авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

«ВЕСТНИК № 1 (18) 2013 Учредитель Уставный суд Санкт-Петербурга Редакционный совет: Н. Ф. Гуцан - председатель О. В. Герасина - заместитель председателя И. В. ...»

-- [ Страница 2 ] --

Установленное оспариваемыми положениями условие осуществления уставного права депутата, группы депутатов Законодательного Собрания Санкт Петербурга вносить на рассмотрение Законодательного Собрания Санкт-Петербурга обращение с целью признания его депутатским запросом, по существу, вводит стадию осуществления депутатского запроса, не предусмотренную Уставом Санкт-Петербурга.

Учитывая изложенное, приходим к выводу о том, что оспариваемые положения нарушают установленный Уставом Санкт-Петербурга порядок осуществления депутатского запроса, а также противоречат уставному предназначению права депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга на обращение.

2. Положения Устава Санкт-Петербурга (пункт 3 статьи 58), установившие короткий срок ответа на поставленные в депутатском запросе вопросы (общее правило - 7 рабочих дней), определили тем самым депутатский запрос как форму оперативного парламентского контроля.

Введение оспариваемыми положениями в качестве обязательного элемента порядка осуществления депутатского запроса направление предварительного обращения к вице-губернатору Санкт-Петербурга ведет к значительному увеличению срока фактического рассмотрения вопроса, составляющего предмет депутатского запроса.

Следовательно, не обеспечивается реализация уставного предназначения депутатского запроса как формы оперативного парламентского контроля.

3. Из положений пункта 1 статьи Устава Санкт-Петербурга следует, что содержание депутатского запроса может составить любой вопрос, входящий в компетенцию исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга.

Согласно оспариваемым положениям содержание депутатского запроса могут составить только те вопросы, входящие в компетенцию исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга, которые ранее уже были предметом обращения к вице губернатору Санкт-Петербурга.

Таким образом, оспариваемыми положениями устанавливается круг вопросов, составляющих содержание депутатского запроса, отличный от круга вопросов, определенных Уставом Санкт-Петербурга.

Отметим также, что к исполнительным органам государственной власти Санкт-Петербурга относятся и Губернатор Санкт-Петербурга, и Правительство Санкт-Петербурга. Губернатор Санкт-Петербурга, Правительство Санкт-Петербурга наделены Уставом Санкт-Петербурга собственными полномочиями, которые не могут быть осуществлены вице-губернаторами Санкт-Петербурга (например, формирование Правительства Санкт-Петербурга, назначение на должность вице-губернатора Санкт-Петербурга - подпункт 6 пункта 2 статьи 42, пункт 5 статьи 43 Устава Санкт-Петербурга).

Оспариваемыми положениями предварительное обращение к вице-губернатору Санкт-Петербурга предусмотрено в качестве общего правила депутатского запроса. Необходимость соблюдения данного правила не зависит от того, в чьей компетенции находится разрешение вопроса, составляющего содержание депутатского запроса. Следовательно, даже если разрешение вопроса находится в компетенции Губернатора Санкт-Петербурга, Правительства Санкт-Петербурга, то для осуществления депутатского запроса автору требуется сначала обратиться к вице-губернатору Санкт-Петербурга, получить от него ответ, признать его неудовлетворительным.

Возникают вопросы, зачем обращаться к должностному лицу, которое не наделено полномочиями на разрешение вопроса и какой ответ вице-губернатора Санкт-Петербурга в рассматриваемой ситуации может быть оценен как неудовле творительный. Очевидно, что ответ о том, что разрешение вопроса не входит в его компетенцию не может быть оценен как неудовлетворительный.

Полагаем, что предусмотрев обязательное обращение к вице-губернатору Санкт-Петербурга по вопросам, составляющим собственную компетенцию Губернатора Санкт-Петербурга, Правительства Санкт-Петербурга, законодатель Санкт-Петербурга фактически блокировал возможность обращения по соответствующим вопросам с депутатским запросом.

Учитывая изложенное, приходим к выводу, что оспариваемыми положениями ограничиваются предусмотренные статьей 58 Устава Санкт-Петербурга полномочия Законодательного Собрания Санкт Петербурга по осуществлению парламентского контроля в форме депутатского запроса.

4. Из материалов дела следует, что целью введения законодателем Санкт-Петербурга оспариваемых положений было повышение качества и статуса депутатского запроса.

Представляется, что достижение указанной цели возможно, прежде всего, на основе определенного понимания и применения самого Устава СанктПетербурга. Установленные Уставом Санкт Петербурга адресат депутатского запроса - Губернатор Санкт-Петербурга, короткие сроки ответа, парламентская процедура рассмотрения подчеркивают общественную значимость вопросов, которые должны выступать предметом запроса. Уставной гарантией, препятствующей формальному использованию этого важнейшего института, является положение, предусматривающее, что решение о признании обращения депутатским запросом принимается Законодательным Собранием Санкт-Петербурга. По смыслу уставного регулирования качество, в том числе обоснованность, депутатских запросов обеспечивается не только депутатами, группой депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга авторами обращения, но и Законодательным Собранием Санкт-Петербурга в целом. Именно по результатам обсуждения депутатских запросов на заседании Законодательного Собрания Санкт Петербурга депутаты голосованием выражают свое отношение к тому, есть ли в предлагаемом обращении предмет для депутатского запроса. Голосуя за признание обращения депутатским запросом, депутаты Законодательного Собрания Санкт-Петербурга под крепляют депутатский запрос авторитетом всего Законодательного Собрания Санкт-Петербурга как органа народного представительства.

В случае же, если законодатель Санкт-Петербурга приходит к выводу о необходимости дополнительного к Уставу Санкт-Петербурга правового регулирования соответствующих общественных отношений, то необходимо учитывать следующее. Реализуя свои дискреционные полномочия в сфере правового регулирования порядка осуществления депутатского запроса, законодатель Санкт-Петербурга не вправе и Т-\ о действовать произвольно. В силу правовой природы Устава Санкт-Петербурга - акта учредительного Х о о о характера, обладающего высшей юридической силой по отношению к законам Санкт-Петербурга, имеющего прямое действие, выбираемые законодателем Санкт Петербурга средства достижения целей законо творчества, осуществляемое им законодательное регу лирование должны обеспечивать соблюдение прин ципов и норм, составляющих уставно-правовую основу регулирования общественных отношений в сфере депутатского запроса.

Депутатский запрос является в силу Устава Санкт-Петербурга (статей 15, 16, 30, 58) формой парламентского контроля, осуществляемого Законодательным Собранием Санкт-Петербурга в О О 1 о целом;

неотъемлемой уставной формой осуществления Законодательным Собранием Санкт-Петербурга государственной власти;

элементом системы сдержек и противовесов, обеспечивающей уставный баланс законодательной и исполнительной ветвей государственной власти Санкт-Петербурга, их согласованное функционирование и взаимодействие.

Полагаем, что выполнять свое уставное предназначение - быть формой парламентского контроля, элементом системы сдержек и противовесов депутатский запрос способен только в случае гарантирования каждому депутату Законодательного Собрания Санкт-Петербурга возможности беспре пятственной реализации права на внесение обращения на рассмотрение Законодательного Собрания Санкт Петербурга, а парламенту Санкт-Петербурга беспрепятственной реализации полномочия по принятию решения о признании обращения депутатским запросом.

Рассматриваемые положения не обеспечивают уставного предназначения депутатского запроса.

Учитывая вышеизложенное, считаем, что положения абзаца первого статьи 2 Закона Санкт-Петербурга от 27 февраля 2013 года № 99- «О порядке внесения и рассмотрения депутатских запросов» не соответствуют Уставу Санкт-Петербурга, его положениям статей 15, 53 и 58.

Судья Уставного суда Санкт-Петербурга Н.Ф. Гуцан Судья Уставного суда А.В. Шевченко Санкт-Петербурга ОПРЕДЕЛЕНИЯ УСТАВНОГО СУДА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ ОБРАЩЕНИЯ К РАССМОТРЕНИЮ Дело № 005/ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 02 декабря 2013 года № 005/13- об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Воронцова Павла Ивановича о соответствии Уставу Санкт-Петербурга отдельных положений статьи 3 Закона Санкт-Петербурга от 05 апреля 2006 года № 169-27 «О порядке и условиях продажи жилых помещений государственного жилищного фонда Санкт-Петербурга»

Уставный суд Санкт-Петербурга в составе председателя Н.Ф. Гуцан, судей О.В. Герасиной, И.В. Тимофеева, А.В. Шевченко, заслушав в заседании заключение судьи Н.Ф. Гуцан, проводившей на основании положений пункта 2 статьи 33 Закона Санкт-Петербурга «Об Уставном суде Санкт Петербурга» предварительное изучение жалобы гражданина Воронцова Павла Ивановича о соответствии Уставу Санкт-Петербурга отдельных положений статьи 3 Закона Санкт-Петербурга от 05 апреля 2006 года № 169-27 «О порядке и условиях продажи жилых помещений государственного жилищного фонда Санкт-Петербурга», УСТАНОВИЛ:

В Уставный суд Санкт-Петербурга 22 октября 2013 года поступила жалоба гражданина Воронцова Павла Ивановича о соответствии Уставу Санкт Петербурга отдельных положений статьи 3 Закона Санкт-Петербурга от 05 апреля 2006 года № 169- «О порядке и условиях продажи жилых помещений государственного жилищного фонда Санкт Петербурга».

Согласно положениям статьи 32 Закона Санкт Петербурга «Об Уставном суде Санкт-Петербурга» к направляемому в Уставный суд Санкт-Петербурга обращению прилагаются доверенность или иной документ, подтверждающий полномочия лица.

Поступившая в Уставный суд Санкт-Петербурга жалоба подписана адвокатом Ю.М. Егоровым, в качестве заявителя указан П.И. Воронцов. Из приложенной к жалобе доверенности следует, что Ю.М. Егоров не наделен полномочием на представ ление интересов П.И. Воронцова в Уставном суде Санкт-Петербурга, в том числе полномочием подавать от его имени жалобы. Непосредственно П.И. Воронцовым жалоба не подписана.

Таким образом, обращение не соответствует требованиям пункта 1 статьи 31 Закона Санкт Петербурга «Об Уставном суде Санкт-Петербурга», согласно которым обращение, направляемое в Уставный суд Санкт-Петербурга, подписывается управомоченным лицом.

В соответствии с положениями подпункта 2 пункта статьи 37 Закона Санкт-Петербурга «Об Уставном суде Санкт-Петербурга» Уставный суд Санкт-Петербурга принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случаях, если обращение по форме не отвечает требованиям данного Закона.

На основании изложенного и руководствуясь положениями пункта 5 статьи 50 Устава Санкт Петербурга, пункта 1 статьи 6, статьи 36, подпункта пункта 1 статьи 37, пункта 2 статьи 61 Закона Санкт-Петербурга «Об Уставном суде Санкт Петербурга», Уставный суд Санкт-Петербурга ОПРЕДЕЛИЛ:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Воронцова Павла Ивановича о соответствии Уставу Санкт-Петербурга отдельных положений статьи 3 Закона Санкт-Петербурга от апреля 2006 года № 169-27 «О порядке и условиях продажи жилых помещений государственного жилищного фонда Санкт-Петербурга».

2. Согласно положениям статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная гражданином Воронцовым Павлом Ивановичем государственная пошлина подлежит возврату.

3. Настоящее определение Уставного суда Санкт-Петербурга является окончательным и не может быть пересмотрено иным судом.

Председатель Уставного суда Санкт-Петербурга Н. Ф. Гуцан ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА «_»

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мохаммада Фарида на нарушение его конституционных прав частью второй статьи Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 5 июня 2012 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе: Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева, заслушав заключение судьи А.Н. Кокотова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Мохаммада Фарида, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Мохаммад Фарид оспаривает конституционность части второй статьи «Основания для пересмотра по вновь открывшимся Х о о обстоятельствам решений, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции, вступивших в законную силу» ГПК Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 1 января 2012 года), как не относящей к числу оснований для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам признание конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации не соответствующим конституции (уставу) субъекта Российской Федерации нормативного правового акта, примененного в конкретном деле, в связи с принятием решения по которому гражданин обращался в конституционный суд субъекта Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов, решением Железнодорожного районного суда города Улан-Удэ от 22 апреля 2011 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия от 6 июня 2011 года, был удовлетворен иск ООО «Жилищный участок-1» к Мохаммаду Фариду о возмещении убытков, возникших в связи с неоплатой им доли участия в софинансировании произведенного капитального ремонта дома, в котором ответчику на праве собственности принадлежит нежилое помещение.

Принимая такое решение, суды общей юрисдикции основывались в том числе на постановлении администрации города Улан-Удэ от 25 апреля 2008 года № 221 «О подготовке Муниципальной адресной программы "Капитальный ремонт многоквартирных домов на территории города Улан-Удэ на 2008-2011 годы"».

Конституционный Суд Республики Бурятия по жалобе Мохаммада Фарида признал указанное постановление, как не опубликованное в установленном порядке, в полном объеме не соответствующим Конституции Республики Бурятия, ее статьям 6, 10, 11, 16, 33, 53 (часть 3) и 94 (часть 2) (постановление от 11 августа 2011 года).

Определением Железнодорожного районного суда города Улан-Удэ от 14 ноября 2011 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия от 14 декабря 2011 года, отказано в удовлетворении заявления Мохаммада Фарида о пересмотре решения этого суда от 22 апреля 2011 года по вновь открывшимся обстоятельствам, в качестве которого заявитель указал признание постановления администрации города Улан-Удэ от 25 апреля 2008 года № 221 не соответствующим Конституции Республики Бурятия постановлением Конституционного Суда Республики Бурятия от 11 августа 2011 года.

По мнению заявителя, оспариваемое законо положение ограничивает право граждан на судебную защиту и не соответствует статьям 1, 2, 15 (части 1, 2 и 4), 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 42, 46 (части 1 и 2), (часть 2), 79 и 120 Конституции Российской Федерации.

2. Конституция Российской Федерации относит к ведению Российской Федерации как судоустройство (статья 71, пункт «о») и установление системы федеральных органов судебной власти, порядка их организации и деятельности (статья 71, пункт «г»), так и установление судебной системы Российской Федерации в целом, которое в силу ее статьи (часть 3) осуществляется исключительно Конституцией Российской Федерации и федеральным конститу ционным законом. При этом Конституция Российской Федерации определяет лишь отдельные элементы системы, закрепляя основы статуса судебной Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (статьи 125-127);

их полномочия, порядок образования и деятельности, как и иных федеральных судов, должны устанавливаться федеральным конституционным законом (статья 128, часть 3).

Реализуя предписания статей 71 (пункты «г», «о») и 118 (часть 3) Конституции Российской Федерации, законодатель в Федеральном конституционном законе от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» наряду с действующими в субъектах Российской Федерации федеральными судами предусматривает в качестве судов субъектов Российской Федерации конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации (часть статьи 4), которые входят в судебную систему Российской Федерации (часть 2 статьи 4), создаются и упраздняются законами субъектов Российской Федерации (часть 2 статьи 17) и рассматривают вопросы, отнесенные к их компетенции, в порядке, установленном законом субъекта Российской Федерации;

их финансирование производится за счет средств бюджета соответствующего субъекта Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 27).

Данные суды могут создаваться субъектами Российской Федерации для рассмотрения вопросов соответствия законов субъекта Российской Федерации, нормативных правовых актов органов государственной власти субъекта Российской Федерации, органов местного самоуправления субъекта Российской Федерации конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, а также для толкования конституции (устава) субъекта Российской Федерации (часть статьи 27 названного Федерального конституционного закона). Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, дела, отнесенные Конституцией Российской Федерации, федеральными конституцион ными и федеральными законами к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов, конституционным (уставным) судам субъектов Российской Федерации как судам, входящим в судебную систему Российской Федерации, неподведомственны. Предоставление же им полномо чий вне указанных пределов не противоречит Конституции Российской Федерации, если эти полномочия соответствуют юридической природе и предназначению данных судов в качестве судебных органов конституционного (уставного) контроля и касаются вопросов, относящихся к ведению субъектов Российской Федерации в силу статьи 73 Конституции Российской Федерации (Определение от 6 марта 2003 года № 103-0).

Согласно Федеральному конституционному закону «О судебной системе Российской Федерации» вступив шее в законную силу решение конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, дол жностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежит неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (статья 3, часть статьи 6);

решение конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации, принятое в пределах его полномочий, не может быть пересмотрено иным судом (часть 4 статьи 27).

Такое законодательное установление основ статуса конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации и юридических последствий вступления в силу их решений в системе действующего правового регулирования означает, что решение суда общей юрисдикции (арбитражного суда), основанное на подзаконном нормативном правовом акте, признанном конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации в пределах его полномочий противоречащим конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, может быть пересмотрено в установленном законом порядке в соответствии с пунктом 1 части четвертой статьи 392 ГПК Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 9 декабря 2010 года № 353-ФЗ).

Иное приводило бы к невозможности исполнения решений конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации и потому нарушало единство судебной системы Российской Федерации (статья Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации»), лишало бы смысла обращение заявителей в этот суд, делая иллюзорным предоставленный гражданам и их объединениям способ защиты своих прав с помощью конституционного правосудия.

Вместе с тем, как следует из представленных материалов, заявитель не был лишен права обжаловать решения судов общей юрисдикции по его делу в порядке надзора после вступления в силу Постановления Конституционного Суда Республики Бурятия от 11 августа 2011 года, основывая свою надзорную жалобу на содержащихся в нем выводах.

3. Таким образом, оспариваемое заявителем законоположение его конституционные права в его конкретном деле не нарушает. В силу этого его жалоба, как не отвечающая требованиям допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, закрепленным в статьях 96 и Федерального конституционного закона «О Консти туционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи Федерального конституционного закона «О Консти туционном Суде Российской Федерации», Консти туционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мохаммада Фарида, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин № 1239-О текст документа подготовлен с использованием материалов ЗАО «Кодекс»

НАУЧНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ О ВНЕСУДЕБНЫХ ФОРМАХ ЗАЩИТЫ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА ГРАЖДАН НА ОХРАНУ ЗДОРОВЬЯ И МЕДИЦИНСКУЮ ПОМОЩЬ В РОССИИ И.В. Тимофеев Мировой процесс развития систем здравоохранения и медицинского страхования, включая его становление в России, свидетельствует о том, что естественно и неизбежно появление столкновений интересов и позиций субъектов этого процесса, возникновение споров и судебных исков. Нередко судебный механизм рассмотрения споров, связанных с нереализацией конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь, включая случаи признания ненадлежащим оказание медицинской помощи, оказывается сложным. Это связано и с тем, что построенная в основном на модели медицинского страхования система здравоохранения России сама по себе чрезвычайно сложна. Ее деятельность регулируют десятки федеральных законов и сотни подзаконных актов. Поэтому не только гражданину, но и даже мировому или федеральному судье нередко трудно в ней досконально разобраться, а подчас и практически невозможно.

Судья Уставного суда Санкт-Петербурга, доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации.

В последнее время проблема защиты прав и свобод в области здравоохранения и особенно медицинского страхования оказывается связанной и с меняющимся федеральным законодательством, и вступлением в силу Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»2 (далее - ФЗ № 323-ФЗ) и Федерального закона от 29 ноября 2010 года 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее - ФЗ № 326-ФЗ). Эти законы направляют российскую государственную политику на повышение доступности и качества медицинской помощи населению. Одним из ключевых механизмов достижения этой цели, по нашему мнению, 1 О О О является формирование в этой важнейшей сфере жизни общества четкого этико-правового режима, который трудно себе представить без справедливого и высокопрофессионального рассмотрения проблем и споров в области здравоохранения как судебным, так и внесудебным способом.

Российское и международное право развивается в направлении все большей гибкости, предоставляя гражданам выбор наиболее адекватных способов защиты их прав. Как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 02 июля 2013 года 1054-О4, «федеральный законодатель Собр. законодательства Рос. Федерации. 2011. № 48. Ст. 6724.

Собр. законодательства Рос. Федерации. 2010. № 49. Ст. 6422.

URL : http://pravo.gov.ru:8080/page.aspx?55229 (дата обращения:

11.11.2013).

должен во всяком случае стремиться к тому, чтобы вводимые им правовые механизмы обеспечивали гражданам максимально возможные гарантии защиты их прав».

Исторически проблема защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина в России всегда стояла остро для таких, как права на жизнь, здоровье и их охрану.

Эта проблема является наиболее существенной в силу её первичности и фундаментальности в жизнедеятельности гражданского общества и правового государства. Положениями статей 2, 17 (часть 1), 18 и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются высшей ценностью. Они являются непосредственно дейст вующими, соблюдаемыми, гарантированными и охра няемыми государством.

Таким образом, Конституция Российской Федерации, провозглашая права и свободы человека высшей ценностью, относит здоровье к числу конституционно защищаемых ценностей человека. При этом здоровье рассматривается как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством. Согласно статье 41, части 1 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В о о современных условиях развития российской государственности продолжает развиваться реализация права каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь. Статьи 2 и 41 Конституции Российской Федерации в их неразрывном единстве определяют направленность государственной политики России на повышение уровня защиты прав в области здравоохранения.

В целях реализации государством его конститу ционных обязанностей в области здравоохранения ФЗ № 323-ф3 определяет, в частности, правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан, а также полномочия и ответст О V О О венность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления в сфере охраны здоровья (пункты 1 и статьи 1).

Права человека и гражданина согласно Конституции Российской Федерации (статья 18) обес печиваются правосудием. В связи с этим государство создало независимую от исполнительной и законо о о ^ дательной ветвей власти - третью ветвь - судебную систему, которая обязана принимать к рассмотрению жалобы и исковые заявления граждан и организаций, и решение которой является обязательным для всех граждан и организаций. Сегодня в России в судебную систему входят Конституционный Суд Российской Федерации, конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации, федеральные суды общей юрисдикции и арбитражные суды, мировые суды.

В России защита конституционных прав каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь в соответствии с законодательством может происходить как в судебном, так и во внесудебном порядке. Практика показывает, что во внесудебном порядке за защитой права на охрану здоровья граждане обращаются как до, во время, так и после оказания им медицинской помощи.

В законодательстве (пункт 9 статьи 2 ФЗ № 323-ФЗ) физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи, независимо от наличия у него заболевания и его состояния определено понятием «пациент».

Кто может защитить законные права пациента во внесудебном порядке в России?

Как ни странно, прежде всего это сам пациент или его представитель, уполномоченный защищать его права по доверенности.

Выстраивание основанных на праве отношений пациента с лечащим врачом - залог профилактики нарушения законных прав пациента и его интересов.

Тем не менее, известно, что при отсутствии в обществе развитых гражданско-правовых традиций порождается лень, робость, фатализм и как результат - нежелание самостоятельно вступать в диалог с лечащим врачом.

Более того, часть 1 статьи 28 ФЗ № 323-ФЗ констатирует, что сами «граждане имеют право на создание общественных объединений по защите прав граждан в сфере охраны здоровья, формируемых на добровольной основе».

Что делать в случае, если самому пациенту или его представителю не удалось отстоять свои права на уровне взаимодействия с лечащим врачом?

Исходя из анализа многолетней практики реализации защиты конституционных прав пациентов в России, нам представляется, что пациенту за защитой имеет смысл первично обращаться к должностным лицам медицинской организации (любой формы собственности) или в органы управления здраво охранением, на которые возложены контролирующие функции.

Однако неумение пациента или его представителя формулировать и предъявлять свои права на уровне медицинского учреждения и других (как государственных, так и негосударственных) органов нивелирует желание у них для таких обращений.

В недавнем прошлом письменное обращение к должностным лицам сферы здравоохранения и в органы управления здравоохранением было едва ли не единственным реальным внесудебным способом, с помощью которого можно было восстановить свои нарушенные права в области охраны здоровья и оказания медицинской помощи. В соответствии с законодательством должностное лицо сферы здраво охранения и органов управления здравоохранением должно не только отреагировать на обращение человека, но еще и ответить ему, причем в письменном виде в конкретный срок - до 1 месяца, то есть официальные лица не только обязаны действовать, но и еще должны письменно отчитываться перед обратившимся.

Другой достаточно эффективной внесудебной формой защиты своих прав является обращение к органам, занимающимся медицинским страхованием (страховая медицинская организация - далее СМО и Территориальные фонды обязательного медицинского страхования - далее ТФОМС). Право человека на защиту прав и законных интересов в сфере обязательного медицинского страхования закреплено в пункте 10 части 1 статьи 16 ФЗ № 326-ФЗ.

Деятельность СМО по защите прав застрахованных направлена на обеспечение реализации прав и свобод, а также на защиту законных интересов граждан, получающих медицинскую помощь. Эта деятельность осуществляется, в том числе и в виде экспертизы качества медицинской помощи (далее - КМП).

Законодатель в статье 64 ФЗ № 323-ФЗ обязывает проводить экспертизу КМП с целью выявления нарушений при её оказании, в том числе определять совокупность характеристик, отражающих своевремен ность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степень достижения запланированного результата, что в пункте 21 статьи 2 ФЗ № 323-ФЗ как раз и определено понятием качества.

В соответствии с пунктом 12 части 2 статьи ФЗ № 326-ФЗ СМО обязана осуществлять рассмотрение обращений и жалоб граждан, осуществлять деятельность по защите прав и законных интересов застрахованных лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. ТФОМС наделен правом предъявления претензий и исков в интересах граждан и любых участников системы обязательного медицинского страхования. Как правило, в структуре ТФОМС имеется подразделение организации защиты прав застрахованных граждан.

Следует рассматривать как полезный опыт введения института страховых представителей в лечебно-профилактических учреждениях системы ОМС Санкт-Петербурга (с коечной емкостью более 1000).

Основными функциями страхового представителя по защите интересов застрахованных граждан были:

• консультирование граждан по вопросам о о о получения бесплатной и доступной стационарной медицинской помощи;

• организация мероприятий по оперативному решению правовых вопросов ее получения.

Функции защиты обсуждаемых конституционных прав законодательно возложены и на органы государственной власти, включая депутатов соответствующих уровней. В главе 3 ФЗ № 323-ф прямо указано, что защита прав и свобод человека и гражданина в сфере охраны здоровья относится к полномочиям федеральных органов государственной власти (пункт 2 части 1 статьи 14) и к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации (пункт 1 части 1 статьи 16). Практика показывает, что достаточно эффективной формой внесудебной защиты прав является обращение пациентов также и в федеральные органы исполнительной власти, осуществляющие контроль качества и безопасности услуг, например Росздравнадзор.

Пациент может обращаться за защитой своих прав в правоохранительные органы (прокуратура и полиция).

Такие обращения целесообразны в случаях, когда речь идет о правонарушениях, посягающих на жизнь и здоровье людей, включая профессиональные преступ ления, совершаемые медицинскими работниками, либо в случаях нарушения закона, имевших место при исполнении медицинскими работниками обязанностей должностного лица (получение от других лиц заведомо незаконного материального вознаграждения за своё служебное поведение или в связи с занимаемой им должностью, нарушение правила отпуска наркоти ческих средств, выписывание подложного меди цинского документа и т.п.).

Еще одним важным внесудебным способом защиты прав и законных интересов пациентов является обращение в общественные объединения, организации и иные негосударственные институты. К ним следует отнести общественные организации по защите прав пациентов, профессиональные медицинские и страховые ассоциации, этические комитеты при медицинских и биологических учреждениях, а также общественные объединения, уставами которых предусмотрена деятельность по защите прав пациента, и другие общественные организации, например профсоюз.

Потенциально возможным является обращение за защитой конституционных прав на охрану здоровья к уполномоченному по правам человека субъекта Российской Федерации или России. Однако практика показывает, что пациенты крайне редко пользуются О о этой возможностью внесудебной защиты своих конституционных прав на охрану здоровья.

Современная юридическая культура все больше отходит от «наказательной» правоприменительной практики, ориентированной на поиск виноватых и правых, на выявление победителя в состязательном процессе. В последнее время на первый план начинают выходить альтернативные способы разрешения конфликтов. Одним из таких способов является институт третейского суда как формы разрешения правовых споров, осуществляемый не государственным судом, а третьими по отношению к сторонам спора лицами - профессионалами в соответствующей области, которые избираются сторонами в соответствии с действующим законодательством.

В соответствии с Федеральным законом от 24 июля 2002 года № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации»6, организации могут создавать временные или постоянно действующие третейские суды.

Очевидно, что управление здравоохранением О О страны - государственной системой обеспечения внутренней безопасности людей должно быть построено на основе четкой и работоспособной административной вертикали. Это не противоречит формированию дополнительных институтов гражданского общества, позволяющих, с одной стороны, вводить правовой, профессиональный и общественный О 1 и / о Зайцев А. И., Захарьящева И. Ю. Альтернативное разрешение споров:

учебно-методический комплекс. М. : Изд-во «Экзамен», 2007.

Собр. законодательства Рос. Федерации. 2002. № 30. Ст. 3019.

контроль за уровнем оказания медицинской помощи, а с другой стороны - помогать столь сложной социотехнической системе, как здравоохранение, рассматривать и разрешать конфликтные ситуации.

Таким образом, третейское судопроизводство может явиться одним из общественных институтов в составе систем управления качеством медицинской помощи и безопасностью пациентов.

Более того, сочетание государственной судебной деятельности с альтернативными формами рассмотрения споров в настоящее время является перспективным направлением развития системы разрешения правовых конфликтов как на национальном, так и на международном уровне.

Разработка дополнительных форм защиты конститу ционных прав в медицине - важное направление не только в России, но и в мире.7 К третейскому разбирательству, которое выгодно отличается от государственного судопроизводства низкими издержками, возможностью выбора арбитров, О О оперативностью, упрощенной процедурой, конфиден циальностью, последнее время обращается все большее число участников споров.

Так, одним из элементов системы управления КМП в Санкт-Петербурге явился Санкт-Петербургский гр о о Третейский суд медицинского страхования и здра воохранения при Санкт-Петербургской торгово о / гр о о \ промышленной палате (далее - Третейский суд), который был создан 26 ноября 2007 года. Это Шамликашвили Ц. А. Взаимопомогающее право // Закон. 2012. № 05.

С. 156-160.

инновационный орган, который явился социальным проектом, востребованным пациентами, страховым и медицинским сообществами государственной власти. С позиции 5-летнего опыта работы Председателем гр о Третейского суда автор свидетельствует о том, что этот суд не только помог сделать понятие справедливости в здравоохранении более ясным и доступным для всех участников медицинской помощи, но и на практике показал новые возможности в деле эффективного разрешения правовых, экономических и этических споров в области здравоохранения. В соответствии со статьей 41 Конституции Российской Федерации государство должно исполнять обязательства, взятые перед гражданами, в предоставлении возможности гражданину получать в государственных медицинских учреждениях меди цинскую помощь бесплатно, что осуществляется за счет средств бюджета, страховых взносов и других поступлений. Это означает, что взимание с граждан в государственных медицинских организациях денежных средств за медицинскую помощь, оказанную в связи с необходимостью, является прямым нарушением их конституционного права. Однако рассмотрение таких споров в арбитражных судах и в судах общей юрисдикции подчас оказывается сложным и затянутым по времени. Решение подобных споров в рамках третейского разбирательства с привлечением Тимофеев И. В. Третейский суд медицинского страхования и здравоохранения при Санкт-Петербургской торгово-промышленной палате. Правовые, организационные, экономические и этические аспекты.

СПб. : ООО «БМН», 2012.

профессионалов: медиков и юристов - представляется перспективным. Об этом свидетельствует многолетний опыт работы Санкт-Петербургского Третейского суда медицинского страхования и здравоохранения при Санкт-Петербургской торгово-промышленной палате.

С вступлением с 1 января 2011 года в силу ФЗ № 326-ФЗ в системе ОМС возник ряд новых правоотношений. Граждане имеют право напрямую выбирать и самостоятельно взаимодействовать со страховыми компаниями, а ТФОМС теперь наделен правом предъявления претензий и исков в интересах граждан к любым участникам системы ОМС.

В связи с этим с 1 января 2011 года усматривается несколько основных видов межсубъектных споров по защите конституционных прав каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь, которые могут быть решены через третейское разбирательство:

- споры между СМО и медицинскими организациями (выполнение сторонами договорных обязательств, в том числе обязательств перед застрахованным гражданином, этические конфликты между медицинскими работниками и пациентами, между медицинскими работниками и экспертами);

- споры между СМО и медицинскими организациями - субъектами системы ОМС при оказании ими платных медицинских услуг застрахованным гражданам, получающим бесплатную медицинскую помощь в медицинских организациях в рамках Территориальной программы ОМС (особенно актуально в отношении частных медицинских организаций, вновь входящих в систему ОМС);

- споры между СМО и гражданином (претензии застрахованного гражданина по ненадлежащей организации предоставления медицинской помощи);

- споры между ТФОМС и медицинскими организациями (претензии и иски к медицинским организациям в интересах граждан, этические конфликты между медицинскими работниками и пациентами).

Сложность юридических, экономических и этических составов вышеуказанных групп взаимных притязаний, экспертных и правовых вопросов приводит к целесообразности их разрешения по единым принципам, быстро и профессионально. Обеспечить достижение этой цели в Санкт-Петербурге можно благодаря наличию Третейского суда, специали зированного вневедомственного органа, разрешающего профессиональные споры.

Таким образом, представляется возможным предположить перечень (очевидно не исчерпывающий) основных внесудебных форм защиты конституционных прав каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Они предполагают следующие направления взаимо действия пациента и (или) его представителя:

1. с лечащим врачом;

2. должностными лицами медицинской органи зации (независимо от форм собственности), где пациент получал или может получить медицинскую помощь;

3. государственными органами:

• органами управления здравоохранением;

• территориальным фондом ОМС;

• правоохранительными органами (прокуратурой, полицией);

• органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

• уполномоченным по правам человека в Российской Федерации и субъекте Российской Федерации;

4. негосударственными органами:

• страховыми медицинскими организациями;

• общественными объединениями, общественными организациями;

• третейскими судами.

© И.В. Тимофеев, СИСТЕМА ОРГАНОВ СУДЕЙСКОГО СООБЩЕСТВА КАК ГАРАНТИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ СУДЕЙ:

КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЕ СОДЕРЖАНИЕ А.В. Шевченко Н.Н. Смирнова Конституция Российской Федерации закрепила такие фундаментальные основы организации и осуществления судебной власти, как самостоятельность и независимость.

Гарантии независимости судей предусмотрены непосредственно Конституцией Российской Федерации, например, несменяемость судей, особый порядок прекращения или приостановления их полномочий (статья 121), неприкосновенность судей, невозможность привлечения судей к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом (статья 122), особый порядок назначения судей на должность (части 1 и 2 статьи 128), а также законодательством Российской Федерации о О О о судоустройстве, статусе судей и об органах судейского сообщества, отражающем и конкретизирующем конституционные положения.

Судья Уставного суда Санкт-Петербурга, федеральный судья в отставке, Заслуженный юрист Российской Федерации.

Помощник судьи Уставного суда Санкт-Петербурга, аспирант кафедры конституционного и административного права Северо-Западного института управления - филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Впервые на законодательном уровне перечень О О гарантий независимости судей был закреплен положениями Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 года № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (далее - Закон «О статусе судей»).

В числе таких гарантий законодатель указал систему органов судейского сообщества (пункт статьи 9) и закрепил перечень органов судейского сообщества, наделив их соответствующими полномочиями (статья 17 ).

Само понятие «гарантия» является предметом О О Т-\ широкой дискуссии в юридической науке. В специальной литературе отмечается, в частности, что гарантии представляют собой «юридически значимые и организационно оформленные средства реализации предписаний, содержащиеся в нормах советского государственного права, способы достижения целей этих норм, организационно-правовые условия перевода регулирующих возможностей государственного права в действительность, в фактическое поведение субъектов о государственно-правовых отношений»;

гарантии рассматриваются как социальное условие, обеспе чивающее реальность вероятного явления, правовое Статья 17 в настоящее время исключена из текста Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации», См.: пункт статьи 1 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 169-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации"» // Российская газета. - 2001. 20 декабря, № 247.

См.: Боброва Н.А. Гарантии реализации государственно-правовых норм.

Воронеж, 1984. - С. 18.

средство, обеспечивающее реализацию того или иного явления, действия. Под конституционно-правовыми гарантиями понимаются средства и способы усиленного воздействия отрасли конституционного права на регулируемые общественные отношения5. Выдаю щийся немецкий государствовед Г. Еллинек, обращаясь к проблеме гарантий в государственном праве, в частности отмечал, что всякое право есть право действующее. Действие же права должно быть каким либо образом обеспечено, т.е. должны существовать силы, наличность которых давала бы участникам правового общения возможность считать вероятным превращение правовых норм из предъявляемых человеческой воле абстрактных требований в конкретные действия.

Учитывая приведенные точки зрения, полагаем, что под гарантиями понимаются юридически и организационно оформленные средства реализации О о предписаний и условия, обеспечивающие действен ность, реальность определенного явления. Гарантии не обеспечивают автоматическую реализацию явления только в силу факта установления их в правовых нормах.

Закреплением в Законе «О статусе судей»

положений о том, что является гарантией независимо сти судей, законодатель сделал первый шаг в направ лении обеспечения реализации конституционного См.: Каратеева М.Н. Гарантирующая функция Конституции Российской Федерации. Дисс.... канд. юрид. наук. Ставрополь, 2005. - С. 11.

Еллинек Г. Общее учение о государстве. СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2004. - С. 744.

принципа независимости судей и создания условий, призванных обеспечивать его действенность и реальность.

Закон «О статусе судей» был принят в развитие года7.

Конституции РСФСР 1978 Вопросы самоорганизации судейского сообщества непосредственного регулирования в конституционных положениях не нашли, однако Конституция РСФСР, действовавшая в тот период в редакции Закона РСФСР от 21 апреля 1992 года № 2708-1 «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Российской Советской Федеративной Социалис Республики»8, тической закрепляла принцип разделения властей (статья 3) и устанавливала, что судьи и народные заседатели независимы и подчиняются только закону (статья 167).

О взаимосвязи положений Закона «О статусе судей», определяющих систему органов судейского Х о о сообщества в качестве одной из гарантий независимости судей, и приведенных норм Конституции РСФСР 1978 года свидетельствуют, в том числе, положения Концепции судебной реформы в РСФСР, одобренной Постановлением Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 года9.

гр о о Так, в качестве одного из важнейших направлений судебной реформы Верховный Совет РСФСР Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1978. - № 15. - Ст. 407.

Российская газета. - 1992. - 16 мая, № 111.

Постановление Верховного Совета Р С Ф С Р от 24 октября 1991 года № 1801-1 «О Концепции судебной реформы в РСФСР» // Ведомости Съезда Народных Депутатов и Верховного Совета РСФСР. - 1991. № 44. - Ст.1435.

определил совершенствование системы гарантий независимости судей (пункт 3 Постановления). Перед судебной реформой ставились такие задачи, как создание независимой и влиятельной судейской корпорации, гарантирование процессуальной само стоятельности работников юстиции и их достойного материально-бытового и социального обеспечения (пункт 4 раздел IV Концепции). Разделом V Концепции в числе мероприятий первого (подготовительного) этапа судебной реформы предусматривалась разработка пакета нормативных актов о судебной реформе, включающего Законы РСФСР «О судоустройстве РСФСР», «О статусе судей в РСФСР»;

второго этапа полное введение в действие обновленного законодательства;

третьего (завершающего) этапа реформы - оформление судейской корпорации, и / ^ 1 и связанной особой профессиональной моралью.

В настоящее время Закон «О статусе судей»

действует одновременно с другими законодательными актами, регламентирующими организацию и деятельность органов судейского сообщества.

Федеральным конституционным законом от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»10 предусмотрено, что для О О /""о выражения интересов судей как носителей судебной власти формируются органы судейского сообщества (часть 1 статьи 29). Упомянутый законодательный акт не содержит перечня подлежащих формированию органов судейского сообщества, однако устанавливает, что высшим органом судейского сообщества является Российская газета. - 1997. - 06 января, № 3.

Всероссийский съезд судей, который формирует Совет судей Российской Федерации и Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации (часть 2 статьи 29).

Как следует из положений названного федерального конституционного закона (части 1 и статьи 29), порядок образования, формирования, а также компетенция органов судейского сообщества должны определяться федеральным законом. В настоящее время таким правовым актом является Федеральный закон от 14 марта 2002 года № 30-ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации»11 (далее - Федеральный закон «Об органах судейского сообщества»).


Федеральный закон «Об органах судейского сообщества» установил, что органы судейского сообщества формируются и действуют в соответствии с федеральными конституционными законами и федеральными законами для выражения интересов судей как носителей судебной власти (пункт статьи 3). При этом данный федеральный закон определил «границы» судейского сообщества в Российской Федерации, указав, что его образуют судьи федеральных судов всех видов и уровней, судьи судов субъектов Российской Федерации, составляющих судебную систему Российской Федерации12. Судьи Российская газета. - 2002. - 19 марта, № 48.

Согласно положениям части 2 статьи 4 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» в Российской Федерации действуют федеральные суды, конституционные (уставные) суды и мировые судьи субъектов Российской Федерации, составляющие судебную систему Российской Федерации.

являются членами судейского сообщества с момента принесения ими присяги судьи и до момента вступления в силу решения о прекращении полномочий судьи, за исключением случая прекращения полномочий в связи с почетным уходом или почетным удалением судьи в отставку (статья 1, пункт 1 статьи 2).

На основании анализа вышеуказанных положений к основным признакам органов судейского сообщества можно отнести то, что они осуществляют деятельность, направленную на выражение интересов судей, - членов судейского сообщества;

формируются и действуют в соответствии с федеральными конституционными законами и федеральными законами.

Согласно положениям пункта 2 статьи Федерального закона «Об органах судейского сообщества», органами судейского сообщества в Российской Федерации являются: Всероссийский съезд судей, конференции судей субъектов Российской Федерации, Совет судей Российской Федерации, советы судей субъектов Российской Федерации, общие собрания судей судов, Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации, квалификационные коллегии судей субъектов Российской Федерации, Высшая экзаменационная комиссия по приему квалификационного экзамена на должность судьи, экзаменационные комиссии субъектов Российской Федерации по приему квалификационного экзамена на должность судьи.

Положениями статьи 16 предусмотрено взаимодействие органов судейского сообщества.

На указанные органы судейского сообщества в соответствии с Федеральным законом «Об органах судейского сообщества» возложены задачи по О о содействию в совершенствовании судебной системы и судопроизводства, защите прав и законных интересов судей, участию в организационном, кадровом и ресурсном обеспечении судебной деятельности, утверждению авторитета судебной власти, обеспечению выполнения судьями требований, предъявляемых кодексом судейской этики (статья 4). Для выполнения поставленных задач данные органы наделены соответствующими собственными полномочиями (статьи 6, 7, 10, 12, 17, 19, 26.1).

Органы судейского сообщества, обладая определенными властными правомочиями, установленными Федеральным законом «Об органах судейского сообщества», выступают гарантами независимости судей: их решения обязательны при рассмотрении в соответствующих процедурах вопросов о назначении на должность судей, прекращения и приостановления полномочий судей, привлечения их к ответственности того или иного вида и т.д. (статьи 17 и 19). Тем самым органы судейского сообщества обладают полномочиями, призванными по своему содержанию обеспечивать конституционно-правовые гарантии независимости судей (статьи 121, 122, части и 2 статьи 128 Конституции Российской Федерации).

Основываясь на приведенных законодательных актах, можно сделать вывод, что за 20-летнюю историю действия Конституции Российской Федерации закрепленные в ней положения о самостоятельности о о судебной власти и независимости судей получили свое развитие в установлении органов судейского сообщества, обеспечивающих реализацию конститу ционного принципа независимости судей, и наделении их соответствующими полномочиями, в том числе государственно-властного характера.

По мнению Клеандрова М.И., организационно О о правовой механизм, гарантированно обеспечивающий реализацию в нашей стране фундаментального конституционного принципа независимости судей и подчинения их только Конституции и федеральному закону, можно считать 13в целом сформированным и достаточно действенным.

По смыслу положений пункта 2 статьи Федерального закона «Об органах судейского сообщества» предусмотренный в нем перечень органов О X О /""о судейского сообщества, представляющий собой их структуру, установлен законодателем как исчер пывающий.

гр о 1 акой вывод можно сделать, в том числе, из материалов, связанных с принятием указанного федерального закона. Так, в тексте законопроекта «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации», подготовленного к первому чтению, предусматривалось, что органами судейского сообщества являются: Всероссийский съезд судей;

иные съезды, конференции и собрания судей;

Совет судей Российской Федерации и иные советы судей;

Высшая квалификационная коллегия судей Российской Комментарий к Конституции Российской Федерации / Под ред.

В.Д. Зорькина, Л. В. Лазарева. - М.: Эксмо, 2009. - С. 906.

Федерации и иные квалификационные коллегии судей (пункт 2 статьи 3)14. То есть перечень органов судейского сообщества первоначально предполагался как открытый, указывающий только виды органов судейского сообщества.

Вид закрытого перечня положения пункта статьи 3 проекта приобрели только после принятия поправки, изложившей их в следующей редакции:

«Органами судейского сообщества в Российской Федерации являются: Всероссийский съезд судей;

конференции судей субъектов Российской Федерации;

Совет судей Российской Федерации;

советы судей субъектов Российской Федерации;

общие собрания судей судов;

Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации;

квалификационные коллегии судей субъектов Российской Федерации» 15.

Следовательно, можно заключить, что понимание перечня органов судейского сообщества, приведенного в пункте 2 статьи 3 Федерального закона «Об органах судейского сообщества» как закрытого, отвечает действительному намерению законодателя. В пользу такого вывода свидетельствует и то, что в дальнейшем, вводя в состав органов судейского сообщества новые органы, законодатель включал их непосредственно в упомянутый перечень, сохраняя тем самым его Законопроект № 97091910-2 Об органах судейского сообщества в Российской Федерации // Официальный сайт Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации [Электронный ресурс] Электрон. дан. - Режим доступа :

http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN= 97091910-2&02 - (Дата обращения : 10.10.2013).

15 т-, Там же.

о гр исчерпывающий характер. Так, перечень органов судейского сообщества был дополнен Высшей л о о экзаменационной комиссией по приему квалифи кационного экзамена на должность судьи и экзаменационными комиссиями субъектов Российской Федерации по приему квалификационного экзамена на должность судьи.

Однако анализ законодательства Российской Федерации о судоустройстве позволяет вести речь о наличии органов судейского сообщества, не включенных в указанный перечень.

В частности, в декабре 2010 года положения статьи 3 Федерального закона «Об органах судейского сообщества» были дополнены пунктом 4, преду сматривающим создание Совета судей Верховного Суда Российской Федерации17. Порядок формирования и деятельности этого органа регулируется положением, принимаемым общим собранием судей Верховного Суда Российской Федерации. Соответствующие положения были отражены в Федеральном конституционном законе от 07 февраля 2011 года № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»18 (далее - Федеральный конституционный Федеральный закон от 03 декабря 2011 года № 388-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием деятельности экзаменационных комиссий по приему квалификационного экзамена на должность судьи» // Российская газета. - 2011. - 09 декабря, № 278.

Федеральный закон от 08 декабря 2010 года № 346-ФЗ «О внесении изменений в статьи 3 и 11 Федерального закона "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации"» // Российская газета. - 2010. - декабря, № 281.

Российская газета. - 2011. - 11 февраля, № 29.

закон «О судах общей юрисдикции») в статье «Органы судейского сообщества в Верховном Суде Российской Федерации».

При этом в документах к законопроекту, предусматривающему дополнение статьи Федерального закона «Об органах судейского сообщества» положениями пункта 4 (пояснительной записке, заключении ответственного комитета Комитета Государственной Думы по конституционному 19ч законодательству и государственному строительству ), указано, что положения законопроекта формируют «дополнительные органы судейского сообщества». В материалах к проекту Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции» (в том числе, пояснительной записке)20 Совет судей Верховного Суда Российской Федерации назван органом судейского сообщества.

По смыслу положений пункта 4 статьи Федерального закона «Об органах судейского сообщества» и статьи 11 Федерального Законопроект № 306954-5 О внесении изменений в статьи 3 и Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» (о формировании дополнительных органов судейского сообщества и уточнении требований к кандидатам в представители Президента Российской Федерации в квалификационных коллегиях судей) // Официальный сайт Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации [Электронный ресурс] - Электрон. дан.


- Режим доступа :http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew% 29?OpenAgent&RN=306954-5&02 (Дата обращения : 10.10.2013).

Законопроект № 306985-5 О судах общей юрисдикции в Российской Федерации // Официальный сайт Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации [Электронный ресурс] - Электрон. дан.

- Режим доступа :http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew% 29?OpenAgent&RN=306985-5&02 - (Дата обращения : 10.10.2013).

конституционного закона «О судах общей юрисдикции» Совет судей Верховного Суда Российской Федерации формируется в обязательном порядке.

Совет судей Верховного Суда Российской Федерации отвечает признакам органа судейского сообщества: формируется и действует в соответствии с федеральными конституционными законами и федеральными законами;

осуществляет деятельность, направленную на выражение интересов судей (пункт 1.2. Положения «Об органах судейского сообщества в Верховном Суде Российской Федерации»21). Тем самым можно прийти к выводу, что Совет судей Верховного Суда Российской Федерации также является органом судейского сообщества.

Следует отметить, что положениями статьи Федерального закона «Об органах судейского сообщества» предусмотрены советы судей и для других судов, вместе с тем учреждение таких советов является факультативным. Такие советы тоже отвечают признакам органов судейского сообщества. Они формируются и действуют в соответствии с федеральным законом и их деятельность направлена на выражение интересов судей, поскольку эти советы создаются органами судейского сообщества. Полагаем допустимым сделать вывод о том, что советы судей Положение «Об органах судейского сообщества в Верховном Суде Российской Федерации» принято общим собранием судей Верховного Суда Российской Федерации 28 апреля 2011 года // Официальный сайт Верховного Суда Российской Федерации [Электронный ресурс] Электрон. дан. - Режим доступа: http://www.vsrf.ru/print_page.php? 1ё=7309 (Дата обращения: 10.10.2013).

иных судов также являются органами судейского сообщества. Кроме того, первоначальная редакция г-\ и 22 и Закона «О статусе судей» относила советы судей, например арбитражных судов, к органам судейского сообщества.

Обращение к истории также указывает на отсутствие четких и устоявшихся представлений законодателя о структуре органов судейского сооб щества. А именно, до исключения из текста Закона «О статусе судей» статья 17 закрепляла закрытый по своему характеру перечень органов судейского сообщества, не включающий в себя квалификационные коллегии судей, которые 23 хоть и регулировались указанным правовым актом, однако в качестве органа судейского сообщества не рассматривались. Закон «О статусе судей» не устанавливал такой цели деятельности квалификационных коллегий, как выражение интересов судей. В то же время, предшествовавшее указанному закону союзное законодательство отражало другой подход к этому Абзац четвертый пункта 2 статьи 17 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации». В настоящее время статья исключена из текста Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации», См.: пункт 14 статьи 1 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 169-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации"» // Российская газета. - 2001. - 20 декабря, № 247.

Статья 18 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации». В настоящее время данная статья исключена из текста Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации», См.: пункт 14 статьи 1 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 169-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации"» // Российская газета. - 2001. - 20 декабря, № 247.

вопросу. В частности, положениями пункта 1 статьи Закона СССР от 04 августа 1989 года «О статусе судей в СССР»24 было предусмотрено, что квалификационные коллегии судей создаются в целях усиления гарантий независимости судей.

Закрепление исчерпывающего перечня органов судейского сообщества (пункт 2 статьи 3 Федерального закона «Об органах судейского сообщества»), установление вне этого перечня Совета судей Верховного Суда Российской Федерации и советов судей иных судов может свидетельствовать либо о несогласованности законодательного регулирования, либо о том, что данные элементы не входят в структуру органов судейского сообщества, а значит, и в систему этих органов.

Несмотря на то, что согласно положениям пункта статьи 9 Закона «О статусе судей» именно система органов судейского сообщества, а не ее отдельные элементы выступает гарантией независимости судей, понятие такой системы до сих пор не закреплено.

Определиться в вопросе о содержании категории «система органов судейского сообщества» представ ляется нам задачей, имеющей как теоретическое, так и практическое значение.

Для уяснения содержания рассматриваемой категории полагаем целесообразным обратиться к понятию «система» в иных источниках.

Ведомости Съезда Народных Депутатов СССР и Верховного Совета СССР. - 1989. - № 9. - Ст. 223.

В общетеоретическом смысле под «системой»

понимается «порядок расположения частей целого», «нечто целое, представляющее собой единство закономерно расположенных и находящихся во и взаимной связи частей».

Система обладает рядом свойств, которые происходят из определенных взаимосвязей и и и л взаимодействий ее элементов. В частности, таковым является то, что у нее появляется качественно новое свойство, не характерное для ее элементов, поэтому свойство системы не является суммой свойств ее элементов, но свойство целого всегда определяет свойства его частей (эмерджентность). Система предполагает полную связанность элементов, отра жающих их взаимодействие (целостность), и однонаправленность их действий, что приводит к усилению конечного результата действия системы для достижения цели (синергичность). Системе присущи упорядоченность, определенный набор и расположение элементов со связями между ними, т.е. структурность.

В современном российском законодательстве наряду с положениями Закона «О статусе судей»

понятие «система» используется довольно широко.

Происходит от греческого «systema» и означает «целое, составленное из частей». См.: Большая Советская Энциклопедия. (в 30 томах). Гл. ред.

А.М. Прохоров. Изд. 3-е. М., «Советская Энциклопедия». 1976. Т. 23.

Сафлор - Соан. 1976. - С. 463.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка М.;

в 4 т Т. 4:

Р-V / В. И. Даль - М.: Рус.яз. -Медиа, 2006. - С. 188.

Ожегов С.И. Словарь русского языка / С.И. Ожегов : Под ред. Н.Ю.

Шведовой. - М.: Русский язык, 1985. - С. 624.

См.: Коренченко Р.А. Общая теория организации: Учебник для вузов. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. - С.С. 80, 85-86, 96-97, 183-184.

Так, в тексте Конституции Российской Федерации употребляются такие категории, как «система государственной власти», «система органов государст венной власти», «система федеральных органов О О /""о законодательной, исполнительной и судебной власти», «система исполнительной власти», «судебная система», «централизованная система» (часть 3 статьи 5, статья 12, пункт «г» статьи 71, пункт «н» статьи 72, статья 77, часть 3 статьи 118, часть 1 статьи 129).

Конституция Российской Федерации определения приведенных категорий не дает. Однако они наполняются соответствующим содержанием самой Конституцией (например, статья 77), а также развиваются и конкретизируются в законах. Так, Федеральный закон от 06 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» указывает, что систему органов государственной власти субъекта Российской Федерации составляют: законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации;

высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации;

иные органы государственной власти субъекта Российской Федерации, образуемые в соответствии с конституцией (уставом) субъекта Российской Федерации (абзац первый статьи 2). Указанный федеральный закон устанавливает, что деятельность органов госу Российская газета. - 1999. - 19 октября, № 206.

дарственной власти субъекта Российской Федерации осуществляется на основе таких, в частности, принципов, как государственная и территориальная целостность Российской Федерации;

единство системы государственной власти;

разделение государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную;

самостоятельное осуществление органами государственной власти принадлежащих им полно мочий (пункт 1 статьи 1). Согласно пункту 2 статьи этого же акта законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации и высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации взаимодействуют в целях эффективного управления процессами экономического и социального развития субъекта Российской Федерации и в интересах его населения.

Все вышесказанное позволяет прийти к выводу о том, что содержание понятия «система» не исчерпывается простым перечислением входящих в ее состав элементов. Его содержание значительно шире и, по существу, отражает общетеоретическое понимание системы, однако с той особенностью, что понятие «система» приобретает в каждом случае собственное наполнение.

гр 1 о о Тот факт, что в действующем сегодня российском законодательстве в качестве одной из гарантий конс титуционного принципа независимости судей выступает именно система органов судейского сообщества, а не какие-либо его отдельные органы, позволяет утверждать, что органы судейского сообщества представляют одну из гарантий конституционного принципа независимости судей именно в их системной взаимосвязи, обладая внут ренней согласованностью и единством. Следовательно, определение особенностей, объединяющих органы судейского сообщества в целостное правовое явление систему, и является ключом к пониманию конституционно-правового содержания данного рода гарантии.

Таким образом, используемую в Законе «О статусе судей» категорию «система органов судейского сообщества» необходимо понимать в контексте обще теоретических представлений о понятии «система», с учетом особенностей данной сферы общественных отношений и задач правового регулирования. В связи с этим, на наш взгляд, следует вести речь о следующих признаках системы органов судейского сообщества.

Система органов судейского сообщества обладает о о собственным свойством, а именно - является гарантией независимости судей, которым не располагали бы сами О о органы судейского сообщества в своей совокупности, не обладая системными связями. Рассматриваемой системе также присущи: целостность системы, отражающая полную связанность органов судейского сообщества через их взаимодействие;

единство системы органов судейского сообщества;

разграничение полно мочий этих органов;

самостоятельность осуществления органами судейского сообщества предоставленных им полномочий;

структурность, выраженная в закреплении определенного набора органов судейского сообщества и упорядоченном их расположении;

однонаправленность У о о действий этих органов при выполнении общих задач, что приводит к усилению конечного результата О О действия системы органов судейского сообщества для достижения цели - обеспечения реализации конституционного принципа независимости судей.

© А.В. Шевченко, Н.Н. Смирнова, О «ПРЕОБРАЗОВАНИИ»КОНСТИТУЦИЙ «_»

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРЕДПОСЫЛКАХ «ПРЕОБРАЗОВАНИЯ»

КОНСТИТУЦИЙ (УСТАВОВ) СУБЪЕКТОВ «_»

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Н.Н. Иванова Конституция 1993 года - Основной Закон Российской Федерации, в котором нашли воплощение такие фундаментальные принципы, как народовластие;

правовое государство;

верховенство права и конституции;

признание прав и свобод человека высшей ценностью, их защита государством;

федерализм;

разделение властей;

судебный конституционный контроль;

самостоятельность мест ного самоуправления и т.д. На этих основополагающих нормах-принципах базируется вся правовая система нашей страны, строятся политические, экономические и социальные отношения в обществе и государстве. В связи с этим особую значимость приобретает такое свойство Конституции, как ее стабильность.

За прошедшие 20 лет существования Конституции Российской Федерации в ее текст было внесено две по правки (о сроках полномочий Президента Российской Федерации и нижней палаты парламента и о заслушивании Государственной Думой ежегодных отчетов Правительства Российской Федерации о ре зультатах его деятельности), а также десять изменений Главный специалист-юрисконсульт правового управления аппарата Уставного суда Санкт-Петербурга, канд. юрид. наук.

в статью 65 Конституции, устанавливающую субъектный состав Российской Федерации. Представ ляется, что это сравнительно немного за такой период времени для страны, продолжающей существовать на гребне политических и экономических реформ. В интересах благополучия России нашей Конституции и в дальнейшем желательно существовать без кар динальных перемен. Вместе с тем, ни один документ не может содержать универсальных правовых рецептов на все времена. Для того чтобы обеспечить в обществе «равновесный порядок, уверенность граждан в дне», сегодняшнем и особенно завтрашнем Конституция, как и вся правовая реальность, должна меняться в ходе исторического и социально политического развития общества и государства, подвергаться совершенствованию и модернизации.

По мнению некоторых юристов, на сегодняшний день действующая Конституция Российской Федерации «не гарантирует обществу динамическое поддержание демократических ценностей, их стабильность», поэтому все чаще в центре научных дискуссий стоит проблема «пересмотра» 4, «корректировки 5», изменения, Паутова Л. А. Комплексный подход к исследованию социального представления о стабильности // Социология. 2004. № 19, С. 32-65.

См.: Хальметов А.И. Конституция России: альтернативные проекты и современное развитие // Право и государство: теория и практика. 2012.

№ 3. С. 64.

См.: Белкин А. А. Пересмотр Конституции (теоретические аспекты) // Правоведение. 1995. № 1. С. 79-80.

Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации от 5 ноября 2008 года // Российская газета. 2008.

6 ноября.

6 7 «модернизации», «конкретизации», «уточнения»

Основного Закона. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин неоднократно отмечал, что изменение Конституции Российской Федерации не только возможно, но даже необходимо, так как «Конституция - не неприкасаемый манускрипт, предназначенный для сдувания пыли. Она «- должна быть живой и не должна восприниматься как Г „ чуждый обществу или мертвый текст».

В современной науке конституционного права отсутствует единство представлений об оптимальном способе изменения Конституции. Как правило, Бутусова Н.В. О модернизации российской Конституции (цели, задачи, пути осуществления) // Конституционное и муниципальное право. 2013.

№ 1. С. 5-11.

Чернобель Г.Т. Конституция и ее конкретизация // Журнал российского права. 2013. № 3. С.51-61.

Арановский К., Князев С. Роль Конституции в политико-правовом обустройстве России: исходные обстоятельства и современные ожидания// Сравнительное конституционное обозрение. 2013. № 3 (94).

С.57.

Концепция «живой» (the living Constitution concept) или в буквальном переводе с английского «живущей», «саморазвивающейся» конституции получила развитие в 1937 г. после издания в США одноименной книги профессора Говарда МакБейна. В основе данной теории лежит идея о том, что конституция имеет динамическое содержание и должна толковаться в соответствии с действующими в обществе социально-экономическими и политическими реалиями непосредственно в момент применения конституционной нормы.

См.: Выступление Председателя Конституционного Суда Российской Федерации В. Д. Зорькина на торжественном заседании, посвященном 20-летию начала работы Конституционного Суда Российской Федерации (Москва, Кремль, 27 октября 2011г.)// Журнал конституционного правосудия. № 6 (24). 2011. С. 4;

Зорькин Валерий. У закона нет выходных // Рос. газета. 2005. 12 дек.

выделяются два способа изменения Основного закона:

текстуальный и нетекстуальный.

Вопросы текстуального изменения регулируются положениями главы 9 Конституции Российской Федерации, которые предусматривают три варианта текстуальной модификации: «поправки», «пересмотр»

Конституции и «изменения в статью 65 Конституции Российской Федерации». Механизм текстуального изменения некоторые авторы рассматривают как «внешнее развитие Конституции Российской Федерации».

В доктрине конституционного права нетекстуальное изменение Конституции именуется как 12 «молчаливое превращение», «внутреннее развитие», «преобразование»14 и представляет собой изменение смысла отдельных положений Конституции без формального вторжения в конституционный текст. (В рамках данной статьи предлагается использовать термин «преобразование»).

В научной среде возможность нетекстуального «преобразования» Конституции Российской Федерации воспринимается неоднозначно. Противники нетекстуального изменения Конституции Российской Федерации высказывают мнение о том, что См.: Гюлумян В.Г. Тенденции развития российской федеральной Конституции. Дисс... канд. юрид. наук. СПб., 2003. С. 56-64;

Чернобель Г.Т.

Конституция и ее конкретизация // Журнал российского права. 2013.

№ 3. С.51-61.

Эбзеев Б.С. Введение в Конституцию России: монография. - М.:

Норма:Инфра-М, 2013. С.104.

Гюлумян В.Г. Указ.соч.

Аничкин Е.С. Преобразование Конституции Российской Федерации.

Д и с с. докт. юрид. наук Барнаул, 2010.

«преобразование» Конституции с трудом согласуется с принципами конституционной законности и правового государства: «Вложить в конституционную норму другое содержание, чем то, которое она в себе несет, можно только одним легитимным путем - изменением текста этой нормы», а также опасение «.обесценивания норм самой Конституции, и их изменения нормами текущего законодательства».

В качестве «спорной» рассматривают идею «преобразования» Конституции Российской Федерации Лукьянов А.И. и Бутусова Н.В.

Между тем о возможности «преобразования»

конституций путем «интерпретации их парламентом, администрацией и судебной18 практикой и путем конституционной практики » говорил еще в начале XX века немецкий юрист Георг Еллинек. В настоящее время значительное число ученых-юристов если не находят «преобразование» оптимальным вариантом развития Конституции Российской Федерации19, то Васильев В.И. О динамике и стабильности Конституции // Конституционное законодательство. По материалам международной научно-практической конференции. М., 2003. С. 92-93.

Авакьян С.А. Политические отношения и конституционное регулирование // Журнал российского права. 2003. № 11. С. 51-52.

Лукьянов А.И. Раздумья о Конституции // Конституция как символ эпохи: в 2 Т. /под ред. Авакьяна С.А. Т.1 М., 2004. С. 41;

Бутусова Н.В. О модернизации Российской Конституции // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 1. С 5-11.

Еллинек Г. Конституции, их изменения и преобразования / Пер. с нем.

Б.А.Кистяковского. СПб., 1907. С.10-34.

См.: Митюков М.А. Преобразование - оптимальный вариант развития Коснтитуции Российской Федерации// Конституция как символ эпохи: в 2 Т./под ред. проф С.А. Авакьяна, Т.1. М., 2004. С. 20-34;



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.