авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 15 |

«МИНОБРНАУКИ РОССИИ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Ухтинский государственный технический университет ...»

-- [ Страница 5 ] --

(Ухтинский государственный технический университет) Слово «культура» является одним из наиболее употребляемых в современном языке. Всё, чем мы пользуемся в области культуры (в том числе и само понимание культуры), было ко гда-то открыто, осмыслено и введено в человеческую повседневность. Другое дело, что су ществуют разные национальные и исторические традиции, которые причудливо переплелись в современном облике культуры, определяя содержание наших представлений о культуре, а также, будучи переосмысленными в научных исследованиях, и содержание научных теорий.

В отличие от истории культуры история знания о ней начинается с того, что можно назвать открытием культуры, которое, по мнению многих исследователей, произошло еще в антич ном обществе, когда культура как совокупность навыков и умений, а также результатов дея тельности человека была выделена в качестве предмета осмысления.

В понятии «культура», восходящем к римской античности, обычно подчеркивается фик сируемое им отличие «человеческой жизнедеятельности от биологических форм жизни». И действительно, первое, значение данного термина - это возделывание, обработка, уход. Ко нечно же, в первую очередь - земли, поэтому культура - это и возделывание поля, обработка сада и – уход за растениями и животными, т. е. земледелие и сельское хозяйство. Наиболее же привычное для нас значение «культуры» как воспитания и образования в этом контексте воспринимается как нечто дополняющее, а иногда и исправляющее человеческую природу и даже противостоящее ей. Культурный человек всем обязан образованию и воспитанию, и это и составляет содержание культуры всех народов, сохраняющих культурную преемственность и традиции как форму коллективного опыта во взаимоотношениях с природой.

Однако в этом случае контекст (а значит и базовые значения) понятия «культура» невольно ис кажаются. Не принимается в расчет еще одно важное обстоятельство: «культура» — это поклоне ние, почитание, почет, культ. И прежде всего религиозный культ. В древности человек постоянно находился в окружении богов: он встречался с ними в поле и в роще, боги жили в зелени деревьев и прятались в тенистых гротах и речных заводях, но боги жили и в доме человека, они жили в го роде, оберегали городские законы и безопасность граждан. Не случайно известный эллинист Макс Поленц вообще отождествляет благочестие и полисный патриотизм.



Но, коснувшись темы античного полиса, мы приступили к реконструкции историко культурного контекста самого понятия «культура». Полис это город со сравнительно небольшим числом жителей, но жители, составляющие ядро полиса, были его гражданами. Они подчинялись законам своего города, защищали его от неприятеля и выполняли все необходимые гражданские обязанности (участвовали в работе суда и других городских служб, в проведении народного соб рания и т. д.), т. е. город был одновременно и государством. Вот в таком городе культура была од новременно «воспитанием», «возделыванием», и «культом». И этим сочетанием характеризуется процесс подготовки граждан в античном полисе, формирование зрелого мужа из несмышленого ребенка, что и обозначили греки при помощи понятия «пайдейя».

В слове «город» слышится глагол «городить». Но между чем и чем проходит граница? В греческой островной культуре она отделяла землю от моря, космос от хаоса, эллина от вар вара. У Фукидида polis ещё сохраняет смысл крепости, цитадели, хранящей мир и покой тех, кто живет внутри его. В план греческого полиса заложен круг - нечто ограниченное, предна значенное для отбора удачных форм, их возделывания и культивации. «Ты храним океа ном»1. Словом, свои - внутри города, за его пределами - чужие. Эту фигуру повторяет и рассуждение Пифагора, впервые произнесший слово «философия» и назвавший себя фило софом: Мир устроен Софией, отгорожен ею от вселенской стужи;

то, что находится за его пределами - не дело ума философов. Но это была лишь первая степень упорядоченности, ибо внутри полиса грек имел дело уже не с космосом и хаосом, но с законным и беззаконным.

Полис - это сферы и концентрические окружности, исчисляемые по законам геометрии и пифагорейского Числа. Здесь начало города геометрии, идеальные предметности которой могли удерживаться только внутри поля, открытого греками.

Само понятие личности сформировалось в связи с окончательным становлением рабовла дельческих полисов. Они были основой греческой и вообще античной культуры. Именно по лисная организация общественной жизни необычайно ускорила развитие культуры и формирование представление о ней.

Греческий термин «пайдейя» обозначает как непосредственно воспитание, обучение, так и в более широком смысле: образование;

образованность;

просвещение;

культуру. В этих (да леко не всех возможных) значениях выражается не только идея связи образования с воспита нием, но и идея глубокой, интимной взаимосвязи воспитания и обучения, прочного овладения навыком, что особой высоты достигает в искусстве («техне»), где эта связь стано вится особенно ясной, когда речь идет о «политике техне» - гражданском навыке, необходи мом каждому полноправному гражданину полиса.

Греки создали уникальную систему образования, в которой формируется не профессионал в определенной области, а человек как личность, с определившимися ценностными ориента циями. Несомненно, в этой обращенности к человеку и состоит непреходящая гуманистиче ская ценность античного понимания культуры, в основе которой лежит идеал человека, выступающий целью культурного процесса. «Без греческой идеи культуры не существовало бы ни античности как исторической эпохи, ни западноевропейского мира культуры»2.





Основные ценности греческой пайдейи выходят за пределы собственно педагогической сферы и формируются как нормы и образцы в контексте культуры. Исходным выступает аристократический тип культуры, в основании которого лежат глубокие генеалогические традиции (нередко герои Гомера ведут свое происхождение от богов). Но со знатностью происхождения связывается обычно красота, физическое совершенство и даже физическое превосходство над другими и вытекающие из этого аристократические добродетели: умение защитить в бою свою честь, отличиться и достичь славы, «славы до небес». Добродетели на следуются, но для этого они должны быть защищены в сражении, единственной школе жиз ни, доступной гомеровским аристократам.

В полисе «военные добродетели» дополняются «гражданскими» и путь к ним пролегал через многолетнюю «схолэ». «Конечной целью образовательной работы в многолетней афинской школе являлось прежде всего осознание себя как полноправного члена избранного состоятельного афинского общества»3. У грамматика ребенок обучался чтению и письму, знакомился с греческой литературой. Преподавание музыки дополняло школу грамматика, так как многие стихи декламировались под музыку. С 12 лет мальчики посещали палестру, занимались гимнастикой. В гимнасиях мусическое и гимнастическое искусства соединяются в форме состязаний молодежи в том и в другом, причем при стечении зрителей, которыми были свободные граждане, а при обсуждении государственных дел слушателями и зрителя ми, в свою очередь, становилась молодежь.

Собственно, все это и составляло гуманитарную практику античной «пайдейи», опреде лившую основное содержание античной культуры. Проблема состоит в том, что этот образо вательный процесс не сводился к овладению суммой норм и требований, он был подготовкой к общественной жизни в соответствии с достаточно широким набором норм и требований, которые расценивались греками как их «мудрые изобретения» - «номой» (законы). В этом и состояла цель культуры: развить в человеке разумную способность суждений и эстетическое чувство, что и позволяло ему обрести чувство меры и справедливости в делах гражданских и частных. При этом античный человек не терял своего единства с природой. Природа была главной, неотъемлемой частью космоса, который включал в себя также богов и людей. Ан тичный человек не теряет своего единства с природой и чувство сопричастности ей перерас тает в «любование космосом» (А. Ф. Лосев), в прямое соприкосновение с ней, в умозрение.

Независимый, самодовлеющий античный человек гордился своей силой и разумом и способ ностью жить «по природе» и «по установлению». Созерцая природный порядок, он развивал субъективный логос в слиянии с объективным, умножал свой разум. В суде, в народном соб рании древний грек чувствовал себя в онтологической безопасности, поскольку полис гаран тировал ему свободу, социальную защищенность и реализацию его честолюбивых устремлений. И гарантом стабильности и порядка были даже не законы (хотя на их защите стояли отеческие боги), а сам природный порядок, укоренившееся в сознании представление о рациональном, вечном, жизненном, а значит божественном порядке вещей. Из единства человека с природой вытекало возведение ее в труднодостижимый, но не трансцендентный абсолют, а жизнь «по природе» превращалась в этический идеал образования и культуры.

Но уже в эпоху эллинизма с потерей античным полисом своей прежней самостоятельно сти разрушаются идеалы греческой «пайдейи». Прервалась связь времен, общество переста ло нуждаться в гражданах: город входил в необъятную империю, и от человека требовались не гражданская смелость в принятии решений и полисные добродетели умеренности и спра ведливости, а способность «прожить незаметно», сохранить себя, добиться «атараксии» (не возмутимости духа) в условиях социальной нестабильности и неконтролируемых политических событий. Сомнение вo всех ценностях, крайний скепсис, цинизм, с одной сто роны, и догматическая вера в судьбу и предопределение, с другой, характеризуют растерян ность античного человека перед лицом социальных катаклизмов, авторитарной власти и мелкого самоуправства. Как всегда в таких условиях страдает культура. Падает престиж об разованности и познания, нарастающий интерес обращен к эзотерическому знанию. Ядро греческой образованности - система рационального знания и формирования человека по гражданскому образцу оказывается невостребованной. Иррациональное, вера, к чему грек привык относиться свысока, с насмешкой, овладевают душами людей.

В этой ситуации социальной и политической нестабильности плохими помощниками ока зались отечественные боги. Греки полагали, что боги переменчивы в своих настроениях и завистливы к человеку, и потому привыкли надеяться на свои силы и разум. С этим же было связано циклическое переживание времени, неприязнь к непостижимому (тайне) и осужде ние человеческой слабости. С прогрессирующей дисгармонией между человеком и социу мом, разрушением полиса прежние ценности гражданской добродетели оказываются несовместимыми с новыми космически-имперскими ориентациями. «Отдельная личность не может противостоять общей необходимости мирового порядка, включающей в себя необхо димость также и всех человеческих действий»4. Возникает потребность в чуде, духовном аб солюте как выражении осознаваемой человеком зависимости от неуправляемых и неподвластных ему социальных процессов, чуде культуры.

Уже в античном обществе культура как совокупность навыков и умений, а также резуль татов деятельности человека была выделена в качестве предмета осмысления. Согласно культурологическому мифу Протагора - древнегреческого философа, возникновением мате риальной культуры, а также упорядоченным развитием общественной жизни люди обязаны богам. По мнению других мыслителей, среди которых находился и Демокрит, творец куль туры - человек. Он создает культуру, подчиняясь своим потребностям и подражая природе.

Древнегреческая пайдея, сделав человека мерой всех вещей, не страдала гигантоманией, избегала всего того, что не сообразовывалось с человеком и его понятиями. У греков даже боги человекоподобные, не только по внешнему облику, но и по поведению. Требуя почита ния, древнегреческие боги не повергали индивида в мистику, не отнимали у него способно сти мыслить и судить о чем-либо, в том числе о воле богов. Греческие храмы, возводившиеся в честь бессмертных богов, также соотнесены с человеком, с мерой его религиозно мифологических представлений и с его художественно-эстетическим идеалом.

Демократическая и гуманистическая направленность греческой пайдеи позволила ей стать духовной ценностью в полном смысле слова, обеспечив европейской культуре возможность занять и сохранить ведущее место в мире вот уже на протяжении двух тысячелетий.

Достоинство греческой культуры в том, что она открыла человека-гражданина, провозгла сив верховенство его разума и свободы. Греки впервые дали идеалы демократии и гуманиз ма. Истории неведомы более выдающиеся открытия, ибо для человека нет ничего более ценного, чем сам человек.

Человек живет не только в мире вещей, но и в мире понятий. Одни из них отражают наш повседневный быт и доступны для каждого, другие - лишь узкому кругу посвященных. Но есть и такие понятия, которые за своей кажущейся простотой скрывают вселенную человече ских страстей и интеллектуального сверхнапряжения в поисках ответа на вопрос: что такое человек и в чем смысл его бытия? Одно из таких понятий - культура.

Понятие «человек» и «культура» неразрывно связаны друг с другом. Почвоведение опе рирует термином «гумус» (показатель плодородия почвы). В контексте взаимосвязи человека и культуры напрашивается метафорический вывод о том, что уровень «духовного плодоро дия» человека, его «духовного гумуса» в существенной степени определяется воздействием на него культуры, и в частности таких ее инструментариев, как воспитание, образование, развитие творческих задатков и т.д. Образно говоря, древо человечества может произрастать и плодоносить лишь на богатой культурной почве, и нельзя придумать более плодородную почву, чем античность.

Само понятие личности сформировалось в связи с окончательным становлением рабовла дельческих полисов. Они были основой греческой и вообще античной культуры. Именно по лисная организация общественной жизни необычайно ускорила развитие культуры и формирование представление о ней.

Греки создали уникальную систему образования, в которой формируется не профессионал в определенной области, а человек как личность, с определившимися ценностными ориента циями. Несомненно, в этой обращенности к человеку и состоит непреходящая гуманистиче ская ценность античного понимания культуры, в основе которой лежит идеал человека, выступающий целью культурного процесса. Без греческой идеи культуры не существовало бы ни античности как исторической эпохи, ни западноевропейского мира культуры.

Достоинство греческой культуры в том, что она открыла человека-гражданина, провозгла сив верховенство его разума и свободы. Греки впервые дали идеалы демократии и гуманиз ма. Истории неведомы более выдающиеся открытия, ибо для человека нет ничего более ценного, чем сам человек.

Первыми систематизаторами античных мифологических представлений о закономерно стях культурно-исторического процесса были Гомер и Гесиод.

Еще большее влияние на развитие античных представлений о культуре и на развитие ми ровой культуры оказал Платон. Он воспринял от Сократа идею неразрывной связи социаль ного порядка с этическими ценностями.

Аристотель вслед за Анаксагором указывает, в чем состоит превосходство человека над животным: человек, которому от природы дан разум и способность к труду, является твор цом культуры, а с нею - искусства в широком смысле слова.

Само слово «культура» появилось в латинском языке. Его употребляли в трактатах и письмах поэты и ученые Древнего Рима. Оно обозначало действие по возделыванию, обработке чего-либо.

Римский государственный деятель и писатель Марк Порций Катон (234-149 гг. до н. э.) написал трактат о земледелии, название которого по-латыни звучало бы примерно так: агрикультура. Трак тат этот посвящен не просто обработке земли, а именно уходу за участком, полем, что предполага ет не только возделывание почвы, но еще и особое душевное отношение к ней. Там есть, например, совет в приобретении участка. Катон писал, что нужно не лениться и обойти покупае мый участок земли несколько раз. Если участок хорош, чем чаще его осматривать, тем больше он будет нравиться. Вот это самое «нравиться» должно быть непременно. Если его не будет, то не будет и хорошего ухода, т. е. не будет культуры. Следовательно, слово «культура» еще на первых порах употребления означало не только обработку, но и почитание, может быть, даже поклонение.

Не случайно ведь существует и родственное слово «культ».

Римляне употребляли слово «культура» с каким-нибудь объектом в родительном падеже: куль тура неведения, культура речи и т. д. Римский оратор и философ Цицерон использовал это слово в применении к духовности. Философию он считал культурой духа или ума. В основном все исто рики культуры сходятся на том, что подразумевается воздействие философии на ум с целью его обработки, воспитания, развития умственных способностей. Но здесь можно обнаружить и иной смысл, если вспомнить Катона. Философии - это не только обработка или образование ума, но и его почитание, уважение его и поклонение ему. И действительно: философия родилась из пред почтения духовного начала в человеке, из почтения к этому началу.

В своих сочинениях римский оратор учил культивировать душу и разум, чтобы не ска титься к варварству. Только Рим с его гражданами и государством, полагал Цицерон, может быть образцом культуры.

Таким образом, мыслители античности как древнегреческие, так и древнеримские (Гомер, Ге сиод, Демокрит, Платон, Аристотель, Цицерон и многие другие), каждый по-своему, воспринима ли и выражали представления о культуре в своих взглядах и отражали его в своих произведениях.

В результате сформировалось и утвердилось, в определенном роде, слово «культура».

Библиографический список:

1. Гомер. Илиада: Пер. с древнегреч. Н. Гнедича;

Примеч. М.Томашевской. - М.: Худож.

лит, 1987. - С. 2. Йегер, В. Пайдейа: Греко-латинский кабинет: М- 2000, С. 57.

3. Жураковский, Г.Е. Очерки по истории античной педагогики. Наука.1986.- С.69.

4. Асмус, В.Ф. Античная философия. / В.Ф. Асмус;

– М.: Высш. шк., 2001. С.5.

ПОСТМОДЕНИЗМ В СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ НА ПРИМЕРЕ РОМАНА О. СЛАВНИКОВОЙ «2017»

Чернявина А.С.

Научный руководитель Ермушина Н.Н.

(Ухтинский государственный технический университет) Актуальной темой литературоведения последних десятилетий является исследование раз вития постмодернизма в творчестве современных писателей.

С 90-х годов конца 20 века и по сей день в литературе, наряду с поставангардом, сюрреа лизмом, импрессионизмом развивается новое направление – постмодернизм.

Постмодернизм – современный культурный процесс, возникший во вт. п. ХХ в. и характе ризующий переломный этап в истории мировой культуры от буржуазного к грядущему эта пу, чьи пути, содержание и формы нам трудно прояснить.

Задачи постмодернизма:

• Избавится от разрастания утилитаризма, индивидуализма, бездуховности • Сделать приоритетными нравственные и эстетические ценности и идеалы, служащие дальнейшему процессу «очеловечивания» человека • Сохранить завоевания научно-технического прогресса Содержание постмодернизма:

• Преодоление разрыва элитарной и массовой культуры • Гармоническое сочетание традиций и новаторства • Интеграция культур Востока и Запада • С помощью искусства новая культура • Самозидает себя • Ищет его новый язык, в котором бы сочетались стили и приемы художественного творчества:

• Реализм и символизм • Натурализм и романтизм • Типизация и гротеск Стремление к интеграции духовных ценностей, выработанных человечеством к универ сальному «многомерному диалогу» является способом существования культуры и человека в культуре.

Смысл современного состояния культуры заключается в том, что человечество, пройдя теоцентристскую (мифологическое сознание с его высшей формой – мировыми религиями), натуроцентристскую ступени, начинает подъем на третью – анропоцентристскую.

«Характерными чертами постмодернизма являются фрагментальность, признание относи тельности любых ценностей, эклектическое сосуществование взаимоисключающих идей и концепций, ирония, высмеивание идеалов и святынь, эстетизация цитат и цитирование как художественная краска. Ему свойственны цитатность и повторение известных идей в новом художественном оформлении. Его отличает «всеядность» относительно каких бы то ни было творческих проявлений, ориентация на мировую и национальную литературную традицию, двууровневость (то есть два плана: сюжетный и философский), ориентация на массового чи тателя, увлекательный сюжет, глубокий философский подтекст, оригинальность формы, не обычность пространственно-временной организации».

В нашей стране постмодернизм появился под влиянием современного западного искусст ва, традиций русского авангарда и неформального советского искусства времен «оттепели» и стал своеобразным поиском миропонимания в новых условиях развития страны. В литера турном процессе произошло расслоение на произведения для массового читателя с откро венным поиском коммерческого успеха (детективы, любовные романы, стилизации в стиле фэнтези, документально-исторические хроники) и произведения для ценителей словесности.

В литературе постмодернизма отмечаются эксперименты с новыми формами литератур ного творчества. В основе исканий представителей «новой» литературы оказались отноше ния писателя не с жизнью, как в творчестве реалистов, а с текстом. В их прозе смещены границы реального и ирреального, прошлого и будущего.

Эпоха постмодернизма ознаменована появлением большого числа выдающихся произве дений, в полной мере отразивших дух современности. Одним из таких произведений являет ся роман О.А. Славниковой «2017».

Ольга Александровна Славникова родилась 23 октября 1957 года в Свердловске в семье инженеров-оборонщиков. В 1981-м с отличием окончила факультет журналистики Уральско го университетата. С этого момента начинается творческая деятельность О. Славниковой как писательницы. Творческую основу составляют такие проиведения как «Первокурсница», «Стрекоза, увеличенная до размеров собаки», «один в зеркале», «Бессмертный», «Любовь в седьмом вагогне», «2017». За роман «2017» О. Славникова получила премию «Русский Бу кер». Именно это произведение О.Славниковой, вызвавшее у читателей и критиков неодно значные мнения, порой противоположные, стало объектом нашего изучения. Приведем при меры высказываний читателей о романе:

«Что в текст надо втянуться, въехать - это правда. Первые два листа читал минут пять, по стоянно возвращаясь к началу предложений, чтобы вспомнить, о чём она вообще говорит.

Сплошной плеоназм - первое впечатление. Потом было легко и увлекательно - глотаешь об разы, не обращая внимания на синтаксис. После прочтения лёгкое разочарование - неистин ность мира и подлинность некоторых людей - это всё?»

«Очнитесь вы уже, господа. Читать это невозможно - эта проза не для нормальных чита телей, а для всяких жюри! Славникова парит мозги сплошными имитациями».

«Достаточно просто открыть «2017» на первой странице, чтобы погрузиться в первоклассное авторское письмо, цепляющее на сей раз не только аппетитными гроздьями «набоковских» метафор, но и по-настоящему дразнящей воображение залихватской фабулой».

«Вещь не то, чтоб умная, но поданная с большой важностью;

не то, чтоб глубокая, но с большой претензией. В «2017» происходит приблизительно следующее: система отвер гает сильных личностей (этакие лишние люди), в нее не вписывающихся, а власть подобий приводит к бессмысленному бунту ряженых. Очень романтично, но я-то не романтик, к сожалению.

Антиутопический характер романа заявлен уже в названии. Впрочем, читателю добирать ся до антиутопии приходится довольно долго. «Неторопливый и размеренный ход повество вания сначала погружает читателя в роман любовный, затем — приключенческий, настоянный на уральском эпосе, сказах Бажова, мифологических образах, вроде Хозяйки Го ры, и уже потом только возникает картина Ряженой Революции, театрального действа, по священного столетнему юбилею октябрьских событий 1917 года. Впрочем, спектакль неожиданно становится страшной реальностью, а потешные бои превращаются в кровавые битвы».

«2017» Ольги Славниковой – роман о будущем. Однако вопреки названию мы можем провести параллель с нашим настоящим миром. История, рассказанная в нем, – это ожида ние людьми перемен. Автор предполагает повторяемость прожитого, истории, что читается уже в заглавии романа: 2017 год – столетняя годовщина Октябрьской революции. Историче ская память для автора романа – это трагические перемены в жизни, которые периодически повторяются и практически неизбежны. Устроенный в честь дня города костюмированный парад красноармейцев и белогвардейцев перерастет в бойню с десятками жертв. Движение новых «красных»охватывает всю страну. О. Славникова не говорит, чем все закончится, но читатели с помощью знания прошлых исторических фактов сами могут предсказать исход событий. А может, она ошибается?

Главной темой романа фактически является основной вопрос нашего времени: чем напол нить, по выражению Славниковой, «устрашающую небесную пустоту»? И где она, та непре одолимо притягательная незнакомка, которая наполнит душу мужчины необходимой для этого силой. Ответ на этот вопрос в финале романа завис между намечающейся встречей у тайного месторождения сокровищ главного героя и его любимой, превратившейся в четы рехметровую Каменную Девку, и встречей второстепенного персонажа с исполняющей обя занности сестры милосердия «маленькой женщиной» по имени Надя. Ведь надежда – точка отсчета выхода из любой, хотя бы и безнадежной ситуации.

Роман строится традиционно. Есть завязка: “2017” начинается дождливым летним утром в крупном уральском городе. “Крылову было назначено на вокзале, в половине восьмого утра.

Непонятно как, но он проспал и теперь спешил бегом среди извилистых луж, похожих рас тянутыми позами на перепутавших “лево” и “право” Матиссовых танцоров”. Камнерез Кры лов проводит на месторождение престарелого ювелира, влюбится в его жену, которая окажется… той самой, кем чаще всего оказываются на Урале подруги каменных мастеров.

Медленное развитие действия, с пространными экспозициями в прошлое героев, приводит к кульминации. Рифейцы (уральцы, екатеринбуржцы) ищут присутствие Бога то в строении кристаллов, то в собственной судьбе. Даже малюя надпись «Бога нет», они надеются вызвать Бога на диалог. Эта надпись обращена вверх, «будто приманка или посадочный знак». Но явление спасителя Отечества в финале не происходит. Государство не может спасти ни пре зидент, ни его преемник, диктатор Каренин, бывший министр здравоохранения.

Таким образом, мы наблюдаем несколько сюжетных линий, и в каждой присутствует эле мент фантастики. Сюжет романа утопает в скандалах областного бомонда, в противостоянии губернатора и федерального наместника, в подробностях звучит речь депутата Саллиулина на учредительном собрании кооператива «Купол». В тексте мелькают слова «элита», «брат ки», «электорат», даже Путин где-то упоминается. Герои романа боятся всего, а главное, жизни. Постоянно употребляемый эпитет «прельстительный» погружает в мир сказочной наживы. Цель героев не сказочная любовь, а деньги и чем больше, тем лучше. В этом романе все завязано на камнях-самоцветах: и любовь, и дружба, и бизнес, и жизнь, и смерть. Рифей ский край у Славниковой не просто книжное имя Урала, а состояние человека. Рифейские мужчины - хитники, так называют на Урале тех, кто занят незаконной добычей драгоценных камней, постоянно рискуют и становятся «прозрачными и недоступными, ничьими». «Ты и твои приятели – белые пятна на человечестве, – говорит герою бывшая жена, сама стопро центно рифейская женщина. – Нам с тобой повезло, что мы родились в прекрасной местно сти, где чуть не половина населения желает н е б ы т ь! Вы не годитесь ни на что, кроме освоения Луны. И почему вы думаете, что мир позволит вам оставаться такими, какими вы хотите?». Как и многие его знакомые, герой (Крылов) создал для себя убежище в виде квар тиры, в которую нет доступа посторонним, где нет ни Бога, ни времени. Еще подростком он решительно делил человечество на себя и всех остальных, с полным хладнокровием возме щал убыток, нанесенный одним, за счет кого-то другого и терпеть не мог оставаться в долгу.

И все же, встретившись с невзрачной женщиной без имени, герой попался. С ним, вопреки его желанию, случилось нечто подлинное. И он, подозревая, кого воплощает его возлюблен ная, и прекрасно зная о привычках Каменной Девки, Хозяйки Горы, понимал, что обречен на гибель. «Крылов подозревал, что многие ее устроения, начиная с похожей на карету гигант ской кровати и кончая неподвижным, как автопокрышка, крокодилом, обитающим в специ альном илистом бассейне, делаются для него, чтобы иллюзии его не иссякали».

Обратимся к портретным зарисовкам О.Славниковой. В ее романе они выполняют двоя кую роль: отражают внутреннее и внешнее состояние человека, дают возможность понять характер персонажа. Именно поэтому, пытаясь глубже раскрыть образ, автор многословна в портретном описании. «Должно быть, со стороны Крылов смотрелся не лучшим образом:

глаза его – слишком красивые для мужчины, как говорила бывшая жена, завидуя их василь ковому цвету и качеству плотных, как перо, на диво загнутых ресниц, - теперь кровавились живчиками лопнувших сосудов, а рыжеватая щетина, сколько Иван ее ни брил, вылезала, как занозы из полена, через несколько часов».

В одном только абзаце мы находим портреты двух второстепенных персонажей. «Он повстречался – через посредничество одной из бывших своих приятельниц, профессиональной гадалки, носившей на обесцвеченной щетинке гро мадные, как генеральские папахи, вороные парики, - с человеком, который мог бы устроить дело. Им оказался благообразный пожилой господин с сильно отвисшим, словно напудрен ным лицом и по-дамски остриженной сединой: эта стрижка, выглядевшая чудаковато и уми лительно, позволяла, однако, предположить, что в более молодые годы старикан не чуждался экстремального дизайна и был, пожалуй, крут. Доброжелательно глядя на Крылова водяни стыми глазами, обведенными арбузной краснотой, господин сообщил, что имеет на выбор паспорта». Обилие в одном портретном описании метафор, эпитетов, сравнений, по словам критиков, «… приводят к трудночитаемости текста. Протяженные периоды, как кварталы массовой застройки, тяжелый текст, влекомый россыпями ценных метафор, давят читателя, держат его в напряжении». Стиль О.Славниковой отличается тяжелыми синтаксическими конструкциями, практически отсутствием диалогов, насыщенностью тропами. В связи с этим, нам кажется, что в этом О.Славникова далека от наставления А.П.Чехова «Берегитесь изысканного языка. Язык должен быть прост и изящен». В романе военные музыканты, “из за разной толщины и сутулости похожие на соленые огурцы”, а пруд «почмокивает, как ре зиновая грелка», а тишина «тугая, как футбольный мяч». По словам самой писательницы, особенностью ее прозы является – «поэтическая речь».

Таким образом, на основании исследованного произведения мы смеем говорить, что ху дожественный метод О.Славниковой отвечает определению постмодернизма.

Она пытается «повторить известные идеи в новом художественном оформлении», созвуч ном, как ей кажется, современному человеку. Для О.Славниковой очень важен успешный человек и, в частности, интересна судьба успешной женщины. Историческая память для О.Славниковой - это относительность любых ценностей, ирония к прошлому, это отсутствие подлинности событий. Всё представляется ей «ряженым, ненастоящим».

В романе мы увидели увлекательный сюжет, глубокий философский подтекст, оригиналь ность формы, необычную пространственно-временную организацию повествования Библиографический список:

1. Великие мысли великих людей. Книга 3.- СПб.: Лениздат, 2. Плещеев Ю. 2017: Революция без революционеров, или Политическая антология русского постмодернизма. // «Литературный журнал», 2007, № 3. Попова А. Протяжность русского пространства. // «Нева» Литературный журнал, 2006, № 5.

4. Славникова О.А. 2017: Роман. – М.: Вагриус, 5. Тимофеев Л.И. Тураев С.В. Краткий словарь литературоведческих терминов. – М.: Про свещение, 6. Каган М.С. Философия культуры, Спб., СОДЕРЖАНИЕ И СУЩНОСТЬ ПОНЯТИЯ ГЕРОИЗМА Канева М.А.

Научный руководитель Скобелева В.А.

(Ухтинский государственный технический университет) Специфика героизма состоит в том, что это яркий и экстремальный способ объективации подвига нравственного величия личности. Героизация связана с потребностью социума (тол пы) в герое-вожде, лидере, причем подлинным героем тот может и не быть. Толпа бессозна тельна, аффективна и нуждается в руководящем личностном (разумном) начале. Героизм выражается не только в следовании героя требованиям общества, но и, порою, в позиции че ловека «по ту сторону», привычных норм и представлений, делая его борцом с «косностью масс». Через противостояние устаревшим взглядам, ставших тормозом общественного раз вития, происходит раскрытие потенциала культуры, поэтому судьбы героев зачастую оказы ваются трагичными. Рассмотрим некоторые аспекты содержания и сущности понятия герой в истории научно-философской мысли.

Итак, герой в истинном смысле - это великий человек, личность, решающим образом по влиявшая на ход и направленность исторического процесса благодаря самореализации в культуре во имя духовно-нравственных ценностей. Понятие герой рассматривается с разных точек зрения. Так, у Гомера и Гесиода герои - это, прежде всего, борцы с силами хаоса, те, кто очищает землю от чудовищ, строит города и возглавляет многочисленные воинства на родов. У Платона же герои - это мудрецы и искусные ораторы, диалектики, софисты. У Ари стотеля герой - наставник жизни, спаситель, творец и заступник целого народа. У Дж.Вико герой - та особая промежуточная фигура, которая обеспечивает переход людей от дикости и варварства к истинной человеческой природе. Гегель связывает понятие «герой» с понятием «великая героическая личность».

Героическая личность, стремясь к свободе и самоосуществлению, внутренней целостно сти, гармонии и счастью, вынуждена преодолевать несовершенства мира, тем самым, изме няя его. Подвиг, утверждающий общезначимые ценности рассматривается, как прорыв к свободе и справедливости, это вызывает у людей чувство сопереживания герою и эстетиче ское переживание возвышенного: очищение катарсис укрепляет веру в возможности челове ка и надежду на лучший мир. Героизм, по сути, оказывается направленным на сохранение и укрепление жизнеспособности и гармонии общественного целого, даже ценой жизни отдель ного индивида, обычно он является в высшей степени желательным для общества, так как гарантировал его выживание. Героическое, предполагающее «выход» за пределы защищен ного мира, и сакрализация подвига дает надежду на воскрешение духа героя, что придает особую значимость героическим деяниям в пользу социокультурной общности и делает опасное предприятие желанным, вытесняя чувство страха и побуждая человека к самосо вершенствованию.

Рассматривая религиозные представления коренных народов нашей республики нельзя не вспомнить легендарного богатыря, культурного героя Пера Богатыря. Первая запись сказа ния о Пере была сделана ещё в 1771 г. академиком И.И. Лепёхиным, к настоящему времени о нём опубликованы десятки текстов.

Коми-пермяцкая легенда говорит, что на небе жил Бог-Солнце с дочерью Зарань, а на земле - молодой охотник Пера, сын Пармы-тайги. Однажды Пера вздумал дотронуться до Бога-Солнца и был выброшен с неба. И разбился бы смельчак вдребезги, да, падая, угодил в золотые сани Зарани, катавшейся на серебряном коне. Познакомились они, и Пера пригласил Солнцеву дочь в гости. Она спустилась в Парму и была так зачарована красотой земли и обаянием Перы, что не вернулась к отцу. А затем родила Пере семерых сыновей и семерых дочерей. Так появилось племя коми-пермяков.

Пера ловил всяких зверей, был так силен, что камни размером с баню как мячик бросал, такой был мастер ходить на лыжах, что если к голове привяжет двенадцатисаженный сыро мятный ремень, то конец ремня при ходьбе даже земли касаться не будет. Деяния Перы не имеют явно выраженной мифологической подоплеки и преимущественно свидетельствуют лишь о его богатырской силе. Этот народный защитник простодушен, как и сам пермяк, и готов помочь любому, кто в этом нуждается. Богатырь-добряк избавил свой многострадаль ный и тихий народ от гнева Висела, главного лешего, изгнал из реки Камы водяного царя Вакуля, и вся дичь и рыба стали достоянием людей. Он помог русскому войску отразить на шествие Идолища, который своим огромным - до неба - колесом давил, как муравьев, защит ников Москвы. За свой подвиг он мог получить большую награду, но скромный по природе, он попросил у царя лишь лаптежный кочедык (грамоту на владение лесным промысловым участком в родных краях, где хозяйничал леший) да кулэм (сеть) для ловли рябчиков и куро паток. Пера жил сто двенадцать лет и берег эту грамоту и шелковую сеть1.

Пера-богатырь отнюдь не эпизодический, а, скорее, один из центральных персонажей в коми фольклоре: он культурный герой (то есть тот, кто добывает людям, как Прометей огонь, культурные блага и разные навыки) и участник мифического «первотворения». Во круг культурного героя циклируются мифы и сказки Коми – черта, характерная для архаиче ского фольклора. Сюжет о Пере-богатыре является одним из наиболее развитых, хорошо сохранившихся как в эпосе коми-зырян, так и в эпосе коми-пермяков. Национальное своеоб разие выражается в оригинальном сюжетном решении, в приемах передачи национальной речи, народного быта, обычаях. Пера – народный герой, народный идеал добра и справедли вости. В сказках о Пере отсутствует прямое морализирование. Сила Перы направлена на за щиту обездоленных и униженных сородичей, на защиту коми и соседнего братского русского народа.

В сказке Пера наделен неуязвимостью. В то время, как всех людей чудовищное колесо да вит насмерть, это же колесо не в состоянии причинить ему какого-либо существенного вре да. Мотив неуязвимости эпического богатыря есть выражение веры народа в бессмертие идеалов, народных положительных героев.

Пера – богатырь предстает как воин-борец против иноземных захватчиков, как победитель стихийных сил природы, как противник национального гнета. Произошло слияние фантасти ческих и реалистических элементов в едином художественном образе, и это придало образу неповторимый оттенок.

Поклонение героям сегодня - зачастую поклонение созданным искусственно образцам призракам. В такой ситуации особенно важен разумный и критический взгляд на личностные образцы, предлагаемые общественности средствами массовой информации. Важно понять, к чему апеллируют эти образцы: к низменным инстинктам «толпы», что характерно для лже пророков и псевдогероев, преследующих эгоистические, корыстные цели, либо к сознанию и совести сообщества разумных людей, созидающих уникальную культуру. Для современной культуры характерно сомнение в героизме, но при этом в нем ощущается острая потреб ность. Общество ждет и ищет новые личностные образцы, новых героев, которые помогли бы другим раскрыть смысл жизни в современной культуре, переживающей кризис.

Библиографический список:

1.См.: Пера-богатырь: Сказки финно-угорских народов. Сыктывкар. Коми книжное изда тельство, 1985. 128 с.

ЭВТАНАЗИЯ КАК АКТ МИЛОСЕРДИЯ ИЛИ УБИЙСТВО?

Алиметова К.А.

Научный руководитель Ермушина Н.Н.

(Ухтинский государственный технический университет) В наше время для современного общества характерен принцип «самовыживания», в нем нет места жалости и сострадания к тем людям, которые смертельно больны и у которых нет шан сов выжить. Фактически эти люди становятся изгоями. И общество избавляется от них, как от лишних элементов, поскольку считают, что на их содержание идут лишние деньги, которые отрезаются от общества. Отсюда возникает проблема положительного принятия эвтаназии.

Отношение общества к проблеме эвтаназии сегодня является одной из наиболее актуаль ных и дискуссионных тем. На протяжении многих лет в прессе и на телевидении, а также в ходе всемирных обсуждений и конференций встает вопрос о правомерности искусственного прерывания человеческой жизни и каждый раз мнения полярно разделяются.

Этот вопрос рассматривается с позиции права, морали, медицины, этики и даже экономи ки, но единой точки зрения о том, квалифицировать ли эти деяния, как убийство или как ис полнение человеком права свободного выбора до сих пор не существует.

Попробуем разобраться, в чем состоит суть этой проблемы для современного общества, что лежит в основе решения о прекращении своей жизни.

В настоящее время юристов, медиков, да и всё современное общество волнует целый ряд вопросов, ответы на которые до сих пор не найдены. Вправе ли человек распорядиться своей жизнью и вовсе отказаться от неё, обратившись к медицинскому работнику с просьбой о прекращении лечения в случае угрожающего жизни заболевания или состояния? Если паци ент имеет на это право, то может ли врач, профессия которого обязывает его до конца бо роться с болезнью, способствовать жизни, не прерывать её, удовлетворить просьбу больного? Правомерно и гуманно ли отказывать безнадёжно больному в его просьбе прекра тить раз и навсегда его страдания? Это лишь небольшой круг вопросов, ответы на которые надо найти, чтобы решить такую глобальную проблему как применения эвтаназии.

Анализ обозначенных вопросов предполагает необходимость определить понятие эвтана зии, оно должно быть очень чётким и исключать двусмысленности. В переводе с греческого “эвтаназия” — “благая смерть” (от греч. эв — хорошо, танатос — смерть), это намеренное ускорение смерти или умерщвление неизлечимого больного с целью прекращения его стра даний. Впервые термин был использован в XVI-м веке английским философом Ф. Бэконом и обозначал легкую, безболезненную смерть, которая не сопровождается длительной тяжелой агонией и не вызывает физических и моральных мучений для умирающего человека и его близких. Человеку хочется умереть, подобно тому, как ему хочется заснуть. В капитальном труде д-ра Георга Д. Арнаудова «Медицинская терминология» на пяти языках) дается два толкования термина «эйтаназия». Во-первых, «легкая, безболезненная, «блаженная» смерть»

и, во-вторых, «облегчение умирания применением обезболивающих средств при неизлечи мой и мучительной болезни».В XIX веке эвтаназия стала обозначать “умерщвление пациента из жалости”. В годы третьего рейха в фашистской Германии принудительной эвтаназии, то есть попросту убийству, подвергали в целях “очищения расы” пациентов психиатрических клиник. А со второй половины XX века в мире вновь развернулась дискуссия вокруг легали зации эвтаназии уже из соображений гуманности.

Эти проблемы активно обсуждаются общественностью стран, где широко внедрены эф фективные технологии по поддержанию и продлению жизни, и где были выявлены случаи, когда врачи помогали совершить эвтаназию ("стареющие" европейские страны, США). В Нидерландах она разрешена законом. В США распространена практика в юридически досто верной форме выражать свою волю в случае необратимой комы. Во Франции вопрос о при нятии эвтанзии встал после печально известного случая, произошедшего в марте 2008 года с Шанталь Себир. Пятидесятидвухлетняя женщина на протяжении семи лет страдала редкой неизлечимой формой рака носовой полости. Злокачественная опухоль изуродовала ее лицо, привела к потере зрения и вкуса и причиняла нестерпимую боль. Себир неоднократно обра щалась в судебные инстанции и лично к президенту Франции Николя Саркози с просьбой разрешить ей эвтаназию – смертельную инъекцию, позволившую бы умереть быстро, легко, в окружении семьи и будучи в сознании. Но всюду она получила отказ.

Все закончилось 20 марта 2008 года, когда Шанталь Себир была найдена у себя дома мертвой. При вскрытии обнаружилось, что Себир совершила самоубийство – отравилась барбитуратами. Многие политические и общественные организации требовали пересмотра законодательства и разрешения эвтаназии. Правительство Франции обещало провести «ана лиз и оценку» действующих правил, но пока каких-либо мер принято не было. Также в ряде европейских государств применяется политика невмешательства при соблюдении надлежа щих условий. Во многих странах развернута широкая дискуссия и организовано движение за легализацию эвтаназии, чтобы не было секретных случаев, злоупотреблений.

Говоря сегодня об эвтаназии, нужно в первую очередь чётко представлять себе всю глу бину и сложность для традиционного мышления процессов, происходящих с человеком и его сознанием во время смерти, не говоря уже о тех процессах, которые могут происходить по сле нее. Подавляющее большинство прагматично мыслящих людей не допускают даже мыс ли о том, что смерть (точнее ее форма и ее последствия) может оказывать огромное влияние на жизнь самого человека и судьбу тех людей, кто имел к ней отношение (как из числа са мых близких родственников, так и тех, кто проводил эту процедуру, в случае эвтаназии). Хо тим мы того или нет, знаем или нет, но все люди, живущие на Земле, связаны между собой.

Поступок или действия одного всегда влияют на жизнь других в той или иной мере. Мы от вечаем за все. За все, что сделали и не сделали, знали или нет, поняли и недопоняли. Все лю ди являются частью единого целого. Сама по себе смерть никогда не нуждалась ни в чьей помощи, а тем более в помощи человека и его социальных "институтов". Как не может быть в жизни двух абсолютно одинаковых людей, точно так же не бывает в жизни и двух абсо лютно одинаковых смертей. Каждая конкретная человеческая смерть - это очень сложный, глубоко личный и непостижимый для сознания процесс, поскольку он происходит не только на физическом уровне и не заканчивается только лишь физической смертью. "Стандартной" смерти не может быть. За каждой конкретной смертью стоит конкретная жизнь с её подъё мами и спусками, ошибками и радостями, находками и заблуждениями. Во время смерти ка ждый человек получает возможность "пересмотреть" содержание своего собственного "чёрного ящика". Свои ошибки, заблуждения и слабости человеку приходится осознать и пе рестрадать. Форма смерти - это концентрированный результат жизни самого человека и его ближайших предков. Так называемые муки смерти являются очищением для человеческой души и уроками мужества, мудрости и силы для его близких. Поэтому решение человека об использовании эвтаназии должно быть абсолютно осмысленным и осознанным. Если чело век твердо намерен использовать эвтаназию, то лишать его такого права нельзя.

Но так или иначе у эвтаназии есть сторонники и противники. Рассмотри аргументы, кото рые они приводят.

В пользу “легкой смерти” 1) “Милосердие” (“последнее лекарство”).В тех случаях, когда анестезия уже не может помочь, умерщвление больного — это проявление милосердия, то “последнее лекарство”, которое должно быть ему дано медициной. Эвтаназия осмысляется здесь как “правильное лечение”, направленное на устранение непереносимых болей.

2) Абсолютная автономия человека. В основу этого аргумента заложено убеждение в ложности религиозного представления о том, что жизнь — это высший дар, и человек не вправе распоряжаться тем, что ему не принадлежит. Эвтаназия становятся практически рабо тающим принципом, если собственные ценности личности совпадают с такой ценностью со временной цивилизации, как право на предельную самодетерминацию личности. Эвтаназия рассматривается как цивилизованные средства возникшей проблемы.

3) “Альтруизм” (самопожертвование).Сторонники эвтаназии обращают внимание на то, что просьба больного об ускорении смерти может быть вызвана альтруистической мотива цией. В этом случае больной считает, что он обязан перестать быть обузой для ближних. У него не исчезает желание жить, но он преодолевает его, чтобы не обременять родственников и медперсонал заботами о нем самом. По точной формулировке И.В. Силуяновой, “забота о близких поглощает его индивидуальную волю к жизни”.

4) Смерть как право на комфорт Для сторонников этого аргумента достоинство жизни опре деляется ее качеством. Если жизнь не приносит наслаждений, если она сопровождается ощущени ем дискомфорта и это ощущение нарастает, такую жизнь нельзя считать достойной. Тем более нельзя считать достойным жизни мучительный процесс умирания. Поскольку такая жизнь не удовлетворяет запросы личности, она не имеет смысла и от нее следует избавиться.

5) “Справедливость” (лишние люди).Легализация эвтаназии позволит сократить затраты на лечение безнадежных больных и направить эти средства на другие, более значимые для общества цели. Кроме того, ускоряя смерть терминальных больных, медицина сможет лучше обслуживать тех, у кого больше шансов на выздоровление. Таким образом, как полагают сторонники, легализация позволит воплотить принцип справедливости.

6) Евгеника (генетическая селекция).В этом случае эвтаназия выступает средством евге ники. Приверженцы этого аргумента считают, что в целях улучшения генофонда нации и всего человечества вид Homo Sapiens следует подвергнуть генетической селекции. И как раз для гуманной выбраковки неполноценных экземпляров необходимо обеспечить им “легкую смерть”. Именно эта логика подвигла фашистскую Германию осуществить, начиная с года, “Программу эвтаназии” по отношению к “жизненнонеполноценным” лицам. Как отме чают исследователи: “Разработанная нацистами практика эвтаназии стала первой политиче ской программой эвтаназии, которая была реализована. Согласно данным, которые мы находим в актах Нюрнбергского процесса, между 1939 и 1941 годами было уничтожено тысяч жизней, определенных как «существования, лишенные жизненной ценности».

Подводя итог этому обзору аргументов сторонников эвтаназии, отметим, что, несмотря на все различия, они сходятся в одном — в отрицании исключительности и трансцендентности челове ческой личности, а “когда отсутствует эта ценность, тесно связанная с утверждением существова ния личного Бога, произвол одного человека в отношении другого может либо осуществляться главой абсолютистского государства, либо быть связан с притязаниями индивидуализма”. В зако нодательствах всех стран мира за малым исключением подобные идеи оцениваются как бесчело вечные, а действия, направленные ускорение смерти больного, квалифицируются как преступные.

Какими же аргументами руководствуются противники эвтаназии? Мы разбили эти аргу менты на пять смысловых блоков, а именно, психологический, медицинский, юридический и религиозный.

Психологический подход Рассмотрим их подробнее.

1) Главная проблема страдающего человека — увидеть смысл мук. Если этот смысл есть, чело век любою боль вынесет. Если его нет, даже насморк может оказаться поводом к суициду.

2) О чем просит больной, когда просит: “Убей меня!”? Как умирающий, который просит его убить, на самом деле, этим кричит о помощи.

3) “Депрессивная самооценка больного может индуцировать врача в безнадежности из лечения”. У больных, в критических состояниях, могут развиваться соматогенные и психо генные депрессии. Всякая депрессия выражается в субъективно нигилистическом прогнозе, в неверии в благоприятный исход и уже, по своей сути, может инициировать просьбы больно го о его скорейшем избавлении от страданий путем умерщвления. Такая оценка безнадежно сти своего состояния больным, находящимся в депрессии, и фактически далеко не всегда соответствующая реальному прогнозу может иметь два негативных следствия: во-первых, сама по себе депрессия ухудшает физическое состояние больного и, во-вторых, депрессивная самооценка больного может индуцировать врача в безнадежности излечения.

4) Желание “облегчить страдания” больного может быть скрытым проявлением эгоиз ма со стороны окружающих.Этот аргумент противников эвтаназии построен на анализе возможной мотивации ее сторонников. Не прикрывают ли слова о необходимости ускорить смерть тяжело больного человека из сострадания и милосердия к нему — эгоистическое не желание быть с ним рядом, разделить его душевную боль, тратить свое время и силы на его поддержку? Увы, часто люди не отдают себе отчет в том, что же на самом деле таится за их гуманизмом.

5) Легка ли принять на себя смертный грех. Этот аргумент противников основан на ана лизе той ситуации, в которой оказывается больной в том случае, если окружающие пошли навстречу его просьбе об эвтаназии. Проблема в том, что образ эвтаназии в массовом созна нии — это та картинка, которую рисуют средства массовой информации. Однако при сопри косновении с реальностью виртуальные зарисовки могут оборачиваться катастрофой. Уйдет ли человек из жизни в состоянии душевной борьбы, что все же дает ему некую надежду на посмертное оправдание, или умрет в состоянии глубокой депрессии, такое завершение жизни скорее напоминает катастрофу, нежели виртуальную “легкую смерть”.

6) Почему должны страдать врачи? (непоправимая ошибка).Данный аргумент против ников эвтаназии анализирует ситуацию, в которой может оказаться врач после ее производ ства. Для медицинского сообщества проблема эвтаназии — это проблема последствий безнравственного деяния для того, кто его совершил. Это тот поступок, при котором все гу манистические и утилитарные гипотезы и утопии соприкасаются с реальностью нравствен ного бытия человека. И эта встреча может обернуться жизненной трагедией для врача.

Некоторые вещи необратимы. Переступая заповедь “не убий”, врач не просто отрекается от своего призвания. Он в чем-то главном перестает быть человеком. Поэтому, когда общество высказывается против эвтаназии, оно заботится и о врачах.

7) Легализация эвтаназии подорвет доверие к деятельности врача, пациенты будут сомне ваться в объективности диагноза, ведь за решением врача могут скрываться корыстные или преступные мотивы. Это подорвет доверие к деятельности врачебного сообщества в целом.

Правовой аргумент (опасность криминализации медицины) В легализации эвтаназии заинтересованы страховые компании. Ясно и то, что возмож ность легально умертвить человека будет использована в преступных целях.

Во все времена у определенной категории граждан находились поводы “ускорить” чью-либо смерть — ради наследства, чтобы избавиться от необходимости ухаживать за тяжелобольным, чтобы убрать свидетеля и т.д. Именно поэтому правовые нормы однозначно запрещают причинять человеку смерть (в данном случае речь не идет о ситуации самообороны или защиты роди ны).Таким образом, легализация эвтаназии пробивает брешь в правовом поле, санкционируя воз можность убийства, за которую ее совершители не несут юридической ответственности. Отсюда понятно, почему легализация эвтаназии повлечет за собой криминализацию медицины. Законода тельный запрет эвтаназии предохраняет общество от подобных соблазнов.

Религиозное призвание (там, где бессильна медицина) Проблемы эвтаназии для христианина не существует, поскольку он знает, что жизни, и ее начало, и ее конец в руках Бога. Патриарх Московский и всея России называет эвтаназию «дьявольским делом», когда врачи убивают своих пациентов. Православные противники умерщвления, о чем Церковь высказалась определенно в своих «Основах социальной кон цепции». В том случае, когда бессильна медицина, имеет смысл вспомнить о религиозном призвании человека. Какая позиция существует в философии Корана? Как пишет мусуль манский исследователь из Иордании Маджид Турмусани, согласно Корану все в мире суще ствует по воле Бога, и нарушения в нем тоже есть акт Бога, задуманный как испытание веры индивидов, смогут ли они принять такую судьбу.

Религия напоминает человеку о том, что его жизнь не бесцельна. Современная культура, напротив, пасует перед фактом смерти. Логика современного общества проста: если от жиз ни ничего нельзя взять, ее следует оборвать, но если у человека есть высшая цель, ради кото рой стоит жить, он пройдет сквозь любую боль Хотя в телепередачах заставкой к теме эвтаназии служит световое пятно, в котором рас творяется тень, символизирующая сознание умирающего, однако, на самом деле, за чертой смерти в душе такого человека остается вечное одиночество и тоска по той любви, от кото рой не отлучают ни скорбь, ни теснота, ни болезнь, ни фальшивые улыбки родственников, ни равнодушие врачей, ни смерть.

Эта любовь — любовь Божья. Только эта любовь приносит то счастье, что проходит сквозь горнило всех утрат, включая болезнь и гибель тела.

Папа Римский Бенедикт Шестнадцатый выступает против эвтаназии, проведение которой, по его мнению, маскируется жалостью.

"Жизнь - это творение Бога, и не может никем отрицаться", - сказал он, выступая в вос кресенье перед собравшимися на площади Святого Петра в Риме. Несмотря на трудности и несчастья, "жизнь должна цениться в ее неповторимости", подчеркнул он.

XI. Приемлемый подход: хосписное движение Причина появления хосписного движения в целом известна: умирание — это особое время че ловеческой жизни и медицина должна помочь человеку по-человечески умереть. Эта задача реша ется в хосписе не только за счет дополнительного внимания и качественного ухода, но и благодаря личностному отношению к каждому пациенту. Поэтому, в частности, в хосписах не ограничивают применение анестезии сугубо медицинскими задачами купировать боль. Задача не в том, чтобы боль стала переносимой. Задача в том, чтобы пациент не ощущал дискомфорта. Поэтому здесь до пустимо применение большего количества обезболивающих средств, чем в обычных больницах.

Хотя последнее может косвенно привести к ускорению смерти пациента, однако это не является нарушением врачебной этики, поскольку служит тому, чтобы сохранить человеческое достоинст во больных и возможность личностного общения.

При хосписах всегда действуют часовни или храмы, однако никого не принуждают к вере.

Общение с Богом — личное дело каждого. Насилие здесь недопустимо.

От пациента не скрывают правду о диагнозе, если только он сам не просит об этом. Но со общают ему об этом не в лоб, не причиняя психологической травмы, но обращаясь за помо щью к опытным психотерапевтам и специально подготовленным врачам.

Умирание становится для человека временем осмысленной жизни, возможностью принять смерть как должное.

Таким образом, проблема эвтаназии остается одной из наиболее дискуссионных тем в об ществе, и решение этой проблемы - задача общая - врачей и юристов, философов и богосло вов, одним словом, людей всего мира.

КУПЕЧЕСКИЙ БЫТ В ТВОРЧЕСТВЕ Б. М. КУСТОДИЕВА Вдовина А.В., Иванова С.В.

Научный руководитель Скобелева В.А.

(Ухтинский государственный технический университет) Борис Михайлович Кустодиев родился в Астрахани в 1878 году, и там, на волжских бере гах, прошли его детство, отрочество и юность. В 9 лет бесповоротно решил стать художником.

До его родного города Астрахани, где не было ни одного музея, добралась XV выставка Това рищества передвижников, и он увидел полотна Репина, Сурикова, Поленова, Крамскова, Шишкина. Разве мог он представить себе тогда, что через 10 лет Илья Репин станет его учите лем, а всемирно известный Суриков напишет уже 1903 году: "О Кустодиев, Кустодиев, его имя страшно успокоительно действует на душу..." Впрочем, в Московское училище живописи, ваяния и зодчества его не приняли как переростка (ему было уже 18 лет), и он уехал в Петер бург, где носил 2 пары носков, так как у нижней пары недоставало пальцев, а у верхней пяток.


"К 1910 году Борис Михайлович становится всемирно известен и представляет русское искус ство за рубежом. А он говорит: "Вот и эта медаль (международной выставки в Мюнхене) - я очень рад, что она на меня не повлияла". В 1931 году он уже академик и о нем восторженно пишет Репин: "...Когда-то Борис Михайлович признался, что главный его недостаток - это от сутствие силы воли". Теперь он говорит: "Как бы хотелось писать картины не красками, а од ним напряжением воли". Кустодиев до галлюцинаций видел свои будущие картины, поэтому писал легко, быстро, в несколько дней он мог написать шедевр. Много времени пройдет, но навсегда напоминанием о вечной красоте останутся богини Рубенса, закованные в парчу и драгоценности инфанты Веласкеса, очаровательные и милые парижанки Ренуара. Среди них будет и наша русская красавица "Купчиха", созданная Кустодиевым в 1915 году.

Репин, учитель Бориса Михайловича, писал: "На Кустодиева я возлагаю большие надеж ды. Отличительные черты его дарования: самостоятельность, оригинальность и глубоко про чувствованная национальность;

они служат залогом крепкого и прочного его успеха".

И ученик оправдал надежды, Репин был в восторге от его "Маслениц", да и художествен ный мир, наконец, заметил новую красоту, найденную Кустодиевым. До этого Борис Михай лович был известным, но все таки "вторым Репиным". Кострома расцветилась ярким астраханскими красками, дух Островского сплелся с миром народной игрушки, и этого ни когда не было, и это был Кустодиев. Рассказывают, как почти свихнулся некий митрополит, узрев одну и его картин: "Видимо, дьявол водил дерзкой рукой художника Кустодиева, когда он писал свою "Красавицу", ибо смутил он навек покой мой. Узрел я ее прелесть и ласко вость и забыл посты и бдения. Иду в монастырь, где и буду замаливать грехи свои". Нельзя не удивиться силе кисти художника, вызвавшего такую бурю чувств у подготовленного к ис кушениям "святого" старца. Самобытные образы художника, его чудесные композиции по священы старому русскому быту середины прошлого столетия. В ряду изображений волжских купчих достойное место занимает "Купчиха за чаем" (1918):.. Провинциальный городок. Чаепитие. Молодая красавица купчиха сидит в теплый летний вечер на балконе, пе ред нею стол с самоваром, фруктами и сдобой. Нежный румянец оттеняет белизну холеного лица, черные брови слегка приподняты, голубые глаза что-то внимательно рассматривают вдали. По русскому обычаю, она пьет чай из блюдца, поддерживая его пухлыми пальцами.

Вдали видна терраса другого дома, где купец с купчихой сидят за тем же занятием.

Натурщицей Кустодиева была скромная девушка, жившая неподалеку. Этюд с нее лег в основу картины. Художник доработал и изменил его, в результате изображенная на этюде девушка превратилась в нарядную красавицу.

Румяные и белотелые кустодиевские купчихи являют собой народный, отчасти даже про стонародный идеал красоты. Художник любуется ими, хотя его собственные эстетические представления, воспитанные на полотнах Веласкеса, Гольбейна, Тициана, не соответствуют этим образам. Нет, его идеал вовсе не такие дебелые женщины. Но, по словам Кустодиева, во время работы над картинами тонкие и изящные красавицы не вдохновляли его и не казались интересными. В картине "Купчиха" художник восхищается пышущей здоровьем, полногру дой статной русской красавицей, в которой есть что-то необычайно пленительное. Солнеч ные, желтые, розовые, синие краски пейзажа перекликаются с коричнево-красным тоном ее платья, цветной шалью, и вместе все сплетается в яркий красочный букет.

Образ кустодиевской "Красавицы" неизменно привлекает симпатии зрителя. Есть непо вторимая прелесть и своеобразная грация в изображении сидящей на сундуке полной бело курой женщины с лукавым и безмятежным лицом. В неуклюжей и смешной позе - наивность и целомудренная чистота, в лице светятся доброта и мягкость. Полотно очень нравилось А. М. Горькому, и художник подарил ему один из вариантов картины.

Мало кому столько доставалось от художественной критики и коллег-живописцев, сколь ко Кустодиеву. Футуристы ругали мастера за то, что он никак не может перервать пуповину, связывающую его с Репиным, и поэтому все "оглядывается на передвижников".

Кустодиев довольно спокойно относился к подобным выпадам в свой адрес. Художник работал, невзирая не хулу и брань, хотя читать о себе ежедневно такое неприятно и досадно.

А в двадцатых годах такие ярлыки, как "певец купцов", принесли еще и дополнительные не приятности. О Кустодиеве просто забыли. Очевидно, Кустодиев в то время не попал в число художников "от импрессионизма до кубизма включительно". Особое место в жизни Кусто диева занимала дружба с Ф.И. Шаляпиным. "Много я знал в жизни интересных, талантливых и хороших людей, - вспоминает Шаляпин. Но если я когда-либо видел в человеке действи тельно высокий дух, так это в Кустодиеве... ".

Незадолго до смерти Борис Михайлович просит посадить на его могиле березу и не ста вить надгробную плиту. Он ушел, но с нами остались его картины - праздник России, празд ник русской живописи.

КУЛЬТУРА САМУРАЕВ КАК ФОРМА БЫТИЯ ЯПОНСКОЙ КУЛЬТУРЫ Тюрина М.А.

Научный руководитель Скобелева В.А.

(Ухтинский государственный технический университет) В настоящее время, на мой взгляд, наблюдается повышенный интерес к культуре восточ ных стран. Наибольший интерес вызывает культура Японии, а именно - самурайская культу ра. О Японии складывается представление, как о сказочно богатой и прекрасной стране.

Японские рыцари-самураи - одни из самых колоритных персонажей всемирной истории. Не даром самураев называют душой Японии. Ни что, наверное, не повлияло на японскую куль туру и тем более на культуру боевых искусств так сильно, как самурайский дух. На протяжении многих веков могущество самураев все более возрастало, и теперь, упоминая самураев, мы имеем в виду отважных, бескомпромиссных воинов, сражающихся за идею и ставящих свою честь выше собственной жизни. Их боевое мастерство выходило за рамки сноровки и превращалось в изящное искусство.

Моральные и культурные ценности, которые сложились внутри самурайского сословия, ныне стали достоянием всей нации. Эти ценности живы до настоящего времени, благодаря которым, современная японская культура достигла таких вершин. Наследие традиционной самурайской культуры сейчас творчески изучается во многих странах мира. Дисциплина, упорство и прилеж ность - вот качества, что и по сей день, определяют японский национальный характер, которому страна обязана своим взлетом и превращением в одну из самых передовых держав мира. Трина дцать столетий прошло с тех пор, как появились первые из них и более ста лет - как последние пе рестали существовать. Влияние просуществовавшего более тысячи лет и канувшего в историю военного сословия было настолько сильно в Японии прежних лет, что без него невозможно понять историю, традиционную культуру, да и любую грань жизни современной Японии.

Первые самураи сформировались из нануси - зажиточных крестьян, непосредственно свя занных с землей. Можно сделать вывод, что появление самураев, вероятно, связано с вводи мыми в то время законами (VII-VIII вв. н.э.). Тогда еще они не назывались собственно самураями. Буси, букэ, цувамоно - так называли вооруженных людей. В древней Японии слово «самурай» образовалось от глагола «сабурахи» и имело буквальное значение - «слу жить великому человеку, человеку высшего сословия». Подъем самурайства знаменовал ре волюционный переворот, заключавшийся в том, что силы, созревшие внутри крестьянских масс и поднявшиеся снизу, пришли на смену господствующему классу древнего государства, начиная с периода Яей (V в. до н.э. — IV в. н.э.).

Иэнаго Сабуро отмечает, что развитие японской культуры происходило как бы вокруг двух полюсов японского общества: с одной стороны, вокруг императорского двора, и с дру гой - вокруг деревни. Впоследствии, помимо этих двух, появился еще один полюс развития японской культуры - самурайский. Образованию военного сословия способствовали две причины. С развитием феодальных отношений и, прежде всего, появлением частных фео дальных поместий - сеэн - усилилась эксплуатация крестьян. Начались восстания и массовые уходы жителей деревень со своих земель. Беглецы (ронины) занимались грабежами на доро гах, нападали на поместья или же шли на службу в частные владения, в буддийские храмы.

Тяга ронинов в сеэн, с одной стороны, и нужда владельцев поместий в ронинах, с другой, привели к созданию нового сословия, не принимавшего участия в производстве материаль ных благ - сословия самураев, или воинов.

Расширение японского государства шло на северо-восток, за счет завоевания земель айну.

Граница притягивала беглых крестьян, спасавшихся от феодального гнета и стремившихся овладеть землями айнов. Со временем правительство стало поощрять переселение беззе мельных крестьян. Поселенцы, получившие вооружение от властей, вели с айнами более эф фективную борьбу. Вооруженные поселенцы содействовали зарождению самурайской прослойки в северных районах о. Хонсю.

Зарождавшаяся прослойка воинов Японии оформлялась как специфическая группа феодаль ного общества, на которую оказали определенное влияние, как военные, так и мирные контакты с воинственными племенами айнов. Во многих книгах, посвященных боевым искусствам, встре чается однозначное утверждение, что все японские воины были исключительно дзэн буддистами. На самом деле это очень далеко от реальности. Идеология большинства воинов представляла собой переплетение, по крайней мере, четырех учений: синтоизма, буддизма, дао сизма и конфуцианства. При этом все четыре учения никогда не существовали в чистом виде, что видно на примере различных самурайских уложений Бусидо. Здесь и отголоски буддийского учения об иллюзорности жизни, о воздаянии после смерти, и заметное влияние конфуцианских этических идей о почитании своего господина и выполнении долга, и даосско-синтоистские ве рования в духов-покровителей. Именно эти четыре религии в равной мере и оказали определен ное влияние на развитие мировоззрения самураев.

Дух бусидо, на котором были воспитаны эти люди, глубоко проникал в мир стремительно развивающейся экономики. Отныне такие добродетели, как преданность интересам предпри ятия, чувство долга и добросовестность, уважение к начальству, беспрекословное послуша ние, дисциплина и пренебрежение собственной выгодой ради общего успеха, перенимали у бывших самураев их сослуживцы и подчиненные.

Современные воины черпают идейно-нравственное вдохновение в традициях и нравах саму райства феодальной Японии. Мифы и легенды из далекого прошлого, различные сказания о не обычайных подвигах самураев, об их беспредельной верности и преданности своему господину, их жертвенности и презрении к смерти активно внедряются в сознание японского народа сред ствами массовой информации и другими методами идеологического воздействия. Идеологиче ская обработка солдат и офицеров в таком духе считается полезной для поддержания фанатизма в войсках, которым внушается необходимость вести борьбу в любых условиях.

Доведенный до фанатизма японский солдат при чрезвычайных обстоятельствах способен совершить, по самурайскому обычаю, «харакири». Так, во время Второй Мировой войны многие генералы и офицеры, не вынеся горечи поражения, пришли на императорскую пло щадь в Токио и покончили свою жизнь самоубийством, исполнив «харакири». Любой воин, лишив себя жизни, таким образом, объявляется героем, подлинным патриотом.

Таким образом, несмотря на то, что самурайское сословие пришло в упадок, нормы и цен ности сложившиеся в нем, живы и поныне. Их проявление можно наблюдать даже в совре менной Японии. Ныне Япония - одна из ведущих промышленно развитых стран мира;

может быть, вскоре она станет мировым лидером. Этот невероятный успех объясняется во многом трудолюбием и упорством народа, его прилежанием, надежностью, терпением, настойчиво стью, никогда не ослабевающей энергией, а также тем, что былые самурайские добродетели пусть и в измененном виде - продолжают почитаться всеми японцами.

В нынешние времена темы, посвященные самурайским традициям, актуальны, благодаря восточной экзотике, показной «кровожадности» и вероломству «рычащих киношных» вои нов в пластинчатых доспехах. А ведь самураи, как свидетельствует история, в с воем лучшем проявлении нередко были высокообразованными людьми, тонкими ценителями прекрасного, замечательными поэтами и писателями Именно из их среды и вышла сегодняшняя блестящая интеллигенция, а о многом предопределившая огромный экономический скачок небольшого государства. Поэтому-то суровый кодекс преданности Бусидо имеет хождение до сих пор, а огромная внутренняя дисциплина и собранность маленькой нации восхищает иностранцев.

Именно ценности культуры, которые были выработаны сословием самураев, оказали влияние на дальнейшее развитие японской культуры. Ушли в прошлое и звон самурайских доспехов, и хитроумные уловки ниндзя, но боевые искусства не умирают. Они получили дальнейшее развитие и процветают поныне.

ОБРАЗ «СВЕРХЧЕЛОВЕКА» В ФИЛОСОФИИ Ф. НИЦШЕ Сологубова А.В.

Научный руководитель Скобелева В.А.

(Ухтинский государственный технический университет) Новыми путями иду я, новая речь приходит ко мне;

устал я, подобно всем созидающим от старых щелкающих языков. Не хочет мой дух больше ходить на истоптанных подошвах.

Ф.Ницше «Так говорил Заратустра»

Ф.Ницше (1844 – 1900) известный немецкий философ, составивший целую эпоху в фи лософии. С начала XX в. в Европе и Америке вряд ли найдется столь часто цитируемый фи лософ, как Ницше. Его влияние на XX в., причем не только в философии, но и в культуре, искусстве, политике, сравнимо с влиянием таких фигур, как К.Маркс и З.Фрейд. Еще в юно сти он обнаружил задатки гениального дарования. Будучи студентом Лейпцигского универ ситета, он был приглашен Базельским университетом на место профессора классической филологии, а еще через год университет присвоил ему звание доктора наук по совокупности работ, без диссертации.

Безусловно, Ф.Ницше – философ крайне сложный и противоречивый. Но он никогда не был критиком понятий. Он пытался построить философию, которая согласовалась бы с той необычной открытостью, которая, как он чувствовал, была доступна человеку. В ходе ее раз работки он затронул большинство проблем, которые всегда были предметом беспокойства для философов, причем обсуждал эти проблемы всесторонне и глубоко. Вот почему и сейчас изучение его трудов представляет большой интерес. Несомненно, Ф.Ницше нуждается в осо бом толковании, интерпретации, хотя бы потому, что его взгляды на протяжении времени существенно менялись.

Интерпретаций теорий Ф.Ницше было множество, многие, к сожалению, далекие от исти ны. Многие вешали различные ярлыки на Ницше: антиморалист, нигилист, антихрист, враг всего человеческого. Чем это было вызвано? Ф.Ницше всегда отличал особый взгляд на лич ность человека. Именно этому вопросу мы и уделяем особое внимание в нашем докладе. Со второй половины XIX века стало общепризнанным, что человек – продукт биологической эволюции, и центральным вопросом антропологии стал вопрос генетического отличия чело века от животного. Однако, Ф.Ницше полагал, что основа каждой личности – это, в первую очередь, не генетические факторы, или же средовые, социальные предпосылки (К.Маркс), а, главным образом, внутренняя сила, сподвигающая человека на развитие, самоактуализацию.

Однако у большинства эта сила слабо развита. Так, по мнению Ф.Ницше, наиболее сущест венное различие между людьми состоит в том, что некоторые из них от природы слабы, дру гие сильны. В ранней своей работе «По ту сторону добра и зла» (1866) Ф.Ницше развивает этическую теорию, основанную на классификации «господ» и «рабов». С одной стороны, мы имеем господскую мораль, где хорошее – значит независимость, благородство, уверенность в себе;

фактически это все те добродетели, некоторые Аристотель приписывает человеку с ве ликой душой. Противоположные им недостатки – раболепие, подлость, робость и т.д., все это – плохие качества в человеке. Противоположность между хорошим и плохим здесь грубо приравнена к знатным и презренным. Благо в господской морали может быть устрашающим, а все вызывающие страх действия рабов – зло. Стоит заметить, что рабскую мораль Ф.Ницше, прежде всего, отождествлял с христианской моралью. Христианство, по его мне нию, – слишком человеческая религия: она делает человека безвольным, расслабляет его.

Ф.Ницше критикует Бога. Критикует жестоко и бескомпромиссно. «Бог умер», – говорит фи лософ. До Ф.Ницше философы рассматривали мир и историю в качестве осмысленных, ра циональных и справедливых. Существование имело цель, смысл. В мире царил порядок, заложенный Богом. Именно эту концепцию Человека и существования разрушает Ницше.

Необходима переоценка всех ценностей, в частности христианских, т.к. по Ф.Ницше, хри стианство – это «мир чистых фикций».

Христианство «объявило смертельную войну высшему типу человека», по Ф.Ницше, т.е.

Сверхчеловеку. Его мораль – не мораль господ или рабов, она выше добра и зла. Сверхчело век – единственная цель всего человечества, он является сутью, проективной и пока не рас крывшейся сущностью человека. В работе «Так говорил Заратустра» Ф.Ницше пишет, что человек – это канат, протянутый над пропастью между животным и Сверхчеловеком. В «Ан тихристианине» он заметит, что христианство взяло сторону всех слабых и униженных.

Ф.Ницше говорит, что не считает человека в сущности своей испорченным. Он объясняет свою позицию, говоря, что называет животное, род, индивидуум – испорченным, когда они теряют свои инстинкты, когда они выбирают, когда предпочитают то, что им вредно. Его первое положение любви к человеку заключается в том, что – слабые должны погибнуть. По мнению философа, сильного типа человека всегда боялись, следовательно, и появился чело век противоположного типа, типа домашнего животного, стадного животного, больного жи вотного. Идея Сверхчеловека впервые наиболее полно была представлена в книге философа «Так говорил Заратустра».

Образ сверхчеловека – это культ в «сильной личности», способной на великие порывы, на высокую любовь, одержимая жаждой свободы и власти. Простой человек тоже может обла дать такими качествами, однако он ещё не дошел до той ступени совершенства, апогея сте пени духовного расцвета человечества, воплощение моральных идеалов, любовь к которым возвышала бы человеческое существо над всем и вся.

Появление сверхчеловека происходит именно в тот момент, когда умирают боги. Но сверхчеловек не занимает их места, он не созидает и не творит подобно им, а господствует над Землей, над сущим.

Возможно, что Заратустра это и есть, по Ницше, сверхчеловек. Тот образ, который любит человечество, несёт людям дар, предсказывает им будущее, пророчит и нравственно очищает погрязший в несправедливости мир. Может быть, философ надеется, что если человек будет стремиться к самосовершенствованию, к высокому духовному и чистому миру, то произой дет эволюция от него к Сверхчеловеку, который сам является результатом культурно духовного развития человека. Однако нынешний человек просто к этому ещё не готов.

Философ мыслит появление такого образа «сверхчеловека» как длительный процесс самораз вития, возвышение духовной природы человека, а не развитие неучей и людей «паразитов».



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 15 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.