авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

Содержание

CONTENTS..................................................................................................................................................... 1

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 г. В ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ АКТАХ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I (июнь-

декабрь 1812 г.) Автор: В. А. Томсинов..................................................................................................... 3

ПОНЯТИЕ И ПРЕДМЕТ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА Автор: М. Н. Марченко..................................................19 СЛАБОЕ, ИЛИ НЕУДАВШЕЕСЯ, ГОСУДАРСТВО: ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ Автор: А.

В. Пищулин.................................................................................................................................................35 МОРАЛЬНО-НРАВСТВЕННЫЕ ЦЕННОСТИ И ПРАВОСОЗНАНИЕ БУДУЩИХ ЮРИСТОВ Автор: А. В.

Клочкова..................................................................................................................................................... ПОНЯТИЕ "WILLENSERKLARUNG" (ВОЛЕИЗЪЯВЛЕНИЕ) В ГЕРМАНСКОМ ГРАЖДАНСКОМ УЛОЖЕНИИ 1900 г. Автор: А. В. Томсинова.................................................................................................................. ЛЕГАЛИЗАЦИЯ (ОТМЫВАНИЕ) ДЕНЕЖНЫХ СРЕДСТВ ИЛИ ИНОГО ИМУЩЕСТВА, ПРИОБРЕТЁННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ: НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ОБОЗНАЧЕНИЯ В РОССИЙСКОМ И ЗАРУБЕЖНОМ ПРАВЕ Автор: М. А. Филатова................................................................................................................... ЮРИДИЧЕСКАЯ СИЛА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В СФЕРЕ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА, ПОЛУЧЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ ИНОСТРАННОГО ГОСУДАРСТВА Автор: П. С. Абдуллоев................................................. ВЛАДИМИР ДМИТРИЕВИЧ МЕНЬШАГИН (1897-1977).......................................................................... Заглавие статьи CONTENTS Вестник Московского университета. Серия 11. Право, № 5, Источник 2012, C. Место издания Москва, Россия Объем 3.1 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи CONTENTS On the 200th anniversary of the War of Tоmsinоv V.A. War of 1812 in legislation Emperor Alexander I (June-December 1812) Law and Sociology Marchenko M.N. The concept and the subject of sociology of law Theoretical Issues of State and Law Pishchulin A. Weak or failed state: a theoretical formulation of the problem Problems of University Education Klochkova A.V. Moral values and legal awareness of future lawyers Tribune for Young Scholars Tomsinova A.V. Concept of "Willenserklarung" in German Civil Code of Filatova M.A. Legalization of money (money laundering) or other property acquired by criminal means:

some aspects of the notation in foreign and Russian law Abdulloev P.C. Legal validity of evidence in criminal proceedings, obtained in a foreign country Our Teachers Vladimir Dmitrievich Menshagin (1897 - 1977) стр. ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 г. В ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ АКТАХ Заглавие статьи ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I (июнь-декабрь 1812 г.) Автор(ы) В. А. Томсинов Вестник Московского университета. Серия 11. Право, № 5, 2012, C. 3 Источник К 200-ЛЕТИЮ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1812 ГОДА Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 53.3 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 г. В ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ АКТАХ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I (июнь-декабрь 1812 г.) Автор: В. А.

Томсинов В. А. Томсинов, доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой истории государства и права юридического факультета МГУ* В статье показывается, как события, ход и характер Отечественной войны 1812 г., отношение к ней русского общества отражались в манифестах, указах, рескриптах, декларациях императора Александра I.

Ключевые слова: Отечественная война 1812 г.;

законодательные акты Александра I;

Наполеон Бонапарт;

Тильзитские договоры России с Францией;

русский народ в Отечественной войне 1812 г.

The paper shows how the events, the course and character of the War of 1812, the attitude of Russian society are reflected in the manifestos, decrees, rescripts, declarations of the Emperor Alexander I.

Keywords: Patriotic War of 1812;

acts of Alexander I;

Napoleon Bonaparte;

Tilsit agreements of Russia with France;

the Russian people in the Patriotic War of 1812.

25 декабря 1812 г. (6 января 1813 г.)1 Александр I объявил своим Манифестом "О принесении Господу Богу благодарения за освобождение России от нашествия неприятельского" об изгнании наполеоновских войск с территории Российской империи.

Его величество заявлял в этом документе: "Уже нет ни единого врага на лице земли Нашей;

или лучше сказать, все они здесь остались, но как? - мертвые, раненые и пленные.

Сам гордый повелитель и предводитель их едва с главнейшими чиновниками своими отселе скакать мог, растеряв все свое воинство и все привезенные с собою пушки, которые более тысячи, не считая зарытых и потопленных им, отбиты у него и находятся в руках Наших. Зрелище погибели войск его невероятно! Едва можно собственным глазам поверить"2. Все это означало, что война России с Францией, начавшаяся 12 (24) июня 1812 г. вторжением в российские пределы наполеоновской армии, завершилась.

* tomsinov@yandex.ru Все даты в этой статье приводятся по Юлианскому календарю, действовавшему в то время в России;

в скобках даются даты по Григорианскому летоисчислению, применявшемуся в западно-европейских странах.

Законодательство императора Александра I. 1812 - 1825 годы / Сост. и автор вступ. ст. В. А. Томсинов. М., 2011.

С. 23.

стр. Она была недолгой, но предельно ожесточенной. Первый эшелон армии вторжения составлял примерно 450 000 чел. В ходе войны Наполеон перебросил на территорию Российской империи дополнительно еще около 190 000 человек3. По подсчетам историков, из всего этого огромного количества войск (ок. 640 000 чел.) Наполеон потерял в России убитыми и пленными более 550 000 чел. Противостоявшие наполеоновским войскам русские военные силы были разделены на три армии: Первая Западная армия, находившейся под командованием генерала от инфантерии М. Б. Барклая-де-Толли, насчитывала примерно 120 000 человек;

во Второй Западной армии, которой командовал генерал от инфантерии П. И. Багратион, было всего 45 - 48 000 человек;

Третья Обсервационная армия под командованием генерала от кавалерии А. П. Тормасова, располагавшаяся на юге на территории Волынской губернии, имела около 45 000 человек5. Таким образом, наполеоновская армия вторжения более чем в два раза превосходила по своей численности русские войска.

К этому следует добавить, что у императора Франции имелось значительно больше возможностей пополнения своих войск, двинувшихся в поход против России, нежели у Александра I. Общая численность французской армии на начало 1812 г. составляла 000 человек. Кроме того, Наполеон располагал войсками своих союзников (Италии, герцогства Варшавского, германских княжеств) общей численностью в 337 000 человек. В его распоряжении находились, таким образом, вооруженные силы общим числом в 1 000 человек. Все сухопутные силы Российской империи составляли на 1 января 1812 г.

517 682 человека регулярных войск6.

Несмотря на столь значительный перевес в военных силах, русские не помышляли о мире с французами. 7 августа 1812 г. командующий 2-й Западной армией генерал П. И.

Багратион писал управляющему канцелярией императора Александра I генералу А. А.

Аракчееву: "Слух носится, что вы думаете о мире. Чтобы помириться, Боже сохрани!

После всех пожертвований и после таких сумасбродных отступлений мириться: вы поставите всю Россию против себя, и всякий из нас за стыд поставит носить мундир.

Ежели уже так пошло, - надо драться, пока Россия может и пока люди на ногах;

ибо война теперь не обыкновенная, национальная"7 (выделено мною. - В. Т.).

Подобную оценку давал войне 1812 г. и Федор Николаевич Глинка (1786 - 1880). Будучи офицером и участником боев с наполеонов См.: Безотосный В. М. Кампания 1812 года // Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. М., 2004. С. 6.

Там же. С. 10.

Там же. С. 7.

Бутурлин Д. П. История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812-м году. С. 69 - 70, 86.

Отечественная война 1812 г. Сборник документов и материалов. Л., 1941. С. 54.

стр. ской армией, он последовательно в течение всего времени, пока шли бои, записывал свои впечатления о них в жанре писем другу. В 1821 г. часть этих писем, посвященная боевым действиям на территории России, была издана с параллельными текстами на двух языках (русском и французском) под названием "Письма русского офицера о военных происшествиях 1812 года". Характеризуя в письме от 30 августа 1812 г. главную битву этой военной эпопеи, Ф. Н. Глинка писал: "О, мой друг! Какое ужасное сражение было под Бородиным! Сами французы говорят, что они сделали 60 000 выстрелов из пушек и потеряли 40 генералов! Наша потеря также очень-очень велика. Князь Багратион тяжело ранен. "Оценка людей, - говорит премудрая Екатерина, - не может сравняться ни с какими денежными убытками!" Но в войне отечественной8 и люди ничто! Кровь льется как вода:

никто не щадит и не жалеет ее! - Нет, друг мой, ни берега Дуная и Рейна, ни поля Италии, ни пределы Германии никогда еще не видали столь жаркого, столь кровопролитного и столь ужасным громом пушек сопровождаемого сражения! - Одни только русские могли устоять: они сражались под отечественным небом и стояли на родной земле"9 (выделено мною. - В. Т.). В письме от 18 декабря 1812 г. Федор Глинка заявлял: "Отечественная война10 переродила людей... Мой друг! Сия война ознаменована какою-то священною важностию, всеобщим стремлением к одной цели. Поселяне превращали серп и косу в оружие оборонительное;

отцы вырывались из объятий семейств, писатели из объятий независимости и Муз, чтоб стать грудью за родной предел"11.

Война России с Францией отразилась во множестве воспоминаний, дневников и писем ее участников, сохранилась масса различных войсковых документов: журналов, донесений, отчетов и т.д., зафиксировавших все более или менее значимые военные события. Но самыми ценными источниками сведений об Отечественной войне 1812 г. являются, без сомнения, изданные в ходе ее манифесты, указы, рескрипты и просто распоряжения и заявления императора Александра I. Сборник таких документов был издан в 1816 г. В преамбуле к их текстам давалась следующая оценка подобным материалам: "Ничто не может быть для праводушного историка так достоверно и для соображений его озарительно, как государственные бумаги, писанные во время самых происшествий с теми живейшими чувствами, каковые тогда от них порождались, и с тою истинною и правотою, каких не было надобности не только сокрывать, ниже украшать какими-либо вымыслами, С. Н. Глинка перевел фразу "в войне отечественной" на французский язык словами "dans la guerre nationale", т.е, как "в войне национальной".

Письма русского офицера о военных происшествиях 1812 года, сочиненные Федором Глинкою, а на французский язык переведенные С. Глинкою. М., 1821. С. 126,128.

В данном случае для перевода словосочетания "отечественная война" на французский язык С. Н. Глинка использовал слова "la guerre patriotique".

Там же. С. 214, 216.

стр. поелику оные пред очами всего народа совершались. Не многие других правительств принуждением и насильством внушаемые писания ознаменованы сею праводушною искренностию, как наши российские;

а потому и сохранение оных нужно для лучезарного сияния истины. В них позднейшие потомки увидят ясно и твердость правительства, и дух народа, и подвиги войск, протекших Европу с мужеством в сердце и правдою во устах"12.

Акты, изданные Александром I с июня по декабрь 1812 г., зафиксировали меры, предпринимавшиеся самодержавной властью для организации отпора врагу, для спасения страны. В них нашли свое отражение главные события Отечественной войны, ее начало, ход и окончание, а также чувства и настроения, которыми были проникнуты в годину испытаний различные сословия русского общества, русская аристократия и сам государь.

*** Вторжение наполеоновских войск в пределы России началось на рассвете 12 июня 1812 г.

с форсирования Немана близ Ковно (Каунаса). Незадолго до этого войскам, подошедшим для переправы к берегу, было прочитано воззвание Наполеона к армии, в котором говорилось: "Солдаты! Начинается вторая война польская. Первая кончилась пред Фридландом и Тильзитом. В Тильзите Россия клялась иметь вечный союз с Францией и войну с Англией. Ныне нарушает она клятвы свои и не хочет дать никакого объяснения в странных поступках своих, доколе орлы французские не возвратятся за Рейн, предав во власть ее союзников наших. Россия увлекается роком! Судьба ее должна исполниться.

Неужели почитает она нас переменившимися? Разве мы не те уже воины, которые сражались под Аустерлицем? Россия поставляет нас между бесчестием и войною. Выбор не может быть сомнителен. Итак, двинемся вперед! Перейдем Неман. - Внесем войну в ее пределы. Вторая польская война, точно как и первая, прославит оружие французское;

но мир, который заключим мы, будет прочен и положит конец сему кичливому влиянию, которое Россия уже пятьдесят лет производит на дела Европы..."13.

Назвав затеянную военную кампанию против России "второй польской войной", французский император хотел, вероятно, показать, что одной из целей начатой им войны является восстановление поль Собрание высочайших манифестов, грамот, указов, рескриптов, приказов войскам и разных извещений, последовавших в течение 1812, 1813, 1814, 1815 и 1816 годов. СПб., 1816. Предуведомление.

Цит. по: Бутурлин Д. П. История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812-м году. С официальных документов и других достоверных бумаг российского и французского генерал-штабов. Ч.1. СПб., 1837. С. 128.

стр. ского королевства, и привлечь этим на свою сторону поляков14. А может, всерьез думал, что исход войны с Россией решится у ее западных границ. Как бы то ни было, вместо "польской" он получил самую что ни на есть "русскую" войну.

Российский император Александр I в момент перехода наполеоновских войск через границу России находился в Вильно. Получив известие об этом, его величество 13 июня обратился с воззванием к своим войскам, гласившим: "Из давнего времени примечали Мы неприязненные против России поступки французского императора, но всегда кроткими и миролюбивыми способами надеялись отклонить оные. Наконец, видя беспрестанное возобновление явных оскорблений, при всем Нашем желании сохранить тишину, принуждены Мы были ополчиться и собрать войска Наши;

но и тогда, ласкаясь еще примирением, оставались в пределах Нашей империи, не нарушая мира, а быв токмо готовыми к обороне. Все сии меры кротости и миролюбия не могли удержать желаемого Нами спокойствия. Французский император нападением на войска Наши при Ковно открыл первый войну. Итак, видя его никакими средствами непреклонного к миру, не остается Нам ничего иного, как призвав на помощь свидетеля и защитника правды, Всемогущего творца небес, поставить силы наши противу сил неприятельских. Не нужно Мне напоминать вождям, полководцам и воинам Нашим о их долге и храбрости. В них издревле течет громкая победами кровь славян. Воины! Вы защищаете Веру, Отечество, свободу. Я с вами. На начинающего Бог. Александр"15.

Весть о том, что Наполеон пошел войной на Россию, всколыхнула все русское общество.

"Русский народ поднялся как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов, - писал в одном из своих писем из Петербурга чиновник министерства иностранных дел России Готхильф Фабер. - Правительство говорило о том, чтобы положить предел вызванному движению;

но письменными приказами нельзя сдержать подобных порывов, подобному тому, как нельзя возбудить их такими приказами.

Совершенно исключительное зрелище представлял этот народ, прямо подставляющий неприяте Первыми из французов переправились на восточный берег Немана саперы. Была еще ночь, но переправившиеся были сразу же обнаружены одним из казачьих разъездов. Приблизившись к саперам, его командир спросил их, кто такие. "Французы", - услышал он в ответ. "Чего вы хотите и зачем вы в России?", - спросил еще раз русский офицер и получил предельно откровенное признание: "Воевать с вами, взять Вильну, освободить Польшу!" Вслед за этими словами в сторону русских полетели пули. Выстрелив в ответ на них, казачий патруль скрылся в темноте. Это было первое боевое столкновение Отечественной войны 1812 г.

Приказ Нашим армиям. 13 июня 1812 года // Собрание высочайших манифестов, грамот, указов, рескриптов, приказов войскам и разных извещений, последовавших в течение 1812, 1813, 1814, 1815 и 1816 годов. СПб., 1816.

С. 7 - 8;

также см. текст этого высочайшего приказа в издании: Бутурлин Д. П. История нашествия императора Наполеона на Россию в 1812-м году. С. 132.

стр. лю свои открытые груди... Русская любовь к родине не похожа ни на какую другую. Она чужда всякой рассудочности;

она - вся в ощущении. С одного конца России до другого она проявляется одним и тем же способом, решительно все выражают ее одинаково;

это не расчет, это ощущение, и это ощущение - молния. Бороться и все принести в жертву, огнем и мечом - вот в чем сила этой молнии. Вступать в сделку с неприятелем - такая мысль не вмещается в русской голове. Никакое примирение невозможно, ни о каком сближении не хотят и слышать. Победить или быть побежденным, середины для русских не существует"16.

Это настроение русского общества отразилось в Именном указе императора Александра I председателю Государственного Совета и Комитета министров графу Н. И. Салтыкову от 13 июня: "Граф Николай Иванович! Французские войска вошли в пределы Нашей империи. Самое вероломное нападение было возмездием за строгое наблюдение союза. Я для сохранения мира истощил все средства, совместные с достоинством Престола и пользой Моего народа. Все старания Мои были безуспешны. Император Наполеон в уме своем положил твердо разорить Россию. Предложения самые умеренные остались без ответа. Внезапное нападение открыло явным образом лживость подтверждаемых в недавнем еще времени миролюбивых обещаний. И потому не остается Мне иного, как поднять оружие и употребить все врученные Мне Провидением способы к отражению силы силой. Я надеюсь на усердие Моего народа и храбрость войск Моих. Будучи в недрах домов своих угрожаемы, они защитят их со свойственной им твердостью и мужеством. Провидение благословит праведное Наше дело. Оборона Отечества, сохранение независимости и чести народной принудили Нас препоясаться на брань. Я не положу оружия, доколе ни единого неприятельского воина не останется в царстве Моем. Пребываю к вам благосклонный"17 (выделено мною. - В. Т.).

Текст приведенного указа составил А. С. Шишков, назначенный после удаления М. М.

Сперанского на должность государственного секретаря Государственного совета.

Обыкновенно вступление России в войну объявлялось манифестом. И проект такого манифеста был подготовлен и в данном случае: его текст написал кто-то из сановников и передал на предварительный просмотр государственному секретарю А. С. Шишкову.

Александр Семенович, ознакомившись с содержанием проекта, отозвался о нем Фабер Г. Ф. Письмо из Петербурга // Недаром помнит вся Россия... К 175-летию Отечественной войны года. М., 1987. С. 45 - 46.

Именной указ, данный Председателю Государственного Совета и Комитета Министров графу Салтыкову, от июня 1812 года "О необходимости поднять оружие к отражению французских войск от Российских пределов" // Законодательство императора Александра!. 1812 - 1825 годы. С. 1.

стр. благосклонно. "Читал сей манифест и нахожу оный существом дела, мыслями, связью и слогом прекрасно написанным", - начертал он карандашом на последнем листе этого документа. Его текст сохранился и в 1870 г. был опубликован в журнале "Русская старина"18. Вторжение наполеоновских войск в пределы Российской империи представлялось в нем заранее подготовленным актом военной агрессии, ставившим своей целью порабощение и ограбление России.

Начинался текст проекта манифеста со следующего заявления: "Два лета коварством и неограниченным властолюбием умышляемое нападение на империю нашу, наконец, действие свое восприяло, вторжением неприятеля в границы наши и занятием Ковны сего 12 июня. Сим последним опытом вероломства и необузданного честолюбия французского императора положен предел нашему долготерпению, и мы подъемлем чистотою намерений наших и миролюбием освященное оружие наше на отражение кровожаждущего супостата"19. Далее обращалось внимание на истинные цели наполеоновских войн. "Кто не ведает о порабощении всех стран Западных под игом французского императора страждущих? Кто не испытал, что под названием ново установленных царств французский император ищет токмо новых данников и новых жертв для окровавленного алтаря своей славы? Так, Голландия потеряла и богатства свои, и свою промышленность, и народ сей, прежде мирными искусствами и мореходством отличавшийся, ныне раболепствует Франции в бедности и бесславии;

так, цветущий Неаполь сделался добычею французской ненасытности;

и так называемое независимое королевство Вестфальское более самых французских провинций истощается беспрестанными денежными налогами и беспрестанною войною"20. В проекте манифеста подчеркивалось, что именно такую участь Наполеон предназначил России, а вместе с ней и Польше.

Основное содержание рассматриваемого документа было посвящено описанию взаимоотношений России и Франции в годы, предшествовавшие начавшейся войне, и усилий, предпринимавшихся российским государем для сохранения мира. В заключительной части проекта манифеста выражалась надежда на то, что русский народ снова защитит свою родину от вражеского нападения: "Народ, который в младенчестве своем сотряс иго азиатских победоносцев, от коих имени вся Европа трепетала;

народ, который посреди мятежей и безначалия нашел в беспримерной храбрости своей средства к изгнанию полчиш иноплеменных;

народ, который удивил вселенную быстрыми своими шагами в поприще славы: таковый народ, без сомнения, не ослабит Манифест о войне России с Францией 1812 года // Русская старина. 1870. Т. 1. С. 447 - 453.

Там же. С. 447 - 448.

Там же. С. 448.

стр. и ныне усилий своих к защищению земли русской, семейств, стяжания и независимости любезного отечества. Мы же в умилении сердца Нашего совокупно с ними воссылаем мольбы ко Всевышнему, да примет Он под всемогущий покров свой правое наше дело и, увенчав оборонительные Наши усилия вожделенными успехами, да прославит он между людей своих святое имя Свое, - яко отец всякой правоты и мститель ухищрения и пролития крови невинной"21.

О том, почему российский император отказался принимать манифест с таким содержанием, можно только догадываться. Вполне возможно, что не понравились его величеству изложенные в нем пространные оправдания предпринятых Россией в последние годы внешнеполитических действий - Александр I очень не любил оправдываться, а может, просто скучным, не воодушевляющим на войну с врагом показалось государю содержание этого проекта, или же Александр I думал в то время, что сможет одолеть Наполеона и без участия народа русского, одною лишь армией своею. Но верней всего прав был Г. -Ф. Фабер, простой чиновник российского министерства иностранных дел, заметивший в своей книге "Русские люди в 1812 г.": "Русский народ поднялся, как один человек, и для этого не требовалось ни прокламаций, ни манифестов".

Спустя три недели после вторжения войск Наполеона в Россию стало очевидным, что одной армией, без помощи народа, это нашествие не отразить - Наполеон располагал вооруженными силами, которые почти втрое превосходили по своей численности войска, имевшиеся в распоряжении Александра I. Поэтому 6 июля российский император обратился к своим подданным с воззванием о сборе ополчения из представителей всех сословий. Данное воззвание было издано в виде манифеста. Его содержание в полной мере соответствовало такой форме законодательного акта.

Начинался манифест с указания на чрезвычайную опасность для России вторжения в ее пределы сильной армии, собранной французским императором из войск нескольких иностранных держав: "Неприятель вступил в пределы Наши и продолжает нести оружие свое внутрь России, надеясь силой и соблазнами потрясти спокойствие великой сей державы. Он положил в уме своем злобное намерение разрушить славу ее и благоденствие. С лукавством в сердце и лестью в устах несет он вечные для нее цепи и оковы. Мы, призвав на помощь Бога, поставляем в преграду ему войска Наши, кипящие мужеством попрать, опрокинуть его, и то, что останется неистребленного, согнать с лица земли Нашей. Мы полагаем на силу и крепость их твердую надежду;

но не можем и не должны скрывать от верных Наших подданных, что собранные им разнодержавные силы велики, и что отважность его тре Там же. С. 453 - 454.

стр. бует неусыпного против нее бодрствования"22. Отсюда делался вывод о невозможности защитить страну одной лишь армией без содействия всего народа. В качестве способа оказать помощь армии Александр I предлагал местному российскому дворянству создавать ополчение. "Сего ради, при всей твердой надежде на храброе Наше воинство, заявлял его величество, - полагаем Мы за необходимо нужное: собрать внутри государства новые силы, которые, нанося новый ужас врагу, составляли бы вторую ограду в подкрепление первой и в защиту домов, жен и детей каждого и всех. Мы уже воззвали к первопрестольному граду Нашему Москве;

а ныне взываем ко всем Нашим верноподданным, ко всем сословиям и состояниям, духовным и мирским, приглашая их вместе с Нами единодушным и общим восстанием содействовать против всех вражеских замыслов и покушений. Да найдет он на каждом шаге верных сынов России, поражающих его всеми средствами и силами, не внимая никаким его лукавствам и обманам. Да встретит он в каждом дворянине Пожарского, в каждом духовном Палицына, в каждом гражданине Минина. Благородное дворянское сословие! ты во все времена было спасителем Отечества;

Святейший Синод и духовенство! вы всегда теплыми молитвами своими призывали благодать на главу России;

народ Русский! храброе потомство храбрых славян! ты неоднократно сокрушал зубы устремлявшихся на тебя львов и тигров;

соединитесь все: с крестом в сердце и с оружием в руках никакие силы человеческие вас не одолеют"23.

6 июля 1812 г. - в день, когда появился Манифест "О сборе внутри государства земского ополчения", - Александр I подписал еще один весьма примечательный акт, а именно "Трактат о заключении мира между Россией и Англией"24.

Он прекращал состояние войны, в котором обе державы находились с 24 октября ( ноября) 1807 г., т.е. с момента издания декларации "О разрыве мира с Англией", объявившей о том, что российский император "прерывает всякое сообщение с Англией, отзывает свое посольство, там бывшее", и не желает иметь в России ничего английского25.

Предпринятый названной декларацией шаг означал одновременно перерыв и торговых отношений между Россией и Англией. Этой мерой Александр I исполнял положения заключенного в Тильзите 25 июня (7 июля) 1807 г. тайного соглашения с Наполеоном так называемого "Договора о союзе наступательном и оборонительном"26, предусматри Манифест от 6 июля 1812 года "О сборе внутри государства земского ополчения" // Законодательство императора Александра I. 1812 - 1825 годы. С. 6.

Там же. С. 7.

Законодательство императора Александра I. 1812 - 1825 годы. С. 7 - 9.

1-ПСЗРИ. Т. 29. N 22633. С. 1308.

См. его текст в издании: Traitd d'alliance offensive et defensive conclu a Tilsit le 25 Juin (7 Juillet) 1807 // Сборник императорского Русского исторического общества. Т. 89. СПб., 1893. С. 60 - 62.

стр. вавшего в ст. 5 объявление войны Англии в случае отказа британского правительства заключить мир с французским императором. Вместе с тем разрыв мира с Англией был ответом российского императора на предательство ею своего союзника во время войны 1805 - 1807 гг. с Францией. Данная война в полной мере отвечала лишь английским интересам, тем не менее, втянув в нее Россию, Англия бросила ее на произвол судьбы. В декларации "О разрыве мира между Россией и Англией" были приведены конкретные факты предательства Англией своего союзника. Александр I выражал в этом документе удивление тем, что "в собственном ее деле она пребывала в бездействии. Взирая равнодушно на зрелище кровопролитной брани, ею воспаленной, она посылала между тем войска свои к овладению Буэнос-Айра27" и Египтом. Более того, указывал российский самодержец в декларации от 24 октября (5 ноября) 1807 г., действуя "против доброй веры и точных и самых явственных выражений трактатов, Англия угнетала на море торговлю подданных Его Величества;

и в какое время? Тогда, как кровь России проливалась в знаменитых сражениях, где против войск Его Величества были направлены и удерживаемы все воинские силы Его Величества императора французского, с коим Англия была, как и теперь еще находится, в войне"28.

Утвержденный императором Александром 6 (18) июля 1812 г. "Трактат о заключении мира между Россией и Англией" отражал резкий поворот его внешней политики. Вместе с тем данный трактат являлся одновременно мерой, прямо направленной против Наполеона.

Французский император вел войну, в сущности, только против одной страны - Англии.

Его военные походы против других европейских стран были, за редким исключением, всего лишь частью этой большой войны, от исхода которой зависела судьба Франции.

Французская экономика не могла подняться в условиях свободного доступа английских товаров на европейский рынок: они были дешевле и качественнее и при свободной конкуренции легко заполняли бы и рынок самой Франции, разоряя ее промышленность.

Но закрыть европейский рынок для английских товаров можно было лишь совместными действиями всех или хотя бы ведущих стран Европы. Побудить эти страны к таким действиям Наполеон и рассчитывал посредством их завоевания. Он полагал, что правительства завоеванных стран ему нетрудно будет заставить проводить единую политику по отношению к Англии, особенно если четко прописать ее основные принципы в специальном законодательном акте.

Такой акт был издан Наполеоном после разгрома Пруссии. 21 ноября 1806 г.. В Берлине он подписал "Декрет, объявляющий британ Имеется в виду Буэнос-Айрес - столица Аргентины.

1-ПСЗРИ. Т. 29. N 22633. С. 1306.

стр. ские острова в состоянии блокады"29. В нем были прописаны меры, направленные на полное прекращение на европейском континенте торговли продукцией английской промышленности, т.е. на установление системы континентальной блокады Британии вплоть до насильственного захвата и конфискации кораблей и имущества торговцев, заподозренных в ведении коммерческих операций с англичанами. К этой системе были вынуждены присоединиться все европейские страны, подчиненные Наполеону: Италия, Голландия, небольшие германские государства, Пруссия, Австрия (с лета 1809 г.).

Заключенным в Тильзите 25 июня (7 июля) 1807 г. Александром I с Наполеоном тайным "Договором о союзе наступательном и оборонительном" обязательство присоединиться к блокаде британских островов взяла на себя и Россия. Британское правительство ответило на политику континентальной блокады такими же мерами: торговая война между Англией, с одной стороны, и Францией с ее союзниками - с другой, вступила в свою самую острую фазу.

Военный поход французского императора во главе полумиллионной европейской армии против России был, в сущности, продолжением этой войны. В сохранившихся бумагах Наполеона самое раннее свидетельство тому, что он стал допускать возможность вступления Франции в войну с Россией, относится к 3 марта 1811г. Этим днем датировано его письмо к министру иностранных дел Ж. -Б. Н. де Шампаньи. "Мне кажется, - писал в нем французский император, - что надо добавить несколько пассажей, которые бы дали знать, что я совершенно не буду воевать из-за указа и тарифа, но я буду принимать меры против последствий дурного духа, вызванных этим актом, и что я не начну войны, если только Россия не захочет помириться с Англией"30 (выделено мною. - В. Т.).

В свете этих слов подписанный российским императором 6 (18) июля 1812 г. "Трактат о заключении мира между Россией и Англией" приобретал особое значение среди законодательных актов периода Отечественной войны. Его издание показывало, что военный поход Наполеона против России приводит к прямо противоположному результату, нежели тот, которого французский император стремился добиться посредством его.

Начиная 12 июня 1812 г. военную кампанию против России, Наполеон не мог не понимать, что завоевать эту страну при ее пространствах и народе, привыкшем довольствоваться весьма скудным матери Ddcret qui declare les iles britanniques en etat de blocus. 21 november 1806 // Collection complete des lois, decrets, ordonnances, reglemens, et avis du Conseil-D'Etat, publiee sur les editions offlcielles du Louvre;

de l'imprimerie nationale, par Baudouin;

et du bulletin de lois. T. 16. A Paris, 1826. P. 66 - 68.

Lettres inddites de Napoleon I (An VIII - 1815) publees par Leon Lecestre. Lome second (1810 - 1815). Paris, 1897. P.

116.

стр. альным достатком, практически невозможно31. Однако он и не ставил перед собой задачи покорить Россию. Многие обстоятельства и в том числе высказывания самого Наполеона указывают на то, что мысль о войне против России возникла в нем в тесной связи с его мыслями о судьбе континентальной блокады. Понимая, что без участия России никакого сколько-нибудь плодотворного результата политика блокирования английской торговли не даст, он искал способ принудить ее к активным действиям в этом направлении.

Очевидно, Наполеону нужен был новый договор с Россией об ее участии в блокаде Англии, однако опыт тильзитского договора "о союзе наступательном и оборонительном", по которому Россия брала на себя такое обязательство, показывал, что само по себе соглашение между двумя государствами является слабой гарантией того, что оно будет ими соблюдаться. Россия едва ли не с самого начала не считала для себя нужным исполнять полностью статью названного договора, предусматривавшую ее присоединение к континентальной блокаде. Но по мере роста ее военного могущества стала принимать меры и против французской торговли. В этих условиях желание Наполеона сохранить и упрочить систему блокады Англии диктовало ему только один способ решения проблемы под названием "Россия" - военный.

Чтобы Россия стала более податливой для политики континентальной блокады, надобно было превратить ее в слабое государство. Ведь Наполеону нужен был новый договор о континентальной блокаде не просто с Россией, а со слабой Россией. Достичь ее ослабления можно было не только военным способом, но французский император был человеком армейским - он и государством своим управлял так, как управляют армией.

Война являлась его профессией и потому казалась самым лучшим способом решения политических проблем.

О том, что мысль о военном походе на Россию вызрела в сознании Наполеона на почве проводившейся им политики континентальной блокады и что война против России была для него не чем иным, как продолжением этой политики, свидетельствует уже сам характер подготовки французского императора к военному удару по России. Эта подготовка не только не скрывалась, но как будто даже специально демонстрировалась императору Александру.

Открытая и даже демонстративная подготовка Франции к войне с Россией, формирование Наполеоном огромной (приблизительно полумиллионной) армии вторжения, периодически повторяемые им "Я не до такой степени не понимаю своих выгод, чтобы ринуться в войну против великой державы, которая обладает огромными средствами и которой храбрые войска будут защищать свои собственные жилища", - говорил Наполеон 30 марта (11 апреля) 1811 г. в разговоре с посланником Александра I полковником А. И. Чернышевым (Донесения полковника А. И. Чернышева императору Александру Павловичу) // Сборник императорского Русского исторического общества. Т. 21. СПб., 1877. С. 76).

стр. высказывания о том, что на самом деле он войны с Россией не желает, но вынужден пойти на нее, чтобы предотвратить ее союз с Англией, - все это заставляет думать, что французский император смотрел на свой военный поход в Россию, помимо прочего, еще и как на грандиозный военный спектакль, призванный произвести впечатление на Европу, Россию, российского императора. Он почему-то решил, что война - это лучший способ добиться выгодного для себя мира, и думал, что если войдет в Москву, то Александр I немедленно начнет с ним мирные переговоры. Наполеон не догадывался, что в России монарх только по названию самодержец, что нет у него власти остановить войну русских людей против чужой армии, пришедшей на их землю, что такая война всегда неизбежно превращается в ОТЕЧЕСТВЕННУЮ, которую прекратить в России может только РУССКАЯ ПОБЕДА.

"Трактат о заключении мира между Россией и Англией", утвержденный императором Александром 6 (18) июля 1812 г., демонстрировал такую же решимость русского государя победить в войне с наполеоновской Францией, какую выражали слова "Я не положу оружия, доколе ни единого неприятельского воина не останется в царстве Моем", венчавшие его указ "О необходимости поднять оружие к отражению французских войск от Российских пределов", данный председателю Государственного Совета и Комитета министров графу Н. И. Салтыкову 13 июня 1812 г.

Не дожидаясь ратификации "Трактата о заключении мира между Россией и Англией", Александр I Именным указом, данным Сенату 4 августа 1812 г., повелел открыть английскому флагу все российские порты на Балтийском, Белом, Черном и Азовском морях, для того чтобы между Российской империей и Английским королевством начались "торговые сношения со всякою бозопасностию" и "на основании ныне существующих узаконений"32.

12 сентября 1812 г. Александр I издал Манифест, в котором позволил всем российским подданным "на основании существующих законов с подданными Великобританского королевства, яко с союзного, издревле дружественною с Нами державою, вступать беспрепятственно и безопасно во всякие торговые сношения"33.

15 сентября 1812 г. Именным указом Александра I, данным Сенату, с английских торговых кораблей было снято эмбарго, наложенное высочайшим Указом от 28 октября 1807 г. Именной, данный Сенату, от 4 августа 1812 г. "О восстановлении с Англиею мира и о начатии торговых с оною сношений, на основании существующих узаконений" // 1-ПСЗРИ. Т. 32. N 25197. С. 405.

Манифест "О торговых сношениях между Россиею и Англиею" // 1-ПСЗРИ. Т. 32. N25223. С. 421.

Именной указ, данный Сенату, от 15 сентября 1812 г. "О снятии с английских купеческих кораблей эмбарго и об освобождении от секвестра имущества, англичанам принадлежащего" // Там же.

стр. Манифест "О торговых сношениях между Россией и Англией" и Указ "О снятии с английских купеческих кораблей эмбарго и об освобождении от секвестра имущества, англичанам принадлежащего", были изданы в то время, когда Наполеон пребывал в Москве. Он вступил в древнюю столицу России 3(15) сентября вслед за своими войсками, которые вошли в город днем ранее. Французский император надеялся именно здесь подписать с Александром I новый мирный договор и потому не спешил покинуть Москву, задержавшись в ней на целых 35 дней, хотя буквально каждый день промедления с выступлением отсюда ухудшал положение обитавшей в ней наполеоновской армии 35.

Наполеон не знал, что Александр I вскоре после получения известия об оставлении Москвы русскими войсками выпустил декларацию во всенародное известие, в которой подтвердил данную в Именном указе графу Н. И. Салтыкову от 13 июня 1812 г. клятву не складывать оружия до тех пор, пока ни единого неприятельского воина не останется на территории России. Сообщая о вступлении врага в Москву, его величество старался утешить своих подданных. "Но да не унывает от сего великий народ российский, восклицал Александр I в своей декларации. - Напротив, да поклянется всяк и каждый воскипеть новым духом мужества, твердости и несомненной надежды, что всякое наносимое нам врагами зло и вред обратится напоследок на главу их. Неприятель занял Москву не от того, чтоб преодолел силы наши или бы ослабил их. Главнокомандующий по совету с первенствующими генералами нашел за полезное и нужное уступить на время необходимости, дабы с надежнейшими и лучшими потом способами превратить кратковременное торжество неприятеля в неизбежную ему погибель. Сколь ни болезненно всякому русскому слышать, что первопрестольный град Москва вмещает в себя врагов Отечества своего;

но она вме По мнению Дениса Давыдова, эта задержка роковым образом сказалась на судьбе наполеоновской армии, вошедшей в Москву. "И подлинно, - писал он, вспоминая о событиях Отечественной войны, - выступи армия сия на 14 дней прежде, то ни один замысел фельдмаршала (Кутузова. - В. Т.) не достиг бы до полной зрелости. Армия наша не успела бы усилиться частию войск, сформированных князем Лобановым;

в лагере учение рекрут и поступивших в линейные полки ратников не пришло бы к окончанию;

с Дону не успели бы прибыть 24 полка казаков, что с находившимися при армии полками составило более 20 тысяч истинно легкой конницы, причинившей столь много вреда неприятелю во время его отступления;

дух армии не возвысился бы от победы, одержанной над неприятельским авангардом 6 октября". По словам героя Отечественной войны, последние дней пребывания Наполеона в Москве "довершили расстройство неприятельской армии. Недостаток в продовольствии оказался уже по истечении 20-дневного срока, ибо все, что еще оставалось под рукою, все окончательно израсходовалось, а по израсходовании всего бродяги умножились и разврат обуял все части армии.

Если бы армия сия выступила 14 дней прежде, то она не только избегла бы голода, но и прошла бы все расстояние от Москвы до Смоленска путем сухим и погодою ясною, по той причине, что осень была необыкновенно теплая, а стужи и вьюги поднялись только 22 октября, то есть в то время, в которое неприятель мог уже быть за Смоленском" (Давыдов Д. В. Разбор трех статей, помещенных в Записках Наполеона. М., 1825. С. 31 - 33).

стр. щает их в себя пустая, обнаженная от всех сокровищ и жителей"36. При этом русский государь счел необходимым еще раз уверить своих подданных, что не заключит мира с Наполеоном, захватившим Москву: "Гордый завоеватель надеялся, вошед в нее, соделаться повелителем всего российского царства и предписать ему такой мир, какой заблагорассудит;

но он обманется в надежде своей и не найдет в столице сей не только способов господствовать, ниже способов существовать... Не в ту страну зашел он, где один смелый шаг поражает всех ужасом и преклоняет к стопам его и войски, и народ.

Россия не привыкла покорствовать, не потерпит порабощения, не предаст законов своих, Веры, свободы, имущества. Она с последнею в груди каплею крови станет защищать их.

Всеобщее повсюду видимое усердие и ревность в охотном и добровольном против врага ополчении свидетельствует ясно, сколь крепко и непоколебимо Отечество наше, ограждаемое бодрым духом его сынов. Итак, да не унывает никто, и в такое ли время унывать можно, когда все состояния государственные дышат мужеством и твердостию?" Пророчества этой декларации Александра I осуществились полностью. Спустя месяц своего пребывания в древней столице России Наполеон осознал, что оказался в ловушке, из которой надо немедленно вырываться. Выступив из Москвы утром 7 (19) октября, французский император спустя десять дней достиг Бородинского поля. Еще через три дня он был в Вязьме. 24 октября (5 ноября) его видели с гвардией в Дорогобуже. 28 октября ( ноября) Наполеон добрался до Смоленска. Выступив ранним утром 2 (14) ноября из Смоленска, он к вечеру 7 (19) ноября оказался в Орше. Отечественная война явно подходила к своему очевидному, предопределенному многими обстоятельствами завершению.

3 ноября 1812 г. - в день, когда Наполеон был на пути из Смоленская в Оршу - Александр I издал Манифест "О изъявлении Российскому народу благодарности за спасение Отечества". Выражая в нем признательность русским ратным людям, дворянам, купцам и мещанам, проявившим в борьбе с опасным врагом мужество, верность и любовь к Отечеству, российский император одновременно рисовал картину обрушившейся на русскую землю войны. Он обращал особое внимание на тот факт, что вместе с французскими войсками в Россию вторглись австрийские, прусские, саксонские, баварские, виртембергские, вестфальские, итальянские, испанские, португальские и польские полки;

что целями Наполеона было разорение России, разрушение религиозных и нравственных устоев русского общества, Собрание высочайших манифестов, грамот, указов, рескриптов, приказов войскам и разных извещений, последовавших в течение 1812, 1813, 1814, 1815 и 1816 годов. СПб., 1816. С. 36.

Там же. С. 37 - 38.

стр. лишение русских людей самостоятельной государственности. "Убийства, пожары и опустошения следовали по стопам его, - отмечалось в Манифесте. - Разграбленные имущества, сожженные города и села, пылающая Москва, подорванный Кремль, поруганные храмы и алтари Господни, словом: все неслыханные доселе неистовства и лютости, открыли напоследок то самое в делах, что в глубине мыслей его долгое время таилось. Могущественное, изобильное и благополучное Царство Российское рождало всегда в сердце врага страх и зависть. Обладание целым светом не могло его успокоить, доколе Россия будет процветать и благоденствовать. Исполнен сей боязнью и глубокой ненавистью к ней, вращал, изобретал, устроял он в уме своем все коварные средства, которыми бы мог нанести силам ее страшный удар, богатству ее всеконечное разорение, изобилию ее повсеместное опустошение. Даже хитрыми и ложными обольщениями мнил потрясть верность к престолу, поруганием же Святыни и храмов Божиих поколебать Веру, и нравы народные заразить буйством и злочестием. На сих надеждах основал он пагубные свои замыслы, и с ними, наподобие тлетворной и смертоносной бури, понесся в грудь России"38.

Манифест "О изъявлении Российскому народу благодарности за спасение Отечества" был издан в то время, когда наполеоновская армия находилась еще на территории России. Но картина ее состояния, которая давалась в этом акте, не оставляла никаких сомнений относительно исхода войны. Это была картина бегущих в беспорядке вражеских войск, оставляющих пушки, обозы, бросающих тысячами на произвол судьбы своих раненных и больных. В свете такой картины совсем не преждевременным оказывалось изъявление Александром I благодарности русским людям всех сословий. Для ее выражения автор текста Манифеста39 нашел простые и в то же время душевные слова: "Внимая с отеческим чадолюбием и радостным сердцем сим великим и знаменитым подвигам любезных Наших верноподданных, вначале приносим Мы теплое и усердное благодарение источнику и подателю всех отрад, Всемогущему Богу;

потом торжественно от лица всего Отечества изъявляем признательность и благодарность Нашу всем Нашим верноподданным, яко истинным сынам России. Всеобщим их рвением и усердием доведены неприятельские силы до крайнего истощения, и главной частью или истреблены, или в полон взяты. Все единодушно в том содействовали. Храбрые войска Наши везде поражали и низлагали врага. Знаменитое дворянство не пощадило ничего к умножению государственных сил.

Почтенное купечество ознаменовало себя всякого рода пожертвованиями. Верный народ, мещанство и крестьяне показали такие опыты верности и любви к Отечеству, какие одному Законодательство императора Александра!. 1812 - 1825 годы. С. 11 - Им был скорее всего тогдашний государственный секретарь адмирал и писатель Александр Семенович Шишков (1754 - 1741).

стр. только Русскому народу свойственны. Они, вступая охотно и добровольно в ополчения, в самом скором времени сообразные, явили в себе мужество и крепость приученных к браням воинов. Твердая грудь их и смелая рука с такой же неустрашимостью расторгала полки неприятелей, с какой за несколько перед тем недель раздирала плугом поля"40.

В Манифесте особо выделялся подвиг, совершенный крестьянами, простыми русскими людьми. "Многие селения, - отмечалось в нем, - скрывали в леса семейства свои и малолетних детей, а сами, вооружась и поклявшись перед Святым Евангелием не выдавать друг друга, с невероятным мужеством оборонялись и нападали на появляющегося неприятеля, так что многие тысячи оного истреблены и взяты в плен крестьянами, и даже руками женщин, будучи жизнью своей обязаны человеколюбию тех, которых они приходили жечь и грабить. Столь великий дух и непоколебимая твердость всего народа приносят ему незабвенную славу, достойную сохраниться в памяти потомков"41.

Заканчивался Манифест от 3 ноября 1812 г. следующими словами русского государя:

"Почитаем за долг и обязанность сим Нашим всенародным объявлением изъявить перед целым светом благодарность Нашу и отдать должную справедливость храброму, верному и благочестивому народу Российскому"42.

Война разорила помещичьи и крестьянские хозяйства Смоленской и Калужской губернии, нанесла огромный урон купечеству, оставила большие разрушения в городах, сильно пострадали от европейских варваров и церкви. 10 декабря 1812 г. Александр I утвердил Положение Комитета министров "О продовольствии разоренных жителей и об устройстве Смоленской и частью Калужской губерний", представлявшее собой обширную программу помощи населению указанных губерний, план преодоления всех вообще последствий вражеского вторжения43.

В этом Положении предусматривалось, в частности, "для продовольствия разоренных поселян Смоленской губернии составить запасы в Тамбовской и частью в Тульской губернии, произведя закупку на счет казны через избранных от дворянства чиновников, без огласки для отвращения возвышения цен, или, буде издержки на сие будут для казны отяготительны, заимствовать хлеб из сельских магазинов оных же, или и прочих губерний с доставлением в Смоленскую". Такой запас продовольствия предполагалось сделать для 200 000 душ, преимущественно казенных и удельных крестьян;

помещичьим же крестьянам предписывалось оказывать помощь только в случае, когда помещики, "не имея достаточной собственности в других губерниях, лишены способов к доставлению им продовольствия". "Положение" допускало Законодательство императора Александра!. 1812 - 1825 годы. С. 12.


Там же. С. 13.

Там же.

Там же. С. 13 - 20.

стр. выделение пособий и для помещиков других губерний, если они будут испытывать в нем нужду, но такое пособие было предложено давать "заимообразно", обеспечивая его возвращение "при первом урожае, с тех же самых имений"44. На закупки хлеба для казенных и помещичьих крестьян, "кои потерпели совершенное разорение и вовсе не имеют способов к своему продовольствию", из государственной казны выделялся миллион рублей. Крестьяне и мещане освобождались от податей за вторую половину г. и за весь будущий год. Устанавливался запрет на взыскание в разоренных селениях недоимок. Купцы же, приписанные к городам Смоленской и Калужской губерний, которые были заняты неприятелем, и претерпевшие разорение, освобождались от платежа процентов с капиталов за будущий год, если они оставались "на прежнем местопребывании и в прежних гильдиях"45.

Вечером того дня, которым было датировано приведенное Положение об оказании помощи разоренным жителям Смоленской и Калужской губерний, император Александр I прибыл в Вильно - город, в котором он встретил начало Отечественной войны. 12 декабря у государя был день рождения, ему исполнялось 35 лет. На следующее утро по прибытии его величество собрал у себя генералов и тепло поблагодарил их за службу. Затем отправился с ними и с великим князем Константином Павловичем на войсковой парад.

Прибывшие из Петербурга сановники и генералы сразу же заметили, что русская армия не та, что была прежде. Одета несравненно проще - так, как должно одеваться для длинных, утомительных переходов и боев. Даже солдаты-гвардейцы и те напоминали своей толстой неуклюжей обувью и простой одеждой более крестьян, нежели бравых воинов. А уж строем и вовсе ходить разучились. Император Александр заметно помрачнел. А брат его Константин, глядя на проходящие мимо нестройные ряды русского войска, не смог сдержать негодования: "Эти люди только и умеют, что сражаться!" - вскричал с досадой великий князь.

Список литературы 1. Законодательство императора Александра I. 1812 - 1825 годы / Сост. и автор вступ. ст.

В. А. Томсинов. М., 2011.

2. Полное собрание законов Российской империи. Т. 32. СПб., 1830.

3. Сборник императорского Русского исторического общества. Т. 21. СПб., 1877;

Т. 89.

СПб., 1893.

4. Собрание высочайших манифестов, грамот, указов, рескриптов, приказов войскам и разных извещений, последовавших в течение 1812,1813,1814, 1815 и 1816 годов. СПб., 1816.

5. Lettres inedites de Napoleon I (An VIII - 1815) publees par Leon Lecestre. T. 2 (1810 - 1815).

Paris, 1897.

Там же. С 14.

Там же. С 18.

стр. Заглавие статьи ПОНЯТИЕ И ПРЕДМЕТ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА Автор(ы) М. Н. Марченко Вестник Московского университета. Серия 11. Право, № 5, Источник 2012, C. 21- ПРАВО И СОЦИОЛОГИЯ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 49.2 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ПОНЯТИЕ И ПРЕДМЕТ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА Автор: М. Н. Марченко М. Н. Марченко, доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой теории государства и права и политологии юридического факультета МГУ* В статье рассматриваются вопросы понятия социологии права, ее структуры, соотношения социологии права как академической дисциплины с другими научными и учебными дисциплинами, ее учебного и научного статуса, предмета и объекта социологии права и др.

Ключевые слова: социология;

право;

предмет;

социальные науки;

юридические дисциплины.

The article deals with the concept of the sociology of law, its structure, the ratio of the sociology of law as an academic discipline with other scientific and academic disciplines, its educational and research status, the subject and object of the sociology of law, etc.

Keywords: sociology;

law;

subject-matter;

social sciences;

legal disciplines.

Проблемы определения понятия и статуса социологии права. Несмотря на то что за последние десятилетия в отечественной и зарубежной литературе социологии права уделялось по сравнению с прежними декадами повышенное внимание46, тем не менее в отношении данной дисциплины остается довольно широкий круг спорных и нерешенных вопросов.

Среди них выделяются такие теоретические, практически значимые проблемы, которые касаются: эффективности действия норм права, функций права, уровня правосознания различных социальных групп, взаимодействия правовых и других социальных норм, состояния правопорядка в обществе и эффективности применяемых для его поддержания мер общественного воздействия, оптимальности правотворчества и эффективности правоприменения, и др. * law theory@lae.msu.ru См.: Подгурецкий А. Очерк социологии права. М., 1074;

Право и социология / Отв. ред. Ю. А. Тихомиров, В. П.

Казимирчук М., 1973;

Боботов С. В. Буржуазная социология права. М., 1978;

Карбонье Ж. Юридическая социология. М., 1986;

Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Современная социология права. М., 1995;

Гревцов Ю. М.

Социология права. СПб., 2001;

Сырых В. М. Социология права. М., 2012;

Законодательная социология. М. 2010;

Dictionary of Sociology and Related Sciences. N.Y., 1998;

Society and Legal Order (Cases and Materials in the Sociology of Law)/ Ed. by P. Schwartz, Skolnick. N.J., 1970.

Сырых В. М. Социология права. С. 20.

стр. Наряду с данными и им подобными вопросами, которые в основном касаются "внешней" по отношению к социологии права как научной и учебной дисциплины среды и которые решаются в ходе социально-правовых исследований с помощью социологических методов и средств, спорными, до конца не решенными остаются также вопросы, относящиеся непосредственно к самой искомой дисциплине. Это, в частности, вопросы понятия социологии права, ее структуры, соотношения социологии права как академической дисциплины с другими научными и учебными дисциплинами, ее учебного и научного статуса, предмета и объекта социологии права, и др.

Общепризнанным среди отечественных и зарубежных исследователей, занимающихся проблемами социологии права, является тот факт, что данная, относительно новая по историческим меркам дисциплина, имея своим объектом право "во всем многообразии его сторон и свойств"48, концентрирует тем не менее основное внимание авторов преимущественно на социальной стороне данного феномена, на необходимости изучения права как такового "не вообще", а под углом зрения возникающих в процессе его формирования и функционирования отношений между людьми49.

К этому в конечном счете сводится суть и содержание социологии права как искомой научной и учебной дисциплины. Этим же обусловливается тот юридический феномен, который был назван еще Л. Дюги "социальным правом", нарождающим соответствующие доктрины, "которые отправляются от общества, чтобы прийти к индивиду, от объективного права, чтобы прийти к субъективному праву, от социальной нормы, чтобы прийти к индивидуальному праву"50.

Однако, несмотря на единодушное признание социологии права как дисциплины, имеющей дело преимущественно с социальной стороной правовой действительности, среди исследователей тем не менее никогда не было и нет общего мнения, в частности, по принципиально важному вопросу, который касается академического, научного и учебного статуса данной дисциплины. Над единством мнений по данной проблеме здесь традиционно преобладает разнобой. Так, если одни авторы на вопрос, является ли социология права самостоятельным и соответственно самодостаточным феноменом, отвечают утвердительно, то другие исследователи придерживаются прямо противоположных взглядов.

По мнению авторов, устанавливающих относительно самостоятельный характер социологии права как самодостаточной дисциплины, "не будет ошибкой сказать, что на стыке социологии и правоведе Там же. С. 12.

Dictionary of Sociology and Related Sciences. P. 302.

Дюги Л. Конституционное право. Общая теория государства // История политических и правовых учений:

Хрестоматия / Сост. В. В. Ячевский. Воронеж, 2000. С. 896.

стр. ния сложилась новая научная дисциплина - социология права, имеющая комплексный характер"51. Она представляет собой относительно самостоятельную, "определенным образом структурированную систему социальных знаний о праве как особом социально юридическом феномене в его генезисе, а также в действии, т.е, как социально детерминированном и социально действующем (социально направленном) явлении и процессе"52.

В противоположность данной точке зрения другие авторы исходят из того, что социология права, будучи тесно связанной с общей социологией и общей теорией права, по определению не может выступать в качестве самостоятельной по своему статусу дисциплины. По их мнению, развиваемый в научной литературе тезис "об отсутствии у социологии права собственного предмета исследования" и соответственно о невозможности выделения ее в самостоятельную дисциплину "верно характеризует положение социологии права в системе правоведения ".

При этом, отрицая самостоятельный характер социологии права, исследователи-юристы в большинстве своем рассматривают ее в одних случаях как неотъемлемую составную часть всего правоведения, а в других - только общей теории права. Четкий водораздел между общей теорией права и социологией права, замечает по этому поводу В. М. Сырых, можно провести "только с позиции нормативистского понимания права", согласно котрому право отождествляется не только с законом, но и с иными нормативно-правовыми актами, а "процессы реального действия права признаются реалиями, лежащими за пределами предмета правовой науки"53.


В отличие от юристов, занимающихся проблемами социологии права и рассматривающих ее в виде составной части правоведения в целом или же органической части общей теории права, представители других общественных наук, и прежде всего социологи, предлагают рассматривать данную дисциплину в виде одной из отраслей общей социологии54.

Основная аргументация при этом сводится к тому, что поскольку социология права выявляет и рассматривает в праве не юридический, политический или иной, а исключительно социальный аспект;

исследует применительно к нему и по поводу него возникающие общественные отношения, а также взгляды, интересы и ценности "вовлечённых" в эти отношения людей, т.е. занимается изучением и анализом той материи, которую принято называть социологической, то из этого следует, по мнению авторов, что данная дисциплина долж Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Указ. соч. С. 28.

Там же. С. 31.

Там же.

См., напр.: Тадевосян Э. В. Социология права и ее место в системе наук о праве // Государство и право. 1998. N 1.

стр. на рассматриваться преимущественно как социологический феномен, как составная часть общей социологии.

Наряду с названными представлениями об академическом статусе социологии права в научной литературе высказываются по этому вопросу и иные, в той или иной мере отличающиеся друг от друга суждения. Наличие их представляется вполне естественным и объяснимым, имея в виду такие обстоятельства, как сложность, многогранность, отчасти внутренняя противоречивость и относительная новизна рассматриваемой материи. Анализ их, связанный с определением академического статуса, места и роли социологии права как учебной и научной дисциплины в системе других, соотносящихся с ней дисциплин, имеет не только теоретическое, но и практическое значение. В научной литературе в связи с этим совершенно справедливо отмечалось, что "спор о месте социологии права и ее статусе" нельзя рассматривать "только как научную дискуссию о понятиях". За ним следует видеть весьма практические вопросы и перспективу: где, на каких факультетах должны создаваться кафедры социологии права, а значит, и готовиться специалисты в этой области? Исходя из этого вопрос о статусе социологии права, по мнению исследователей, следует решать не только и даже не столько традиционно, теоретически, ориентируясь на ее предмет и метод, сколько практически, с опорой на "результаты в виде новых факторов, закономерностей и пр., которые устанавливаются и объясняются в рамках данного научного направления". Среди подобного рода факторов ("практических критериев") институционализации социологии права в научной литературе называются такие, как: а) наличие корпуса профессиональных юристов, проводящих исследования в соответствующей сфере и добивающихся научных результатов;

б) "более или менее" регулярные научные публикации, отражающие результаты соответствующих научных изысканий;

в) наличие кафедр, занятых подготовкой высококвалифицированных научных кадров;

и г) наличие научно-исследовательских институтов по профилю56.

Несомненно, решая вопрос об академическом статусе социологии права, следует в полной мере учитывать имеющиеся наработки по данной проблематике как в теоретической сфере, так и в практическом плане. Однако данный вопрос не может решаться механически. Ведь издавна известно, что любая общественная или иная практика хороша и оправдывает себя лишь в том случае, если она опирается на добротную, предварительно разработанную научную теорию. Как, впрочем, и наоборот: любая научная теория оправдывает себя лишь в том случае, если она проявляется и подтверждается соответствующей прак Гревцов Ю. И. Социология права. С. 25.

Там же.

стр. тикой. Это общепризнанное положение, которое конкретизируется в каждом случае, применительно к каждой отдельно взятой дисциплине и проявляется с учетом ее специфических особенностей.

В отличае от других сложившихся академических дисциплин, имеющих свой вполне определенный статус, одной из главных, если не самой главной особенностью социологии права, которую необходимо учитывать при определении ее места и роли в системе других дисциплин и ее академического статуса, является "раздвоенное", а точнее "промежуточное" положение данной, до конца не сложившейся дисциплины, которое она занимает, находясь между общей социологией и общей теорией права или шире - системы правоведения.

Будучи "промежуточной" дисциплиной, социология права формируется и органически сочетает в себе определенные черты и свойства, с одной стороны, общей социологии как "науки об общих и специфических закономерностях существования, организации, взаимодействия социальных объединений разных типов в их связи с обществом как целостной системой"57, а с другой - системой правоведения.

Было бы, однако, весьма опрометчивым и бесперспективным пытаться определять степень содержания в социологии права элементов общей социологии и элементов правоведения.

Точно так же пытаться определять и "соизмерять" уровень влияния или "тяготения" искомой дисциплины к каждой из "формирующих" ее дисциплин и исходя из этого рассматривать социологию права в виде отрасли общей социологии или же составной части правоведения. Аккумулируя в себе "пограничные" элементы общей социологии и правоведения, социология права, по логике вещей, формирует на их основе и с опорой на конкретные социальные, правовые и иные жизненные факты и факторы свою собственную субстанцию, а вместе с ней - свою междисциплинарную самостоятельность и самодостаточность.

Разумеется, в настоящее время в силу сравнительно непродолжительного периода существования социологии права весьма трудно судить об уровне относительной самостоятельности и самодостаточности этой дисциплины. Однако неоспоримым фактом, свидетельствующим о возрастающей роли и значении социологии права как научной и учебной дисциплины, является то, что по мере развития общества, а вместе с ним государства и права в процессе их глубокого и разностороннего познания без социологии права все в большей степени не может обойтись ни общая социология, ни общая теория права и в целом правоведение. Данное обстоятельство несомненно свидетельствует об усилении самостоятельности и самодостаточности искомой дисциплины по отношению к другим, сопредельным с ней дисциплинам, отлича Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. М., 2009. С. 629;

Dictionary of sociology and related sciences. P.

302.

стр. ющимся друг от друга по самым разным идентифицирующим их параметрам, включая их предмет, метод познания, структуру и содержание.

Предмет и объект социологии права. Каждая научная и учебная дисциплина имеет свою особую область познания, непосредственно связанную с ее предметом и объектом исследования. Своевременное и точное установление предмета и объекта той или иной дисциплины имеет весьма важное значение как для процесса ее становления и развития, так и для ее повседневного функционирования. Наличие строго определенного, отграниченного от сферы "приложения" других смежных дисциплин предмета изучения является свидетельством не только институционально-функциональной зрелости и относительной самостоятельности, но и потенциальной эффективности научной и учебной дисциплины.

Безотносительно к той или иной области исследования предмет познания определяется через "вовлеченность в процесс практической деятельности человека сторон, свойств, отношений реальных объектов, которые в данных исторических условиях подлежат познанию"58. Или же представляется в виде "философского понятия", употребляемого "для обозначения системы законов материального и духовного мира, изучаемых наукой в целом либо ее отдельными отраслями"59. В отличае от предмета познания объект исследования в общефилософском смысле рассматривается "как фрагмент мира самого по себе"60, как та часть (сфера, фрагмент, явление и пр.) реально существующей действительности, на изучение которой направлена познавательная деятельность человека.

Предмет и объект исследования находятся между собой в постоянной органической связи.

Один и тот же объект, будь то государственно-правовая или иная действительность, изучаемая с разных сторон и с позиции разных дисциплин, выступает в качестве объективного основания для формирования их предмета и содержания61.

Предмет науки, отмечается в связи с этим исследователями, "это то, что характеризует данную науку с точки зрения того, что она изучает и что ей безраздельно принадлежать не может"62. Условно говоря, предмет выступает в качестве одной из сторон, сфер или в виде совокупности сходных аспектов того или иного исследуемого объекта. Применительно к социологии права, равно как и к другим социально-политическим дисципинам, вопрос о предмете данной дисциплины решается в зависимости от целого ряда объективных и субъективных факторов, включая мировоззренческие позиции исследователей.

Философский словарь. С. 537.

Сырых В. М. Материалистическая теория права. М., 2011. С. 43.

Философский словарь. С. 537.

Подробнее об этом см.: Марченко М. Н. Теория государства и права. М., 2011. С. 7 - 13.

Гревцов Ю. И. Очерки теории и социологии права. СПб., 1996. С. 254.

стр. Подобно тому как, со слов М. Вебера, "современный человек, дитя европейской культуры, неизбежно и с полным основанием рассматривает универсально-исторические проблемы с вполне определенной точки зрения"63, также с разных позиций решается и вопрос о предмете социологии права. Анализируя сложившиеся представления о предмете социологии права, нельзя не заметить, что одни авторы предметом исследования данной дисциплины "в первом приближении" рассматривают, с одной стороны, "собственно право (ту или иную форму его бытия)", а с другой - социальные условия его возникновения и функционирования, а также социальные последствия действия права в обществе и "сам механизм действия права" в обществе, "который не может не быть социально-правовым"64.

Другие исследователи в процессе формирования представления о предмете социологии права акцентируют внимание на том, что социология права "ориентирует на изучение социальных функций права", а также "последствий, связанных с принятием и введением в общественную жизнь правовых актов". Подчеркивая, что выявление социальных последствий и социальной эффективности правового регулирования - это "весьма серьезная и трудная задача", авторы вместе с тем не без оснований указывают на то, что "такая постановка вопроса не сужает предмет науки", поскольку социология права "изучает процесс общественного действия права, взятого в системе, в полном его объеме, т.е. вне правоотношений"65.

Наряду, а зачастую и в рамках названных представлений о предмете социологии права в отечественной и зарубежной литературе культивируется мнение о предмете данной дисциплины как о феномене, ассоциирующемся исключительно с действием права, выработкой его теории, а также эффективностью права и выявлением факторов, обусловливающих его повседневное функционирование. Уделяя особое внимание рассмотрению данных вопросов, польский ученый А. Подгурецкий по этому поводу резонно замечал: "...Физики не знают сущности атома, электрона или нейтрона, но детально знают правила, которые управляют их движением и взаимодействием. А юристы детально "знают", что является правом, действующим правом или правовой нормой, но имеют весьма смутное представление о том, как воздействуют эти элементы"66.

Иными словами, по справедливому замечанию автора, юристы детально "знают" внутреннюю жизнь и строение права, посколько традиционно в процессе его изучения сосредоточивают основное внимание на его понятии, внутренней структуре, формах проявления, наконец, Вебер М. Избранные произведения. М., 1990. С. 44.

Гревцов Ю. И. Социология права. С. 13.

Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Указ. соч. С. 8.

Подгурецкий А. Очерк социологии права. М., 1974. С. 274.

стр. на его юридическом содержании, зачастую исследуя, таким образом, право "лишь в себе" и "само по себе". Однако при этом они нередко упускают из поля зрения такие немаловажные для его глубокого и разностороннего понимания внешние, преимущественно социальные факторы, которые обусловливают не только процесс возникновения и развития права, но и процесс его повседневного функционирования67.

В этом смысле несомненно правы те авторы, которые полагают, что содержание предмета социологии права должно включать в себя наряду с ранее названными компонентами также изучение социальной обусловленности всей правовой материи и отдельных ее составных частей, механизма прямого воздействия права на общество и обратного воздействия общества на право, эффективности процесса правотворческой, правоприменительной и правоохранительной деятельности и др. Кроме того, признавая "неоднозначность" предмета социологии права, некоторые исследователи считают, что частью предмета социологии права является "его субъективный аспект". При этом имеются в виду "самые различные конструкции человеческого ума в виде теории, положений, выводов, идей", а также "такой важный компонент" предмета социологии права, как "общественное мнение о праве"69.

Несомненно, субъективный момент в социологии права неразрывно связан с ее объективным моментом, ибо, изучая социальную, объективно существующую сторону или аспект права, исследователь неизбежно творит в форме социальных идей, теорий и пр.

также и субъективную сторону права. Однако является ли "субъективный аспект" социологии права частью его предмета, и если является, то какое место он занимает в его содержании? Ведь будучи направленной на познание социальной стороны реально существующей и функционирующей правовой материи, выступающей во всем многообразии ее признаков и свойств, в качестве объекта социологии права последняя акцентирует внимание исследователей в первую очередь и преимущественно на объективной-социальной стороне данного феномена, а не на его субъективном аспекте, проявляющемся в виде различных мнений, сложившихся теорий и суждений о данном явлении.

Нет сомнения в том, что в процессе познания объективной - социальной стороны правовой материи исследователь неизбежно обращается также к рассмотрению накопленного в данной области интеллектуального материала - ее субъективной стороне.

Однако не она является основной целью его внимания и предметом его познания, а Казимирчук В. П. Социологические исследования в праве // Методологические проблемы советской юридической науки. М., 1980. С. 230 - 237.

Суслов Ю. М. Конкретные исследования и развитие социологии права. Л., 1983;

Карбонье Ж. Указ. соч.;

Монсон П. Современная западная социология. СПб., 1992;

Худойкина Т. В. Юридическая социология. Саранск, 2002;

Степанов О. В., Самыгин П. С. Социология права. Ростов н/Д., 2006;

и др.

Гревцов Ю. И. Социология права. С. 14.

стр. социальная обусловленность права в целом и отдельных его составных частей на всех этапах их становления, развития и функционирования.

Исходя из того, что субъективная сторона возникает на основе объективной, а не наоборот, и что в процессе познания права с позиций социологии права ей отводится основная роль, с определенной долей условности можно заключить, что именно она заполняет собой основное содержание предмета искомой дисциплины и в этом смысле является в нем первичной, тогда как субъективная сторона в предмете социологии права является вторичной.

В контексте сказанного вполне правомерным представляется мнение, высказанное в научной литературе, относительно того, что существенные особенности социологии права как научной дисциплины, ее специфика проявляются прежде всего в том, что она:

- направляет усилия исследователей на познание реальной социальной действительности в контексте функционирования правовых факторов;

- исследует механизм воздействия права на социальные отношения и обратного влияния социальных отношений на формирование и функционирование права;

- ставит своей задачей познание права не только в социальной статике, но и в постоянной динамике;

- исследует социальные факторы, способствующие усилению эффективности права и, наоборот, препятствующие ее росту70.

Наряду с данными особенностями социологии права и соответственно ее предмета следует указать также на такую ее особенность, как разноуровневый характер опосредуемой ею материи. По аналогии с общей социологией в структуре социологии права и процесса ее познания с определенной долей условности можно выделить по крайней мере два взаимосвязанных между собой и дополняющих друг друга уровня эспирический и теоретический.

Суть и назначение первого уровня заключаются в проведении конкретно-социологических исследований, связанных с процессом возникновения, становления и функционирования правовой материи и ее отдельных составных частей. На этом - эмпирическом уровне осуществляется сбор, описание, первичная классификация и иная частичная обработка собранных социальных фактов.

На втором, теоретическом, уровне в соответствии с его названием проводится обобщение и осмысление собранного материала;

выявляются устойчивые, в том числе закономерные, связи между фактами социально-правовой действительности;

предпринимаются попытки разработки на этой основе соответствующих, отражающих существующие социальные реалии теорий и концепций, в той или иной мере Касьянов В. В., Момотов В. В. Социология права: Учеб. пособие. М., 2011. С. 5 - 8.

стр. связанных с процессом возникновения и развития правовой материи. При этом речь идет как об общесоциологических теориях типа теории социальных систем, теории социального конфликта, функционализма, структурализма и др., которые потенциально и реально могут быть использованы в качестве общетеоретического и методологического инструментария в процессе познания социального аспекта правовой материи и решения проблем, возникающих в рамках социологии права, так и о специальных, "узкопрофильных" теориях, разрабатываемых применительно к социологии права.

Например, можно сослаться, в частности, на широко используемую в социологии права, так же как и в отдельных ее отраслях, включая социологию правотворчества ("законодательную социологию"), социологию правоприменения и социологию правоохранительной деятельности, теорию факторов ("факторный подход"), теорию социального механизма действия и др.

Наряду с разноуровневым характером социологии права и ее предмета в научной литературе обращается внимание также на разноплановый характер структуры и содержания искомой дисциплины. При этом выделяются такие аспекты ее структуры ("основные элементы"), как: а) "позитивная" сторона, именуемая "позитивной социологией права", в рамках которой рассматриваются социальные аспекты процесса происхождения и действия права, а также связанные с ним явления. В частности, выявляются отношение членов общества к праву, престиж права, уровень знания права, эффективность права и т.д.;

б) "негативная" сторона ("патология права"), связанная преимущественно с изучением социальных аспектов болезненного состояния права, правонарушений и их последствий, причин неэффективности права и т.п;

и в) методы и методика изучения социальных явлений, непосредственно касающихся права, равно как и исследования социального среза самой правовой материи71.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.