авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 13 |

«ЭКОЛОГИЯ РЕЧНЫХ БАССЕЙНОВ ЭРБ – 2009 V МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 9-12 сентября 2009 года ТРУДЫ ...»

-- [ Страница 4 ] --

Туристическая рыбалка, как уже упоминалось, существует как самостоятельный вид туризма и как дополнение к прочим водным видам.

Например, в Мурманской области агентства по туристической рыбалке существуют в гг. Кандалакша, Кировск, Мончегорск, Оленегорск, Ковдор [Реестр…].

Литература 1. Евсеев А.В., Красовская Т.М., Мироненко Н.С., Тикунов В.С., Шабалина Н.В. Оценка рекреационного потенциала Севера России.

Смоленск: Изд-во Смоленского гуманитарного университета, 1996.

62 с.

2. Красовская Т.М. Природопользование Севера России. М.: Изд-во ЛКИ, 2008. 288с.

3. Реестр туристских ресурсов Мурманской области. 20 с.

4. Энциклопедия туриста. М.: Большая Российская энциклопедия, 1993.

607 с.

Исследование выполнено по проекту РФФИ № 08-05-00591 «Анализ влияния современной структуры природопользования Севера России на состояние экологических параметров его природного капитала».

V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

СОСТАВ БАКТЕРИАЛЬНЫХ СООБЩЕСТВ АЛЛЮВИАЛЬНЫХ ПОЧВ И РАСТЕНИЙ ДОЛИНЫ Р. ОКИ В УСЛОВИЯХ ИНТЕНСИВНОГО ЗЕМЛЕПОЛЬЗОВАНИЯ Е.А. Леонтьевская, Т.Г. Добровольская, А.А. Снег, П.Н. Балабко МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия Clear differences in taxonomical structure of bacterial complexes were determined in the phylosphere of vegetables and weeds. Diversity of bacteria on the surface of weeds is significantly higher. Among bacteria, isolated from the phylosphere of weeds, there were discovered bacteria – antagonists to phytopathogenic bacteria of two genera. Taxonomical composition of investigated bacterial complex in cultivated soils differs from virgin soils: there are Pseudomonas, Erwinia and a high percentage of cellulose degrading bacteria in cultivated soils. Representatives of genera Pantoea and Erwinia dominate on root crops of healthy and rotten carrot. Ploughing of vegetables into the soil results in the accumulation of these enterobacteria, which also include phytopathogenic forms. Enterobacteria are present as minor components or disappear in a year after ploughing of carrot and cabbage into the soil and after gathering in the new harvest, it indicates the sanitary role of soil.

Целью настоящей работы было определение таксономической структуры бактериальных сообществ в пойменных ландшафтах долины р.

Оки, включая анализ эпифитных комплексов овощных культур и сорных растений, бактериальных сообществ почв под посевами овощных культур и естественными лугами.

Объектом исследований послужили аллювиальные мелиорированные почвы интенсивных агроэкосистем прирусловой и центральной части поймы р. Оки. Рассматриваемые участки расположены в Озерском и Каширском районах Московской области. Почвы поймы используются для выращивания овощных культур более 60 лет. В настоящее время в почвенном покрове поймы сформировались агросветло гумусовые (дерновые) и агротемногумусовые (луговые) почвы. Выращива ние овощей ведется по интенсивной технологии, предусматривающей систематическое внесение высоких доз комплексных минеральных удобрений «Кемира» (4,5-5 ц/га). Органические удобрения не применяются, используются пестициды. Образцы почв и растений отбирали в октябре 2006 и 2007 гг. Анализировали пахотные горизонты почв под посевами моркови и капусты (0-23 см) в центральной части поймы, гумусовый горизонт почвы под разнотравно-злаковым лугом (5-25 см) в прирусловой СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ части поймы, листья и корнеплоды овощей, надземные части сорных растений. В качестве предварительной десорбции микроорганизмов исполь зовали прибор Вортекс (MultiReax, Heidolph, Germany), на котором почвенные и растительные суспензии обрабатывали в течение 2 мин. Посев проводили из разных разведений на глюкозо-пептонно-дрожжевую среду в пятикратной повторности.

Численность бактерий во всех исследованных аллювиальных почвах довольно высокая. Она составляет 17-24 млн. КОЕ/г и практически не зависит от типа землепользования, т.е. и в целинной почве, и в почвах под разными овощными культурами количество бактерий определяется цифрами одного порядка. Анализ состава бактериальных сообществ в филлосфере разных овощных культур, позволил сделать вывод о том, что структура бактериальных сообществ на листьях культурных растений монодоминантная. Следует сказать, что говоря о доминировании мы имеем ввиду комплексы аэробных и факультативно анаэробных бактерий, учитываемых на ГПД среде. Доминантами могут быть бактерии, попадаю щие на листья из почвы (артробактер и бациллы), с водой (акваспириллы), либо ассоциированные с растительными остатками целлюлозоразрушаю щие бактерии, выделямые в качестве минорных комонентов. Так, в филлосфере лука доминтантами были бактерии рода Aquaspirillum. На листьях моркови, капусты и картофеля доминировали бактерии рода Arthrobacter. На листьях свеклы были обнаружены 3 доминанта – акваспириллы, бациллы и артробактер. В качестве субдоминантов выделя лись типичные именно для сельскохозяйственных растений бактерии рода Pseudomonas. Общее количество таксонов очень низкое, оно колебалось от 2 до 4. Анализ полученных результатов позволяет заключить, что состав бактериальных сообществ культурных растений определяется не видом растения, а погодными условиями. Во влажные сезоны преобладают типичные гидробионты спириллы, в сухие – устойчивые к высушиванию почвенные бактерии – бациллы и артробактер.

Поскольку в последние годы появились работы, в которых среди бактериальных сообществ сорных растений были обнаружены антагонисты фитопатогенных бактерий, мы отобрали сорные растения, росшие по краю поля в виде полос. Было установлено, что для филлопланы сорных растений характерна выровненная структура бактериальных сообществ, в отличие от монодоминантной структуры культурных растений. Разнооб разие бактерий оказалось намного выше в филлоплане сорных растений по V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»





сравнению с культурными: количество таксонов бактерий колебалось от до 8. Максимальное разнообразие было обнаружено на листьях щирицы – бактерии были представлены следующими родами: Aquaspirillum, Rhodococcus, Pseudomonas, Micrococcus, Cytophaga, Arthrobacter, Methylobacterium, Erwinia (рис. 1). В состав сообществ сорных растений входили бактерии, характерные как для луговых, так и сельскохозяйственных растений. Мы создали коллекцию бактерий, выделенных из филлосферы сорняков (30 штаммов). Проверили их на антагонизм по отношению к двум видам фитопатогенных бактерий:

Pseudomonas syringae и Rathayibacter tritici. Было установлено, что представители родов Aquaspirillum, Comamonas и Arthrobacter обладают антагонистической активностью по отношению к фитопатогенной бактерии Rathayibacter tritici, а бактерии рода Micrococcus – антагонист фитопатоген ной бактерии Pseudomonas syringae. Таким образом, таксономический состав бактерий на сорных растениях представляется ценным показателем, позволяющим судить о перемещении разных бактерий (как полезных, так и вредных) между компонентами агроценоза.

Относительное обилие бактерий в % а б в Рис. 1. Структура бактериальных сообществ на листьях сорных растений:

а) щирица;

б) сурепка;

в) чернобыльник СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ Следующей нашей задачей было сравнить таксономическую структуру бактериальных комплексов целинной и окультуренных почв.

Было установлено, что в целинных почвах доминирует артробактер, бациллы и пигментные коринеподобные бактерии. В почвах под овощными культурами в спектр доминантов входят как типичные для целинных почв артробактер и бациллы, так и те, что характерны только для окультуренных почв: псевдомонады и миксобактерии, в качестве минорных компонентов выделялись эрвинии. Поскольку на рассматриваемых полях периодически нарушался режим землепользования (производилась запашка урожая), представлялось необходимым проанализировать структуру бактериальных сообществ на поверхности запахиваемых овощей. На корнеплодах моркови и кочанах капусты спектр доминантов отличался от филлосферы этих растений. Доминировали факультативно-анаэробные бактерии семейства Enterobacteriaceae. На корнеплодах здоровой моркови и листьях капусты доминировал бактерии рода Pantoea. На корнеплодах гнилой моркови преобладали представители рода Erwinia, вызывающие мягкую гниль овощей. При запашке моркови и капусты представители этих бактерий были обнаружены в почве. Кроме того, 60 % от всех бактериальных таксонов составили бактерии рода Pseudomonas, среди которых имеется много фитопатогенных форм. Исследования, проведенные через год после запашки овощей и получения нового урожая, показали, что произошла перестройка в таксономической структуре почвенных бактериальных сообществ – резко сократилась доля энтеробактерий и псевдомонад, которые могли представлять опасность для нового урожая, при этом увеличилась доля целлюлозоразрушающих бактерий – миксобактерий и цитофаг. Их появление связано, по-видимому, с внесением в почву растительных остатков в виде запаханных овощей, являющихся источником углерода для этих форм бактерий. Описанные изменения в таксономической структуре бактериальных сообществ почв агроценозов свидетельствуют о санитарной роли почв, заключающейся в очищении ее от фитопатогенов и многочисленных растительных остатков, поступивших в почву в виде запаханных овощей. Эту работу выполняют микробные сообщества почв, поддерживающие гомеостаз экосистемы в целом, и данного агроценоза в частности.

V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ ПОЧВ В УСЛОВИЯХ ФЛЮВИАЛЬНОГО РЕЛЬЕФА (НА ПРИМЕРЕ ДНИЩА ДОЛИНЫ НИЖНЕГО ТЕЧЕНИЯ Р. СЕЛЕМДЖА) А.В. Мартынов Институт геологии и природопользования ДВО РАН, г. Благовещенск, Россия The influence of the peculiarities of the formation of fluvial relief on the soil formation within the low alluvial-land of the Selemdzha River has been considered.

Soils types are determined, their morphological structure is characterised, regularities of their spatial location depending on the mesorelief and hydrodynamic factors of the Selemdzha River are revealed.

Характерная черта почв поймы, чрезмерная изменчивость в пространстве определяемая неоднородностью внешних условий. Их совокупное воздействие задает определенный механизм и направленность почвообразования и, следовательно – все многообразие элементарных почвенных разностей той или иной территории.

Среди внешних условий именно рельеф – главный фактор в почвообразовании. Особенно отчетливо это проявляется на начальных стадиях формирования почв в условиях пойменного рельефа [4]. Ниже приводятся результаты изучения особенностей формирования почв в пределах поймы р. Селемджа (притока р. Зея). В качестве примера выбран участок её днища долины, расположенный в 103 км от устья.

В основу почвенных исследований положен сравнительно геоморфологический метод, заключающийся в выявлении закономерностей между строением, составом и свойствами почв с факторами почвообразо вания [1]. В соответствии с выбранным методом выполнено инструменталь ное нивелирование поверхности поймы. Вдоль профиля на каждом элементе мезорельефа поймы заложены почвенные разрезы, проведено их морфологическое описание, на основании принятой классификации и диагностики почв России выделены почвенные типы [2].

Согласно морфологической классификации пойм, развитие поймы р.

Селемджа на данной территории, осуществляется по параллельно-гривис тому типу [3]. Для него характерно чередование, параллельных руслу, грив и межгривных понижений. К тыловым частям пойменных массивов приурочены притеррасные понижения в виде ложбин шириной 5-10 м, в которых развиваются болота и небольшие старичные озера.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ Левобережный и правобережные пойменные массивы морфологи чески схожи между собой. Их ширина 200-300 м, рельеф полого-гривистый со слабо выраженной центральной поймой. Днища межгривных понижений располагаются на отметке 1-3 м выше уреза воды в р. Селемджа, а поверхность грив на высоте 2-4 м. Уровень притеррасных понижений, на левобережном пойменном массиве составляют 1-1,5 м над урезом воды, на правобережном массиве совпадает с урезом воды.

На основании проделанной работы в структуре почвенного покрова поймы р. Селемджа были выделены пять почвенных типов.

Аллювиальная слоистая типичная почва занимает ограниченное пространство на склоне берегового вала левобережного пойменного массива и занимает всю площадь прирусловой и центральной поймы правобережного пойменного массива. Сама почва легкого механического состава с профилем мощностью 60-80 см. Почва морфологически однородна, без четкого разделения на горизонты. Можно выделить только гумусовый горизонт мощностью до 10 см серого или бурого цвета.

Аллювиальная серогумусовая типичная почва распространена по всей прирусловой и центральной пойме левобережного массива, а также у подножия борта долины и на склонах притеррасного понижения правобережного пойменного массива. Почва характеризуется профилем мощностью 70-90 см, легкого гранулометрического состава. В нижних горизонтах отмечены сизоватые пятна, что говорит о незначительном проявлении процесса оглеения. Гумусовый горизонт мощностью 15-20 см серого цвета, выделяется промежуточный горизонт AY-C.

Аллювиальная серогумусовая глеевая типичная почва ограниченно распространена на склонах притеррасного понижения левобережного пойменного массива. В профиле мощностью 70-80 см выделяются гумусовый горизонт до 20 см и подстилающий глеевый горизонт до 15 см.

По всему профилю, вплоть до верхних горизонтов, активно развиты процессы оглеения выражающиеся в наличии сизых и ржавых пятен занимающих от 30 до 70 % площади окраски в горизонтах.

Аллювиальная перегнойно-глеевая иловато-перегнойно-глеевая почва локально распространена вдоль берега старичного озера расположенного в притеррасном понижении правобережного пойменного массива. Верхняя часть профиля почвы (10-15 см) представляет собой серую с сизыми и ржавыми затеками перегнойную массу. Ниже, до глубины 80-90 см она подстилается суглинистой толщей с включением линз песчаного материала.

V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

Аллювиальная торфяно-глеевая типичная почва расположена в притеррасных понижениях обоих пойменных массивов и у подножия борта долины левобережного пойменного массива. Как правило, для этих почв характерен небольшой, до 10см, торфяной горизонт, подстилаемый мощ ным, до 60 см, слоем оглеенного материала суглинистого или глинистого состава. Исключение составляет почва у подножия борта долины левого берега, где интенсивные склоновые процессы в совокупности с повышен ной фитомассой растительного покрова способствовали формированию гумусового горизонта мощностью до 30 см поверх торфяного.

Таким образом, на левобережном пойменном массиве от прирус ловой поймы к террасе осуществляется смена почвенных типов по схеме:

аллювиальная слоистая почва – аллювиальная серогумусная почва – аллювиальная серогумусовая глеевая почва – аллювиальная торфяно глеевая почва. В этом же направлении, постепенно возрастает грануломет рический состав почв, повышается степень их гумусированности, улучшается структурность профиля. Правобережный пойменный массив характеризуется резкой дифференциацией почвенного покрова поймы заключающейся в развитии аллювиальной слоистой почвы, с легким механическим составом, по всей пойме вплоть до притеррасного понижения. Другие почвенные типы развиты только в притеррасном понижении и у подножия борта долины.

Выявленная ассиметрия в структуре почвенного покрова право – и левобережья, скорее всего, обусловлена своеобразием формирования поймы. В силу различного пространственного положения левого и правого пойменных массивов по отношению к руслу они отличаются динамикой воздействия поводковых вод на почвенный покров. В силу сравнительно высоких скоростей вдоль правого берега в период паводка осуществляется вымывание гумусовых и илистых частиц с поверхности почвенного покрова центральной и прирусловой поймы и отложение грубозернистого материала. Этот процесс приводит к постоянному обновлению почвенного покрова центральной и прирусловой поймы. Накопления илистой фракции осуществляется только в притеррасном понижении. В пределах левобереж ного пойменного массива водный поток характеризуется сравнительно низкими скоростями, что предотвращает поверхность поймы от размыва, а речной аллювий откладывается по пойме равномерно, от прирусловой к тыловой части поймы.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ Литература 1. Ганжара Н.Ф. Почвоведение. – М.: Агроконсалт, 2001. – 392 с.

2. Шишов Л.Л., Тонконогих В.Д., Лебедева И.И., Герасимова М.И.

Классификация и диагностика почв России. – Смоленск: Ойкумена, 2004. – 342 с.

3. Маккавеев Н.И., Чалов Р.С. Русловые процессы. – М.: Изд-во МГУ, 1986. – 264 с.

4. Чернов А.В. Речные поймы – их происхождение, развитие и оптималь ное использование. // Соросовский образовательный журнал. 1999, №12. – С. 47-54.

НАЧАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ АНТРОПОГЕННОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ ЛАНДШАФТОВ БАССЕЙНОВ МАЛЫХ РЕК ЛЕСНОЙ ЗОНЫ РУССКОЙ РАВНИНЫ В.А. Низовцев МГУ имени М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия Природная обстановка всегда оказывала существенное воздействие на все стороны жизни общества, прежде всего на его хозяйственную деятельность. Особую роль в заселении и хозяйственном освоении территории во все времена играли водные артерии. Постепенно, начиная от долин крупных рек, населением осваивались бассейны их основных притоков, а затем и малых рек. Улучшение природной обстановки сопровождалось ростом численности населения и повышением его благосостояния, неблагоприятные изменения приводили к оттоку населе ния на другие территории, а если это было невозможно – к коренной перестройке экономики и образа жизни. Особенно ярко это проявлялось на ранних этапах развития общества, когда зависимость человека от природы была максимальной. Однако уже в конце каменного века наблюдается и обратный процесс – антропогенное воздействие на окружающую среду, который по мере приближения к современности ощущается все сильнее.

Разнообразие природных условий и обширный набор ландшафтных комплексов разных иерархических уровней, характерных для лесной зоны Русской равнины, обеспечивало прекрасную ресурсную базу для поселен V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

цев во все времена. Поэтому в разные исторические периоды территория подвергалась разнообразным видам хозяйственного воздействия: аграр ному, лесохозяйственному, промышленному (добыча различных полезных ископаемых), водохозяйственному, рекреационному, транспортному и др.

Исходя из литературных данных и собственных полевых исследо ваний, последовательность и закономерности хозяйственного освоения бассейнов малых рек можно представить следующим образом. Территория лесной зоны Русской равнины был заселена людьми в верхнем палеолите, т.е. не менее 20000 лет назад. На всем его протяжении постоянного населения в регионе не было. Первобытные охотники вели кочевой образ жизни и занимались охотой преимущественно загонного типа на крупных животных Человек, в то время, как бы полностью «вписывался» в окружающую среду. В течение длительного времени формировалась эколо гически сбалансированная система «человек-природа». Нарушение этой системы, например, уничтожение какого-либо вида животных, служившего их основной пищей, или угодий, где эти животные паслись, грозило существованию и самого человека.

В предбореальное времени (около 10 тыс. л.н.) с приходом ранне мезолитических племен происходит становление охотничье-собиратель ских природно-хозяйственных систем (ПХС). У них происходит специали зация охоты на разных животных в разное время года. На смену мигрирующей загонной охоте пришла бродячая охота на одиночных животных и птиц, рыбная ловля. В среднем и позднем мезолите основными объектами охоты становятся лесные животные, которых особенно много появляется во второй половине бореального периода, так как наряду с хвойными широко распространяются смешанные широколиственные леса (дубравы и липняки с густым подлеском из орешника). Особую роль в хозяйстве начинает играть рыболовство. Стоянки располагались на мысах озерных островов, на краевых участках первых и вторых надпойменных террас, на останцах в пойме и, реже, на дюнообразных всхолмлениях.

В мезолите по сравнению с палеолитом пища людей стала значительно более разнообразной, но миграции людей продолжались и были связаны уже не столько с миграциями животных, на которых они охотились, сколько с невозможностью прокормиться на одной территории в течение года. С изобретением лука и стрел за сравнительно короткий промежуток времени происходит смена традиций в ведении хозяйства.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ Наиболее древние поселения связаны, главным образом, с берегами озер, хотя и располагались вблизи выхода рек из озер или впадения мелких речек в более крупные. В позднем и, особенно, в финальном мезолите заметно тяготение поселений к реке и ее старицам. Видимо, это может свидетельствовать о возрастании роли рыболовства или изменении его способов. Полностью формируется охотничье-рыболовческо-собиратель ская система хозяйствования. Однако, антропогенное влияние на окружаю щую природную среду остается по-прежнему минимальным, ограничивает ся локальными районами поселений. Равновесная система «человек природа» сохраняется.

Распространение неолита в регионе датируются с 7000 до 4000 л.н.

Хозяйство неолитических племен также сохраняло присваивающий, охотничье-рыболовческий характер. Приуроченность поселений к малым рекам, а не к озерам или большим рекам, может быть объяснена повышенной ролью рыболовства в хозяйстве этого времени, о чем говорят многочисленные археологические находки (костяные крючки, гарпуны, остроги, специальные наконечники стрел) и значительное увеличение костей рыб в остеологическом материале. Вероятно, возрастание роли рыболовства в этот период связано и со значительным падением уровня вод в гидрологической сети. Совершенствование орудий труда, переход к оседлому образу жизни, появление керамической посуды и, наконец, возможность добычи с помощью усовершенствованных форм охоты и рыболовства избыточного продукта – все это указывает на более высокую форму организации хозяйства лесного неолита по сравнению с мезолити ческой эпохой. Миграционные подвижки населения происходили вследст вие колебания уровня вод, что, в свою очередь, вызывало необходимость освоения других типов ландшафтов.

Умение приспособить свое хозяйство к специфике природных ландшафтов – одна из наиболее ярких черт первобытных племен.

Комплексный уклад хозяйства этих поселенцев был экологически сбалансирован, так как интенсивность эксплуатации природных ресурсов распределялась между несколькими источниками получения пищи. По видимому, в это время была найдена оптимальная форма хозяйственной адаптации первобытных поселений к условиям среды. Незначительное воздействие человека на природу было обусловлено как особенностями ведения присваивающего хозяйства, так и малой численностью V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

первопоселенцев. Антропогенное воздействие на природу ограничивалось только подвижными биотическими компонентами: животными и раститель ностью и носило обратимый характер. Размеры воздействия ограничива лись размерами поселений или охотничьих территорий, которые редко выходили за пределы речных долин. В среднем жители одного поселения ежедневно использовали территорию, не превышавшую 100 км2, а площадь охотничьих угодий редко выходила за пределы 300 км2.

Общая особенность мезолита-неолита – это колебания высоты расположения памятников вслед за изменениями береговых линий при трансгрессиях и регрессиях системы палеоозер, постепенное переселение с озер на малые реки и протоки. Это объясняется спадом вод в гидрологической сети и повышенной ролью рыболовства в неолите.

Поселения, существующие в течение нескольких эпох, расположены, как правило, не просто у берега реки или озера, а в местах впадения других рек, ручьев, т.е. пунктах наибольшей концентрации рыбы, с хорошим обзором местности, с наличием водной преграды от хищников. Поэтому и памят ники мезолита и неолита расположены, в основном, плотными группами.

Исследуемые поселения были четко вписаны в ландшафтные условия, необходимые для жизнедеятельности поселенцев.

Резкая аридизация климата 3200-4100 л.н. (среднесуббореальная фаза потепления) приводит к очередному падению уровня вод в гидрографической сети и к доступности освоения пойменных комплексов.

В бассейне малых рек расселяются племена фатьяновской культуры (бронзовый век), знающие производящее хозяйство, достигшие высокого совершенства в обработке камня и знакомые с металлом. Ведущей отраслью хозяйства становится специфическое лесное скотоводство с разведением, сначала, свиней, а затем мелкого и крупного рогатого скота;

охота и рыболовство носило подчиненный характер. Пастбища были локализованы преимущественно в поймах малых рек, и приозерных низменностях, имеющих, как правило, больше открытых мест – луговых прогалин и полян. Длительные выпасы скота на одном месте приводили к полному уничтожению растительности. Вынужденные постоянные переходы фатьяновцев на новые места в поисках пастбищ приводили к вовлечению в хозяйственный оборот все новых и новых участков.

Продолжающаяся интенсификация их хозяйственной жизни имеет следствием и усиление антропогенного пресса на окружающую природу;

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ увеличиваются площади и глубина воздействия. С производящим хозяйст вом связана смена одних компонентов природных территориальных комплексов (ПТК) другими. Именно с экстенсивным хозяйствованием фатьяновских племен можно связать и начало обезлесивания пойм малых рек и озер. В морфологической структуре ландшафтов, в пойменных урочищах и местностях появляются первые устойчивые элементы антропогенного происхождения – пойменные луга. Надо отметить, что местные племена переняли у фатьяновцев прогрессивные формы ведения хозяйства, поэтому и после ухода фатьяновских племен из региона, сложившаяся природно-хозяйственная система с пойменным скотовод ством (агрогеосистемы пастбищного типа с пойменными лугами и редколесьями) просуществовала длительное время.

В конце суббореального климатического периода (на рубеже IX-VIII до н.э.) в регионе распространились племена железного века. Уже в раннем железном веке поселенческая структура была устойчивой и сохранялась около 1,5 тысячи лет. Она имела ярко выраженный линейный характер, поселения располагались цепочкой по долинным зандрам и надпойменным террасам долин как крупных, так мелких рек лесной зоны. Городища и селища располагаются, как правило, на участках речных долин, обладаю щих очень сложной ландшафтной структурой, состоящие из большого количества разнообразных, а порой и контрастных, по природным свойствам ПТК. Это позволяло вести поселенцам «гибкое» комплексное хозяйство.

Главным видом ведения хозяйства становится земледелие с выращиванием яровых зерновых культур: пшеницы, ячменя и проса.

Видимо, у поселенцев одновременно существовало несколько форм земле делия: подсечно-огневое мотыжное, переложное с краткосрочными перелогами и пашенное с двусменным севооборотом (яровые – пар) и с применением упряжных пахотных орудий (рало с полозом). В скотоводстве ведущее место занимало разведение свиней и лошадей, удельный вес костей крупного рогатого скота в составе остеологических коллекций этого времени несколько уменьшился. Интенсивно использовались речные и озерные рыбные ресурсы. Большое значение в структуре хозяйства имела мясная охота (только в конце периода резко возрастает роль пушной).

Все виды сельскохозяйственных угодий: поля, леса, выгоны и т.д.

были расположены в пределах речных долин и долинных зандров. С этого V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

времени воздействие человека на природу становится постоянным на значительных площадях и захватывает разнообразные виды ПТК. Можно говорить о сложившихся трех основных видах ПХС: 1) небольшие по площади селитебные (селища и городища) с прилегающими постоянными миниатюрными пахотными агрогеосистемами – расположены на мысах и стрелках между берегами рек и впадающими в них оврагами и балками;

2) пастбищные агрогеосистемы, занимающие пойменные и долинно-балочные ПТК. И, наконец, 3) самые обширные по площади своеобразные ПХС с ведением подсечно-огневого земледелия. С подсечным земледелием появился и новый вид нарушений ландшафтов, связанный с огневой обработкой. С этого времени массивы вторичных лесов стали постоянным элементом ландшафтов лесной зоны. Несмотря на густоту поселений железного века в ряде районов региона и интенсивную хозяйственную деятельность, экологическое равновесие еще не было подорвано: поселения многие сотни лет существовали, охотничьи ресурсы не истощались.

Длительное и постоянное антропогенное воздействие на ландшафты бассейнов малых рек лесной зоны уже на ранних этапах освоения привели к глубоким изменениям не только рельефа, растительности, почв, но и к коренной перестройке их морфологической структуры, к появлению в их составе новых антропогенно-производных ландшафтных комплексов.

Характер взаимоотношений человека и ландшафта определяется как характером производственной деятельности, так и природными особенностями ландшафта. Во все исторические периоды наблюдается четкая детерминированность поселенческой структуры и систем природопользования от конкретных ландшафтных условий, определяемых, в свою очередь, морфологической структурой ландшафта. Природные свойства ландшафтов во многом предопределили пути заселения и хозяйственного освоения Центральной России. Критерии выбора территории для освоения зависели от численности населения, способов ведения хозяйства, особенностей культуры и быта поселенцев. В сходных ландшафтных условиях поселенцы вели однотипное хозяйство, при ведении которого формировались однотипные природно-хозяйственные системы. Процесс становления ПХС носил поступательный, но в тоже время пульсирующий характер.

Работа выполнена по проекту РФФИ № 08-05-00923.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ ПОЧВЫ РЕЧНЫХ ДОЛИН ГОРОДСКОЙ ТЕРРИТОРИИ (НА ПРИМЕРЕ РЕЧНОЙ СЕТИ Г. МОСКВЫ) Т.В. Прокофьева, О.А. Варава МГУ имени М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия One of the world’s largest cities with a well-developed river network is Moscow. The 80 % of these streches of water are regulating. About 470 of them are in canalized in sewers, enclosed to lodgments or have been filled up. Three sites on the right bank of the Moscow River were pedological examined for the presented study.

The soil cover of the Moscow River valley comprises native soils as well as human modified urban soils. The main ways and steps of the valley soil anthropogenic evolution have been disclosed.

The upper parts of formerly periodically flooded alluvial soils are becoming dryer because of two reasons. First, the surface of these soils was elevated with landfill material and exceeded the level of flooding therefore and second because of water regulation measures. However, the deeper parts of these soils remain under water logging. Hence, the processes of gleysation and iron segregation and others are take place here. Thus, pedogenesis has remained synlithogenic (the simultaneity of sedimentation and soil development), but the accumulation of natural alluvial material is substituted by the accumulation of urbo-pedo-sediments.

Реки играют существенную роль в возникновении и развитии городских поселений. Большая часть как крупных, так и мелких населенных пунктов в мире, независимо от природной зоны, сосредоточены по берегам рек. Современная Москва, возникла в долине р. Москвы, и долгое время развивалась в одном геоморфологическом районе. В настоящее время идет активный рост города, быстрое увеличение численности населения вызывает необходимость включения в городскую территорию земель природоохранных зон, резервных территорий, долин ных и пойменных ландшафтов. До 80-х годов большинство рек в пределах крупных городов предназначалось для заключения в трубы с целью максимального использования городской территории. В настоящее время с поверхности исчезли более трети Московских речек (Насимович, 1997).

Долина Москвы-реки также перенесла существенные преобразова ния. Мощность техногенных отложений в долине достигает 12,5 м. Для оптимизации условий существования городской среды созданы четыре водохранилища – зарегулированность стока составляет около 80 %. В V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

настоящее время понятие «пойма» для р. Москвы утратило свое исходное значение, так как русло реки ограничено набережными, сама же пойма частично затоплена, а на большей части – подсыпана (Лихачева, Насимо вич, Александровский, 1997).

Исследования проводились в долине реки Москвы (участки поймы и низких террас) в районах Братеево на Юго-Востоке при выходе реки из города, Крылатское, на Северо-западе и в центре города. А так же в долинах малых рек – притоков р. Москвы (Сетуни, Городни, Чертановки, Чермянки и Раменки). Участок в центре города приурочен к пойме Москвы-реки, уровень которой приподнят на 2-3 м за счет накопившегося культурного слоя (Болотная площадь, Краснопресненская и Савиновская набережные).

В процессе антропогенного преобразования в почвах пойм меняется характер осадконакопления;

продолжается постоянный привнос минераль ного материла в верхние горизонты, но состав его меняется с аллювиаль ного на техногенный, кроме того, многие процессы обладают большей динамичностью, чем в городских почвах водораздельных пространств. В результате исследования определены основные направления и этапы антропогенной трансформации пойменных почв при усилении антропо генной нагрузки (рис.1).

Рис. 1. Трансформация пойменных почв в городской среде СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ Очевидно, что для исходно высокоплодородных почв поймы в пределах лесной зоны наиболее значимой и продолжительной является стадия их использования для сельскохозяйственных нужд. Так, в профилях многих почв нами диагностированы различные по мощности и гумусиро ванности пахотные горизонты.

Важным этапом является включение территории долины в состав города. Здесь возможно несколько направлений трансформации почв. На затапливаемых участках поймы продолжают формироваться аллювиальные почвы. При этом наступление городской среды на территорию поймы обозначает начало периода совместного протекания аллювиального и антропогенного почвообразования и осадконакопления, формируются урбоаллювиальные почвы. В дальнейшем же в случае прекращения затопления почвы трансформируются в «посталлювиальные» почвы (с сохранением профиля) либо урбаноземы (городские почвы с профилем, состоящим из специфических новообразованных горизонтов), в зависимос ти от использования участка. Зарегулированность стока, спрямление русла и поднятие поверхности за счет подсыпок грунта, ведут к прекращению поемности и аллювиальности и почвы вступают в новую стадию начала автоморфного функционирования. Процесс «обсыхания» профиля начина ется в верхних горизонтах и постепенно проникает глубже в профиль.

Однако не только в почвах пойм, но даже в почвах 1-2 террас нижняя часть профиля постоянно находится под влиянием грунтовых вод. Дальнейшее антропогенное преобразование профиля накладывается на существующий гидрологический режим почвы. В нижних горизонтах исследованных почв на микро уровне заметны признаки оглеения в виде отмытости материала, преобладании компактной тонкодисперсной массы и присутствия большого количества новообразованных соединений железа (оксиды / гидроксиды, фосфаты). Кроме того, встречающиеся и в верхних горизонтах признаки перекристаллизации карбонатов проявляются уже в форме сплошной карбонатной пропитки (характерной для подтопляемых горизонтов).

Часто обширные территории долины и в основном поймы в целях повышения абсолютных отметок высот подвергаются подсыпке грунтом.

Профиль почв погребается под значительной мощностью техногенных отложений – формируются техно-почвы и техноземы. Но даже на этих территориях, где процессы почвообразования были прерваны, в нижней части профиля часто выделяются горизонты с признаками оглеения.

V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

Дальнейшее использование территорий под застройку, либо обустройство набережной приводит к формированию в верхней части профиля урбиковых горизонтов на открытых площадках, а также запечатыванию почв под асфальтом и фундаментами. Территории, где подсыпка произведена, не была, могут долгое время характеризоваться близким к природному почвенным покровом. Во многих местах пойменные массивы до сих пор заняты небольшими огородами, тогда, как на остальных территориях городская застройка почти вплотную подошла к руслу реки. Кроме того, это могут быть парки и зоны отдыха. При этом для регулярных парков характерны «посталлювиальные» почвы и техноземы, тогда как на территориях «дикого» отдыха и пустырях – это, в основном, урбаноземы различной мощности.

В результате антропогенного воздействия формируются и новые свойства почв: это нейтральные или щелочные значения рН (7-9), повышен ное содержание легкорастворимых фосфатов (в среднем до 40 мг/100г) и органического вещества (2-6 %), большое количество техногенных включе ний, которые обуславливают появление свободных карбонатов, не харак терных для природных почв в зоне южной тайги. Отрицательные или низкие значения Eh хорошо диагностируют процесс современного подтопления. В пределах городской черты существенное влияние свойства и функционирование почв оказывает антропогенное загрязнение. Вне зависимости от антропогенного фактора, имеет место определенный смыв и накопление загрязняющих веществ (Mn, Ni, Co, Zn, в меньшей степени Cr, Cu и Pb), в пределах долинного комплекса на более низкие геоморфо логические отметки. Однако этот процесс зависит от местных особенностей строения долины и удаленности источников загрязнения Накопление загрязнителей происходит как в верхнем слое, так и в нижних горизонтах пойменных почв. Если в городских автоморфных почвах со слабо щелочной реакцией среды загрязнение связано только с поступлением вещества на поверхность и часто практически не подвижно (в условиях щелочной реакции, тяжелого гранулометрического состава), то в поймах возможен приток с грунтовыми водами. Концентрации многих элементов (Мn, Cr, Ni, Cu, Zn) в той или иной степени увеличиваются в нижних частях профилей исследуемых подтопляемых почв и часто превышают ПДК.

Таким образом, почвенный покров изучаемых участков долины Москвы реки представлен как естественными почвами, так и в разной СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ степени антропогенно преобразованными, имеющими черты специфичес ких городских почв.

В результате регуляции речного стока, поймы городских рек большей частью вышли из аллювиального седиментогенеза и поемного затопления, однако можно утверждать почвообразование в поймах и низких террасах зарегулированных рек продолжает быть полугидроморфным, т.к.

влияние грунтовых вод на поймы и низкие террасы речных долин продолжается.

Аллювиальный педоседиментогенез в городских условиях заменя ется антропогенным. Это замещение происходит не строго последователь но, а постепенно с длительным периодом параллельного протекания урбо и аллювиальных педоседиментационных процессов, диагностируемых как по образованию новых антропогенных горизонтов, так и микроморфоло гически. При этом гидроморфизму подвергаются не только аллювиальные осадки и почвы на них, но и культурные слои и урбаноземы речных долин.

Литература 1. Лихачева Э.А. Ландшафтно-геоморфологические районы Москвы. // В кн. «Москва: геология и город» ред. В.И. Осипов, О.П. Медведев. – М.:

АО «Московские учебники и Картолитография», 1997. – С. 12-21.

2. Насимович Ю.А. Гидрографическая сеть Москвы. // В кн. «Москва:

геология и город» ред. В.И. Осипов, О.П. Медведев. – М.: АО «Московские учебники и Картолитография», 1997. – С. 27-34.

ПРОДУКТИВНОСТЬ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ КУЛЬТУР В УСЛОВИЯХ КОМПЛЕКСНОГО ПОЧВЕННОГО ПОКРОВА ВЛАДИМИРСКОГО ОПОЛЬЯ В.М. Рычев, М.А. Мазиров Владимирский государственный университет, г. Владимир, Россия The complex soil cover of the Vladimir Opolye region is characterized by significant differences between the regimes of functioning of different soils comprising soil complexes. These differences in functioning are accompanied by pronounced differences in ploductivity of agricultural crops, which was analysed using data for years row. The greatest lateral variability in productivity is typical for potatoes (50 % of mean value) and the least – for winter rye (6 %).

V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

Для комплексного покрова Владимирского ополья характерны весьма значительные расхождения в режимах функционирования составляяющих покров почвенных разностей (Архангельская и др., 2007, 2008). Эти расхождения в первую очередь касаются температурного и гидрологического режимов сопряженных участков. Почвы со вторым гумусовым горизонтом, развитые в пределах микропалеопонижений, отличаются более низкой температурой по сравнению с остаточно карбонатными почвами микропалеоповышений в течение вегетационного периода и меньшей глубиной промерзания – в зимний период. Весной вертикальный сток талых вод идет преимущественно через участки со вторыми гумусовыми горизонтами, обеспечивая их временное переувлажнение. Аналогичная ситуация возникает и после сильных дождей в летний период: почвы со вторым гумусовым горизонтом собирают влагу в соответствии с внутрипочвенным рельефом нижней границы гумусиро ванной толщи. Расхождения в температурном и гидрологическом режимах почв ополья позволяют говорить о существовании выраженных различий в агроэкологических условиях произрастания сельскохозяйственных культур в пределах отдельных почвенных контуров.

В соответствии с концепцией адаптивно-ландшафтного земледелия (Кирюшин, 1993), расхождения в агроэкологических параметрах отдельных элементарных ареалов ландшафта могут сопровождаться значительными расхождениями в их продуктивности, а следовательно, должны учитывать ся при разработке модели адаптивно-ландшафтной системы земледелия применительно к хозяйствам Владимирской области (Мазиров, Волощук, 1997). Соответственно была поставлена задача – получение численных оценок для вариабельности продуктивности отдельных культур по различным элементарным ареалам ландшафта Владимирского ополья.

В рамках проведенных исследований были проанализированы данные по урожайности ряда культур за 20 лет (использовались книги истории полей Владимирского НИИСХ за 1977-1997 гг.);

анализ проводил ся в сопряжении с метеоданными по агрометеопосту «Суздаль» и данными о влагообеспеченности метрового слоя почвы в течение вегетационного периода. Значительная разница в урожайности по годам по исследованным культурам была обусловлена колебанием погодных условий и неодинаковым плодородием производственных участков, которые были использованы под посев этих культур в разные годы. В качестве примера СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ можно привести показатель урожайности озимой ржи, которая является наименее прихотливой культурой из исследованных, и менее других требовательна к плодородию почвы. Именно в силу высоких адаптивных возможностей она чаще всего размещалась на участках с самым низким плодородием, в том числе с дерново-подзолистыми почвами, где не возделывались другие зерновые культуры, кроме ржи и овса. Варьирование урожайности по годам составляет для озимой ржи от 18,1 до 40,4 ц/га, в то время как для озимой пшеницы находится в пределах 10-54 ц/га.

В таблице 1 приведены данные по урожайности некоторых исследо ванных культур для 1982-1989 гг. Видно, что различные культуры различным образом реагируют на текущие погодные условия. Так, 1982 г.

был оптимальным для ячменя и овса, но для пшеницы и ржи показатели урожайности за этот год являются средними. И наоборот: в 1989 г.

наблюдается минимальная урожайность ячменя и озимой ржи, а для остальных культур урожайность находится на среднем уровне.

Таблица 1.

Урожайность некоторых сельскохозяйственных культур, ц/га Яровая Озимая Озимая Год Ячмень Овес пшеница пшеница рожь 1982 45,4 37,3 37,1 34,1 48, 1983 39,9 29,7 42,6 28,7 42, 1984 38,2 26,9 30,3 26,9 32, 1985 39,2 34,0 42,3 30,7 39, 1986 37,6 35,1 43,8 40,4 40, 1987 43,8 58,0 42,7 36,4 36, 1988 30,8 30,2 34,7 32,0 31, 1989 26,3 38,4 40,0 26,9 33, Оценку продуктивности земель проводили в соответствии с задачами формирования адаптивно-ландшафтных систем земледелия, основываясь на опытных и производственных данных урожайности культур в сочетании с показателями иных краткосрочных и стационарных исследований.

Методика расчета продуктивности различных элементарных ареалов ландшафта базировалась на непосредственных данных прямых наблюде ний. Эти данные были скорректированы на многолетние показатели V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

продуктивности всего исследованного массива (в данном случае производ ственные показатели Владимирского НИИСХ). При использовании данных из книг истории полей урожайность по производственным участкам переводили к усредненным многолетним данным. Долевое участие на производственных участках элементарных ареалов ландшафта получали из оцифрованного картографического материала в среде «Atlas GIS», либо пу тем планиметрической обработки вручную ландшафтной карты хозяйства.

Эти данные послужили основой для оценки продуктивности отдельных элементарных ареалов ландшафта. По элементарным ареалам ландшафта, относящимся к зональной группе земель, были получены следующие оценки продуктивности и ее вариабельности: для озимой ржи 31-33 ц/га, для озимой пшеницы 30-34 ц/га, для яровой пшеницы 33-36 ц/га, для ячменя 35-38 ц/га, для овса 23-27 ц/га, для вики 18-20 ц/га, для гречихи 9-10 ц/га, для многолетних трав I года 240-280 ц/га, II года – 200-230 ц/га, III года – 160-184 ц/га, для однолетних трав 130-150 ц/га, для картофеля 120-200 ц/га, для кукурузы 270-360 ц/га. Наибольшие показатели разброса продуктивности по различным элементарным ареалам ландшафта характерны для картофеля (50 % от средней величины) и кукурузы (29 % от среднего);

показатели для овса и трав колеблются в пределах 14-15 % от среднего;

для озимой пшеницы разброс составляет 12 %, для вики и гречихи – по 10 %, для яровой пшеницы – 9 %, ячменя – 8 %. Наименьшая вариабельность продуктивности по элементарным ареалам ландшафта характерна для озимой ржи – 6 % от среднего показателя.

В целом можно констатировать существование значительной вариа бельности продуктивности по элементарным почвенным ареалам, а также в зависимости от положения опытного участка в мезорельефе. Для эродиро ванных склонов характерно снижение продуктивности на 20-40 %;

среди почвенных разностей наиболее высокая продуктивность в целом характер на для почв со вторым гумусовым горизонтом. Полученные результаты говорят о необходимости учитывать почвенные и ландшафтные показатели при крупномасштабной оценке продуктивности сельскохозяйственных культур в условиях выраженной комплексности почвенного покрова.

Литература 1. Архангельская Т.А., Бутылкина М.А., Мазиров М.А., Прохоров М.В.

Свойства и функционирование пахотных почв палеокриогенного ком плекса Владимирского ополья.//Почвоведение, 2007, № 3. – С. 261-271.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ 2. Архангельская Т.А., Прохоров М.В., Мазиров М.А. Годовая динамика температуры пахотных почв палеокриогенных комплексов Владимир ского ополья. // Криосфера Земли. Т. XII, 2008, № 3. – С. 80-86.

3. Кирюшин В.И. Концепция адаптивно-ландшафтного земледелия.

Пущино, 1993. – 64 с.

4. Мазиров М.А., Волощук А.Т. О проекте оптимальной модели адап тивно-ландшафтной системы земледелия и перспективах ее внедрения в сельхозформирования области. // Владимирский земледелец, 1997, №1 (19). – С. 7-14.

ОВРАЖНО-БАЛОЧНЫЕ СИСТЕМЫ КАК ОБЪЕКТЫ АНАЛИЗА ГЕОХИМИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ БАССЕЙНА СРЕДНЕЙ ПРОТВЫ О.А. Самонова, Е.Н. Асеева МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия Granulometric and geochemical analysis of surface soil horizons in a gully («Volchii») and a small flat-bottom valley (balka «Senokosnaya») has been carried out to study spatial geochemical structure of the systems. The objects of the study are located in the central part of the Protva river basin within the borders of the Satino field station where Faculty of Geography, MSU has been carrying a multidisciplinary research for many years. The relationship between soil granulometry and Ti, Zr, Mn, Co, Zn, Cu, Pb, Cr, V, Ni, Sn content has been found. A group of silt fractions, which has a significant positive correlation with the most of the metals except of Sr, is considered to have the maximum influence on metal content and distribution. Soils of «Senokosnaya» are richer in Ti, Mn, V, Zn, Zr, than those of «Vochii» which is probably the result of a higher (by a factor of 1,5) amount of coarse silt fraction in its topsoil horizons. When considering other metals the difference between 2 systems is not significant. The patterns of spatial distribution of various granulomentric fractions and the metals prove that «Volchii» can be considered as a transfer system and «Senokosnaya» as an accumulation system.

Овражно-балочная сеть, включающая малые эрозионные формы, является элементом целостной системы более высокого порядка речного бассейна. Геохимическая характеристика таких форм служит составной частью анализа геохимической структуры речного бассейна и является неотъемлемой частью комплексных физико-географических и экологичес V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

ких исследований территорий различного уровня. Объектами исследования явились две малые эрозионные формы, отличающиеся по своему морфологическому облику и имеющие различный возраст.

Овраг (Волчий) и балка (Сенокосная) сформировались на лево бережье р. Протвы и прорезают толщу четвертичных отложений. По положению в долине, морфологии и истории развития они относятся к двум разным группам. Овраг Волчий (молодой овраг, начало формирования относится ко второй половине голоцена) имеет простую ромбовидную форму в плане, длина оврага не превышает 200 м, глубина в средней части достигает 8 м. Склоны прямые, крутизной от 20° до 50°. Бровки оврага четкие, поперечный профиль V–образный, в приустьевой части – U-образный.

Длина Сенокосной балки (древняя форма, по-видимому, позднечетвертичного возраста) достигает 400 м, а глубина в средней части – 12-13 м, имеются отвершка длиной до 100 м, поперечный профиль – ящикообразный.

Верхние пологие (3°-5°) части склонов с плавными, часто невыраженными бровками – реликты древних форм. Крутые (20°-40°) с четкими бровками склоны, опирающиеся на днище, сформировались в процессе углубления современной эрозионной формы. Для Сенокосной балки характерна современная активизация линейной эрозии. В обоих объектах хорошо выражены конусы выноса, наложенные на высокую пойму.

В крест простирания оврага, балки и ее отвершков были заложены профили, расстояние между которыми в среднем составляет 100 м;

на каждом из них отобраны пробы на следующих элементах системы: а) окружающая территория, в 2-3 м от бровки оврага или балки;

б) средняя часть склона;

в) тальвег;

г) конус выноса. По тальвегу оврага и балки пробы собраны между профилями;

расстояние между точками отбора в данном случае составляло 35-40 м. Отбор проб выполнен из почвенного слоя 0- см. В каждой из проб определено значение рН KCL, содержание органичес кого углерода по Тюрину, Mn, Cu, Ni, Co, V, Cr, Zn, Pb, Ti, Zr – приближенно-количественным спектральным методом в лаборатории БГГЭ г. Бронницы. Гранулометрический анализ выполнен пирофосфатным методом в химической лаборатории Института географии РАН (г. Москва).

Выборки для статистической обработки были сформированы в соответст вии с принадлежностью к элементам системы.

Связь химического и гранулометрического состава почв двух систем оценивалась с помощью коэффициента корреляции Спирмена. На его осно СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ ве также выявлено наличие или отсутствие пространственных линейных трендов в изменении химических и гранулометрических показателей по длине тальвегов.

Гранулометрический состав гумусового горизонта почв (табл. 1) на территориях, окружающих овраг и балку очень близок – отличия проявляются в содержании мелкого песка и крупной пыли – на 5 %.

Пространственное распределение мелкого песка имеет общие черты, а поведение всех остальных фракций отличается в данных объектах. В овраге «Волчий», молодой форме, контрастность дифференциации (отношение максимального содержания фракции к его минимальному содержанию в отдельной эрозионной форме) содержания фракций по элементам рельефа составляет 2-3 (раза), но характер этого изменения определяется размером частиц;

наиболее равномерное распределение характерно для илистой фракции. В Сенокосной балке аналогичные показатели имеют более низкие значения (рис. 1).

Таблица 1.

Среднее содержание* гранулометрических фракций в поверхностных горизонтах почв прибровочных частей оврага и балки, в % Размер гранулометрических фракций, мм 1,0-0,25 0,25-0,05 0,05-0,01 0,01-0,005 0,005-0,001 0,001 0,01 0, Овраг Волчий, n= 5,73 11,76 51,15 9,62 10,44 11,31 68,63 31, Сенокосная балка n= 5,99 5,19 56,75 11,22 9,53 11,32 67,93 32, * - среднее арифметическое;

n – число проб.

Для пылеватых и илистой фракций тальвег оврага Волчий является транзитным ландшафтом, а тальвег Сенокосной балки аккумулятивным (рис. 1). Однако интенсивность этого процесса во втором случае очень слабая. С помощью коэффициента Спирмена доказано наличие линейных пространственных трендов аккумуляции среднего песка (слабо-мелкого песка), рассеяния крупной и средней пыли (слабо-мелкой пыли) вдоль тальвега: от верховьев к конусу выноса в овраге и балке.

Пространственное распределение гранулометрических фракций позволяет охарактеризовать овраг Волчий как транзитную систему, а Сенокосную балку – как слабо аккумулятивную.

V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

Содержание металлов в гумусовых горизонтах почв, развитых на территории, окружающей 2-е эрозионные формы (табл. 2) отличаются слабо.

Таблица Содержание металлов* в поверхностном горизонте почв прибровочных частей оврага и балки, мг/кг Элементы Sr Ba Ti Mn Cr V Ni Co Cu Zn Pb Sn Zr Овраг Волчий, n= 40 200 4000 700 50 50 30 10 20 80 30 3 Сенокосная балка, n= 40 300 4000 600 50 60 30 10 20 80 20 3 * В таблице приведены медианные значения изучаемых признаков, так как выборочные наблюдения имеют малый объем.

В почвах Сенокосной балки (балка в целом, без окружающей территории) содержание Ti, Mn, V, Zn, Zr, выше, чем в почвах оврага Волчий;

различия по другим элементам не достоверны. Вероятно, это связано с более высоким содержанием крупно пылеватой фракции в поверхностном горизонте почв Сенокосной балки (почти в 1,5 раза).

В овраге Волчий содержание всех проанализированных элементов, кроме Cu, Ni, снижается в ряду: склонытальвегконус выноса. Данная эрозионная форма является транзитной для большинства рассматриваемых металлов (рис. 2).

Контрастность распределения металлов в Сенокосной балке заметно ниже, чем в овраге. Распределение Mn, Co, Cu, Ni характеризуется снижением содержания в ряду: окружающая территория склоны тальвег конус выноса. У Ti и Zr наблюдаются одинаковые концентрации на окружающей территории и конусе выноса, на склонах и в тальвеге они слабо уменьшаются. Для Zn и Cr характерно слабое накопление в тальвеге, а для V на конусе выноса. Содержание Sn не дифференцировано по элементам рельефа, а Pb между окружающей территорией, склонами и тальвегом, на конусе выноса отмечается его минимальное содержание.

Сравнение графиков распределения содержаний гранулометрических фрак ций и металлов (рис. 1, 2) показывает отсутствие идентичности;

степень транзитности для основной группы металлов низкая.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

Линейный тренд распределения элементов по тальвегу оврага Волчий проявляется в снижении содержания Ba, Ti, Cr, V, (менее явно Mn, Sb, Zr), в Сенокосной балке такое поведение выявлено у Ni, Cu, Sb (Pb).

Сравнение данных трендов с аналогичными для гранулометрических фракций подтверждает связь большинства металлов с пылеватыми и илистой фракциями.

ДЕГРАДАЦИЯ ОЗЕР В УСЛОВИЯХ ГОРОДСКОЙ СРЕДЫ Г.Р. Сафина, А.А. Куржанова Казанский государственный университет, г. Казань, Россия An urban environment causes a significant impact on ecological systems of lakes: from insignificant strengthening of the rates of their natural development up to the whole change of ecological systems. Within the city Kazan and Kazan’ vicinities a sizes and role of these impacts are defined by the status of territory on which lakes are located.

Город Казань характеризуется достаточно развитой сетью водных объектов: Куйбышевское водохранилище, река Казанка с притоками, система озер Кабан, Лебяжье, Глубокое и др. Рост города способствует тому, что расположенные в городской черте водоемы и водотоки приобретают все более важное архитектурно-планировочное, рекреацион ное и эстетическое значение. Благодаря комфортному микроклимату и привлекательной эстетике городские набережные являются наиболее престижным районом расселения, любимым местом прогулок и отдыха горожан. Многоплановое, интенсивное использование водоемов в городе, безусловно, изменяет естественный ход развития озера.

Для определения роли антропогенной нагрузки на развитие озер были отобраны водоемы, расположенные в городской черте (система озер Лебяжье) и Зеленодольском районе Республики Татарстан (Раифское, Линево и Белое).

Следует отметить, что исследуемые озера располагаются в пределах особо охраняемых природных территорий (ООПТ) разного уровня: озеро Лебяжье – имеет статус лесопарка («Лесопарка «Лебяжье»), а озера СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ Раифское, Линево и Белое располагаются на территории Волжско-Камского государственного природного биосферного заповедника (ВКГПБЗ).

Комплекс озер Лебяжье – уникальный природный объект, который является одним из излюбленных мест отдыха жителей города Казани, расположено в западной части г. Казани, в лесопарковой зоне, к югу от автотрассы Казань – Нижний Новгород – Москва.

Озеро представляет собой систему озер, которые довольно отчетливо делятся на 3-4 самостоятельных, но соединяющихся между собой узкими протоками. С запада на северо-восток выделяются: Сухое, Светлое (часто рассматриваются вместе), Большое Лебяжье и Малое Лебяжье. Площадь озер системы Лебяжье составляет 73,29 га.

Озеро находится в пределах среднечетвертичной песчаной третьей надпойменной террасы реки Волги. Северо-западные и западный берега озер системы Лебяжье пологие, на разном расстоянии от береговой линии имеется большое количество небольших самостоятельных воронок и котловин глубиной до 2-2,5 м. С юга к котловинам озер Сухое и Большое Лебяжье примыкают крупные, четко выраженные дюны, поднимающиеся над урезом озера на 10-16 м. Котловина озер Лебяжье имеет сложную лопастную изогнутую в плане форму, обращенную выпуклостью к юго востоку. Лопастная форма в плане, расположение среди дюн, наличие небольшой по площади воронки позволяет определить это озеро как дефляционно-карстовое [1].

Высоты рельефа вокруг озера колеблются от 85 м (на вершинах дюн) до 75 м в междюнных понижениях. Водосбор озер Лебяжье резко асиммет ричен. С юга и юго-востока водораздел находится на расстоянии 100-250 м от озера, совпадая на значительном протяжении с железной дорогой Юдино – Дербышки. Современная водосборная площадь составляет всего 12,1 км2.

Практически вся площадь водосбора заселена.

С начала 90 годов прошлого века уровень воды в озерах начал катастрофически понижаться. Значительные площади дна, покрытые илис тыми донными отложениями, обогащенные органикой оказались на поверх ности, распространяя неприятный запах, резко ухудшая эстетические качества озер.

Существует несколько предположений по поводу обмеления озера:

уменьшение площади водосборной поверхности (до создания западной промышленной зоны г. Казани – Казаньоргсинтез, ТЭЦ-3, завода силикат V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

ных стеновых материалов и др. водосбор доходил до с. Новониколаевка, с.

Осиново и достигал площади 30,0 км2;

после создания промзоны и автотрассы значительная часть водосборной поверхности оказалась отсе ченной). Другие объяснения: фильтрация воды из озера в Юдинский карьер [1], отсутствием подземной подпитки вследствие заиления озера [2].

За последние 10-15 лет изучением и сохранением природного комплекса озер Лебяжье занимались различные научные и производ ственные организации. Их деятельность была направлена на восстанов ление водности озерных систем, и как следствие его морфометрических характеристик (площади, глубины и др.), поскольку система озер интенсивно мелела. Кроме того, был реализован проект гидроизоляции дна (углубление дна котловины на пару метров, покрытие его 30-санти метровым слоем глины, создав своеобразный гидрозамок, который должен был предотвратить инфильтрацию).

Предпринятые меры не принесли ощутимых результатов: уровень воды в озере и площадь зеркала водной поверхности продолжали уменьшаться. Кроме того, проект создания гидрозамка, к сожалению, нарушил естественную геоэкологическую систему [3].

Проблему сохранения системы озер Лебяжье невозможно решить без четкого ландшафтного планирования, которое представляет собой программу использования и охрану ландшафтов территории;

является составной частью эколого-хозяйственного устройства территории.

Администраций города Казани предпринимаются попытки реализа ции данного направления сохранения озер. В частности, разработчики нового Генерального плана города Казани предлагают следующие меропри ятия против обмеления пересыхания озер – укрепление и озеленение склонов, налаживание системы водосбора и водоснабжения озер [4].

Водоснабжение озер предполагается осуществить реализацией проекта Администрацией г. Казани и Кировского района совместно с научно-производственным предприятием «Казаньгеология» по использова нию вод артезианских скважин, пробуренных в 1994 году возле озера Малого Лебяжьего. С лета 2006 года вода из одной скважины начала поступать в озеро. Ежедневно в озеро Малое Лебяжье получает 1896 м воды. В результате в течение месяца уровень воды повысился примерно на 45 см. Дальнейшее повышение уровня прекратилось т.к. вода дошла до перешейка, отделяющего Большое Лебяжье озеро от Сухого, и начала СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ перетекать в Сухое озера. Таким образом, разобщенные к началу проекта озера стали превращаться в систему, так как это было изначально.

Вода, поступающая из артезианской скважины, безусловно, изменяет качество воды озера Лебяжьего. Минерализация воды озере в 1994 г., т.е.

до проведения указанных ранее работ, составляла 328 мг/л, что соответст вовало средней минерализации вод водоемов Среднего Поволжья. Подзем ные воды из скважины, поступающие в озеро в настоящее время, имеют более высокую минерализацию равную 1100 мг/л. В результате минерали зация воды в озере Большое Лебяжье возросла в 1,8 раза. Изменение ка чества озерной воды, безусловно, приведет к изменению экосистемы озера.

Дальнейшее сохранение системы озер Лебяжье невозможно без реализации ландшафтного планирования и организации мониторинга за природно-атропогенными процессами, как в процессе заполнения озера, так и по его завершению, как в акватории самих озер, так и в пределах водосборной площади. Это позволит проследить эффективность предпринятых мер, проводить их корректировку. Изучение антропогенной нагрузки на природный комплекс озер позволит наиболее эффективно использовать прилегающую территорию для рекреационных целей [5].

Озера, расположенные в пределах Волжско-Камского государствен ного природного биосферного заповедника (ВКГПБЗ) и в его буферных зонах, имеют карстово-суффозионное происхождение, соединены реками Сумка, Сер-Булак в единую гидрологическую сеть. Наблюдения за морфо метрическими показателями озер имеют достаточно продолжительный период (Раифское – 1920, 1990 и 2005 гг., Линево – 1970, 1995, 2005 гг., Белого – 1995, 2005 гг.). Изменения гидрохимического режима анализиру ются с середины 80-х годов.

Анализ данных показал, что исследуемые озера, несмотря на то, расположены в заповеднике, испытывают антропогенное влияние, но развиваются совсем по-другому сценарию. У всех озер происходит сокращение объема озерных котловин (у Раифского – на 30 %, у Линево – на 18 %, у Белого – на 15 %).

Основной причиной сокращения размеров котловин водоемов является заиление, обусловленное антропогенной деятельностью на поверх ности водосборов озер. Для озер Белое и Раифское характерно минеральное заиление, вызванное интенсивной бассейновой эрозией в верхнем течение Сумки. Причинами столь высоких темпов эрозии являются: вырубка лесов, V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

распашка территории, которые способствуют тому, что легкие по механи ческому составу отложения легко размываются и сносятся в водоемы.

Наиболее интенсивно заиляется озеро Белое, которое расположено в верхнем течении реки Сумки, в результате чего данный водоем получает основную массу стока взвешенных наносов и загрязняющих веществ.

В Раифское озеро поступает значительная часть стока взвешенных, как от реки Сумки, так и от временного водотока Сопы. Темпы заиления достаточно высокие, но в настоящее время несколько снизились, что, возможно, связано с кризисом сельскохозяйственного производства.

Озера Линево характеризуется самыми малыми темпами заиления, так как основная площадь бассейна реки Сер-Булак залесена. Следует отметить, что заиление данного озера несколько иного типа: органическое.

Основной причиной органического заиления, очевидно, являются аварий ные сбросы с территории Казанской птицефабрики, расположенной в пределах водосборной площади, что и приводит к заболачиванию водоема.

Сокращение морфометрических показателей, безусловно, сказыва ется на и изменении качества воды. Наиболее загрязненным по показателю индексу загрязнения воды (ИЗВ) является оз. Линево, данная ситуация объясняется выше указанной экологической катастрофой. Для исследуемых водоемов характерно то, что в 80-е годы качество вод соответствовало наиболее загрязненным, затем в 90-е наблюдается спад показателя ИЗВ и небольшое возрастание в настоящее время.

В целом, в пределах Волжско-Камского государственного природного биосферного заповедника в результате (ВКГПБЗ) антропогенной деятельности в пределах водосборных площадей происходит некоторое усиление естественных процессов заиления и заболачивания, которые обусловливают изменение качества воды.

Таким образом, можно констатировать, что городская агломерация вызывает значительную антропогенную нагрузку на развитие рассматри ваемых озер: от некоторого усиления темпов естественного развития до полного изменения экологической системы. Размеры и роль этой нагрузки в Приказанском регионе определяются статусом территории, на которой расположены водоемы.

Литература 1. Бутаков ГЛ., Зорин Н.В. Озеро Лебяжье. // Татарстан. – 1996, № 3. – С. 15-20.

СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ 2. Тайсин А.С. Антропогенная активизация эрозии и динамика озер Приказанского района: Дисс. в виде науч. докл. канд. географ. наук. – Казань, 1996. – 26 с.

3. Инжеваткин С.Ю., Соколов В.Н., Куржанова А.А., Сафина Г.Р. Совре менное состояние системы озер Лебяжье и меры по его улучшению. // Эколого-гидрологические проблемы изучения и использования водных ресурсов. Сборник трудов. Казань, 2006. – С. 371-372.

4. Генеральный план города Казань. // http://www.Kazan.org.ru .

МОНИТОРИНГ ДИНАМИКИ ПОЧВЕННОГО ПОКРОВА АЛЛЮВИАЛЬНЫХ РАВНИН Н.В. Стасюк, Г.В. Добровольский, Е.П. Быкова МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия Главной особенностью почвенного покрова аллювиальных равнин является его динамичность, то есть временные изменения состава и пространственной организации, особенно при антропогенном воздействии.

На юге России на аллювиальных равнинах расположены крупные массивы орошаемых и пастбищных земель, деградационно изменяющихся и требующих регулярного или периодического контроля состояния, поэтому почвенный мониторинг здесь неотложная проблема.

Длительное время у нас в стране почвенный мониторинг заменяли наземные крупномасштабные почвенные съемки. Периодически составляв шиеся почвенные карты позволяли отслеживать изменения экологического состояния почвенного покрова и сельскохозяйственных земель. Но с конца ХХ века почвенные карты не составляются в связи с большой стоимостью и трудоемкостью проведения крупномасштабных съемок. Поэтому контроль антропогенных изменений почвенного покрова в настоящее время необходимо вести с самым широким использованием дистанционных методов, чему будет способствовать вводимая в России национальная система ГЛОНАСС.

На необходимость внедрения почвенного мониторинга в стране еще в 80-ые годов ХХ века указывали многие ученые (Г.В. Добровольский, Ф.И.

Козловский, В.Л. Андроников, Е.И. Панкова, Т.В. Королюк и другие). Тем V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

не менее, в стране он поэтапно не разработан и до настоящего времени нет ни одной действующей региональной системы слежения.

Различают три уровня почвенного и земельного мониторинга – государственный (учетные земельные данные и мелкомасштабные почвен ные, почвенно-тематические карты и карты почвенно-географического районирования в границах России), региональный (учетные земельные данные, мелкомасштабные и среднемасштабные почвенные, почвенно тематические карты и карты почвенно-экологического районирования в границах Федеральных округов и административных областей). И только локальным долговременным почвенным мониторингом разрабатываются принципы дальнейшего слежения и критерии оценки изменений для государственного и регионального мониторинга. Он проводился в таксонах почвенно-экологического районирования и эталонных землепользованиях.

Поэтому первые два уровня мониторинга носят преимущественно инвентаризационный и обзорный характер.

Мониторинг засоленных почв в России на государственном уровне фактически реализован с выходом коллективной монографии «Засоленные почвы России» (2006г), которая является крупным научным обобщением результатов изучения засоленных почв страны, полученных за последние 50 лет ХХ века, их свойств, интенсивности и химизма засоления, географии и, наконец, современной оценки занимаемых площадей. Составлена новая авторская карта засоления почв России в Мб 1:2 500 000 с учетом поч венно-мелиоративной карты страны и региональных среднемасштабных карт административных областей.

Долговременный локальный мониторинг, изучение пространственно временной динамики засоления почв, изменений во времени, их деградации, ожидаемый прогноз состояния и оперативный контроль реализован в дельте Терека (Южный Федеральный округ) на основе длительных картографических исследований, также проведенных во второй половине ХХ века. Его этапы могут быть экстраполированы не только на другие районы Дагестана, но и всего юга России (Стасюк, 2005).

Природные условия республики Дагестан контрастны. На общей площади немногим более 5 млн.га происходит смена крупных горных массивов обширными гидроморфными и полупустынными равнинами, различающимися климатическими условиями, геоморфологией, литологи ей, гидрогеологией и гидрографией, растительностью и почвенным СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ покровом. Дагестан – район древнего орошения и древнего скотоводства, масштабы которых в настоящее время выросли во много раз. Площади современного орошения составляет почти 500 тыс. га, а поголовье скота превышает 3 млн. годов. Почвенный покров Дагестана изучается давно (Докучаев, Захаров, Костычев, Панков, Аболин, Зонн, Солдатов, Залибеков, Добровольский, Федоров, Стасюк, Можарова, Молчанов, Керимханов, Саидов и другие). По последним картографическим данным с исполь зованием дистанционных материалов его состав формируют 30 типов почв.

Наиболее доминирующие из них горно-луговые высокогорных лугов (20%) и аллювиальные гидроморфные почвы низменных равнин (21%). Горные бурые лесные и горные дерново-карбонатные почвы занимают площадь 7,4%. Горные черноземы, горные каштановые и горные коричневые занимают площадь 15,4% территории. На равнинной части Дагестана распространены также каштановые, светло-каштановые, лугово-каштано вые почвы. Суммарная площадь занимаемая ими составляет 14,9%. В равнинном Дагестане нередки солонцы и солончаки(6%). Значительные площади здесь занимают пески (13,5%) (Молчанов и др. 1987) Сложной является пространственная организация почвенного покрова. Это комплексы, моногенные ареалы, пятнистости, образующие вариации в дельте Терека и Терско-Сулакской низменности, вариации и сочетания – в Терско-Кумской низменности и Приморской террасирован ной равнине и сложная структура вертикальной поясности из 5 типов и II рядов – в горной части. Почвенный покров Дагестана, учитывая его разнообразие, претерпевает в зависимости от ландшафтно-геоморфоло гических условий и антропогенного воздействия засоление, опустынивание, эрозию и деструкцию. В ХХ веке площади деградированных земель в нем с учетом горной территории в среднем удвоились (Стасюк, 2008).

Локальный долговременный почвенный мониторинг – многоэтапная информационная система, предполагающая в первую очередь анализ причин вызвавших деградационные изменения почвенного покрова. Затем анализ скорости изменений состава и структуры почвенного покрова, то есть его динамичности, так как ею определяется необходимый временной интервал последующего контроля состояния. Главные его этапы – всесторонний анализ изменений свойств почв и особенно тех, которые вызывают деградацию почвенного покрова, в том числе динамику состава и пространственной организации. Поэтому необходима оценка современного V МЕЖДУНАРОДНАЯ «ЭКОЛОГИЯ Н АУ ЧН О-ПРАКТИЧЕСК АЯ К ОН ФЕРЕНЦИ Я РЕЧНЫХ Б АСС ЕЙН ОВ»

состояния почвенного покрова, количественное матричное описание временной динамики деградации и ее ожидаемых изменений, разработка оперативной диагностики деградации по дистанционным материалам. В целом, как видно, такой системой исследований обеспечивается прост ранственный и временной контроль динамики деградации почвенных ресурсов. Подробно задачи и этапы почвенного и земельного мониторинга в Дагестане изложены нами ранее (Стасюк, 2008). В данной работе остановимся на результатах основных этапов долговременного и оператив ного мониторинга: оценке вековых изменений факторов природной среды, оценке изменений состава земельного фонда, динамике состава и простран ственной организации почвенного покрова, критериях ее оценки и коли чественном описании, почвенно-экологическом районировании и принци пах размещения ключевых участков слежения, картах динамики почвен ного покрова и оперативном дистанционном мониторинге.

Вековые изменения факторов природной среды в Дагестане обусловлены как глобальными причинами (потепление климата, колебания уровня Каспийского моря, сейсмичность территории), так и антропоген ными (изменение гидрографической сети, структуры землепользования, динамики уровня грунтовых вод, объема речного стока и его распреде ления, состава растительного покрова, микроклиматических показателей, микрорельефа территории, дорожной сети, подвижности песков). Как результат их суммарного воздействия – развитие деградации, которая проявляется различными видами и интенсивностью в отдельных литолого геоморфологических районах и изменением состава и структуры почвенного покрова. В ХХ веке состояние природных экосистем можно определить тремя периодами: естественным, интенсивным антропогенным и современным устоявшимся антропогенным. В первой половине прошлого века природные ресурсы всех ландшафтно-геоморфологических районов Дагестана находились в естественном состоянии на фоне регрессирующего Каспийского моря и сравнительно постоянных климатических условий.

Антропогенное освоение природной среды, начиная со второй половины прошлого века, шло на фоне начавшегося глобального потепления климата и падения уровня Каспийского моря, которое сменилось в 1978 году его повышением.

В Дагестане только за 40 последних лет прошлого века значительно выросли площади отчуждаемых земель, что связано с ростом городских и СЕКЦИЯ 2. ЛАНДШАФТЫ И ЗЕМЛЕП ОЛЬЗОВ АНИЕ сельских поселений, особенно в равнинной части, сооружением протяжен ных нефте- и газопроводов, оросительных и дренажных каналов. Кроме того, с введением отгонного животноводства увеличилась протяженность скотопрогонов, а также многокилометровых поселковых и полевых дорог.

Особенно отрицательным фактором является то, что это связано с отчужде нием естественных и агроэкосистем.

Данные двухэтапных наземных крупномасштабных почвенных съемок на основе аэрофотоснимков показали, что в орошаемых гидромор фных ландшафтах Дагестана произошло изменение структуры почвенного покрова со сменой на подавляющей части территории гомогенных ареалов почв на комплексные, рост показателей комплексности почвенного покрова, его засоления, сложности, контрасности, деградации, суммарный рост площадей солончаков.

Наибольшая деградация (засоление) почвенного покрова за последние 20 лет ХХ века произошла на участка с резкой искусственной трансформацией болотистых плавней в богарные пастбища: смена гомоген ной структурной организации на комплексную, снижение сложности, рост контрастности, засоления. На хорошо дренируемых староорошаемых землях изменения почвенного покрова невелики. И, наоборот, при ороше нии с рисосеянием за тот же период имела место проградационная перестройка не только состава и структуры почвенного покрова, но и характера контурности (форм, ориентации, размеров, площади ареалов), снижение сложности, рост комбинаций засоления и полная их рассолительная трансформация. В автоморфных ландшафтах (Терско Кумская низменность) в связи с высокими пастбищными перегрузками произошла на значительных площадях деструкция почвенного покрова, проявившаяся ростом участия в его составе голых, пухлых, бугристых солончаков, техногенных ареалов – показателей опустынивания (Стасюк и др., 2006). В предгорных и горных районах Дагестана усилилась водная эрозия – местами с локальным частичным или полным разрушением почвенного покрова, ростом площадей осыпей, оползней, галечникового аллювия.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 13 |
 










 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.