авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 18 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОУ ВПО «КРАСНОЯРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им. В.П. АСТАФЬЕВА» МОЛОДЕЖЬ И НАУКА ...»

-- [ Страница 13 ] --

Категория времени. В старофранцузском наличествовала та система времен, кото рая характеризует современный французский язык.

Изъявительное наклонение имело четыре простых (флективных) временных формы:

Prsent, Imparfait, Pass simple и Futur simple и четыре сложных (аналитических):

Pass Compos, Pass antrieur, Plus-que-Parfait и Futur antrieur. Сослагательное – две простых формы времени: Prsent и Imparfait, и две сложных: Pass и Plus-que-Par fait. Условное – одну простую: Conditionnel Prsent и одну сложную: Conditionnel Pass.

Повелительное наклонение включало одну простую форму – Prsent.

Категория залога. Старофранцузский язык различал два залога: действительный и страдательный. Формы залога в старофранцузском языке не имели особой флексии.

Причастие прошедшее с пассивным значением оканчивалось на – e (t), – i (t), – u (t) в единственном числе мужского рода и – ee, – ie, – ue в единственном числе женского ро да. Причастие настоящее с активным значением имело одно общее для всех спряжений окончание: – ant.

Категория наклонения.В старофранцузском языке существовали четыре наклоне ния. Каждое из них (за исключением Impratif) имело особую систему времен.

Изъявительное наклонение означало реальное действие.

Сослагательное наклонение выражало желаемое или предполагаемое действие.

Повелительное наклонение служило для выражения просьбы, приказа или совета.

Кондиционал (условное наклонение), или будущее в прошедшем. Выражал значение предположительности, возможности действия. По своему происхождению формы на – roie (-rais), как их иногда называют, связаны с формами на – rai, т. е. с будущим вре менем. По семантике и употреблению они также тесно связаны. Данную форму В.Ф. Шишмарев определил как будущее II (прошедшего) и условное наклонение. Фор ма на –roie имела в старофранцузском языке два значения – временне и модальное.

Временне значение проявлялось в придаточных дополнительных, причинных, следствия, относительных, темпоральных, в несобственной прямой речи, а модальное значение формы на –roie, которому эта форма обязана своим названием «конди ционал» или условное наклонение, проявлялось в условных гипотетических предложе ниях.

В данной работе мы ограничились рассмотрением изъявительного наклонения в ста рофранцузском языке. Времена индикатива в старофранцузском языке можно разде лить на две группы: этимологические (латинские) и романские. К этимологическим временам относятся такие как:

настоящее время (le prsent), которое служило условной границей между планами будущего и прошедшего и употребляется для выражения настоящего;

имперфект (l’imparfait). Редко встречался в ранних текстах. Он употреблялся для обозначения продолжительного действия, состояния, повторяющегося действия, в опи саниях;

перфект (le pass simple), который употреблялся для обозначения прошедшего дей ствия, как совершившегося факта. В отличие от современного языка, Pass simple мог ло обозначать действие длительное, не ограниченное во времени, а также – состояние.

Простые формы, по происхождению романские, представляли собой такие времена как:

простое будущее время (le futur simple), которое употреблялось для выражения пред стоящего действия, последующего по отношению к моменту речи;

Сложные формы, по происхождению романские, были представлены следующими временами:

сложное прошедшее (le pass compos). Основное значение Pass compos было видов ременным. Оно обозначало действие, совершившееся в прошлом, но результаты которо го наличествуют в настоящем;

плюсквамперфект (le plus-que-parfait). Обозначало законченное действие, пред шествующее другому действию в прошедшем времени;

предпрошедшее время (le pass antrieur), которое обозначало прошедшее действие с видовым оттенком завершенности;

предбудущее (le futur antrieur) обозначало действие, которое должно завершиться в будущем.

В рамках данной работы были исследованы 180 строк из французской эпической по эмы XII века «Паломничество Карла Великого в Израиль и Константинополь». Поэма включает много комических и буффонных эпизодов, написана александрийским сти хом и насчитывает 870 строк.

Методом сплошной выборки были взяты 100 примеров.

Анализ показал, что наиболее частотным временем является простое будущее (le fu tur simple), что составляет 44 % от общего числа примеров. На втором месте по частоте употребления находится такое время как перфект (le pass simple), 32 %. Далее следует настоящее время, составляющее 22 %. Самым малоупотребляемым временем изъяви тельного наклонения старофранцузского языка является имперфект (l’imparfait)–2 %.

В нашем исследовании мы рассматриваем примеры с простым будущем временем.

Как уже было сказано ранее, это время, которое употреблялось для выражения пред стоящего действия, последующего по отношению к моменту речи. Оно относилось к ро манским новообразованиям и, несмотря на тенденции к аналитизму, являлось синтети ческим. Структура будущего времени «основа+флексия» была создана в ходе слияния компонентов словосочетания (инфинитив = основа) как D (определяемое) + (вспомога тельный глагол = флексия) как Dt (определяющее): D + Dt. Инфинитив грамматизовал ся в составе новообразованной формы будущего времени и превратился во вторичную основу глагола. Бывшее его окончание стало футуральным аффиксом, дериватором, модально-временным показателем – R-. Развитие формы следующее: cantare habeo chanter + ai chanterai (= chante-r-ai).





Анализируя данный корпус примеров, нами было отмечено, что глаголы III группы, а именно: estre, veir, feire, venire, aler, aveir, prendre, reprendre, saveir, beivre встреча лись чаще других. Например: 1) Al matin par sun l’able vus ferai cungeer – Утром на рассвете я прогоню вас;

2) E reprendrai l’espet ainz qu’a terre s’abaisset – И я схвачу меч до того, как он упадет на землю.

Среди них наиболее употребляемыми являются такие глаголы как estre (33,3 %), veir (18,1 %) и feire (15,1 %). Особого внимания заслуживает глагол estre, поскольку в будущем времени он имел несколько основ, из них две были латинскими (ert-, ier-) и две романскими (ser-, estr-). В ходе исследования основы ser- и ert- нам встретились равное количество раз. Например: 1) Cum il ert ben serrez, done me verrez – Когда он затверденеет, вы меня увидите;

2) Puis serai si legers et isnels et aates – Потом я буду так легок, быстр и ловок. Основа ier- оказалась менее частотной, например: 1) Quant li pluns iert tuz pris et rassisses les undes – Когда свинец полностью застынет и волны зат верденеют. Основа estr- нам не встретилась. Следует отметить, что, несмотря на подоб ное разнообразие основ глагола estre, в современном французском языке останется только основа ser-.

Самыми малочисленными глаголами этой группы являются beivre (3 %), prendre (3 %) и saveir (3 %).

Далее по частоте употребления находятся глаголы I группы: laier, tranchier, s’escrier, mangier, muntier, gaber, s’eslassier. Например: 1) Dist Guillelmes d’Orenge: «Seignor, or gaberai» – Гийом Оранжский сказал: «Господин, теперь я буду шутить»;

2) Mangerai sun peisson et bevrai sun claret – Я съем его рыбу и выпью его вино.

Среди наиболее употребляемых находим такие глаголы как laier (36,4 %) и tranchier (18,2 %). Например: 1) E lerrai les destriers aler a lur bandon – И я позволю лошадям мчаться по их воле. 2) Trancherai les haubers et les heaumes gemez – Я разрублю коль чуги и драгоценные шлемы. Реже встречались такие глаголы как gaber (9 %) и muntier (9 %).

В ходе исследования глаголы II группы нам не встретились.

Следует также отметить, что в большинстве примеров преобладает 1 лицо единст венного числа. Мы объясняем это тем, что простое будущее время в данном произведе нии служило для представления рыцаря в состоянии его похвальбы. Например:

1) Trancherai lur les testes od m'aspee furbie! – Я отсеку им головы моим блестящим ме чом! 2) En la plus halte tur m’en munterai a pet – Я поднимусь на самую высокую башню.

3) A une sule main par matin la prendrai – Одной рукой утром я подниму ее (шпагу). В выше приведенных примерах рыцарь хвалится своей физической силой, выносли востью, храбростью, ловкостью и отвагой.

Таким образом, в простом будущем времени наиболее часто употреблялись глаголы III и I групп в 1 лице единственного числа. В большинстве случаев они служили для представления рыцаря в состоянии его похвальбы.

Общий вывод, к которому мы приходим в результате исследования, состоит в том, что в старофранцузский период было заложено основное функциональное значение простого будущего времени, которое мы можем наблюдать в современном французском языке. Простое будущее время употребляется для выражения предстоящего действия, последующего по отношению к моменту речи. В жанре героического эпоса данное время употребляется в ситуации похвальбы рыцаря, главным образом, своей физической си лой и храбростью.

Библиографический список 1. Катагощина Н.А., Гурычева М.С., Аллендорф К.А. История французского языка. М.: Изда тельство литературы на иностранных языках, 1963. 448 с.

2. Никольская Е.К., Гольденберг Т.Я. Грамматика французского языка. Изд. 3-е, доп. Учеб.по собие для ин-тов и фак. иностр. яз. М.: Высш.шк., 1974. 364 с.

3. Скрелина Л.М., Становая Л.А. История французского языка:Учебник. М.: Высш.шк., 2001.

463 с.

4. Степанова О.М. Пособие по курсу истории французского языка. М., 1975.

5. Шишмарев, В.Ф., Бородина, М.А., Гордина, М.В. Словарь старофранцузского языка. М.: Изд во АН СССР, 1955. 274 с.

6. Электронная библиотека «Вавилон»/ Проект «Французский эпос»/ «Паломничество Карла Ве ликого в Израиль и Константинополь» // http://russianplanet.ru/filolog/epos/roland/ frenchepos/roi/pelerinage01.htm ПРОБЛЕМА ПЕРЕВОДА ШИРОКОЗНАЧНЫХ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ Ю. Горбань КГПУ им. В.П. Астафьева Битнер М.А., к. филол. наук Широкозначность или эврисемия является очень острой проблемой в современной лингвистике. Ученые не могут найти однозначного решения, и каждая их теория имеет как множество сторонников, так и оппонентов. Эврисемия как языковая категория рас сматривается не только с точки зрения семантической структуры, но и как автономная категория, противопоставленная многозначности. Существует два основных подхода к определению эврисемии. Одни ученые рассматривают широкозначность слов с точки зрения полисемии, другие говорят о данном явлении как о размытости значения слов.

Так, согласно первой теории, широкозначное слово обладает инвариантным, предельно обобщенным значением. То есть основу широкозначной лексемы представляет некая неподвижная семантическая база, за которой закрепляются контекстуально-суженые смысловые варианты. К примеру, существительное piece может относиться практически к любо абстрактному или материальному понятию. Более узко лексема piece опреде ляется как количество чего-либо, отделенное от основной части, и все его последующие значения будут так или иначе связаны с первый понятием, а контекстуально данное слово может сочетаться как с другими существительными, обозначающими денежные единицы (Have you change for a 50-cent piece?), предметы искусства (a much-loved concert piece), предметы быта (The fireplace was carefully dismantled piece by piece), состояние людей (a tired piece of Edie), так и входить в состав фразеологических оборотов (Ring mum and let her know we got here in one piece) [1]. Таким образом в основе значения сло ва широкой семантики лежит максимально обобщенный и абстрагированный признак, на основании которого данное слово оказывается семантически совместимым со всеми предметами или явлениями, обладающими этим признаком [2].

Согласно второй точке зрения, в составе семантической структуры лексической еди ницы, многозначной по своему характеру, вычленяют широкий лексико-семантический вариант. В этом случае широкозначность рассматривается лишь как содержательная сторона наиболее общего лексико-семантического варианта многозначного слова [3].

Очевидно, данные точки зрения различаются по принципу признания или отрицания разложимости семантики эврисемичных языковых единиц. В связи с этим и возникает вопрос о специфике их семантики и разграничений понятий многозначности и широ козначности. Многозначное слово обладает в языке несколькими значениями. В усло виях речевого использования выбору одного из значений способствует контекст. Широ козначное слово, напротив, вне контекста однозначно, но это единственное значение соотносится с несколькими разными объектами мысли. Слово, таким образом, имеет широкую семантическую референцию, его понятийный объем велик, а конкретное со держание уточняется, в контексте, не меняясь. Однако следует отметить, что противо поставленность многозначности и широкозначности не исключает возможности нали чия у языковой единицы сразу двух категорий [4].

В связи с универсальностью слов-эврисемантов и их сложной семантической структу рой существует определенная трудность перевода английских широкозначных су ществительных на русский язык. Наиболее часто при переводе приходится прибегать к генерализации или конкретизации значений. Чаще всего приходится иметь дело с конкретизацией слов при подборе одного из многих известных значений слова, руко водствуясь при этом тем или иным его контекстом. Однако часто слово может прини мать местоименный характер или же вообще не переводится. Рассмотрим данные явле ния на примерах слов stuff и thing в контекстах, отобранных из словарей и Британского Национального Корпуса примеров.

Слово stuff определяется в словаре как «things such as substances, materials, or groups of objects, used when you do not know what they are called, or it is not important to say ex actly what they are» [1], то есть имеет предельно размытое значение.

I thought you were made of sterner stuff [1]. Я думал, ты более решителен.

What kind of stuff did they teach you there?[1] – Чему они тебя там учили?

Some of the advice was obvious stuff [1]. Некоторые советы были избитыми истинами.

It was the usual stuff: demands for money and release of terrorist prisoners…[5] – Это было обычным делом: требование денег и амнистии заключенных террористов … Еще более безгранична сфера действия у слова thing, которое в отличие от русского основного соответствия вещь может указывать не только на неодушевленные, но и на одушевленные объекты действительности.

He's a poor little thing, wan and thin [5]. Бедняжка, он бледный и исхудалый.

So the first thing I said was, ‘You don't have to talk to me’ [5] – Так что первое, что я сказал, было: «Ты не обязан со мной разговаривать».

Семантика данного существительного практически безгранична. Благодаря своей местоименной функции оно может обозначать как абстрактное понятие, так и какой либо предмет, несмотря на то что генерализация и конкретизация являются противопо ложными процессами.

‘Catherine,’ he said, ‘you must tell me one thing [5]. «Кэтрин», сказал он. «Ты должна сказать мне одну вещь».

But I picked up glandular fever and liver trouble in Italy that winter and I was still at home on sick leave when the whole thing finished [5]. Но той зимой я подхватил лихорад ку и болезнь печени в Италии, и когда все это закончилось, я все еще был дома на больничном.

Shame is a terrible thing, Tilly [5]. Позор – это ужасная вещь, Тилли.

Иногда эти два противоположных приема (конкретизация и генерализация) вовсе не исключают друг друга, и подчас непросто решить, какому из них стоит отдать предпоч тение.

(10) It won’t cost you a thing [1]. Это тебе не будет стоить ни гроша (конкретизация).

Это тебе ничего не будет стоить (генерализация).

Очень часто thing является лишь структурным элементом словосочетания и не пере водится на русский язык.

(11) The only thing left to do is to sort through that pile of things we cleared out of the cupboards and throw away what we don't need anymore [5]. Последнее, что осталось сде лать, это разобрать вещи, которые мы вытащили из ящиков и выбросить то, что нам не нужно.

В исходной местоименной функции могут выступать и слова с более узким значе нием типа man, woman, person, creature, однако они чаще требуют конкретизации при переводе на русский язык. The man в тексте перевода может оказаться парнем, стари ком, солдатом, юристом, ученым и т. д.;

the creature – ребенком, кошкой, поросенком, кроликом и т. д. Такая конкретизация диктуется скорее нормами построения текста, а не принципиальным расхождением характера семантики данных единиц в двух язы ках. Узкий или широкий контекст, как правило, подсказывает нам, как именно конкре тизировать то или иное из вышеупомянутых слов.

В заключении следует отметить, что отсутствие единства взглядов и наличие взаи моисключающих точек зрения на природу семантического значения широкозначных единиц побуждает нас проникнуть в их структуру и обратиться к их функционирова нию в речи, поскольку отношения между значением и функцией лексической единицы существует в виде внутренней связи [6]. Существительные с широким значением в английском языке являются часто используемым и эффективным средством передачи как предметных, так и абстрактных сущностей окружающего нас мира. Когнитивная природа их такова, что, обладая концептуальной формой и непостоянным временным концептуальным содержанием, они способны «представить» любой тип опыта человека.

Библиографический список 1. Longman Dictionary of Contemporary English – England, UK New Ed. p. cm. 2. Колобаев В.К. О некоторых смежных явлениях в области лексики (К вопросу о соотношении полисемии и широкозначности слова) // Иностранные языки в школе. 1983. № 1. С. 11–13.

3. Блох М.Я., Аралов А.М. Аспекты значения слова // Семантика и функционирование англий ского глагола. Горький: ГГПИИЯ, 1985. С. 15–29.

4. Гарьковская, Т. Н. О когнитивном потенциале существительных с широким значением и их функционировании в дискурсе (на материале английского языка) // Бытие и язык. Новоси бирск, 2004. С. 324– 5. British National Corpus – http://www.natcorp.ox.ac.uk/ 6. Друзина, Н.В. Фундаментальные глаголы бытия и обладания: дис. на соис. учен. степени д ра филол. наук. Саратов, 2005–352 с.

О ПРИЕМАХ ОККАЗИОНАЛЬНОГО ПРЕОБРАЗОВАНИЯ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В ТВОРЧЕСТВЕ СОВРЕМЕННЫХ ПИСАТЕЛЕЙ Градинар М.И.

КГПУ им. В.П. Астафьева Научный руководитель – к. филол. н., доц. Ю.Г. Новикова В данной статье рассматриваются приемы окказионального преобразования фра зеологических единиц в художественной литературе. В отличие от разговорно-бытового и публицистического текстов художественный текст, за счет присущей ему вырази тельности, выполняет эстетическую функцию. В результате употребления особых фигур речи, так называемых художественных тропов, придающих повествованию красоч ность, силу изображения действительности, текст воздействует на воображение и чув ства читателя. В связи с этим писатели испытывают потребность в образном выраже нии, что и определяет высокую частотность ФЕ в современной литературе.

Характер экспрессивного потенциала ФЕ может реализовываться с сохранением об щественно закрепленных структурно-семантических характеристик ФЕ (узуальная реализация). В этом случае ФЕ стремится передать необходимый оттенок какой-либо информации с помощью нормативного использования, то есть она используется без ка ких-либо изменений, придавая, тем не менее, тексту экспрессивность.

Finalement, ils vinrent aux mains (ср. venir aux mains – сцепиться, подраться) (G.

«E»). В данном примере ФЕ не подвергается окказиональным изменениям, но при этом не теряет своей образности и служит выразительным средством, которое воздействует на читателя гораздо более сильно, чем стилистически нейтральное синонимичное вы ражение se battre.

В процессе постоянного употребления ФЕ теряет значительную долю первона чальной экспрессивности. В связи с этим ФЕ может использоваться с разного рода сти листической обработкой, способствующей созданию дополнительной эмоциональной на полненности и позволяющей придать ФЕ новизну и яркость (окказиональная реализа ция). Таким образом, при окказиональном использовании ФЕ как бы достигается эф фект, равный первоначальному эффекту ее узуального использования [3:29].

Отметим некоторые причины, побуждающие художников слова к созданию индиви дуально – авторских трансформаций:

1) Необходимость более точно выразить мысль (узуальный оборот может недостаточ но полно раскрывать авторский замысел): L’aprs-midi, tu faisais une petite sieste sur le canap (cp. faire la sieste – отдыхать после обеда) (G. «E») – автор «вклинивает» прила гательное petite для конкретизации значения.

2) Стремление своеобразным обликом ФЕ обратить внимание на его семантику, де автоматизировать восприятие: Chez moi, on se touche et on s’embrasse comme on respire (ср. il ment comme il respire) (G. «J»).

Данная реплика принадлежит Хлое. Она разговаривает со своим свекром – Пьером.

Пьер очень закрытый и сдержанный человек, он никогда не демонстрирует открыто своих чувств и, как выразилась его невестка, «похож этим на марсианина». Хлоя ему рассказывает, что у нее в семье все открытые люди, что в ее доме родственники пос тоянно обнимаются, целуются друг с другом – проявляют друг к другу нежные чувства.

Известный фразеологизм врет как дышит был преобразован относительно данной си туации в обнимаются и целуются как дышат для того, чтобы акцентировать разницу между двумя семьями и подчеркнуть важность проявления чувств к людям, которых любишь. С точки зрения семантической зависимости между компонентами ФЕ эта трансформация деавтоматизирует восприятие ФЕ, усиливает ее экспрессивность.

3) Потребность избежать тавтологии: Au fond du corridor, une porte s'ouvrait sur une pice claire et on entendait un chuchotement.

– Tu as de la visite?

– Oui, j'ai du monde? (G. «E») (ср. avoir de la visite = avoir du monde – принимать гос тей).

4) Необходимость сохранить ритм стиха, обеспечить рифму, добиться нужной инстру ментовки (в стихотворениях) [1].

При классификации приемов окказиональной реализации ФЕ авторы отталкивают ся обычно от формальной стороны, а стилистические коннотации рассматриваются за тем в последовательности: форма функция [6:80].

Рассмотрим классификацию фразеологических конфигураций А.В. Кунина (конфи гурацией он называет фразеологизм вместе с его стилистическим контекстом). Выде ляются 4 типа конфигураций: 1) узуальная конфигурация, 2) конфигурация I степени окказиональности, 3) конфигурация II степени окказиональности, 4) конфигурация III степени окказиональности [5].

Преимущество классификации А.В. Кунина заключается в том, что «основным кри терием у него является стилистический эффект, то есть автор градуирует степень экс прессивности фразеупотребления» [6:80].

Попытаемся применить эту классификацию к французской фразеологии, актуализи рованной в художественных текстах.

I степень окказиональности Первая степень окказиональности ФЕ предполагает усиление стилистического эф фекта, создаваемого ФЕ, в рамках той же стилистической тональности. Сюда мы отно сим такие виды трансформаций как: перестановка компонентов ФЕ, фразеонабор, обо собление, повторы, ненормативное изменение субстантивного компонента ФЕ в числе, в роде, ненормативное изменение адъективного компонента ФЕ в роде, употребление ФЕ в отрицательном или утвердительном значении, не свойственном ее нормативной, узуальной форме, изменение возвратной и невозвратной формы выражения, измене ние степени сравнения адвербиального или адъективного компонента, изменение субъектно – объектных отношений компонентов глагольных ФЕ, эллипсис и лексичес кие замены первой степени окказиональности, преобразование фразеологической еди ницы по цели высказывания:

En fait, je devais le bnir en secret, ce monsieur Jarmet que je ne connaissait ni d’Eve ni d’Adam (ср. ne connaitre qn ni d’Adam ni d’Eve – никогда в глаза не видеть, совер шенно не знать кого-л) (G. «E»). В данном примере мы наблюдаем такой прием как пе рестановка компонентов ФЕ, который обладает самым минимальным стилистическим эффектом.

Стоит отметить такой довольно экспрессивный, хотя и простой прием, как фразеона бор, то есть узуальное употребление двух или более фразеологизмов в одном или нес кольких предложениях, находящихся рядом: Tarir les larmes, presser l’ponge, essorer ce grand corps triste et puis tourner la page (ср. presser l’ponge – выжать соки;

tourner la page – забыть о прошлом, предать забвению) (G. «J»). ФЕ, расположенные в начале, привлекают внимание читателя к информации, которая будет изложена и пояснена да лее. Распространенным приемом актуализации ФЕ являются различного рода повто ры: контактные и дистантные, полные и частичные. Je suis loin du compte, Mamie, je suis loin du compte…(G. «J») (cp. tre loin du compte – ошибиться, просчитаться). В данном примере мы наблюдаем полный контактный повтор, способствующий интенси фикации образа.

Прямое соотнесение отдельных приемов актуализации ФЕ с одной, определенной степенью окказиональности нам представляется неправомерным. В частности, А.В. Ку нин относит все грамматические инновации к конфигурациям второй степени окка зиональности, при которой меняется значение ФЕ, либо его стилистическая то нальность. Между тем, грамматические преобразования могут производить семанти ческий и стилистический сдвиг разной степени [6:80]. Например, морфологическая трансформация ФЕ prendre sa file – стать в очередь, занять место в очереди путем присоединения префикса re- добавляет сему «возобновления действия», но не меняет стилистическую тональность ФЕ: Ils reprirent leur file d’attente dans la fourmilire (G.

«E»). Дифференцированно следует подходить к приемам эллипсиса и лексических за мен. Рассмотрим усечение (эллиптирование) состава фразеологизма, служащее для привлечения читателя к активному восприятию текста: S’il touche mon ventre, je le mange tout cru (ср. vouloir manger qn tout cru) (G. «E»).

Данная реплика принадлежит негритянке Мамаду, ожидающей приема врача. Од на из ее подруг вышла из кабинета и рассказывает о том, как врач настойчиво ее убеж дал следить за своим весом. Мамаду – довольно полная женщина, поэтому она часто комплексует по поводу своей фигуры. Автор преобразовал ФЕ быть готовым съесть живьем к-л путем эллиптирования глагольного компонента, что интенсифицирует аг рессивный настрой негритянки. Среди разных видов лексических замен к первой сте пени окказиональности можно отнести, прежде всего, замены синонимичными словами или выступающими в качестве таковых в составе ФЕ: La premire fois, il avait t pris de court et ils s’taient observs en chiens de faience pendant tout l’aprs-midi… (ср. se regarder en chiens de faience – злобно уставиться друг на друга) (G. «E»). Речь идет о Ка милле и Франке, которые с первого взгляда невзлюбили друг друга и не могли на про тяжении долгого времени найти общий язык. Употребление глагола s’observer вносит элемент новизны, не изменяя сигнификата фразеологизма.

II степень окказиональности Вторая степень окказиональности предполагает усиление экспрессивно-эмо циональной насыщенности, происходящей за счет изменения сигнификата и появле ния дополнительных коннотаций. Лексические замены второй степени окка зиональности модифицируют значение ФЕ:

Ca pesait si leger? C’tait si ingrat? La Paulette pourtant… (ср. peser lourd – тяго тить) – замена на антонимичную форму в сочетании с «вклиниванием» наречия si при дает фразе ироническое звучание (G. «E»).

Очень распространенным приемом окказиональной реализации ФЕ является вкли нивание [4:13–21]. Слова, словосочетания, а иногда и целые предложения вставляются в ФЕ, «разрывая» ее формальную целостность. При «вклинивании» всегда в той или иной мере меняется как значение, так и синтаксическая структура ФЕ. Этим данный прием отличается от рассматриваемого выше окказионального преобразования – лек сических замен, при которых значение всегда меняется, а синтаксическая структура может сохраняться в неизменности (как может и меняться): Les syndicats-gangsters leur ferment toutes les portes (ср. fermer les portes – закрыть дверь перед…) (G. «C»).

Вклиниваемое местоимение toutes подчеркивает решимость профсоюзов, выраженную всем фразеологизмом.

Помимо вклинивания, состав ФЕ расширяется за счет присоединения компонентов:

Haute comme trois pommes de terre, elle portrait des Converses roses customises new look (G. «L») (cp. haut comme trois pommes – очень маленького роста, от горшка два вершка). Данный факт окказиональной трансформации ФЕ путем добавления complment attributif de terre сообщает тексту, содержащему ее, ироническое звучание.

Одним из способов оживления стертого метафорического образа ФЕ является обыг рывание одного из ее компонентов. Употребление вначале компонента в прямом смыс ле, а затем всего ФЕ помогает сделать неожиданный поворот в изложении: Je me suis assis dans l'escalier et j'ai pleur. J’ai pleur comme un veau (G. «L») (cp. pleurer com me un veau – реветь белугой). Действенным стилистическим приемом актуализации яв ляется контаминация (синтаксическое и смысловое взаимосцепление двух, реже трех фразеологизмов). В поисках экспрессивности создается своеобразное нагнетание средств стилистической выразительности. В связи со своей сложностью, встречается этот тип трансформации довольно редко: Les autres le font aller courbettes et moi – comme une toupie (G. «L»). В данном примере контаминированы два синонимичных фразеологизма faire aller qn courbettes и faire aller comme une toupie – вертеть к-л как угодно, что усиливает эмоциональное воздействие.

Наложение компонента ФЕ и переменного словосочетания может образовать зевгму, привлекающее внимание читателя своей неожиданностью: Fais le vite! Pas la bgueu le (G. «L») (ср. faire la bgueule – корчить из себя скромницу, недотрогу). Остроумный окказионализм помогает выразить сарказм по поводу медлительности героини.

III степень окказиональности При третьей степени окказиональности достигается наивысший стилистический эф фект. А.В. Кунин относит к третьей степени только конвергентные преобразования.

Фразеологическая конвергенция – одновременное использование нескольких приемов обработки ФЕ. Однако мы не совсем согласны с таким подходом и считаем ошибочным исходить только лишь из количественной стороны преобразований.

Рассмотрим следующее конвергентное преобразование, в котором сочетаются два ви да структурно-семантических трансформаций – расширение состава оборотов и конта минацию фразеологизмов: Ils s’assirent en tailleur, ravis, enjous, comme deux gamins qui inaugureraient leur nouvelle dinette, faisant mille manieres et autant d’efforts pour ne rien casser (ср. faire des manieres;

faire des efforts) (G. «E»).

Двое молодых людей, Филибер и Камилла, недавно познакомившись друг с другом, отмечают за ужином приобретение девушкой камина. Они чувствуют друг друга немно го смущенно, но, однако, очень рады подобному общению. Автор трансформирует фра зеологические обороты faire des manieres (манерничать), faire des efforts (сделать уси лия), добавляя в первом случае – числительное – mille, а во втором – наречие autant. В данном примере также происходит контаминирование двух образных фразеологичес ких единиц. Данные трансформации служат созданию более экспрессивного образа и акцентированию внимания на том, насколько герои хотят друг другу понравиться, нас колько они увлечены свои общением и как им приятно вместе проводить время.

Богатыми экспрессивными возможностями обладает прием двойной актуализации, упоминаемый Куниным (обыгрывание фразеологического и буквального значения ком понентов ФЕ). Этот прием широко используется для создания комического эффекта и обладает большой стилистической эффективностью.

В заключение отметим, что изменение характера функционирования ФЕ, образова ние окказиональных форм является действенным стилистическим средством.

Сокращения 1. R. Gary «Chien Blanc» – G. «C».

2. R. Gary «La vie devant soi» – G. «L».

3. A. Gavalda «Ensemble c’est tout» – G. «E».

4. A. Gavalda «Je l’aimais» – G. «J».

5. A. Nothomb «Ni Adam, Ni Eve» – N. «N».

6. M. Tournier «L’aire du Muguet» – T. «L».

Библиографический список 1. Бабенко Н.Г. Окказиональное в художественном тексте. Структурно-семантический анализ:

Учебное пособие / Калинингр. ун-т. Калининград, 1997.

2. Зимин В.И. К вопросу о вариантности фразеологических единиц. Тула: Кросс, 1972. 173 с.

3. Кунин А.В. Вклинивание как лингвистическое явление// ИЯШ. 1973, – № 2.

4. Кунин А.В. О стилистическом контексте во фразеологическом ракурсе. Сб. науч. трудов МГПИИЯ, вып. 103. Лингвистика текста. М., 1976.

5. Новикова Ю.Г. О степени окказиональности фразеологизмов в газетном тексте // Стилисти ческие функции единиц разных уровней языка. Сб. науч. трудов. Красноярск, 1985.

СЕМАНТИКА ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ, ОБОЗНАЧАЮЩИХ «ХАРАКТЕР ЧЕЛОВЕКА» ВО ФРАНЦУЗСКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ Е.В. Дитерле КГПУ им. В.П. Астафьева Научный руководитель: Новикова Ю.Г., к.ф.н., доцент Применение сопоставительного анализа к изучению фразеологических составов язы ков (групп) языков образует особый раздел фразеологической теории – сопостави тельную фразеологию, находящуюся на стадии становления, но вызывающую все больший интерес исследователей. К наиболее удачным работам, посвященным этой об ласти, относятся исследования В.М. Мокиенко [1], А.Д. Райхштейна [2], Г.Г. Соколовой [3], Э.М. Солодухо [4], Н.Н. Кириллова [5] и др.

Двуязычное сопоставление преследует одну основную цель, актуальную как для теории французской, так и общей фразеологии – определить основные формы соотно шения одной из наиболее многочисленных фразеосемантических групп (далее ФСГ) французского языка и идентичных групп в составе фразеологии сопоставляемого язы ка – русского;

этой же цели подчинено описание структурно-семантических особеннос тей, компонентного состава и стилистических функций фразеологических единиц (да лее ФЕ). Факты совпадения фразеологических оборотов разных языков являются объ ектом исследования сопоставительной фразеологии с ее уже достаточно четко опреде лившими аспектами: сравнительным, сопоставительным, структурно-типологическим и ареальным.

Относительно причин близости ФЕ неродственных языков высказываются различ ные предположения. В частности, называя ФЕ, тождественные или очень сходные как по своей семантике, так и по особенностям фразеологических образов, «идентичными фразеологизмами», И.И. Чернышева считает, что такие фразеологизмы могут су ществовать в самых различных, в том числе и разноструктурных языках: их типологи ческое сходство основано на общности логических и образно-ассоциативных процессов мышления разных народов [6].

Предлагаемые материалы посвящены сопоставительному анализу фразеологичес ких единиц, обозначающих «характер человека» во французском языке в сопоставле нии с русским. Функционально-семантическая группа (далее ФСГ) ФЕ французского языка, выражающая качественную оценку лица (bon prince;

vieux loup;

faire le paon, etc;

всего 1355 ФЕ) исследуется в сопоставлении с ФЕ русского языка (славный, добрый малый;

старый пройдоха;

задирать нос и т. д.) как объект структурно-типологического анализа. Сопоставляемые ФЕ объединены общим смысловым содержанием. Разнооб разные по своей структуре, они относятся к характеристике человека и так или иначе выражают оценку каких-то постоянных свойств личности, индивидуальных качеств: по ложение человека в окружающей среде, в коллективе – фр. «un homme qui est tout», «porter quelqu'un sur les paules»;

рус. «мастер на все руки», «сидеть на шее»;

внутрен них свойств личности, интеллекта – фр. «une poule laite (mouille)», « vaillant homme, courte pe»;

рус. «мокрая курица», «храброму длинная шпага не нужна»;

социального положения лица – фр. «une quipe de bras casss», рус. «ничтожный человек» и т. д. Для семантики ФЕ исследуемой группы характерен эмоционально-экспрессивно-оценочный компонент.

В результате семантического анализа нами были выделены положительный, отри цательный и нейтральный компоненты фразеологического значения, в основе которых лежат осуждение, одобрение или отсутствие ярко выраженного отношения. Соот ветственно, ФЕ обозначающие характер человека были разделены на 3 семантических поля ФЕ в сопоставляемых языках:

поле положительной оценки;

поле отрицательной оценки;

поле нейтрального оценочного значения.

В каждом из вышеперечисленных полей семантический анализ позволил выявить 36 тематических подгрупп, соответствующих разным чертам характера.

К семантическому полю ФЕ, выражающих отрицательные черты характера че ловека, относятся фразеологизмы с отрицательным субъективно-оценочным компонен том фразеологического значения, т. е. ФЕ со значением, вызывающим осуждение. Как во французском, так и в русском они составляют наиболее многочисленную группу: во французском языке из общего количества 1355–856 ФЕ = 63 %;

в русском из 579–331ФЕ = 58 %.

Приведем примеры ФЕ ряда фразеосемантических подгрупп отрицательной оценки:

Гордость, надменность, спесь, бахвальство, хвастовство (161): se parer des plumes du paon – рядиться в павлиньи перья Упрямство (80): opinitre (ttu) comme une mule/ ne – быть упрямым как осёл, ему хоть кол на голове теши Лень, леность, нерадение (66): battre sa flemme, tirer sa flemme – бить баклуши, ло дырничать и др.

Числовые значения, указанные в скобках, показывают количество выделенных ФЕ, относящихся к той или иной ФСГ.

Количество ФЕ, выражающих положительные черты характера человека, значительно меньше количества ФЕ отрицательной оценки. Во французском языке их насчитывается 403, что составляет 30 % от общего числа фразеологизмов, в русско – ФЕ = 16 %, Рассмотрим в отдельности некоторые подгруппы ФЕ положительной оценки. Наибо лее многочисленными из них являются:

Ловкость, сноровка, умение;

искусность, мастерство (77): la balle cherche le joueur – на ловца и зверь бежит Готовность, желание, добрая воля, усердие (75): se partager (se mettre) en quatr – 1) работать не покладая рук, разрываться на части;

всюду поспевать, из кожи вон лезть Стойкость, твёрдость (духа), мужество (39): prendre tche de faire une chose – ставить перед собой задачу, стараться сделать что-либо, стараться сделать что-либо и др.

Часть ФЕ не входит ни в одно из двух основных полей положительной или отрица тельной оценки. Они занимают как бы промежуточное место между ФЕ, характери зующими положительные черты характера, и ФЕ, определяющими отрицательные чер ты. Их можно определить как ФЕ с нейтральной оценкой.

К этому полю относятся ФЕ с нейтральным субъективно-оценочным компонентом фразеологического значения, т. е. ФЕ, в значении которых отсутствует ярко выражен ное одобрение или осуждение.

Семантическое поле ФЕ нейтральной оценки является самой малочисленной из вы деленных трех групп фразеологизмов в сопоставляемых языках. Во французском языке в это поле входят 91 ФЕ, что составляет 7 % от общего числа отобранных для исследова ния фразеологизмов, в русском язык – 95 ФЕ = 6 %:

Сдержанность, скромность, смирение, застенчивость (44): sage comme une image – ти ше воды, ниже травы, паинька Тщательность, кропотливость (37): prendre quelqu'un (quelque chose) par la tte et par la queue – изучить что-либо досконально Снисходительность, поблажка;

снисхождение (10): faire les quatre volonts – подчи няться чужой воле, выполнять любые желания кого-либо В результате семантического анализа ФЕ, было выявлено, что в обоих языках наибо лее многочисленную группу составляют фразеологизмы с отрицательным субъективно оценочным компонентом фразеологического значения: во французском языке из обще го количества 63 %, в русском 58 %.

Семантическая асимметрия может быть объяснена более острой и дифференциро ванной эмоциональной и речемыслительной реакцией людей именно на отрица тельные явления, а также характерной для стрессовых, т. е. резко отрицательных эмо циональных состояний.

Структурный анализ показал, что фразеологизмы исследуемой ФСГ «Характер»

представлены глагольными, адъективными, субстантивными, наречными, предложны ми словосочетаниями и пословицами. Подавляющее большинство составляют гла гольные словосочетания (56 % от общего количества). Это говорит о том, что в сознании французов характер человека, прежде всего, проявляется в его действиях.

При сопоставительном анализе ФЕ, было замечено, что и в русском и во фран цузском языках при описании характера человека во ФЕ широко используются:

анимализмы (qui est le dernier, le loup le mange – не будь овцой – не попадешь вол ку в зубы);

соматизмы (avoir les bras pendants – с опущенными руками);

персонализмы (gens de M. de Roquelaure, qui toque l'un toque l'autre если заде нешь одного, то и другой обидится), топонимы (Paris n'a pas t fait en un jour – Париж не один день строился не сразу Москва строилась);

библеизмы (un baiser de Judas – поцелуй Иуды, s'agiter comme un diable au fond d'un bnitier – вертеться как бес перед заутреней, метаться как одержимый, ce que fem me veut, Dieu le veut – что хочет женщина, то хочет Бог);

числительные. Во французском наиболее частотными лексемами являются числи тельные 4 и 14 (chercher midi quatorze heures – искать вчерашний день, couper un cheveu en quatre – мудрить, мудрствовать, изощряться). В русском языке чаще употреб ляется число 7 (семь пятниц на неделе – la semaine des quatre jeudis, у семи нянек дитя без глазу – deux patrons font chavirer la barque).

«Соизмеримость», сопоставимость французской фразеологии с фразеологией русского языка доказывается наличием в их фразеологических системах «межъязыковых фра зеологических эквивалентов [7]. Сопоставительный анализ показал, что степень лекси ко-семантических расхождений французско-русских эквивалентов различна. В ре зультате анализа весь материал был разбит на три группы: ФЕ, не имеющие различий ни на уровне семантики, ни на уровне лексики, ни на уровне грамматики. Такие фра зеологизмы мы будем называть полными эквивалентами, которые составляют 13 % от общего количества ФЕ (hausser les paules – пожимать плечами). ФЕ, характери зующиеся расхождениями на уровне семантики и/или лексико-грамматической органи зации. Эти выражения мы именуем частичными эквивалентами (se noyer dans une goutte d'eau – захлебнуться в стакане воды)–54 %.

Безэквивалентные ФЕ, к которым мы относим все французские фразеологизмы, не имеющие ни семантических, ни структурно-грамматических, ни формальных экви валентов среди русских ФЕ (adroit comme un prtre normand – крайне неловкий, неуме лый). На их долю приходится 33 %.

Библиографический список 1. Мокиенко В.М. Славянская фразеология. М., 1980.

2. Райхштейн А.Д. Сопоставительный анализ немецкой и русской фразеологии. М., 1980.

3. Соколова Г.Г. Фразообразование во французском языке. М., 1987.

4. Солодухо Э.М. Теория фразеологического сближения: на материале языков славянской, гер манской и романской групп. М., 2008.

5. Кириллова Н.Н. Сопоставительный анализ романских языков. Уч. пособие к спецкурсу. Л.,– 1986.

6. Чернышева И. И, Актуальные проблемы фразеологии // Вопросы языкознания. № 5, 1977.

7. Солодуб Ю.П. Русская фразеология как объект сопоставительного структурно-типологическо го исследования. М., 1985.

ОТКАЗ ОТ ЭВФЕМИИ КАК СТРАТЕГИЯ ОТКРОВЕННОГО РАЗГОВОРА Р.В. Емельянов, М.Е. Кубрак КГПУ им. В.П. Астафьева Битнер М.А., к. филол. наук Термин эвфемия произошёл от древнегреческого «eu» – хорошо и «phemo» – речь. Су ществование данного явления обусловлено естественным стремлением человека скрыть и завуалировать неприятное понятие. При необходимости передать табуирован ное значение говорящий прибегает к помощи иносказаний и намеков. Эвфемизации подвергаются следующие сферы жизни: смерть, болезни;

физиологические процессы и определенные части тела;

возраст, внешность;

интеллект, психические состояния;

отно шения между полами;

боязнь всего сверхъестественного.

Эвфемизмы являются внешним проявлением наших внутренних переживаний, конфликтов, стыда. Если в вышеназванных сферах представлены естественные страхи, связанные с личным благополучием каждого человека, то социально-политические эв фемизмы используются многими людьми и социальными институтами, особенно инсти тутом власти, который озабочен тем, чтобы представить себя в наилучшем свете.

Существует несколько способов иносказательного представления неприятных поня тий.

Графические эвфемизмы – опущение каких либо частей слова при помощи графи ческих средств языка. В следующем примере представлен заголовок статьи о безопас ном сексе:(1) 5 Facts That Will Scare the S**t Out of You [3].

Фонетические эвфемизмы основаны на звуковой аналогии. Так, fack часто ис пользуется вместо известного слова из четырех букв. (2) «He was a real ace, but I might have mispronounced that a little» [6].

Мейозис – троп, заключающийся в преуменьшении интенсивности свойств предмета, явления, процесса. Например, характеристики ума:

Slept his way up the food chain [6].

His antenna does not pick up all the channels [6].

Pretty house, but nobody’s home [6].

Аббревиация: (6) I thought it was going to be something salacious. Well, I was wrong.

It's about cancer. And now Showtime has greenlit The Big C, placing an order for 13 episo des [7]. (7) Whoever has the GAPO needs to put some deodorant on when they get the chan ce [14].

Метафоризация как способ эвфемизации часто используется в языке СМИ. Так, на чиная с 90-х годов, стало употребляться множество метафорических выражений. Нап ример, character assassination, которое означает намеренную попытку подрыва репута ции, статуса или достижений какого либо человека [4].

Заимствование встречаются довольно часто. Например, слово cemetery (от греческо го «спальное место») заменило более пугающее слово graveyard.

Эллипсис в большинстве случаев используется как безобъектное употребление пере ходных глаголов или замалчивание обстоятельств. Так в следующем примере представ ляющем название статьи из The Washington Post не соосбщается, кто убил лидеров Аль Каэда: (8) The two top leaders of the insurgent group al-Qaeda in Iraq were slain [8].

Генерализация значения – наиболее распространённый способ образования эвфемиз мов. Например, за эвфемизмом incident может скрываться абсолютно любое проис шествие, которое является нежелательным, неприятным для коммуникатора, выстав ляет в невыгодным свете его самого или же подвластные ему структуры.

Эвфемизмы можно разделить на две большие группы: позитивные и негативные [12]. Позитивные сильно приукрашивают эвфемистические единицы, в целом делая их намного лучше, чем они есть на самом деле. К примеру, в последнее время существует тенденция к иллюзорному повышению статуса некоторых профессий посредством эвфе мизации, например: mortician/funeral director – undertaker (гробовщик);

bootblackti cian – bootblack (чистильщик обуви);

locktician – locksmith (слесарь);

sanitation engi neer – garbage collector (уборщик мусора). Негативные эвфемизмы скрывают и пре уменьшают истинную сущность называемого предмета или явления и стараются убрать из языка то, с чем люди обычно не хотят иметь дело. Во многих культурах запрещается произносить имя Бога или упоминать Дьявола. Так, например, в английском языке слово Devil часто заменяется на Bendy, Cain, Clootie, Deuce, Dickens, Harry, Henry, Ned, Nick (y), One, Poker, Sam Hill, Serpent;

Jesus часто заменяется на G;

Gee;

gee-my-knee;

Ji miny Cricket;

Jinglebells;

Jink;

Jeez;

George;

Jerusalem;

Christ. Ещё одним примером мо жет послужить злой волшебник Волдеморт из книг английской писательницы Дж. Ро улинг, которого называли не иначе как He-Who-Must-Not-Be-Named [11].

Однако табу на многие слова может превратиться в неуместное жеманство и хан жество. Эвфемизмы ведут к двойному пониманию, они формируют своеобразный код.

Эвфемизм заменяет «что-то другое» и большинство людей склонно притворяться, что «чего-то другого» не существует. Двойственная природа эвфемизмов делает их очень привлекательными для людей и организаций, которым есть что скрывать, которым не хочется напрямую говорить о том, о чём они на самом деле думают и которым удобнее лгать, нежели говорить правду [12].

В этой связи получившее широкое распространение явление политкорректности час то подвергается жесткой критике. Политкорректный язык воспринимается как полуп равда, а в худшем случае ложь. Изначально данное явление имело исключительно благородное предназначение выражалась в в стремлении найти новые способы языко вого выражения взамен тех, которые задевают чувства и достоинство индивидуума, ущемляет его человеческие права привычной языковой бестактностью и прямоли нейностью в отношении расовой и половой принадлежности, возраста, состояния здо ровья, социального статуса, внешнего вида и т. д. [1]. Однако, использование «улучшен ных» именований имеет два важных последствия. Во-первых, замена одного слова дру гим словом меняет означаемое, то есть происходит подмена одного понятия другим. Во вторых, попытка завуалировать нечто неприятное только подчеркивает негативную природу явления.

Большая группа слов, подвергнувшихся корректированию – это термины, относя щиеся к лицам определенной национальности, расовой или этнической группы. Мно гие слова, которые использовались раньше, сторонники политкорректности считают неприемлемыми и оскорбительными. Возникли такие понятия, как «этноцентризм» – угнетение культур, отличных от доминирующей и «евроцентризм» – ложное представ ление о том, что западная, европейская культура является наиболее прогрессивной.

Наиболее популярный пример-слово black чаще всего заменяется на: Afro-American, Af rican-American, African-descended, Dark-skinned, Non-white, Member of the African Dias pora, Ebony, Caucasian, Minority.

Рассмотрим интересный пример из попкультуры. Известный австралийский комик Тим Минчин затронул эту тему в одной из своих песен, которая называется «taboo». Не которые фрагменты песни: (9) In this modern free spoken society,there is a word that we still hold taboo. A word with a terrible history, of being used to abuse, oppress and subdue.

Just six seemingly harmless letters, arranged in this way will form a word. With more po wer than the pieces of metal, that are forged to make swords. A couple of Gs an R and an E, an I and an N, Just six little letters all jumbled together, Have caused damage that we may never meant…[9] Здесь имеется в виду довольно оскорбительное для афро-американцев слово nigger.

Комедийный эффект песни заключается в том, что слово nigger состоит из того же само го набора букв, что и слово ginger (рыжий). Фрагмент припева: «…Only a ginger, can call another ginger ginger…». Намёк на то, что слово nigger у афро-американцев в ходу меж ду собой.

Сознательное неиспользование оскорбительного слова, несомненно, достижение с точки зрения политкорректности. Но всегда ли сглаживание отрицательных сторон имеет благоприятный эффект? Так, отмечают, что предоставление традиционно дис криминируемым группам, а именно темнокожему населению, преимуществ убивает в них всякое стремление к учёбе на всех уровнях. И как результат они работают менее усердно и развивают свои способности хуже, чем могли бы. Автор статьи Лоуренс Остер критикует заметку Моны Карен в которой она пишет, что темнокожие должны учиться, используя свои способности в полную силу, но расовые предрассудки создают серьёзные преграды для этого. И одновременно мисс Карен искажает ситуацию, используя эвфе мизм «blacks continue to lag behind whites in academic performance». Глагол lag предпо лагает, что темнокожие лишь немного отстают от белых, на деле же афро-американское население значительно уступает белому практически во всех сферах интеллектуальной деятельности. Темнокожие и испанцы принимаются в учебные заведения с таким коли чеством баллов, с каким никогда не поступил бы ни один белый. В заключении автор статьи призывает открыто говорить о расовых проблемах, ни сколько не преуменьшая и не приукрашивая их, так как подобная политика приносит немалый вред [2].

Термин ageism (притеснение людей определенного возраста) представляет ещё одну группу эвфемистической лексики. Избегается употребление слова old старый, вместо него распространены такие эвфемизмы, как Ageful;

Blue hair;

Blue rinse;

Certain age;

Chair days;

Golden age;

Golden years;

Honorable age;

Mature years;

Advanced age;

Retire ment age, Longer-living. Если обратиться к ресурсам интернет, то сайты предназначен ные для людей преклонного возраста, наоборот, сознательно избегают эвфемических перифразов. Так, например, сайт для людей, попавших в трудную жизненную си туацию, содержит статьи различной тематики в которых встречается множество приме ров избегания эвфемизации [13]. В статьях данного ресурса широко используется слово older (Depression and older adults), часто встречаются прямые наименования серьёзных болезней (Pessimists works against cancer cure;

I have been diagnosed HIV positive) и смерти (How to prepare your young children for a grandparents death) [13].

Ещё одна группа замен – эвфемизмы, исключающие дискриминацию людей с физи ческими и умственными недостатками. Почти каждый недостаток сглаживают опреде ленные эвфемизмы: слово cripple (калека) заменяют эвфемизмы differently abled, physi cally different или handicapable;

вместо bald (лысый) используется эвфемизм hair-disad vantaged, вместо deaf (глухой) используют aurally inconvenienced, вместо blind (сле пой) – unseeing;

fat (толстый) заменяется на big-boned, differently sized. Вот как относят ся к этой тенденции сами обладатели избыточного веса: (10) She has reclaimed the word «fat» for herself: «Do you want to feel good about yourself? Silence your tormenters? Look better in miniskirts? Use the F-Word,» she writes in Fat! So? [5] Это фрагмент публикации, в которой идёт речь об авторе статьи Fat! So? (Жирный!

И что же?). Автор говорит о том, что отказ от ярлыков типа overweight, oversize, obese позволил ей чувствовать себя уверенней, избавиться от психологических проблем и на падок со стороны насмешников.

Что касается феминисток, которым приписывают инициацию появления эвфемиз мов с целью избежать половой дискриминации, то они могут быть крайне неполиткор ректны, преследуя цель шокировать, привлечь внимание. Например, в статье «Abortion and War: Euphemism kills» Барбара Ньюмэн выступает против абортов, говоря о том, что нет никакой разницы между смертью от оружия и смертью от инструмента врача.

Она замечает, что для Америки насилие стало привычной нормой, об этом можно су дить даже по огромному количеству выпускаемых американской киноиндустрией фильмов, которые зачастую содержат сцены жестокости. На этом фоне вовсе не удиви тельно, что проблема абортов не слишком волнует американцев. Б. Ньюмэн говорит о том, что многие притворяются, что аборты не убивают детей и прячутся за эвфемизма ми «remove pregnancy tissue» или «correct contraceptive failure», а само слово «abortion»

заменяется на «D&C» или «the procedure». Она утверждает, что как бы люди не прята лись за словами, убийство остаётся убийством. Автор подчёркивает, что её целью не яв ляется запрет абортов, целью является перевод этого явления в разряд немыслимых в сознании людей. Подобные эвфемистические замены, по её мнению, обуславливают не серьёзное отношение людей к этой проблеме [10].

Подводя итоги, можно сказать, что эвфемия, безусловно, важное явление в языке, поскольку зачастую коммуникатором, использующим эвфемизмы, преследуются благо родные цели, а именно: соблюдение прав и свобод и уважительное отношение к дос тоинству собеседника или окружающих. Однако, необходимо осознавать, что использо вание эвфемизмов может привести к легкомысленному восприятию некоторых серьёз ных вопросов. Мы считаем, что отказ от эвфемии, в отдельных случаях, во многом мо жет способствовать изменению взглядов людей на некоторые проблемы. Откровенное именование, на наш взгляд, является одним из основных пунктов в решении многих социальных проблем.

Библиографический список 1. Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация – М.: Слово, 2000–624 с.

2. Auster L. Well-meant euphemisms about race cause harm – http://www.amnation.com 3. Berkeley UC E. Sexy time: 5 Facts That Will Scare the S**t Out You – Mode of access: http://col legecandy.com 4. Blog Net News – http://theblogprof.blogspot.com/2010/04/video-arianna-huffington-attempts.html 5. Carpenter L. Why 'weight diversity' activists are standing up for the right to be fat/The Guar dian.co.uk – http://www.guardian.co.uk 6. Funny ways to call someone stupid – http://www.innocenenglish.com 7. Linney L. The Big C gets Showtime Pickup – http://www.tvsquad.com 8. Londono E. Two top leaders of the insurgent group al-Qaeda in Iraq are killed in raid / The Was hington Post – http://www.washingtonpost.com 9. Minchin T. Taboo – http://www.youtube.com 10.Newman B. Abortion and War: Euphemism Kills – http://feministsforlife.org 11.Rawling J. K. Harry Potter and the philosopher’s stone – Bloomsbury, 12.Rawson H. Introduction to A dictionary of Euphemisms and Other Doubletalk – Crown Publis hers Inc.: New York, 13.Self Help Magazine – http://www.selfhelpmagazine.com 14.Urban Dictionary – http://www.urbandictionary.com ПРОБЛЕМА ПЕРЕВОДА БИБЛЕИЗМОВ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ (НА ОСНОВЕ РОМАНА ДЖ. ГОЛСУОРСИ «САГА О ФОРСАЙТАХ») Зырянова Т.В.

КГПУ им. В.П. Астафьева В данной статье рассматривается одна из проблем, с которой сталкивается перевод чик художественного текста: проблема перевода фразеологических единиц библейского происхождения (далее БФ – библейский фразеологизм), которые в художественных произведениях наравне с другими интертекстуальными компонентами выполняют не только стилистическую, но и смысловую функцию.

Объектом исследования стал роман Дж.Голсуорси «Сага о Форсайтах» как образец классической английской литературы, в котором библейские фразеологизмы являются полностью ассимилированным заимствованием. «О колоссальном влиянии, которое оказали переводы Библии, говорилось и писалось много;

в течение столетий Библия была наиболее читаемой и цитируемой в Англии книгой;

не только отдельные слова, но и целые идиоматические выражения (часто буквальные переводы древнееврейских и древнегреческих идиом) вошли в английский язык со страниц Библии» [4].

Интерес к проблеме перевода библеизмов обусловлен тем, что тема англо-русских соответствий фразеологических единиц библейского происхождения очень мало разра ботана, не стандартизирована, а в плане включения этой темы в преподавание англий ского языка полностью отсутствуют какие-либо пособия или практические рекоменда ции. Русско-английские словари зачастую оказываются беспомощными;

соответствия, которые там предлагаются, нередко оказываются примитивными кальками или раз вернутым описанием. Первая проблема, с которой сталкивается переводчик, состоит в том, что библейские ситуации могут найти отражение в одних языках и не найти в дру гих. Однако, если даже БФ встречаются не в одном языке, то они могут различаться се мантикой, компонентным составом, грамматической структурой, внутренней формой, эмоционально-экспрессивной окраской. Например, следующие существующие в тексте Библии обороты, стали фразеологизмами в русском языке, но не являются таковыми в английском языке: темна вода во облацех, яко тать в нощи, власти придержащие, тай на сия велика есть и др.

Обсуждая виды преобразований при переводе БФ необходимо учитывать, что дан ный тип единиц принадлежит к текстовым единицам с нестандартной зависимостью от контекста и их перевод требует различных переводческих технологий для нахождения оптимального эквивалента. С языковой точки зрения, для перевода таких единиц ис ходного текста, для которых стандартные соответствия не применимы, существуют две основные группы приемов перевода: лексические и грамматические.[3] Анализ лексических приемов перевода БФ, используемых при переводе указанно го произведения, выявил, что наиболее распространенными приемами являются пере водческая транскрипция, калькирование, семантическая модификация и смешанный (параллельный) перевод, например:

Переводческая транскрипция: Jeremiad – иеремиада, Delilah – Далила;

Калькирование: Our father – Отче наш, assisting the Magdalenes of London! – помо гая лондонским Магдалинам!

Смешанный перевод: hosts of Midian – мидийское войско;

Лексико-семантические модификации: and expects heaven at every hole – и у каждой рытвины ожидая царствия небесного.

Обращаясь к грамматическим приемам перевода БФ, которые были использова ны при переводе романа, мы можем выделить следующие группы приемов:

Частичный/нулевой перевод: I wash my hands of it – Я умываю руки.

Функциональное соответствие: As panteth the hart after cooling streams – как лань желает к потокам воды;

Антонимический перевод: pride goes before a fall – гордыня до добра не доводит;

Развертывание: I wish I had a dove like Noah – вот был бы у меня голубь как у Ноя;

Распространение: A promised land of talk – земля обетованная, где можно было пого ворить.

Однако уделяя внимание форме БФ при переводе, необходимо помнить, что фра зеологизмы библейского происхождения в отличие от более современных фразеологи ческих единиц, не являются застывшими цитатами, не допускающими каких-либо из менений. В современном английском языке многие из них обрастаю вариантами, под вергаются различным видам обновлений, от них могут образовываться производные.

По нашему мнению, вариантность создается в результате замены устаревших слов, сло вами более свойственными отрезку времени, в течение которого данная БФ функцио нирует в устной и письменной речи в английском языке. Например, proclaim/cry/shout from/upon the housetops – объявить во всеуслышание.

Более того, в романе «Сага о Форсайтах», автор нередко заменяет оригинальный компонент высказывания другим, не всегда имеющим тот же смысл, для создания оп ределенного стилистического эффекта. Нередко имеет место изменение формы биб лейского оборота или создание фразеологизма по аналогии с библейским оборотом, на пример:

Изменение формы библейского оборота:

Pride comes before a fall! На пороге гибели стоит гордость! (О Форсайтах), изн. Pride goes before destruction, and an hauty spirit before a fall – Погибели предшествует гор дость, и падению надменность;

Let the dead Past bury its dead. Пусть мертвое прошлое хоронит своих мертвецов (мо лодое поколение Форсайтов о предрассудках), изн. Let the dead bury their dead;

Flesh is flesh! – Все мы под Богом ходим! Изн. The spirit is willing, but the flesh is weak – Дух силен, но плоть немощна. (В данном контексте имелось в виду, что у каждо го человека есть свои слабости.) Создание фразеологизма по аналогии с библейским оборотом или в результате игры слов:

In the Bible it was written: Though shalt leave father and mother and cleave to… Fleur! – В Библии сказано: оставь отца своего и мать свою и прилепись к… Флер! (О предстоящей свадьбе Майкла и Флер). Изн. Though shalt leave father and mother and cleave to thy wife – Оставь отца своего и мать свою и прилепись к жене своей;

Amum! – Амам! (маленький Джон имел в виду Аминь! в конце молитвы Отче наш. В течение самой молитвы он также заменял словом «мама» некоторые слова);

When Jupiter and Juno created he them… – Юпитера и Юнону сотворил он их (о скульпторе). Ироническая перифраза строки из Библии, где говорится о сотворении Бо гом человека: male and female created he them – мужчину и женщину сотворил он.

Проанализировав способы и приемы перевода библеизмов в романе Дж.Голсуорси «Сага о Форсайтах», мы пришли к выводу, что основная сложность перевода БФ заклю чается в том, что для адекватного перевода переводчику необходимо быть знакомым с контекстом, в котором данный оборот был употреблен впервые, т. е. подразумевается, что компетентный переводчик знаком с таким прецедентным текстом, как Библия. При поиске эквивалента БФ переводчик обязан учитывать следующие особенности:

Вариантность библеизмов. С ходом времени некоторые лексические единицы устаре вают и появляются новые, которые автор художественного текста применяет в своем произведении. Например: proclaim/cry/shout from/upon the housetops – объявить во все услышание;

Обновление библеизмов. С течением времени БФ подвергаются метафорическому переосмыслению и здесь переводчику необходимо не только быть ознакомленным с библейским прототипом, но и быть в курсе тех или иных изменений в языке, например:

I wash my hands – Я умываю руки (Старый Джолион о помолвке Джун). Выражение восходит к легенде о Пилате, отдавшем Иисуса на казнь и умывшем руки перед тол пой, так как ритуальное умывание рук свидетельствовало о непричастности умывшего к чему-либо. Выражение приобрела метафорическое значение.

Изменение эмоциональной окрашенности библеизма, например: How are the mighty fallen! – Как пали сильные! (О неспособности молодого поколения Форсайтов продол жать дело старшего поколения). В библейском контексте речь идет об оплакивании:

Давид, узнав о гибели царя Саула и его сына – своего ближайшего друга Ионофана – с глубокой горечью сказал: «The beauty of Israel is slain upon the high places;

how are the mighty fallen!» («Краса твоя, о, Израиль, поражена на высотах твоих! Как пали силь ные!»). В романе это выражение использовано с иронией, когда Форсайты, некогда за нимавшие заметное положение в обществе и известные своим финансовым благополу чием, утратили свое положение с приходом молодого поколения.

В ходе данного исследования мы также выяснили, что в большом количестве слу чаев имеет место изменение формы библейского оборота, что создает определенные трудности при обнаружении оригинального библейского изречения. Здесь на адекват ность перевода влияет то, насколько изменен библейский оборот и идентифицирует ли его переводчик с библейским эквивалентом.

В перспективе, данное направление исследования также может быть применено к классическим произведениям русской литературы того же литературного периода.

Сравнение двух исследований поможет провести как качественный, так и количествен ный анализ использованных библейских фразеологизмов и выявить тем самым культу рологические особенности художественного текста определенного периода.

Библиографический список 1. Грановская Л.М. Библейские фразеологизмы. Опыт словаря//Русская речь. 1998. № 1. с. 73– 79.

2. Загот М.А. Ищите и найдете, или англо-русский словарь библеизмов для всех и каждого. М.:

Издательство «Р. Валент», 2004.

3. Казакова Т.А. Практические основы перевода. English Russian. Учебное пособие. СПб.: Из дательство «Союз», 2002.

4. Смит П. Логан. Фразеология английского языка. М.: «Высшая школа», 1959.

5. Dictionary of Bible Quotations. Hertfordshire: Wordsworth Editions Ltd, 1989.

6. The Holy Bible in the King James Version. Nashville: Thomas Nelson Publishers, 1984.

Источники 1. Голсуорси Джон. Собрание сочинений в 8 т. Т 1. Сага о Форсайтах. М.: «Художественная ли тература», 1983.

2. Голсуорси Джон. Сага о Форсайтах. М.: «Пушкинская Библиотека», 2003.

3. Galsworthy John. The Forsyte Saga. The Man of Property. М.: «Прогресс», 1974.

4. Galsworthy John. The Forsyte Saga. In Chancery. М.: «Прогресс», 1974.

5. Galsworthy John. The Forsyte Saga. To Let. М.: «Прогресс», 1974.

СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ РЕКЛАМНЫХ СЛОГАНОВ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА) Ивко Е.А., Коршунова А.В.

КГПУ им. В.П. Астафьева Научный руководитель: Коршунова А.В., к.ф.н.

В современном мире реклама представляет собой развивающуюся сферу деятельнос ти, правила которой еще только устанавливаются. Как показало время и исследования, реклама не только двигатель торговли, но и стимул для развития речевой деятельнос ти. Влияние рекламы сказывается не только на сфере потребительского рынка, но и на политической и культурной жизни общества, на употреблении языка и – опосредован но – на развитии его системы.

Актуальность исследования особенностей словообразования в рекламном слогане обусловлена необходимостью изучения словообразовательных особенностей языка рек ламы как одной из неотъемлемых составляющих современных СМИ.

Рекламный текст вообще и РС в частности имеет нормативный характер. При его со ставлении учитывается литературная (речевая) норма. Нормативная речь – это пра вильная общеобязательная речь.

Поэтому при составлении рекламных текстов выби рают, как правило, закрепившийся в речевой практике вариант. При выборе слова не обходимо учитывать степень его распространенности и сферу распространения. Это оз начает то, что если в рекламе используется слово, которое читатель или слушатель не понимает, то до него не доходит информация, смысл рекламного текста. Или доходит с большим трудом, поскольку не имеется прочных ассоциативных связей этого слова с предметом или действием. Исследование словообразовательной системы современного английского языка дает возможность создателям рекламы и рекламного слогана уста новить определенные правила и закономерности построения слов и применять их в рекламном деле. Основные способы английского словообразования – аффиксация, кон версия, словосложение, сокращение – активно действуют на современном этапе, о чем свидетельствуют многочисленные неологизмы, возникшие в последние десятилетия, частотность употребления которых можно проследить посредством рекламных слога нов. Нами была предпринята попытка анализа корпуса экспериментального мате риала в количестве 200 единиц, взятых из разнообразных печатных изданий и Интер нет ресурсов с целью выявления их словообразовательных особенностей, при этом рек ламные слоганы были классифицированы на фирменные 115 (57,5 %) и товарные (42,5 %).

Согласно Т.Н. Арбековой [1, с.17] все слова делятся на простые, производные и слож ные. Таким образом, слоганы были классифицированы, что позволило установить на личие в исследуемых единицах 95 % (190) простых слов, из которых 63,5 % (127) – неп роизводные слова, 31,5 % (63) производные слова и 5 % (10) сложных слов.

структурные особенности слов в слоганах 5% 31,50% простые производные слова простые непроизводные слова сложные слова 63,50% Примеры простых непроизводных слов:

NIKE. NIKE. Just do it.

Canon. Canon.You can.

Примеры простых производных слов:

Iberia Airlines. Big connections and small ones.

The Body Shop. Nature’s way to beautiful.

Примеры сложных слов:

Max Factor. Max Factor. The make-up of make-up artists.

Преобладание простых слов 95 % (190) в рекламных слоганах объясняется функцией слогана резюмировать рекламный текст, а также формировать узнаваемость и уни кальность рекламируемого товара, либо услуги.

Исследование слоганов показало, что из 5 % (10) сложных слов, 10 % (1) образовано компрессией, 70 % (7) – словосложением. Более того, к сложным словам относятся слож ные лексические аббревиатур – 30 % (3). Данный факт подтверждает тенденцию в рек ламной деятельности выбирать другие пути формирования окружающей действи тельности посредством слова.

Примеры сложных слов, образованных компрессией:

Max Factor. Max Factor. The make-up of make-up artists.

Примеры сложных слов, образованных словосложением:

Cointreau. Be cointreauversal. Sip out of the mainstream (cocktails).

SUBARU. It loves camping, the ballet and long-term commitment. Too bad it’s only a car.

Сложные лексические аббревиатуры:

Marks and Spencer. Your M&S.

UAP Assurance. UAP Assurance. Numero 1 Oblige.

Аффиксальный способ образования простых производных слов выявлен в 31,5 % (63) слоганах. Важно отметить тот факт, что суффиксальное словообразование преобла дае – 91 % (57), в отличие от префиксального 9 %. Объяснение данного факта заклю чается в функциональной значимости суффикса, а именно:

1) переводит производящую основу в другую часть речи;

BAUER. It’s freedom. You just happen to be a powerless slave to it. BAUER.

2) переводит производящую основу в другой лексико-грамматический разряд;

Be American, buy American!

3) придавать производящей основе другое коннотативное значение.

BARCLAYS. We make banking easier.

Более того, все суффиксы являются категориальными. А с точки зрения положения в слове 23 % (13) приходится на долю нетермальных суффиксов, 77 % (44) – это тер мальные суффиксы (Прил.5).

Конверсионное словообразование выявлено в 6,5 % (13) слоганах.

Estee Lauder Perfectionist. Let your wrinkle lift begin.

Chevrolet. Eye it, try it, buy it.

Образование слов путем сокращения обнаружено только в 0,5 % (1) слоганах, что указывает на непопулярность вышеупомянутого способа словообразования (Прил. 3).

Возможная причина данного факта – это, по нашему мнению, низкая степень распро страненности усеченных слов в письменной речи человека. Поэтому, чтобы заинтересо вать зрителя и избежать недопонимания идеи слогана, полные формы слов наиболее распространены.

Пример сокращения: Carrot cakes. u’re so tall, dark & rich.

Данная диаграмма отображает результаты проведенного исследования способов сло вообразования, используемых в рекламных слоганах.

способы словообразования в слоганах аффиксация компрессия 31,50% словосложение конверсия 56% аббревиация 0,50% 3,50% сокращ ение 6,50% простые 1,50% непроизводные слова 0,50% Проведенное исследование позволяет сделать вывод, что в рекламных слоганах име ет место превалирование простых слов (95 %) над сложными (5 %) и основной способ об разования сложных слов – словосложение (70 %), а простых производных слов – аффик сация (31,5 %), что совпадает с типологическими индексами английского языка.

Библиографический список 1. Арбекова Т.Н. Лексикология английского языка/ Т.Н. Арбекова – М.: Высшая школа,–1997.

176 с.

2. Арнольд И.В. Лексикология современного английского языка. Учеб. для институтов и фа культетов ин. яз./ И.В. Арнольд – М.: Высш. школа, 1959. 296 с.

СТРУКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ РЕКЛАМНЫХ СЛОГАНОВ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА) Ильина Т.С., Коршунова А.В.

КГПУ им. В.П. Астафьева Научный руководитель: Коршунова А.В., к.ф.н.

Рекламные тексты обретают все большую силу и составлены так, что потребитель, сталкиваясь с ними, часто недоумевает, каким образом он до сих пор жил без реклами руемой продукции. Большое значение в рекламном тексте имеет слоган, который отра жает уникальное качество товара, обслуживания. Самым главным качеством слогана является его способность мотивировать потребителя к совершению покупки. Дос тоинства рекламного текста определяют не только художественно-изобразительные изыски или изящество словесной формы (творческое самовыражение), а точность, яр кость и доступность рекламного образа, многообразие и направленность ассоциативных связей, не изощрения, а максимально работающая на коммуникацию композиция.

Рекламный текст – сложное семиотическое целое, представляющее собой свобод ную – как линейную, так и нелинейную, – последовательность знаковых единиц, мак симально приспособленное для выполнения главной задачи – продвижения на рынок рекламируемого продукта.

Вне зависимости от формы рекламной коммуникации и набора структурно-семанти ческих компонентов можно выделить следующие типы рекламных слоганов: словосоче тание, предложение и мини-текст.

Бархударов Л.С. определяет словосочетание как «грамматическое единство, обра зуемое посредством соединения двух или более знаменательных слов»[1]. С точки зре ния Кобриной Н.А., «словосочетание представляет собой соединение двух или более знаменательных слов, объединенных на основе определенной синтаксической связи и выполняющих номинативную функцию, то есть, так же как слово, называет предмет, явление, действие, процесс»[3]. Например, Only in a Jeep.

Собственно предложения являются сообщениями о чем-то, имеют (за исключением назывных предложений) субъектно-предикатную основу и различаются между собой способом соотнесения содержания с действительностью. Этот тип предложений являет ся наиболее близким по форме к слогану. Например, Good things come to those who tas te! (Мартини).

Мы рассмотрели типы рекламных слоганов в соответствии со структурной классифи кацией предложений, предложенной Ивановой И.П.[2].

Квази-предложения не содержат сообщения, не имеют субъектно-предикатной осно вы, а одна из важнейших функций РС – информативная, поэтому данный тип предло жений не встречался в корпусе экспериментального материала слоганов.

Структурная классификация Предложения вокативные простые сложные собственно предложения квази-предложения 1-составные 2-составные сложнопод сложносо междометные чиненные чиненные метакоммуни кативные полные неполные С точки зрения Кобриной Н.А. и Бархударова Л.С. по наличию в составе предложе ний других таких же грамматических единиц, они могут быть простыми или сложны ми. Простые предложения:

Younger-looking skin begins in your shower (Shower cream Palmolive) With Bold you’ll steam through the ironing (Iron conditioner Bold);

Сложные предложения:

Your throat feels smoother when you suck a soother (Halls);

Commitment begins the moment you lace them on. (Fitness shoes Avia).

По структуре простые предложения традиционно разделяют на двусоставные и од носоставные.

Двусоставные предложения:

Every part of everybody loves new fairy soft clothes (Non-biological tablets Fairy);

Young’s make fish the dish of the day (Fish cakes Young).

Односоставныех предложения:

Catsan. A new level in cat hygienе – имеется только подлежащее;

Taste a world in a jar…(sauces Uncle Ben’s) – только сказуемое.

В зависимости от того, все ли члены имеются в наличии или же часть их восстанав ливается из контекста, простые двусоставные предложения могут быть полными (неэл липтическими) и неполными (эллиптическими). Например:

We’ve Shed New Light On Suncare! (Hawaiian Tropic Suncare products);

Excellence comes as standard (Bosch).

Неполные предложения:

You and us, the perfect pair (The shoestore Kinney);

в предложении отсутствует глагол связка are;

Gives great hair (Organics);

отсутствует подлежащее, но его можно восстановить из контекста, в данном случае подлежащим может быть шампунь Organics.

Мы также исследовали экспериментальный материал в соответствии с коммуника тивной классификацией предложений, предложенной Кобриной [2].



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 18 |
 










 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.