авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

«И.В. Шутов ВЕХИ ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИИ Санкт-Петербург Издательство Политехнического университета ...»

-- [ Страница 6 ] --

Параллельно, в связи со снижением возрастов главной рубки, с автоматической неизбежностью оказались уменьшенными средние размеры и объемы деревьев на лесосеках, а также и запа сы древесины в расчете на 1 га, что не могло не вызвать увеличе ния площади вырубок. Данный результат был еще усилен произ веденным увеличением и без того завышенных объемов так на зываемых расчетных лесосек. Все это, взятое вместе с ранее уже происшедшим истощением запасов древесины хвойных пород в доступных по экономическим и другим показаниям лесах, уско рило то, что можно назвать «эффектом разрушения». Её главные результаты: ускоренная вырубка экономически доступных для заготовителей древесины наших лучших хвойных лесов;

по следовавшая ликвидация сотен заготавливающих древесину предприятий, которые остались без полноценного сырья, ты сячи людей – без работы, плюс брошенные нижние склады и производственные цеха, разрушенные дороги, мосты, жилые поселки и все то очень многое, что в них ранее было создано и 205    что в условиях постоянно действующих предприятий могло бы явиться надежной базой для долгой и благополучной жиз ни и работы многих поколений негородских людей.

В связи с вышесказанным меня, возможно, спросят: зачем во рошить то, что уже произошло? Отвечаю – затем, чтобы не по вторять и не усугублять былые разрушительные ошибки в самой стратегии «лесной» политики страны, в силу которых наше лес ное хозяйство и лесная промышленность уже оказались – по сравнению с другими странами – в том состоянии, о котором в широко известной сказке А. Толстого о деревянном человечке было сказано так: пациент скорее мертв, чем жив.

4. Целевые хозяйства Сегодня народное хозяйство России функционирует в услови ях не командно-административной, а рыночной экономики с при сущими ей товарно-денежными отношениями между производи телями и потребителями создаваемых благ и оказываемых услуг.

Сказанное уже произошло в лесной промышленности, но не в лесном хозяйстве. В отличие от лесопромышленников, нас, «лесников» в «рынок» правительство просто не впустило и не впускает. Имевшие место в недавнее время попытки вернуться к процедуре реализации своего главного товара в виде выращен ных и отведенных в рубку древостоев на открытых торгах аукционах (при равных условиях и обременениях для всех участ ников торгов) дали тот же мощный положительный результат, что в былом Лесном Департаменте России, а также в СССР в пе риод НЭП’а, а именно: резкое многократное увеличение валового лесного дохода и той его части, которую лесничества расходова ли на свою хозяйственную деятельность (И.

В. Шутов Реформы в управлении лесным хозяйством России. Труды СПбНИИЛХ, 2003, вып. 6(10), с. 108-121). Тем не менее, бывшее тогда при власти правительство М.М. Касьянова, а ныне – те его преемни ки, кто определяет «лесную» политику России, продолжают со хранять в нашей отрасли ее командно-административную органи зацию и крайне убыточный для государства внерыночный меха низм реализации выращенных древостоев в рубку – в виде абсо 206    лютно нелепой и не используемой в других странах бюрократи ческой процедуры передачи находящихся в собственности госу дарства накопленных запасов древесины в безвозвратную аренду ее заготовителям. Предположения о том, почему это имеет место, кто виноват, кто был и остается в этом заинтересованным, в дан ной статье я развивать не буду. Надеюсь, если не сейчас, то по том в этом разберется Счетная Палата. Скажу только о том, что существующая внеэкономическая организация нашего лесного хозяйства, ориентированная не на зарабатывание денег лесовода ми своем трудом, а на всегда недостаточное «кормление» его структур из государственного бюджета, «загоняет», образно го воря, лесной комплекс страны в такое положение, при котором выгоды неких юридических и физических лиц оказываются по ставленными над интересами лесного хозяйства, самой лесной промышленности (как отраслей народного хозяйства) и населе ния России как собственника её лесов.

Так же как раньше в СССР, продолжающая действовать в на шей отрасли постоянно убыточная командно-административная система выполняет роль почвы, на которой в разных структурах власти и бизнеса вырастали и вырастают предложения о сниже нии возрастов главных рубок в имеющихся государственных ле сах. Так, в течение последних 100 лет, возраст главной рубки в высокобонитетных сосняках был уменьшен сначала со 120 до лет, потом со 100 до 80. Все это в автоматическом порядке со провождалось и сопровождается уменьшением среднего диамет ра деревьев в отведенных в рубку древостоях примерно с 32 до и 24 см, при параллельном уменьшении запаса древесины на 1 га, как минимум, на 11 и 26%.

Сегодня некоторые лесопромышленники и даже лесоводы снова говорят и пишут о необходимости в очередной раз умень шить возраст главной рубки древостоев, например, до 60 лет, что, соответственно, будет означать уменьшение среднего диаметра деревьев на лесосеке до 18 см и запаса добываемой древесины на 1 га – на 40-50%. Прямо сказать о содержательной сути такого предложения его авторам, очевидно, как-то неудобно, поэтому преподносится оно в виде идеи по организации в государствен ных лесах так называемых целевых хозяйств (ЦХ).

207    В порядке предуведомления сразу скажу, что речь в данном случае идет не о создании (т. е. о закладке и выращивании) сила ми и за счет средств самих лесопромышленников высокоурожай ных лесосырьевых плантаций для ускоренного получения боль шего количества нужных им сортиментов древесины. Как сказано в действующем Лесном кодексе (статья 42), создание таких план таций есть предпринимательская деятельность, в процессе кото рой их хозяева (собственники или владельцы) сами решают во просы о том, как закладывать плантации, что и в какие сроки и с вложением каких средств надо делать на плантациях, и когда там следует собирать урожаи древесины, выращенные своим трудом и на свои деньги.

В отличие от вышесказанного, авторы идеи о «целевых хозяй ствах» (их еще называют «целевыми лесными хозяйствами») во обще не предусматривают вложение средств предпринимателей в создание и выращивание рукотворных насаждений. Вместо этого речь идет всего лишь о так называемой «организации» ЦХ (т. е.

об их выделении на планах и в натуре) в оставшихся хвойных ещё не достигших разрешенного возраста главной рубки государ ственных лесах, находящихся в собственности всего населения страны.

В числе авторов предложения по организации ЦХ оказались:

М.Д. Гиряев (Теоретические основы организации лесопользова ния в целевых хозяйствах, Лесохозяйственная информация, 2004, №1, с. 20-51. Организация лесопользования в целевых хозяйст вах, «Лесное хозяйство», 2003, № 5, с. 25-29), Д.Д. Чуйко (Интен сификация лесопользования на основе организации и приватиза ции целевых лесных хозяйств. Доклад на ХII Петербургском Ме ждународном лесном форуме, 2010, 16 с.), Ю.А. Ягодников (Лес ной доход: либо тупик, либо новый подход. «Лесная газета», 2010, № 68). Высказывания названных и других авторов о том, что такое ЦХ и почему их надо внедрять в жизнь, во многом сов падают. Это позволяет говорить о данной идее в ее целостном виде, выделив следующую содержательную суть.

1) При чтении вышеназванных публикаций трудно не прийти к выводу о том, что их авторы воспринимают государственное лесное хозяйство России не в русле исторических целей 200 208    летнего Лесного Департамента России, четко определенных (по сути, завещанных нам!) еще в первом Лесном Уставе России, принятом в 1802 г. В числе таких целей и вытекающих задач бы ли: сохранение, умножение и улучшение находившихся в собст венности государства лесов;

лесовыращивание (в широком смыс ле этого слова);

организация постоянного и, главное, неистощи тельного отпуска древостоев в рубку как главного товара нашей отрасли;

формирование в результате продажи древостоев на кор ню (а также за счет иных источников) полновесного лесного до хода казны. Последнее из названных требований обязывало Лес ной Департамент и его структуры стремиться к тому, чтобы вы ращивать на соответствующих территориях и предлагать покупа телям такие древостои, которые пользовались бы наибольшим спросом и, соответственно, ценились бы на внутреннем и внеш нем рынках как более дорогой товар.

Ничего похожего в опубликованных предложениях об органи зации ЦХ просто нет. Нет и самого лесного хозяйства как само стоятельной товаропроизводящей отрасли народного хозяйства, способной и обязанной решать свой уникальный перечень эколо гических и экономических задач. Нет, замечу, даже упоминания о том, что еще недавно наше государственное лесное хозяйство было не только самоокупаемым, но еще приносило стране лесной доход, величина которого находилась на уровне стоимости всего золота, добываемого приисках России. Нет, повторяю, и намека на то, что в итоге осуществляемых в лесном хозяйстве реформ оно могло бы (должно!) быть возрождено как высокодоходная отрасль народного хозяйства России.

Вместо всего этого есть: представление о лесном хозяйстве не как о старшем деловом партнере лесной промышленности в сфе ре лесных экономических отношений, обязанном решать свои порученные ему государством стратегические задачи, а всего лишь как о лесных специалистах в административных структу рах, существующих ради обеспечения заготовителей древесины именно тем сырьем, которое соответствует сегодня их ситуатив ным запросам. И все это, замечу, почему-то должно происходить за счет государства, т. е. всех его налогоплательщиков!

209    2) Авторы предложения об организации ЦХ утверждают, что в лесном хозяйстве России (сегодня и в нашем прошлом) якобы не было должной дифференциации целей в сфере производства дре весины как сырья и что реализация идеи ЦХ будет способство вать такой дифференциации.

Сказанное, должен заметить, не соответствует действительно сти. На самом деле, при устройстве лесов в наших лесничествах всегда выделяли – в соответствии с целями лесовыращивания на конкретных участках и территориях – разные хозяйства, о чем рассказано в книгах М.М. Орлова, А.Ф. Рудзкого и других лесо водов. Так, в учебнике М.К. Турского («Лесоводство» (1929, 503 с.) в числе организуемых хозяйств названы: высокостволь ное, низкоствольное, среднее (это при выращивании двухъярус ных древостоев – с короткими оборотами рубки деревьев нижне го яруса и увеличенными в 2-3 раза оборотами рубки самых цен ных деревьев-«маяков» в верхнем ярусе), безвершинное (оно же кобловое – со сверхкороткими оборотами рубки) и др.

При прочих равных условиях, при организации тех или иных хозяйств и назначении там системы хозяйственных акций глав ное внимание обращали на величину возможной выгоды. Тако вая, как понятно, может быть больше там, где на соответствую щих почвах выращивают такие древостои, реализация которых в рубку приносит бльший доход собственнику и владельцам ле сов.

Поскольку крупная деловая древесина – как раньше, так и те перь – стит на внутреннем и внешнем рынках в 2-3 раза дороже, чем мелкотоварная или дровяная, вполне естественно, что наши лесоустроители организовывали, где это возможно по объектив ным причинам, в первую очередь хозяйства, ориентированные на получение в имеющихся лесах именно наиболее ценных сорти ментов древесины. Те, кто сегодня проповедуют – под флагом организации ЦЛ – прямо противоположное, очевидно, не пони мают (или понимают?), что реализация их предложений на прак тике не может не нанести мощный и долговременный экономиче ский ущерб государству как собственнику лесов и его лесному хозяйству.

210    3) Отмечая необходимость более глубокой дифференциации целей лесовыращивания, авторы предложений по организации ЦХ на деле предлагают нечто прямо противоположное. В частно сти, содержание их публикаций уверенно говорит о наличии у них всего лишь одной цели, а именно: получения хвойной древе сины в виде балансов. И получать их они хотят не в своих собст венных, а в принадлежащих государству лесах самым малоза тратным способом, а именно: путем сплошной рубки доступных по экономическим показаниям древостоев, осуществляемой еще до того как они войдут в тот возраст, при котором такие рубки сегодня разрешены.

4) В соответствии с вышесказанным, в ЦХ предлагается про водить главные рубки древостоев по достижении ими количест венной спелости, имеющей место быть в сосняках и ельниках I III кл. бонитета в возрасте 45-65 лет (М.Д. Гиряев, 2004, с. 20).

О том, что есть «количественная спелость древостоев» знают, я уверен, все лесоводы. Но не все, возможно, помнят о том, что такое «хозяйственная спелость», поскольку данный показатель в СССР не использовали и упорно не хотят использовать в РФ. По этому напомню: хозяйственная спелость – это тот возраст древо стоя, при котором его реализация в рубку позволяет лесничему получить максимальный доход. Обусловленные разными разме рами деревьев, неодинаковыми запасами древесины на 1 га и раз ным качеством древесины, различия в цене хвойных древостоев при их реализации в рубку в пору количественной спелости и в более позднем возрасте хозяйственной спелости могут достигать двукратной и даже трехкратной величины. Сказанное позволяет представить себе масштаб гигантских экономических потерь го сударства (как собственника лесов) и его лесного хозяйства в ре зультате снижения возраста сплошных рубок.

П р и м е ч а н и е. В отличие от вышесказанного, на коммерческих ле сосырьевых плантациях, изначально создаваемых на деньги предпринимателей для получения древесной массы, съём урожая в возрасте количественной спело сти насаждения не только возможен, но и выгоден для них, поскольку возрасты хозяйственной и количественной спелости здесь совпадают. Однако должен за метить, что и на лесосырьевых плантациях возможны иные решения. Например, в Новой Зеландии собственники лесных ферм считают для себя выгодным вы ращивание плантаций сосны замечательной в таком временном режиме, при ко 211    тором из нижней части ствола получают более дорогое пиловочное бревно, а из верхней – более дешевые балансы.

В отличие от частновладельческих лесосырьевых плантаций, в сохранение и выращивание (в широком смысле слова) имеющих ся лесов России именно государство уже вложило и продолжает вкладывать свои (общенародные!) средства. Соответственно как собственник оно вправе рассчитывать на то, что производимые вложения принесут ему высокий доход и максимально возмож ную прибыль. Понятно, что то и другое может быть получено, если заключительные рубки будут проводиться в возрасте хозяй ственной спелости, наступающей на много лет позже количест венной.

5) Авторы идеи о ЦХ не предлагают организовать их в мало ценных древостоях, например, в низкотоварных осинниках и бе резняках, о количестве которых во вторичных лесах России сего дня можно сказать, как о рукотворном море. Предлагают же ав торы идеи совсем другое, а именно: организовать ЦХ обязательно в оставшихся сосняках и ельниках разного возраста (кроме спе лых и приспевающих), в древостоях I-III и даже IV классов бони тета, т. е., по существу, везде, где в получении балансов хвойных пород заинтересованы наши, можно деликатно сказать, весьма старовозрастные ЦБК. Почему ставка делается в расчете не на завтра, а на позавчера, и к этому «позавчера» «привязывают» на ше лесное хозяйство, в котором невозможно одномоментно из менить цели лесовыращивания? В пояснение заданного вопроса скажу о том, что около 15 лет тому назад я своими глазами видел на Северо-Западе Канады специально построенный завод, кото рый из гнилой осины изготавливал и поставлял заказчикам уве систые блоки белой, как чистый снег, целлюлозы. Это не был за вод-гигант вроде наших ЦБК с городами обслуживающих людей.

Это было небольшое в значительной степени автоматизирован ное предприятие, на котором работало, по моим прикидкам, не более 150-200 человек, считая тех, которые рубили в окрестных лесах ту самую осину и вывозили ее в виде «хлыстов» с необруб ленными сучьями прямо на завод. А далее – самое интересное:

как я узнал, завод был ориентирован на использование такого сырья по причине элементарной выгоды, поскольку корневые це ны на древесину хвойных пород были более чем в 10 раз выше, 212    чем на осину. В связи с вышесказанным не могу не задать вопрос тем, кто сегодня определяет нашу «лесную» политику: почему в стране не используются аналогичные экономические рычаги, при помощи которых можно: а) ослабить «наезды» своих и иных предпринимателей на оставшиеся хвойные леса, выращивание которых позволяет получать не только балансы, но еще значи тельно более дорогую товарную продукцию;

б) создать условия, при которых нашим предпринимателям станет выгодно иметь многие подобные заводы для «глубокой» переработки именно малоценной древесины?

6) В своих публикациях М.Д. Гиряев (2004 г.) и Д.Д. Чуйко (2010 г.) уверенно говорят о предстоящих выгодах в случае орга низации ЦХ. Это действительно может быть так, если иметь в виду в качестве выгодополучателей ныне действующие ЦБК, а не государственное лесное хозяйство, обязанное формировать пол новесный лесной доход страны. Поэтому в нашей отрасли эконо мическая выгода от организации ЦХ будет примерно такой же, какой она может быть у животноводов, если их в административ ном порядке заставить продавать (передавать или сдавать в без возвратную аренду) мясокомбинатам не упитанных коров, а то щих телят, выращивание которых в своем хозяйстве могло бы приносить животноводам не только достойный доход, но и высо кую прибыль. О том, в каком положении в данной ситуации вскоре окажутся мясокомбинаты, – догадаться нетрудно. Обяза тельно то же случится и с ЦБК, поскольку обещанный им букет выгод в результате снижения возрастов рубки хвойных древосто ев будет иметь кратковременный характер. Более того, нетрудно предсказать, что вслед за «скорыми выгодами», полученными в результате увеличенного потока поступающего хвойного сырья, неизбежно последует его быстрое «обмеление», вызванное уве личением площади лесосек и ускоренным истощением экономи чески доступных хвойных древостоев. Все это не может не вы звать развития событий по известным сценариям в виде банкрот ства, безработицы и дорогостоящего перепрофилирования пред приятий с расчетом на использование иного сырья и выпуск дру гой продукции.

213    7) При организации в лесничествах тех или иных хозяйств наши лесоустроители в первую очередь решали и должны впредь решать задачу о том, что и как надо делать, чтобы обеспечить ус пешное возобновление вырубаемых древостоев. Авторы идеи ор ганизации ЦХ не обошли молчанием этот вопрос, но раскрыли его на уровне известной истории о синице, которая оповестила зверей о своем намерении поджечь море.

Достичь желаемой цели, в том числе в «жестких» лесорасти тельных условиях тайги, в ЦХ предполагается в результате во зобновления древостоев на вырубках естественным путем и в ре зультате создания культур. Это, как понятно, в общем, но при почти полном умолчании о «ключевых» деталях, в том числе:

о наличии (или отсутствии) связи между известными (или неизвестными) данными о минимальном возрасте возобнови тельной спелости имеющихся в таежных лесах сосняков и ельни ков и задаваемыми в ЦХ короткими оборотами рубок;

о том, как хозяева ЦХ будут преодолевать некороткие паузы между урожайными годами шишек в таежных сосняках и ельни ках и как «связать» эти паузы с продолжительностью оборотов рубки;

в какие сроки, при каком установленном эффекте и какие именно меры содействия появлению самосева ели и сосны надо будет проводить в ЦХ;

как, по каким технологическим схемам закладывать культу ры, а главное – откуда взять семена (точнее – много местных или районированных семян) для выращивания полноценного поса дочного материала, пригодного для использования в данных ус ловиях. О том, насколько это важно, можно судить на примере Карелии. В недавнее время на ее обширных вырубках закладыва ли многие тысячи гектаров культур сосны. Из-за постоянной не хватки местных семян их завозили «со стороны», как правило, из более «теплых» регионов. Эта мера способствовала всего лишь формальному выполнению планов. Почему? Потому что создан ные из таких семян культуры уже через несколько лет обычно погибали по причине заболевания снежным шютте. Итоговый ре зультат: впустую затраченный труд, деньги и неизбежное зара 214    щение «закультивированных» площадей тем, что появилось там само по себе.

8) В опубликованных предложениях об организации ЦХ от сутствует информация о том, кто должен платить за воссоздание и выращивание древостоев на месте вырубленных. Такое умол чание можно рассматривать как предположение о том, что все это будет происходить за счет всех налогоплательщиков России, т. е.

за счет государства, которое, таким образом, должно будет пла тить (как собственник лесов!) по чужим счетам дважды. Первый раз – взяв на себя убытки, вызванные низкой ценой мелкотовар ной древесины в вырубаемых древостоях по причине снижения возраста сплошной рубки, а второй раз – за-ради того, чтобы обеспечить функционирование данной убыточной для государст ва системы ЦХ. И все это, замечу, предполагают делать при уже имеющей место массовой передаче лесов заготовителям древеси ны в алогичную аренду (а именно: в убыточную и безвозврат ную), поскольку, как понятно даже ежу, то, что вырублено и про дано, физически нельзя вернуть арендодателю. Все вышесказан ное не может не закрепить ситуацию, при которой: а) продолжит ся падение товарной ценности экономически доступных для хо зяйственной деятельности лесов и б) государство (все его граж дане) впредь не будут получать свой законный и полновесный лесной доход, размер которого был, повторю, сопоставим в на шем прошлом с ценностью золота, добываемого на всех приисках России.

9) Особо заслуживает рассмотрения высказанная в статье М.Д. Гиряева (2004 г., с. 25) мысль о том, что разработка проект ной документации для организации ЦХ должна выполняться не государственными лесоустроительными предприятиями, а неки ми проектными организациями, работающими по заказам акцио нерных компаний, например, тех же ЦБК. О том, на каком месте в таких проектах окажутся долгосрочные интересы государства как собственника лесов – догадаться нетрудно.

По данному поводу нельзя не задаться вопросом: почему в яв ном пренебрежении оказались интересы именно государства? Их защита в предложениях М.Д. Гиряева оказалась «опущенной» на уровень «лесоводственно-экономической экспертизы» в субъек 215    тах Федерации. О результатах таких экспертиз заранее могу ска зать, что они обязательно будут положительными, хотя, возмож но, и с замечаниями. Почему? Отвечаю:

а) потому что уже в сметах проектов, как правило, предусмат риваются деньги для оплаты экспертов и они, естественно, заин тересованы в том, чтобы в следующий раз проектанты обрати лись именно к ним;

б) потому что в административных «лесных» структурах большинства субъектов Федерации сегодня правят бал не лесово ды, а лесопромышленники, защищающие собственные коммерче ские интересы.

Можно ли вести лесное хозяйство в государственных лесах таким образом, чтобы интересы собственника лесов (т. е. всего населения страны) были не на задворках, а на первом месте? От вечаю однозначно: да. И это – не фантазия, а реальность, которая воплощалась в жизнь в казенных лесах нашего бывшего Лесного Департамента. Для этого в числе его структур было задействова но лучшее в мире классическое лесоустройство. Его создателями, напомню, были профессионалы высочайшего уровня, с четко вы раженной гражданской позицией государственников, т. е. людей, посвятивших себя служению именно своей стране и государству, а не кому-то еще.

Независимое от предпринимателей и других юридических лиц, российской лесоустройство было «государевым оком», ко торое не только объективно фиксировало то, что имело место в лесах на конкретных площадях, и оценивало результаты пред шествующей хозяйственной деятельности лесничих, но еще раз рабатывало долгосрочные планы именно такой – глубоко диффе ренцированной по территориям – хозяйственной деятельности в лесах, которая в данных конкретных условиях в наибольшей сте пени отвечала бы интересам государства.

Прочитав вышесказанное, мои коллеги, возможно, скажут, что я не объективен в своих оценках отечественного лесоустройства и что в работе наших лесоустроителей присутствовало также то, что обязательно надо было исправлять. С такими соображениями не могу не согласиться. Вместе с тем, я должен – в порядке обос нования своей позиции – заметить, что в наши дни, озабоченные 216    поисками путей восстановления и развития государственного лесного хозяйства России, мы непременно должны опираться на уже накопленный многолетний опыт работы Лесного Департа мента и его лесоустроителей. И главную ценность накопленного опыта былого лесоустройства я вижу не в тех или иных негатив ных частностях, а в задействованных принципах и достигнутых результатах государственного масштаба. Это – то главное, без знания которого мы оказываемся в положении людей без истори ческого прошлого, отсутствие которого нельзя компенсировать наличием современных точных приборов и инструментов.

Сегодня наши лесоустроители оказались в положении «рас сеяния». По причине кем-то задуманного прекращения финанси рования государственного лесоустройства из государственного бюджета (хотелось бы знать, кто именно подписал соответст вующие документы), его специалисты теперь вынуждены зараба тывать деньги на жизнь работой у других заказчиков, т. е. такой, при выполнении которой об общегосударственных интересах обычно уже не вспоминают.

Почему вместо давно ожидаемых созидательных реформ ле соустройства государство обошлось с ним, образно говоря, как со своей теплой и нужной шубой – просто бросило в печь, чтобы избавиться от блох? И еще: в какой мере это событие (т. е. «уп разднение» лесоустройства) связано с проповедуемой идеей оче редного снижения возраста сплошных рубок в оставшихся хвой ных древостоях под флагом организации там заведомо глубоко убыточных для государства ЦХ?

5. Рубки «антиухода»

В данном случае речь идет о проходных рубках.

В отличие от других приемов рубок ухода, при проходных рубках из древостоев, еще не достигших возраста спелости, из влекаются деревья, имеющие очевидную товарную и коммерче скую ценность. Данное обстоятельство широко известно. Оче видно поэтому те, кто сегодня в своих регионах озадачен дефи цитом древесины, говорят о его восполнении за счет рубок ухода и даже ссылаются на пример соседей России, получающих в сво 217    их лесах в процессе их выращивания примерно такой же величи ны урожай древесины, как при заключительной сплошной рубке.

К сожалению, те, кто возлагают такую надежду на рубки ухо да, видимо, не знают, что для достижения названной цели нужна не разовая акция, а просчитанная система обязательно повторяе мых разреживаний древостоев в течение всего цикла их выращи вания. Наши соседи так и делают. Мы об этом тоже знаем. Одна ко на практике поступаем иначе, а именно: при совершенно ми зерных площадях с уходом за лесом на этапах от осветлений до прореживаний, сразу начинаем с проходных рубок в густых и очень густых древостоях, в которых, подчеркну еще раз, преды дущие приемы рубок ухода не проводились. Более того, еще вы сказываются требования (и они реализуются на практике) о необ ходимости увеличения интенсивности таких рубок (т. е. об их превращении в «проездные»), что обосновывают необходимо стью увеличения рентабельности работы заготовителей древеси ны.

К чему такой «уход» за лесом может привести и уже приводит на практике? Отвечаю:

как правило, к ухудшению санитарного состояния древо стоев, вызванному резкими изменениями самих условий роста оставленных деревьев, травмированием многих из них, что в свою очередь ведет к распространению корневых и стволовых гнилей, а также опасных видов короедов;

к невосполнимому снижению качества, объема и цены конечного урожая древесины, получаемого при заключительной сплошной рубке.

В целом о вышеизложенном варианте «рубок ухода» за лесом я могу сказать так: он не ослабит дефицит древесины, но усугубит его.

6. Приватизация лесов В упомянутой выше работе Д.Д. Чуйко (2010 г., с. 10-16) при водятся доводы «за» и «против» приватизации лесов в ЦХ. Тех и других много. Но больше «за». При всем том, все они имеют предположительный характер, т. е. не проверены в эксперимен тах и не опираются на предшествующий исторический опыт.

218    Принимать такой «взгляд и нечто» в качестве фундамента ре формы общероссийского масштаба было бы, по меньшей мере, легкомысленно.

Со своей стороны, я коснусь только двух из приведенных до водов из числа «за» приватизацию лесов в ЦХ.

1) Это утверждение о том, что приватизация ЦХ не противо речит действующей Конституции РФ. По данному поводу замечу, что наша Конституция была принята Всенародным голосованием 12.XII. 1993 г. Соответственно в ней, по очевидной причине, во обще нет упоминания о том, что недавно стали называть ЦХ и (или) ЦЛХ.

2) Это некорректная ссылка на пример Финляндии, в которой большая часть ее лесов находится в собственности не государст ва, а его граждан и иных юридических лиц. Этот факт верен, но он не имеет отношения к ЦХ. Таковых там просто нет. Более то го, я уверен, что если бы зависимое от голосов своих избирателей правительство Финляндии решило заставить сотни тысяч своих граждан выращивать в их лесах дешевые балансы для ЦБК, а не то, что они полагают выгодным и нужным, то такое правительст во, скорее всего, не дожило бы там уже «до понедельника».

Наступающий, а во многих регионах уже наступивший дефи цит ценной и экономически доступной древесины хвойных пород стимулировал у лесопромышленников и некоторых лесоводов интерес к проблеме приватизации (денационализации) лесов. У тех, кто мало знаком с историей лесного хозяйства России и дру гих стран, этот интерес «подогревается» надеждой на приватиза цию как на отмычку, при помощи которой (т. е. всего лишь в ре зультате одного принятого закона) можно будет всем, кто захо чет, заняться в лесах выгодной предпринимательской деятельно стью. И все это при как бы нулевой ответственности перед госу дарством за состояние своих собственных лесов, которые, к тому же, можно еще с выгодой продать или заложить в банке.

Кроме вышеназванных, были и есть другие доводы в пользу приватизации лесов. Это имевшиеся в нашем прошлом примеры успешного ведения высокоинтенсивного лесного хозяйства неко торыми помещиками на собственной земле. О таких достойных людях и полученных ими выдающихся результатах во всем том, 219    что мы называем лесовыращиванием, люди помнят даже теперь, т. е. по прошествии ста и более лет. Вместе с тем, нужно со всей определенностью сказать о том, что такие результаты получали в случаях, когда имело место сочетание ряда объективных и субъ ективных условий, и что это были именно случаи, а не общее правило. Чтобы судить о таком «общем», надо принимать в рас чет изменяющиеся во времени величины, как минимум, трех главных показателей: лесистости территорий, площади лесов разных видов собственности, а также основных характеристик таких лесов.

Когда-нибудь, я уверен, мы сможем прочесть книги о про шлом, настоящем и прогнозируемом будущем лесов разных ви дов собственности. Чтобы должным образом раскрыть эту тему, потребуется труд многих исследователей. Но все это, как понят но, произойдет потом. А сегодня, в данной статье, я позволю себе привести лишь самую краткую информацию о судьбе частновла дельческих лесов во Франции, России и Финляндии.

О судьбе таких и иных лесов во Франции рассказал Я. Вейнберг (книга «Лес. Значение его в природе. Меры к его со хранению». 1884 г., М., 563 с.). В этой стране издавна были леса разных видов собственности и все они – по закону (Ordonance 1669 г.) – подлежали надзору со стороны центральной власти.

Как пишет Я. Вейнберг, «страшное, почти безумное уничтожение казенных, общинных и частновладельческих лесов» произошло в результате революции 1791-1792 гг. и последующей реставрации былых политических структур. Названный Ordonance изначально был отменен. Частные леса были совершенно «освобождены» от правительственного надзора. Вместе с тем, началась и в широких масштабах происходила распродажа казенных лесов ценою в не сколько миллиардов франков частным лицам и их массовая вы рубка. Чтобы противодействовать указанному, в 1803 г. (при На полеоне) правительство объявило о запрете для всех хотя бы «коснуться какого бы то ни было участка леса без разрешения власти в течение 25 лет». Но уже в 1827 г. был принят закон пря мо противоположного толка. В соответствии с ним собственники лесов получили право вырубать их любыми способами, не ис прашивая ничьего разрешения, и даже просто превращать в пус 220    тыри. Правда, в том же законе были названы ограничения на вы рубку находящихся в частной собственности водоохранных и за щитных лесов. Однако заметного влияния на истребление лесов такие декларированные ограничения не оказали. Все это, вместе взятое, привело к резкому сокращению площади лесов и самого показателя лесистости. Так, в 1750 г. леса занимали 25% всей площади Франции, а в 1804 г. – только 10%. При всем этом имело место следующее крайне важное для оценки обсуждаемого вопроса обстоятельство, а именно: в период с 1791 по 1851 гг. во Франции частновладельческих и общинных лесов было ис треблено в 3,6 раза больше, чем казенных. В данном факте нельзя не увидеть ту самую лакмусовую бумагу, при помощи ко торой легко отличить «кислое от пресного».

То, о чём сказано выше, вызвало во Франции мощное развитие водной эрозии не только на лесных, но и на сельскохозяйствен ных землях, что резко ухудшило условия жизни многих тысяч людей. Чтобы исправить данную ситуацию, во второй половине XIX в. правительство Франции было поставлено перед необхо димостью реализации крупномасштабных многозатратных акций, направленных на сохранение и восстановление лесов разных ви дов собственности. Такие меры, замечу, могли бы, скорее всего, и не потребоваться, если бы до этого в лесах Франции не произош ли вышеназванные «революционные» события.

В России в эпоху реформ Петра Великого олицетворенная в нем власть государства распоряжалась лесами страны на всей ее заселенной территории. Опираясь на обильные сведения, приве денные в книгах проф. Г.И. Редько и других авторов, можно уве ренно напомнить всем, кого этого касается, что при Петре I рас порядительные права тех, кто по их положению в обществе хотел бы выступать в роли самовластного собственника лесов, находи лись под пристальным контролем государства.

Установленный в начале 18 в. жесткий приоритет общегосу дарственных интересов во всем том, что делалось в лесах России, официально сохранялся до 1785 г. В названном году в стране произошли события, оказавшие мощное негативное влияние на ее леса. Это изданный Екатериной II законодательный акт – «Гра мота о правах, вольностях и преимуществах дворянства …» и на 221    чатая тогда же в пользу названного сословия первая в нашей ис тории массовая приватизация земель и лесов.

Итогом указанного были многие серьезнейшие следствия, из числа которых в данном случае я назову только два: а) разделе ние лесов России на две примерно равные по площади главные составляющие части – государственные и частновладельческие и б) предоставление новым собственникам неконтролируемого со стороны государства объема распорядительных прав поступать со своими лесами (и не только с лесами!) так, как они сочтут нужным.

В качестве важной для нас детали того, о чем сказано выше, можно упомянуть высказанную Императрицей уверенность в том, что новые собственники будут вести в своих лесах рачи тельную хозяйственную деятельность, результатом которой будет не только сохранение, но и улучшение их лесного имущества.

Однако в этом своем предположении Екатерина II ошиблась.

Кроме немногих исключений, рачительных лесных хозяев среди новых собственников и их детей не оказалось. Леса стали просто вырубать, и этот процесс получил в стране ускорение, как иду щий под уклон поезд без тормозов. Скорость происходящего еще более увеличилась после отмены в 1861 г. крепостного права и выделения крестьянам так называемых общественных (или об щинных) лесов, которые, как сообщал проф. М.М. Орлов (см. его книгу «Нужды русского лесного хозяйства», 1906, СПб., 166 с.), быстро превращались в непродуцирующие пески и в древесно кустарниковые заросли, пригодные, разве что, для получения ве ников.

Совокупным результатом вышесказанного было не только со кращение площади лесов, принявшее масштаб явления географи ческого, но еще более распространенное ухудшение качества ле сов. Все это происходило, подчеркну, в наиболее обжитой части Европейской России, и не в казенных, а в частновладельческих и общественных лесах. Данное обстоятельство не оставалось не замеченным думающими и читающими людьми. И реакция их на происходящее не была расслабленной и примирительной (как те перь говорят – «пофигистской»). Так, на некоторых лесных съез дах того времени (а они тогда не режиссировались и не финанси 222    ровались административными структурами) люди с неслабым общественным положением обсуждали предложения о выкупе государством и передаче частновладельческих и общественных лесов казенным лесничествам Лесного Департамента (там «лес ные» дела шли гораздо лучше), а также, даже, о принудительной национализации лесов.

Яркие «картинки с выставки» на тему о состоянии дел по управлению частновладельческими лесами в России во второй половине XIX в. приведены в книге К.Ф. Тюрмера (Пятьдесят лет лесохозяйственной практики. М., 1891 г.). Кто не читал – очень советую прочесть. То, о чем там рассказано, весьма похоже на происходящее в наших лесах сегодня, но уже не в частновладель ческих, а в тех казенных, что сданы в так называемую аренду.

Если бы это могли увидеть ранее жившие лесничие России, оче видно можно было бы услышать их возмущенные голоса о том, что такого в их лесничествах не было и не может быть никогда.

О том весьма плохом, что имело место в XIX в. в частновла дельческих и общественных лесах России правительство, конеч но, знало, но оно тогда не пошло по пути унификации всех форм лесной собственности в стране.

Вместо национализации лесов, в 1888 г. Император Александр III издал свой исторический Указ «Положение о сбережении ле сов». В этом Указе (законе) и в вытекающих из него подзаконных актах было, в частности, определено следующее:

в имениях всех видов собственности выделять защитные леса с жестко ограниченным режимом лесопользования;

запретить в защитных лесах самовольную рубку собст венниками сырорастущих деревьев. Решать вопросы рубки жи вых деревьев в таких лесах только в отношении конкретных лес ных дач и на основании планов, разработанных структурами не зависимого государственного лесоустройства (а не иными инте ресантами как это предложено делать теперь);

пресекать в лесах всех родов собственности проведение хищнических рубок, при которых в конкретных дачах происхо дит истощение древесного запаса;

223    вынуждать собственников лесов к незамедлительному принятию мер, обеспечивающих успешное возобновление вы рубленных лесов.

Для выполнения вышесказанного, в стране тогда была создана система Лесоохранительных комитетов. В их состав входили первые лица разных ветвей власти на местах (в их числе были гу бернаторы), а также, конечно, работники Лесного департамента и его лесничие. Именно они, профессиональные лесоводы, выпол няли в Лесоохранительных комитетах роль инициаторов событий и «главной рабочей силы».

Принимаемые Лесоохранительными комитетами решения по обузданию «вольностей» собственников лесов проводились в жизнь в судебном порядке. Это были тысячи «лесных» дел. Су дебные решения по таким делам не подлежали кассационному пересмотру. Тем не менее, все это было для наших лесничих весьма обременительно, происходило не быстро и не всегда га рантировало получение желаемого эффекта, поскольку иные ле совладельцы изыскивали пути, позволяющие им обходить требо вания Лесоохранительных комитетов.

Чтобы изменить сложившуюся ситуацию к лучшему, незадол го до своей смерти премьер-министр П.А. Столыпин предложил в своем докладе Царю сосредоточить в руках казны леса из состава продаваемых Крестьянскому банку частных имений (Б.Г. Федо ров «Петр Аркадьевич Столыпин». М. 2003, с. 281). Возможно, данная мера могла бы быть полезной. Однако времени для прове дения ее в жизнь уже не оставалось. В наступившем «новом»

времени были начавшаяся война и две революции, а также состо явшийся в Петрограде в апреле-мае 1917 г. съезд лесоводов и лесных техников, единогласно потребовавший «… Признать [все] леса … государственной собственностью» («Лесной журнал», 1917, в. 4-6, с. 145-167). Данное требование съезда в полной мере было реализовано в «Основном законе о лесах», принятом Все российским ЦИК Советов Крестьянских, Рабочих, Солдатских и Казачьих Депутатов 27 мая 1918 г. («Леса республики», 1918, № 5-7, с. 411-440). Названный в этом законе статус лесов как об щенародной собственности с тех пор еще никто не пытался реви зовать. По крайней мере, до последнего времени.

224    Было ли принятое в 1918 г. решение (закон!) о национализа ции лесов единственно возможным и правильным? Накопленный к тому времени позитивный опыт работы казенных лесничеств лесного Департамента и, как правило, имевшие место низкий уровень ведения лесного хозяйства в частных имениях, а также бедственное состояние общественных (крестьянских) лесов – всё это позволяет ответить на поставленный вопрос так: в условиях социально-политической нестабильности национализация лесов была и остается необходимой. Вместе с тем, должен сказать, что в иных условиях был возможен и другой путь, по которому по шли Финляндия и некоторые другие страны. Суть его – в наведе нии «железного» порядка во всех частновладельческих лесах.

Как автономное Великое Княжество Финляндия вошла в со став России в 1809 г. Почти все ее леса находились в руках мно жества частных собственников, обладавших тогда исчерпываю щим объемом прав по распоряжению своими лесами. В совокуп ности их деятельность, похожая на неупорядоченное броуновское движение, привела леса этой страны в катастрофическое состоя ние. В связи с этим в 1857 г. директор Тарандской лесной акаде мии фон Берг счел нужным напомнить Сенату Финляндии о том, что ни один народ не уничтожал безнаказанно свои леса и что дурные последствия не замедлят сказаться, если это так и будет происходить дальше.

Однако дальше там так дело не пошло. Чтобы изменить со стояние своих лесов, Сенат Финляндии принял примерно такие же меры, какие были приведены в действие в России после изда ния упомянутого выше закона 1888 г. Однако в своем финале эти меры привели там не к национализации лесов, а к такому жест кому ограничению объема распорядительных прав частных соб ственников, при котором их действия не могут противоречить общенациональным интересам, но идут в их русле.

Чтобы полнее представить себе сложность задачи по измене нию лесоуправления, о которой идет речь, напомню несколько цифр. Население современной Финляндии – 5 млн чел. Площадь ее лесов 20,3 млн га. Из них в собственности государства нахо дится 5 млн га, в собственности частных лиц – 12,4, различных АО – 1,8, других юридических лиц – 1,1 млн га. Далее о том, что 225    мне даже трудно себе представить – это наличие в Финляндии около 0,5 млн чел., в собственности которых находится та или иная площадь лесов (Finnish Statistical Yearbook of Forestry, 2004, Metla, P. 54). Привожу эту цифру главным образом для того, что бы показать, как было нелегко тем, кто находился во главе стра ны, сопрячь индивидуальные интересы множества людей с инте ресами всей нации и государства. Для этого потребовалось более 100 лет. Тем не менее, дело было сделано. Закрепленный в юри дическом виде итог указанного – принятый в Финляндии в 1996 г. «Закон о лесе».

В этом Законе вообще не упомянуто о разделении лесов по видам собственности, поскольку заданные в нем четкие требо вания к хозяйственной деятельности в лесах имеют равную силу для всех собственников.

В статьях Закона (почти все они прямого действия) четко ска зано практически обо всем главном, что должно происходить в лесах, в том числе о том, какими должны быть древостои, прой денные рубками ухода, и при каких заданных сроках и результа тах должно производиться восстановление лесов после сплошных рубок, которые финны ласково называют «рубками возобновле ния».

И еще. В названном Законе четко определено, что за извлече ние из лесов вредящей им незаконной прибыли последует ее конфискация, а сам нарушитель может быть наказан заключени ем в тюрьму на срок до двух лет. Отметив указанное, позволю себе тут же спросить наших законодателей: может ли и как скоро появиться аналогичная статья в будущем Лесном Законе России?

То, как теперь организовано лесное хозяйство в Финляндии, не похоже на «дикий капитализм» с его понятиями о рыночной вседозволенности и лесном бандитизме. Это вообще другая – со циально ориентированная рыночная экономика, созданная в ре зультате конвергенции того лучшего для социума, что имеет ме сто при разных формах организации государства, общественного труда и самой жизни людей.

Сказанное о Финляндии – не артефакт. Есть другие страны, где в общенациональных интересах объем распорядительных прав у собственников «ужт» в еще большей степени. Например, 226    в соседней Норвегии (там почти все леса находятся в частной собственности) их хозяева не только не вправе запрещать исполь зование своих лесов другими людьми в рекреационных целях, но еще обязаны не проводить рубку деревьев в определенных местах и в установленные дни, если это мешает отдыху людей. Для сравнения, позволю себе напомнить о другом. А именно о том, что в России сегодня нет лесов, находящихся в частной собст венности. Но это, тем не менее, не гарантирует отсутствие помех в виде заборов, охраняемых ворот, захламленных вырубок и раз рушенных дорог, с которыми встречаются те, кто хотел бы про сто побродить в лесу по своим привычным и излюбленным мес там.

То, о чем сказано выше, не должно восприниматься как нечто, что дало бы основание перечеркнуть достоинства и позитивные возможности для развития хозяйственной деятельности в лесах, находящихся в собственности государства, если конечно оно способно блюсти общенациональные интересы. Порукой сказан ному являются уже упоминавшиеся успешные результаты много летней работы казенных лесничеств Лесного Департамента Рос сии. Подробнее об этом рассказано в книге-альбоме В.В. Фааса и др. (1919 и 2010 гг.).

С моей точки зрения, ведение правильного лесного хозяйства в государственных лесах – это более надежное в организацион ном отношении дело, по сравнению с частновладельческими имениями, собственники которых испытывают больше опасных для леса соблазнов и могут внезапно уступить место не заинтере сованным в своих живых лесах наследникам. Очевидно, поэтому сегодня в мире большая часть лесов имеет статус государствен ных и их доля не сокращается. По этому же поводу можно вспомнить еще о том, что Государственная лесная служба США имеет право в определенных случаях увеличивать площади своих лесов путем приобретения частных владений. Однако обратного движения по этой дороге там нет.

Опираясь на приведенную информацию, я оцениваю выска занные Д.Д. Чуйко предположения о целесообразности привати зации имеющихся лесов России как неприемлемые. Более того, их реализация в современных нестабильных условиях не может 227    не вызвать мощный негативный эффект в масштабе всего госу дарства.

Как уже говорилось выше, в 1785 г. в России уже состоялась массовая приватизация ее лесов, в обоснование которой были по ложены не серьезные разработки и продуманные эксперименты, а всего лишь неоправдавшаяся надежда Екатерины II на ответст венность и благородство новых лесовладельцев. Сегодня речь идет о повторении того же. Только теперь надежды на чье-либо благородство уже не высказываются, а в руках у новых собствен ников окажутся не ручные орудия и лошади, а современные вы сокопроизводительные машины. С их помощью уничтожение ос тавшихся экономически доступных лесов произойдет так быстро, как если бы упомянутое в известной сказке А.С. Пушкина разби тое корыто возникло не потом, после исполнения ряда амбициоз ных требований старухи, а почти сразу перед ее носом.

7. Мост между «сегодня» и «завтра»

В былине «Слово о полку Игореве» (о том, как по причине внутригосударственных усобиц князь и его дружина потерпели поражение в войне с половцами) есть широко известный эпизод – плач Ярославны на стенах Путивля. Наш случай похожий. Но это уже не соло, а общий плач лесоводов России о наших лесах и лесном хозяйстве. Сегодня в этом хоре всё громче слышны голо са экологов и лесопромышленников, а также людей других про фессий, которые просто не могут спокойно жить, не думая о бу дущем своей страны и её лесах. Только вот думаю, что все это не вызовет появления тарелочки с голубой каемочкой, на которой окажется нечто, что немедленно сделает нас довольными и сча стливыми.

Указанного нельзя ожидать уже потому, что вызванный в Рос сии дефицит ценной хвойной древесины имеет накопленный сис темный характер. Её дефицит пришел в страну надолго и не рас творится сам по себе. В отличие от волшебной птицы Феникс наши высокопродуктивные хвойные леса не возродятся на вы рубках одномоментно. Для восстановления сырьевого потенциа ла лесов России потребуются многие годы. Чтобы они не были 228    потерянными без пользы и с колоссальным экономическим ущербом для страны, нужно определиться с тем, что именно, как и в какой последовательности надо делать. С моей точки зрения, на первом этапе этой общей работы в России должны появиться имеющие силу закона документы: «Новая лесная политика РФ» и «Новый Лесной Кодекс». В обоих этих документах обязательно должны быть раскрыты принципы управления и экономической организации лесного хозяйства России.


Есть ли надежда на то, что названные документы с принципи ально новыми установками и содержанием могут «созреть» в го ловах у тех же людей, которые «выдали на-гора» действующий Лесной Кодекс, а потом закрыли двери перед лесными аукциона ми и многим другим хорошим, что было в нашей истории? Не уверен. Может быть потом, когда они обогатят себя знаниями и пониманием своей ответственности за состояние живых лесов России.

Однако ждать у моря погоды, продолжая жевать малополез ную административно-командную жвачку, сегодня не получится.

Почему? Потому что дефицит древесины является таким силь ным (острым) стимулом (в буквальном смысле этого слова), что стране обязательно придется форсировать события по его пре одолению. Тем, кому предстоит это делать, я адресую следующие соображения и предложения, которые – хочу надеяться – окажут ся полезными.

1) Всегда и независимо от того, чем занимается каждый из нас, относиться к нашим лесам не только как к источнику древесины и иных материальных благ, но еще – и в первую очередь – как к своему незапертому общему дому, разрушение которого ведет к разрушению самих условий нашего бытия.

2) Сегодня и в обозримом будущем не повторять допущенную в России более 200 лет тому назад ошибку по массовой привати зации ее лесов.

3) Решительно отказаться от широко практикуемого сегодня внерыночного механизма массовой реализации оставшихся запа сов древесины в рубку путем сдачи их заготовителям в безвоз вратную и убыточную для государства псевдоаренду. Вместо та 229    ковой, преимущественно использовать широко проверенные в условиях России решения:

продажу отведенных в рубку древостоев на открытых честных торгах при обязательном равенстве прав всех уча стников торгов;

передачу лесов предпринимателям в бессрочное посесси онное владение (но не в собственность) для ведения комплекс ной хозяйственной деятельности, обоюдовыгодной для владель цев - посессионеров и для государства как собственника лесов;

проведение лесосечных работ, где невозможно иное, си лами самих лесхозов (лесничеств) при обязательном условии вложения полученной прибыли не в фонды потребления, а во все то, что будет способствовать сохранению и улучшению лесного имущества.

4) Понять, что продолжаемое в стране ведение бездоходного, не самоокупаемого и постоянно живущего за счет государствен ного бюджета лесного хозяйства есть путь к превращению нашей отрасли в не продуцирующее общее понятие, т. е. путь в небытие, в направлении которого нас уже нацелил действующий Лесной кодекс.

5) Признать, что сегодня – как и в прошлом – реализуемые в рубку древостои остаются главным видом товарной продукции лесного хозяйства, реализация которой должна приносить доход и прибыль государству (собственнику лесов) и самому лесному хозяйству. В том числе для этого надо так изменить (восстано вить!) экономическую организацию нашей отрасли, чтобы мы оказались в общем для всех предприятий страны русле социаль но-ориентированной рыночной (товарно-денежной) экономики.

6) Не допускать соединения государственного лесного хозяй ства и частновладельческих предприятий лесной промышленно сти в единые административно-управленческие структуры, по скольку это не может не вызвать:

подчинение стратегических интересов лесного хозяйства ситуационным интересам лесной промышленности;

слияние интересов продавцов и покупателей древостоев на корню – что перечеркивает саму суть товарно-денежных от ношений;

230    умножение коррупционных ниш;

умаление у персонала лесничеств заинтересованности к формированию лесного дохода.

7) Исключить уже саму возможность предлагаемого предпри нимателями снижения в государственных лесах возраста главных (сплошных) рубок хвойных древостоев. В полной мере отдавать себе отчет в том, что сегодня в стране уже действуют сущест венно заниженные возрасты рубок хвойных древостоев и что дальнейшее их снижение (под любыми предлогами) вызовет дальнейшее падение сырьевой ценности лесов, уменьшение лес ного дохода государства и усиление дефицита древесины.

8) Отдавать себе отчет в том, что никакие отдельно взятые, даже самые привлекательные, акции (например, закладка культур крупномерным селекционно-улучшенным посадочным материа лом) не могут сами по себе оказать существенного влияния на ценность и другие, важные для нас характеристики будущих ле сов. Заложенные на относительно богатых почвах и оставленные без должного ухода такие культуры были и будут точно так же заглушены осиной и березой, как любые другие. Поэтому, как в данном случае, так и во всей лесохозяйственной практике, ставка должна быть сделана не на отдельные мероприятия, а на ведение в лесах правильного лесного хозяйства как сбалансированной системы, состоящей, как минимум, из девяти элементов, назван ных в следующем разделе книги.

9) Учесть, что главными объектами нашей деловой активности в лесах сырьевого назначения должны быть, как правило, именно те, в границах которых возможна хозяйственная деятельность с высокими показателями рентабельности. Соответственно на на ших лесных картах такие леса должны выделяться и подразде ляться по уровням рентабельности хозяйственной деятельности с возможно большей точностью и – обязательно – при их стабиль ных границах. Если они (границы) и задаваемые в их пределах цели и режимы хозяйственной деятельности будут изменяться «как ветер мая» (например по прихоти администраторов), мы по лучим в итоге не правильное лесное хозяйство, а усиление бюро кратического хаоса.

231    10) Учитывая, что дефицит доступной по экономическим по казаниям древесины хвойных пород «пришел» к нам всерьез и надолго, надо думать о рачительной хозяйственной деятельности не только в имеющихся лесах, но еще о том, чтобы создать в стране экономические и юридические условия, при которых крупные акционерные компании сочтут для себя выгодной дея тельность по ускоренному производству значительных объе мов древесины на собственных лесосырьевых плантациях – не только для своих нужд, но и на продажу. Объектами для закладки и выращивания плантаций могут быть не только земли Лесного фонда, но, главным образом, по моему мнению, пустующие сель скохозяйственные земли в обжитых регионах страны. Совокуп ная площадь таких земель – около 40 млн га. Это почти вчетверо больше, чем лесной фонд, например, Волго-Вятского региона.

В пояснение последнего из перечисленных пунктов скажу, что сегодня в мире на плантациях получают уже более 30% исполь зуемой древесины. Такая предпринимательская деятельность, как правило, поддерживается правительствами и считается выгодной не только в тропиках, но и в странах с умеренным климатом.

Не была обойдена вниманием эта тема и в СССР. Так, во вто рой половине прошлого столетия в СПбНИИЛХ вместе со мно гими другими научно-исследовательскими и учебными организа циями были выполнены крупномасштабные НИОКР, посвящен ные проблеме ускоренного производства древесины хвойных по род на лесосырьевых плантациях. В те годы этой проблеме уде лялось большое внимание. Тогда на созданных опытных объектах проводились многолюдные семинары и совещания, в которых участвовали широко известные авторитетные работники отрасли.

Результатом данной НИОКР были не только научные отчеты, но и нормативные документы, на основе которых «Союзгипролес хоз» составил проекты на закладку в ряде областей 30 тыс. га плантаций ели. Проекты были осуществлены. Однако вскоре, в связи с начавшейся «перестройкой», об уходах за плантациями как бы забыли, и они – там, где сохранились – превратились, как правило, в посредственные затравевшие неразреженные культу ры, оказавшиеся под пологом осины и березы. Однако не все.

Наши научные работники, следуя чувству долга и невзирая на 232    пустой кошелек, сумели сохранить некоторые опытные объекты в бывшем своём ОЛХ «Сиверский лес», в бывших Ломоносовском, Кингисеппском, Порховском лесхозах и в Псковском лесокомби нате. В лучших вариантах этих опытов мы имеем в 32-35-летних культурах запас древесины на уровне 300 м3/га и даже более. Это много больше, чем в окрестных лесах, и меньше, чем получают на плантациях в тропиках. По данному поводу замечу только, что мы, в отличие от других стран, можем обходиться без внесения дорогостоящих удобрений и можем получать такой результат не где-то далеко, а у себя дома.

Чтобы уменьшить число сомневающихся в самой возможно сти получения вышеназванного урожая древесины на плантаци ях, замечу: эта цифра – не артефакт. Примерно такой же прирост древесины имел в своих посадках К.Ф. Тюрмер, который предпо лагал их выращивать – в расчете на получение крупной древеси ны – при 60-летнем обороте рубки.

Если мы задействуем потенциал ведения правильного лесного хозяйства в своих оставшихся лесах и сложим его с результатами, которые нам обещают лесосырьевые плантации, Россия, я уверен, сумеет вернуть себе роль мирового лидера во всем том, что каса ется производства древесины как сырья, а потом, может быть, и в ее переработке. Более того, если заглянуть за горизонт, возмож но, мы увидим там, что созданные на заброшенных сельскохозяй ственных землях плантационные лесные предприятия превратят ся в комплексные лесопромышленные и агролесопромышленные холдинги, могущие взять на себя роль социально-экономических реаниматоров некогда перенаселенных, а ныне опустевших сель скохозяйственных земель России. Наверное, многие подумают:


оптимистическая утопия. Спорить не буду. Скажу лишь о том, что весьма похожее в России уже было, и назову всего три пуб ликации:

1) Г. Ломиковский. Разведение леса в сельце Трудолюбе, «Лесной журнал», 1837, №10, с. 1-71.

2) Н.В. Гоголь. Поэма «Мертвые души», 1846 г. – это те стра ницы, на которых рассказано о ведении хозяйства в имении по мещика Костанжогло.

233    3) М.М. Орлов. Лесное хозяйство в Харьковских имениях Л.Е. Кениг-Наследники. СПб., 1913, 185 с.

Мои коллеги могут существенно расширить перечень таких публикаций. А я, со своей стороны, закончу широко известными словами: стучите и откроется.

234    ФОРМУЛА ПРАВИЛЬНОГО ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА В слово «формула» (formula, лат.) люди разных профессий вкладывают разное содержание. Однако есть у названного слова и свой единый для всех смысл. Это: «общее … определение како го-либо положения…, прилагаемое к частным случаям» (Словарь русского языка, 1984, т. IV, с. 577). В данной статье в качестве такого общего определения взята формула правильного лесного хозяйства.

Зачем рассматривать лесное хозяйство России именно в на званном ракурсе? Отвечаю:

чтобы лучше увидеть нашу отрасль в целом и в глав ных составляющих частях;

чтобы приблизиться к пониманию того, по какому кур су нашему «лесному кораблю» следует плыть дальше;

чтобы помочь государству эффективнее защищать свои леса не только от «черных» и «серых» лесорубов, пожаров, вредителей и болезней, но еще от разного рода безграмотных ре шений и алогичных нормативных документов, придающих псев дозаконный вид хищническому истощению лесов.

Словосочетание «правильное лесное хозяйство» часто встре чается в книгах профессоров А.Ф. Рудзкого, М.М. Орлова, Ф.К. Арнольда, М.К. Турского, Н.С. Нестерова и других корифе ев науки о лесах. Более того, это же словосочетание присутствует в письме от 19 мая 1903 года, которым последний Император России Николай II поздравил Санкт-Петербургский Лесной ин ститут с его столетием. Смысл этих слов я вижу, главным обра зом, в распространении и утверждении мысли о том, что в лесах должно вестись не абы какое, а именно правильное лесное хозяй ство, и что только такая наша хозяйственная деятельность в лесах может соответствовать долгосрочным прямым и опосредованным интересам страны и всего социума людей. За всем этим нельзя не увидеть главное – как мы, люди, должны строить своё отношение к подаренному нам Миру Земли.

В научном и практическом отношении выйти на указанный уровень ведения лесного хозяйства – задача не из легких. Тем не менее, я уверен, мы сможем её решить, если задействуем инфор 235    мацию о том, как должно выглядеть такое лесное хозяйство.

Нужные знания накоплены поколениями наших предшественни ков – учителей, в числе которых общепризнанными лидерами были и остаются: в области экономики и организации лесного хо зяйства в России – профессор М.М. Орлов, а в сфере биологиче ского фундамента лесоводства – профессор Г.Ф. Морозов.

В прошлом в России были возведены памятники таким нашим лесоводам как Г.Ф. Морозов, М.К. Турский, В.Е. фон Графф, К.Ф. Тюрмер, В.Д. Огиевский, А.Е. Теплоухов, М.Е. Ткаченко и некоторым другим, чье пожизненное служение лесам России и вклад в научную, практическую и образовательную деятельность мы не имеем права забывать. К сожалению, профессору М.М. Орлову памятник поставить не успели. Тем не менее, хочу со всей определенностью сказать о том, что сегодня именно уче ние М.М. Орлова о научных основах организации правильного лесного хозяйства должно быть принято в качестве фундамента, на котором может быть восстановлена наша отрасль. Надежду на это дает предпринятое в последнее время по инициативе акаде мика Н.А. Моисеева переиздание Рослесхозом таких основопола гающих книг М.М. Орлова как «Лесоуправление» и «Лесоуст ройство». Вторая из названных книг начинается, замечу, так:

«Посвящается памяти моих учителей и предшественников Ф.К. Арнольда и А.Ф. Рудзкого».

Названные книги не исчерпывают научного наследия М.М. Орлова. Некоторые из его научных трудов известны отно сительно широкому кругу специалистов, другие остаются рари тетами. В их числе книги – «Лесное хозяйство в харьковских имениях Л.Е. Кениг – наследники» (1913, СПб, 185 с.) и имеющая прямое отношение к обсуждаемой теме – «Очерки лесоустройст ва…» (1924, Л.-М., 304 с.). В конце второй книги приведен под готовленный её автором «Проект лесоустроительной инструкции 1924 г.», а в начале такие слова: «Русскому таксатору, исследова телю и устроителю лесов Севера, Сибири и Дальнего Востока по свящается эта книга…».

Усвоение содержания книг М.М. Орлова – нелегкий труд. Од нако без обиняков скажу: сегодня знание учения М.М. Орлова уместно использовать в числе главных критериев при оценке 236    уровня профессиональной квалификации лесоводов и иных лиц, кто оказался вовлеченным в организацию реформ в сфере управ ления лесным хозяйством страны.

В наши дни, опираясь на труды М.М. Орлова, других наших корифеев, и с учетом накопленных за последние годы знаний, формулу правильного лесного хозяйства можно представить себе в виде следующего перечня (табл. 1).

Таблица Основные элементы (требования) формулы правильного лесного хозяйства и объекты их реализации № Элементы формулы Объекты п/п Полноценное лесоустройство, включающее в себя ин В каждом лесни вентаризацию лесов и разработанные на её основе честве долгосрочные планы хозяйственной деятельности в и в его хоздачах лесах В каждой хозда 2 Постоянное пользование благами леса че В каждой хозда 3 Неистощительное пользование благами леса че В выделах, хоз дачах и в каж 4 Улучшение и сохранение лесного имущества дом лесничестве Получение максимально возможного В лесничестве и стабильного лесного дохода в целом Везде, за исклю чением Сохранение биологического 6 специально разнообразия лесов создаваемых плантаций Достойное материальное положение 7 Везде работников лесного хозяйства 8 Доминирование задач стратегического уровня Везде В масштабе Продуктивное развитие всей страны лесохозяйственной науки и её крупных регионов При первом ознакомлении с приведенными в таблице элемен тами (требованиями) правильного лесного хозяйства они могут быть восприняты как очевидные и относительно простые. Однако 237    эта простота кажущаяся. Чтобы приблизиться к ведению пра вильного лесного хозяйства в конкретных лесничествах, этому должно предшествовать решение многих задач, число и слож ность которых зависят не только от природных и социально экономических условий данной территории, но еще, конечно, от определенного на уровне закона статуса имеющихся там лесов.

Заданный государством статус лесов может быть разным. На пример: (1) заповедники, (2) леса специального (несырьевого) на значения, (3) леса с доминирующей функцией постоянного ис точника древесины и комплекса других лесных благ, (4) леса, не отвечающие – по экономическим показаниям – требованиям до ходного производства древесины. Кроме заповедников, ведение правильного лесного хозяйства, в принципе, возможно везде, хо тя это – как понятно – сопряжено с разным перечнем и объемом производимых лесных благ, а также с разными источниками и величинами лесного дохода.

Ниже, в тексте статьи высказаны необходимые, с моей точки зрения, пояснения, касающиеся каждого из перечисленных в таб лице элементов (требований) формулы правильного лесного хо зяйства.

1. Полноценное лесоустройство Четкое «нет» самой идее реализации правильного лесного хо зяйства должно быть сказано в отношении тех территорий, где не проводилось устройство лесов или оно проводилось давно и его данные устарели. Такое же «нет» относится к территориям, где лесоустройство (в том виде, как его понимали наши учителя) бы ло (или будет) подменено безадресными, т. е. не привязанными к конкретным таксационным выделам данными, полученными в итоге так называемой национальной инвентаризации лесов.

Как говорил еще М.К. Турский (см. учебник «Лесоводство», 1929, с. 428), лесоустройство организует всю совокупность того, что мы называем лесным хозяйством. Итоговым результатом проведенных лесоустроительных работ в нашем прошлом был (и должен быть теперь) обязательный для выполнения лесничим долгосрочный план (именно план, а не проект плана) хозяйствен 238    ной деятельности в конкретных лесных дачах. Естественно, раз есть такой план, у него должны быть и цели. Если эти цели и ре шаемые задачи соответствуют требованиям, приведенным в фор муле правильного лесного хозяйства, его создание и ведение мо гут иметь место. А если нет? Тогда мы получаем или уже полу чили нечто другое, что является результатом реализации разру шительных вариантов лесной политики, противоречащей долго срочным интересам социума людей. Это о такой политике неза долго до своей смерти Г.Ф. Морозов написал следующие проро ческие слова: «Современный хозяйствующий человек стирает … грань, отличавшую эксплуатацию леса от всех других видов до бывающей промышленности. Лес … стал в положение недр зем ли, которыми мы пользуемся до тех пор, пока там есть, чем поль зоваться, или, по крайней мере, пока выгодно… Когда такой мо мент исчезнет, недра … забрасываются. Также ведется [может вестись – И. Ш.] … и пользование лесом…» (Г.Ф. Морозов «О лесоводственных устоях» в книге «Лес. Его изучение и ис пользование». Первый лесной сборник… К.Е.П.С., Петроград, 1922, с. 5-22).

Среди образованных лесоводов трудно встретить такого, ко торый бы не отдавал себе отчета в самой необходимости лесоуст ройства.

То, что наши лесоводы стали называть лесоустройством, было начато в России в 1845 г.

Со временем оно приобрело вид особой службы и специальных структур в составе Лесного Департамен та, решавших – обязательно в русле государственных интере сов – комплекс организационно-планово-экономических задач. В их числе были: инвентаризация лесов, организация их террито рии, долгосрочное планирование видов и объемов лесопользова ния и лесовыращивания (в широком смысле этого слова), а также сопряженных с хозяйственной деятельностью расходов и дохо дов. И все это, как известно, делалось не однократно, а повторя лось во времени (например, через 10 лет), что позволяло увидеть динамику в изменениях характеристик лесов в зависимости от проведенных (или не проведенных) там хозяйственных акций, а также оценивать – тоже во времени – профессиональный уровень работы лесничих.

239    О нашем классическом русском лесоустройстве написаны многие книги и статьи. Лучшего варианта лесоустройства, чем тот, что был в государственных лесах России, в других странах просто не было и нет. Тем не менее, в конце 1920-х годов русское лесоустройство в его классическом виде (по М.М. Орлову) в СССР было упразднено. Почему? Мой ответ на этот вопрос: по тому что оно мешало проведению истощительных рубок леса.

Тогда же в СССР решили покончить с учением М.М. Орлова, объявив его реакционным и буржуазным, а вместе с ним – и с са мой концепцией постоянства лесопользования и с организацион ной структурой государственного лесоустройства.

В период после окончания Великой Отечественной войны имело место энергичное возобновление лесоустроительных ра бот. Это отвечало интересам государства и это радовало. Вместе с тем специалисты, конечно, видели и знали, что из нормативных документов послевоенного лесоустройства исчезло все то, что ранее составляло его экономическую часть. Это было плохо, но с этим, как с фактом происшедшей ампутации части тела, посте пенно свыклись. Сегодня, в связи с появлением нового Лесного кодекса (2006), само существование нашего лесоустройства (даже в его измененном виде!) снова оказалось под угрозой. Уверен, ес ли это произойдет, причиной тому станет всё то же, что и в конце 20-х годов.

То, что в наши дни происходит вокруг Российского лесоуст ройства и внутри его структур, внушает серьезные опасения за само будущее нашей отрасли. Тем не менее, как бы ни сложилась её судьба, с надеждой на будущее считаю нужным со всей опре деленностью сказать следующее: чтобы вести правильное лес ное хозяйство, Россия должна восстановить свое государст венное лесоустройство». Более того, перечень решаемых им се годня задач не может быть «обужен» по сравнению с тем, каким он был в Лесном Департаменте, когда там работал М.М. Орлов и когда совокупная работа структур нашей отрасли приносила го сударству высокий лесной доход. Соответственно, в будущей ле соустроительной инструкции обязательно должна присутствовать ее полноценная экономическая часть. Сама же полевая и каме ральная работа лесоустроителей, конечно, должна предусматри 240    вать использование современных технических средств, позво ляющих получать надежные данные при инвентаризации лесов, являющейся неотъемлемой частью всего того, что мы называем лесоустройством.

2-3. Постоянное и неистощительное пользование благами леса Такие характеристики лесопользования, как «постоянное» и «неистощительное» отличаются по смыслу. В первом случае речь идет о стабильности лесопользования во времени, во втором – о его объемах и размещении по территории хозяйства. Природа на званных требований к ведению правильного лесного хозяйства такова, что их практически нельзя рассматривать порознь. То и другое, как понятно, может и должно осуществляться в процессе поиска сбалансированных решений, отвечающих, в первую оче редь, заданным государством долгосрочным (стратегическим!) требованиям ведения правильного лесного хозяйства, а также ин тересам местного населения и других потребителей лесных благ.

Термин «лесопользование» относится ко всем лесным благам.

Их перечень можно узнать (или возобновить в памяти), обратив шись к учебникам лесоводства или к страницам романа Л. Леонова «Русский лес», посвященным лекции главного героя книги профессора Вихрова. В конце 40-х годов именно такие лекции в начале каждого учебного года читал нам, студентам ЛТА, выдающийся лесовод России профессор М.Е. Ткаченко.

Помню, в каких торжественных словах и с какой радостью он со общил нам в 1947 году о создании в стране Министерства лесно го хозяйства. Наполненные массой фактических данных, высоким пафосом и чувством гражданской ответственности, лекции М.Е.

были незабываемым событием в жизни молодых людей, избрав ших себе профессию лесовода.

В последующие полвека произошло существенное увеличение объема знаний о лесах. В наши дни можно представить себе мас сив накопленных данных о роли и значении леса не только в жизни людей, но и для биосферы Земли в виде следующих круп ных групп лесных благ.

241    Первая. Это сам факт присутствия леса как живой части и привычного нам облика географических и исторических ланд шафтов, в которых (или рядом с которыми) мы живем. Являясь частью окружающего нас мира, леса не могут не влиять на фор мирование национальной культуры и образа мыслей наших со граждан. Если реализуемая в стране лесная политика ведет к ли шению миллионов человек привычных им лесов, они с раздраже нием воспринимают её результат. За всем этим не могут не воз никать «лесные» социально-политические «осложнения» в пове дении людей.

Вторая. Это регионально-защитные и глобально-биосферные функции леса. На региональном уровне лес выступает в качестве мощного естественного регулятора поверхностного и подземного стоков, защитника рек от обмеления и почвы от водной и ветро вой эрозии, а самих людей и мест их обитания – от оползней, на воднений и наползания песков. Параллельно, на глобальном уровне, лес выполняет функции одного из мощнейших на Земле аккумуляторов солнечной энергии, регулятора содержания СО2 в атмосфере и других её характеристик, а также хранителя накоп ленного биологического разнообразия биома планеты. И все это, подчеркну, лес делает сам, в соответствии с заложенными в него Природой программами, реализации которых мы можем способ ствовать или мешать.

Третья. Это та древесина, что формируется в лесу, часть ко торой (именно определенную часть, а не всю!) мы можем, не раз рушая целостность лесных экосистем, взять и использовать для своих нужд, например, в качестве сырья, топлива и для иных це лей.

Четвертая. Это то, материально осязаемое, что мы получаем в лесу сверх древесины, в порядке так называемого «побочного пользования». В состав данной группы обширного перечня лес ных благ входят охота, пчеловодство, туризм, сбор лекарствен ных растений, грибов, ягод, орехов и, конечно, разные виды рек реации, позволяющей людям укрепить или восстановить свое здоровье.

При ведении правильного лесного хозяйства ни одна из выше названных групп лесных благ не должна быть забыта. Предупре 242    дить возможные перекосы в объемах и составе комплекса полу чаемых лесных благ можно только одним путем – соблюдением требования постоянства и неистощительности лесопользования вообще и при заготовках древесины особенно. На возможный во прос «почему особенно?» отвечу: потому что от того, в каком ко личестве, где и как рубят лес, зависят состояние лесных масси вов, а также их хозяйственная и средообразующая ценность.

Чтобы иметь возможность вести постоянное и неистощитель ное пользование благами леса, государство (как собственник ле сов) не может обойтись без специально организованных террито риальных структур с постоянными границами, которые в России издавна стали называть лесничествами. Как правило, в силу раз ных причин, лесничества широко варьировали по их площади, а внутри своих границ – по степени развития инфраструктуры, по характеристикам лесов и другим условиям.

Как должно быть понятно, при меньшей площади лесничества лесничий обладает бльшим объемом конкретных знаний об осо бенностях вверенных ему лесов. Это позволяет ему увеличивать обоснованность, эффективность и доходность реализуемых хо зяйственных акций. По названной причине в Лесном Департа менте России издавна стремились к тому, чтобы уменьшать пло щади и увеличивать число лесничеств. Так, в период с 1889 г. по 1913 г. число лесничеств во всех казенных лесах России было увеличено примерно в два раза;

например, в европейской части страны их число возросло с 645 до 1224.

Прямо противоположное развитие названных событий имеет место в наше время. Так, после того, как в 2006 году был принят новый Лесной кодекс, число лесничеств (лесхозов) в России рез ко сократили, а площади оставшихся существенно увеличили.

Это, в свою очередь, не могло не увеличить варьирование харак теристик лесов внутри границ каждого лесничества, а также всего того, что оказывает решающее влияние на результаты и экономи ческую эффективность лесохозяйственного производства. При всем том, в соответствии с изданными МПР официальными нор мативами, сметы отпуска леса в рубку продолжают составлять в привязке к таким обширным и неоднородным территориям, ка кими являются «новые» лесничества, что гарантирует получение 243    резко преувеличенных цифр так называемых расчетных лесосек.

Причина указанного лежит на поверхности. Это включение в базу расчетов того, что складывать нельзя, а именно, запасов древеси ны в лесах, где возможна и где невозможна рентабельная пред принимательская деятельность по заготовке древесины. На эту «странность» в логике МПР накладывается «железная» заинтере сованность заготовителей древесины рубить то, что лучше и ближе. В итоге получалось (и получается теперь), как у нерасчет ливых студентов в годы войны: приобретенные по карточкам на месяц наиболее питательные продукты съедали сразу, а потом … потом питались, чем Бог послал.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.