенных исходных допущений и схем на культуру и человека исходя из актуальной познавательной ситуации, из задач, непосредственно стоящих перед субъектом познания. Культурологический подход позволяет назначать и выбирать аспекты исследования на основании различных представлений о человеке, культуре и цивилизации, места и роли этих понятий в системах исторических, философских и других категорий.

Широта и многозначность понятия культуры открывают возможность широко варьировать исследовательские гипотезы и средства познания, избегать односторонности и жесткости оценок. Философские подходы, претендующие на максимальную обобщенность, принимают во внимание только весьма специфические, метафизические и экзистенциальные (мировоззренческие) аспекты проблемы «культура и человек» («человек и культура»). Характерной чертой ряда современных подходов является стремление приблизить логику исследования к алгоритмам, характерным для математики, физики, шире использовать методы «точных» наук. Это — широко известные предложения рассматривать культуру и человека прежде всего как «систему», или как один из аспектов «системы» — структуру или функции, или как функционирование элементов структуры («структурно-функциональный» подход), или как процесс деятельности, или как систему отношений управления, руководства-подчинения («кибернетический» подход), и т. п.

Названные подходы заметно обогатили арсенал культурологов и позволили получить некоторые весьма интересные результаты. Так, М. С. Каган предлагает структурировать проблему «культура и человек», вводя в анализ человека, культуры и взаимодействия между ними ряд новых измерений, членений и подпространств. В частности, отношения между человеком и культурой предложено рассматривать на трех уровнях — практическом, практически-духовном и духовно-теоретическом;

как непосредственное и опосредованное.

Человека М. С. Каган рассматривает также в трех уровнях — общего, особенного и единичного. Кроме того, подход М.С. Кагана требует: а) учитывать особенности генезиса культуры, и прежде всего её внебиологичность;

б) исследовать не только человека и культуру «вообще», а учитывая их принадлежность к исторически конкретным нациям, сословиям, возрасту, месту жительства, профессиональным, демографическим группам, политическим течениям и партиям;

в) различать ориентацию культуры «на себя» и «на других» и т. д.

По-видимому, бесконечная сложность континуума «культура и человек» как объекта познания требует отказа от поисков какого-либо универсального, единственно верного метода или подхода к его познанию.

Можно только избирать различные исследовательские подходы в зависимости от познавательной ситуации, от реальных задач, стоящих перед субъектом познания, иначе говоря, от его действительных насущных потребностей. При этом следует использовать методы и знания всех отраслей знания, любых научных дисциплин, которые могут быть полезны для решения каждой конкретной проблемы. Таким образом, реально следует говорить о ситуационных, системно-междисциплинарных подходах. Именно в реальной жизненной ситуации осознается через проблему потребность, и здесь же могут быть выбраны действенные средства и методы её удовлетворения.

Известны проблемы, существующие в поле «культура и человек», которые остаются актуальными уже много веков. Они постоянно возникают и требуют разрешения в ситуациях внесения порядка и организованности в общество (во взаимодействия людей, социальных групп, сообществ различных уровней — от индивидов и примитивных традиционных родов и нуклеарных семей вплоть до современных наций и этносов), то есть в процессах реального управления общественной жизнью и её регулирования.

В настоящее время исследование проблемы «культура и человек» в нашей стране требуется осуществлять, исходя из реальной ситуации, определяемой актуальным положением России, ходом реформ.

1.7.5. Культура и деятельность Принятое в данном учебнике в качестве рабочего определение сущности культуры («процесс и поле реализации потенций человека вместе с его результатами») напрямую связывает культуру и деятельность: свои потенции (задатки, способности, таланты) человек реализует только посредством деятельности, как субъект деятельности. В самом общем виде деятельность понимается как специфически человеческая форма отношения к окружающему миру, содержание которого составляет целесообразное изменение и преобразование этого мира. Человек, наделенный разумом и волей, живёт действуя, вырабатывая для себя цели и осуществляя их. Высшим уровнем деятельности при этом является творчество.

Однако это не значит, что культура должна пониматься как сама деятельность, отождествляться с деятельностью или одной из её форм, даже с творчеством. Деятельность — это только субстрат культуры, то, с помощью чего и из чего культура появляется и существует. Деятельность — это субстанция истории человечества, но не сама культура.

Деятельность — это носитель культуры, способ и форма реализации культуры. Чтобы понять это, достаточно напомнить, что деятельность человека природна в своей основе, что в неё входят не только действия и поступки одухотворенные и рациональные, но и инстинктивные, направляемые исключительно биологией и физиологией. Эта часть деятельности, жизнедеятельность, у человека реализуется точно так же, как у животных.

Жизнедеятельность человека отличается от жизнедеятельности животных лишь тем, что в обществе к природным условиям и регулятивам жизнедеятельности добавляются внеприродные — общественные, культурные. К тому же деятельность включает в себя и творчество, и простое повторение, репродуцирование.

Более того, культура по отношению к деятельности выступает как феномен более высокого уровня, регулирующий и организующий. Регуляция и организация деятельности со стороны культуры осуществляется через совокупность (систему) норм, традиций, обычаев, ценностей, правил, законов и т.п., которые входят в содержание культуры;

через них культура часто даже определяется (вспомним, например, определение культуры, разработанное Э. Тайлором). Э.С. Маркарян определял культуру как внебиологически выработанный способ человеческой деятельности, то есть опять же не как саму деятельность, а как её способ — «технологию», форму, — иначе говоря, как нечто, регулирующее и определяющее деятельность.

Вместе с тем культура и деятельность связаны неразрывно, не могут существовать друг без друга. Деятельность, не направляемая культурой, перестает отличаться от активности (жизнедеятельности) животных. Даже в обыденной речи с незапамятных времен общеприняты выражения «поступать не по-людски», «будь человеком» и тому подобные, описывающие как раз те ситуации, когда человек действует, нарушая нормы, традиции и иные регулятивы культуры, то есть подобно животному («зверю», «скотине»). И в то же время вне деятельности культура просто не существует.

Результатами деятельности являются и культура, и орудия труда и деятельности вообще, и — в определенном аспекте — смыслы. Наиболее очевидно уже на чувственном уровне различие между результатами материальными и нематериальными, которые часто называют «духовными». Однако следует различать в этих последних продукты духовные и интеллектуальные, рациональные. В самом общем виде интеллектуальные (рациональные) результаты деятельности — это наука, техника, политика, право и т.п., то есть всё, связанное с рассудком, законами материального мира, количественными оценками (расчетами). Одним из наиболее заметных результатов этого типа является технология материального производства и технология деятельности в самом широком смысле слова, понимаемая как алгоритм действий, необходимых для получения определённого желаемого результата.

Именно с прогрессом технологии материального и духовного производства связывается понятие цивилизации (подробнее об этом сказано выше в параграфе 1.7.1 «Культура и цивилизация»). Духовные продукты всегда включают в себя иррациональный компонент, в частности, эмоции, чувства, переживания, но прежде всего всё, связанное с представлениями о мире идеальном, трансцендентном, с душой, «градом божиим». Сюда относится всё, связанное с религией, мистикой, высоким (подлинным) художественным творчеством, а также наиболее важные стороны общения между людьми. Здесь намечаются реальные аспекты относительной противоположности и взаимодействия науки и религии, цивилизации и культуры, расчёта и вдохновения.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.