авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |

«ББК 67.99 (2 тадж)3+67.33+67.412 Д-37 Настоящее издание осуществлено при финансовой поддержке Проекта «Поддержка правовых и судебных реформ в странах ...»

-- [ Страница 2 ] --

Кроме того, Гражданский кодекс, можно сказать, определил направления гражданск о-правового регулирования общественно-экономических отношений, указав на необходимость принятия целого ряда зак онодательных актов, в известной степени детализирующих соответствующие положения ГК с учетом потребности общественного развития. В частности, Зак он РТ «О производственных кооперативах» от 2 декабря 2002 года, Закон РТ «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 10 мая 2002 года, Закон РТ «О несостоятельности (банкротстве)» от 8 декабря 2003 года, Закон РТ «О государственных предприятиях» от 28 февраля года, Закон РТ «О залоге движимого имущества»

от 1 марта 2005 года, Закон РТ «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» от 28 июля 2006 года, Закон РТ «О государственной регистрации недвижимого имущества и прав на него» от 20 марта 2008 года и другие. В итоге принято около пятидесяти законодательных актов.

Вместе с тем, правила конкретных статей Гражданского кодекса указывают на законы, которые предстоит принять. Это законодательные акты: об использовании гражданином псевдонима (ч.2 ст.20);

о сделках, которые действительны, несмотря на то, что гражданин отк азался от правоспособности или дееспособности (ч.3 ст.23);

об ограничении в правах юридических лиц (ч.2 ст.49);

о случаях проведения независимой экспертизы по денежной оценке вклада участника хозяйственного общества (абз.2 ч.6 ст.69);

об иммунитете государства и его собственности (ст.139);

о видах объектов, изъятых из оборота (ч.2 ст.141);

о видах прав, которые удостоверяются ценными бумагами (ч. ст.159);

о случаях и порядке осуществления и защиты личных неимущественных прав и других нематериальных благ умерших другими лицами (ч. ст.170);

об особенностях коммерческ ого представительства в отдельных сферах предпринимательства (ч.4 ст.209);

о случаях, когда доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, нотариально не удостоверяется (ч.2 ст.210);

о других требованиях, на которые не распространяется срок исковой давности (ст.231);

об имуществе, которое может находиться только в государственной собственности (ч.3 ст.235);

и другие.

Принятие ук азанных законодательных ак тов способствует наиболее полному урегулированию отношений в указанных сферах, устраняет пробелы и вносит определенность в сферу предпринимательской и иной экономической деятельности.

Прошедшие 10 лет показали, что Гражданский кодекс действительно является системообразующим актом в регулировании имущественно-стоимостных и личных неимущественных отношений, прошел серьезное испытание временем, на прак тике, подтвердил свою жизнеспособность и значимость.

Десять лет по историческим мерк ам - это срок незначительный, но в сфере регулирования общественно-экономических отношений достаточно емкий, поскольку динамичное развитие общества требует соответствующей реакции со стороны права, особенно в переходный период к рынку. Право обязано должным образом реагировать на изменения в общественной жизни и, по мере возможности, перевести их на язык закона с тем, чтобы создать основание для развития тех отношений, которые возникли или могут возникнуть в будущем, а также совершенствовать, приспосабливать нормы уже сложившиеся к потребностям практики. Конечно, это весьма кропотливая, архисложная, но в то же время жизненно важная работа.

Вместе с тем, прошедшее десятилетие показало, что такая работа ведется, благодаря которой выявлены отдельные несоответствия потребностям практики, грамматические ошибки, внесены дополнения, изменения, а также уточнения в более чем 140 статьях ГК. Итак, внесены дополнения, притом существенные в ст.17;

ч.6 ст.24;

ч.5 ст.58;

ч.5 ст.62;

ч.1 ст.65;

ч.1,8 ст.125;

ст.155;

ч.4 ст.210;

ч.1 ст.213;

ч.1 ст.312;

ч.1,6 ст.363;

ч. ст.368;

ч.1 ст.380;

ст.381;

ч.2,3 ст.397;

ч.2 ст.398;

ч.1.

ст.436;

ч.2,4 ст.458 ГК.

Внесены изменения или изложены в новой редакции ст.10;

ч.1,4,5 ст.24;

ч.2 ст.36;

ч.2 ст.62;

ч.1 ст.66;

ч.4 ст.97;

ч.1 ст.104;

ст.124;

ст.126;

ч.5 ст.128;

ст.240;

ст.316;

ч.2 ст.355;

ст.366;

ч.4 ст.367;

ч.2 ст.368;

ст.370;

ст.371;

ст.378;

ч.2 ст.386 ГК.

Уточнены нормы ст.7;

гл.2;

ч.1 ст.8;

ст.13;

ч.5 ст.24;

ст.16;

ч.3 ст.26;

ч.2,3 ст.29;

ч.2 ст.50;

ч.3 ст.61;

ч.3,4 ст.62;

ч.1 ст.65;

ст.66;

ст.67;

ст.69;

ч.3 ст.106;

ч.2 ст.122;

ст.127;

ч.6 ст.128;

ч.1 ст.132;

ч.5 ст. 133;

ч.2,3 ст.135;

ч.2 ст.136;

ч.1 ст.138;

ч.2 ст.140;

ч.1 ст.142;

ч.4 ст.190;

ч.2 ст.200;

ч.3 ст.202;

ч.1 ст.214;

ч.3 ст.246;

ч.1,2 ст.250;

ч.3 ст.251;

ст.308;

ст.312;

ст.313;

ст.314;

ст.317;

ст.318;

назв-ст.327;

ч.1 ст.327;

ч.2 ст.340;

ч.2 ст.359;

ч.1 ст.362;

ч.7 ст.379;

ч.2 ст.383 ГК.

Исключены тексты ч.2 ст.4;

ч.6 ст.26;

ч.1 ст.60;

ч. ст.87;

ст.92;

ст.93;

ч.5 ст.109;

ч.3 ст.116;

ч.1 ст.144;

ст.164;

ст.165;

ст.166;

ч.3 ст.167;

ч.1 ст.226;

ч.2 ст.229;

главы 14;

15;

16;

ч.2 ст.327;

ч.2 ст.345;

ч.4 ст.360;

ч.3,5 ст.362;

ч.3,4,5 ст.369;

из ч.3 ст.439;

ч.2 ст.451 ГК.

Исправлены ошибки редакционного характера в ч. ст.23;

п.2 ч.1 ст.51;

ч.2 ст.57;

ч.1 ст.78;

ч.3 ст.100;

ч. ст.109;

п.1 ч.3 ст.160;

ч.3 ст.172;

ч.5 ст.174;

ч.2 ст.190;

ч.2 ст.348;

ч.1 ст.360;

ч.3 ст.375;

п.2 ч.1 ст.411;

ч.3 ст.427;

ст.438;

ч.3 ст.452;

ч.2 ст.480 ГК.

Таким образом, состояние Гражданского кодекса находится под пристальным вниманием законодательной власти Республики Таджикистан. При необходимости, Гражданский кодекс будет приведен в соответствие с потребностями экономического оборота.

Рахимов М.З., доктор юридических наук, профессор, директор Национального центра законодательства при Президенте Республики Таджикистан К вопросу о соотношении прав и обязанностей при встречном исполнении обязательств Отношения, возникающие в процессе взаимной деятельности участников встречного исполнения, как правило, регулируются нормами права. При регулировании этих отношений нормами права создаются модели двусторонних правоотношений, участники которых связаны между собой правами и обязанностями.

Связь между субъек тивными правами и обязанностями при встречном исполнении носит характер объективной закономерности. Эта связь зависит от характера регулируемых отношений и его участники самостоятельны по отношению друг к другу в исполнении обязанностей и осуществлении прав.

Каждый из участников встречного исполнения обладает встречными правами и обязанностями. Эти права и обязанности не только тесно взаимосвязаны между собой, но и противостоят друг другу. Обладая одними и теми же признаками в пределе одного и того же правоотношения, они дополняют друг друга. Поэтому нельзя охарактеризовать конкретное субъективное право, не характеризуя в то же время соответствующую обязанность. Взаимосвязь и взаимодействие субъективных прав и обязанностей означает, что невозможно осуществление субъективного права, не обеспеченного обязанностью. Вместе с тем субъективные права и обязанности не безграничны, они обременяются и не выходят за пределы друг друга. Но они являются различными правовыми методами воздействия на поведение участников правового отношения. В одном случае совершение действия зависит от усмотрения управомоченного лица, в другом определенное поведение предписывается обязанному лицу.

Во взаимосвязи «право-обязанность» важно то и другое. Их нельзя противопоставлять, ставить одно выше другого, их ценность во взаимообусловленности.

Если у кого-то возникло то или иное субъективное право, то это в то же время означает, что у другого лица возникла соответствующая юридическая обязанность и наоборот. Но так бывает не всегда. Иногда обязанность соответствует и праву и обязанности другой стороны. Но, конечно, в принципе, права и обязанности распределяются так, чтобы обеспечить их равновесие.

Равновесие и равномерное распределение прав и обязанностей применительно к определенному субъекту означает, что, если он принимает на себя обязанность, то это сопровождается приобретенным правом, равнозначного с точки зрения возможности удовлетворения соответствующих интересов.

Приобретение прав означает появление у этого лица равной по «весомости» обязанности1. В юридической литерат уре утверждают, что существование обязанностей без корреспондирующих прав и прав без корреспондирующих обязанностей возможно 2.

Большинство же авторов, исследовавших данный вопрос, не признают существование прав без обязанностей и обязанностей без корреспондирующих прав 3. Необходимо отметить, что единство прав и обязанностей является основополагающим признаком Яколев В.Ф. Гражданскоправовой метод регулирования, общественных отношений. Учебное пособие. Свердловск, 1972, с. См.: Ткаченко Ю.Г. Методологические вопросы теории правоотношений.

М.: Юрид. лит., 1980, с.161-173 и др.

См.: Нерсесянц В.С Общая теория права и государства, М.: Изд-во Норма, 2002, -515- права и это определяет характер взаимосвязи сторон в правоотношении. Субъективные права и обязанности едины и вместе с тем, взаимосвязаны. Единство же проявляется в том, что они в к онечном счете направлены на удовлетворение интересов управомоченного лица. Это две стороны единого правоотношения. Связь между ними в правоотношении носит характер объективной закономерности. В этом проявляется диалек тический зак он - единства противоположностей. Вышеуказанные утверждения о том, что «нет обязанностей без прав», не могут вызвать никаких сомнений, но при этом, конечно, имеется в виду обязательно правоотношение между конкретными субъектами. Оно отнюдь не означает, как утверждают сторонники сепаратных правоотношений, что право может подвергать регулированию деятельность лишь одной стороны4.

Поэтому, нельзя согласиться с Ю.Г.Ткаченко, чрезмерно узко трактующей юридическую связь прав и обязанностей. По её мнению, обязанность поставщика поставки замаркированной продукции соответствует праву покупателя требования такой поставки и обязанности применения санкции за допущенное нарушение в случаях необходимости. Но даже и в рамках санкций совершение односторонних действий корреспондируется с определёнными обязанностями, например, с обязанностью компенсирования расходов по перемаркировке. Эта обязанность может быть исполнена принудительно. Поэтому, хотя в нормативном акте указывается лишь на субъективное право или обязанность, соответствующее субъективное право подразумевается.

Таким образом, отсутствие связи права с корреспондирующей ему обязанностью лишает права существенного его элемента- обеспеченности. Остаётся непонятным, как можно было бы защитить нарушенное право, если ему не противостоит ничья обязанность.

См.: Толстой В.С. Проблемы исполнения обязательств по советскому гражданскому праву. Дисс. … д-ра юрид.наук. М.: 1967, с. «Су бъек тивное право не есть что-то принадлежащее лицу вне его отношения к другим лицам, и юридическая обязанность так же не есть что то, связывающее лицо вне его отношения с другим лицом. Субъективным правом можно обладать только по отношению к кому - либо(обязанному), равным образом юридическую обязанность можно нести только перед кем-либо (управомоченным)»5.

Правильно отмечает С.С Алексеев, что право, не обеспеченное юридическими обязанностями других лиц, становится юридической «пустышкой»: оно не может быть гарантировано принудительной силой государства /последняя может быть применена лишь за неисполнение обязанности/. А «обязанность» вне права становится бесцельной, безадресной: немыслимо существование обязанности, когда какое-либо лицо не может требовать её исполнения6. Вместе с тем, «права и обязанности, рассматриваемые вне связи прав одного субъекта с обязанностью других, превращаются в фикцию» 7. Отсутствие субъективного права или юридической обязанности означает отсутствие самого правила поведения, что ставит под сомнение возможность существования правовой нормы. Только правило поведения, представляющее собой с овок упность субъек тивных прав без к орреспондирующих обязанностей внутренне противоречиво, так как допуск ает возможность существования юридических норм, не устанавливающих правил поведения и не имеющих нормативного характера.

Субъективное право и обязанность выступают в роли регулятора поведения участников правового Александров Н.Г. Правовые отношения в социалистическом обществе, М.;

изд-во МГУ, 1959,с 22.

Алексеев С.С. Проблемы теории права;

В 2.т,Свердловск, 1972.

-т.1-с.321.

Чочот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. Л.: Изд-во ЛГУ, 1968, с. 24.

отношения, и совершение определенного действия является реализацией субъек тивного права и исполнением юридической обязанности. В тех случаях, когда в нормах права предусмотрена ответственность за несовершение или совершение определенного действия, то несовершение или совершение этого действия представляют собой обязанность. Когда в норме предусмотрена возможность совершения определенного действия управомоченным лицом, т.е.

когда реализация возможности зависит от усмотрения субъекта, значит это субъективное право. Поэтому ответственность является основным признаком, отличающим юридическ ую обязанность от субъективного права. Это наиболее ярко проявляется в обязательственных правоотношениях. В обязательстве не только праву управомоченного соответствует обязанность обязанной стороны, но и обязанность стороны корреспондируется встречной обязанностью другой стороны вычленения, которая в рамках единого обязательственного правоотношения является необходимым. Участники обязательственного правоотношения обладают не только конкретными правами и обязанностями, но и являются носителями многочисленных взаимосвязанных прав и обязанностей, каждый из которых не сливается друг с другом, но и не может существовать независимо от основных прав и обязанностей сторон. При этом, в одном случае речь идет о возможном поведении, а в другом - необходимом (должном) поведении, обеспеченном санкцией.

Обязательственное правоотношение является относительным правоотношением, в рамках которого правовая связь осуществляется между строго определенными лицами, как на управомоченной, так и на обязанной стороне. Вместе с тем, эта правовая связь является связью активного типа и поэтому субъективное право представляет собой правомочие требовать исполнения активной обязанности, лежащей на другой стороне правоотношения. Тем самым, позитивное содержание обязательного правоотношения раскрывается через обязанность. При этом, требование в обязательствах чаще всего устанавливаются как встречные и представляют собой нечто иное, как действие каждого из участников, на получение которых они притязают. Именно поэтому эти действия не только объект требований одного субъекта, они же объект обязанности другого8.

В цивилистическ ой литературе термин «обязательства» имеет несколько значений и используется для обозначения:

-документов, в которых фиксируются обязанности должника;

-отдельной обязанности;

-обязанности соответствующими правомочиями, объединенными по тем или иным признакам9.

Как правильно отмечается в юридической литературе, подобный плюрализм терминов для обозначения обязательства вряд ли оправдан и вызывает различного рода затруднения для его понимания как совокупности обязанностей и правомочий. С этимологической точки зрения можно, конечно, признать обязанность и обязательство идентичными. Но в принятой юридической терминологии «обязательство» и «обязанность» не одно и то же понятие. Поэтому правильно отмечает В.С.

Толстой, что не только нужно различать понятия «обязательство» и «обязанность», но и обозначать их различными терминами 10. Такое различие четко приведено в ч. 1 ст. 329 ГК РТ, согласно которой «в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное См.: Чеговадзе Л. А. Структура и состояние гражданского правоотношения. -М.: Статут, 2004, с. См.: Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. Ученые труды ВИЮН вып. III, М.;

1940, с. 15;

Толстой В.С. Исполнение обязательств. М.: Юрид. лит., 1973, с. 3.

См.: Толстой В.С. Указ. соч., с. действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности».

Об этом свидетельствуют и другие статьи Гражданского кодекса РТ. Так, например статья 755 ГК РТ - построить определенный объект, выполнить иную строительную работу, создать необходимые условия для выполнения работы, принять объек т и уплатить за неё обусловленную цену, называет обязанностями. Таким образом, по указанным статьям обязательства являются частью гражданских правоотношений и обладают рядом признак ов, позволяющих рассматривать всю совокупность обязанностей в качестве единого целого.

Участниками обязательства являются должник и кредитор. Это четко видно из содержания вышеприведенных статей. Вместе с тем, в подавляющем числе обязательственных правоотношений каждый из их участников выступает одновременно в качестве кредитора и в качестве должника. Поэтому нельзя считать правильным, когда понятие «обязательства»

раскрывается только через одну обязанность должника (например, обязанность покупателя). Такая неточность допускается и в отдельных статьях Гражданского кодекса РТ. Так, например, согласно статьи 332 ГК РТ «кредитор вправе не принимать исполнения обязательства по частям, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства и не вытекает из обычаев делового оборота или существа обязательства. Согласно статьи 429 ГК РТ «в случае неисполнения обязательства передать индивидуально определенную вещь в собственность, в хозяйственное ведение, в оперативное управление, в возмездное пользование кредитору, последний вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передать её кредитору …». Из смысла вышеприведенных статей видно, что обязательством названа самостоятельная и конкретная обязанность должника.

При характеристике обязательства как части гражданского правоотношения надо исходить только из совокупности прав и обязанностей его участников. Тем самым, обязательство надо рассматривать, как правоотношение, содержание к оторого могут составлять как одно, так и несколько обязанностей с корреспондирующими ими правомочиями, посредством которых достигается необходимый результат. Как правильно указывает А.В. Мицкевич, в правоотношении всегда надо видеть единство социального содержания и правовой формы, т.е. единство прав и обязанностей участников отношений их поведения, направленного на достижение определенных интересов11. Это характерно и для обязательств, в соответствии с которыми в подавляющем большинстве случаев представляется не простое по структуре (одно право и одна обязанность), а сложное правоотношение, включающее в себя совокупность прав и обязанностей его участников. Так, например, обязательство поставки включает в себя следующие права и обязанности: поставщика - передать имущество, покупателя - принять и оплатить его стоимость (обязанности);

поставщика - требовать оплаты денежной суммы за переданное имущество, покупателя - требовать передачу заказанного имущества (права). Таким образом, нельзя согласиться с теми авторами, к оторые под обязательством понимают каждое сочетание права требования и соответствующей ему обязанности должника12.

Анализируя разновидность обязательств (например, обязательство о контрактации, подряду на См.: Общая теория советского права / Под ред. С.Н. Братуся и И.С.

Самощенко. М.;

Юрид. лит., 1966, с. 281.

См.: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М.:

Госюриздат, 1950, с. 50, 131, 134.

капитальное строительство и т.д.) как совокупность правоотношений, возникающих из соответствующих договоров, некоторые авторы говорят о сложном составе обязательств, а иногда при анализе того или иного двустороннего договора единое обязательство делят на взаимные обязательства разновидность общего понятия «обязательство» 13. При подобном подходе к понятию обязательства, авторы, поддерживающие такую точку зрения, часто смешивают обязательства с обязанностью. Так, например, под обязанностью передать вещь понимают обязательство по передаче вещи, а под обязанностью уплатить деньги понимают обязательства по уплате денег14. Возражая против этого, В.А. Рахмилович пишет, что « … в таких случаях надо говорить не об одном сложном, а тем более взаимном обязательстве, а о совокупности обязательств, связанных с одним договором» 15.

Встречными признаются исполнение обязательства одной из сторон, которое в соответствии с договором обусловлено исполнением своих обязательств другой стороной (ст. 353 ГК РТ). Считают, что в данном случае речь идет о двух самостоятельных обязательствах, взаимная обусловленность которых выражается в том, что одно обязательство не может быть исполнено должником до тех пор, пока кредитор не представит исполнение другого обязательства. При этом, основание возникновения каждого из обязательств не имеет решающего значения - важно, что встречное исполнение обязательств было обусловлено договором»16.

См.: Сарбаш С.В. Исполнение взаимных обязательств. М.:Статут, с. 4- См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации часть первая (постотейный) Под. ред. К.Д. Егорова, А.П. Сергеева. М.: Проспект, 2006, с. Советское гражданское право/ Под. ред. Я.А. Куника. М.: Высшая школа, 1947, с. См.: Лавров Д.Г. Денежные обязятельства в российском гражданском праве. С-пб., 2001. С.32-33.

Нам кажется, что мысль о делении единого обязательства на совокупность обязательств, тем более основанных на едином договоре, является неточной.

Договор служит основанием для возникновения обязательства, но это не означает, что единый договор (например, поставки) является одновременно основанием возникновения нескольких обязательств.

Такое деление искусственное, оно не соответствует ни теоретическим, ни практическим соображениям.

Делению единого обязательства на неск ольк о обязательств затрудняет проведение различия между понятиями «обязательство» и «обязанность». В большинстве случаев, говоря об обязательстве (например, перевозки, подряда на к апитальное строительство и т.д.), необходимо иметь в виду не единичное отношение, не конкретное требование кредитора и соответствующую ему обязанность должник а, а совок упность взаимных прав и обязанностей и отношений, основанных на соответствующих договорах.

При этом в двустороннем договоре каждой встречной обязанности соответствует встречное право - право кредитора требовать надлежащего исполнения должником обязанности, указанной в законе или договоре. А реализация этих встречных прав и обязанностей происходит в процессе встречного исполнения, в действиях его участников, по осуществлению выраженных в правах и обязанностях возможностей и необходимостей.

Участники обязательственного правоотношения чаще всего имеют несколько обязанностей, которые находятся между собой в неразрывном единстве. И встречное исполнение состоит из ряда действий, которые совершаются во исполнение отдельных составляющих обязательство встречных основных и вспомогательных обязанностей. Поскольку у участников встречного исполнения имеются определенные встречные обязанности при совершении встречных действий, без выполнения которых стороны не могут исполнить обязательство, то у каждой из сторон имеются соответствующие права.

Между встречными правами и обязанностями существует жёсткая правовая связь: «право обязанность», «обязанность с обязанностью». При этом распоряжение субъективными правами и юридическими обязанностями не всегда находится в прямой зависимости от воли управомоченного или обязанного лица. Участники встречного исполнения своим односторонним действием не могут отказаться от своих прав, но, вместе с тем и от исполнения встречных обязанностей, если иное не предусмотрено законом или договором. Для этого необходимо согласованное волеизъявление обеих сторон встречного исполнения.

Это характерно и для всего обязательственного правоотношения.

Содержание встречного исполнения составляет комплекс действий, надлежащее выполнение которых в целом обеспечивает его реализацию. Конкретные обязанности, реализуемые во встречном исполнении, выступают как соотношение части и целого. От взаимного исполнения их зависит и встречное исполнение в целом. Если участники встречного исполнения не исполняют свои встречные обязанности, нет и самого встречного исполнения. Каждая сторона преследует непосредственно свою экономическую цель, зак лючающуюся в получении того, что должна исполнять другая сторона. Взаимная обусловленность обязанностей и соответствующих прав является юридической формой экономического отношения обмена17.

Встречное исполнение направлено на удовлетворение потребностей его участников. Это Агарков М. М. Обязательство по советскому гражданскому праву/ Учеб.

труд ВИЮН. М.,1940, Вып.3с-192с.

является целью встречного исполнения. Исполнение других обязанностей требует совершения конкретных действий и в определенной мере связано с встречным исполнением. Исполнение участниками встречного исполнения различных других обязанностей нередко обусловлено тем, что исполнение их служит обеспечению встречного исполнения.

При встречном исполнении обязанности сторон не оторваны друг от друга, а находятся в определенной зависимости. Чем больше зависимость одной от другой, тем подвижнее становится их реализация и в большей мере предупреждается возможность нарушений.

Каждая из сторон является кредитором по одной обязанности и должником по другой, причём обе обязанности взаимосвязаны, взаимообуславливают друг друга и в силу этой взаимной обусловленности действия по реализации этих встречных обязанностей составляют единое понятие встречного исполнения. При этом, обязанности участников встречного исполнения возникают в одно время и служат взаимной опорой друг другу. Недействительность одной обязанности влечет недействительность другой. Встречное исполнение выступает как результат осуществления обязанностей сторон в отношении друг друга. Участники встречного исполнения еще до исполнения являются носителями юридических обязанностей. Индивидуально определенные связи между должниками выражаются в конкретных корреспондирующих эти связи встречных обязанностях. Однако сама взаимосвязь между участниками встречного исполнения имеет более широкую основу. Это исполнение объединяет в себе различные виды связей и взаимоотношений.

Взаимосвязь встречных обязанностей характеризуется их относительной независимостью, она предполагает взаимообусловленность встречных обязанностей, которая проявляется лишь при совершении встречных действий по достижению необходимого результата.

Взаимодействие между ними является реальным и основывается на исполнении встречных обязанностей.

Взаимодействие выступает к ак одна из форм реализации взаимосвязанных обязанностей в процессе исполнения. Оно уже понятия «взаимосвязь обязанностей», поэтому не совсем точно определять взаимосвязь обязанностей тольк о через взаимодействие. При взаимодействии, в отличие от взаимосвязи, мы встречаемся с двусторонней связью двух или нескольких встречных обязанностей, выполнение которых зависит от их надлежащего исполнения сторонами. При этом, две или более различных по своему содержанию обязанностей взаимно обуславливают друг друга так, что по общему правилу, исполнение одной из них должно быть произведено лишь в случае и в меру исполнения другой.

Внутри одного обязательства имеется комплекс взаимосвязанных обязанностей, встречное исполнение которых приводит к своевременному и надлежащему исполнению обязательства в целом. Таким образом, для встречного исполнения характерны не только связь «прав- обязанностей», но и, прежде всего, и главным образом, корреляция обязанностей.

Ладо Чантурия, профессор, старший советник Германского общества по техническому сотрудничеству (ГТЦ), Германия Освобождение гражданских кодексов от публично-правовых институтов - важная задача реформы постсоветского гражданского права. Деление права на частное и публичное Правовая наука континентальной Европы делит право на частное и публичное1, что справедливо призна ется «главным и основным делением системы права». Хотя такое деление припысывают Ульпиану,3 публичное право в университетах Европы до V века отдельно не преподавалось и в качестве самостоятельной области права не признавалось.4 Первый научный доклад на тему разделения права на частное и публичное был сделан 23 апреля 1682 года на юридическом факультете Страсбургского университета.5 Хотя деление права на частное и публичное не вызывает никаких сомнений, Einfhrung in die groen Rechtssysteme der Gegenwart. von R.

David und C. Jauffret Spinosi/ bearb. von Gnther Grasmann. 2. Aufl.

Mnchen, Beck. 1989. S. Сулейменов Майдан, Дуализм права: Деление права на публичное и частное как основа формирования системы права, в кн.: Основы гражданского права в государствах Кавказа и Центральной Азии в теории и на практике, Материалы международной конференции в Бремене 29 и 30 марта 2007 года, Берлин, 2008, С. 71.

«Публичное право относится к положению римского государства, частное – к пользе частных лиц»: Дигесты Юстиниана, Т. 1, Москва, Статут, 2002, С. 84.

Bullinger Martin, ffentliches Recht und Privatrecht, Stuttgart, 1968, S. 8 ff.

Obrecht Ulrich, De connexione iuris privati et publici, Antrittsvorlesung, gehalten am 23. April 1682. Zitiert: Bullinger, ffentliches Recht und Privatrecht, 1968, S. 8.

дискуссии по отдельным вопросам до настоящего вре мени в юридической литературе не прекращаются. В основе учения о делении права на частное и публичное имеется то обстоятельство, что существуют правила, которые применяются исключительно государством и в целях выполнения публичных задач государства, и правила, которые предназначены для частных лиц и регулируют отношения с их участием.

Такой подход в юридической литературе появился в 1572 году в книге «Институты публичного права», которая считается первой самостоятельной работой под названием «Публичное право», и в которой автор взял из Corpus Iuris Civilis7 все, что, по словам Ульпиана, относилось к публичному праву. Таким образом, этот учебник был своего рода сборником публично-правовых, т.е. государственно-правовых, процессуальных и уголовно-правовых норм из Corpus Iuris. На протяжении многих веков на Европейском континенте правом признавалось лишь частное право9. Как подтверждает исторический опыт, частные интересы, частный опыт и институты являются Hoffmann-Riem Wolfgang, Schmidt-Amann Eberhard (Hrsg.), ffentliches Recht und Privatrecht als wechselseitige Auffangordnungen, Nomos, 1996;

Leisner Walter, „Privatisierung“ des ffentlichen Rechts, Berlin, 2007. Обзор теорий и дискуссий по данному вопросу в государствах СНГ см.: Сулейменов, Дуализм права: Деление права на публичное и частное как основа формирования системы права, С. 63-79.

Corpus iuris civilis - общеизвестное название, которое Своду Юстиниана было дано французским профессором Дени Годфруа (Dionisius Gothofredus), издавшем этот Свод в 1583 г. Годфруа (1549–1622) работал в Париже, Страсбурге, Женеве, Гейдельберге.

Самой большой его заслугой следует признать то, что он впервые осуществил критическое издание Свода, подобрав ему название – Corpus iuris civilis см.: Чантурия Ладо, Введение в общую часть гражданского права, Москва, 2006, С. 14.

Nicolaus Vigelius, Institutiones Iuris Publici, 1572. Zitiert: Bullinger, ffentliches Recht und Privatrecht, 1968, S. 17.

Давид Рене, Основные правовые системы современности, пер.

Т. Нинидзе, Тбилиси, 1993. С. 82 (на груз. языке).

более прочными и стабильными, чем публичные.

Например, институты купли-продажи, дарения, мены и т.д., сформировавшиеся в римском праве, почти на протяжении 15 столетий не претерпели существенных изменений и вряд ли будут меняться в дальнейшем, тогда как публично-правовые институты постоянно находятся в процессе преобразований. Таковыми являются формы государства, система и компетенция органов государства, права человека, отношения между государствами и т.д. По-видимому, это и побудило Густава Радбруха (Gustav Radbruch) сказать, что «частное право создает стабильный (schwerbewegliche) фундамент, а государственное право – изменчивую «надстройку»10.

В свою очередь, публичное право значительно ближе стоит к «политической жизни», чем частное право. Cфера его действия весьма обширна и изменчива. Поэтому в публичном праве невозможно реально осуществить такие «закрытые кодификации», какие сущетсвуют в частном праве в форме гражданских кодексов. Например, на протяжении XIX–XX веков во Франции форма государства неоднократно менялась, в частности, монархию сменяла республика, республику – монархия. Однако Гражданский кодекс, принятый в году, и по сей день в силе. Публичное право Германии также подвергалось изменениям на протяжении XX века, в то время как частное право такие революционные преобразования не претерпевало. Более того, многие законы, принятые в стране в конце прошлого века, действуют и сегодня. Кроме Гражданского уложения примерами этого могут служить Торговый кодекс или Закон об обществах с ограниченной ответственностью. Публично-правовые нормы часто являются результатом Radbruch Gustav, Einfhrung in die Rechtswissenschaft. 11. Aufl.

Stuttgart, Koehler, 1964. S. 87.

Торговый кодекс Германии был принят 10 мая 1897 года, а за кон об Обществах с ограниченной ответственностью – 20 апреля 1892 года.

политических решений. Это означает, что норму публичного права во многом определяет политическая обстановка, политическое соотношение сил в том или ином обществе. Несмотря на то, что юридическая наука единогласно признает деление права на частное и публичное, мы не должны представлять их как изолированные друг от друга и строго разграниченные явления. Подобный разрыв практически невозможен. Особенно это проявляется при исследовании современного права, поскольку частные и общественные интересы и отношения весьма тесно переплетаются друг с другом. Вопрос разграничения частного и публичного права впервые приобрел большое значение в XIX веке, когда свободная собственность на землю, введенная в результате Французской революции 1789 года, в соответствии с публичными интересами была значительно ограничена.

Известный исследователь истории гражданского права Хедеман (Hedemann) писал об этом следующее: «При осуществлении на практике этих общепризнанных идей встал вопрос научного разграничения между частным и публичным правом. Реформы одновременно коснулись как публичного, так и частного права. В связи с этим, рассмотрение вопроса собственности не исчерпывается лишь частным правом. Оно в равной мере касается также и публичного права»13.

Множество институтов, ранее несомненно относившиеся к частному праву, в результате общественных и исторических преобразований дополнились содержанием публичности. И в результате этого, они, если не полностью, то хотя бы частично, переместились в сферу публичного права. К таким институтам относятся юридические лица публичного Einfhrung in die groen Rechtssysteme der Gegenwart. S. 133- Hedemann Justus Wilhelm. Die Fortschritte des Zivilrechts im XIX Jahrhundert. Ein berblick ber die Entfaltung des Privatrechts in Deutschland, sterreich, Frankreich und der Schweiz. II Teil, I. Hb.

Berlin, Haymann, 1968. S. 15.

права14 или публично-правовой (административный) договор.15 Возникла целая группа институтов, нередко и целые области права, которые не относятся однозначно ни к публичному, ни к частному праву.

Для обозначения таких образований в V веке пользовались выражением ius publicum mixtum.16 Вопрос разграничения частного и публичного права из сферы чисто теоретических суждений переместился в область практики. Практическое значение разграничения, прежде всего, проявляется в двух вопросах. Первый, какая правовая норма должна быть применена в конкретном случае для проверки требований участников спора – частно-правовая или публично-правовая? И второй, какой суд должен рассмотреть конкретное дело – общей юрисдикции, административный или другой специализированный суды, если они существуют17?. В условиях крайне запутанных общественных отношений решение второго вопроса часто осложняется.

. Публичное право к ак специальное право государства Проблема разграничения частного и публичного права способствовала возникновению различных теорий. Самые распространенные из них: теории интересов, субординации и субъектов. Чантурия Ладо, Юридические лица публичного права: их место в гражданском праве и особенности правового регулирования, Государство и право, 2008, № 3, с. 38-45.

Hartmut Bauer, Verwaltungsvertrge. In: Wolfgang Hoffmann-Riem, Eberhard Schmidt-Amann, Andreas Vokuhle (Hrsg.): Grundlagen des Verwaltungsrechts. Bd. II (GVwR II). C.H. Beck, Mnchen 2008, S. 1155– Bullinger, ffentliches Recht und Privatrecht, 1968, S. 30.

В Германии как и в Грузии различаются административное право судие и гражданское правосудие. Поэтому вопрос о том, является спор частно-правовым или административно-правовым оказывает влияние на подсудность этих споров.

Об этих теориях коротко см.: Чантурия, Введение в общую часть гражданского права, С. 39-43.

Я придерживаюсь теории субъектов19. Согласно этой теории в основу разделения права на частное и публичное положен статус субъектов - участников отношений, а точнее то, какими полномочиями обладает участник отношений. Если одна сторона в отношениях выступает как представитель государственной публичной власти, то это публичное право, и, наоборот, если публичный орган (несмотря на то, что он является представителем государственной власти) в отношениях выступает как частное лицо, тогда мы имеем дело с частным правом. Например, если государственный орган покупает земельный участок, возникшие в этом случае отношения относятся к частному праву, поскольку государственный орган в данном случае не выступает в качестве субъекта публичной власти.

Однако процедура и порядок принятия решения государственных органов о покупке этого земельного участка регулируются публичным правом, и частное право к этому не имеет отношения. Если два разных органа управления заключают между собой договор, направленный на исполнение их публичных задач, данный договор относится к публичному праву.

Таким образом, согласно теории субъектов, решающим для разграничения является тот факт, какой функцией обладает участник правовых отношений, и какую задачу он выполняет в этих отношениях.

Теория субъектов правильно разъясняет характер и содержание различий между частным и публичным правом. Главным является не интерес (отграничить который часто бывает сложно), не субординация (выяснение которой также трудно и которая нередко встречается и в частном праве), а та функция, носителем которой выступает субъект в правовых отношениях.

Например, государственный орган, приобретающий Впервые эту теорию в германской правовой науке разработал Отто Майер в своем учебнике административного права, вышед шем вторым изданием в 1914 году. Чантурия, Введение в общую часть гражданского права, С. 39-43.

автомашину, ничем не отличается от гражданина, покупающего автомашину. Но государство, отбирающее путем экспроприации или конфискации собственность у гражданина, уже не может рассматриваться как субъект частного права, поэтому эти отношения не являются гражданско-правовыми, и их не должно быть в гражданских кодексах.

Теория субъектов получила свое развитие в теории специального права, согласно которой публичное право является специальным правом государства, а частное право – общим правом для всех20. Государство применяет частное право как общее право в случаях, если применение публичного права как специального права необязательно. Другими словами, суть этой теории заключается в следующем: если публичное право не запрещает, государство может быть предпринимателем и для обеспечения своей деятельности применять общее частное право21, т.е. и в тех случаях, когда государство выполняет публичные задачи, оно может использовать частноправовые отношения и формы, если публичное право прямо не запрещает подобное действие. Посредством теории специального права произошла модификация теории субъектов, согласно которой в частноправовых отношениях государство ничем не отличается от других субъектов частного права. Дискуссии века о том, что у государства не должно быть своей собственности, что оно не должно иметь права на осуществление предпринимательской Такое определение дал Верховный Федеральный суд Германии в одном из своих решений: BGHZ (18.03.1964) 41. 264 (267) Wolff Hans Julius, Bachof Otto, Verwaltungsrecht, Bd. I, 9. Aufl., Mnchen, Beck, 1974, § 22, IIc. S. 99.

Эту концепцию закрепляет ч. 2 ст. 8 ГК Грузии, согласно которой «частноправовые отношения государственных органов и юри дических лиц публичного права с другими лицами также регули руются гражданскими законами, если эти отношения, исходя из государственных или общественных интересов, не должны быть урегулированы публичным правом».

деятельности и т.д., давно остались в прошлом. Государство является обыкновенным собственником и предпринимателем для частного права. Поэтому эти отношения регулируются частным правом. В публично-правовых отношениях государство является представителем публичной власти, и в данном случае действуют нормы публичного права, т.е. решающим является то, какими функциями наделены субъекты этих отношений (теория субъектов), и требуют ли они публично-правового регулирования (теория специального права).

Таким образом, у государства есть свое право – публичное право, которое оно правомочно менять по своим политическим соображениям и интересам.

С другой стороны, это право определяет пределы деятельности государства и его органов. Должно ли или может ли вмешиваться в эту сферу частное право?

Что показывает исторический опыт кодификации гражданского права в Европе?

. Институты публичного права в частном праве Детальное ознакомление с гражданскими кодексами многих стран, особенно стран с развитым рыночным хозяйством и традициями гражданского общества, укрепляет мысль о том, что в них практически отсутствуют публично-правовые нормы и институты, и они созданы исключительно для регулирования частно-правовых отношений. Даже тогда, когда ГК содержит публично-правовые нормы, как например, о регистрации определенных прав, или в нем названы определенные функции государственных органов, как например, органы опеки и попечительства в семейном праве, они служат исключительно целям обеспечения частно-правовых отношений и интересов, не меняя природу частно-правовых отношений.

Bullinger, ffentliches Recht und Privatrecht, 1968, S. Именно с этой точки зрения и с этих позиций следует посмотреть на кодификацию гражданского права в некоторых государствах СНГ. Возникает вопрос – способны ли ГК стран СНГ создать тот стабильный фундамент, о котором говорил Радбрух в отношении частного права? Не слишком ли много публично правовых норм и институтов в них, которые, в свою очередь, «подстрекают» государство часто вмешиваться в эту сферу и, таким образом, из стабильного по своей природе частного права сделать изменчивую область права, подчиняя её политическим интересам и воле государства или его политической элиты. К сожалению, во многих случаях на этот вопрос нам придется ответить негативно. На некоторых из них следует здесь остановиться.

1. Юридические лица публичного права По господствующему в постсоветском гражданском праве мнению «категория юридического лица является гражданско-правовой»,24и любая попытка рассмотрения юридических лиц за пределами гражданского права подвергается со стороны цивилистов жесткой критике. Влияние данного научного подхода, что выражается в объявлении юридических лиц исключительной категорией гражданского права, можно проследить в ГК многих постсоветских государств, особенно тех, которые разработаны на основе модельного ГК для Гражданское право. В 4 т. Т. 1: Общая часть. Отв. Ред. Е.А.Суханов.

– 3-е изд. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 213.

Подробно на эту проблему см.: Чантурия, Юридические лица публичного права: их место в гражданском праве и особенности правового регулирования, Государство и право, 2008, № 3, с. 38 45;

Чантурия, Гражданское право и юридические лица публичного права: особенности правового регулирования. В кн.: Грaжданское право в системе права. Материалы международной научно практической конференции в рамках ежегодных цивилистических чтений в Алматы 17-18 мая 2007 г. Алматы. 2007. С. 240-251;

Чиркин В.Е. Юридическое лицо публичного права. М.: Норма. 2007.

стран СНГ. Эти ГК стремятся охватить и исчерпывающе урегулировать все виды юридических лиц, которые встречаются в жизни и праве. В результате получается наоборот. ГК не только не регулирует все юридические лица, даже не оставляет без надлежащего правового регулирования, которые должны быть упорядочены гражданским правом. Поэтому сложно согласиться с мнением, что «ГК содержит подробно разработанную систему норм о юридических лицах». 26 Однако другое мнение соответствует действительности, в частности, мнение, что «ГК устанавливает основные принципиальные положения, на которых должно базироваться последующее законодательство об отдельных видах юридических лиц».27 Таким образом, ГК всего лишь частично регулирует правовое положение юридических лиц, а полное их регулирование происходит в отдельных законах, которые нередко противоречат «основным принципиальным положениям ГК».28 ГК не в состоянии урегулировать все виды юридических лиц.

Многообразие и большое количество организационных образований, именуемых юридическими лицами, лишают ГК возможности полноценного правового регулирования их в рамках одного закона или даже в рамках гражданского права.

Одной из особенностей системы юридических лиц в праве некоторых стран СНГ, что отражается и на системе юридических лиц, считается переходный характер экономики.29 Отсюда следует заключить, что данная Комментарий к ГК Российской Федерации части первой (постатейный). – Изд. 3-е. Под ред. О.С.Садикова. – М.: «Контракт», 2005, С. 149.

Комментарий к ГК Российской Федерации части первой (по статейный). – Изд. 3-е. Под ред. О.С.Садикова. – М.: «Контракт», 2005, С. 149.

Причин к этому достаточно много. Подробно об этом см.: Knieper Rolf, Neuschaffung von Privatrechtsordnungen in Georgien, Moldawien und in der Ukraine. Ein Vortrag auf der Tagung in Krakau am 15. Juni 2007.

Гражданское право. В 4 т. Т. 1: Общая часть. Отв. Ред. Е.А.Суханов.

– 3-е изд. С. 225.

система нуждается в совершенствовании, её надо освободить от лишних и чуждых по своей юридической природе гражданскому праву организационно правовых форм юридических лиц. В гражданском праве следует оставить только ту материю, которая является гражданско-правовой, частно-правовой. Также необходимо отказаться от бесполезного навязывания государству абстрактных организационно-правовох форм юридических лиц. 30 Однако государство не подчиняется этому «приказу» цивилистов и создает многообразные организационные образования, которые называются юридическими лицами, но не соответствуют гражданско-правовому понятию юридического лица и формам юридических лиц, закрепленным в ГК. В этой связи возникает необходимость деления юридических лиц на лица частного, т.е. гражданского права, и юридические лица вне гражданского права, т.е. публичного права.

В публичном праве (государственном, админист ративном, финансовом, налоговом и т.п.) встречается множество организационных образований, которые также именуются юридическими лицами, однако их создание является исключительной компетенцией государства или его органов, и частным лицам они не доступны. Отношения по созданию и деятельности этих юридических лиц не носят по своей природе частно-правовой характер и не регулируются нормами гражданского законодательства.32 Например, невозможно назвать создание Центрального банка или См. Критику данного подхода ГК России: Solotych, Stefanie, Das Zivilgesetzbuch der Russischen Fderation. Erster Teil. Einfhrung.

Nomos. Baden-Baden. 1996. S. 30.

К таковым юридическим лицам в праве РУз можно отнести:

Узбекское агентство связи и информатизации, Узбекское респу бликанское агентство по авторским правам и.т.

Иная точка зрения встречается в гражданско-правовой науке постсоветских государств: Рахманкулов Х.Р. Законодательство Республики Узбекистан о юридических лицах. В кн.: Субъекты гражданского права. Том 1. Алматы. 2001. С. 51.

Исполнительного аппарата Президента актом, носящим частно-правовой характер. В процессе их создания нормы ГК не применяются, на них обязательство регистрации или обязанность утверждения устава нотариусом не применяется. С другой стороны, эти образования, несмотря на то, что они не создаются на основании норм ГК, имеют право участвовать в гражданско-правовых отношениях, если учредительные документы этого не запрещают. А на данные отношения, несмотря на то, что в них участвуют публично-правовые образования, распространяются предписания ГК, т.е.


гражданско-правовые нормы.

Несмотря на то, что понятие юридического лица возникло в недрах гражданского права 33 для обозначения отдельных организаций в качестве правоспособных субъектов права, оно прочно вошло и в систему публичного права.34 Если исходить из того обстоятельства, что с юридическим лицом мы имеем дело с «нормативной, позитивно-правовой конструкцией», как это правильно утверждает проф.

Рольф Книпер,35 подобная «трансплантация» понятий частного права в публичное право закономерна.

Следовательно, все юридические лица публичного права, т.е. государственные юридические лица, которые не созданы в организационно-правовых формах юридических лиц частного права, должны быть исключены из гражданских кодексов. Гражданское право должно исчерпывающе регулировать организационно правовые формы юридических лиц частного права.

Schnizer, Helmut, Die juristische Person in der Kodifikationsgeschichte des AGBG in: FS f. Walter Wilburg. 1965. S. 144.

Понятие юридические лица публичного права применяется, например, в ст. 89 Гражданского Уложения Германии, в ст. 11 ГК Италии и т.д.

Knieper, Rolf, Gesetz und Geschichte. Nomos. 1996. S. 66. Также на русском языке: Рольф Книпер, Закон и история. Алматы. 2005.

С. 58-61.

2. Право государственной собственности Несмотря на конституционное закрепление равноправия всех форм собственности во многих странах СНГ, немало случаев, когда государство пользуется по сравнению с частными лицами определенными преимуществами именно в вопросе собственности: ему принадлежит исключительное право собственности на природные ресурсы, оно может изъять чужую собственность и т.д. В этих случаях сложно убедиться в равноправии государства и других собственников. И это закономерно. Государству приходится решать совершенно иные задачи, чем у частных лиц. Возможностей для осуществления этих задач у государства должно быть соразмерно больше, чем у частных лиц. Право должно считаться с этой реальностью и должно защищать само право собственности, а не абстрактные формы собственности.

Государством должно быть признано и защищено право собственности, как это и предусмотрено в конституциях многих стран,36 но это не лишает его возможности при необходимости ограничить право собственности частных лиц. В этом случае государство выступает не в качестве субъекта права собственности, а как носитель публичной власти. Правомочия государства по конфискации или реквизиции имущества частных лиц предоставляются ему не как субъекту гражданского права, а как государству – юридическому лицу публичного права.

Это не является только теоретической проблемой.

С ней связаны конкретные правовые последствия.

Регулирование множества вопросов, связанных с Выполнению этой задачи служит закрепление в Конституциях многих стран Запада (Например ст. 14 Основного закона Германии) права собственности как основного права, а не принципа равно правия форм собственности. Некоторые страны региона - Армения (ст. 31 Конституции), Грузия (ст. 21 Конституции), Казахстан (ст.

26 Конституции) - закрепляют право собственности именно как основное право.

собственностью в гражданских кодексах, нередко наводит политиков и законодателей на мысль, что подходящее место для регулирования многих наболевщих вопросов, это ГК, даже если это совсем не относится к гражданскому праву. В качестве примера можно назвать последние изменения в ГК Казахстана по поводу т.н. стратегических объектов. То, что у государства есть стратегические интересы, для осуществления которых ему нужны соответствующие механизмы, не вызывает никаких сомнений. Этим целям служат известные правовые инструменты, как реквизиция, национализация и т.д., для регулирования которых существует публичное право. Обременять этими проблемами гражданское право нецелесообразно, поскольку таким путем гражданское право перемещается на поприще публичного права, где равноправие государства и частных лиц объективно невозможно обеспечить. Несмотря на многократные указания Конституционного совета Республики Казахстан на то, что конституция страны гарантирует равноправие как государственной, так и частной собственности, это равноправие может быть и должно быть достигнуто только в гражданском праве. В публичном праве правовое положение государства-собственника и частного собственника охарактеризовать равноправием невозможно. Так, государство не является субъектом основного права собственности в отличие от частных лиц. И наоборот, частные лица не имеют правомочия реквизиции или конфискации имущества частных лиц.

Равноправие собственников может быть обеспечено 7 августа 2007 года в ГК Республики Казахстан было введено понятие «стратегических объектов», которое предоставляет пра вительству особые правомочия по распоряжению имуществом, признанным стратегическим объектом, независимо от того, в собственности каких лиц оно находится. На содержании данных изменений не следует здесь останавливаться. Я разделяю ту критику, которая по поводу данных изменений была высказана в юридической литературе Казахстана. Внимание следует обратить на другое обстоятельство.

только в гражданском праве, и в смысле собственности именно гражданского права, а не публичного права. С этой целью следует освободить гражданское право от элементов публичного права и привыкнуть к мнению, что понятие собственности в публичном праве и частном праве могут отличаться друг от друга.

Для гражданского права собственность является единым правом, независимо от того, кто субъект этого права – физические лица, юридические лица или государство. Любое закрепление права государственной собственности в гражданских кодексах напрямую связано с установлением определенных исключений и привилегий для государства, что в корне противоречит принципу равноправия всех субъектов гражданского права. Следовательно, нормы гражданских кодексов о государственной собственности, о составе этой собственности, включая приватизацию и разгосударствление этой собственности,38 никоим образом не относятся к гражданскому праву и их надо исключить из гражданских кодексов.

3. Реквизиция, конфискация, национализация Большим методол огическим и системным недоразумением многих гражданских кодексов СНГ можно считать то, что они предусматривают и стараются регулировать такие институты публичного, административного права, как конфискация, реквизиция и национализация.39 С одной стороны, гражданские к одек сы закрепляют равноправие всех форм собственности, но тут же предоставляют государству право изъять для государственных или общественных нужд частную собственность. То есть, сразу же нарушается принцип равноправия. То, что у государства такие правомочия существуют, совершенно правильно;

неверно то, что они предусмотрены гражданскими кодексами, а не законами публичного права.

Ст. 225-227 модельного ГК.

Ст. 252, 253, 254 модельного ГК.

Реквизиция, конфискация, национализация, даже если они влекут прекращение права собственности, однозначно не относятся к частному праву. В цивилистической литературе не вызывает сомнения, что конфискация и реквизиция - меры административной или уголовной ответственности, и их применение регулируются отдельными законами.40 Следовательно, они должны быть изъяты из гражданских кодексов.

4. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления Даже если необходимость сохранения данных институтов советского гражданского права с точки зрения целесообразности обоснована, они никак не относятся к частному праву. В том виде, в каком они представлены в модельном ГК и многих ГК стран СНГ, они представляют собой институты публичного права, главным назначением которых является упорядоченение внутренних отношений между государством и его органами или созданными им юридическими лицами.

Эти внутренние отношения государства не должны влиять на отношения с третьими лицами, поскольку они угрожают стабильности гражданско-правовых отношений.

5. Государственный или муниципальный контракт Го с у д а р с т в е н н ы й и л и м у н и ц и п а л ь н ы й контракт, как форма обеспечения поставки товаров для государственных или муниципальных нужд, предусмотрен в ГК РФ (ст. 525-534). Учитывая содержание норм закона о данном договоре, однозначно можно заключить, что речь идет о регулировании процедуры государственных закупок, которую никак невозможно причислить к гражданскому праву, поскольку это сфера административного права. Сама процедура подбора Гражданское право, под ред. Е.А. Суханова, том II, 3-е издание, Москва, 2007, с. 57-59.

поставщика (продавца) представляет собой сферу регулирования административного права, а сам договор по своей природе является договором купли-продажи.

Несмотря на то, что в российской юридической литературе наличие данного института признается особенностью и традицией российского права,41 наличие многочисленных законов, регулирующих разные аспекты государственных закупок,42 однозначно свидетельствует о том, что мы имеем дело с институтом публичного, в частности, административного права. Следовательно, из ГК следует убрать публично-правовые нормы о государственных закупках.

V. Вместо заключения Анализ гражданских кодексов некоторых стран СНГ позволяет сделать вывод о том, что некоторые нормы и правовые конструкции не вписываются в традиционные для гражданского права пределы правового регулирования. По своей правовой природе они однозначно относятся к публичному праву. Это подтверждается дополнительно и тем фактом, что они регулируются законами публичного права и, естественно, выходят за рамки гражданского права.


То обстоятельство, что они упомянуты в гражданских кодексах, не меняет их правовую природу.

Освобождение гражданского права от лишних и чуждых ему контрукций, подготовка для этого научных и методологических предпосылок, представляется важной задачей гражданско-правовой науки в постсоветских государствах. В этой связи стоит вспомнить профессора Гражданское право, под ред. Е.А. Суханова, том III, 3-е издание, Москва, 2007, с. 57-59.

К примеру, Законы «О поставках продукции для федеральных государственных нужд», «О государственном материальном ре зерве» и т.д. См.: Гражданское право, под ред. Е.А. Суханова, том III, 3-е издание, Москва, 2008, с. 312.

Книпера, который еще в конце прошлого столетия, когда шла интенсивная работа над гражданскими кодексами, советовал, не включать в гражданский кодекс «инородные тела» (Fremdkrper) из публичного права. Knieper, Rolf, Rechtsreformen entlang der Seidenstrae. BWV. Berlin.

2006. S. 101 ff.

Бобоев У. Х., первый заместитель директора Национального центра законодательства при Президенте Республики Таджикистан, кандидат юридических наук Транснациональные корпорации: международные и национально-правовые основы деятельности С обретением независимости расширяется круг субъектов внешнеэкономическ ой деятельности Республики Таджикистан, получающих широкие возможности осуществлять инвестиционную деятельность с аналогичными субъектами других государств. Наряду с другими формами международного сотрудничества, привлечение иностранного капитала в виде создания предприятий с участием иностранных юридических лиц является одним из важных направлений эк ономической реформы. Объемы прямых иностранных инвестиций в мировой эк ономик е ежегодно увеличиваются.

Увеличивается и конкуренция между государствами за их привлечение. Изменился также и субъектный состав инвестиционных отношений. Основным источником иностранных инвестиций в мировой эк ономик е являются транснациональные корпорации (ТНК). С одной стороны, такие компании выступают продуктом интенсивно развивающейся мировой экономики, так как их функционирование составляет основу экономического роста, технологического прогресса в любой цивилизованной и развитой стране. С другой стороны, ТНК сами представляют мощный механизм воздействия на мировую экономику. Поэтому в настоящее время актуальной является проблема правового регулирования деятельности транснациональных корпораций. С переходом Республики Таджикистан к рыночной экономике и её стремлением к созданию условий для иностранных инвесторов, думается, что нужно развивать сотрудничество и в этом направлении, т. е. в направлении создания ТНК, которые в состоянии были бы успешно работать в новых условиях. Для решения этой задачи наша республика имеет неплохие исходные позиции. Это, прежде всего, ее богатые природные ресурсы, широкие возможности развития аграрного сектора и т. п. Практика показывает, что экономика большинства государств мира развита именно за счет транснациональных корпораций. (к числу таких государств можно отнести такие государства, как США, Япония, Англия, Россия, Швейцария и. т. п.) Нужно отметить, что для более эффективного регулирования сотрудничества в этом направлении, необходимо создать условия, соответствующие привлечению иностранных инвесторов, более того, нужна четкая правовая база, т. е. необходимо принять отдельные законодательные акты, учитывающие особенности создания и деятельности ТНК. Кроме того, нужно присоединиться к международно-правовым актам, касающимся ТНК.

Остановимся на регулировании деятельности ТНК на международном и национальном уровнях.

В настоящее время международная регламентация различных аспектов деятельности ТНК осуществляется достаточно большим количеством международных актов. Деятельность ТНК на универсальном уровне в настоящее время осуществляется под эгидой Организации Объединенных Наций. Вопрос о деятельности ТНК был поднят в ООН на 27 сессии Генеральной Ассамблеи в 1972 г., причем как сугубо политический.

В 1972г. Экономический и Социальный Совет ООН (ЭКОСОС) принял резолюцию, в которой он признал важное значение ТНК, как предмета всестороннего изучения и принятия возможных действий со стороны ООН в отношении их. В этой же резолюции ЭКОСОС поручил Генеральному секретарю ООН назначить группу крупных специалистов по международным экономическим, торговым и социальных вопросам из различных стран мира для изучения роли влияния ТНК на процесс развития, прежде всего, развивающихся стран, а также на международные отношения для того, чтобы сформулировать выводы, которые могли бы использоваться правительствами при принятии ими решений в отношении ТНК, а также дать рекомендации для соответствующих международных действий.1 Такая группа была создана и 1974 году на 57-ой сессии ЭКОСОС ею был представлен доклад 2, по итогам которого этот орган принял решение о создании Комиссии и Центра ООН по ТНК.

Кроме того, в представленном указанной группой документе, который называется «Перечень проблем, вызывающих озабоченность в связи с операциями и деятельностью транснациональных корпораций» была пок азана прак тика ТНК, в отношении которой требовалось принятия мер по ее устранению со стороны международного сообщества. Это, во-первых, вмешательство ТНК во внутренние дела принимающих стран;

во-вторых, попытки распространения на принимающую страну законов и положений страны происхождения;

в-третьих, требования ТНК на преференциальное по сравнению с национальными предприятиями отношение;

в-четвертых, осуществление деятельности, которая не соответствует законодательству принимающей страны;

в-пятых, отказ ТНК признавать исключительно юрисдикцию местных судов. В документе говорилось также об утаивании ТНК сведений о своей деятельности, необходимых для того, СССР в экономических и научно-технических организациях ООН\\ под ред. Д. М. Гвишианы. М, 1983. С. 142.

Влияние транснациональных корпораций на процесс развития и международные отношения. Нью-Йорк, 1974.

чтобы принимающие страны могли осуществлять эффективное наблюдение за деятельностью ТНК и регулировать ее, о политике, проводимой ТНК в отношении передачи технологии, о навязывании ограничительной деловой практики и о целом ряде других действий, идущих в разрез с экономической политикой принимающих стран3.

Незадолго до разработки указанного документа, в 1973 году Секретариатом ООН был проведен анализ деятельности ТНК и опублик ован док лад «Многонациональные к орпорации в мировом развитии». Это был аналитический доклад, в котором основное внимание было уделено практик е взаимоотношений между ТНК, с одной стороны, и государствами базирования и принимающими государствами с другой.

Важным этапом в регулировании деятельности ТНК стало принятие в 1974 году на шестой специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН Декларации об установлении нового международного экономического порядка. Пункт 4 «c» данной Декларации прямо указывает, что этот порядок основывается, в числе прочего, на таком принципе, как «полный и постоянный суверенитет каждой страны над ее природными ресурсами и всей экономической деятельностью», а пунк т предполагает, соответственно, «g»

«регулирование и надзор за деятельностью межнациональных корпораций путем принятия мер в интересах национальных экономик стран, в которых действуют такие межнациональные корпорации, на основе полного суверенитета этих стран». В основе этих положений Декларации также лежит упоминавшийся основной принцип международного права - принцип суверенного равенства, уважения прав, присущих См. Герчикова И. Н. Международные экономические организации:

регулирование мирохозяйственных связей и предпринимательской деятельности. М., 2001. С. 419.

суверенитету, - который, в частности, закрепляет право каждого государства устанавливать свои законы и административные правила4.

Наиболее важным событием в регулировании деятельности ТНК на универсальном уровне было принятие на 57-ой сессии ЭКОСОС в 1974 году резолюций 1908 года и 1913 года, в соответствии, с которыми были созданы межправительственная Комиссия ООН по транснациональным корпорациям и ее вспомогательный орган Центр ООН по транснациональным корпорациям. Они выполняли функции координирующих органов ООН по всем вопросам, связанным с деятельностью ТНК.

Задачами Комиссии ООН по ТНК были следующие:

- сформулировать Кодек с поведения транснациональных корпораций;

- разработать всестороннюю информационную систему о ТНК;

- изучать политические, эк ономические и социальные последствия деятельности и практики ТНК;

- по требованию правительств организовывать и координировать программы техническ ого сотрудничества по ТНК;

- предпринимать исследования с целью определения понятия ТНК5.

Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 49\ от 19 декабря 1994 г. Комиссия ООН по ТНК была переименована в Комиссию по международным инвестициям и транснациональным корпорациям, и ей был предоставлен статус комиссии Совета по торговле и развитию ЮНКТАД.

Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975г.\\ Международное публичное право: сборник документов в двух томах. Том 1.\ Сост. К. А. Бекяшев, Л. Ю. Ходаков. М., 1996. С. 9.

Док. ООН E/ RES/1913 (LVII).

Док. ООН A/ RES/49/130.

Работа Центра ООН по ТНК проходила в четырех основных направлениях:

нормативная деятельность в целях оказания 1) помощи межправительственным органам в создании основных правил взаимодействия между транснациональными корпорациями и правительствами принимающих стран. Наиболее важным здесь явилось составление Кодекса поведения ТНК для определения прав и обязанностей как самих ТНК, так и правительств в целях установления стабильных, предсказуемых и взаимовыгодных отношений в сфере капиталовложений. Также Центр помогал согласовывать стандарты, связанные с раскрытием информации ТНК;

исследование струк тур и тенденций 2) международных инвестиционных потоков и международных систем производства, создаваемых с помощью транснациональных корпораций;

техническое сотрудничество с целью 3) создания консультативных служб для оказания помощи развивающимся странам в их отношениях с ТНК.

Центром предлагалась помощь в разработке и пересмотре политики, законов и положений, а также в оценке и составлении проектов, касающихся прямых иностранных инвестиций и технологии;

информационные службы, которые 4) дополняли услуги, предоставляемые в рамках консультативных и учебных программ. Они имели троякую цель: собирать, обрабатывать, анализировать и распространять среди правительств и международных организаций все виды информации о ТНК, включая их правила, операции, структуру и воздействие и т. п. Кроме того, региональное регулирование деятельности ТНК предпринимается в рамках ЕС (Европейского сообщества), ОЭСР (Организации См. Основные сведения об Организации Объединенных Наций.

–М., 1991. С. 117-118.

экономического сотрудничества и развития), ЛАЭС (Латиноамериканской экономической системы), СНГ и ряда других организаций. В 1976 г. были приняты «Руководящие принципы для многонациональных предприятий ОЭСР», касавшиеся различных аспектов деятельности ТНК. Принципы регулирования деятельности ТНК в ЕС были сформулированы в докладе Комиссии ЕЭС «Многонациональные предприятия и законодательство сообщества» 1973г.

Также в 1975 году Комиссией ЕС на утверждение Совета ЕС был представлен проект Устава Европейской компании. Согласно этому проекту Европейская компания – торговое товарищество, т. е. коммерческая компания, преследующая цели извлечения прибыли.

Она наделяется правосубъектностью, равной по объему правосубъектности акционерного общества национального права любого из государств – членов. В качестве участников Европейской компании могут выступать только юридические лица, причем в создании Европейской компании должны участвовать юридические лица, зарегистрированные в различных государствах – членах ЕС. Важное значение было придано в проекте Устава Европейской компании ее национальности. Она решается путем отсылки непосредственно к праву ЕС. По вопросам частноправового статуса Европейская компания не должна иметь непосредственной юридической связи с национальным правом государств – членов, за исключением отдельных случаев, не урегулированных8.

Особое внимание следует уделить правовому регулированию деятельности ТНК в рамках СНГ, которое направлено на создание многонациональных компаний как важнейшему компоненту интеграции и инвестиционной деятельности.

См. Файнштейн А. А. Проект Устава Европейской акционерной компании\\ Проблемы совершенствования советского законодательства. М., 1976.

(Труды ВНИИСЗ. Выпю 7). С. 5.

Еще 15 апреля 1994 года было подписано многостороннее Соглашение о содействии в создании и развитии производственных, коммерческих, кредитно финанс овых, страховых и смешанных транснациональных объединений. По сути, положено начало формированию международно-правовой базы учреждения и функционирования таких структур в рамках СНГ. После его заключения заметно оживилась практическая работа заинтересованных хозяйственных субъектов стран в этом направлении.

В развитие достигнутого 6 марта 1998 года государства СНГ заключили Конвенцию о транснациональных корпорациях. Ранее, 9 октября 1997года подписано многостороннее Соглашение о регулировании социально-трудовых отношений в транснациональных корпорациях, действующих на территории государств-участников СНГ, в котором закреплены основы взаимоотношений работников и работодателей.

Следует отметить, что анализ формирования и функционирования ТНК с участием государств СНГ в целом свидетельствует о пока недостаточном влиянии корпоративных объединений на интеграционные процессы, о наличии многих трудностей и проблем прак тическ ой реализации соответствующих межгосударственных решений. К таким препятствиям относятся:. 1. различия и даже элементы несовместимости национальных законодательств с нормативной базой создания ТНК. Так, Конвенция о транснациональных к орпорациях, несмотря на абстрактность и рекомендательность многих ее положений, не принята многими странами СНГ;

2. множественность принятых межгосударственных См. Винслав Ю., Хуснутдинов М., Пухова Е., Ухин А. К развитию постсоветских транснациональных корпораций \\ Российский экономический журнал. №11-12. 1999. С. 19-21.

документов не компенсирует их декларативность и схожесть с протоколами о намерениях;

3. до сих пор не приняты единые правила регистрации ТНК и разработки организационных проектов их создания;

4. применительно к осуществлению промышленно торговой кооперации продолжает негативно сказываться неотлаженность правил финансово расчетных отношений между хозяйствующими субъектами стран СНГ. Идея установления единого валютного курса для всех внешнеэкономических операций в рамках СНГ не реализуется.

Что касается национального законодательства Республики Таджикистан, то известно, что Закон Республики Таджикистан «Об инвестиции» предоставил дополнительные гарантии как отечественным, так и иностранным инвесторам. В частности, более четко, по сравнению с Законом 1992 года, определены понятия инвестиции и иностранного инвестора, закреплены возможности перехода прав и обязанностей инвестора к другому государству или организации, предоставлено право использования земельных участков, природных ресурсов и другие. Кроме того, были приняты и другие законодательные ак ты, частично к асающиеся инвестиционной деятельности. Но, нужно отметить, что проблема, связанная с ТНК, в настоящее время является слабо разработанной, и не урегулированной в действующем законодательстве. Причина этого, по нашему мнению, заключается прежде всего в том, что после обретения нашей республикой независимости, начали развивать привлечение инвестиции низким темпом. Теперь, когда Республика Таджикистан активно стремится к вхождению во Всемирную Торговую Организацию (ВТО), где потребуется установление более благоприятных условий для иностранных инвестиций на основе режима наибольшего благоприятствования, потребуется квалифицированное решение вопросов международного частного права, касающихся деятельности ТНК.

Одним из существенных недостатков законодательства Республики Таджикистан в этом аспекте, является отсутствие единообразного понятийного аппарата в области регулирования отношений с участием ТНК. Так, Гражданский кодекс Респу блики Таджикистан употребляет понятия «дочернего» и «зависимого» общества (ст. 116-117).

Закон Республики Таджикистан «Об акционерных обществах» использует термин «аффилированные лица». В статье 29 Налогового кодекса Республики Таджикистан используется термин «взаимосвязанные лица». Такое положение, конечно, сказывается на эффективности правового регулирования отношений с участием ТНК.

Нужно отметить, что на 7-м пленарном заседании Межпарламентской ассамблеи государств-участников СНГ 17 февраля 1996 года принят унифицированный рекомендательный акт «О финансово-промышленных группах». Закон «О финансово-промышленных группах» уже принят некоторыми государствами СНГ (например, Российская Федерация). Более того, в Белоруссии, Украине, Киргизии, Узбекистане начали принимать аналогичные законы. Думается, что пора нашей республике принять такие законодательные акты. Тем более, что между нашей республикой и Российской Федерацией заключено двустороннее с оглашение об основных принципах создания финансово-промышленных групп. То есть, в Республике Таджикистан существуют определенные условия для налаживания нормативно - правовой базы в области ТНК. Остается только принять меры по принятию таких законодательных актов. Кроме того, особое внимание необходимо уделить вопросу имплементации существующих международно-правовых норм, касающиеся ТНК в национальном законодательстве.

Бабаджанов И. Х., кандидат юридических наук, доцент Таджикского национального университета От права на жизнь к праву на достойное существование: некоторые аспекты развития системы правовых ценностей общества Исторически сложилось так, что в философско правовой мысли право на жизнь изначально связывается с доктриной естественного права, с общим положением, согласно которому «мать естественного права есть сама природа человека»1. «Право на жизнь нашло адекватную формализацию и материализацию через естественно-правовую доктрину, в рамках которой оно эволюционировало от инструментального правового средства к всеобщей и универсальной ценности»2.

Соответственно, при характеристике права на жизнь дела-ется акцент на его естественный характер.

Естественно-правовая доктрина рассматривала право на жизнь как неотъемлемое витальное свойство бытия. В частности, Джон Локк констатировал, что «человек рождается, имея право на полную свободу и неограниченность пользования всеми правами и привилегиями естественного закона, и по природе своей обладает властью охранять свою собственность, т.е.

свою жизнь, свободу и имущество» 3. Жизнь рассматривалась Джоном Локком как принадлежащая индивиду собственность и в этом контексте среди естественных неотъемлемых прав английский мыслитель выделял право на жизнь. Шарль Луи Монтескье, рассматривая человеческую жизнь в Гроций Г. О праве войны и мира. М., 1957. - С. 45.

Тюменева Н.В. Право на жизнь как объект теоретико-правового исследования: Дис.... канд. юрид. наук. - Саратов. 2008. С. 8.

Локк Д. Два трактата о правлении // Соч.: В 3 т. М., 1988. Т. 3. - С. 310.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.