авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 28 |

«Министерство образования и науки РФ ФГБОУ ВПО «Дагестанский государственный университет» ГУ «Институт прикладной экологии РД» Международный институт проблем ...»

-- [ Страница 22 ] --

20. Субсредиземноморский геоэлемент. Относимые к этому геоэлементу виды, более или менее равномерно распространены в северных и северо-восточных районах Средиземноморской области и в юго-западных районах Евро Сибирской области. Количество видов 39: Equisetum telmateia, Digitaria aegyptiaca, Stipa tirsa, Elytrigia elongate и др.

21. Субкавказский геоэлемент объединяет связующие виды, основная часть ареалов которых охватывает Кавказскую провинцию, а также часто Эвксинскую провинцию Евро-Сибирской области и Армено-Иранскую провинцию Ирано-Туранской области. Общее число видов 38: Artemisia chamaemelifolia, Arum albispathum, и др.

22. Субпонтический геоэлемент объединяет связующие виды, основная часть ареалов которых находится в степных и лесостепных районах Восточно-Европейской и преимущественно западных районах Эвксинской провинции Евро-Сибирской области и в восточных районах Иллирийской, в Центрально-Анатолийской и Восточно Средиземноморской провинциях Средиземноморской области. Общее число видов 24: Buffonia tenuifolia, Acinos rotundifolius, Carduus hamulosus, Carduus uncinatus, Cephalaria transsylvanica, Chondrilla latifolia, Consolida divaricata и др.

23. Субтуранский геоэлемент охватывает связующие виды, ареалы которых приурочены к лесостепной и степной части Восточно-Европейской и Западно-Сибирской провинций Евро-Сибирской области и Туранской провинцию Ирано-Туранской области. Общее число видов 43: Astragalus cornutus, Aegilops cylindrica, Agriophyllum squarrosum, Allium inaequale, Althaea armeniaca, Cleistogenes squarrosa, Crupina vulgaris и др.Эти виды в растительном покрове исследуемой территории в большинстве своем типичные представители ксерофильных и, частично, сообществ кустарниково-опушечных сообществ.

24. Адвентивный геоэлемент представлен заносными видами, которым отнесены: Ailanthus altissima, Amaranthus albus, Amaranthus blitoides, Amaranthus graecizans, Ambrosia trifida, Armeniaca vulgaris и др.

БИОМОРФОЛОГИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ФЛОРЫ ПРИБРЕЖНЫХ ЭКОСИСТЕМ НИЗМЕННОГО ДАГЕСТАНА СОЛТАНМУРАДОВА З.И., ТЕЙМУРОВ А.А.

Дагестанский государственный университет, Махачкала, Россия Экобиоморфы, или то же самое жизненные формы, будучи адаптационными организменными системами, в своем эволюционном становлении не являются таксономически обусловленными. В сходных условиях среды у видов разной систематической принадлежности формируются весьма сходные жизненные формы. Поэтому анализ последних считается показательным в отношении палеоэкологических условий, на фоне которых протекало формирование той или иной флоры. Кроме того, при помощи такого анализа можно выявить и ряд других особенностей флоры, не раскрываемых другими флористическими анализами. Для биоморфологического анализа нами использована система К.

Раункиера, которая основана на климатически обусловленных морфофизиологических аспектах эволюции вегетативного тела растения. Исходной позицией этого исследователя в классификации жизненных форм была убежденность в том, что любая биоморфа (безотносительно к таксономическому положению вида) есть результат более или менее продолжительной эволюции на определенном климатическом фоне. На морфологической структуре растения это выражается как изменение высотного положения почек возобновления по отношению к поверхности почвы. В физиологическом плане адаптации к климатическим условиям выражаются в специфических реакциях организма растений в сезон покоя. Другими словами спектр жизненных форм Раункиера отражает общие особенности климатических условий, в которых формировалась и существует флора.

Общий биоморфологический спектр флоры Равнинного Дагестана представлен в таблица1.

Таблица 1.

Биоморфологический спектр флоры прибрежных экосистем Низменного Дагестана Биоморфа Ph Ch Hk Kr Tr Количество видов 66 33 437 80 % от общего числа 6,57 3,68 43,52 7,97 38, Как видно из приведенных данных, во флоре преобладают гемикриптофиты, насчитывающие 437 видов (43,52% от общего видового состава). На втором месте – терофиты (388 видов или 38,64%), на третьем – криптофиты ( видов или 7,97%). Фанерофиты и хамефиты соответственно составляют 6,57% и 3,68%. Таким образом, травянистые виды насчитывают 905 видов или 90,13%. Деревья, кустарники и полукустарники в сумме насчитывают 103 вида или 9,87%. Довольно большой процент терофитов может быть объяснен участием в исследуемой флоре сорных однолетников. Если расположить жизненные формы в убывающей последовательности их участия в исследуемой флоре получается следующий ранжированный ряд: Hk – Tr – Kr – Ph – Ch. При некоторых различиях в процентном выражении (табл. 16) этот ряд такой как и для флоры Предкавказья (Ph - 5,2%, Ch - 3,4%, Hk - 54,4%, Kr - 9,9%, Tr - 27,0%), который приводится А.Л. Ивановым (1998). Различия практически сводятся к превышению доли гемикриптофитов во флоре Предкавказья примерно на 11% и снижению доли терофитов примерно также на 11%.

Пропорции жизненных форм во флоре в целом наглядно иллюстрирует диаграмма на рис. 1. По расположению семейств, спектр гемикриптофитов в основном совпадает с общим спектром, поэтому флору можно не только количественно, но и качественно назвать флорой гемикриптофитов.

Очень интересные результаты показывает анализ распределения биоморф в флороценотипах (табл. 2.).

Известно, что количественное соотношение жизненных форм Раункиера в разных местообитаниях определяется целым комплексом параметров условий среды. Например, из рис. 2 явно усматривается близость параметров экологических условий произрастания пустынных и песчано-прибрежных флороценотипов. Проявляют относительную близость спектры биоморф полупустынных и степных флороценотипов. В целом названные четыре флороценотипа резко обособляются от остальных.





43,52 7, 3, 38, 6, Ph Ch Hk Kr Tr Рис. 1. Соотношение жизненных форм во флоре прибрежных экосистем Низменного Дагестана Таблица 2.

Биоморфологическая структура флороценотипов прибрежных экосистем Низменного Дагестана Биоморфа Флороценотип Ph Ch Hk Kr Tr ч. в. ч. в. ч. в. ч. в. ч. в.

% % % % % Пустынный 4 5,13 7 8,97 37 47,44 5 6,41 25 32, Песчано-прибрежный 5 4,50 5 4,50 51 45,64 6 5,40 44 39, Полупустынный 6 2,96 21 10,34 81 39,90 7 3,45 88 43, Степной 5 1,40 18 5,04 176 49,30 25 7,00 133 37, Луговой 9 3,32 6 2,21 158 58,30 35 12,92 63 23, Водный - - 1 1,16 25 29,07 48 55,81 12 13, Лесной 48 21,72 1 0,45 124 56,11 21 9,50 27 12, Колюче-кустарниковый 8 3,69 10 4,61 128 58,99 16 7,37 55 25, Сорный 1 0,39 - - 83 32,68 1 0,39 169 66, Исходя из выше изложенного, можно сделать следующие выводы. По доминирующему, аналогично общему спектру жизненных форм флоры, положению гемикриптофитов и терофитов полупустынные и сухостепные растительные сообщества являются зонально и климатически обусловленными для этой территории. В формировании более требовательных к условиям увлажнения сообществ и поддержании жизнеспособности важную роль играют разливы рек, а также горизонтальная инфильтрация вод от основных русел и вторичных рукавов.

Рис. 2. Соотношение биоморф в флороценотипах прибрежных экосистем Низменного Дагестана СОСТАВ И ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ФЛОРОЦЕНОЭЛЕМЕНТОВ ПРИБРЕЖНЫХ ЭКОСИСТЕМ НИЗМЕННОГО ДАГЕСТАНА СОЛТАНМУРАДОВА З.И., ТЕЙМУРОВ А.А.

Дагестанский государственный университет, Махачкала, Россия Состав и структура растительных сообществ определяется конкретными экологическими условиями, сложившимися в ходе исторического развития территории. Они характеризуются комплексом климатических, эдафических, орографических, геологических, гидрологических условий внешней среды.

Равнинный Дагестан довольно богата различными местами обитания растений. Встречаются здесь широколиственные леса, засоленные, песчаные, глинистые участки, фрагменты степей и полупустынь, переувлажненные и сорные местообитания. Различия между этими типами местообитаний касаются многих параметров среды: начиная от увлажнения и заканчивая физико-химическими характеристиками почв.

В пределах Равнинного Дагестана к характерным местообитаниям нами отнесены: фрагменты песчаных пустынь, морские берега, солончаки, глинистые и песчаные полупустыни, степи, речные отмели и прибрежные луга, плавни и болота, пресные водоемы, леса, пашни, сорные места. Анализируя распределение видов по местообитаниям необходимо принимать во внимание многие факторы: характер рельефа, климатические и эдафические. Поэтому, помимо указанных основных типов местообитаний встречается, большое число переходных вариантов. В связи с этим много видов встречается одновременно в нескольких местообитаниях. В конечном итоге складывается довольно пестрая картина в пределах не только разных местообитаний, но и в близких по комплексу параметров среды. Все это порой существенно влияет на общий экологический спектр и как следствие сумма показателей процента участия видов различных местообитаний в общем спектре всегда выше 100. Данный факт представляет большой флорогенетический интерес, так как показывает долю присутствия во флоре экологически неспециализированных видов (Галушко, 1976).

Условно говоря «методом приближения и некоторого усреднения», нами в указанных местообитаниях выделено 15 флороценоэлементов, объединяющихся в 9 флороценотипов, спектр которых показан в таблице 1, а абсолютное и процентное соотношение флороценоэлементов приуроченных только к одному типу фитоценозов и систематическая структура флороценоэлементов в таблице 2. Анализ распределения видов флоры по флороценотипам показывает, что в исследуемой флоре преобладают виды, предпочитающие степные сообщества (395 видов или 39,34%).

На втором месте стоят виды сорного флороценотипа (293 или 29,18%), что свидетельствует о высокой степени антропогенной нагрузки, т.к. каждый третий вид представлен в качестве сорняка в посевах, садах, огородах или же заселяет местообитания урбанизированных территорий. Достаточно высокое разнообразие растений демонстрируют равнинные луга и колюче-кустарниковые сообщества, в которых соответственно участвуют 258 (25,70%) и 250 (24,90%) видов.

Из табл. 1 следует, что в изучаемой флоре насчитывается 215 (21,42%) ценотипно верных видов, обладающих строгой приуроченностью к определенному фитоценозу. Процент перекрытия составляет 86,85%, т.е. почти 9/10 видов флоры экологически пластичны, не обладают строгой приуроченностью к определенному ценозу, одной фитоценоэкологической нише, а могут встречаться в двух, трех и более различных местообитаниях. Это свидетельствует о том, что в целом растительный покров данной территории характеризуется отсутствием устойчивых, зрелых и полночленных растительных сообществ. На это же указывает и незначительная доля облигатных ценотипно верных видов большинства флороценоэлементов. Такая картина в отношении распределения флороценотипов дает возможность выдвижения как минимум двух предположений. С одной стороны это служит показателем относительной молодости растительного покрова, в котором виды флоры не достигли уровня взаимного приспособления друг к другу достаточного для формирования четко дифференцированных растительных формаций. С другой же стороны, что более вероятно, коренные растительные сообщества исследуемой территории под влиянием интенсивной антропогенной нагрузки (в разных формах ее проявления) претерпели деградацию. Что в свою очередь вызвало выпадение из их состава многих экологически специализированных видов и внедрение в их состав таксонов, называемых Л.Г. Раменским (1938) эксплеренты. К последним относятся виды, аутэкологические особенности которых характеризуются не строгой специализацией в отношении типов фитоценозов.

Таблица 2.

Систематическая структура и экологический спектр флороценоэлементов прибрежных экосистем Низменного Дагестана % от общего кол-ва семейств % от общего кол-ва родов Родовой коэффициент Кол-во семейств Кол-во родов Кол-во видов Флороценоэлемент Пустынный 22 22,00 55 11,51 66 1, Песчано-прибрежный 27 27,00 79 16,53 109 1, Солончаково-полупустынный 18 18,00 50 11,46 76 1, Полынно-солянковый 35 35,00 122 25,52 169 1, Глинисто-степной 46 46,00 190 39,75 313 1, Песчано-степной 40 40,00 170 35,56 309 1, Аллювиально-луговой 41 41,00 119 24,90 186 1, Лиманно-луговой 25 25,00 67 14,02 104 1, Болотисто-луговой 33 33,00 70 14,64 112 1, Водный 26 26,00 40 8,37 61 1, Тугайный 47 47,00 102 21,34 147 1, Низменно-лесной 58 58,00 143 29,92 191 1, Колюче-кустарниковый 41 41,00 150 31,38 250 1, Рудеральный 42 42,00 159 33,26 254 1, Сегетальный 31 31,00 86 17,99 121 1, Как видно из табл. 2 количество видов в разных флороценоэлементах существенно различается. Так, наиболее богатый видами глинисто-степной флороценоэлемент насчитывает 313 видов, что более чем в 4,5 раза больше пустынного флороценоэлемента. Числовые показатели в абсолютных и относительных исчислениях показывают, что в сложении флороценоэлементов и формировании соответствующих им растительных сообществ участвуют виды разного количества родов и семейств. Количество родов и семейств в наиболее малочисленных флороценоэлементах (пустынный, солончаково-пустынный, водный) в 2-3 раза меньше чем многочисленных (глинисто-степной, песчано степной, колюче-кустарниковый, рудеральный).

Следует также заметить, что в сообществах формирующихся на песчаных и глинистых местообитаниях с ощутимым дефицитом влаги, а также в сообществах аллювиальных мезофильных лугов лидирующую тройку всегда образуют Poaceae, Asteraceae и Fabaceae. В местах же, где помимо дефицита влаги ощущается повышенная засоленность Fabaceae уступает место Chenopodiaceae. В сообществах же, которые формируются в условиях переувлажненной среды в первой тройке наряду с Poaceae оказываются Cyperaceae и Polygonaceae. В сорных флороценоэлементах (рудеральный и сегетальный) бобовые замещаются крестоцветными.

Долевое участие разных флороценотипов в исследуемой флоре наглядно иллюстрирует диаграмма на рис. 1.

6,57 10, 29,18 20, 24, 23, 69, 6,08 25, Пустынный Песчано-прибрежный Полупустынный Степной Луговой Водный Лесной Колюче-кустарниковый Сорный Рис. 1. Спектр флороценотипов прибрежных экосистем Низменного Дагестана В целом анализ флороценотипов и флороценоэлементов указывает на высокую гетерогенность флоры и характерных ей растительных сообществ. Такая картина в отношении данной равнинной флоры может быть объяснена только ее молодостью и генетической (по географическому происхождению) разнородностью видового состава.

Таким образом, что флора Равнинного Дагестана может быть охарактеризована как полупустынно-сухостепная с участием мезофильно-луговых и лесных элементов. Довольно богато представленные виды сорных местообитаний подчеркивают глубокую антропогенную трансформацию естественной флористической основы.

АНАЛИЗ СИСТЕМАТИЧЕСКОГО СОСТАВА РОДА TEUCRIUM L.

СОРОМЫТЬКО Ю.В., ГАЛКИН М.А., БЕЗРОДНОВА Е.И.

Пятигорская государственная фармацевтическая академия, Пятигорск, Россия Проблема изучения и сохранения биоразнообразия сегодня является приоритетным направлением современных научных исследований. Северный Кавказ, в пределах которого изучается данный род, является уникальным естественноисторическим районом Кавказа и представляет несомненный интерес для исследователя.

Монографическое изучение отдельных систематических групп наряду с работами по инвентаризации флор дает всестороннюю оценку растительности регионов, их изменение под действием антропогенного и временного и других факторов. Род дубровник (Teucrium L.) – немногочисленный таксон семейства губоцветные (Lamiaceae, подсем.

Ajugoideae), представители которого распространены преимущественно в умеренном климате земного шара и насчитывает около 100 видов.

Анализ систематического состава изучаемого рода проведен на основании литературных данных, изучения гербарных образцов, хранящихся в гербарии БИН РАН (отдел Кавказ), гербарии Пятигорской ГФА и других Северокавказских ВУЗов, а также обработки сборов собственных экспедиций 2006-2011гг.

Фундаментальными работами, в которых исследован данный род, являются «Флора СССР» и «Флора Кавказа», где можно найти сведения о количестве видов, их экологические и географические характеристики, а также «Конспект видов семейства Lamiaceae (Labiatae) флоры Кавказа» Ю.Л.Меницкого, «Флора Северного Кавказа» А.И. Галушко.

С.В. Юзепчук (1949), обработавший род Teucrium L. для «Флоры СССР», приводит 22 вида, объединенных в секций. С.Я. Тер-Хачатурова для сводки «Флора Кавказа» - 13 видов, относящихся к 4 секциям. Эти издания важная веха в изучении данного рода. У А.И. Галушко во «Флоре Северного Кавказа» 9 видов, но некоторые из них выделены условно.

Результаты наших исследований позволяют выделить 6 видов рода Teucrium L., произрастающих на Северном Кавказе, аналогично выделенным Ю.Л.Меницким: Sect.Teucris Benth: T. orientale L. (распространен в Восточном Предкавказье, на Западном, Центральном и Восточном Кавказе), sect.Chamaedrys Schreb: T. chamaedrys L. (во всех районах Северного Кавказа), T. canum Fisch. et C. A. Mey (Восточный Кавказ), sect. Polium Schreb: T. polium L., (во всех районах Северного Кавказа), sect. Scordium Rchb.: T. scordioides Schreb., sect. Stachyobotrys Benth: T. hyrcanicum L.

(Ценральный и Восточный Кавказ, Западное Закавказье).

Литература: 1) Галушко, А.И. Флора Северного Кавказа / А.И. Галушко. – Ростов-на-Дону: Издательство Ростовского университета, 1980. – Т.3. – С. 27-28.;

2) Гроссгейм А.А. Флора Кавказа. Л.: Наука, 1967. Т 7. с.303-310;

3) Меницкий Ю.Л. Конспект видов семейства Lamiaceae (Labiatae) флоры Кавказа// Бот. журн. 1992.Т.77.№6. С.63-72.;

4) Юзепчук С.В. Род Teucrium L.//Флора СССР: В 30 т. М., Л.: изд-во АН СССР, 1954. Т.20. С. 42-68.

ВЕРТИКАЛЬНОЕ РАСПРОСТРАНЕНИЕ ВИДОВ РАСТЕНИЙ В УЩЕЛЬЕ ХАРАЧОЯ ВЕДЕНСКОГО РАЙОНА ТАЙСУМОВ М.А.1, УМАРОВ М.У.2, АСТАМИРОВА М.А-М. Академия наук Чеченской Республики, Грозный, Россия Чеченский государственный университет, Грозный, Россия Чеченский государственный педагогический университет, Грозный, Россия В распределении растительного покрова в ущелье Харачоя четко просматривается себя вертикальная поясность, выраженная в закономерной смене фитоценозов при продвижении в высотном направлении. На характер этого распределения большое влияние оказывает рельеф, экспозиции склонов, типы почв, лавинные процессы, местные особенности ветрового режима и т.д. Растительный покров ущелья расположен в пределах четырех основных поясов:

равнинного, лесного, субальпийского и альпийского поясов. Протяженность по вертикали и высотное положение поясов в разных частях территории зависят от местных условий, границы между соседними поясами извилисты.

Поясность является следствием физико-географических условий, закономерно сменяющихся с высотой.

Растительность, как отражение суммы этих условий, является одним из лучших признаков при разграничении вертикальных поясов. При установлении поясов нужно учитывать, что наряду с зональными типами, нередко встречаются формации, интразональное развитие которых вызвано пестротою геоморфологического строения горных стран. Нельзя не учитывать также сложную историю высокогорий Северного Кавказа, основные этапы которой различные фазы оледенения, ксеротермические периоды и т.д. – наложили свой отпечаток на зональное распространение растительных формаций. Вертикальность нарушается также вторичными явлениями – влиянием пастьбы, вырубками и др., в результате которых растительный покров настолько изменяется, что не может служить критерием для выделения пояса. Руководящим при выделении единиц вертикальной зональности должен быть принцип ландшафтно-геоботанический. При этом главную роль играют деревья, кустарники, травянистая растительность и характер пространственного размещения растительных формаций (Долуханов, 1946, 1974).

Под высокогорной растительностью обычно понимают растительные объекты, занимающие пояса выше верхней границы леса. Так, Н.А. Буш отмечает, что выше границы леса расположены луга, для которых впервые применяет термин «субальпийские луга» - все более или менее мезофильные травянистые формации, луга в собственном смысле этого слова злаковые, разнотравно-злаковые, разнотравные, развивающиеся, в основном, выше границы леса и характеризующиеся в морфологическом отношении высоким травостоем (Буш, 1904).

Высокогорье – это область, лежащая выше верхней границы леса. На Кавказе ее принято разделять на следующие основные высотные пояса: субальпийский, альпийский, субнивальный и нивальный. В понимании субальпийского пояса нет единого мнения.

Одни относят к нему лишь самый верхний узкий подпояс между лесами и лугами, иначе называемый немецкими авторами поясом борьбы (Kampfzone), французскими – ориальным поясом, или опушечным поясом (etage oreal).

Другие же исследователи, в особенности швейцарские и австрийские геоботаники, к субальпийскому поясу относят также пояс темнохвойных лесов (Schroeter, 1926).

С последними согласиться невозможно, так как в поясе темнохвойных лесов нет ничего характерного для субальпийской растительности. Мы придерживаемся, точки зрения (Гулисашвили, 1964, Шальнев, 1966), включающей в состав высокогорной растительности и субальпийские криволесья и редколесья как переходную или экотонную зону между сомкнутыми лесами и субальпийскими травянистыми сообществами.

В самой долине Харачовского ущелья наиболее широко распространенными видами являются синантропные обитатели нарушенных ценозов - сорняки полей, виды, растущие вдоль дорог, в населенных пунктах, на залежах и т.д.

это: Roemeria refracta, Papaver hybridum, P. ocellatum, Fumaria vaillantii, F. schleicheri, Portulaca olecara, Amaranthus albus, A. blitoides, A. retroflexus, A. hybridus, Chenopodium album, Ch. vulvaria, Ch. glaucum, Atriplex tatarica, A. oblongifolia, Petrosimonia brachita, Urtica urens, U. dioica, Lepidium ruderale, L. campestre, Chorispora tenella, Malva mauritiana, M.

neglecta, Zygophyllum fabago, Tribulus terrestris, Peganum harmala, Erodium ciconium и т.д.

Предгорья заняты смешанными лесами из Quercus robur, Ulmus minor, Carpinus caucasica, Acer campestre, в составе которых много диких плодовых видов – Pyrus caucasica, Malus orientalis, Prunus divaricata, Cornus mas, Mespilus germanica виды рода Crataegus и др. Эта полоса лесов с дикими плодовыми растениями тянется через всю территорию с запада на восток. Выше этой полосы расположены буковые и смешанные буково-грабовые леса, дубравы и грабинники.

Закономерность их распределения зависит от высоты местности, экспозиции склонов, степени увлажнения, почв и др.

Пояс субальпийской растительности занимает пространство от верхней границы сомкнутых лесов, создаваемых как хвойными, так и лиственными породами, до нижней границы альпийской зоны. Субальпийская лесная растительность представлена следующими видами: Querqus petraea, Tilia caucasica, Fraxinus excelsior, Acer platanoides, A.campestre, Carpinus caucasica, одиночные экземпляры Fagus orientalis, и травами типа Albovia tripartita, Doronicum macrophyllum, Convallaria transcaucasica, Euphorbia macroceras, Polygonatum glaberrimum, P.verticillatum, Viola odorata, Lilium monodelphum и редколесье Salix caprea, Betula pendula, B. raddeana, Mespulus germanica, Rubus sp., и др. Среди них очень редко встречаются заросли Junuperus oblonga Bieb. (Умаров, Чавчавадзе и др., 2009).

В состав лесного пояса входят такие виды как Selaginella selaginoides, S. helvetica, Equisetum telmateia, Matteuccia struthiopteris, Athyrшum filix-femina, A. distentifolium, Gymnocarpium dryopteris, G. robertianum, Dryopteris oreades, Polystichum braunii, P. aculeatum, Phegopteris connectilis, Phyllitis scolopendrium, Pteridium aguilinum, Taxus baccata, Aconitum confertiflorum, Anemonoides ranunculoides, Ficaria calthifolia, Ranunculus caucasicus, Stellaria nemorum, S. holostea, Silene italica, Q. petraea, Q. robur, Fagus orientalis, Carpinus caucasica, C. orientalis, Corylus avellana, Betula litwinowii, B. raddeana, B. pendula, Alnus incana, Vaccinium myrtillus, Pyrola minor, P. media, P. rotundifolia, Orthilia secunda, P. cordifolia, Lysimachia verticillaris. и др. (Астамирова, 2010, Галушко, 1974).

Субальпийское высокотравье характеризуется густым высоким травостоем, до 1,5-2,0 м высотой (а иногда и выше) с преобладанием широкотравья. Здесь вместо дерна имеется напочвенный слой из отмерших листьев и побегов, напоминающих подстилку в лесу.

Высокотравье, за исключением нескольких видов, почти не поедается скотом, так как в его состав входят многочисленные ядовитые виды, такие как Delphinium flexuosum, Aconitum orientale, виды Senecio и др. Кроме того, в состав высокотравья входят многие виды с грубыми стеблями, как окопник шершавый (Symphitum asperum) и др.

Ассоциации субальпийского высокотравья могут быть образованы как одним доминирующим видом (с незначительным или единичным участием других видов), так и неравномерной смесью многочисленных видов, где часто бывает трудно установить доминирующие виды. Субальпийское высокотравье бывает как первичного происхождения, так и вторичного, послелесного, чему способствовало вмешательство человека в прошлом.

Первичное высокотравье встречается в виде полян в субальпийских лесах и редколесьях. Часто бывает очень трудно отличить первичное высокотравье от вторичного.

По мнению Е. В. Шиффе (Шифферс, 1953), группировки с доминированием гигантских зонтичных, в особенности из различных видов борщевика, первичны, никогда не были под лесом. Как отмечает А.Г. Долуханов (1966), очень часто между высокотравьем и субальпийскими лугами существуют переходные формы, которые он называет «полувысокотравьем».

Субальпийские луга развиваются в районах умеренной влажности, они не выносят ни засухи, ни переувлажненных мест. Луговой травостой очень густой и в большинстве случаев двух или многоярусный. Особенность луговой растительности – наличие дернообразовательного процесса в результате ежегодного отмирания вегетативной массы и накопления органического вещества, чему способствует происходящий в почве анаэробный процесс разложения органического вещества.

Субальпийский пояс в основном образован луговыми представителями (разнотравно-злаковыми, злаковыми, разнотравными и осоковыми). Почти повсеместно в травостое субальпийских лугов доминируют Festuca varia и Bromopsis variegata;

к ним примешиваются Calamagrostis arundinacea и Phleum montanum. Кроме злаков, встречаются Betonica macrantha, Pyrethrum coccineum, Inula orientalis, Heracleum asperum, Anemone fasciculata, Pulsatilla albana, Trollius ranunculinus, Scabiosa caucasica, Cephallaria gigantea, Ranunculus caucasicus, Primula macrocalyx, Polygonum carneum и др.

Среди субальпийских видов, формирующихся на северных склонах перевала Харами, имеются разнотравно вейниковые и разнотравно-полевицевые ассоциации с преобладанием Calamagrostis arundinacea, Agrostis gigantea.

Встречаются также низкоосоково-полевицевые луга с доминированием Carex humilis, низкоосоко-пестрокостровые луга с преобладанием Festuca pratensis, разнотравно-пестрокостровые луга с Phleum phleoides. Среди видов субальпийских лугов большую роль играют: Medicago glutinosa, M. lupulina, Trifolium trichocephalum, T. canescens, Astragalus incertus, Polygala caucasica, Erigeron caucasicus, Inula grandiflora, I. orientalis, Pyretrhum coccineum, Cicerbita macrophylla, C.

racemosa, Taraxacum officinale, Alopecurus pratensis, A. dasyanthus, Calamagrostis arundinacea, Briza elatior, Festuca regeliana, F. ovina и др.

В нижней части субальпийского пояса сплошные заросли может образовывать Rhododendron luteum, широкое распространение которого связано с лесоистреблением (Кузнецов, 1910). Другой возможной причиной его распространенности является перевыпас скота. В пределах этого пояса имеются низкоствольные березовые леса (Betula raddeana, B. litwinowii, B. pendula), в которых встречается Sorbus aucuparia. Последняя отмечена нами в Харачоевском ущелье и на левобережном склоне ущелья р. Ахалит-лау, где образует довольно чистые насаждения, и разрозненно – в ущелье р. Харачойка.

Выше располагается альпийский пояс с господством сомкнутых низко- и среднетравных сообществ: лугов, ковров и пустошей. В альпийском поясе встречаются такие виды как: Viola alba, V. suavis, V. odorata, V. hirta, V. canina, Turritis laxa, T. glabra, Lavatera thuringiaca, Euphorbia iberica, E. boissierana, Daphne mezereum, Grossularia reclinata, Spiraea hypericifolia, S. crenata, Aruncus vulgaris, Cotoneaster melanocarpus, C. integerrimus, C. nummularius, Crataegus orientalis, C. pentagyna, C. monogyna, C. curvisepala, Rubus idaeus, R. caesius, Potentilla argentea, P. adscharica, P.

caucasica, P. supina, Filipendula vulgaris, F. ulmaria, Alchemilla microdonta и др.

В альпийском поясе имеются и скально-осыпные и многие другие виды, предпочитающие лишь какие-то определенные скалы осыпи: одни – хорошо увлажняемые (Рhegopteris connectilis, Wоodsia fragilis, Phyllitis scolopendrium и др), другие – сухие (Ceterach officinarum), освещенные (Euphorbia szovitsii, E. gloreosa, Hypericum asperuloides, H.

elegans, Gypsophila capitata, G. glomerata, Kohlrauschia prolifera и т.д.) или затененные (Cystopteris fragilis, Cryptogramma crispa, Arabis auriculata и т.д.), доломиты и известняки (Crinitaria linosyris, C. villosa, Fumana procumbens, Hernaria besseri и др). Среди петрофитов есть виды втречающиеся только в верхнем поясе (Hypericum asperuloides, Minuartia oreina, M. biebersteinii, Euphrasia petiolaris и др.) или в нижнем поясе (Scorzonera mollis и др.). По существу, все это – особые местообитания.

На скалах с более кислыми породами произрастают следующие виды: Woodsia fragalis, W. alpina, Cryptogrammа crispa, Potentilla alexeenkoi, Silene daghestanica, Sempervivum caucasicum, Saxifraga juniperifolia, Sedum caucasicum, Rhamnus depressa, Scrophularia lateriflora, Symphyandra pendula, Mellisa officinalis, Saxifraga subverticillata, Erodium fumarioides, Valeriana cardamines, Thymus daghestanicus, Kemulariella rosea, Anthemis fruticulosa, Jurenea arachnoidoa и др.

На осыпях встречаются: Minuartia oreina, M. imbricata, Silene chlorifolia, Isatis latisiliqua, Dentaria bipinnata, Draba sibirica, Androsace albana, Astragalus captiosus, Vicia semiglabra, Mandenovia komarovii, Chenopodium botrys, Nonаea daghestanica, Sempervivum pumilum, Nepeta biebersteiniana, Lamium tomentosum, Ziziphora puschkinii, Scutellaria oreophila, Cirsium tomentosum. Есть виды, встречающиеся преимущественно на моренах, хотя заходят и на осыпи:

Alchemilla retinervis, Mandenovia komarovii, Asperula biebersteinii, Lamium tomentosum и др. Больше всего видов, индифферентных к тому или иному состоянию субстрата, поэтому встречающихся и на скалах, и на осыпях, моренах, т.е. одинаково успешно осваивающие экологически разнотипные формы обнаженного рельефа. К ним относятся:

Ephedra procera, Minuartia hybrida, Eremogone steveniana, Oberna lacera, Silene ruprechtii, Dianthus cretaceus, D. awaricus, Draba siliquosa, Reseda globulosa, Alchemilla sericata, Onobrychis daghestanica, O. cornuta, Geranium linearilobum, Trinia hispida, Seseli alexeenkoi, Veronica caucasica, V. propinqua, Euphrasia petiolaris, Dracocephalum austriacum, Saturea subdentata, Campanula alliariifolia и др.

Среди растений щебнистых ковров начинают попадаться подушкообразные или близкие к ним формы растений (например, Minuartia aizoides и др.), так что в этом типе ковров намечается переход к типу скально-осыпной растительности.

Более обычны и широко распространены в альпийском поясе на скалах следующие растения: камнеломки (Saxifraga juniperifolia, S. exarata, S. moschata, S. laevis и др.), колокольчики (Campanula petrophila, C. Ciliate), крупки (Draba siliquosa, D. nemorosa, D. incompta и др.), некоторые манжетки (Alchemilla sericea, A. retinervis, A. dura и др.). Для альпийских осыпей характерны такие растения, как наголоватки (Jurinaea depressa), ясколка (Cerastium mutiflorum), вероника (Veronica minuta) и другие, для субальпийских – валериана (Valeriana alpestris) и другие. На закрепленных осыпях для группировок, переходных к щебнистым коврам, характерны пупавка (Anthemis rudolphiana), вероника (Veronica petraea), лапчатка (Potentilla crantzii), минуарция (Minuartia oriena), молодило (Sempervivum pumilum), очиток (Sedum tenellum) и многие другие виды (Гроссгейм, 1948).

По наиболее высоким вершинам хребтов, особенно на самой верхней точке пер. Харами, небольшими участками располагаются альпийские луга, среди которых наибольшие площади занимают разнотравные рыхлодернинные луга с преобладанием Alchemilla sericata, Carum carvi, Taraxacum stevenii. В составе альпийских лугов наблюдаются также разнотравно-злаковые луга в сочетании с зарослями кустарников – Vaccinium vitis-idaea, V. myrtillus, а также Trisetum rigidum, Campanula praealta, C. glomerata и др. В состав лугового флороценотипа входят также виды:

Potentilla agrimonoides, Lathyrus pratensis, L. cyaneus, Linum hypericifolium, Chaerophyllum roseum, Heracleum roseum, H.

asperum, Knautia мontana, Rhinanthus vernalis, R. minor, Dracocephalum ruyschiana, Campanula collina, Cirsium rhizocephalum, Helictotrichon adzharicum, Briza media, Poa alpina, P. angustifolia, Festuca woronowii, F. pratensis, Bromopsis variegata и др Поднимаясь выше, луговые сообщества сменяются разреженными группировками на скалах и осыпях;

– субнивальный пояс, его верхняя граница связана, с верхними высотными отметками распространения цветковых растений. Еще выше, собственно нивальный пояс, поднимаются лишь мхи, лишайники и водоросли.

Литература: 1) Астамирова М.А.-М. Инвентаризация и анализвидов рода Primula L. Терского Кавказа и Дагестана: Автореферат дисс. канд. биол. наук - Астрахань, 2010. – 22 с.;

2) Буш Н.А. О поездке в Западный Дагестан // Известия СПБ бот. сада, вып. 4, 1904. – С. 132-136.;

3) Галушко А.И. Основные рефугиумы и реликты в высокогорной флоре западной части Центрального Кавказа // Проблемы ботаники. Растительный мир высокогорий и его освоение. Л.:

Наука, 1974. – С. 19-26.;

4) Гроссгейм А.А. Растительный покров Кавказа. – М: Изд-во МОИП, 1948. – 267 с.;

5) Гулисашвили В. З. Природные зоны и естественноисторические зоны Кавказа. – М.: Наука, 1964. – 260 с.;

6) Долуханов А.Г. Верхние пределы альпийской растительности в истоках Аварского Койсу (Дагестан) // Труды Тбилисского бот.

института, вып. 9, 1946. – С. 180-196.;

7) Долуханов А.Г. Субальпийские ландшафты Кавказа как убежища реликтовых элементов флоры // Проблемы ботаники, XII. М.-Л., 1974. – С. 27-34.;

8) Долуханов А.Г. Растительный покров // Кавказ.

– Тбилиси: Мецниебера, 1966. – С. 34-56.;

9) Кузнецов Н.И. Нагорный Дагестан и значение его в развитии флоры Кавказа. Известия РГО. Т. 46, вып.6-7, 1910. – С. 213-280.;

10) Умаров М.У.,Чавчавадзе Е.С., Волкова С.Б. Флора перевала Харами и окрестностей озера Кезеной-Ам // Материалы X Международной конференции. Биологическое разнообразие Кавказа: Сб. статьей. Грозный, 2009. –С. 86-89.;

11) Шальнев В.А. Ландшафты Ставропольской возвышенности. Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. канд. географ. наук. Л., 1966. –20 с.;

12) Шифферс Е.В. Растительность Северного Кавказа и его природные кормовые угодья. - М. - Л.: Изд-во АН СССР, 1953. –396 с.;

13) Schroeter G. Das Pflanzenlaben der Alpen. 1926. 1288 s.;

ПАПОРОТНИКИ ВО ФЛОРЕ ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ И СОСТОЯНИЕ ИХ ПОПУЛЯЦИЙ ТАЙСУМОВ М.А1., УМАРОВ М.У.2, АСТАМИРОВА М.А-М. Академия наук Чеченской Республики, Грозный, Россия Чеченский государственный университет, Грозный, Россия Чеченский государственный педагогический университет, Грозный, Россия Чеченская Республика располагается в южной части Европейской территории России между 42° 28’ и 44°01’ с.ш. и 44° 28’ и, 46° 40’ в.д., входит в состав Северо-Кавказского Федерального Округа.

В природном отношении она относится к восточной части Кавказской физико-географической страны, которая представлена здесь двумя областями: Предкавказьем и северным склоном Большого Кавказа. Границей между ними является р. Терек (Идрисова, 2009).

Флора высших сосудистых растений территории ЧР в настоящее время начитывает 2312 видов;

32 из них – папоротники, относящиеся к 11 семействам. 215 видов высших сосудистых растений республики относятся к числу редких, а занесены в Красную книгу ЧР 157 видов растений. В том числе 7 видов папоротников. Из них 5 видов являются реликтами третичных широколиственных лесов (Тайсумов, Умаров и др. 2010).

Исследования растительного покрова Чеченской Республики и прилегающих к нему территории с большей или меньшей интенсивностью продолжаются уже более ста лет. Степень флористической изученности республики весьма неоднородна как в отношении отдельных семейств, родов в границах республики, так и в отношении отдельных систематических групп растений и заметно уступает степени изученности флоры горных районов республики.

В частности, папоротники Чеченской Республики еще ни разу не были объектом специального исследования, хотя в ряде флористических работ уже в середине XX в. им уделялось немалое внимание. Наиболее полно состав папоротников республики отражены в ряде работ (Умарова, Тайсумова, 2011, Галушко, 1975, 1980, Прима, 1974). Для Чеченской Республики мы приводим 30 видов папоротника (в том числе 19 реликтовых видов).

Состав папоротников республики и прилегающих территорий выявлены на основании результатов собственных полевых исследований, изучения гербарных коллекций и опубликованных данных. Полевыми исследованиями 2003–2011 гг. были охвачены все районы республики.

Определенным итогом в и изучении редких и нуждающихся в охране птеридофитов республики было первое издание «Красной книги Чеченской Республики», в которое включено семь видов папоротников.

После издания «Красной книги Чеченской Республики» активизировалась процесс подготовки и выхода в свет «Красных книг» соседних республик, отражающих также сведения о птеридофлоре. Анализ «Красных книг», позволяет отметить, что в республиках Северного Кавказа охраняется более 10 видов папоротников. Однако, не все включенные в республиканские «Красной книги» виды равноценны по своей редкости, но попадают в книги и широко распространенные в целом по всему региону.

Проведенные нами обзор анализ республиканских «Красных книг», анализ хорологических, морфологических, эколого-биологических особенностей дали основания выделить группы редких видов республики. Категории редкости нами приняты в соответствии с изданием «Красная книга» РФ (1988). Таким образом нами выделено редких вида птеридофлоры республики и они распределились по категориям редкости следующим образом:

0 (Ех) – по-видимому, исчезнувшие или почти исчезнувшие виды. В эту категорию нами не предлагается ни одного вида папоротников ранее распространенных на территории республики.

1 (Е) – виды, находящиеся под угрозой исчезновения;

таксоны, сохранение которых маловероятно, если факторы, вызвавшие сокращение их численности, будут продолжать действовать. К этой категории относятся таксоны, численность особей которых уменьшилась до критического уровня или число местонахождений которых сильно сократилось.

Данная категория представлена на территории Чечни одним видом этот вид не включен в первое издание «Красной книги ЧР», т.к. из-за редкости мы не смогли ее найти, теперь мы предлагаем для включение в следующее ее издание Asplenium daghestanicum вид известен на территории республики с района на границе между перевалом Харами и Андийского хребта.

2 (V) – уязвимые виды: таксоны, которым, по-видимому, в ближайшем будущем грозит перемещение в категорию находящихся под угрозой исчезновения, если факторы, вызвавшие сокращение их численности, будут продолжать действовать. К этой категории относятся таксоны, у которых численность особей всех или большей части популяций уменьшается вследствие чрезмерного использования, значительных нарушений местообитаний или других изменений среды. В эту категорию нами предлагается поместить 5 видов папоротников Salvinia natans, Marsilea quadrifolia, Notholaena maranthae, Ophioglossum vulgatum, Bothrychium lunaria,. Все виды уже были включены в первое издание «Красной книги ЧР», но нами несколько изменены их первичные категории редкости.

3 (К) – редкие виды: таксоны, представленные небольшими популяциями, которые и настоящее время не находятся под угрозой исчезновения и не являются уязвимыми, но рискуют оказаться таковыми. Эти таксоны обычно распространены на ограниченной территории или имеют узкую экологическую амплитуду, либо рассеянно распространены на значительной территории.

В данную категорию, предложенная нами, два вида редких папоротников Чеченской Республики:

Cryptogramma crispa, Phyllitis scolopendrium.

4 (I) – виды с неопределенным статусом таксоны, которые, очевидно, относятся к одной из предыдущих категорий, но достаточных сведений об их состоянии в настоящее время нет. К этой категории нами относятся все остальные виды.

Большинство редких папоротников республики, предлагаемых нами и новое издание «Красной книги ЧР», характеризуются узкой экологической приуроченностью и очень чувствительны к изменениям условий местообитания, что и является одной из причин уменьшения их численности. Другой важной причиной является хозяйственная деятельность человека, приводящая к исчезновению целых сообществ, в которых они бывают.

Ниже приводится список видов папоротникообразных, произрастающих на территории Чеченской Республики.

Названия растений даны по С.К Черепанову (1995).

Отдел Polypodiophyta – Папоротникообразные Класс Ophioglossopsida – Ужовниковидные Сем. 1. Ophioglossaceae (R.Br.) Agardh. – Ужовниковые Ophioglossum vulgatum L. – Ужовник обыкновенный = III (М – леса по Тереку);

IV (БН): (Евро 1.

Кавк.);

S (K);

Rg;

Rt Botrychium lunaria (L.) Sw. – Гроздовник полулунный = III (Тер);

IV (БН): (Плюрирег.);

Pa,Pb (K);

[R.] 2.

Rt Класс Polypodiopsida – Папоротниковидные Сем. 2. Woodsiaceae (Diels) Herter (Aspidiaceae) – Вудсиевые Woodsia alpinа (Bolton) S.F.Gray – Вудсия альпийская = III (Тер): (Голаркт.);

Do (HK);

[Sp.] 3.

W. fragilis (Trev.) Moore (Hymenocystis fragilis (Trev.) A.Askerov) –Вудсия ломкая = III (Ч): (Кавк.);

4.

S,Da (HK);

[Sp.] Сем. 3. Hypolepidaceae (Cyatraceae) – Гиполеновые или Орляклвые (Циатейные) Pteridium aguaticum (L.) Kuhn – Орляк обыкновенный = II (ВП);

(Кавк.);

Ab (K);

[R.] 5.

Сем. 3. Onocleaceae Pichi Sermolli (Aspidiaceae) – Оноклеевые Matteuccia struthiopteris (L.) Tod. – Страусник обыкновенный = III (Тер);

IV (БН): (Голаркт.);

S (HK);

6.

[Sp.] Сем. 4. Athyriaceae Alst. (Aspidiaceae) – Кочедыжниковые Athyrium filix-femina (L.) Roth – Кочедыжник женский = III (Тер);

IV(БН): (Плюрирег.);

S(HK);

[Sp.] 7.

Pm Cystopteris fragilis (L.) Bernh. (C. filix-fragilis (L.) Borb.) – Пузырник ломкий = III (Тер);

IV (БН):

8.

(Палеаркт.);

S (HK);

[Pl.] Rhizomatopteris sudetica (A.Br. et Milde) A. Khokhr. (Cystopteris sudetica A.Br. et Milde) – 9.

Ризоматоптерис судетский = II(ВС): (Европ.);

S (HK);

[R.] Gymnocarpium dryopteris (L.) Newm. (Dryopteris pumila V.Krecz., D. linneana C. Chr.) – Гимнокарпиум 10.

кочедыжник = III (Тер): (Голаркт.);

S (HK);

[R.] G. robertianum (Hoffm.) Newm. – Г. Роберта = III (ВС): (Голаркт.);

S (HK);

[R.] 11.

Сем. 5. Dryopteridaceae Ching (Aspidiaceae) – Итовниковые 12. Dryopteris assimilis S.Walker (D. austriaca (Jacq.) Woynar;

D. expansa (C.Presl) Fraser-Jenkins et Jermy) – Щитовник схожий = III (Тер): (Европ.);

S (HK);

[Sp.] Pm D. carthusiana (Vill.) H.P.Fusch (D. lanceolatocristata (Hoffm.) Alst., D. Spinulosa (O.F.Muell.) O.Kuntze) – 13.

Щ. Картузиуса = III (Тер): (Голаркт.);

S (HK);

[Sp.] Pm D. caucasica (A.Br.) Fraser-Jenkins et Corley – Щ. кавказский = III (Тер);

IV (БН): (Кавк.);

S (HK);

[Sp.] 14.

Po D. filix-mas (L.) Schott – Щ. мужской = III (Тер);

IV (БН): (Голаркт.);

S (HK);

[Pl.] Pm;

Po 15.

D. oreades Fomin (D. abbreviata (DC.) Newman ex Manton) – Щ. высокогорный = III (Тер): (Эукавк.);

16.

S,Pb (HK);

[Pl.] Polystichum aculeatum (L.) Roth (P. lobatum (Huds.) Bast.) – Многорядник мелкошиповатый = III (Тер):

17.

(Субсредиз*.);

S (HK:hv);

[R.] Rt;

Rg P. braunii (Spenn.) Fee – М. Брауна = III (Тер): (Панбор.);

S (HK:hv);

[Pl.] Rt 18.

P. lonchitis (L.) Roth – М. копьевидный = III (Тер): (Голаркт.);

Pb (HK:hv);

[R.] 19.

Сем. 6. Thelypteridaceae Pichi Sermolli (Aspidiaceae) – Телиптерисовые Thelypteris palustris Schott (Dryopteris thelypteris (L.) A.Gray) – Телиптерис болотный = II (ВП);

III (ЧО 20.

– Грозный): (Голаркт.);

Ab (K);

[R.] Phegopteris connectilis (Michx.) Watt – Фегоптерис связывающий = III (Тер);

IV (БН): (Голаркт.);

S (K);

21.

[Sp.] Сем. 7. Aspleniaceae Newm. – Костенцовые Asplenium daghestanicum Christ– Костенец дагестанский = II (ВП);

(Кавк.);

Ab (K);

[R.] 22.

A.ruta-muraria L. – Костенец рута постенная = III (Тер);

IV (БН): (Голаркт.);

S,Da (HK:hv);

[Pl.] Rt 23.

A. septentrionale (L.) Hoffm. – К. северный = III (Тер);

IV (БН): (Голаркт.);

S,Da(HK:hv);

[Pl.] Rt 24.

A. trichomanes L. – К. волосовидный = III (СКТ);

IV (БН): (Плюрирег.);

S, Da (HK:hv);

[Pl.] Rt;

Pm 25.

A. viride Huds. – К. зелный = III (Тер): (Голаркт.);

Pb,Do (HK:hv);

[Pl.] Rt 26.

Ceterach officinarum Willd. – Скребница аптечная = IV (БН): (Общедр.средиз.);

Da (HK:hv);

[R.] Rt 27.

Phyllitis scolopendrium (L.) Newm. – Листовник многоножковый = III (Тер);

IV (БН): (Евро-Кавк.);

S 28.

(HK:hv);

[Sp.] Rt;

Pm Сем. 8. Cryptogrammaceae Pichi Sermolli – Криптограммовые Cryptogramma crispa (L.) R.Br. ex Hook. – Криптограмма курчавая = III (ВС – Чанты-Аргун):

29.

(Голаркт.);

S,Pb,Pc(HK);

[Sp.] Сем. 9. Polypodiaceae Bercht. et J. Presl. – Многоножковые Polypodium vulgare L. – Многоножка обыкновенная = III (ЧО,Тер): (Плюрирег.);

S (HK:hv);

[Sp.] 30.

Rt;

Pm Класс Marsileopsida – Марсилиевидные Сем. 10. Marsileaceae Mirb. – Марсилиевые Marsilea quadrifolia L. – Марсилия четырхлистная = I (М - Терек);

II (Кизл): (Плюрирег.);

Ab,Ac (K);

31.

[R.] Po;

Rg;

Rt Класс Salviniopsida – Сальвиниевидные Сем. 11. Salviniaceae T. Lest. – Сальвиниевые Salvinia natans (L.) All.– Сальвиния плавающая = I (М – Терек);

II (ВП);

III (ЧО – низ. Сунжи):

32.

(Плюрирег.);

Ac (T);

[Sp.] Rt;

Po Таким образом на территории Чеченской Республики произрастают 31 вид папопоротника из них Asplenium daghestanicum, Salvinia natans, Marsilea quadrifolia, Notholaena maranthae, Ophioglossum vulgatum, Bothrychium lunaria, Cryptogramma crispa, Phyllitis scolopendrium подлежат охране.

Литература: 1) Галушко А.И. Растительный покров Чечено-Ингушетии. - Грозный: Чечено-Ингушск. кн. изд во, 1975. – 118 с.;

2) Галушко А.И. Флора Северного Кавказа. Ростов: РГУ, 1978-1980: Т. 1, 1978. – 317с. Т. 2, 1980. – с. Т. 3, 1980. –327 с.;

3) Идрисова Р.А. Ландшафты Чеченской Республики: пространственная структура и особенности селитабельной нагрузки // Автореф. дисс. канд. геогр. наук. Нальчик, 2009. –24 с.;

4) Красная книга РСФСР. Т. 2. М.:

Росагропромиздат, 1988. –598 с.;

5) Прима В.М. Субнивальная флора Восточного Кавказа: ее состав, эколого биологический и географический анализ // Флора и растительность Восточного Кавказа. – Орджоникидзе, 1974. – С. 46 69.;

6). Тайсумов М.А., Умаров М.У., Омархаджиева Ф.С. Анализ флоры Чеченской Республики // Матер. междунар.

научн. конф. Изучение Флоры Кавказа. Сб. статьей. Пятигорск, 2010. – С. 104-405.;

7) Умарова М.У., Тайсумова, М.А., Конспект флоры Чеченской Республики. Грозный, 2011. – 152 с.;

8) Черепанов С.К. Сосудистые растения России и сопредельных государств. СПб.: Мир и семья-95, 1995. – 990 с.

РОД POTENTILLA ВО ФЛОРЕ ЧЕЧНИ И ИНГУШЕТИИ ТАЙСУМОВ М.А.1, УМАРОВ М.У.2, АСТАМИРОВА М.А-М.3, КАРИЕВ Р.Н. Академия наук Чеченской Республики, Грозный, Россия Чеченский государственный университет, Грозный, Россия Чеченский государственный педагогический университет, Грозный, Россия В настоящее время в изучение современного растительного покрова закладываются принципы единой государственной системы экологического мониторинга, в которой значительное место уделено слежению за состоянием фитобиоты, в связи с чем приоритетными направлениями исследования являются те, которые связаны с изучением и сохранением биоразнообразия в целом и фиторазнообразия в частности.

Процесс выявления таксономического состава флоры далеко не закончен. Это касается не только региональных флор, но и флор более обширных территорий, одной из которых является флора Восточного Кавказа, суммарно насчитывающая более 4000 видов сосудистых растений (Галушко, 1978-1980, Умарова, Тайсумова, 2011, Астамирова, 2010, Омархаджиева, 2011), из которых 1255 – кавказские эндемики (Литвинская, Муртазалиев, 2009).

Многие таксономические единицы ранга рода, играющие существенное значение в составе флоры, нуждаются в ревизии. Одним из таких родов является род Potentilla L., виды которого входят в состав различных растительных сообществ.

Род Potentilla относится к числу наиболее полиморфных и трудных родов флоры. Он уже давно привлекает к себе усиленное внимание исследователей. Над выяснением видового состава лапчаток работали многие ученые, достаточно назвать также имена как П.С. Паллас, А.А. Гроссгейм, С.В. Юзепчук, А.И. Галушко и др. Большое значение в этом отношении имеет монография Th. Wolfa, который тщательно исследовал многие гербарные материалы по этому роду, и ему посчастливилось описать неизвестные науке виды лапчаток.

При написании данной статьи мы столкнулись с проблемами, так как лапчатками в Чечне и Ингушетии, да и в соседних республиках Северного Кавказа никто до нас не занимался и соответствующих гербарных сборов недостаточно. Необходимость изучения этого рода обусловлена тем, что вести нужно, так как виды рода лапчатка имеют большое значение в образовании растительного покрова республики, представители его нашли свое применение в народном хозяйстве. Кроме того, этот род интересен и тем, что на примере его мы можем наблюдать флорогенетический процесс в действии. Большое значение этот род имеет и в педагогических целях, в применении представителей этого рода при изучении в школе различных тем ботаники и общей биологии.

Potentilla – означает «могущественный», что связано с жизнеспособностью видов, которых на Земном шаре более 350-400 видов, встречающихся почти на всех континентах: Азии, Гималаи, Сибири, Гренландия, Америка, Европа, Африка. В России и сопредельных странах их около 160 видов, на Кавказа – 63, а в нашей республике более – 24 видов, что также не мало.

Виды рода Potentilla могут дать исключительный материал при изучении истории флоры Земного шара и климатов прошлых веков.

Различные морфологические признаки видов рода Potentilla имеют не одинаковое таксономическое значение.

К числу признаков, ценных в систематическом отношении нужно отнести, признаки, мало изменчивые в пределах вида, но проявляющие достаточную изменчивость в пределах рода. Признаки же, имеющие высокую изменчивость как в пределах вида, так и рода, таксономически не надежны и могут ввести в заблуждение. У видов рода Potentilla нередко наблюдается относительное значение того или иного признака, так как в пределах одних видов он константен, а в пределах других – изменчив. Для разных видов или групп видов таксономическое значение различных признаков не одинаково. Для многих видов рода Potentilla характерен полиморфизм, нуждающейся в критическом изучении.

Для представителей этого рода обычным является пентамерньй цветок, очень редко тетрамерный (Р. erecta).

Но еще большее значение имеет не число, а форма и окраска лепестков цветка. Такой признак, как окраска, является весьма устойчивым для разных видов, хотя в пределах рода он изменчив. Однако есть виды (Р. recta), у которых этот признак таксономически не надежен. Цвет лепестков у вида Р. recta изменяется от оранжево-желтых до серо-желтых.

Размеры цветка, у них они бывают крупные (2-2,5 см в дм), или мелкие (0,9-1,1 см в дм). Этот признак у вида Р. recta – также изменчив, хотя для других видов он являемся весьма надежным критерием.

Форма и размер чашелистиков, листочков подчащия проявляют в пределах рода изменчивость, для вида же эти признаки постоянны, т.е. являются таксономически надежными. У Р. recta чашелистики и листочки подчашия по форме и размерам различны: у одних форм P. agrimonoides, узко-ланцетные с соотношением длины и ширины 6(8)-1(3) мм, у других – широко-яйцевидные, а отношение дл.: шир. = 8(9):5(6) мм.

Опушенность всего растения и его частей для многих видов рода Рotentilla является признаком весьма надежным: она отсутствует, или может быть от рассеянной до сильно опушенной. У Р. recta имеются формы как с рассеянно-волосистым опушением, так и с мохнато-волосистым.

Размеры, форма, количество листьев и зубцов на них – все эти признаки в пределах рода сильно изменчивы, для вида же они относительно постоянны. У Р. recta можно отметить наличие форм с продолговато-яйцевидными или ланцетными листьями;

число же зубцов очень непостоянно: встречаются экземпляры с 6-7, 6-9, 6-12 и даже 9- (иногда с 17 ) зубцами.

Листья тройчатые или многочленные, перистые или пальчатые. Эти признаки являются таксономически надежными, так как они мало изменчивы в пределах вида, но проявляют достаточную изменчивость в пределах рода.

Листочки у видов рода Ponentilla сидячие, или на коротком черешочке. У вида P. gelida встречаются формы, у которых либо только средний листочек на коротком черешке, либо все три ласточка на маленьком черешочке, а сами листочки при этом гораздо крупнее обычных (3-4 см длиной).

Опушенность листочков видов рода Ponentilla изменяется от слабой (почти голые листочки) до сильной, причем у многих видов на обратной стороне листочка имеется войлочек. Опушение обычно состоит из простых, волосков, но у P. glaucescens оно состоит из звездчатых волосков. Для P. recta этот признак таксономически не надежен, имеются формы Р. recta как с почти голыми листочками, так и с сильно волосистыми, мохнатыми от длинных и коротких волосков.

У представителей рода Ponentilla стебли прямые прямостоячие P. brachipetala,, иногда лежачие (P. anserina, P.

reptans) и у коренящиеся в узлах. Корни стержневые, однако у P. recta имеются корневые шишки. А для P. micrantha характерно образование столонов, которыми растение может размножаться. Таким образом, различные морфологические признаки имеют не одинаковое таксономическое значение.

Конспект рода Potentilla L. во флоре Чеченской Республики выглядит следующим образом:

Potentilla adscharica Somm. et Levier – Л. аджарская = На слабозадернованных склонах, лесных 1.

полянах, в кустарниках, у дорог. Во всех горных районах, до 2300 м.. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый.

Кавк. эл.

P. agrimonioides Bieb. – Л. репейниколистная = На сухих склонах, скалистых местах, реже на скалах, 2.

от среднего до верхнего пояса, до 3000. Обычно. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый. Кавк. эл.

P. arenaria Borkh = P. glaucescens Willd. ex Schlecht. – Л. сизоватая = На сухих травяных склонах, 3.

щебнистых и каменистых местах, от 1000 до 2800 м. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый. Понт.-южносиб. эл.

P. argentea L. – Л. серебристая = На слабозадернованных склонах, у дорог. в субальпийском поясе до 4.

2300 м. Во всех горных районах. Тр. поликарп., корнеотпрысковый. Евро-сиб. эл. Л, Кр, Дб, М, К.

P. canescens Bess. – Л. седая = На сухих слабозадернованных и щебнистых склонах, в кустарниках.Во 5.

всех районах, от низменности до верхнего пояса. Тр. поликарп., корневищностержнекорневой. Палеаркт. эл. Л, Я.

P. caucasica Juz. – Л. кавказская = На лугах, опушках, в кустарниках до среднего пояса. Во всех 6.

районах. Рассеянно. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый. Кавк. эл.

P. crantzii Juz. – Л. Кранца = На лугах, слабозадернованных, каменистых и щебнистых склонах, 7.

пустошах, в среднем и верхнем поясчах, до 3400 м. Обычно. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый. Циркумб.

эл. М, К.

P. erecta (L.) Raeusch. – Л. прямостоячая = АТ, В - расс.;

л. - субальп. п.;

1300 - 2500 м;

На сырых 8.

лугах, в кустарниках, в светлых лесах, от предгорий до 2500 м. Обычно. Тр. поликарп., кистекорневой. Евро-сиб. эл. Л, Дб, Кр, К.

P. foliosa Somm. et Levier ex Keller – Л. олиственная = В светлых лесах, на лесных полянах, 9.

каменистых склонах, в тени скал, в субальпийском поясе. Редко.Гемикриптофит. Кавк. эл. Д.

P. gelida C. A. Mey. – Л. холодная = На щебнистых склонах, моренах, осыпях. Во всех высокогорных 10.

районах, до 3400-3600 м. Тр. поликарп., дерн. рыхлокустовой, рыхлокустовой. Палеаркт эл. К.

P. micrantha Ramond. ex DC. – Л. мелкоцветковая = В буковых лесах, в нижнем и среднем поясах.

11.

Обычно. Тр. поликарп., к. корневищный. Средиземн. эл.

P. nivea L. – Л. снежная = На каменистых местах, осыпях, скалах, в альпийском, поясе до 12.

м.Редко. Тр. поликарп., к. корневищный.Субкавк. эл.

P. obscura Willd.. – Л. неясная = На сухих травянистых склонах, лугах, в кустарниках, от низменности 13.

до субальпийского пояса. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый. Кавк. эл.

P. orientalis Juz. = Л. восточная – На сухих глинистых и каменистых склонах, в среднем поясе.

14.

Рассеянно.Эукавк.эл.

P. oweriniana Boiss. (P. ghalghana Juz.) – Л. ингушская = На известняковых скалах, скалистых склонах, 15.

в среднем и верхнем поясах, до 3000 м. Рассеянно. Тр. поликарп., корневищностержнекорневой. Кавк. эл. Д.

P. recta L. – Л.прямая = Во всех районах. На слабозадернованных склонах, лесных полянах, в 16.

кустарниках, до 2500 м. Тр. поликарп., кистекорневой. Палеаркт. эл. Л, Кр, Дб, К.

P. pimpinelloides L. – Л. бедренцоволистная = На скалах, слабозадернованных, скалистых и щебнистых 17.

склонах, в кустарниках. Бассейн р. Аргуна, в субальпийском поясе до 1300-2400 м. Тр. поликарп., к. корневищный.

Евро-кавк. эл.

P. reptans L. – Л. ползучая = На сырых лугах, по берегам рек, по сырым обочинам дорог, в садах, от 18.

низменности, до среднего пояса. Обычно. Тр. поликарп., надземноползучий (розеточный). Палеаркт. эл. Л, Я (для лошадей).

P.ruprechtii Boiss. – Л. Рупрехта = На травянистых склонах и лугах в субальпийском и альпийском 19.

поясах, до 3000 м. Рассеянно. Тр. поликарп., стержнекорневой, многоглавый. Кавк. эл.

P. sterillis (L.) Garcke – Л. бесплодная = В лесах и на лесных полянах. Редко. Тр. поликарп., 20.

стержнекорневой, многоглавый Европ.эл.

P. supina L. – Л. низкая = На сырых местах, по берегам рек, до 600 м. Тр. монокарп. (одн. - дв.). Тр.

21.

поликарп., к. корневищный. Голаркт.эл Литература: 1) Астамирова М.А.-М. Инвентаризация и анализ видов рода Primula L. Терского Кавказа и Дагестана // Автореферат дис. канд. биол наук. Астрахань, 2010. 24 с.;

2) Галушко А.И. Флора Северного Кавказа.

Определитель: В 3 т. – Ростов-на Дону: Изд-во РГУ, 1978-1980. Т. 1. 1978. 317 с.;

Т. 2. 1980. 350 с.;

Т. 3. 1980. 327 с.;

3) Литвинская С.А., Муртазалиев Р.А. Кавказский элемент во флоре Российского Кавказа. Краснодар, 2009. 439 с.;

4) Омархаджиева Ф.С. Флора Чеченской Республики и ее анализ // Автореферат дис. канд. биол наук. Астрахань, 2011. с.;

5) Умарова М.У., Тайсумова, М.А., Конспект флоры Чеченской Республики. Грозный, 2011. 152 с.

ВИДОВОЙ ПОТЕНЦИАЛ РЕСУРСОВ ДЕКОРАТИВНЫХ ЛЕСНЫХ РАСТЕНИЙ ЮЖНОГО ДАГЕСТАНА ТЕЙМУРОВ А.А., АГАМИРЗОЕВА Р.Ш., ГИДУРИМОВА П.М.

Дагестанский государственный университет, Махачкала, Россия В условиях растущей интенсификации использования и антропогенных преобразований растительного покрова как никогда ранее становится необходимым познание декоративных ресурсов дикорастущих растений. Это важно как в интересах более полного и рационального использования дикорастущих видов флоры, так и в целях сохранения их генофонда. Поэтому анализ природных растительных комплексов с целью отбора ценных в теоретическом и практическом отношении видов для изучения в опыте интродукции и последующего введения в культуру – актуальная проблема. Декоративные посадки травянистых многолетников, занимая по своей роли в озеленении промежуточное положение между древесными и однолетними растениями, обладают четырьмя ценными свойствами:

- требуют меньшего ухода, чем однолетники;

- долговечны практически в пределах любых периодов, пока декоративные комплексы, в состав которых они входят, еще выполняют в целом свое назначение и обеспечиваются минимальным уходом;

- обладают большим разнообразием декоративных возможностей по габитусу растений, окраске их цветов, листвы, плодов;

- имеют большой диапазон экологических свойств как жизненной формы, что значительно расширяет возможности их применения в самых разнообразных условиях озеленения.

В данном сообщении анализируется флора широколиственных лесов Южного Дагестана для выявления травянистых многолетников наиболее перспективных в качестве декоративных. Достижение этой цели обеспечивалось решением следующих задач:

1. Установление таксономического состава дикорастущих травянистых многолетников широколиственных лесов.

2. Разработка и практическое применение шкалы для оценки перспективности травянистых многолетников в качестве декоративных.

3. Интегрированная оценка и фенологическая характеристика выявленных декоративных травянистых многолетников.

Спектр жизненных травянистых растений широколиственных лесов Южного Дагестана разнообразен, что является показателем древности и фитоценотической устойчивости данных лесных сообществ, в которых за счет экологической гетерогенности видов и их морфологического разнообразия достигнуто более полное использование среды.

Рекомендуемые нами в ассортимент растений перспективных для ландшафтного дизайна лесные многолетники, следует выращивать в условиях соответствующих их природному экотопу, т.е. под пологом деревьев, особенно листопадных, где имеется необходимое затенение и рыхлые не задернованные почвы. При этом можно ожидать, что жизненные формы растений не изменятся, сохранятся присущие видам способы размножения.

Для испытания лесных многолетников в условиях культуры нами разработана система комплексной оценки видов по пяти показателям (табл. 1).

Таблица Оценки перспективности декоративности травянистых многолетников Балл Показатель 3 2 Плодоношения или Семенное или споровое размножение Регулярное, самосев Нерегулярное, самосев спороношения нет Вегетативных зачатков 3 и Вегетативного Вегетативное размножение Вегетативных зачатков 1- более размножения нет Габитус Декоративность высокая Декоративность средняя Декоративность низкая Продолжительность цветения 30 и более дней 20-30 дней до 20 дней или отсутствует Повреждаемость болезнями и Повреждения редкие, не Повреждения массовые, Не повреждается вредителями массовые ежегодные Из 88 видов исследуемой группы растений в соответствии с принятой методикой 61 вид (69,32%) относится к очень перспективным. Из числа очень перспективных 3 вида (3,41%) имеют по 15 баллов, 12 видов (13,64%) имеют по 14 баллов, 16 видов (18,18%) имеют по 13 баллов. К перспективным относятся 27 видов или 30, 68% от общего количества. Среди последних по 11 баллов перспективности для культуры имеют 17 видов (19,32%), по 10 баллов имеют 10 видов или 11,36%.

Среди декоративных многолетников лесов Южного Дагестана можно выделить три группы по срокам весеннего отрастания:

1. Ранние – отрастают одновременно с освобождением земли от снега или, даже, находясь еще под снегом.

Это виды родов Scilla L., Corydalis Medic., Primula L.и др.

2. Средние – отрастают несколько позднее, но до начала распускания листьев на основных лесообразующих породах (бук и граб). К данной виды родов Arum L., Dentaria L., Ficaria Guett, Salvia L. и т.д.

3. Поздние – отрастают одновременно с распусканием почек на буке и грабе или позже. Поздним отрастанием характеризуются в основном папоротники и ряд цветковых растений.

По нашим наблюдениям растения травянистого яруса этих лесов могут быть отнесены к пяти феноритмотипам:

А. Виды, вегетирующие неполный вегетационный период: 1 - эфемероиды (А-1), которые вегетируют с начала весны до начала лета;

2 - гемиэфемероиды (А-2), которые вегетируют с начала весны до середины лета.

Б. Виды вегетирующие полный вегетационный период: 3 - весенне-летнезеленые (Б-3), которые вегетируют с весны до начала осени;

4 весенне-летне-осеннезеленые (Б-4), которые вегетируют с весны до установления снежного покрова.

В. Виды, сохраняющие способность к вегетации в течение всего года: 5 - весенне-летне-зимнезеленые (В-5).

Наибольшим числом видов представлены сложноцветные (10 видов), губоцветные (7 видов), лилейные, бобовые, фиалковые (по 5 видов). Остальные семейства включают от 1 до 4 видов.

Интенсивный рост и цветение эфемероидов, к которым нами отнесено 7 видов травянистых многолетников, приходится на весенний световой период. Это светолюбивые растения, обладающие сравнительно низкими температурными оптимумами фотосинтеза, позволяющими им расти при пониженных температурах ранней весной до начала интенсивного роста древесно-кустарникового яруса. Продолжительность вегетации эфемероидов может меняться по годам довольно значительно (от 45 до 100 дней). Эти колебания определяются как датой начала роста (связанной со сходом снега), так и датой окончания вегетации, которая наступает позже в условиях холодной и влажной весны и раньше после жаркой и сухой весны. Кроме того, длительность вегетации эфемероидов зависит от их видовых особенностей: она наименьшая у видов рода хохлатка (40-45 дней) и наибольшая у видов рода пролеска (60-100 дней).

Гемиэфемероиды близки по своим характеристикам к эфемероидам, но более теневыносливы. Вегетация гемиэфемероидов начинается при низких положительных температурах. В июле у них отмечается пожелтение листьев, а к началу августа завершается сезонная вегетация. В годы с засушливым маем-июнем вегетация гемиэфемероидов заканчивается даже к концу июня. Плодоношение этих растений наступает в условиях летнего затенения. По своему внешнему облику (крупные темно-зеленые, относительно тонкие листья) гемиэфемероиды относятся к теневым мезофитам. Среди декоративных растений широколиственных лесов Южного Дагестана мы выделяем 8 видов растений относящихся к данной экологической группе.

Растения, вегетирующие летом, составляют основу травянистого яруса в большинстве широколиственных лесов. Многие из них относятся к теневыносливым и тенелюбивым растениям, интенсивно использующим световой и полутеневой периоды для роста и накопления запасных веществ, а летом они тратят накопленные в начале вегетации запасы, так как в это время фотосинтез держится на низком уровне. Эти виды, как правило имеют облик типичных теневых растений – листья крупные тонкие, не опушенные темно-зеленые. Весенне-летнезеленые растения, к которым отнесено больше всего видов исследуемых травянистых растений (44 вида), начинают отрастание в разных температурных условиях в разные сроки, но окончание их вегетации наступает в близкие сроки, как правило, в конце октября или в начале ноября. Жизнедеятельность весенне-летнезеленых видов протекает в основном в условиях теневой фазы. Многие из них являются тенелюбивыми растениями. На свету у них наблюдается хлороз листьев. Растения данной экологической группы отличаются низким и равномерным ходом фотосинтеза в течении всего лета, что определяет их продолжительный и медленный рост.

Весенне-летне-осеннезеленые растения по численности занимают второе место. К этой группе нами отнесено 25 видов. Они начинают вегетацию в разные сроки весны, а осенью уходят под снег зелеными. В мягкие зимы многие из них сохраняют зеленые листья до весны. Однако в основном их листья отмирают в течение зимы. Продолжительность вегетации весенне-летне-осеннезеленых растений лимитируется длиной вегетационного периода. В течении одного вегетационного периода некоторые из этих растений образуют по две генерации листьев и отличатся медленным, длительным ростом.

Весенне-летне-зимнезеленых среди наших растений 4 вида. Это биологически вечнозеленые растения, т.е.

несущие ассимилирующие органы в течение всего года. Вегетация этих растений продолжается от снега до снега. Их жизнедеятельность основывается на высоком весеннем и низком летнем фотосинтезе. У растений с зимующими листьями, как правило, это теневыносливые растения, продуктивность весеннего фотосинтеза определяется деятельностью перезимовавших листьев;

высокий фотосинтез отмечается у молодых листьев, развивающихся в полутени, а в остальное время для них характерен низкий уровень фотосинтеза.

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ СПИСОК ОБЛИГАТНЫХ ГАЛОФИТОВ ПРИМОРСКОЙ НИЗМЕННОСТИ ДАГЕСТАНА ТЕЙМУРОВ А.А., МИРЗАЕВ Д.М., ГИДУРИМОВА П. М.

Дагестанский государственный университет, Махачкала, Россия Институт прикладной экологии Республики Дагестан, Махачкала, Россия Для почвенного покрова Приморской низменности характерны избыточно засоленные почвы, сформировавшиеся на глинистых соленосных отложениях, которые сохранились после верхнеплиоценовых и четвертичных трансгрессий Каспия. Проявляя целый ряд специфических свойств, к которым в первую очередь следует отнести состав и высокую концентрацию солей в почвенном растворе, оказывающих более или менее выраженное влияние на рост и развитие растений, на таких почвах формируются сообщества галофитов – уникальной экологической группы растений. Экологические особенности галофитов вырабатываются в условиях ими же создаваемой фитосреды и самого тесного взаимодействия с косной средой. Ведущая роль принадлежит почве, механическому составу ее генетических горизонтов, водному и солевому режимам, глубине залегания грунтовых вод, сезонности их восходящих капиллярных токов, а в годы достаточного избыточного поверхностного увлажнения и более интенсивных нисходящих токов.

Избыточная засоленность почв отчетливо отражается на видовом составе растений. Именно на засоленных почвах до сегодняшнего дня сохранились многие виды туранского и в целом восточно-древнесредиземноморского корня, представляющие значительный интерес с ботанико-географической точки зрения, являющиеся реликтовыми свидетелями истории формирования флоры региона, его растительного покрова.

Своеобразие растительного покрова засоленных почв издавна привлекало к себе внимание исследователей, изучавших растительный покров Приморского Дагестана. Однако, изучение флоры и растительности засоленных экотопов, как правило, проводилось попутно с исследованием почвенного и растительного покрова данной территории.

Ниже приводиться предварительный систематический список облигатных галофитов Приморской низменности, составленный по литературным источникам и нашим собственным полевым исследованиям.

Poaceae 1. Crypsis aculeata (L.) Ait.

2. Heleochloa schoenoides (L.) Host ex Roem 3. Heleochloa alopecuroides (Pill. et Mitt.) Host ex Roem.

4. Polypogon monspelianus (L.) Desf.

5. Trisetaria loflingiana (L.) Paunero 6. Gaudinopsis macra (Bieb.) Eig 7. Eragrostis collina Trin.

8. Sphenopus divaricatus (Gouan.) Reichenb.

9. Aeluropus pungens (Bieb.) C. Koch 10. Aeluropus littoralis (Gouan.) Parl.

11. Puccinellia distans (Jacq.) Parl.

12. Puccinellia bulbosa (Grossh.) Grossh.

13. Puccinellia poecilantha (C.Koch.) Grossh.

14. Puccinellia gigantea (Grossh.) Grossh.

15. Puccinellia fominii Bilyk 16. Puccinellia dolicholepis V.Krecz.

17. Pholiurus pannonicus (Host) Trin.

18. Elytrigia maeotica (Prokud.) Prokud.

19. Elytrigia obtusiflora (DC.) Tzvel.

20. Eremopyrum triticeum (Gaertn.) Nevski 21. Eremopyrum orientale (L.) Jaub. et Spach 22. Hordeum glaucum Steud.

23. Hordeum geniculatum All.

24. Aneurolepidium ramosum (Trin.) Nevski Cyperaceae 25. Schoenoplectus litoralis (Schrad.) Palla 26. Eleocharis uniglumis (Link) Schult.

27. Carex divisa Huds.

28. Carex melanostachya Bieb. ex Willd.

Juncaceae 29. Juncus maritimus Lam.

30. Juncus littoralis C.A. Mey.

Polygonaceae 31. Polygonum salsugineum Bieb.

32. Polygonum patulum Bieb.

Chenopodiaceae 33. Chenopodium polyspermum L.

34. Atriplex fominii Iljin 35. Atriplex aucheri Moq.

36. Halimione verrucifera (Bieb.) Aell.

37. Camphorosma monspeliaca L.

38. Bassia sedoides (Pall.) Aschers.

39. Bassia hyssopifolia (Pall.) O. Kuntze 40. Kalidium caspicum (L.) Ung.-Sternb.

41. Kalidium foliatum (Pall.) Moq.

42. Halostachys caspica (Bieb.) C.A. Mey.

43. Halocnemum strobilaceum (Pall.) Bieb.

44. Salicornia europaea L.

45. Suaeda confusa Iljin.

46. Suaeda microphylla Pall.

47. Suaeda dendroides (C.A. Mey.) Moq.

48. Suaeda physophora Pall.

49. Suaeda altissima (L.) Pall.

50. Suaeda prostrata Pall.

51. Suaeda salsa (L.) Pall.

52. Salsola soda L.

53. Salsola ericoides Bieb.

54. Salsola dendroides Pall.

55. Salsola australis R. Br.

56. Salsola paulsenii Litv.

57. Salsola laricina Pall.

58. Salsola incanescens C.A. Mey.

59. Salsola daghestanica (Turcz.) Lipsky 60. Climacoptera crassa (Bieb.) Botsch.

61. Anabasis aphylla L.

62. Petrosimonia oppositifolia (Pall.) Litv.

63. Petrosimonia triandra (Pall.) Simonk.

64. Petrosimonia brachiata (Pall.) Bunge 65. Petrosimonia glaucescens (Bunge) Iljin 66. Gamanthus pilosus (Pall.) Bunge Caryophyllaceae 67. Cerastium glutinosum Fries 68. Spergularia maritima (All.) Chiov.

69. Spergularia marina (L.) Griseb.

70. Spergularia rubra (L.) J. et Presl Brassicaceae 71. Lepidium crassifolium Waldst. et Kit.

72. Lepidium latifolium L.

73. Cakile euxina Pobed.

Fabaceae 74. Trifolium fragiferum L.

75. Trifolium bonannii C. Presl 76. Astragalus hyrcanus Pall.

77. Glycyrrhiza glabra L.

Peganaceae 78. Peganum harmala L.

Nitrariaceae 79. Nitraria caspica Willd.

Euphorbiaceae 80. Chamaesyce canescens (L.) Prokh.

Frankeniaceae 81. Frankenia hirsuta L.

82. Frankenia pulverulenta L.

Tamaricaceae 83. Reaumuria alternifolia (Labill.) Britten 84. Tamarix ramosissima Ledeb.

85. Tamarix meyeri Boiss.

Apiaceae 86. Astrodaucus littoralis (Bieb.) Drude 87. Prangos odontalgica (Pall.) Herrnst. et Heyn 88. Ferula caspica Bieb.

89. Ferula tatarica Fisch.

Limoniaceae 90. Goniolimon tataricum (L.) Boiss.

91. Limonium meyeri (Boiss.) O. Kuntze 92. Limonium caspium (Willd.) Gams 93. Limonium platyphyllum Lincz.

94. Psylliostachys spicata (Boiss.) Lincz.

Gentianaceae 95. Centaurium spicatum (L.) Fritsch.

Scrophulariaceae 96. Dodartia orientalis L.

97. Plantago salsa Pall.

98. Plantago tenuiflora Waldst. et Kit.

99. Plantago coronopus L.

Asteraceae 100. Galatella pastuchovii (Kem.-Nath.) Tzvel.

101. Tripolium vulgare Nees 102. Pyrethrum achilleifolium Bieb.

103. Artemisia austriaca Jacq.

104. Jurinea multiflora (L.) B. Fedtsch.

105. Serratula erucifolia (L.) Boriss.

106. Centaurea caspia Grossh.

107. Scorzonera parviflora Jacq.

108. Scorzonera pusilla Pall.

109. Lactuca saligna L.

Представленные в данном списке 109 видов галофитов входят в состав 65 родов и 19 семейств. К наиболее крупным семействам относятся Chenopodiaceae (34 вида), Poaceae (24 вида), Asteraceae (10 видов). Суммарно на долю этих трех семейств приходится более 60% видового состава. Показательно высокое положение в приведенном спектре семейства Chenopodiaceae, представители которого являются характерным компонентом растительного покрова засоленных местообитаний.

МОРФОЛОГО-АНАТОМИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ТРАВЫ ЛАПЧАТКИ БЕЛОЙ POTENTILA ALBA L., ИНТРОДУЦИРОВАННОЙ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ ТХАМОКОВА Ф.К., МЕЛИК-ГУСЕЙНОВ В.В.

Пятигорская государственная фармацевтическая академия, Пятигорск, Россия Клиническими исследованиями было установлено, что лапчатка белая эффективно снижает повышенный уровень гормонов щитовидной железы – тироксина (Т4) и трийодтиронина (Т3), что выгодно е отличает от других видов лапчаток (Дикорастущие …, 2001;

Захария, 1997).

Трава лапчатки белой содержит иридоиды, сапонины, фенолкарбоновые кислоты, флавоноиды (рутин), дубильные вещества до 6%. В листьях обнаружены фенолкарбоновые кислоты и их производные (n-кумаровая, эллаговая кислоты), флавоноиды (кверцетин, кемпферол, цианидин) (Биологически активные …, 2001;

Гриценко и др., 1977;

Мелик-Гусейнов, 2011).

В народной медицине Белоруссии принимают отвар травы лапчатки белой при опущении матки, болезненных месячных. Порошком из сухой травы лечат нарывы, фурункулы, карбункулы, абсцессы (Приходько, 1976;

Растительные …, 1987, 1996).

Естественные запасы л. белой в РФ ограничены, а во флоре Северного Кавказа растение вообще не представлено (Флора…,Т.10, 2001), что и послужило причиной интродукционных исследований данного вида в условиях ботанического сада г. Нальчика Кабардино-Балкарского государственного университета (КБГУ).

Первая партия интродуцентов была представлена нам Центральным Ботаническим садом АН (г.Москва) в 2009 г. С этой партии и начались наши интродукционные исследования на базе Ботанического сада КБГУ.

С травой интродуцента были проведены морфолого-анатомические исследования с целью определения основных диагностических признаков лекарственного растительного сырья.

Морфологическое исследование.

Интродуцент представлял собой травянистое растение высотой 10-25 см, с мощным горизонтальным маловетвистым корневищем, покрытым многочисленными мелкими придаточными корнями.

Побеги многочисленные, восходящие, тонкие, опушенные. Опушение образовано прижатыми шелковистыми волосками. Цветоносы 2-5 цветковые короче черешков листьев. Прикорневые листья пальчато-сложные, черешковые, с прилистниками, расположенными в основании черешка. Прилистники имеют темно-бурую окраску, с ланцетными острыми ушками.

Стеблевые листья сильно редуцированы, с мелкими яйцевидно-ланцетными прилистниками, листочки продолговато-ланцетные, клиновидно суживающиеся к основанию, на верхушке с немногочисленными острыми прилегающими зубчиками, сверху практически голые, снизу шелковисто-прижато-волосистые.



Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 | 24 |   ...   | 28 |
 










 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.