авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 17 |

«Аннотация к роману-истории «Принцип Неопределенности» Это исследование о том, как можно преодолеть человеческую агрессивность, о современном опыте смерти и возрождения. Это история ...»

-- [ Страница 11 ] --

Что касается истории — это и стоянки древних людей, и древнегреческие города, и турецкие крепости. В горных районах сохранились дольмены — мегалитические постройки бронзового века. Так как наука до сих пор не определилась с предназначением дольменов, народная молва рассказывает о них красивые легенды. В прибрежных морских водах можно разыскать обломки старинных судов. В кубанских степях возвышаются скифские и сарматские курганы... Чего здесь только нет: и увлекательная рыбалка в Азовских лиманах, и целебные минеральные воды, и чайные плантации, и прекрасные вина… (Аполлон.) Алешка наконец-то уснул.

— Ну, слава богу, — сказала Оля. — Спасибо, Аполлон. А что делали древние греки на Кавказе? (Оля.) — Здрасьте вам… Вспомни хотя бы греческие мифы, ты же в детстве читала… (Аполлон.) — Точно! Где-то здесь, на Кавказе, был прикован к скале Прометей... То ли на полуострове Абрау, то ли к Орлиным скалам в Агурском ущелье... А что он натворил?

(Оля.) — Титан Прометей похитил у Афины немного мудрости, у Гефеста — немного божественного огня и подарил мудрость и огонь людям. Он научил людей земледелию и морскому делу, обучил их искусствам и наукам, а главное, он подарил людям надежду, как оружие в борьбе с жизненными обстоятельствами. За такие самовольные действия Зевс жестоко наказал Прометея: он приковал его к горе Фишт в Лазаревском районе.

Скалистый Фишт, высотой 2867 метров, очень красив, но Прометей испытывал ужасные мучения: каждое утро орел Зевса разрывал тело Прометея и пожирал его печень, которая к вечеру отрастала снова. Так продолжалось тридцать лет, пока Геракл не убил орла своей стрелой. Геракл в то время совершал свой одиннадцатый подвиг и разыскивал золотые яблоки Гесперид.

В этом же краю Геракл отобрал у Ипполиты, царицы амазонок, пояс, который подарил той Арес. Это был девятый подвиг Героя. (Аполлон.) — А амазонки чем занимались? (Оля.) — Амазонки — народ, состоящий из одних женщин-воительниц, бесстрашных, сильных и ловких, которые посвящали себя войне и охоте. Обитали они в устье реки Дон и на побережье Меотиды (Азовского моря). Амазонки поклонялись Аресу, богу войны, и Артемиде, богине Луны, плодородия и охоты. (Аполлон.) — Артемиде? Твоей сестренке? (Оля.) — Да. Слово «амазонка» переводится с древнегреческого как «лишенная груди для лучшей стрельбы из лука». Гомер в «Илиаде» называет амазонок «антианейры», что значит «равные мужам, дерущиеся, как мужчины». В Римской империи высшей похвалой для воина считалось сказать ему, что он «сражался, как амазонка». (Аполлон.) — Но если они не воспитывали детей, откуда же тогда брались новые амазонки?

(Оля.) — В определенное время года амазонки на время вступали в браки с мужчинами соседних племен, но потом отправляли мужчин обратно на родину. Рожденных девочек они оставляли у себя, а рожденных мальчиков отдавали отцам... Во время Троянской войны амазонки приняли сторону троянцев и сражались против греков под предводительством царицы Пентесилеи...

Здесь же Геракл совершил свой последний, двенадцатый подвиг… (Аполлон.) — Это когда он должен был привести из царства мертвых пса Кербера? (Оля.) — Гомер в своей «Одиссее» именно на Таманском полуострове разместил подземное царство Аида, «в печальной оголенной местности с кратерами грязевых вулканов»… (Аполлон.) — И отважные мореплаватели-аргонавты плыли за золотым руном… то ли к Адлеру, то ли в Абхазию, то ли в Колхиду*... (Оля.) *Колхида — древнегреческое название Западной Грузии.

— Только плыли они вовсе не за руном, не за шерстью, а за рунами, за письменностью. (Аполлон.) — Да? — удивилась Оля.

— И Одиссей тоже побывал в этом краю, когда, возвращаясь с Троянской войны, по воле богов сбился с пути и скитался по морям целых десять лет...

В общем, история Черноморского побережья Кавказа тесно связана с древними греками, можно сказать, что с них она и началась. Потому что история начинается тогда, когда возникает письменность. Греки прибыли на берега Черного моря в шестом веке до новой эры и основали на Таманском полуострове Гермонассу (современная станица Тамань), Корокондаму (в восьми километрах от Тамани), Горгиппию (меотская Синдика, современная Анапа), Фанагорию (на месте нынешнего поселка Сенной)... (Аполлон.) — А что было на побережье до греков? (Оля.) — Греки застали здесь племена ираноязычных кочевников (киммерийцев), которые являются предками современных кавказских народов, и оседлые меотские племена, которые жили в плодородной долине реки Кубань. (Аполлон.) — И как эти племена встретили греков? (Оля.) — Местное население было заинтересовано в развитии торговых отношений с греками и не препятствовало их расселению по побережью... Керченский пролив греки назвали Боспор Киммерийский, что означало «бычий брод», Азовское море — Меотиды, реку Кубань — Гипанис, то есть «конская». Затем они переименовали ее в Антикитес, что значит «осетр». Местные племена называли ее Вардан, что в переводе со скифского означало «дождевая». А еще ее называли Куба, и Копа, и Куфис, и Куман, и Кобан — «стремительная», и Псыж, и Кут, и Укруч... (Аполлон.) — А Кубань и Краснодарский край — это одно и то же? (Оля.) — Кубань — историческое название Краснодарского края. Кубань — самая длинная и многоводная река в крае, ее длина — девятьсот километров. Она берет свое начало на склонах горы Эльбрус и впадает у города Темрюк в Азовское море.

Потом возникли и другие античные колонии: Баты (современный Новороссийск), Торикос (современный Геленджик), Никопсия (поселок Новомихайловский), Ахайя (поселок Криница), Топсида (современный Туапсе)... (Аполлон.) — А когда началась эпоха античности? (Оля.) — Эпоха античности началась Олимпийскими играми в 776 году до новой эры, а завершилась падением Римской империи в 476 году новой эры. Но вернемся к греческим городам.

Объединившись в 480 году до новой эры, греческие колонии Крыма и Черноморского побережья Кавказа образовали Боспорское царство со столицей Пантикапей (современная Керчь). Боспорское царство просуществовало почти тысячелетие. Горгиппия (современная Анапа) стала самым большим городом на Черноморском побережье Кавказа. Кстати, Горгиппия и тогда была курортом. (Аполлон.) — У греков были санатории?! (Оля.) — Греки использовали минеральные воды Семигорья, принимали солнечные ванны на специально утраиваемых террасах, а песчаные пляжи служили беговой дорожкой во время спортивных состязаний — Гермесских игр. (Аполлон.) — Чем же занимались греки Боспорского царства? (Оля.) — Боспорское царство поставляло в метрополию хлеб, это был второй после Египта центр мировой торговли зерном. Из Греции сюда привозили масло, вино, керамику. В Боспоре процветали ремесла... Храбрый греческий воин Фанагор, бежавший от персов, много лет выращивал виноградную лозу на пустынных склонах. Так появилось первое фанагорийское вино. (Аполлон.) — Почему грекам все удается? (Оля.) — Потому что они очень терпеливые... (Аполлон.) — Жители Боспорского государства поклонялись древнегреческим богам? (Оля.) — Конечно. В Гермонассе (современная Тамань) существовали святилища Аполлона и Афродиты. Мой культ был не просто распространен в греческих колониях, здесь я был даже провозглашен главой пантеона богов. Столько проблем мне это доставило... Но мне, конечно, было приятно. В Горгиппии (современная Анапа) был храм богини плодородия и земледелия Деметры, храм Афродиты — покровительницы любви, моряков и богини неба, и храм бога морей Посейдона.

Но жизнь не стояла на месте. В четвертом-третьем веках до новой эры ираноязычные скифы вытеснили из причерноморских степей киммерийцев. В третьем веке до новой эры Египет завалил своим зерном древний мир, и в Боспорском царстве наступил экономический кризис. В третьем-втором веках до новой эры новое сарматское племя — аланы — вытеснило меото-сарматское население с правобережья в Закубанье… С конца первого века до новой эры Боспорское государство подпало под влияние Римской империи… В третьем веке сюда вторглись германские племена готов. Готы захватили Таманский полуостров и земли к юго-востоку от него вплоть до нынешнего Геленджика.

В третьем-четвертом веках многочисленные монгольские и тюркские племена под общим названием гунны* прошли по степям Прикубанья и территории Боспорского царства. Оно распалось и прекратило свое существование, но жизнь в городах-государствах продолжалась. Готские племена ушли в горы, где в верховьях рек Кубани и Терека позднее возникло Аланское царство, а меото-сарматское население ушло в горные районы Закубанья, где начала формироваться адыгейская народность... (Аполлон.) *Гунны — народ, образовавшийся путем смешения тюркоязычных хунну и угорских племен Приуралья и Приволжья.

— Атилла был вождем гуннов? (Оля.) — Гунны создали огромное государство от Волги до Рейна. При полководце и правителе Атилле в пятом веке они даже пытались завоевать Римскую империю… С пятого века гуннские племена Прикубанья все чаще назывались булгарами. В шестом веке Черноморское побережье попало под власть Византии. (Аполлон.) — И византийцы были здесь? (Оля.) — Византийцы строили свои города в районах современного Лоо, Хосты, Чемитоквадже и Красной Поляны. С византийцами на Кавказ пришло христианство… (Аполлон.) — На три столетия раньше, чем оно появилось на Руси?! (Оля.) — Да. В конце шестого века гунны затеяли войну с аварами, в результате чего в 576 году кубанские степи вошли в Западно-Тюркский каганат. После распада каганата в 630 году булгарский вождь Кубрат освободился из-под власти тюркского кагана и основал государство Великую Булгарию со столицей в Фанагории. Великая Булгария занимала Приазовские степи и Таманский полуостров. Хан Кубрат вел активные торговые и дипломатические отношения с Византией. В середине седьмого века Византия, искусно стравливая друг с другом булгарские племена, довела их почти до полного истребления.

После смерти хана Кубрата держава распалась. Прикубанские степи и Таманский полуостров были присоединены к Хазарскому каганату, а Фанагория превратилась в Таматарху. При хазарах, в седьмом-девятом веках, Таматарха стала крупным хозяйственным и торговым центром… (Аполлон.) — А хазары — кто они? (Оля.) — Хазары — один из самых загадочных народов юга России. Они появились ниоткуда и исчезли в никуда. (Аполлон.) — Они — кочевники? (Оля.) — К тому времени хазары вели уже оседлый образ жизни, но их главным занятием оставалось скотоводство. В девятом веке могущество Хазарского каганата было подорвано печенегами… А в десятом веке пришли русские. В 965 году киевский князь Святослав, сын Игоря и Ольги, разгромил хазар. На берегу Черного и Азовского морей возникло самое отдаленное от Киева огромное Тмутараканское княжество со столицей в Тмутаракани (современная станица Тамань). (Аполлон.) — Я думала, что Тмутараканское княжество — это сказка… (Оля.) — В одиннадцатом веке началось нашествие тюркских кочевых племен — куманов, или половцев. В двенадцатом веке русские князья воевали между собой за киевский престол, воевали и роднились с половцами… В общем, до Тмутараканского княжества руки у них не доходили, поэтому в середине двенадцатого века Княжество княжество перешло под влияние Ромейской державы… (Аполлон.) — Что-то новенькое… Ромейская держава? (Оля.) — Ромейская держава — это Византия, Восточная Римская империя. Дело в том, что государство получило название «Византийская империя» уже после своего падения.

Сами же византийцы называли себя римлянами (ромеями), а свою державу — Ромейской.

Но социально-экономическое развитие края вновь было приостановлено нашествием татаро-монголов... Что было дальше, я расскажу тебе в следующий раз. Все равно ты меня случаешь невнимательно, потому что думаешь совсем о другом. (Аполлон.) — Пол, извини меня, пожалуйста… (Оля.) — Ни-ни-ни, это хорошо, что ты его вспомнила. (Пол.) Пол улетел, а Ольга под стук колес вспоминала Влада… Если для нормального человека Краснодарский край ассоциируется с бескрайними хлебными просторами, уютными казачьими станицами, южным солнцем, теплым и ласковым морем, то для Ольги он ассоциировался с Владом…Такой же гостеприимный, солнечный и радостный.

С Владом Оля познакомилась в трудовом лагере, когда они летом, после девятого класса, собирали яблоки в колхозных садах под Краснодаром. Влад тогда влюбился в Ольгу. Димка, естественно, с ним подрался, а Оля дала ему свой адрес и телефон. Влад был старше Ольги, он тогда уже закончил школу. Когда Влад был в армии, он писал Оле письма, и она, по-дружески, отвечала ему. Потом, когда в армии был Димка, Влад звонил, приглашал Олю приехать к нему в гости, но она всегда отказывалась. Так они и не встретились… Когда Влад узнал, что она вышла замуж, он перестал ей звонить.

… Ольга с Алешкой отдыхали в Вишневке, в пансионате МГУ «Буревестник». Чтобы не приставали студенты, Оля с Алешкой уходили в самый дальний угол пляжа и оставались там до обеда.

На пляже Оля лежала на поролоновом матрасике и наслаждалась солнечным теплом. Рядом шумело море — бирюзово-синее у самого берега и синее-синее вдали.

Бесконечно синее небо с белыми облаками раскинулось над головой. Вдали были видны серо-синие горы. В зеленой листве, вдоль железной дороги, стрекотали цикады... Алешке был куплен надувной бассейн, в который он бросал морскую гальку и устраивал шторм для своих корабликов.

После обеда Оля читала книгу, пережидая жару в номере пансионата, а Алешка спал. Когда он просыпался, они опять уходили на море. Алешка мог часами перебирать морские «камуски», а у Ольги появилось время мечтать… Мечты ее носили преимущественно эротический характер, потому что Эрос, быстроногий и легкокрылый, носился над морем, выполняя данное Аполлону обещание, и не давал Оле сосредоточиться на чтении. Особенно хорошо ей мечталось в сумерках, когда море было спокойного серо-синего цвета, или во время бежево-серо-синего заката...

Иллюстрация 6. Эрос не давал Оле сосредоточиться на чтении… Вильям Адольф Бугро. «Девушка, защищающаяся от Эрота».

На седьмой день их пребывания на море закат был особенно необыкновенным, он был сиренево-золотым. В этот волшебный закат Ольгу навестил Аполлон.

— Море — такая непостижимая вещь. Оно каждый день — разное, представляешь?

— сказала Богу Оля.

— Тем более Черное море, одно из самых загадочных морей нашей планеты, — согласился Аполлон.

— А почему оно называется Черным? (Оля.) — «Черное» означает «тайное, скрывающее в своей глубине какую-то загадку». В разные времена Черное море называли по-разному. Скифы называли его Ахшена, что в переводе с древнеиранского означает «темный, черный». Древние греки сначала называли его Понт Аксинский — «негостеприимное море»... (Аполлон.) — Почему? Что им не понравилось? (Оля.) — Штормы и дикие племена, населявшие его берега. Но после того как греческие мореплаватели и купцы освоили Черноморское побережье Кубани, они стали называть его Понтом Эвксинским — «гостеприимным морем». А ты знаешь, что Черное море — не совсем море? (Аполлон.) — Как это? (Оля.) — Черное море находится на территории древнего океана Тетис. По площади оно не очень большое — 413 тысяч квадратных километров. Протянулось оно вдоль Краснодарского края на 400 километров, а вот глубины здесь океанские — до метров! Когда во время землетрясения прорвало Босфорский перешеек, Черное море получило связь со Средиземным.

Вообще, за свою историю Черное море несколько раз становилось то пресным озером, то соленым морем. Вода в Черном море никогда не замерзает, температура не опускается ниже +8C. Обитает здесь около 180 видов рыб: белуга, осетр, севрюга, сельдь и хомса, а также шпроты, тюлька, кефаль, барабуля, ставрида, скумбрия, камбала, пеламида и тунец. В море живет до 250 видов водорослей, некоторые из них в летний период вызывают свечение воды... Константин Паустовский называл Черное море «одним из самых праздничных морей земного шара». (Аполлон.) — А ты расскажешь мне, что было дальше. В прошлый раз ты остановился на татаро-монголах... (Оля.) — В 1222 году полководцы Чингисхана, Джебэ и Субудай, вторглись на Северный Кавказ. В 1223 году состоялась историческая встреча русско-половецкого войска с монголами на реке Калке, в которой монголы одержали победу. В 1227 году умер Чингисхан, и его империя была поделена на улусы. Западный улус достался хану Батыю.

Батый создал могущественное государство — Золотую Орду*, в состав которой вошла и бывшая византийская провинция Боспор. Между Византией и ордынцами были установлены дипломатические отношения. (Аполлон.) *Золотая Орда — монголо-татарское государство, основанное в начале 40-х годов XIII века Ханом Батыем. В состав Золотой орды входили Западная Сибирь, Северный Хорезм, Волжская Булгария, Северный Кавказ, Крым, степи от Волги до Дуная — Дипломатические отношения? — удивилась Оля.

— Да, ордынцы, когда хотели, умели договариваться.

Во второй половине тринадцатого — начале четырнадцатого веков в приазовских степях образовалась самостоятельная Ногайская орда. Два века кочевали ногайцы в степях правобережной Кубани. Основным средством их существования было кочевое скотоводство. Тогда же на берегах Черного и Азовского морей образовались колонии богатой торговой североитальянской республики Генуя. Генуя в Средние века обладала большим могуществом, вела торговлю со многими странами и присоединяла к себе новые земли. Генуэзские купцы двести лет (в тринадцатом-четырнадцатом веках) хозяйничали на Черноморском побережье, они были союзниками ордынских ханов. От Тамани до Сухуми генуэзцы основали почти сорок торговых факторий: Матрега (современная станица Тамань), Копа или Копарио (современный Славянск-на-Кубани), Мапа (современная Анапа), Кало-Лимено (современный Новороссийск), Мавролако (современный Геленджик), Мавро Зихия (современная Криница), Коста (современная Хоста), Себастополис (современный Сухуми)... (Аполлон.) — Чем занимались здесь вездесущие генуэзцы? (Оля.) — Генуэзцы вывозили хлеб, лес, рыбу, сыр, мед, ценные меха. Привозили сюда железо, олово, медь, дорогие материи, душистые специи. В Мапе начиналась одна из ветвей Великого шелкового пути*, который вел через Кавказ и Каспийское море в Иран и далее в Среднюю Азию и на Дальний Восток. Но наибольший доход генуэзцам приносила работорговля… Близ мыса Кадош, в устье реки Паук, находился один из крупнейших невольничьих рынков. И в Мапе был такой рынок… В колониях продавались греки, татары, кавказцы, русские и булгары. Рабов поставляли ордынцы. Одновременно шла католическая экспансия... Но в четырнадцатом веке власть Генуэзской республики в Причерноморье начала ослабевать. В 1395 году в Предкавказье вторглись отряды Тамерлана. В начале пятнадцатого века начался распад Золотой орды, и от нее отделилось самостоятельное Крымское ханство. Когда Византию завоевала Османская империя и в 1453 году пал Константинополь, пребывание генуэзцев в крае закончилось.

*Великий шелковый путь — караванная дорога из Китая в страны Азии, открытая во II веке до н.э. и просуществовавшая до XVI века. Дорога сыграла важную роль в развитии экономических, торговых и культурных связей народов Запада, Северного Кавказа, Азии и Китая.

В 1475 году Крым становится вассалом Османской (турецкой) империи*.

Контролируя Босфорский пролив, турки отрезали Черноморские колонии от Генуи и постепенно присоединили их к своим владениям: генуэзская Матрега стала крепостью Хункале, Мапа — Анапой, Кало-Лимено — Суджук-Кале, Мавролако — Геленджиком...

(Аполлон.) *Османская империя — многонациональное государство под управлением османских султанов, существовавшее с 1299 года по 1923 год. В Европе Османскую империю часто называли Портой.

— Как это генуэзцы не смогли договориться с турками? (Оля.) — Североитальянские купцы могли договориться хоть с чертом. Но с турками османами, ставшими после завоевания Константинополя хозяевами Черного моря, им договориться не удалось… Край попал под власть турок и вассальных им крымских татар до возвращения сюда России в восемнадцатом веке. Опираясь на местную знать, турки насаждали мусульманство. Турецкие купцы и военачальники обогащались за счет работорговли. Но благодаря тому, что местные жители жили в труднодоступных горных районах, им удалось сохранить свою самобытность. (Аполлон.) — Почему же Россия покинула этот край? (Оля.) — В конце шестнадцатого — начале семнадцатого веков Россия была разорена Смутой и Польско-литовской интервенцией и не могла покровительствовать другим народам. Тогда-то и появились казаки… (Аполлон.) — А откуда они появились? (Оля.) — Алешка весь в тебя! Что? Где? Когда? Откуда? Историю родной страны надо было в школе изучать, а в твоем возрасте надо заниматься совсем другими делами!

Что касается турок и казаков, Кавказской войны и завоевания Черноморского побережья… Об этом тебе расскажет Александр Иванович, отец Влада, если ты позвонишь Владу и съездишь к нему в гости… (Аполлон.) … После визита Аполлона Оля решила уехать из пансионата и поселиться с Алешкой в Лазаревском. Для чего? Для того чтобы есть что-нибудь вкусненькое, а не «суп-колеты компот», чтобы бродить по магазинчикам, покупать на рынке свежие фрукты и овощи, гулять по городу, а главное, чтобы не слышать бесконечных жалоб соседки по комнате на неудавшуюся личную жизнь. Своими жалобами она мешала Ольге мечтать по вечерам.

Сказано — сделано. Оля и Алешка перебрались в Лазаревское.

… Пляж в Лазаревском и пляж в Вишневке — это разные вещи. На пляже в Лазаревском «яблоку негде упасть», мечтать в таких условиях было попросту невозможно, поэтому Оля попыталась сосредоточиться на чтении книги об истории Черноморского побережья Кавказа, которую она купила в книжном магазине. Но златокудрый сводник Аполлон смущал ее спокойный отдых.

— Историю Черноморского побережья Кавказа я тебе уже рассказал. Книги будешь читать в старости, молодость дана для совершения ошибок. Дать тебе телефон Влада?

(Пол.) Ольга покачала головой.

— Позвонишь, спросишь, как он живет. Неужели тебе неинтересно, каким он стал?

(Пол.) — Мне очень интересно, каким он стал, но звонить ему я не буду. (Оля.) Ольга опять открыла книгу, но ничего не смогла прочитать: теперь в книге были только фотографии Влада. Оля заинтересовалась: «Может быть, правда, мне ему позвонить? Он, наверное, уже женат. Да и бояться мне нечего, у меня же Алешка».

— Ну конечно. Ты замужем, у тебя сын, ни о каком романе не может быть и речи.

Просто поболтаете о том, о сем… Позвони, позвони, — Аполлон на книжной странице написал Оле телефон Влада.

… Вечером, когда Ольга пошла с Алешкой гулять, она обходила таксофоны за версту, потому что ей очень хотелось набрать оставленный Полом номер.

На третий день Оля не выдержала… — Алло, — сказала она в телефонную трубку, — добрый вечер. Александр Иванович, это Вы?

— Добрый вечер, — ответила ей телефонная трубка, — только это Влад. А Вы кто?

— Влад?! Привет, — Оля растерялась от неожиданности, — я не узнала твой голос, значит, быть тебе богатым и знаменитым… Это Оля из Москвы.

— Оля? Ты?! А я слышу голос такой звонкий… Привет-привет, пропащая. Как ты живешь? Как я рад, что ты мне позвонила! (Влад.) — Ничего я не пропащая. У меня, между прочим, сын родился, Алешка, ему уже почти полтора годика. Муж у меня защитил докторскую диссертацию, стал профессором... (Оля.) — Ты теперь у нас профессорша? (Влад.) — Да. А ты кто? (Оля.) Связь прервалась, и Оля пошла в магазин менять монетки. Влад ждал у телефона.

Ольга не перезванивала. Тогда он набрал номер ее родителей в Москве: телефон молчал.

Через пятнадцать минут Оля перезвонила ему сама. — Это связь прервалась, я не в Москве, монетки ходила менять. Так ты окончил институт или нет? (Оля.) — Закончил, закончил, в этом году. В сентябре пойду работать большим начальником, на завод. (Влад.) — Прямо сразу и большим начальником? Или сначала все-таки маленьким? (Оля.) — Нет, сразу большим. (Влад.) — Поздравляю. Я тоже окончила в этом году институт. (Оля.) — Какая ты сейчас, Оля, интересно? Еще красивее, наверное, стала? (Влад.) Связь опять прервалась. У таксофона была очередь, и Оля отправилась искать другой таксофон. Влад ходил из угла в угол и переживал: «Вдруг больше не перезвонит?»

— Оль, а ты откуда звонишь? Почему такая дурацкая связь? — спросил он, когда она наконец-то перезвонила ему снова.

— Из таксофона. Что ты спросил в конце, я не расслышала? (Оля.) — Я спросил, как ты сейчас выглядишь? Наверное, стала ужасной красавицей?

(Влад.) — Хочешь посмотреть? (Оля.) — А что, это возможно? (Влад.) — Вообще-то я в Лазаревском... (Оля.) — Ты — в Лазаревском?! Что же ты молчишь? — закричал Влад.

— Я не молчу. (Оля.) — Так я тоже в Лазаревском! Оль, а ты где? Я сейчас приеду, заберу тебя. (Влад.) «Вот Аполлон, зараза! Ведь это он специально подстроил». Оля обернулась. По лазурному небу, с кифарой в руках, с серебряным луком за плечами, улетал за горизонт златокудрый затейник Аполлон… Небо вокруг него окрасилось в яркие цвета, словно оперение фазана... Оля залюбовалась: «Все-таки он самый красивый из богов».

— Или ты с мужем? Оля? — нетерпеливо спрашивала телефонная трубка голосом Влада. — Оля! Что ты молчишь? Господи, да что с этой связью?!

— Да нет, я с сынишкой, вдвоем. Влад, я не знала, что ты в Лазаревском... (Оля.) — Ты где живешь? (Влад.) — Недалеко от моря. (Оля.) — Адрес давай говори, здесь все «недалеко от моря». Через пять минут я буду у тебя. (Влад.) — Да нет, что ты, не надо, жена твоя расстроится... (Оля.) Когда опять прервалась связь, Влад взвыл в полный голос: — Господи! Я умоляю тебя, умоляю! Сделаю все, что ты захочешь. Хочешь, стану народным депутатом и поставлю в Лазаревском нормальные телефонные аппараты?!

Александр Иванович изумленно посмотрел на своего единственного сына.

— Влад, ты здоров? — спросил он Влада, когда тот наконец-то оставил телефон в покое.

— Здоров. Это Ольга. А этот дурацкий таксофон не дал мне выяснить, где она живет! (Влад.) Оля больше не перезванивала. Монетки закончились, а Алешка захотел писать.

— Какая Ольга? — не поняла Светлана, мама Влада.

Александр Иванович почесал затылок: — Судя по тому, как он выл в телефонную трубку, это Ольга из Москвы.

Влад весь вечер просидел у телефона.

… На следующее утро, отложив все свои дела, он сказал родителям, что поедет разыскивать Ольгу… — Может быть, подождешь звонка и спросишь адрес? — поинтересовался Александр Иванович.

— А вдруг она больше не перезвонит? Нет, поеду. Не могу я сидеть и ждать, как дурак. (Влад.) — А как дурак, искать в Лазаревском человека, не зная адреса, ты можешь?

(Александр Иванович.) — Искать — могу. Пляж за час обойти можно. Я ее к нам привезу. Мам, ты ей комнату приготовь, она с ребенком. — Влад закрыл за собой дверь.

Через минуту дверь открылась, в нее просунулась голова Влада и попросила родителей: — Мам, пап, если она все-таки перезвонит, вы у нее адрес узнайте, пожалуйста.

… Звонок в доме родителей Влада раздался часов в пять вечера, когда Алешка выспался после обеда.

— Влад, извини, пожалуйста, у меня вчера монетки закончились и Алешка писать захотел, поэтому я не смогла перезвонить… (Оля.) — Ничего-ничего, — ответил за Влада смеющийся Александр Иванович. — Оля, скажи мне, пожалуйста, твой адрес, а то вдруг опять прервется связь.

Оля сказала свой адрес.

— Оля, Влад с утра разыскивает тебя на пляже, а мне поручил ждать твоего звонка.

Это Александр Иванович, отец Влада, добрый вечер.

— Ой, Александр Иванович, извините, пожалуйста… А зачем он меня разыскивает? (Оля.) — Этого я не знаю. Вот отыщет и скажет. Ты сейчас иди домой и жди его там. Влад перезванивает мне каждый час, я скажу ему, где ты живешь… (Александр Иванович.) — Александр Иванович, а Влад женат? — спросила Оля.

— Не волнуйся, не женат. И жениться в ближайшее время не собирается.

(Александр Иванович.) … В голубых джинсах, в синей майке, рыжеволосая, стройная, загорелая, с тонкой талией и аппетитными формами, в босоножках на высоченной танкетке, сладострастная искусительница Ольга, по совместительству молодая мама чумазого рыжего создания, возившегося в песочнице, сидела на скамейке и читала книгу. Оля жила в частном секторе, на улице Лазарева, которая идет вдоль самого берега моря.

Через полчаса к калитке указанного Ольгой дома подъехала белая «ауди», из которой вылез улыбающийся Влад. Высокий, широкоплечий, черноволосый, загорелый, ужасно симпатичный, одетый в светлые джинсы и рубашку навыпуск, с букетом красных роз, как тогда, когда он провожал ее в Москву. Шесть лет назад.

Раздался звон тетивы серебряного лука, и, как искра, сверкнула в воздухе не знающая промаха золотая стрела сияющего бога любви, крылатого Эроса...

— Ольга! Это действительно ты? — Влад вручил ей букет, но тут же забрал его обратно и положил на скамейку. Он схватил Ольгу на руки и закружил-закружил закружил, восторженно гладя на нее: — Да ты в тысячу раз красивее, чем я себе представлял!

Сзади раздался плач испуганного Алешки.

— А кто это плачет в песочнице? И как тебя зовут? Испугался, что я украду твою красавицу-мамку? — Влад поставил Ольгу на ноги. Поднял к небу Алешку: — Какой прикольный у тебя карапуз!

— Ой, Влад, дай его мне, а то он испугается... (Оля.) Но Алешка уже смеялся, очень довольный тем, что Влад подбрасывал его вверх своими сильными руками и ловил обратно.

— Ты вещи собрала? — спросил Влад Ольгу.

— Какие вещи? — не поняла Оля.

— Ну, я же за тобой. (Влад.) — Да ты что, Влад? (Оля.) Влад с удивлением смотрел на Ольгу.

— Ты с родителями живешь? — спросила Оля.

— Оль, у нас большой дом, туристов никаких нет, отец их не любит. (Влад.) — Так я же — туристка… Влад, у меня ребенок маленький, будет мешать… (Оля.) — Глупости говоришь, я с родителями уже договорился. Отец сказал без тебя не приезжать, а мама уже готовит праздничный ужин. Давай иди, вещи собирай. (Влад.) Ольга стояла в нерешительности.

— Пойдем, пойдем, чего ты стоишь? — подтолкнул ее Влад. — Давай цветы, я в машину положу.

— Здравствуй, хозяйка! — это Влад уже обращался к хозяйке дома. — Забираю у тебя Ольгу, — Влад, как будущий директор завода, все решал очень быстро.

— Как забираешь?! С чего это вдруг? Мы с ней не ругались. Никаких конфликтов у нас не было. Она мне за две недели вперед заплатила… (Ольгина хозяйка.) — Вот и хорошо, что конфликтов не было. Тебя как зовут, мать? (Влад.) — Валентиной Сергеевной, а что? (Ольгина хозяйка.) — А вот что, Валентина Сергеевна. Деньги, которые тебе Ольга заплатила, оставь себе, а ее с малышом я заберу. (Влад.) — Ты кто ж такой будешь? Приехал, цветы подарил и сразу «заберу»? А я тебе ее не отдам! Куда ты ее увезешь? Непонятно. (Валентина Сергеевна.) — Я ее к своим родителям отвезу. (Влад.) — Оля, ты его знаешь? (Валентина Сергеевна.) — Знаю, знаю, теть Валь, не волнуйтесь. Давно знаю, еще с детства. (Оля.) — Будешь съезжать? (Валентина Сергеевна.) — Вы извините меня, я не знала, что у него здесь дом. (Оля.) — Жаль. Лишние деньги я тебе верну. (Валентина Сергеевна.) — Нет, теть Валь, я не возьму. (Оля.) — Как это не возьмешь? (Валентина Сергеевна.) — Не возьму, даже не просите, а то обижусь. Вы меня так хорошо приняли, и человек Вы хороший, а из-за меня теперь комната пустовать будет... (Оля.) — Оля, комната в августе пустовать не будет. (Валентина Сергеевна.) — Все равно, теть Валь, не возьму. (Оля.) — Ну, как знаешь. Как тебя звать-то, свалившийся с небес? — спросила Валентина Сергеевна Влада.

Оля пошла собирать вещи, а хозяйка пригласила Влада, так и державшего на руках Алешку, в дом. — Проходи, проходи. Говори сейчас адрес своих родителей. Приду посмотреть, как Ольга живет, а то вдруг обидишь ее.

— А я что, похож на того, кто ее обидеть может? (Влад.) — На первый взгляд вроде не похож, но всякое бывает. (Валентина Сергеевна.) — Вот Вам мой адрес. Это на горе, — Влад показал рукой. — Заходите, проверьте, в любое время, моя мама почти всегда дома. (Влад.) — Ты деньги-то с нее будешь брать? Что ж она, второй раз платить будет?

(Валентина Сергеевна.) — Да нет, конечно. Отец мой ее знает, какие деньги? (Влад.) — А что, у вас свободная комната есть? (Валентина Сергеевна.) — Мы не сдаем комнат, но у нас большой дом. (Влад.) — А, понятно. Ну, ладно, иди, Ольге собраться помоги. Но я не поленюсь, приду и проверю, имей в виду. (Валентина Сергеевна.) … — Оль, ну ты собралась? (Влад.) — Влад, у меня столько детских вещей, тут быстро не соберешься. (Оля.) — Да ты все в пакеты покидай, дома разберемся. Сейчас я тебе пакеты из машины принесу. (Влад.) — Влад, там на веревке, во дворе, детские вещи висят, видишь? Принеси их, пожалуйста. (Оля.) — И игрушки Алешкины в песочнице забери! — крикнула Оля из окна.

… — Теть Валь, до свидания, спасибо Вам. (Оля.) — Тебе, Оль, спасибо. Ты смотри с ним, поаккуратнее, парень-то больно прыткий!

(Валентина Сергеевна.) — Не волнуйтесь, он — хороший парень, — улыбнулась Оля.

… Параллельно улице Лазарева идет улица Победы, самая большая в Лазаревском.

Машина поднялась на второй уровень — улица Мирная, потом на третий уровень — улица Пролетарская. Еще выше была улица Айвазовского, где с высоты было прекрасно видно море. На ней и жил Влад.

— Привет, Оль! Все хорошеешь? Дай-ка я на тебя полюбуюсь, — встретил ее Александр Иванович.

— Здравствуйте, Александр Иванович. Сын ваш всех перебаламутил, мне так неудобно... (Оля.) — А чего тебе неудобно? У нас дом огромный, а она комнату снимает, стыдоба.

Мать, иди, знакомься с гостями. (Александр Иванович.) — Здравствуйте, Светлана Михайловна, — сказала Оля, успевшая по дороге спросить у Влада, как зовут его маму.

— Оль, ты меня тетей Светой зови, а то я не люблю по отчеству, — мама Влада оказалась очень приятной и красивой женщиной.

— Хорошо, теть Свет. Вы меня простите, бога ради, что я без приглашения. Влад Вас предупредил? (Оля.) — Не переживай, конечно, предупредил. Мужики мои целый день на работе, я все одна да одна. Я рада, что теперь мне будет с кем пообщаться. Тем более малыш у тебя такой замечательный. Как тебя зовут, малыш? (Светлана.) — Алеса, — ответил Алешка, сидевший на руках у Влада.

— Алеша? (Светлана.) — У нас Светлана все мечтает о внуке. (Александр Иванович.) — Да вот от Влада непонятно когда дождешься, жениться он у нас не собирается.

(Светлана.) — Просила? — спросил Влад. — Получите и распишитесь! Вот тебе внук — можешь нянчить, сколько душе угодно.

— А я и с удовольствием. Алеша, иди к бабушке. (Светлана.) Алешка послушно пошел к «бабушке» на ручки. Алешка бабушек очень любил. Он хоть и был еще совсем маленьким, но уже знал: бабушки — это великая вещь.

— Теть Свет, ну какая же Вы — бабушка? Вам еще и мамой можно побыть. (Оля.) — Да ладно, — Светлана улыбнулась. — Оля, мы тебе выделили две комнаты на втором этаже.

— Почему две? (Оля.) — Ну, одну тебе, другую — Алешке. (Светлана.) — Спасибо большое, нам вполне хватит и одной, — рассмеялась Оля. Когда она смеялась, она становилась еще красивее. Влад стоял и любовался Ольгой.

— Влад, ты мне вещи из машины принеси, пожалуйста, — попросила его Оля.

— Сейчас принесу. (Влад.) — Саш, иди, покажи Ольге ее комнаты.

Оль, ты располагайся и спускайся вниз, ужинать будем, вареники с черникой и борщ. А малыш твой что ест? (Светлана.) — Все ест. Он всеяден. (Оля.) … Через полчаса все сидели внизу, на открытой террасе, и ужинали. Потом пили чай и любовались заходящим в море солнцем.

— Как здесь у вас красиво… (Оля.) — Какой вид, да, Оль? (Александр Иванович.) — Вид замечательный, и дом у вас замечательный... (Оля.) — Оля, ты вот что, скажи мне, как ты относишься к политической ситуации в нашей стране? (Александр Иванович.) — Саш, у Ольги маленький ребенок, когда же ей интересоваться политикой?

(Светлана.) — Тетя Света права, я не в курсе политических новостей, я в этом году институт заканчивала… Я слышала, конечно, о национальных конфликтах. Странно как-то: жили жили вместе, «союз нерушимый республик свободных», а теперь все хотят жить порознь.

(Оля.) — Что же тут странного: национальные конфликты имеют тенденцию возрастать по мере ослабления центрального руководства. На наших глазах разваливается великая держава! (Александр Иванович.) — Колосс на глиняных ногах. (Влад.) — Нет, ну ладно Прибалтийские республики и Молдавия, они всегда «налево смотрели». Грузия и Армения меня поразили. А вот Ельцин, который поставил на голосование Декларацию о суверенитете России… От кого?! (Александр Иванович) — От Горбачева. (Влад.) — Именно Россия в лице Ельцина сделала решающий шаг к разрушению Советского Союза! Другие республики только следовали лидерству России. (Александр Иванович.) — Саш, ну есть же и позитивные сдвиги: народные депутаты отменили руководящую и направляющую роль КПСС и разрешили многопартийность;

закон «О свободе совести и религиозных организаций» гарантировал право граждан исповедовать любую религию… (Светлана.) — Эти самые народные депутаты избрали Президента Горбачева в нарушение ими же принятого закона о том, что Президент должен избираться всеобщим народным голосованием. (Влад.) — Крымские татары хотят восстановить автономию в Крыму, Нагорный Карабах хочет воссоединиться с Арменией, узбеки что-то не поделили с турками-месхетинцами, грузины с абхазами… Новый Вавилон какой-то! (Александр Иванович.) — Зато мы самая читающая нация на свете, — сказал Влад. — В 1989 году тираж еженедельника «Аргументы и факты» составил тридцать миллионов экземпляров! Этот абсолютный рекорд среди еженедельников был даже занесен в Книгу рекордов Гиннеса.

— Мы почему-то уверены, что чем больше мы читаем, тем умнее становимся.

Сидим по домам и читаем. А в стране все само собой как-нибудь да рассосется!

(Александр Иванович.) — Саш, ты не прав, сейчас даже все бабушки смотрят трансляции заседаний съездов народных депутатов. (Светлана.) — Пап, а сколько новых передач появилось: «Взгляд», «До и после полуночи», «Пятое колесо», «600 секунд»... (Влад.) — Еще вышла «История Советского союза», написанная итальянским историком Боффа, а журнал «Наше наследие» опубликовал воспоминания русской эмиграции. (Оля.) — Ну, скажите еще, что в нашей стране появилось общественное мнение в лице Сахарова и Лихачева… (Александр Иванович.).

— Да. И теперь у нас нет политической цензуры. (Влад.) — У нас скоро не то что политической цензуры, у нас скоро и страны-то не будет!

Мы будем пятьдесят первым штатом великой американской империи. (Александр Иванович.) — И Германия скоро объединится. (Влад.) — Конечно, объединится. Как же она может не объединиться, если Горбачеву нужны кредиты от Запада! Даже Маргарет Тэтчер сказала, что «ни один разумный человек не может не почувствовать беспокойства, видя перспективу объединения Германской мощи в самом сердце Европы». Даже «железная леди» пыталась остановить «капитуляцию» русских! (Александр Иванович.) — Саш, пока ты опять с нами не поругался, давай сменим тему? (Светлана.) — Ладно, — сказал Александр Иванович. — Оля, а ты знаешь, почему Лазаревское называется Лазаревским?

— В честь Лазарева. По-моему, он Антарктиду открыл? (Оля.) — В 1839 году было основано укрепление Лазаревское. Названо оно было именем адмирала Михаила Петровича Лазарева, командующего Черноморским флотом. После поражения России в Крымской войне в 1854 году Лазаревское укрепление было разрушено. А поселок Лазаревское основан уже в 1869 году понтийскими греками переселенцами из Османской империи… Расположился он вдоль побережья по обе стороны от устья реки Псезуапсе...

Что касается адмирала Михаила Петровича Лазарева… Он был великим русским мореплавателем. В пятнадцать лет Лазарев, после окончания Морского кадетского корпуса, был произведен в гардемарин и отправился в Англию, изучать морское дело. А в двадцать пять лет, будучи уже командиром корабля «Суворов», — Александр Иванович посмотрел поверх очков на Влада, — Лазарев совершил свое первое кругосветное путешествие, длившееся три года. После этого он стал командиром военного шлюпа «Мирный» и в составе научной экспедиции Беллинсгаузена участвовал в открытии Антарктиды.

— Пап, а чего ты на меня так предосудительно смотришь, я же не виноват, что Антарктиду уже открыли? (Влад.) — Лазарев совершил три кругосветных плавания. Но на этом его заслуги перед Россией не заканчиваются… В знаменитом Наваринском сражении он командовал флагманским кораблем «Азов», одержал победу над пятью кораблями противника и был произведен в контр-адмиралы. В 1832 году Лазарев стал главнокомандующим Черноморского флота, которым он руководил семнадцать лет! (Александр Иванович.) — Ничего себе, — сказала Оля. — Круто.

— Скажи-ка мне, Оля, вот что… Где же твой муж? Почему он с тобой вместе отдыхать не приехал? (Александр Иванович.) — Муж мой днем роет курганы в степи, а по вечерам пишет свой очередной исторический труд. (Оля.) — Какой исторический труд? Он же юристом стать собирался? (Александр Иванович.) — Кто? (Оля.) — Дмитрий твой. (Александр Иванович.) — Я не за Дмитрия замуж вышла. (Оля.) — А за кого? — удивился Александр Иванович.

— Мой муж — преподаватель МГУ, историк, доктор наук. (Оля.) — Вот как?! А что, доктор наук больше зарабатывает? Сколько же ему лет?

(Александр Иванович.) — Семьдесят восемь! Скоро помрет, я богатой вдовой стану. Кости неандертальцев и разбитые глиняные кувшины достанутся мне в наследство. (Оля.) — Оль, так сколько лет мужу? (Александр Иванович.) — Сорока еще нет. (Оля.) — Я так и знал, что он старый. (Александр Иванович.) — Для доктора наук сорок лет — это не «старый». (Светлана.) — Для науки-то не старый... (Александр Иванович.) Они долго сидели на террасе. Весело было, хорошо, уютно. Пахло спелыми фруктами, травами и медом. Здесь, на горе, было тихо, только цикады все никак не могли успокоиться... Потом Оля уложила Алешку спать и вернулась в гостиную. Далеко за полночь все еще сидели, разговаривали. Влад целый вечер любовался Ольгой.

… — Какая красавица Оля! И какая милая. Совсем не похожа на москвичку, — сказала Светлана мужу, когда они ложились спать. — «Теть Свет, давайте я посуду помою, давайте я помогу Вам со стола убрать».

— Она и в юности бойкая была. (Александр Иванович.) — Хорошо, что Влад ее к нам привез, мне повеселее будет. И малыш совсем не капризный, возится со своими игрушками, и не слышно его. (Светлана.) — Свет, а ты помнишь, чем закончилось увлечение Влада в прошлый раз?

(Александр Иванович.) — Помню… Саш, а ты видел, как он на нее смотрел сегодня? (Светлана.) — Видел. Вот надо же, она приехала в Лазаревское, а мы тут дом купили.

Неспроста это... (Александр Иванович.) — Он ведь ей, Ольге, пока в армии был, письма писал? (Светлана.) — Ей… А потом она замуж вышла. Только не за того, за кого должна была выйти… Свет, а у Влада кто-то есть сейчас, подружка какая, не знаешь? (Александр Иванович.) — Да нет. Серьезного ничего нет. С краснодарской своей подружкой он разругался, лазаревской еще не завел, а москвичек он не любит, как говорил. (Светлана.) — Ведь сейчас опять начнется… на старые дрожжи? (Александр Иванович.) — Конечно, начнется. (Светлана.) — И что делать будем? (Александр Иванович.) — А что тут сделаешь? По мне, Саш, если Ольга заставит его окончательно остепениться, и он захочет на ней жениться, я только «за» буду, хоть бы у нее и двое детей было. Я устала вздрагивать по ночам от звонков из милиции! (Светлана.) — Ну-ну-ну, не заводись, Свет. Влад вроде поутих уже, на серьезную работу собирается. Молодость есть молодость, кто в ней не куролесил? (Александр Иванович.) — Ну, так, как куролесил твой сын! (Светлана.) — Наш сын, Свет. (Александр Иванович.) … — Оля, а ты чего так рано встала? — спросила утром Светлана.

— Вам помочь с завтраком. (Оля.) — Мужчины наши на рынок поехали, мясо купить. Вечером шашлык хотят делать.

Что на завтрак готовить будем? (Светлана.) — Хотите, блинчиков напечем, хотите, я сырники сделаю? (Оля.) — Давай блинов напечем. Давно не пекли. (Светлана.) — Алешка, блины будем печь? (Оля.) — Бум! — кивнул Алешка. — Баба! — приветствовал он Светлану.

— C добрым утром, Алешка! А ты любишь блины? (Светлана.) — Блю! — сказал Алешка.

— Теть Свет, а изюм есть? (Оля.) — Да был где-то... (Света.) — В этой кастрюле можно тесто мешать? (Оля.) — Оль, ты лучше таз возьми, они у меня такие обжоры... (Светлана.) Светлана с Ольгой напекли блинов. Алешка весь перемазался в тесте.

Вернулись Влад и Александр Иванович с рынка.

— Ну, ничего себе! Чем это пахнет так вкусно? (Влад.) — Это Ольга вам блинов напекла, с изюмом! (Светлана.) — C изюмом?! Ма, давай скорее сметану! (Влад.) — Влад, все на столе: и сметана, и молоко, и мед, и варенье. (Светлана.) Теперь Алешка был весь в варенье и в меде, как Винни-Пух.

— Оль, садись уже, передохни, — позвала Светлана. — Ты посмотри на своего сына.

— Господи, сына, на кого же ты похож? (Оля.) — На вкусный пирожок, да, Алеш? (Влад.) — Девчонки, а блины хороши! (Александр Иванович.) — Ольга, ты правда, что ли, готовить умеешь? — спросил улыбающийся Влад, жуя Ольгины блины.

«Ладно, ладно, я вот еще борщ сварю, что ты тогда скажешь, — подумала Оля. А еще она подумала: — Как же он сексуально ест эти блины, облизывая пальцы… Аполлон, что ты творишь? Зачем он такой симпатичный?! И зачем он так на меня смотрит?»

… Начался август. Александр Иванович решил взять отпуск. Влад вообще из дома теперь не вылезал. Светлана и Ольга вместе что-то готовили, мариновали, варили варенье, при этом весело смеялись и разговаривали. Александр Иванович называл их «голубками», потому что, когда они обсуждали свои женские тайны, они переходили на шепот и слышалось только тихое воркованье. Сам же Александр Иванович c удовольствием занимался с Алешкой. Светлана поставила ему диагноз: «Пора тебе на пенсию, дед, ты созрел для внуков»… После завтрака или после обеда, как получится, все вместе ездили на море.

Александр Иванович не любил многолюдного пляжа в Лазаревском и возил их туда, где было поменьше народу.

По вечерам на террасе Александр Иванович рассказывал что-нибудь интересное… — Александр Иванович, а расскажите, пожалуйста, про казаков и про завоевание русскими Черноморского побережья Кавказа, — попросила Оля.

— Про казаков?

Исторически казачество сложилось как военно-земледельческое сословие, проживавшее в южных степях России. Казацкие поселения на реках Дон, Яик, Терек, Кубань возникали вдоль линии сторожевых укреплений Российского государства. По названиям этих рек и получили названия казацкие объединения: запорожские, терские, яицкие, волжские и кубанские. Кубанское казачье войско было создано в 1688 году атаманами Петром Мурзенко и Львом Манацким. Жили казаки на границе со степью и несли пожизненную воинскую службу по охране границ Российской империи, передавая из поколения в поколение опыт боевого искусства.

Строительство Кавказской укрепленной линии началось еще в 1735 году… Но серьезное освоение Кубани и Кавказа началось только в годы правления императрицы Екатерины Великой. Во время Русско-турецкой войны 1768–1774 годов Екатерина Вторая присоединила к России Азов и Таганрог, Тамань и все течение реки Кубани. Согласно Кючук-Кайнарджийскому договору с Турцией, все южные степи до реки Кубань отошли к России.

В 1783 году был создан Черноморский флот, в 1785 году — Кавказское наместничество, в 1787 году — Черноморское казачье войско… Продвижение Кавказской укрепленной линии на юг обострило отношения с местными народами и Османской империей и привело к Русско-турецкой войне 1787–1791 годов. Чтобы закрепиться на побережье, турки построили в районе Анапы мощное укрепление. Правитель Анапы Ферах Али заключил с местными племенами горцев, черкесами, договор, что «они во всем будут заодно с турками». Большинство черкесских племен приняло ислам. Горские племена стали союзниками Порты в борьбе с Россией.

Ясский договор 1791 года закрепил за Россией владение Кавказом, но города Черноморского побережья Кавказа оставались за Турцией еще более полувека!

Для того чтобы укрепить новую границу империи по реке Кубани и начать освоение присоединенных территорий, Екатерина Вторая 30 июня 1792 даровала прославившемуся в борьбе с турками Черноморскому казачьему войску земли Таманского полуострова с окрестностями и земли Прикубанья. Атаману Головатому удалось убедить императрицу пожаловать казакам кубанские земли в вечное пользование. (Александр Иванович.) — А кто такой атаман Головатый? (Оля.) — Атаман Антон Андреевич Головатый был не только храбрым командиром, но и талантливым дипломатом, музыкантом и певцом. Он покорил Екатерину Вторую игрой на бандуре и пением. Родился Антон Головатый в семье украинского казачьего старшины, учился в Киевской духовной семинарии. В двадцать пять лет прибыл в Запорожскую Сечь и через пять лет был избран куренным атаманом. В тридцать два года Головатый уже командовал тысячей казаков. С 1768 по 1791 год он участвовал в русско-турецких войнах и был произведен в полковники. Вместе с кошевым атаманом Захарием Чепегой Антон Головатый возглавил освоение нового края. На свои средства он построил в станице Тамань первую на Кубани православную церковь, руководил строительством кордонов и станиц, планировкой Екатеринодара, составил основные законы Кубанского войска.

В августе 1792 года первая партия казаков во главе с атаманом Сидором Белым прибыла морем и высадилась на Таманском полуострове. В октябре 1792 года в конном и пешем строю с оружием, знаменами и обозами пришла еще одна партия казаков во главе с атаманом Черноморского казачьего войска Захарием Чепегой.

С 1792 по 1798 годы по берегам реки Кубани были созданы Черноморская и Кубанская кордонные линии. На Кубанской кордонной линии в 1793 году началось возведение войскового града Екатеринодара. (Александр Иванович.) — А когда же было завоевано Черноморское побережье? (Оля.) — Что касается завоевания побережья… С 1790 по 1828 годы было предпринято шесть кровопролитных походов русских на крепость Анапу. В июле 1828 года Анапа окончательно отошла к России. По Адрианопольскому мирному договору 1829 года, Турция уступила России свои права на восточное побережье Черного моря от Анапы до границ Абхазии.


Чтобы укрепить положение России на Черноморском побережье Кавказа, в 1830– 1840 годы была выстроена Черноморская береговая линия из семнадцати фортов в стратегически важных пунктах: от Анапы до турецкой границы. Морской частью операции руководил командующий Черноморским флотом вице-адмирал Лазарев.

Десантом численностью более пяти тысяч человек руководил начальник первого отделения Черноморской береговой линии генерал-лейтенант Раевский. (Александр Иванович.) — Тогда и появились русские города? (Оля.) — Это были еще не города, а военные крепости. В 1831 году десантным отрядом под командованием генерал-майора Берхмана была основана русская крепость Геленджик. В 1834–1837 годах генерал-лейтенант Вельяминов основал укрепления Александрийское (Кабардинка), Ново-Троицкое (Криница) и Михайловское (Архипо Осиповка). В 1838 году десант генерал-майора Симборского заложил форт Александрия (потом — Навагинский, будущий Сочи). Десант генерал-майора Раевского заложил Вельяминовский форт (будущий Туапсе). В 1838 году были основаны укрепления Тенгинское (Лермонтово), Лазаревское, Головинское и Святого Духа (Адлер). В том же 1838 году в Цемесской (Суджукской) бухте высадился русский десант, и началось строительство Новороссийска. Пятнадцатого августа 1839 года состоялось официальное открытие Черноморской береговой линии. (Александр Иванович.)...

По вечерам, когда Алешка засыпал, Влад постоянно пытался Ольгу куда-нибудь вытащить: — Оль, ну, пойдем хоть в кино сходим?

Оля опасалась этих походов. Когда они оставались одни, Влада тянуло к ней, как магнитом: он постоянно ее обнимал, пытался целовать, смущал ее и задавал дурацкие провокационные вопросы.

— Оль, сходи ты с ним в кино, он тебя уже неделю уламывает. (Светлана.) — Теть Свет, вы действительно думаете, что ему кино нужно? Я с ним уже была в кино. Он не умеет себя прилично вести в общественном месте. (Оля.) Когда Оля с Владом были в кино, Влад шепотом, в течение всего фильма, рассказывал Оле о непристойных вещах, которые он планирует с ней сделать, когда она перестанет валять дурака. К чести Влада, надо сказать, что он был очень изобретателен.

— Влад, как тебе не стыдно? (Светлана.) — А за что мне должно быть стыдно? Она такая красивая, что я не могу ее не целовать. Оль, а чего ты родителям жалуешься? (Влад.) — Влад, а ты помнишь, что она замужем? (Светлана.) — Шесть лет назад я не мог с ней целоваться, потому что был этот ненормальный Дмитрий, которого я ни разу не видел до тех пор, пока на всю ночь не увез Ольгу на мотоцикле кататься. Потом мне пришлось с ним драться, и отец грозился упрятать меня на пятнадцать суток. Ладно, тогда Оля маленькая была. Теперь она уже не маленькая, у нее даже муж есть. Кто-нибудь из присутствующих мужа этого видел? Нормальный муж такую красоту одну на юг отпустит? В августе? А он курганы в степи роет. Вот и пусть роет, раз ему курганы больше нравятся. Ольга для него, как правильно заметил отец, слишком молода. (Влад.) — Влад, перестань! (Оля.).

— Оль, ну пошли в кино? Ну, пожалуйста. (Влад.) — Оль, ну сходи ты с ним в кино, он же не отстанет. Я за Алешкой посмотрю, не волнуйся. (Светлана.) — Ох, зря я тебе позвонила. (Оля.) — Ничего и не зря, — вмешался в разговор Александр Иванович, читавший газету.

— Целую неделю вы нас со Светланой кормите лучше, чем в ресторане. И я наконец-то дедушкой себя почувствовал. (Александр Иванович.) — Оля, а сколько мы с тобой банок закрыли? (Светлана.) — Ну, пошли, зануда, в кино. Какой фильм смотреть будем? (Оля.) — Какой будет, такой и будем смотреть. (Влад.) «При чем здесь фильм, Оль?» — подумал радостный Влад.

… Они доехали на машине по улице Победы до кинотеатра «Восход».

— Подожди, я билеты возьму. (Влад.) — Только не на последний ряд. Я не пойду с тобой на последний ряд! — крикнула Оля из машины.

… — Влад, покажи мне билеты, — попросила она вернувшегося Влада.

— Оль, мы слишком поздно приехали. Остался только последний ряд. (Влад.) — Хорошо, иди один. Я тебя здесь подожду. (Оля.) — Я к тебе приставать не буду. (Влад.) — Ты уже в прошлый раз мне это обещал. (Оля.) — Ну, я же к тебе и не приставал? (Влад.) — Да что ты? (Оля.) — Оль, сейчас фильм начнется… (Влад.) В кинотеатре Влад опять шептал ей на ушко о том, как сильно он ее хочет, и как именно он ее хочет… — Влад, перестань! Здесь люди кругом… (Оля.) — Молодые люди, ведите себя прилично! В конце-то концов! (Зрительница в кинотеатре, одинокая дама лет сорока.) — Вы в общественном месте находитесь, между прочим… (Пожилая одинокая зрительница.) — Извините, пожалуйста. (Оля.) — Не кричи, а то нас выгонят из кинотеатра. Веди себя прилично. (Влад, шепотом.) — Как я могу вести себя прилично, если ты ко мне пристаешь?! (Оля, шепотом.) — Я к тебе не пристаю, я тебе рассказываю, как я буду к тебе приставать. А ты сиди, слушай меня внимательно и смотри кино. (Влад, шепотом.) … — Ну, и о чем был фильм? — спросила Оля, когда они вышли в звенящий цикадами августовский вечер.

— По-моему, о любви. (Влад.) — Все, это был последний раз, когда я была с тобой в кино. (Оля.) — Правда? Это означает, что период ухаживания можно считать законченным и сегодня ночью меня ждет заслуженная награда? — спросил довольный, улыбающийся Влад.

— Наглец ты, Влад, просто наглец. Когда же я от тебя избавлюсь, зануда? (Оля.) Билеты в Москву у Ольги были на начало сентября.

— Ты себя-то не обманывай, что хочешь от меня избавиться. (Влад.) — Влад, перестань, я прошу тебя. (Оля.) — Оль, давай посидим, тут нет никого. (Влад.) — Я боюсь с тобой рядом сидеть, ты — неадекватный. (Оля.) — Садись, давай! — Влад схватил ее за руку и усадил рядом с собой. — Оль, ну согласись, если красивая молодая женщина приезжает на юг без мужа, значит, она потенциально готова к любовному роману?

— Как тебе не стыдно? У меня же ребенок маленький. И я не любительница курортных романов. (Оля.) — А я и не предлагаю тебе курортный роман, я хочу предложить тебе совсем другое… У нас впереди еще целых две недели! А то, что ты раньше не соглашалась, так ты сама виновата. Я к тебе каждую ночь стучусь, иногда даже по два раза. (Влад.) — Я и сейчас не согласилась, не выдумывай. (Оля.) — То есть… ты меня не хочешь? (Влад.) — Не хочу, — сказала Оля, но от его вопроса у нее по всему телу побежали мурашки...

— Врешь! Ты на меня смотришь влюбленными глазами, это раз. Ты уже два раза почти занималась со мной любовью в кинотеатре, это два, — Влад опять обнял Ольгу и попытался ее поцеловать.

Ольге надоело ее неучастие в этом процессе. «Что я, как дура, вырываюсь и отворачиваюсь, если мне этого ужасно хочется? Аполлон, это ты во всем виноват!» — Оля перевела стрелки, залезла к Владу на коленки и положила ему руки на плечи. — Ну, и что дальше?

— Ты мне готовишь завтрак, обед и ужин, это три. И очень вкусно готовишь. Ты помогаешь моей маме по хозяйству, это четыре. И ты меня хочешь, это пять. Это заметно, Оль. И это главное. (Влад.) — И что же все это значит? — улыбнулась Оля.

— Это значит только одно — ты готова принять мое предложение. (Влад.) — Переспать с тобой? (Оля.) — Ну, это само собой. Но я хочу большего. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

(Влад.) Потом они целовались.

Ольга наконец-то опомнилась, вырвалась: — Влад, ты соображаешь, что ты говоришь?! Или с тобой солнечный удар случился в кинотеатре? Нормальное предложение. Я уже замужем! (Оля.) — Не просто нормальное, а замечательное. Мне двадцать четыре года. Я без пяти минут руководитель завода. И я справлюсь, чего бы мне это ни стоило. Я отцу уже три года помогаю. Я денег буду зарабатывать намного больше твоего профессора… (Влад.) — А где в этой счастливой картине будущего мой муж? (Оля.) — Его там нет, потому что ты с ним разведешься. (Влад.) — А по какой причине? (Оля.) — Потому, что ты его не любишь. (Влад.) — Зачем же тебе нужна такая жена, которая через три года после свадьбы «уже не любит своего мужа»? (Оля.) — Мне нужна. Я знаю, как тебя можно удержать. (Влад.) — Как, интересно? (Оля.) — Тебя нельзя ни на шаг от себя отпускать. Тебя надо трахать как можно чаще. У нас будет много детей, огромный дом, большой сад... Я открою для тебя пару кооперативных кафе, ты будешь ими руководить: придумывать дизайн, изобретать новые блюда, разбираться с санэпидстанцией, c пожарниками… Я загружу тебя делами по самое не могу, тебе вздохнуть будет некогда, не то что по сторонам смотреть. (Влад.) — Влад, все это здорово, но у меня есть сын. (Оля.) — Сын не помешает тебе быть счастливой. Ты со мной счастливой будешь, Оль, — Влад был абсолютно уверен в том, что говорил.

— Нет, у тебя определенно солнечный удар… И что мне с тобой делать? — вздохнула Оля. — Пошли домой.

— Пошли, — Влад так прижал ее к себе, так поцеловал, что Ольга поняла: не сможет она в этот раз перед ним устоять, нет веских аргументов, да и физиономию бить ему некому...

— Если ты сегодня опять меня не пустишь, я залезу к тебе через окно. А вот если в темноте я упаду и разобьюсь, ты будешь виновата в моей смерти. (Влад.) — Какая красивая смерть, и в таком красивом городе, — смеясь, сказала Оля.

«Что же мне делать, Афродита, прекрасная богиня моря, садов и семьи?» (Оля.) «До чего ж он хорош, Оль!» — согласились милосердная Афродита, помогающая любящим сердцам преодолевать непреодолимые моральные препятствия.


… — Ольга, Влад, вы чего так долго? (Светлана.) — Ой, теть Свет, извините нас, пожалуйста. Алешка спит уже? (Оля.) — Конечно, спит. Время два часа ночи! (Светлана.) — Па, а вы чего не спите? (Влад.) — Вас дожидаемся. (Александр Иванович.) — А я Ольге предложение сделал. (Влад.) — А она что? (Александр Иванович.) — Думает. Согласится, наверное. Целовалась со мной весь вечер, — проинформировал родителей Влад.

Ольга возмущенно покачала головой.

— Так… Ну-ка идите за стол, молодежь, чай пить, — пригласил Александр Иванович.

— Александр Иванович, да что Вы его слушаете?! Он пошутил. (Ольга.) — Не похоже, чтобы он шутил. (Александр Иванович.) — Ничего я не пошутил. Отец, ты скажи ей, что я хорошо буду зарабатывать.

(Влад.) — Ну, это как работать будешь... (Александр Иванович.) — Пап, ну ты же знаешь, если мне надо, я нормально буду работать. (Влад.) — Если тебе надо, то будешь, это точно. (Александр Иванович.) — Мам, а ты чего молчишь? Ты же хотела, чтоб я женился? Вы же с отцом только и мечтаете о том, чтобы я женился, чтобы меня сплавить с глаз долой! Все мозги мне проконопатили... Лучше Ольги все равно никого нет. (Влад.) Оля сидела за столом, обхватив голову руками.

— Оля, а ты чего расстроилась? — рассмеялась Светлана.

— Теть Свет, ну за что мне все это? Я не хотела приносить в ваш дом проблемы.

Второй раз уже… (Оля.) — Да ты и не принесла никаких проблем, скорее наоборот. (Александр Иванович.) — C тобой в наш дом пришла радостная суматоха. Влад ведь с нами и не жил, у него своя квартира есть. А теперь он, по-моему, забыл, где она находится. Если ты решишь принять его предложение, мы с Александром Ивановичем рады будем.

(Светлана.) — Как? Но ведь я замужем, и у меня ребенок? Господи, ну как же так?! — Оля заплакала и убежала к себе наверх.

— Влад, иди за ней, что ты стоишь, как истукан? (Александр Иванович.) … — Оль, открой! — Влад барабанил в дверь, пока не заплакал Алешка. — Ну, Оль!

Она не откроет, — вернулся он в гостиную. — Упрямая, как коза!

— Ты подожди, Влад, не горячись. Ты сам-то хорошо подумал? Ольга ведь не та штучка, чтобы с ней шуры-муры крутить. Правда, жениться хочешь?! Неужели нагулялся наконец-то? (Александр Иванович.) — Она уедет через две недели, а я ее люблю! — Влад ушел на улицу, громко хлопнув дверью.

— Да, Свет, вот ведь как. Ну, и что ты будешь делать? (Александр Иванович.) — Ведь полетит за ней в Москву… (Светлана.) — И… правильно сделает! Я бы тоже полетел. (Александр Иванович).

— Ты бы да… А она хозяйственная, я и не думала, что москвички такими бывают.

(Светлана.) — И я бы от такой невестки не отказался. Главное — она светлая, как и ты, с ней легко дышится. А еще она умная и красивая. В общем, Владу — в самый раз. Жена, дети — глядишь, повзрослеет и за ум возьмется. Ну, ладно, Свет, пойдем спать? Утро вечера мудренее. (Александр Иванович.) В эту ночь Оля опять не пустила Влада к себе, как он ее ни уговаривал… … На следующий день Влад «дулся» на Ольгу, но, как только Александр Иванович предложил поехать на море, сразу согласился. На море Оля проспорила Владу массаж стоп… Александр Иванович и Светлана Михайловна смеялись, наблюдая эту «душераздирающую сцену».

— Влад, я не буду тебе делать этот дурацкий массаж на пляже! Здесь кругом люди!

— возмущалась Оля.

— А о чем ты думала, когда спорила? (Влад.) — Я думала, что я выиграю. (Оля.) — А если бы ты выиграла, ты бы заставила меня делать массаж на пляже или подождала бы до вечера? (Влад.) — Я бы подождала до вечера. (Оля.) — Ну, хорошо, — смилостивился Влад, — я тоже подожду до вечера.

Вечером Оле пришлось выполнять данное обещание. Она сидела перед Владом на коленках… Массаж стоп произвел на Влада неизгладимое впечатление: он сказал, что пойдет ночевать в свою квартиру.

Когда Влад ушел, Оля расстроилась.

— Оля, хочешь, я расскажу тебе о Кавказской войне 1817–1864 годов? — спросил Александр Иванович.

— Конечно, хочу, — вздохнула Оля. — Я, наверное, завтра пойду проситься обратно на квартиру к Валентине Сергеевне. Загостилась я у вас… — Не надо принимать необдуманных решений… Кавказская война началась в Кубанском крае со стычек с горцами. Оттесненные в горы шапсуги и убыхи не сложили оружия. Война стала затяжной и длилась больше полувека. Военные экспедиции генерала от артиллерии Ермолова в Чечню, Дагестан и Закубанье привели к тому, что Турция объявила России газават — священную войну магометан. Появление Ермолова на Кавказе изменило весь характер войны русских с горскими народами не в лучшую сторону, конечно….

В 1820 году была создана Кавказская армия, в которую вошло и Черноморское казачье войско. В 1821 году Абхазия была присоединена к России… В 1840 году произошло всеобщее восстание горцев, в результате несколько русских укреплений перешли в руки восставших. Генерал-лейтенант Раевский был уволен в отставку...

В 1841 году Раевский писал военному министру Чернышеву: «Наши действия на Кавказе напоминают все бедствия первоначального завоевания Америки испанцами… Дай бог, чтобы завоевание Кавказа не оставило в русской истории кровавого следа, подобно тому, какой оставили эти завоеватели в истории испанской…» Раевский как в воду смотрел… Кавказская война была изнурительной и кровопролитной для обеих сторон. После пленения в 1859 году Шамиля, возглавлявшего борьбу горцев с Россией, главные действия русских войск были перенесены на Северо-Западный Кавказ. Осенью 1861 года в Кубанскую область прибыл Александр Второй. Он принял делегацию адыгов и дал горцам месячный срок: либо они переселятся на Кубань, где получат земли в вечное владение и сохранят свое народное устройство и суд, либо пусть переселяются в Турцию!

(Александр Иванович.) — Разве горцы могут жить в степях?! (Оля.) — Конечно, не могут. В ответ на такое «предложение» весной 1862 года сочинский меджлис, избранный из пятнадцати старейшин горцев, призвал к священной войне против России. Горцы оказывали последнее отчаянное сопротивление… После поражения в войне основная масса абадзехов, шапсугов и убыхов переселилась в Турцию. До последнего сопротивлялись горцы по верховьям рек Мзымты и Бзыби. Четыре колонны русских войск пробились с разных сторон и соединились в урочище Кбаадэ (на месте нынешней Красной Поляны). 21 мая 1864 года в этом глухом ауле русские генералы приняли капитуляцию горцев. Потом были проведены торжества по случаю окончательного покорения Западного Кавказа. Более пятисот тысяч горцев (!) покинули родные дома. Аулы были разрушены, виноградники и сады заброшены. Когда то цветущий край опустел... Черноморское побережье лишилось почти всего коренного населения. Колонизация Кавказа была закончена. (Александр Иванович.) — Кто же здесь жил потом?! (Оля.) — Чтобы обустроить край заново, правительство стало поощрять переселение сюда помещичьих крестьян и городских мещан, в основном из Украины и Крыма. Прошло почти полстолетия, прежде чем новые поселенцы прижились в незнакомом крае...

(Александр Иванович.) — Александр Иванович, а расскажите немного о горцах, — попросила Оля, — о коренном населении Черноморского побережья Кавказа.

— Оль, я пока не силен в этом вопросе. Расскажу, что знаю… Адыги — коренное население юго-западной части Северного Кавказа и Черноморского побережья. В античные времена предки адыгов, меоты и зихи, поддерживали активные отношения с греками Боспорского царства, потом с римлянами и степными кочевниками. С тринадцатого века их называли черкесами. Адыгов в начале девятнадцатого века было от семисот тысяч до миллиона человек. В результате насильственного переселения в Турцию, после Кавказской войны, родину покинуло пятьсот-семьсот тысяч человек.

Натухайцы — часть адыгского (черкесского) народа, населявшая в девятнадцатом веке территорию Черноморского побережья от Анапы до Суджук-Кале (Новороссийска).

Насчитывалось их шестьдесят тысяч человек. После Кавказской войны большая их часть переселилась в Турцию.

Шапсуги — часть адыгского (черкесского) народа, они занимали территорию южнее и восточнее натухайцев. В начале девятнадцатого века их было от двухсот до трехсот тысяч человек. Сейчас — около десяти тысяч. (Александр Иванович.) — Горцы были язычниками? (Оля.) — Народные верования натухайцев и шапсугов представляли собой сплетение элементов христианства и ислама, при этом центральное место, конечно, занимало язычество. (Александр Иванович.) — У них были князья? (Оля.) — Они были вольными черкесами, не имевшими князей. Общественное устройство у них было демократическим. Все важнейшие вопросы обсуждались на народном собрании. В быту они руководствовались адатом (народными обычаями) и шариатом (нормами ислама).

Убыхи — часть адыгского (черкесского) народа, проживали в начале девятнадцатого века между реками Шахе и Хоста (Центральный Сочи). Их насчитывалось от десяти до двенадцати тысяч человек. После Кавказской войны они тоже переселились в Турцию. (Александр Иванович.) — Горцы занимались сельским хозяйством? (Оля.) — Конечно. До выселения с родной земли горцы сажали сады, пасли коз, овец, лошадей и быков, сеяли просо, кукурузу и пшеницу, занимались пчеловодством и охотой.

Они считали гостей посланниками бога. К числу обычаев относились также куначество, кровная месть, аталычество*, уважение к старикам и женщинам. Из-за необходимости защищать свою землю от завоевателей, на Кавказе на протяжении столетий складывался культ мужчины-воина, культ коня и оружия. Вместе с горцами с побережья ушли и их нравы и обычаи... (Александр Иванович.) *Аталычество — обычай, по которому знатные родители отдавали своих новорожденных сыновей в семьи вассалов или слуг на воспитание.

— А что стало с горцами в Турции? (Оля.) — Большинство из них было ограблено турками и умерло на чужбине… (Александр Иванович.) … Когда Оля ушла спать, Александр Иванович позвонил Владу. — Если ты не вернешься ночевать, Ольга завтра уедет от нас.

— Неужели она заметила мое отсутствие? (Влад.) — Заметила и очень расстроилась. (Александр Иванович.) … — Господи, Саша, что это за грохот? — разбудила мужа Светлана.

— Что, Свет? Что случилось? (Александр Иванович.) — Да там, наверху, у Ольги грохот был… А теперь Алешка заплакал. Время… пять утра. Иди к ним, Саш, Алешку забери. Наверное, Влад вернулся и залез к ней все-таки через окно. (Светлана.) … — Оля, что у тебя случилось? — спросил через дверь Александр Иванович.

— Ой, Александр Иванович, простите нас, — открыла дверь Оля.

— Па, это я кровать сломал! — сказал смеющийся Влад.

— Алеша, сынок, ну, чего ты испугался? — Ольга держала на руках плачущего Алешку, пытаясь его успокоить.

Оля и Влад были оба полураздетые. Деревянная кровать была вдребезги разломана...

— Дайте-ка мне Алешку, ненормальные, и разбирайтесь тут вдвоем! Алеша, пошли со мной спать к бабушке Свете? Не плачь, малыш, там кошка Мурка пришла… (Александр Иванович.) — Киса?! — сразу перестал плакать Алешка.

— Киса, такая огромная, рыжая, пушистая и опять беременная… (Александр Иванович.) … Влад собрал доски от кровати и сложил их в угол комнаты. — Спать можно и на матрасе. Иди ко мне. Ты зачем кровать сломала?

— Я сломала?! (Оля.) — Ну, ты же сопротивлялась? (Влад.) — Влад, что ты натворил? (Оля.) — Что хотел, то и натворил. Сколько можно терпеть… Придется тебе выйти за меня замуж, а то перед родителями неудобно. (Влад.) — Ты не все обо мне знаешь, Влад. (Оля.) — Так ты расскажи. (Влад.) … Утром Ольга не знала, как показаться на глаза родителям Влада, а Александр Иванович за завтраком спокойно сказал, что теперь они будут забирать Алешку на ночь к себе, на первый этаж.

— А киса? — уточнил Алешка.

— И киса будет спать с нами. (Александр Иванович.) … — Александр Иванович, а расскажите о том, что происходило дальше, — попросила Оля вечером за ужином, несколько дней спустя. — Вы остановились, когда была закончена колонизация Кавказа, и Черноморское побережье лишилось всего своего коренного населения.

— Россия, проиграв Крымскую войну 1853—1856 годов, потеряла право иметь на Черном море военно-морской флот, а на побережье — военные крепости. (Александр Иванович.) — И что… все военные крепости были разрушены?! (Влад.) — Да, крепости были разрушены. Черное море было объявлено открытыми водами, но все кавказские владения остались за Россией.

Но вскоре началось восстановление поселений. В шестидесятые-девяностые годы девятнадцатого века на Черноморское побережье приехали переселенцы из Молдавии, Украины, Белоруссии, Грузии, из Турции — армяне и греки. Российское правительство активно поощряло переселение крестьян на новые земли. Давало им неплохие подъемные.

В 1882–1888 годах в районе Новороссийска были построены цементные заводы, использовавшие в качестве сырья богатейшие залежи мергеля в окрестностях. К городу была проложена железная дорога из Екатеринодара. В 1883 году сооружен нефтеперегонный завод. В 1896 году завершено строительство морского порта. В году началось строительство Новороссийско-Сухумского шоссе общей длиной в пятьсот тридцать километров. Построено оно было в начале двадцатого века… (Александр Иванович.) — Это и есть современная федеральная трасса М27? (Влад.).

— Да. Тогда же началось строительство нефтепровода, шоссейной и железной дороги через горы к Туапсе и Сочи... (Александр Иванович.) — А когда началось курортное освоение края? (Оля.) — Только после того, как было построено Новороссийско-Сухумское шоссе.

(Александр Иванович.) — В 1898 году доктор Будзинский начал строить первую грязелечебницу в Анапе, а в 1900 году доктор Сульжинский открыл первый частный санаторий на Тонком мысу в Геленджике. (Светлана.) — Двадцатый век изменил Краснодарский край до неузнаваемости... (Александр Иванович.) — В 1908 году в Париже профессор Мартель издал иллюстрированное научное исследование «Русский лазурный берег. Кавказская Ривьера». До появления этой книги Сочи был захолустным поселением, где не было даже водопровода. Теперь же вся петербургская знать стремилась обзавестись здесь роскошными виллами. Сочи решил сделаться Кавказской Ривьерой... (Светлана.) — Но вскоре наступили совсем другие времена. В Первую мировую войну (1914– 1918 годы) на территории Закавказья для противостояния туркам был организован Кавказский фронт под руководством генерала Юденича. (Александр Иванович.) — Во время Гражданской войны Кубань стала центром белого движения, здесь была сформирована Добровольческая армия. (Влад.) — А в городах Черноморского побережья была провозглашена советская власть, в 1918 году была сформирована Таманская красная дивизия... (Александр Иванович.) — Пап, а что за конфликт был с грузинами? Они, по-моему, до Туапсе дошли?

(Влад.) — Сочинский конфликт 1918–1920 годов… между Грузией, Добровольческой армией и РСФСР за контроль над Черноморским побережьем Кавказа… Согласно условиям Брест-Литовского договора (март 1918 года), к Турции переходили не только территории Западной Армении, но и грузинские и армянские области, аннексированные Россией в результате Русско-турецкой войны 1877–1878 годов! К Турции отходили территории, которые Грузия считала исконно грузинскими. Грузинские историки считали, что «вся полоса побережья до Анапы и устья Кубани принадлежала Грузии в одиннадцатом-двенадцатом веках» (Александр Иванович.) — Это еще во время царицы Тамары, что ли? (Влад.) — Грузия обратилась за военной помощью к Германии, предоставив ей контроль над Закавказской нефтью, железной дорогой и своими портами. В мае-июне 1918 года грузинские войска заняли Абхазию, в июле — Адлер и Сочи, а 26 июля войска вошли в Туапсе. Территория Сочинского и Туапсинского округов была объявлена частью Грузии.

— А большевики-то где были? (Влад.) — Кубано-Черноморская Советская республика сражалась с деникинцами и кубанскими казаками… Но в конце августа Туапсе оказался на пути движения Таманской армии, которая выходила из окружения под Новороссийском и вынужденно вела бои и с дениканцами, и с грузинами. Тридцать тысяч таманцев разгромили 1 сентября грузинские войска под Туапсе, грузины вынуждены были отступить до реки Шахе. Летом 1918 года деникинский генерал Алексеев потребовал от Грузии освобождения Сочинского округа до реки Бзыбь.

Осенью 1918 года, после капитуляции, германские и турецкие подразделения покинули Закавказье, ведущая роль в регионе перешла к Великобритании. В конце года деникинцы заняли Сочинский округ до поселка Лоо. Великобритания заявила Деникину протест, угрожая разрывом отношений, прекращением поставок вооружения и обстрелом Кавказского побережья России.

В конце 1918 года началась грузино-армянская война. В январе 1919 года восстали армяне Сочинского уезда, грузинские войска применили против армянских сел артиллерию, и армяне попросили помощи у Деникина. В феврале Добровольческая армия вошла в Сочи. Несмотря на угрозы англичан, Деникин не только не ушел из Сочи, но занял и Сухуми, объявив Абхазию частью «единой и неделимой России». (Александр Иванович.) — Молодец какой! (Оля.) — И чем все закончилось? (Влад.) — В декабре 1919 года правительство РСФСР предложило Грузии организовать совместную борьбу с деникинцами… взамен на ее дипломатическое признание. В году был подписан мирный договор, согласно которому Грузия признавалась в пределах существующих границ, включая Абхазию, с границей по реке Псоу. (Александр Иванович.) — Понятно, что большевикам было не до Абхазии, им нужен был Баку с его нефтяными запасами… (Влад.) — А армия Деникина? (Оля.) — 27 марта 1920 года сорокатысячная белогвардейская армия капитулировала в районе Новороссийска. А 2 мая на одной из дач в районе Адлера был подписан акт о капитуляции шестидесятитысячной армии Антона Деникина… (Александр Иванович.) — А казаки? Что происходило с ними? (Оля.) — Мужество и героизм кубанских казаков много раз решали исход сражений во время Отечественной войны 1812–1814 годов, в Крымскую войну 1853–1856 годов, в многолетнюю Кавказскую войну, в русско-турецкий войнах, в Первую мировую войну… Но самой тяжелой для казаков стала братоубийственная Гражданская война 1918– годов, когда одна часть казаков воевала на стороне красных, а другая — за белых.

В 1920 году казачество как сословие было упразднено, а в двадцатые-тридцатые годы против казаков проводились репрессии... (Александр Иванович.) — А во время Великой Отечественной войны? (Оля.) — Во время Великой Отечественной войны боевые действия велись здесь с июля 1942 по октябрь 1943 года. Анапа и вся Тамань была оккупирована немцами... О героической обороне Новороссийска знает весь мир… В Геленджике размещалось около пятидесяти госпиталей, хотя линия фронта проходила всего в двадцати километрах от города. Сочи превратился в главную госпитальную базу страны: из сочинских госпиталей вернулось в строй около пятисот тысяч солдат и офицеров...

А теперь, после распада СССР, за Россией останется всего триста пятьдесят километров Черноморского побережья! (Александр Иванович.) … — Оля, ты хотела рассказать мне о том, что мешает тебе стать моей женой, — напомнил Влад как-то утром.

— Влад, ты очень мне нравишься… Ты замечательный, ласковый, потрясающий, и мне с тобой очень хорошо. Я уже и не помню, когда мне так хорошо было... (Оля.) — Голову мне не морочь. Ты замуж за меня пойдешь? (Влад.) Ольга покачала головой: — Не могу я пойти за тебя замуж. Есть темные пятна в моей биографии.

— Да я не боюсь фактов из твоей биографии. Я даже догадываюсь, о ком будет идти речь. Рыжий дьявол моей судьбы? Он, кстати, где? (Влад.) — В Москве. Учится на адвоката. (Оля.) — Ты его когда в последний раз видела? Только не говори, что месяц назад...



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 17 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.