авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 15 |

«МИНОБРНАУКИ РОССИИ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Ухтинский государственный технический университет ...»

-- [ Страница 3 ] --

В числе ярких примеров экспрессивного синтаксиса следует назвать различные способы нарушения замкнутости предложения. Прежде всего, это смещение синтаксической конст рукции: конец предложения дается в ином синтаксическом плане, чем нача-ло: «Сходил ку да-то, посидел, пообщался, место поменял, на другое мозги перевел – чем не отдых?» (газета «Альма-матер», № 5 (57)).

Возможна также незавершенность фразы, на что указывает авторская пунктуация: как правило, это многоточие: «Напишу, но не знаю откуда…» (газета «Альма-матер», № 10-11 (34)).

Пунктуация позволяет автору передать прерывистость речи, неожиданные паузы, от ражающие душевное волнение говорящего:

«Тут даже сам великий комбинатор Проблему не рискнул бы разрешить… … А может просто взять эвакуатор И в храм науки путь освободить?» (отрывок из стихотворения Б. Духовского, газета «По литехник», № 3 (945)).

Эллипсис – это умышленный пропуск какого-либо подразумевающегося члена пред ложения. Использование этой фигуры придает высказыванию художественную вырази тельность, динамичность, передает интонацию живой речи. Пропускают чаще главные члены предложения, чаще всего сказуемое, от этого создается впечатление поспешности, быстроты, готовности: «В этом году, представляя высокого гостя коллективу вуза ректор УГТУ Нико лай Денисович Цхадая обратил внимание на замечательное стечение круглых дат, сопутст вующие визиту президента компании «ЛУКОЙЛ»: республика отмечает 80-летие своей нефтяной промышленности;

Ухта, родина первой российской нефти – собственный восьми десятый день рождения;

компания «ЛУКОЙЛ» – десятилетие работы в Тимано-Печоре;

УГТУ – десятилетие присвоения университетского статуса.» (газета «Альма-матер», № (72)). Пропуск сказуемого придает речи особый динамизм и экспрессию.

Для интонационного и логического подчеркивания выделяемых предметов используется выразительная стилистическая фигура – многосоюзие (полисиндетон). Повторяются обычно сочинительные, соединительные союзы «и», «ни»: «Мы тоже много чужих стихов знаем. И Пушкина знаем, и Есенина… и Окуджаву» (газета «Альма-матер» № 4 (30)).

Кроме того, часто используется бессоюзие. Пропуск союзов также может быть про диктован требованиями ритма.

Использование бессоюзной связи приводит к тому, что синтаксическая цельность сложно го единства оказывается выраженной соотношением основных конструктивных единиц и ритмомелодическими средствами, что придает речи большую сжатость, компактность и час то динамичность.

Инверсия – стилистический прием, состоящий в намеренном изменении обычного поряд ка слов с целью эмоционального, смыслового выделения какой-либо части высказывания.

Инверсия является сильным стилистическим средством создания эмфатической интонации.

Если прямой порядок слов, как правило, не имеет стилистического значения, то инверсион ный – всегда стилистически значим.

Инверсия возможна лишь в экспрессивной речи. Этот стилистический прием используют не только писатели, но и публицисты. В научном и официально-деловом стилях, как прави ло, порядок слов не используется в экспрессивной функции и потому инверсия не может быть оправдана. Большинство предложений в научной речи начинается не с подлежащего, а с обстоятельства. Конструкции с препозицией или постпозицией подлежащего выбирают, учитывая характер изложения материала. В официально-деловом стиле подлежащее, как правило, препозитивно, что способствует предельной ясности формулировок, служит дости жению единообразия в изложении, стандартизации языко-вых средств, характерной для официально-делового стиля.

Также к синтаксическим средствам создания экспрессии относят обращения, вводные конструкции, прямую, несобственно-прямую речь, многие односоставные и неполные пред ложения и другие.

ЛЕКСИЧЕСКИЕ И ГРАММАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РАЗГОВОРНОГО СТИЛЯ НА ПРИМЕРЕ РЕЧИ ПЕРСОНАЖЕЙ ПОВЕСТИ С. КАЛЕДИНА «СМИРЕННОЕ КЛАДБИЩЕ»

Чусов Р.А.

Научный руководитель Тюрина А.А.

(Ухтинский государственный технический университет) Целью работы является определение лексических и грамматических особенностей разго ворного стиля речи на примере повести С. Каледина «Смиренное кладбище».

Разговорный стиль как одна из разновидностей литературного языка обслуживает сферу непринужденного общения людей в быту, в семье, а также сферу неофициальных отношений на производстве, в учреждениях и т.д. И на примере повести «Смиренное кладбище» мы по пытаемся выяснить, как употребляется разговорный стиль в речи.

Разговорный стиль выполняет основную функцию языка - функцию общения, его на значение - непосредственная передача информации преимущественно в устной форме (исклю чение составляют частные письма, записки, дневниковые записи). Языковые черты разговор ного стиля определяют особые условия его функционирования: неофициальность, непринужденность и экспрессивность речевого общения, отсутствие предварительного отбора языковых средств, автоматизм речи, обыденность содержания и диалогическая форма. Боль шое влияние на разговорный стиль оказывает ситуация - реальная, предметная обстановка ре чи. Это позволяет предельно сокращать высказывание, в котором могут отсутствовать отдельные компоненты, что, однако, не мешает правильно воспринимать разговорные фразы.

В повседневном общении реализуется конкретный, ассоциативный способ мышления и непо средственный, экспрессивный характер выражения. Отсюда неупорядоченность, фрагментар ность речевых форм и эмоциональность стиля. Как и любой стиль, разговорный имеет свою особую сферу применения, определенную тематику. Чаще всего предметом разговора стано вятся погода, здоровье, новости, какие-либо интересные события, покупки, цены... Возможно, конечно, и обсужде-ние политической обстановки, научных достижений, новостей в культур ной жизни, но и эти темы подчиняются правилам разговорного стиля, его синтаксическому строю, хотя в подобных случаях лексика разговоров обогащается книжными словами, терми нами. Для непринужденной беседы необходимым условием является отсутствие официально сти, доверительные, свободные отношения между участниками диалога или полилога.





Установка на естественное, неподготовленное общение определяет отношение говорящих к языковым средствам. В разговорном стиле, для которого устная форма является исконной, важнейшую роль играет звуковая сторона речи, и прежде всего интонация: именно она (во взаимодействии со своеобразным синтаксисом) создает впечатление разговорности. Неприну жденная речь отличается резкими повышениями и понижениями тона, удлинением, «растяги ванием» гласных, скандированием слогов, паузами, изменениями темпа речи.[3] По звучанию можно легко отличить полный (академический, строгий) стиль произношения, присущий лек тору, оратору, профессиональному диктору, вещающему по радио (все они далеки от разго ворного стиля, их тексты представляют собой иные книжные стили в устной форме речи), от неполного, свойственного разговор-ной речи. В нем отмечается менее отчетливое произноше ние звуков, их сокращение (редукция). Например: Петрович, Жора, Гарик, и т.д.. Меньшая на пряженность органов речи приводит к изменениям качества звуков и даже порой к их полному исчезновению («здрасьте», а не здравствуйте, не говорит, а «грит», не теперь, а «терь», вместо будем слышится «буим», вместо что - «чо» и т.д.). Особенно заметно такое «упрощение» ор фоэпических норм в нелитературных формах разговорного стиля, в просторечии. В радио- и тележурналистике особые правила произношения и интонации. С одной стороны, в импрови зированных, не подготовленных текстах закономерно и естественно следование произноси тельным нормам разговорного стиля, однако не просторечным вариантам, а нейтральным. В то же время высокая культура речи говорящего требует точности произнесения слов, постановки ударений, выразительности интонационного рисунка речи.

Лексика разговорного стиля делится на две большие группы: 1) общеупотребительные слова 2) разговорные слова. Не исключено также употребление просторечных слов, профес сионализмов, диалектизмов, жаргонизмов, то есть разнообразных внелитературных элемен тов, снижающих стиль. Вся эта лексика преимущественно бытового содержания, конкретная.

В то же время весьма узок круг книжных слов, отвлеченной лексики, терминов и малоизве стных заимствований. Показательна активность экспрессивно-эмоциональной лексики (фа мильярной, ласкательной, неодобрительной, иронической). Оценочная лексика обычно имеет здесь сниженную окраску. Особое место в разговорной лексике занимают слова с самым об щим или неопределенным значением, которое конкретизируется в ситуации: вещь, штука, дело, история. К ним близки «пустые» слова, обретающие определенное значение лишь в контексте (примеров нет).

Разговорный стиль богат фразеологией. Большинство русских фразеологизмов носят именно разговорный характер (рукой подать, нежданно-негаданно, как с гуся вода и др. Разговорные и просторечные фразеологизмы придают речи яркую образность;

от книжных и нейтральных фра зеологизмов они отличаются не значением, а особой выразительностью и сниженностыо. Срав ним: уйти из жизни - сыграть в ящик, вводить в заблуждение – Прикурил сигарету, психуешь больше, поплевал на левую ладонь. Слово-образование разговорной речи характеризуют черты, обусловленные ее экспрессивностью и оценочностью: здесь употребительны суффиксы субъек тивной оценки со значениями ласкательности, неодобрения,[2] увеличительности и др., а также суффиксы с функциональной окраской разговорности, например у существительных: суффиксы к- (могилка, сигаретка);

-ик (ножик,);

(у существительных женского рода названий профессий).

Используются бессуффиксальные образования (храп), словосложения (лежебока, пустозвон).

Можно указать и наиболее активные случаи словообразования прилагательных оценочного значе ния. В области морфологии разговорный стиль выделяется особой частотой глаголов, они здесь употребляются даже чаще, чем существительные. Показательно и особенно частое использование личных и указательных местоимений. Как замечает профессор Г.Я. Солганик, «личные местоиме ния широко употребительны из-за постоянной необходимости обозначать участников» разговора.

«Любой диалог (а это основная форма разговорной речи) предполагает я - говорящего, ты - вну шающего, который попеременно берет на себя роль говорящего, и он - того, кто непосредственно не участвует в беседе. В формулу я - ты - он можно вложить любое содержание. Указательные же местоимения и другие нужны разговорному стилю благодаря свойственной им широте, обобщен ности значения. Их конкретизирует жест, и это создает условия для весьма сжатой передачи той или иной информации (например: Это не здесь, а там). В отличие от других стилей только разго ворный допускает употребление местоимения в сопровождении жеста без предварительного упо минания конкретного слова (Я это не возьму;

Такой мне не подходит). Из прилагательных в разговорной речи находят применение притяжательные (примеров нет), зато краткие формы ис пользуются редко. Совсем не встречаются здесь причастия и деепричастия, а для частиц и междо метий разговорная речь - родная стихия (примеров нет).

В разговорном стиле отдается предпочтение вариантным формам существительных (прмеров нет), числительных (пятидесятъю, пятистами), глаголов (прмеров нет). В живой беседе часто встречаются усеченные формы глаголов, имеющие значение мгновенного и не ожиданного действия. Используются разговорные формы степеней сравнения прилагатель ных (получше, покороче, труднее всех), наречий (поскорей, поудобней, вероятней всего) и варианты окончаний местоимений (саму хозяйку, в ихнем доме). Даже просторечные формы здесь встречаются в шутливых контекстах. В разговорной речи закрепились нулевые окон чания в родительном падеже множественного числа таких существительных, как килограмм, грамм, т.п. Под действием закона экономии речевых средств разговорный стиль допускает употребление вещественных существительных в сочетании с числительными. Здесь обычны своеобразные формы обращений - усеченные существительные: Эй ты! Не менее самобытна разговорная речь и в распределении падежных форм: здесь господствует именительный, ко торый в устных репликах заменя-ет книжные управляемые формы, (примеров нет).[2] Син таксис разговорной речи весьма своеобразен, что обусловлено ее устной формой и яркой экспрессией. Здесь господствуют простые предложения, чаще неполные, самой разнообраз ной структуры (определенно-личные, неопределенно-личные, безличные и другие) и пре дельно короткие. Ситуация восполняет пропуски в речи, которая вполне понятна говорящим:

(примеров нет). В устной речи мы часто не называем предмет, а описываем его: В шляпе здесь не проходила? Они любят смотреть до шестнадцати (имеются в виду фильмы). В ре зультате неподготовленности речи в ней возникают присоединительные конструкции: Надо ехать. В Санкт-Петербург. На конференцию. Такое дробление фразы объясняется тем, что мысль развивается ассоциативно, говорящий словно припоминает подробности и дополняет высказывание. Сложные предложения не характерны для разговорной речи, чаще других употребляются бессоюзные: Уеду - тебе будет легче;

Ты говори, я слушаю. Некоторые бес союзные конструкции разговорного типа не сопоставимы ни с какими «нижними фразами.

Например: А там что, богатый выбор или вы не были?;

А к следующему разу, чтоб, пожа луйста, и этот урок и прошлый. Необычен и порядок слов в живой речи: на первое место ста вится, как правило, самое важное в сообщении слово: Компьютер мне купи;

Валютой расплатился;

Всего ужаснее это то, что ничего уже нельзя сделать;

Дворцовая площадь, вы ходите?;

Вот эти качества я и ценю. При этом иногда переплетаются части сложного пред ложения (главное и придаточное): Я и так воды не знаю где достать;

И голод знаю, и что такое холод;

Вы спрашиваете о ней и что я сделал? Как замечает профессор Н.С. Валгина, «контаминировать могут простые и сложные предложения, когда придаточные включаются в состав простого предложения в качестве его членов». Например: Литература - это когда чи татель столь же талантлив, как и писатель (C.Каледин);

Киж-озеро - это где раньше рыбаки семь лет рыбу ловили, а другие семь лет на том же месте траву косили. Придаточные вклю чаются в перечисленный ряд однородных членов простого предложения (Вы спрашиваете про ваши лица и что я заметил в них. Для типичных разговорных сложных предложений ха рактерно ос-лабление функции придаточного, слияние его с главным, структурная редукция:

Ты могла бы поговорить о чем захотела;

Будешь работать с кем прикажут;

Зови кого хо чешь;

Живу как придется. В ряде разговорных типов предложений могут совмещаться во просно-ответные построения и отражаться структурные черты диалогической речи, напри мер: Кого я уважаю на курсе, так это Иванова;

Кто мне нужен, так это ты. [3] Следует отметить и такие черты разговорного синтаксиса:

• Употребление местоимения, дублирующего подлежащее: Воробей, он припомнил бу тылку коньяка.

• Вынесение в начало предложения важного по смыслу слова из придаточной части:

Хлеб я люблю, чтоб всегда свежий.

• Употребление слов-предложений: Ладно;

Ясно;

Можно;

Да;

Нет;

Отчего же? Ко нечно! Еще бы! Ну да! Да нет! Возможно.

• Использование вставных конструкций, вносящих добавочные, дополнительные сведе ния, поясняющих главное сообщение: (примеров нет) • Активность вводных слов: может быть, кажется, к счастью, как говорится, так сказать, скажем так, знаете.

• Широкое распространение лексических повторов: Так-так, вот-вот, еле-еле, далеко далеко, быстро-быстро и т.п.

Он может служить убедительным доказательством того, что стилистическая норма принципи ально отличается от литературной. Каждый из функциональных стилей выработал свои собствен ные нормы, с которыми следует считаться. Это не значит, что разговорная речь всегда вступает в противоречие с литературными языковыми правилами. Отступления от нормы могут колебаться в зависимости от внутристилевого расслоения разговорного стиля. В нем есть разновидности сни женной, грубой речи, просторечие, впитавшее влияние местных говоров, и т.д. Но разговорная речь интеллигентных, образованных людей вполне литературна, и в то же время она резко отлича ется от книжной, связанной строгими нормами других функциональных стилей.

Литература 1) Русский язык и культура речи: Учебное пособие для вузов/ Л.А. Введенская, Л.Г. Пав лова, Е.Ю. Кашаева. Ростов н/Д: Феникс, 2005.-544 с.

2) URL: http://hi-edu.ru 3) URL: http://www.stilistika.by.ru 4) URL: http://dofa.ru ИСТОРИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОМОНИМОВ И СМЕЖНЫХ С НИМИ ЯВЛЕНИЙ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ Юодснуките И.Ж.

Научный руководитель Тюрина А.А.

(Ухтинский государственный технический университет) Для начала разберемся, что же такое омонимы?! Омонимы – слова, звучащие одинаково, но отличающиеся по своему значению. Например: слово «ключ» может обозначать: ключ от замка, гаечный ключ, родник (ключевая вода) и т.п. Омонимы бывают полные, т.е. совпадают как в произношении, так и в написании, к примеру: «коса», «рукав». А также частичные, которые сов падают только по произношению. Например: «поколочу» и «по калачу». На других уровнях языка выделяют явления, смежные с омонимией: 1) омоформы – разные слова, совпадающие в одной или нескольких формах, к примеру: существительное "печь" (печи, печью) и глагол "печь" (пеку, печешь);

2) омофоны – слова, звучащие одинаково, но пишущиеся по-разному. На пример: «поласкать собаку» и «полоскать белье»;

3) омографы – слова, звучащие по-разному, но пишущиеся одинаково. К примеру, «замок» на двери и старый «замок».

Омонимы широко применялись во Франции еще в XVIII веке при составлении каламбуров. В Германии использовались как стихотворения. На русском языке омоним впервые появился в году (журнал «Благонамеренный»). Чтобы доказать их использование на примерах, обратимся к творчеству А. С. Пушкина, Д. Д. Минаева, Я. Козловского, В. Маяковского, и др.

А. С. Пушкин использовал омонимические рифмы как средство своеобразной звуковой игры:

- Вы, щенки! За мной ступайте Будет вам по калачу, Да смотрите ж, не болтайте, А не то поколочу!

Здесь используются омофоны ( по калачу – существительное, означающее белый круглый хлеб, поколочу – глагол, означающий побить кого-либо).

Снег сказал:

- Когда я стаю, Станет речка голубей, Потечет, качая стаю Отраженных голубей (Яков Козловский).

В данном случае – омоформия (стаю от таять – стаять и стаю – дат. пад. существи тельного стая, голубей – сравнительная степень прилагательного голубой и голубей – род.

пад. мн. числа существительного голуби ).

Нес медведь, шагая к рынку, На продажу меду кринку.

Вдруг на мишку – вот напасть! – Осы вздумали напасть.

Мишка с армией осиной Дрался вырванной осиной.

Мог ли в ярость он не впасть, Если осы лезли в пасть.

Жалили куда попало, Им за это и попало. (Яков Козловский).

Здесь – омофоны и омоформы ( к рынку – базар, кринку от крынку – глиняный сосуд, напасть – существительное, означает беду, напасть – глагол, означает нападение, разбой, осиной – прилага тельное, армия из ос, осиной – существительное, вид лиственного дерева, впасть – глагол, озна чающий впадать в какое-либо состояние, в пасть – существительное, означающее рот зверя, попало в значении попасть в разные места, попало в значении получить по заслугам).

Использование омонимических рифм тем более было оправдано в юмористических и са тирических жанрах:

С нею я дошёл до сада И прошла моя досада, И теперь я весь алею, Вспомнив тёмную аллею.(Дмитрий Минаев).

Что пробуждается народ, Сейчас дают ему уставы, Кричат: «Закройте-ка уста вы!»

И вмиг кладут печать на рот.(К.М. Фофанов) В данном случае используются омоформы (до сада – означает некий участок с уса женными деревьями, досада – отчаяние, алею, значит, менять цвет лица – оттенок красного, глагол, аллею – существительное, дорога, обсаженная по обеим сторонам деревьями (иногда и в сочетании с кустарниками), народ – масса людей, на рот – человеческий орган, уставы – правила поведения, уста вы – вы выступает как подлежащее, выраженное личным местоиме нием второго лица множественного числа, уста – рот).

В XX веке мастером каламбуров являлся в своих стихах Владимир Маяковский. Примеры:

Бочки коньяку лакал, Нынче сдох от скуки ж, И теперь из кулака Стал я просто кукиш (из книги рисунков «Герои и жертвы революции»);

…Пора эту сволочь сволочь, Со стен Китая кидая (стихотворение «Прочь руки от Китая»), и т. п.

В первом случае – омофоны (скуки ж – кукиш), во втором – омографы (поступить как сво лочь – сволочь конфету), в третьем – омофоны (Китая – кидая).

Удачное сопоставление созвучных форм, их обыгрывание в речи вызывало живой ин терес. Они нередко придавали стихотворению особую занимательность, и служили для выра зительности и экспрессии речи:

Ты белых лебедей кормила, Откинув тяжесть черных кос...

Я рядом плыл;

сошлись кормила, Закатный луч был страшно кос.

Вдруг лебедей метнулась пара...

Не знаю, чья была вина...

Закат замлел за дымкой пара, Алея, как поток вина (В. Я. Брюсов);

Здесь – омоформы (кормила в первом случае – глагол, во втором – существительное, означаю щее людей, которые кормят, кос – имеется ввиду заплетенные в косу волосы, существительное, кос – от косой, краткое прилагательное, означает кривой, вина – проступок, вина – напиток).

В то же время намеренное столкновение омонимов всегда было незаменимым средством остроумной игры слов. Еще Козьма Прутков писал: Приятно поласкать дитя или собаку, но всего необходимее полоскать рот. Подобные же омофоны обыгрываются в народных шут ках: Я в лес, и он влез, я за вяз, а он завяз (Даль);

Не под дождем - постоим да подождем.

Также омонимы использовал и В.Высоцкий в своих песнях. Например, Если я богат, как царь морской, Крикни только мне: Лови блесну!

Мир подводный и надводный свой, Не задумываясь, выплесну!

Дом хрустальный на горе для неё.

Сам, как пёс бы, так и рос в цепи.

Родники мои серебряные, Золотые мои россыпи!

Пример омоформ (блесну – плесну, рос в цепи – россыпи).

Всем знакомая фраза Юрия Энтина, использованная в мультфильме «Бременские му зыканты», : «Ох, рано встаёт охрана» - (омоформы).

В современном русском языке зафиксировано значительное количество слов-омонимов, причем с развитием языка их становиться больше. Омонимы принадлежат к разным сферам употребления и обладают неоднозначной экспрессивной окраской, различной функцио нальной отнесенностью. В повседневной жизни мы не обходимся без омонимов. Даже по телевизору мы можем услышать при комментировании футбольного матча такое: «Сегодня футболисты покинули поле без голов». В данном случае – омограф. Зритель, воспринимая информацию на слух, может не сразу понять суть данного высказывания. Ведь без голов можно воспринять как без головы, т.е. либо в прямом значении, но это было бы глупо, либо ничего не соображая, не понимая. На самом же деле комментатор хочет сказать о том, что матч окончился вничью, ни одного гола ни с одной, ни с другой команды забито не было.

Или вот еще пример: «На экране телевизора вы видите Гаврилова в красивой комбинации».

Дело в том, что слово комбинация также относиться к омографам. Под этим словом пони мают как совокупность приёмов для осуществления сложного замысла, так и предмет жен ского белья (сорочка). Но с учетом того, что комментатор произносит фамилию мужчины, то второе понимание слова комбинация немыслимо. Поэтому в таких случаях важную роль играет контекст. «Я не умею рисовать ключ. Помоги мне, пожалуйста» - сказала девочка семи лет. Слово ключ – омограф. Под ключом понимают и гаечный ключ, и ключ от замка, и ключ, бьющий из земли и т.п. Оказалось, что девочка говорила о скрипичном ключе, ко торый она хотела научиться нарисовать на нотном стане. «Покажите мне ваш бокс, пожа луйста» - сказала практикантка. Слово бокс также является омографом. Под ним принято понимать кулачный бой. Но дело в том, что существуют и другие понятия этого слова. Это и мужская прическа, и чугунная коробка с медной втулкой, это и «хромовая кожа», это и изолированная палата в больнице. Практикантка была уже образованной медсестрой, по этому шла речь о последнем.

В языке омонимы появляются в результате: а) заимствования слов из других языков (1)кок — «вид прически» (от французского «coq») и 2)кок — «повар на судне» (от голланд ского «kok»);

б) превращения одного из лексических значений многозначного слова в са мостоятельное слово (1)коса — «вид прически», 2)коса — «отмель», 3)коса — «сельскохозяйственное орудие»);

в) словообразования (1)посол — «должность диплома та», 2)посол — «соление чего-либо»).

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РАССКАЗА Б.В. ШЕРГИНА «МИТИНА ЛЮБОВЬ»

Якупова А.А.

Научный руководитель Тюрина А.А.

(Ухтинский государственный технический университет) Актуальность данной темы объясняется тем, что проблема интертекстуальности - одна из наиболее интересных и сложных в современной филологии. Мы попытались ответить на во прос: что такое «интертекстуальный анализ» - и пришли к выводу, что однозначного опреде ления данного термина нет. Многие исследователи ограничивают интертекстуальный анализ только изучением реминисценций в авторском тексте. Но это является лишь частью интер текстуального анализа. В результате аналитической работы оформилось рабочее определе ние термина «интертекстуальный анализ», исходя из которого рассказ «Митина любовь» был проанализирован:

в историческом контексте (исторический контекст – это отражение конкретной исто рической эпохи в художественном тексте, что помогает понять и авторский замысел, и ав торскую позицию, и проблематику);

в биографическом контексте (биографический контекст это отражение личной судьбы автора в художественном тексте);

в литературном контексте (литературный контекст – это отражение в произведении особенностей литературного на правления, диалог с другими авторами, с другими художественными текстами);

в авторском контексте (авторский контекст – это связь данного произведения с другими художественны ми текстами этого же автора);

в языковом контексте (языковой контекст – это особенности языка художественного текста, связь его с лингвистиче-ской ситуацией того периода, той эпохи, когда создавалось произведение).

На основе интертекстуального анализа были сделаны следующие наблюдения:

1) Судьба каждого писателя всегда неразрывно связана с историей его родины, именно поэтому в оценке произведения не следует забывать о необходимости исторического подхо да к анализу литературного текста. Советское государство в 20-е годы ХХ века переживало очень трудный период. В стране нарастал экономический, а как следствие, и социальный кризис, поэтому в городах начинались забастовки рабочих, восстания крестьян. Осенью года из России было выслано 160 ученых и деятелей культуры, не разделявших большевист скую доктрину (так называемый «философский пароход»). Советское правительство также нанесло удар по русской православной церкви и поставило ее под свой контроль. В 1924 го ду к власти пришел И. В. Сталин, параллельно с формированием тоталитарного режима, ко гда все сферы общественной жизни находятся под строгим контролем государства, разворачивалась борьба с инакомыслием. Шергин был против таких серьезных потрясений в жизни общества, для него была неприемлема антирелигиозная направленность советской власти, поскольку сам писатель был глубоко верующим человеком. Подчас грубо дискреди тировались духовная и эстетическая культура народного прошлого, модным было говорить и писать, например, о фольклоре как о пережиточном моменте наследства старой русской де ревни. Самые главный вывод, который можно сделать из того, какая действительность окру жала Шергина, следующий: очень многие события тех лет могли сильно повлиять на характер рассказов Шергина, сделать их скучными, грустными, а может, и слишком навязчи во-воспевающими правление «великих» вождей.…Но никаких пессимистических настрое ний в произведениях писателя нельзя обнаружить, он попросту не давал никогда себе такого права. И «Митина любовь» не исключение. Это произведение со счастливым концом.

2) Каждый писатель неоднократно использует в произведениях выражения, взятые из соб ственных художественных текстов. Мы изучили другие произведения Б. В. Шергина и попы тались отыскать в текстах выражения, которые писатель использовал в рассказе «Митина любовь». В данном художественном тексте не раз встречаются слова с корнем «весел»

(«Старушка развеселила», «В день моего веселья не плачь!»), как практически и в каждом произведении писателя («С весельем я у этой шхуны работал», «Дует веселый свист», «Мам ка заходит резво, глядит весело», «Тем не тяготится, но веселится», «Когда-то я записывал только то, что рождалось в голове «от веселья сердечного»). Можно с уверенностью сказать, что «веселье» было любимым словом в богатом словаре Б.Шергина. Даже названия расска зов носили в себе это бодрое словечко: «Егор увеселялся морем», «Для увеселения». Важно понять, как эта деталь характеризует самого писателя, а возможно, и его героя. Ответ на это вопрос можно найти, если обратиться к заветам отца писателя, который наказывал сыну ни когда не печалиться. «Веселье» в данном случае является антонимом по отношению к слову «печаль».

И на самом деле (что подтверждают воспоминания), Шергин никогда не печалил ся, равно, как и сам Митя, главный герой рассказа. Следующее слово, на которое мы обрати ли внимание в рассказе «Митина любовь» и которое потом нашли в других произведениях, слово «жемчужина» («Нет, моя жемчужина сюда не закатилась».) «Золото с золотом свилося, жемчужина с другою скатилась!», «А разве не прекрасны серые шелковые одежды, притом шитые жемчугом?», «Промышляю словесный жемчуг «по морям и по волнам», на паро ходах и на шхунах, по пристаням и по берегам песенных рек нашего Севера…». Много кратное использование данного слова обусловлено, на наш взгляд, следующим: жемчужина – это частичка моря, столь любимого Шергиным, само слово напоминает писателю об этой стихии. («Струящие жемчужное сияние небо и море…как створы перламутровой необъятной раковины…») Можно сделать вывод о том, что автор называет героиню Машеньку жемчу жиной любя, именно таким образом он дает ей свою оценку. Не менее важное выражение, которое мы обнаружили, это выражение - «Дни, как гуси пролетают». Как утверждает близ кий друг Шергина Юрий Коваль, «он очень любил эту фразу... во многих, многих его расска зах снова встречаемся мы с ней – и тронет душу печаль, которую Борис Викторович называл «весельем сердечным». [3,45] Мы нашли эту фразу в нескольких произведениях: «Дни – день за днем в работе – как гуси, пролетают», «А дни, как гуси, пролетают», «Годы жизни были словно гуси: летели, звали, устремлялись». Повторение этих и других подобных выражений во многих произведениях Б.Шергина говорит о неизменности светлого, гармоничного миро ощущения писателя.

3) Борис Шергин заимствует название, вероятно, одного из самых знаменитых рассказов Бунина, предупреждая читательские ассоциации. Чего же ожидать? Новой версии рассказа о любви — трагедии, падении и смерти? Однако вскоре становится очевидным, что рассказ «Митина любовь» Бунина — не является прототипом «Митиной любви» Шергина. В отли чие от рассказа Бунина, «Митина любовь» Шергина имеет счастливый конец. Сюжет этого рассказа очень незамысловат: история взаимоотношений теперь уже не Кати и Мити, а Мити и Марьи Ивановны Кярстен напоминает русскую народную сказку: двое, он и она, встреча ются в театре, вместе смотрят «Грозу» Островского, обмениваются незначительными фраза ми. Мите кажется, что уже и счастье совместное не за горами. Но вот наступает кульминационный момент: «Ведь я замужем…», - произносит Машенька. [6,182] Далее сю жет развивается по всем законам волшебной сказки. Митя клянется забыть несчастную лю бовь, но тщетно. И тут у Маши Кярстен умирает муж – «До краю допил…» - сообщает Смывалиха, вдова, у которой остановился Митя. [6,182] Митя отправляется на поиски, каза лось бы, уже потерянного счастья. И вот она, награда за упорство: случайная, сказочная встреча героя с Машенькой. Нашел Митя свою любовь, и жили они долго и счастливо! Сча стливый финал – как и полагается в сказке. Содержание «Митиной любви» И. А. Бунина так же, как и содержание рассказа Шергина, незатейное. Митя (Митрий Палыч) – студент, глав ный герой повести: «худой, нескладный, рот большой», [1,284] за рот-то и полюбила его Ка тя, да за красивые византийские глаза. Любить-то любила, а все уходила от него в театр. В другую, противную Мите жизнь. Не выдержал Митя, уехал на время в деревню. Катя раз на писала, и все…Митя изменил Кате с Аленкой. Получил письмо: Катя уезжает с директором (читай, с любовником). Митя заплакал тихо, «раскрыл рот и с силой, с наслаждением вы стрелил». [1,338] Нерадостный итог. Настоящая жизненная драма.

Рассказы, в чем-то похожие, противоположны по своему звучанию, настроению.

Сходства мы увидели в следующем:

Во-первых, название. Еще одна общая деталь – время создания. И то, и другое произ ведение были написаны в 1924-1925 гг. По-видимому, после выхода в свет рассказа И. А. Бунина «Митина любовь» Шергин написал свою версию «Митиной любви», не менее удачную.

И у бунинского, и у шергинского Мити есть реальный прототип.

Бунин указывал, что “воспользовался историей "падения" своего племянника. В. Н. Му ромцева-Бунина называет фамилию прототипа: "...тронут юный роман Николая Алексеевича (Пушешникова, племянника Бунина), но внешность взята с... брата, Пети".[1, 10] Шергин в разговоре с Юрием Ковалем упомянул, что у героя «Митиной любви» есть про тотип. “Это был Дмитрий Иванович Селютин, он жил в пригороде Архангельска и был бри гадиром на кораблестроительной верфи. Я слышал его рассказ целиком всего один раз».

Однако на этом сходства заканчиваются.

В чем же кроются различия?

В творчестве двух писателей – Бунина и Шергина – прослеживается общая тема – тема любви. Вполне может быть, что Шергин как раз и не согласен с Буниным в понимании люб ви и своим рассказом объясняет, что значит это чувство для него самого. Попытаемся по нять, как каждый писатель относится к любви.

Любовь для Бунина – величайшее счастье, дарованное человеку. Но над ней висит веч ный рок. Любовь для писателя связана с трагизмом, счастливого финала у настоящей любви не бывает, потому что за мгновения любви приходится платить. Бунин считал, что окру жающая среда отрицательно влияет на отношения влюбленных, тем самым опошляя это светлое чувство. Так, в рассказе Бунина любовь Мити к Кате натолкнулась на преграду. Те атр, который значил для Кати больше, чем Митя.

Любовь у Шергина – это жизнь, жизнь повседневная, и потому каждый прожитый миг на полнен радостью, озарен светом этой любви. Эта любовь опирается на чистоту отношений как в физическом, так и нравственном плане. В этой любви нет места страданиям. Для ис тинной любви не существует никаких преград. («Потеряю ее, буду пить, в карты играть! – Не дичай! Праведная любовь не потеряется»). [6,184].

Можно предположить, что разную позицию писатели занимают не только по отношению к любви, но и по отношению к природе, к ее месту в жизни человека.

Для Бунина характерен особый способ изображения природы и духовных переживаний человека путем контрастного сопоставления их друг с другом.

Для Шергина, в свою очередь, природа – это праздник для души. В любом произведении писателя можно найти изумительные описания северной природы, писатель поэтизирует родную природу, придает ей величественный оттенок. Для него природа – живая материя, которая помогает человеку справляться с житейскими трудностями («Веселье какое-то дает природа!»). [6,320] Даже главным творческим принципом его были слова: «Поючи держи в уме студено северно море, архангельски текучи дожжи и светлые туманы» [6,358] Картины природы в бунинском произведении предстают перед нами увиденными глазами героев, прошедшими через их души и сердца. Малейшее колебание настроения отражается в окружающем пейзаже. «Митя … глянул на…крышку гроба, обитую золотой парчой, - и вдруг почувствовал: в мире смерть! Она была во всем: в солнечном свете, в весенней траве на дворе, в небе, в саду…». Обычно весна ассоциируется с возрождением, но мимо бунин ского героя только что прошествовала смерть, и даже весна стала какой-то не такой: «…все преобразилось как бы от близости конца мира, и жалка, горестна стала прелесть весны, ее вечной юности». [1, 306] Таким образом, мы видим зависимость восприятия окружающей природы от состояния человека.

А что же есть весна для шергинского Мити? «Пришла весна-красна, с летичком теплым, с праздничком майским», герой радуется приходу весны.

Проследим, в какое время у Мити зародилось чувство к Кате. Это было в начале декабря, так же, как и у Мити к Маше, зимой, девятого марта же, то есть в самом начале весны, был «последний счастливый день» отношений Мити и Кати, а для Мити и Маши весна – пово ротный момент в отношениях, ведь именно весной Митя встретил старуху Смывалиху, кото рая рассказа Мите о смерти Машиного мужа. Шергин очень любил это время года и не раз писал в дневниковых записях об этой своей любви («Я трепетно обожаю предначатие вес ны»). Писатель считал, что весна – время пробуждения не только всей матушки-природы, но и человеческой души («Приуныв, одумался: ведь апрель, весна ведь»).[6,378] В чем же еще Шергин не согласен с Буниным? Немаловажная, на наш взгляд, деталь: те атр. Для Мити Шергина это место стало счастливым, потому, что именно там он по знакомился со своей возлюбленной Машенькой, ну а бунинского Митю театр, наоборот, раз лучил с любимой. Катя говорит: «Я все равно даже ради тебя не откажусь от искусства» - то есть, от театральной карьеры, которая должна начаться после окончания ею этой весной ча стной театральной школы. Театральная среда, по мнению Бунина, опошляет светлое чувство.

Шергин, напротив, убежден в обратном («В домашности даже касательство руки предосуди тельно, в театре – близкая доверчивость») и говорит о страсти северян к театру («Хоть ты, Егор, ее в театр сводил!»). [6,275] Еще один важный момент, на который стоит обратить внимание: и с бунинским, и с шергин ским Митей всегда рядом есть девушки, желающие добиться особого расположения у героев. Де ревенские девки, Сонька и Глаша заигрывают с барчуком, поначалу Мите хватает силы отказаться от близкого общения с ними, но деревенский староста за небольшое вознаграждение предлагает Мите поразвлечься, и в конце концов Митя соглашается. Так герой поддался на искушение и из менил своей девушке. Митю Шергина тоже окружают «дамы», но «настоящего раденья» у Мити к ним нет. Все еще ждал свою Машеньку, не мог позабыть – и сберег свою любовь, сохранил вер ность любимой. Шергин показывает нам чистые, непорочные отношения.

Интересные наблюдения мы сделали, сопоставив рассказ Шергина с трагедией Ост ровского «Гроза». Реминисценция из этого произведения очевидна, ведь в театре в день встречи Мити и Маши представляли именно эту пьесу. Кажется, еще один намек на то, что финал рассказа окажется трагическим: будет еще одно самоубийство. Но Шергин разрушает все стереотипы: даже старуха Смывалиха (читай, Кабаниха), сказавшая Мите неверный но мер Машиного дома, не в силах помешать двум любящим сердцам соединиться. Смывалиха это, скорее, пародия на Кабаниху, очень смешная, нелепая!

4) Рассказ «Митина любовь» напоминает читателю русскую народную сказку. Вполне очевидно, что фольклорный сюжет должен быть рассказан соответствующим, народным, языком. Эта задача язык потребовала от Шергина использования формы сказа. «Под сказом я разумею такую форму повествовательной прозы, которая в своей лексике, синтаксисе и под боре интонаций обнаруживает установку на устную речь рассказчика», - писал один из пер вых отечественных исследователей сказа – Б. М. Эйхенбаум. [4,220] Б. В. Шергин, используя в произведении слова из разговорной речи народа, как бы помо гает читателю понять характер главного героя.

В речи Мити можно обнаружить такие особенности разговорной и просторечной лексики:

1) произношение отдельных слов с неправильно употребленным окончанием, замена од ного гласного звука на другой, протяжность звуков:

-взволнованной, пью-ш-ш-шой, капидонами;

2) использование просторечных, подчас бранных глагольных форм слов, которые вос принимаются нами как «неправильные»:

- увидаю, бежу, огрела, шляться 3) употребление прилагательных, образованных путем отсечения конечного гласного от полной формы:

- швейна, новогодни, экипажецка, 4) использование просторечных слов и выражений. В отличие от областных слов они имеют широкое, чаще всего общерусское хождение:

- форс, над экими, в щиблетах, кабыть, расшеперил 5) использование неверно употребленных форм слов дому номер, посте\лю, у ейного (у ее), 6) использование слов с суффиксами субъективной оценки, передающими различные от тенки чувств:

-старушоночка, народушку, за пазушкой, половички, сенцы;

7) повтор корней:

-думы подумать, мукой замучилась;

Мы также обратили внимание на то, как образна речь Мити: яркие метафоричные сравне ния («сватьи налетают, как вороны на утенка», «дни, как гуси, пролетают», «народушку в театре – как тараканов на печи);

эпитеты, будто взятые из русских песен, сказок, и в то же время индивидуально-авторские, необычные, привлекающие внимание («заря поздновечер няя», «вралья редкозубая»).

Изучив теоретический материал о нелогических единицах, мы попытались найти все при веденные в рассказе потенциальные слова. Потенциальное слово – это производное или сложное слово, реально не существующее, но могущее создаться в любой момент в соответ ствии с продуктивными словообразовательными моделями данного языка. [9,275] В результате было обнаружено двадцать шесть таких слов. К ним относятся: взаконе-на, возледворные, высвистнет, гово/ря, гордиянка, домичек, занапрасно, заобиделись, захватил ся, карманец, курняга, летичко, обородател, приведутся, припало, присушили, поздновечер няя, располнилась, расшеперил, редкозубая, скрытница, смехи, увертываю, углаживаю, хилин, часозвоня, шеечка, юк.

Приведенные слова мы оформили в виде таблицы, в которой кратко была обозначена роль потенциальных слов и способ их образования. Но для того чтобы понять, зачем автор вводит в произведение потенциальные слова, мы проанализировали каждое слово в отдельности, по определенной схеме:

-часозвоня Потенциальное слово образовано словосложением: звон + часы Удивительно образно это слово: читатель слышит, ощущает все, что чувствует сам герой.

Например, фраза «часозвоня полночь выколачивает». Мы сразу слышим, как звонят часы, как стучит ночной сторож, слышим стук каблуков редкого прохожего по мостовой. Автор, таким образом, одним словом говорит о многих событиях, явлениях.

В результате проделанной работы мы пришли к следующим выводам:

1) Интертекстуальный анализ предполагает, что к анализу литературного текста надо подходить, имея в виду следующее: любое произведение автора обусловлено его био графией, жизненным опытом, культурой, той исторической обстановкой, в которой раз вивается его творчество и по отношению к которой он, естественно, занимает определенную позицию.

2) Автобиографические рассказы, а также дневник автора дают вполне определенный от вет на вопрос: откуда у писателя возникло очень светлое, народное мировосприятие, вера в разумность этого мира, в любовь. Это началось у него с родителей, с родительской ласки, с родительского слова, с родительского поучения;

с заветов, которые он получил в родитель ском доме.

3) Рассказ «Митина любовь» является в некоторой степени автобиографическим про изведением, поскольку содержит действительные факты из жизни писателя и, самое главное, герои его несут авторский взгляд на мир.

4) Писатель собственным жизненным примером как бы задает героям рассказа «Митина любовь» определенную модель поведения в соответствии с данными самому Шергину на ставлениями отца. Писатель показывает читателям образ идеальной, по его мнению, семьи на основе своей собственной;

5) Писатель сознательно заимствует название известного бунинского рассказа, а так-же проводит аналогию с трагедией «Гроза», стремясь доказать, что в этом мире возможно тор жество искренней, чистой любви, которая не подвластна ни времени, ни обстоятельствам;

6) Главная функция речи в рассказе - показ психологического состояния героев, способ характеристики их эмоционального состояния;

7) Речь персонажа воспроизводит в какой-то степени русскую разговорную речь времени, изображенного в произведении, ее колорит и помогает понять истоки нравственной позиции автора.

Литература 1.Коваль. Ю. Воспоминание о Б. Шергине. М., 2001. – 90с.

2.Шергин Б. В. Изящные мастера. М., 1989. – 430 с.

3. Бунин И. А.. Антоновские яблоки. Повести и рассказы. М., 1985. – 365с.

4. Кузьмина Н.А. Интертекст и его роль в процессах функционирования поэтического языка. М.: Изд.2. – 2004. – 272 с.

5. Страмной А.В. Проблемы неологии в работах отечественных лингвистов. Волгоград, 2005. – 150 с.

СЕКЦИЯ ИСТОРИИ 28-я НЕВЕЛЬСКАЯ КРАСНОЗНАМЕННАЯ СТРЕЛКОВАЯ ДИВИЗИЯ В БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЯХ 1942-начала 1943 гг.

Гончаров А. В., Терентьев Е. В.

Научный руководитель Бубличенко В. Н.

(Ухтинский государственный технический университет) Среди значимых событий в истории нашей страны одно из ведущих мест занимает период Великой Отечественной войны, как составной части Второй мировой. Именно в этот период наши соотечественники, преодолевая неимоверные трудности и совершая массовый героизм, сумели отстоять независимость своей Отчизны от неприятеля. Безусловно, победа в войне связана, прежде всего, с деятельностью бойцов и командиров Красной Армии от рядового до генеральского состава. Однако не стоит забывать, что они являлись составной частью опре деленных воинских формирований – взвода, роты, батальона, полка, дивизии, армии. Поэто му для понимания стратегии победы необходимо подвергать изучению участие в боевых действиях таких подразделений, анализировать их состав, материальное обеспечение, такти ку ведения боя, учитывать другие параметры. Другими словами, действия бойцов и коман диров следует рассматривать с учетом их участия в боевых действиях в составе своих воинских подразделений.

Несмотря на то, что историография Великой Отечественной войны достаточно обширна, проблема анализа боевых действий отдельных воинских формирований в ней отражена в не достаточной степени. В основном изучению подвергались крупные воинские соединения. [1] Возможно ситуация изменится в связи с реализацией проекта Академии исторических наук, который называется «От батальона до армии. Боевой путь». В настоящее время вышло два тома и подготовлен к печати третий.

Из всех воинских формирований Красной Армии для жителей Республики Коми опреде ленный интерес представляет 28-я Невельская Краснознаменная стрелковая дивизия, потому что в ее состав входили их земляки. Об участии этого подразделения в боевых действиях Ве ликой Отечественной войны имеется ряд публикаций. [2] Однако отдельные аспекты про блемы не нашли в них своего подробного освещения и нуждаются в дополнительной конкретизации. Используя новые архивные данные, в докладе предпринята попытка анализа начального боевого использования 28-й стрелковой дивизии, которое проходило на Псков ской земле. [3] Формирование нового подразделения Красной Армии, которое получило наименование 28-я стрелковая дивизия (второго формирования) происходило на основании директивы Ставки Верховного Главнокомандования и по приказу Архангельского военного округа в Котласском районе Архангельской области в период с середины декабря 1941 по начало ап реля 1942 года. Основной состав дивизии состоял из призывников Коми АССР, Архангель ской, Вологодской и Кировской областей. [4] В состав 28-й стрелковой дивизии входило три стрелковых полка (88-й, 144-й, 235-й), один артиллерийский полк (112-й), противотанковый (56-й отд. иптад), зенитный и мино метный дивизионы, саперный батальон, батальон связи, 134-й медсанбат, тыловые части и учреждения, штабные подразделения и формировалась она по штатам военного времени.

Первым командиром дивизии стал полковник Григорий Иванович Шерстнев, комиссаром старший батальонный комиссар Злобин, начальником политотдела - старший батальонный комиссар М. Ф. Губанов.

После завершения комплектования и принятия присяги по приказу Ставки ВГК и согласно распоряжению штаба Архангельского военного округа № М-1/1296 от 6 апреля 1942г. 28-я стрелковая дивизия должна была передислоцироваться в район г. Рыбинска и стать резервом Ставки. Однако в ходе следования к месту нового расположения район сосредоточения под разделения был изменен. Оно было переброшено в г. Андриаполь, где поступило в распоря жение командующего Калининским фронтом (сосредоточение в новом районе продолжалось в период с 20 по 30 апреля 1942г.). Дивизия занималась боевой и политической подготовкой, шло оснащение подразделений материальной частью.

По состоянию на 1 мая 1942г. в дивизии насчитывалось 11087 человек (2355 начсостава, 8732 рядовых), 1880 лошадей, 34 автомашины, 1155 винтовок, 740 автоматов, 10 ручных пу леметов, 76 штук 82-мм минометов, 26 и 12 штук 76-мм и 45-мм пушек соответственно.[5] Следовательно, стрелковым оружием были укомплектованы не все бойцы, ощущался недоста ток транспорта, что свидетельствует о недостаточном снабжения дивизии в период ее продви жения к фронту. Однако буквально в течение следующих месяцев ситуация резко изменяется.


После перехода на основании приказа командующего Калининским фронтом от 18 мая 1942г.

28-й стрелковой дивизии в подчинение 3-й ударной армии она перебрасывается в новый рай он сосредоточения и, совершив 70 километровый марш занимается боевой подготовкой у на селенных пунктов Казаково, Лошаеды, Опапец, расположенных в 15-20 километрах юго западнее г. Торопец. При снижении численного состава дивизии до 10711 человек (по состоя нию на 1 июня 1942г.) значительно увеличилось количество стрелкового оружия: винтовок до 9506 штук, ручных пулеметов до 374 штук, причем появляются станковые. Усилилось мино метно-артиллерийское обеспечение, появились противотанковые ружья. [6] После смены 10 августа 1942г. подразделений 24-й стрелковой дивизии 28-я заняла обо рону на рубеже (иск.) оз. Савинское, Щерганиха, Мокровка, Машкино, оз. Едрица с перед ним краем полосы заграждения на рубеже Шешутино, Решетниково, Данилово, Зимник, Дурневка, Березка. Соседями на флангах у дивизии справа была 31-я стрелковая бригада, а слева 41-я стрелковая дивизия 4-й Ударной армии. Следует обратить внимание, что боевой и численный состав 28-й стрелковой дивизии по сравнению с июнем к 1 августа незначитель но, но снизился. [7] Объяснить такое положение сложно, поскольку подразделение в боевых действиях участия не принимало. Очевидно, это было связано с объективными причинами, но отражения в архивных документах не получило.

Первая боевая операция 28-й стрелковой дивизией выполнялась в период с 23 по 26 авгу ста 1942г. Перед подразделением ставилась задача сломить находящийся перед фронтом со противление 251 пехотного полка противника, который занимал укрепленные рубежи и имел в своем составе до трех артбатарей и семи батарей тяжелых минометов и овладеть опорными пунктами Ступино, Сеньково, Мартьяново. В 5 часов 23 августа 1942г. после 25-минутной артподготовки, когда артиллерия перенесла свой огонь в глубину с целью не допустить под хода резервов врага и подавления его огневых средств советские пехотинцы атаковали пе редний край обороны противника. В ходе ожесточенных боев, длившихся несколько дней, воины 28-й стрелковой овладели населенными пунктами высота Лаптево, Серьково, Печкино и закрепились на достигнутых рубежах. После этого вплоть до второй половины ноября 1942г. подразделение занималось укреплением обороны, боевой и политической подготов кой, вело разведку противника.

В целом задачу, которая была поставлена 28-й стрелковой дивизии командующим 3-й ударной армией, выполнить не удалось. Как указывается в архивных документах, связано это было с недостаточной огневой поддержкой пехоты артиллерией (перерасход боеприпасов в первый период боя). [8] В связи с этим очевидно следует сделать вывод о недостаточном снабжении отдельных подразделений Красной Армии на данном участке фронта артилле рийскими боеприпасами. Нам сложно судить о масштабах боевых потерь 28-й дивизии в хо де первой боевой операции. Однако сопоставление численного состава подразделения по состоянию на 1 августа и 1 сентября 1942г. свидетельствует, что он снизился с 10408 человек до 9305. [9] Таким образом, убыль составляет 1103 человека. Возможно, часть из них была потеряна в ходе ведения боевых действий в период с 23 по 26 августа.

Как известно с 25 ноября 1942г. силами 3-й ударной армии Калининского фронта при поддержке 3-й воздушной армии начала осуществляться Великолукская наступательная опе рация с целью сковывания германских войск на центральном участке фронта и освобожде ния городов Великие Луки и Новосокольники. Несмотря на то, что 28-я стрелковая дивизия по плану командования должна была действовать на вспомогательном направлении, она приняла самое непосредственное участие в этой операции.

С 25 ноября 1942г. на основании личных указаний командующего 3-й ударной армией 28-я стрелковая дивизия должна была провести операцию с целью овладения опорными пунктами противника Ступино, Сеньково, Мартьяново, Курьяково, Овсянкино, Поречье с целью выхода на рубеж Балаболкина, Мал. Черенка, Зимник.

Перед фронтом дивизии держало оборону до трех пехотных батальонов противника ( охранный, 3 и 5 егерские) усиленные четырьмя артбатареями, семью батареями минометов и до двенадцати шестиствольных минометов, занимавших заранее подготовленные и укреп ленные позиции на рубеже с передним краем Костелево, Ильино, Ступино, Сеньково, Курья ково, Поречье. Противник создал ряд укрепленных узлов сопротивления, которые располагались: Ступино-Сеньково-Мартьяново, Курьяково-Семейкино, Поречье. В Мартья новском узле обороны Ступинская высота была господствующей и находилась примерно в 25 километрах южнее города Великие Луки. Противник крепко держался за нее, потому что она прикрывала не только узел стратегических шоссейных дорог в районе Ступино, но и же лезную дорогу Великие Луки - Невель. В целом Мартьяновский узел обороны прикрывал путь дивизии на город Невель.

В ночь на 25 ноября подразделения 28-й стрелковой дивизии заняли исходное положение.

После полуторачасовой артподготовки в полдень пехотные части дивизии перешли в насту пление, и к 19 часам Ступинская высота (по немецким планам Ступинский бастион) была взята. Как сообщалось в оперсводке № 369 по итогам боевых действий за 25 ноября 1942г. в результате упорного боя 88-й стрелковый полк со штрафной ротой дивизии прорвали оборо ну противника, овладели важными позициями, в том числе Ступино и Ступинской высотой, продолжая вести наступление в направлении Мартьяново. Одновременно с этим учебный батальон оборонял Глумаево, Липняки, Борово, обеспечивая, таким образом, действия диви зии с юга и юго-запада и занял узел сопротивления Ступино, Пасино, выс. 156,7. В ходе боя советские войска потеряли 48 человек убитыми и 95 ранеными, против 92 человек (с учетом двух пленных) у противника. [10] В день перехода дивизии в наступление 235-й стрелковый полк перешел в оперативное подчинение командующего 3-й ударной армии. Перед ним была поставлена задача совмест но со 184 танковой бригадой и 690 иптап контратаковать противника в направлениях: Валь нево-Ступино, Вальнево-Поречье, Вальнево-Усово, Вальнево-Пашки.

Боевые действия 28-й стрелковой дивизии продолжались. В течение 28 ноября 1942г.

235 стрелковый полк, учебный батальон стрелковой дивизии (без одной роты) 184 танковая бригада, преодолевая упорное сопротивление противника, заняли Овсянки, Савино, Ворку лево, Комша. Спустя несколько дней 30 ноября противник силою до пехотной дивизии при поддержке 24 танков, артиллерией и тяжелыми минометами (в том числе шестиствольными) в результате неоднократных атак сумел потеснить боевые порядки на правом фланге диви зии. Наступление противника продолжились 1 декабря. В этот день он силой до пехотной дивизии при поддержке танков и авиации, артиллерии и минометов сумел потеснить 245 стрелковый полк, который понеся большие потери, занял оборону на восточном берегу р.

Ловать на рубеже оз. Комшинское, Бродки, Комша, Бардино, (иск.) Святая Гора, Окуневики и закрепились на этом рубеже.

К 7 декабря 1942г. части 28-й стрелковой дивизии перешли к обороне на рубежах. В том числе 88-й стр. полк: (иск.) высота 129,6, высота 178,3, Мартьяново, Сеньково, (иск.) Соро кино, Пасино, Ступино;

144 стр. полк: Сорокино, Курьяково, Екатерингоф, Решетниково, х. Данилова, оз. Занюсское, оз. Сирото;

учебный батальон занял оборону на рубеже Бол. Че ренка, Балаболкино;

1 и 2/ 235 стрелкового полка занимали рубеж (иск.) высота 168,1, сев.

опушка леса восточнее Горки, (иск.) Горки;

3/235 стрелкового полка на рубеже Бродки, Ха ритоново, Бардино, (иск.) Святая Гора.

На участке учебного батальона до 20 декабря 1942г. противник предпринимал несколько атак силою от пехотной роты до двух батальонов при поддержке танков. Однако все атаки советскими бойцами были отбиты. Враг понес значительные потери.

Перейдя к обороне, части 28-й стрелковой дивизии своими боевыми действиями и час тичными атаками отдельных подразделений создали угрозу окружения противника. В ре зультате этого в ночь с 24 на 25 декабря при преследовании наших частей отошел на западный берег р. Ловать. Части дивизии к 26 декабря 1942г. продолжали прочно удержи вать оборону на рубеже (иск.) Минино, Раструбовка, Туровка, Стуканы, (иск.) Бекезы, Косо во, Дубневичи, Бродки, Харитоново, Бардино,(иск.) Святая Гора, Рубино, Клеши, высота 181,8. Советскими войсками продолжалось усовершенствование инженерно-оборонительных сооружений, они занимались боевой подготовкой и разведкой противника. По состоянию на 29 декабря 1942г. 88-й стр. полк имел 48 стрелковых и 10 для ручных пулеметов ячеек, 4 ДЗОТа для станковых пулеметов, 48 огневых позиций для 82-мм минометов, 20 блиндажей и 160 м. ходов сообщения. Инженерные сооружения 144 стр. полка состояли из 32 стрелко вых ячеек, 9 стрелковых окопов, 1 ДЗОТ, 11 огневых позиций для минометов и 6 позиций для противотанковых ружей. В 235 стр. полку было оборудовано 112 стрелковых ячеек, 6 блиндажей, 11 позиций для минометов и 6 для ПТР. [11] Тактическое положение противника продолжало ухудшаться. Подразделения врага понес ли значительные потери (291-я пехотная дивизия и полк 20-й моторизованной дивизии). Они уже не могли использовать кратчайшее направление Поречье-Великие Луки для контрудара.

Своими успешными боевыми действиями 28-я стрелковая дивизия вместе с другими частями 3-й ударной армии не позволили немецким войскам прийти на помощь окруженному в Вели ких Луках гарнизону. 13 января 1943г. старинный русский город был освобожден от непри ятеля. Великолукская наступательная операция завершилась победой Красной Армии.


Воины 28-й стрелковой дивизии под командованием полковника С. А. Князькова в этих боях проявили мужество и героизм, успешно отражали атаки врага и прочно удерживали зани маемые позиции. Они овладели важными населенными пунктами, являвшимися сильно ук репленными опорными пунктами противника: Ступино (Ступинская высота);

Сеньково – узел шоссейных дорог Великие Луки-Невель, Великие Луки-Велиж;

Мартьяново. Как отме чалось в отчете об участии дивизии с начала боевых действий в 1942г. до 11 июля 1943г.

подразделение нанесло урон противнику ранеными и убитыми в 15 000 человек и взяло в плен 79 солдат врага, а также захватило значительное количество трофеев (автоматы, вин товки, пулеметы, минометы, пушки и др.). Собственные потери составили 2275 убитых и 4723 человек раненых. За мужество и героизм, проявленные в боях, правительственные на грады получили 1081 человек (38 орден Боевого Красного Знамени, 2 орден Александра Невского, 14 орден Отечественной войны, 193 орден Красной Звезды, 508 медаль «За Отва гу» и 329 медаль «За боевые заслуги»).[12] За участие в Великолукской операции дивизия получила благодарность Верховного Главнокомандующего, 112-й стрелковый полк награж ден орденом Боевого Красного Знамени.

Таким образом, подводя итоги участия 28-й стрелковой дивизии в боевых действиях 1942 начала 1943г. следует признать их успешность. Получение опыта ведения боя способствова ло успешному решению поставленных перед дивизией задач. Умелое командование в соче тании с мужеством и героизмом бойцов способствовали получению высоких результатов в ходе выполнения заданий командования.

Библиографический список 1. См.: Ермаков, В. Я. Повесть о второй воздушной / В. Я. Ермаков.- М.: ООО ИПП «Аст рал», 1998;

Люки открыли в Берлине. Боевой путь 1-й гвардейской танковой армии.- М.:

Воениздат, 1973;

По приказу Родины. Боевой путь 6-й гвардейской армии в Великой Отече ственной войне 1941-1945 гг.- М.: Воениздат, 1971;

Струнин, В. И. Брестская Краснознамен ная / В. И. Струнин.- М.: АО «Икар», 1995 и др.

2. Бой ведёт Невельская: Говорят ветераны 28-й стрелковой дивизии /Сост. И. П. Коню хов. - Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1981;

По зову Родины: Воспоминания ветеранов 28-й Краснознаменной стрелковой дивизии. – Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1984;

Смородов, В. М.

Ступинский бастион / В. М. Смородов.- Великие Луки, 2005.

3. В докладе использованы сведения Центрального архива Министерства обороны Рос сийской Федерации (ЦАМО РФ). Ф. 1109.Оп.1.

4. В годы гражданской войны одним из подразделений РККА была 28-я стрелковая диви зия, сформированная в конце декабря 1918г. Ее руководителем был В. М. Азин, комиссаром – Г. Н. Пылаев. В последующие годы дивизия дислоцировалась в Северо-Кавказском воен ном округе, где была переименована в 28-ю горнострелковую. В 1931 г. начальником штаба подразделения был назначен Н. В. Ватутин, ставший в годы Великой Отечественной про славленным полководцем. В начале войны по 1 июля 28-я горнострелковая дивизия входила в состав 19 армии, затем до 19 июля в 25-й стрелковый корпус и после этого вошла в подчи нение 27-го стрелкового корпуса 18-й армии. В сентябре 1941г. дивизия стала стрелковой и принимала участие в защите Киева. Понеся большие потери в боях с противником 28-я стрелковая по приказу НКО от 27 декабря 1941г. была расформирована. (Смородов В. М.

Указ. соч. С.6-8).

5. ЦАМО РФ. Ф. 1109. Оп. 1. Д. 1. Л. 12.

6. Там же.

7. Там же.

8. Там же. Л. 2 об.

9. Там же. Л. 12.

10. Там же. Д. 5. Л. 324.

11. Там же. Л. 424.

12. Там же. Д.1. Л. 6, 6об.

ХОЗЯЙСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КРЕСТОВОЗДВИЖЕНСКОГО КЫЛТОВСКОГО МОНАСТЫРЯ В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВВ.

Рожина А.В.

(Сыктывкарский государственный университет) В современной исторической науке большое внимание уделяется выявлению роли право славия в истории и ментальности русского народа. Появляются региональные исследования, в том числе и посвященные истории монастырей. На этом фоне история локальных центров православия – отдаленных от Центра монастырей остается малоизученной. Первые исследо вания о Крестовоздвиженском Кылтовском монастыре появляются еще в начале XX века это записки современников архимандрита Неофита1 и путешественника Бессонова2. С 1970-х годов ученые вновь обращаются в истории этой православной женской обители, открытой в дореволюционный период, выходят труды Ю.В. Гагарина3, Л.П. Рощевской4, М.Б. Рогачева5, Ф.А. Тентюковой6.

Крестовоздвиженский Кылтовский женский монастырь был открыт в Яренском уезде Во логодской губернии указом Святейшего Синода от 1894 года7. Обитель действовала как об щежительная, что означало общий уклад и единую монастырскую казну.

Основными сохранившимися историческими источниками по хозяйственной деятельно сти могут служить монастырские ведомости8, приходно-расходные книги9, страховые оценки имущества10, табели рабочих11 и книги записи учета припасов12. Эти документы позволяют восстановить ценные сведения о монастырском доходе, ведении хозяйства, земледелии, ско товодстве, ремеслах, о рационе монахинь в конце XIX – начале XX века.

Крестовоздвиженский Кылтовский монастырь был заштатный и существовал на пожертвова ния благодетелей, приношений паломников и за счет своего хозяйства и ремесла. Самый извест ный благотворитель, считающийся основателем женской обители – купец Афанасий Васильевич Булычев, владелец Сереговского солеваренного завода. В связи с этим монастырь в книгах при хода и расхода иногда именуют «Сереговским».13 С 1894 года А.В.Булычевым в обитель перечис лялись постоянные пожертвования на содержание причта, богадельни, ремонт зданий, на монастырское подворье в городе Усть-Сысольске. По данным приходно-расходных книг и ведо мостей доходы монастыря росли: в 1900 году - 5.763 рубля 22 копейки наличными, 35.700 рублей банковскими билетами14;

в 1902 году – 10.060 рублей 59 копеек наличными, 181.050 рублей биле тами15;

в 1904 году – 9.285 рублей 35 копеек наличными, 182.960 рублей билетами16;

в 1907 году – 9.561 рубль 32 копейки наличными, 185.415 рублей 72 копейки билетами17. К январю 1918 года в монастыре имелось наличными деньгами 16.324 рубля 63 копейки и банковскими билетами 266.531 рубль 42 копейки18. Доходы Крестовоздвиженского монастыря были значительные, его вполне можно было назвать процветающим.

Хозяйство Кылтовской женской обители было рациональным. С 1894 года в монастыре выращивали капусту, для рубки которой специально нанимались поденщики из села Серего Архимандрит Неофит. В колыбель зырянскаго женскаго иночества со святынею //Вологодские епархиальные ведомости. 1911. № 18. С. 437-449.

Бессонов. Поездка по Вологодской губернии к нефтяным ея Богатствам на реку Ухту. Спб., 1908.

Гагарин Ю.А. Недалеко от Серегова…// Красное знамя. 1977. 2 февраля;

Он же. История религии и атеизма народа коми. М., 1978. С. 125-126;

Он же. Монастырь в Коми крае. Машинопись. 1979 // Архив КНЦ УрО РАН.

Ф. 22. Оп. 1. Д. 11. Л. 9.

Рощевская Л.П. Несколько страниц из истории Кылтовского Крестовоздвиженского женского монастыря в Коми крае / Монастыри и монашествующие и отношение к ним государства и общества: история и современное состояние. Материалы научно-практической конференции. Сыктывкар, 2000. С. 88-92;

она же: Библиотека Тро ицко-Стефановского Ульяновского монастыря в Коми крае // Книжное дело в России во второй половине XIX – начале ХХ века. Сборник научных трудов. С.-Пб, 2000. – Вып. 10. С.192-207 и другие.

Рогачев М.Б. Репрессии против православной церкви на территории бывшего Яренского уезда Вологодской губернии // Материальная и духовная культура населения Европейского Севера России в XIX-XX веках. Тезисы научно-практической конференции. Часть вторая. Яренск, 2003. С. 57-64 и другте.

Тентюкова Ф.А. Из прошлого Коми края (материалы к своду памятников). Сыктывкар, 1976. С. 75-77.

РГИА. Ф. 796. Оп. 1. Д. 1312. Л. 40.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 108;

Д. 142;

191;

241.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1340;

Ф. 231. Оп. 1. Д. 47.

РГИА. Ф. 799. Оп. 1. Д. 152.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 507;

550;

553;

631;

636;

1336;

1337.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1486;

1490;

1491.

НА РК. Ф. 231. Д. 47. Л. 7 об.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 108. Л. 22 об.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 142. Л. 10 об.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 191. Л. 22 об.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 241. Л. 34 об.

НА РК. Ф. 231. Оп. 1. Д.47. Л. 2 об. - 11 об.

во.19 В 1895 году, буквально на следующий год после открытия монастыря, было вспахано десятин земли, и получен хороший урожай: 356 пудов ржи, 240 пудов ячменя, 8 пудов пше ницы, 19 пудов овса, 2 пуда льна, 1 пуд конопли. Под пастбища было выделено 60 десятин земли, с них снято 260 возов сена, которое употреблялось на прокорм скота: 5 лошадей, коров, 7 бычков, 4 телят и 15 овец. Сельское хозяйство и животноводство обеспечивало нуж ды обители и приносило доходы от продажи хлеба, овощей, скота, молока и масла. В монастырском хозяйстве использовался труд жителей Серегова и других близлежащих сел. Их нанимали для строительства моста и зданий, распиловки леса, и других тяжелых ра бот.21 Приглашались плотники, каменщики, маляры для ремонта ризницы и монастырских строений. За работу они получали провизию и деньги или жили «на хозяйских харчах»22. По данным за 1900 год рабочим было выплачено 360 рублей 57 копеек23.

В соответствии с данными страховых оценок имущества, к 1910 году монастырь в полной мере был оборудован хозяйственными постройками. Там имелось 4 погреба, отдельная двух этажная деревянная кладовая, теплица для огурцов, дровяник, сарай, конюшня и каретник для хранения экипажей. За 20 лет монастырское хозяйство значительно преумножилось. В 1916 году в обители уже содержалось 12 лошадей, 24 коров, 3 быка, 7 телушек, 45 овец. С монастырских полей было убрано и получено 480 пудов ржи, 300 пудов ячменя, 10 пудов овса, 25 пудов льна, пуда конопли. Под огородничество было разработано 50 десятин земли. Интересно отметить, что к этому времени в монастыре перестали выращивать пшеницу, в северных условиях она не давала высоких урожаев, а посевы льна увеличили более чем в 10 раз.

Как видно из приходно-расходных книг рацион питания монахинь и послушниц в женской обители был весьма разнообразным. В монастырь покупали для трапез муку (ржаную, ячневую и гороховую), крупу (овсянку, гречу, горох, пшено, рис, перловку и толокно), рыбу (семгу, палтус, сушеную и сырую треску, сельдь, налимов и икру), овощи (картофель, капусту, лук, брюкву), мас ло постное. Для сестер приобретались горчица и лимоны. В качестве «утешения» к чаю подавали сахар, изюм и калачи. Приобретали для монастыря даже хмель, по-видимому, для изготовления «сура» - коми национального напитка. Собирали ягоды и грибы, для этого были специально куп лены решетки наберушки, лукошки и кадки. Ягоды и грибы заготавливали на зиму, используя ук сус25. В отличие от монахинь, рабочие при Крестовоздвиженском монастыре питались намного скромнее. Им отпускались более скромные и менее разнообразные припасы: сайда, хлеб, пшено, овсяная крупа, и в небольшом количестве масло26.

В женской обители развивались разнообразные ремесла. Если в 1894 году для монастыр ской трапезной покупался холст, ткань для скатерти, салфетки, полотна для полотенец, то в дальнейшем все это могли производить сами. Открылись красильная, портняжная, сапожная, вышивальная мастерские, где шили одежду монахиням и послушницам, облачения священ никам для нужд своей обители, а также на продажу27. Как писал архимандрит Неофит, «мо нахини, уроженки архангельские, знакомые с ткацким делом, стали ткать полотно, настолько хорошо, что оно мало в чем уступало фабричному, появилась ткацкая, где стали делать салфетки, половики и прочее, весьма красивых рисунков»28. Сестры занимались пле тением из соломы корзин, ткачеством ковров из коровьей шерсти.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1340. Л. 4 об.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 108. Л. 22 об.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 507;

550;

553;

631;

636;

1336;

1337.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 636.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 108. Л. 22, 24.

РГИА. Ф. 799. Оп. 33. Д. 152. Л. 3, 3 об., 4, 4 об., 5, 6.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1340. Л. 2-5 об.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1486;

1490;

1491.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 108. Л. 8.

Архимандрит Неофит. В колыбель зырянскаго женскаго иночества со святынею //Вологодские епархиальные ведомости. 1911. № 18. С. 440.

В начале существования монастыря посуда была покупная, для хозяйства были закуплены глиняные горшки и чашки, блюда и тарелки, чугуны, железные сковородки, деревянные ложки и другая утварь29. В дальнейшем стали сами делать деревянные ложки, сосновые ко роба, плетеные изделия и гончарную посуду.

О том, как зародился гончарный промысел в Крестовоздвиженском монастыре, стало из вестно из сочинения путешественника Бессонова, посетившего монастырь в начале XX века.

Он писал, что «какой-то прохожий заметил подходящую глину и показал как из нея можно делать посуду;

несколько монахинь переняли у него это умение, а настоятельница выстрои ла на берегу речки у самой этой глины заводик и теперь монастырь не знает другой посуды, кроме своей»30.

Изделиями монастырского ремесла (деревянные ложки, глиняная посуда, сосновые коро ба) торговали в округе, о чем свидетельствует монастырская книга прихода и расхода. Так в приходе на 20 января 1918 года зафиксировано, что продано в Серёговскую управу глиняной посуды гончарной простой работы на 80 рублей, деревянных ложек своей работы на 11 руб лей 50 копеек и сосновых коробов на 6 рублей 20 копеек. В феврале того же года продано деревянных ложек своей работы уже на Серёговском рынке на 3 рубля, а глиняной посуды на 130 рублей.31 Эти сведения наглядно показывают, что монастырские изделия пользова лись спросом в близлежащих селах и приносили прибыль монастырскому хозяйству.

Второй завод, открытый в монастыре – смолокуренный. Промысел получил развитие бла годаря большому количеству «годных для смолокурения деревьев из расчищаемого леса». На гончарном и смолокуренном заводах, в мастерских трудились послушницы под руково дством управляющих, назначенных из монахинь32. В обители было налажено также дегтяр ное и скипидарное производство, имелся и кирпичный заводик. Это позволило к 1911 году возвести в монастыре кирпичный храм в русско-византийском стиле во имя преподобных Соловецких чудотворцев Зосимы и Савватия. В монастыре была организована иконописная мастерская, для живописных работ в году был сделан мольберт, приобретен холст и краски34. Иконопись Кылтовских монахинь была известна во всей округе, святые образа делали для своей обители и на продажу35.

Путешественник Бессонов считал, что женская обитель похожа на улей, «где всякий член общины несет известную долю труда, а результатом такого устройства является высокое его экономическое положение, постоянный прогрессивный рост и громадное культурное значение для края».36 Так оценил успех процветания хозяйственной деятельности монастыря современник. К началу XX века Крестовоздвиженский Кылтовский монастырь производил практически все, что требовалось для содержания женской обители, давал работу жителям села Серегово, производил на продажу продукты своего хозяйства и изделия ремесла.

Примечания:

ВЦА – Великоустюгский центральный архив РГИА – Российский государственный исторический архив НА РК – Национальный архив Республики Коми НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1340. Л. 2-5 об.

Бессонов. Поездка по Вологодской губернии к нефтяным ея Богатствам на реку Ухту. Спб., 1908. С. 65.

НА РК. Ф. 231. Оп. 1. Д.47. Л. 15 об, 16 об, 18 об, 20 об.

Архимандрит Неофит. В колыбель зырянскаго женскаго иночества со святынею //Вологодские епархиальные ведомости. 1911. № 18. С. 440.

РГИА. Ф. 799. Оп. 33. Д. 152. Л. 15.

НА РК. Ф. 165. Оп. 1. Д. 1340. Л. 3 об., 5.

ВЦА. Ф. 23. Оп. 1. Д. 108. Л. 22 об.

Бессонов. Поездка по Вологодской губернии к нефтяным ея Богатствам на реку Ухту. Спб., 1908. С. 66.

Н.И. КАРЕЕВ И А.С. ТРАЧЕВСКИЙ:

НЕИЗВЕСТНЫЙ КОНФЛИКТ (ПО ПЕРЕПИСКЕ Н.И.КАРЕЕВА-В.А.МЯКОТИНА) Зезегова О.И.

(Сыктывкарский государственный университет) В современной исторической науке одной из актуальных проблем является проблема коммуникации ученых-гуманитариев в научной и педагогической среде, которые могут быть выражены взаимодействием и конфликтом. В Санкт-Петербургском университете в конце XIX века между профессором Н.И.Кареевым и приват-доцентом А.С.Трачевским возник конфликт, который был воссоздан по переписке Н.И.Кареева и его ученика «старшего» по коления В.А.Мякотина. Переписка между двумя историками продолжалась в течение не скольких десятилетий (1890-1914 гг.) и прерывалась в период, когда они оба находились в Санкт-Петербурге и имели возможность общаться лично. Интересующая нас часть эпистоля рии представлена тремя письмами, датированными мартом-апрелем 1891 г., образующими цепочку «ответ-событие-ответ». Два из этих писем принадлежат перу В.А.Мякотина, таким образом, отсутствует первое письмо Н.И.Кареева, в котором он описал напряженные отно шения с А.С. Трачевским. Отсутствие писем, адресованные Венедикту Александровичу, объясняется вынужденными скитаниями семьи Мякотина и, следовательно, архива. В 1922 г.

ученый был выслан из Советской России в Германию, но не на «философском теплоходе», а на поезде. В одном из интервью его дочь Е.В.Мякотина-Каплан призналась: «В детстве я всегда слышала о поезде, всегда говорилось о поезде, и поезд был в Берлин». Через три года семья переехала в Чехию, в Прагу, где и родилась Елена. Перед рождением младшей дочери В.А.Мякотин получил место профессора в Софийском университете и вынужден был поки нуть семью, только в 1932 г. семья воссоединилась в Болгарии. Вследствие множества пере ездов часть документов могла быть утрачена.

Несколько слов о главных героях этой статьи, вынесенных в заглавие – Н.И. Карееве и А.С. Трачевском. О Н.И.Карееве в современной исторической и социологической науках на писано немало: его биографии и творчеству посвящены статьи, монографии, диссертации.

Он предстает перед нами как всеобщий историк, философ истории, социолог, политический и общественный деятель, педагог. Сведений о А.С. Трачевском почти нет, едва ли не единст венной статьей о нем является биографическая справка в «Энциклопедическом словаре»

Брокгауза и Эфрона. Несколько слов о нем. А.С. Трачевский (1838-1906) окончил Москов ский университет, в 1869 г. защитил магистерскую диссертацию «Польское бескоролевье».

Некоторое время работал в тифлисской гимназии и давал уроки истории племянникам царя освободителя Александра II. Свою докторскую диссертацию «Союз князей» он защищал уже в Петербурге, за которую был удостоен престижной национальной Уваровской премии, при суждавшейся 2-м отделением Петербургской академии наук. После получения докторской степени занял место ординарного профессора по кафедре всеобщей истории в Новороссий ском университете. В Одессе организовал женские курсы для подготовки к петербургским Бестужевским курсам, а также совместно с супругой Ю.А.Трачевской создал мужскую и женскую гимназии, названные «новой школой», занятия в которой велись по собственной программе ученого. В 1890 г. А.С.Трачевский вышел в отставку и вернулся в Петербург.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 15 |
 



Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.