авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«Материалы международной научно-практической конференции «Бактериофаги: Теоретические и практические аспекты применения в медицине, ветеринарии и пищевой ...»

-- [ Страница 3 ] --

В первых пробах (2 часа и 4 часа) при использовании 1 модели: штамм №105 – РS-2 – фага не обнаружено, а в модели 2: штамм №465 – РS-1 – количество фага в органах значительно меньше по сравнению с контрольными образцами. Однако к 20 часам картина кардинально меняется: в модели 1 наблюдается накопление фаговых частиц во всех исследуемых органах до концентрации 5-7 104 б.о.е./г ткани, а в модели 2 - найдены во всех исследуемых органах, Таблица 3 - Распределение бактериофагов по органам цыплят.

Кол-во бактерифагов в органах (б.о.е./г) Органы цыплёнка 2 часа 4 часа 6 часов 8 часов 20 часов Контрольная группа птиц кишечник 103 103 7,0 103 103 4,0 печень 102 53 10 10 селезёнка 102 - - - Группа птиц предварительно инфицированная РS-2 (модель1) кишечник - - 3,0 102 4,0 103 6,2 печень - - - 103 2,0 селезёнка - - - 102 2,6 Группа птиц предварительно инфицированная РS-1 (модель2) кишечник 102 102 102 3,6 102 2,0 печень - - 102 3,0 102 3,0 селезёнка - - - 40 Бактериофаги в медицине и ветеринарии но с меньшей концентрацией - до 1-3 104 б.о.е./г. Результаты представлены в таблице 3.

Заключение. При введении препарата бактериофага цыплятам методом выпаивания бактериофаг обнаруживается в органах цыплёнка через 2 часа, постепенно выводится из тка ней органов и через 20 часов остаётся только в кишечнике. При заражении птицы сальмо неллой бактериофаги концентрируются и размножаются в тканях печени, в селезенке и в ки шечнике. Значительное увеличение концентрации бактериофага к 20 часам показывает, что в органах идет размножение на специфичных бактериях патогена.

Библиографический список 1. Скобликов Н.Э. КубГАУ, №78(04), 2012г.

2. Антибиотикорезистентность сальмонелл, выделенных у домашних голубей / Н.В.

Пименов, Н.В. Данилевская. - // Ветеринария. - 2006. - № 9. - С.20-24.

3. Бактериофаги: биология и практическое применение / под ред. Э. Каттер, А. Сулак велидзе. – М.: Научный мир, 2012. –640 с.

4. Бобылева Г.А. Состояние и перспективы развития отрасли птицеводства// VI Межд.

ветер. конгр. по птицев.(апрель 2010 г., М.).-М., 2010.- С.7-14.

5. Мельникова А.А. III Межд. Ветер. Конгр. по птицев, (апрель 2007г), Москва.

6. Методики клинических лабораторных исследований: Справочное пособие. Том 3.

Клиническая микробиология / под ред. В.В. Меньшикова. – М.: Лабора, 2009. – 880 с.



7. Эпидемиологический надзор за сальмонеллезной инфекцией. Методические реко мендации (Рачковская Ю.К., и др.) – Л., 1987.- 26 с.

8. Цыганова C.B. Выделение бактериофагов против возбудителей бактериальных бо лезней птиц и изучение их биологических свойств: авт. дисс. канд. вет наук.- СПб, 2009. - 23 с.

PHARMACOKINETIC STUDIES OF SALMONELLA PHAGES IN CHICKEN CROSS AZI Pugachev V.G., Totmenina O.D., Timakova O.I., Agienko A.I., Leonov S.V., Seliverstova N.A., Yushkov Yu.G.

Key words: baterophage, Samonea, poutry, phagotherapy The stuy nvestgate the strbuton of phages to organs an tssues of a hken after unnfete an nfete wth Samonea brs were fe wth a suspenson of baterophage.

The resuts showe that the phages an quky sprea to organs of hken wth the ora way of ntrouton an grauay sappear n the absene of batera to mutpy. After 20 hours phage partes reman ony n the ntestnes. In the ase of nfeton wth Samonea baterophages are onentrate an mutpy n the tssues of the ver, the speen, an n the ntestnes. A sgnfiant nrease n the onentraton of baterophage to 20 hour shows that mutpaton of phages n the spefi pathogen batera wthn the organs of nfete hkens s ourre.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии CREATING A WWWW COLLECTION OF THERAPEUTIC BACTERIOPHAGES ACTIVE AGAINST GLOBAL BACTERIAL INFECTIONS Rakin A., Max von Pettenkofer-Insititut, LMU, Munich, Germany Bacteriophages are natural predators of bacteria also those pathogenic to humans. Phages outnumber bacteria at least tenfold and are the most abundant life form on the Earth. Typically phages are highly specific and demonstrate narrow host ranges oftheir lytic activity restricted to single bacterial clones. Phages together with the sensitive bacteria form predator-prey pairsinevolutionary arms racethat tends to keep the populations of both species in unbalanced equilibrium. Thus phages and bacteria must have a history of previous contacts and interactions and physically close to each other. Accordinglyphages isolated in certainplaces may not be active against bacterial strains isolated from the other locations simply due to the fact that they do nothave such a history of previous interactions. n the other hand, if bacteria from one part of the globe are successfully attacked by the phages isolated from the other part, this meanseither a global dissemination of the bacterial-phage pair or an extremely wide phage host range due to commonly used receptors.

We have tested the sensitivity of 65 clinical bacterial pathogens including MRSA, multiple resistant Pseudomonas aeruginosa, Acinetobacter baumanii and Klebsiella pneumoniae, carbapenem resistant Escherichia coli and Enterobacter cloacae, as well as vancomycin resistant Enterococcus faecium isolated in Singapore hospitals against a collection of the corresponding resident bacteriophages isolated from the waste waters of Munich. Although some specieslike MRSA and Pseudomonas demonstrated 80% and 90% sensitivity to the locally isolated phage preparations, respectively;

80% Kl. pneumonia and 80% E. coli were resistant to the corresponding phages. Moreover all tested Acinetobacter and E. cloacae strains were resistant to the phages previously isolated in Germany.





We have used different water samples from Munich waste water collectors to isolate phages active against the phage-resistant bacteria isolated in Singapore. We have successfully isolated lytic phages to the representatives of each group of the pathogenic bacteria. The phages demonstrated different host ranges and activities. The DNAs of the collected lytic bacteriophages were NG sequenced, their genomes assembled and compared to the phage DNAs presented in the available public databases. Such detailed characterization of the therapeutic bacteriophages allow us covering both potential threats present in the phage genomes and epidemiological and evolutionary linkages of these abundant life forms.

Thus, Munich waste waters already contain phages active against bacterial cultures isolated in Singapore hospitals that make it possible to establish a representative well characterized “world wide” collection of therapeutic bacteriophages active against both locally and globally disseminated pathogenic microorganisms.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии УДК 579.842.23:578.1:575. МОЛЕКУЛЯРНОЕ ТИПИРОВАНИЕ (RAPD-АНАЛИЗ) ДНК СОДЕРЖАЩИХ БАКТЕРИОФАГОВ ПАТОГЕННЫХ ИЕРСИНИЙ Романова Л.В., доктор биологических наук, с.н.с., alexvod@gmail.com Мишанькин Б.Н., доктор медицинских наук, вед.н.с.

Кудрякова Т.А., доктор медицинских наук, вед.н.с., Бородина Т.Н., Македонова Л.Д., Гаевская Н.Е., Качкина Г.В.

ФКУЗ Ростовский-на-Дону научно-исследовательский противочумный институт Роспотребнадзора Ключевые слова: ДНК-содержащие бактериофаги, универсальные праймеры, одно праймерная ЦР (RAPD-анализ), генотипиеская характеристика бактериофагов иерсиний оказана возможность применения метода О-ЦР (RAPD-анализ), для генотипи еской характеристики ДНК-содержащих бактериофагов патогенных иерсиний. одбор оп тимального набора праймеров будет способствовать углубленному анализу фагов на межви довом и внутривидовом уровнях.

Введение. Одной из основных проблем медицинской микробиологии, имеющей те оретическое и практическое значение, является разработка новых методов диагностики и дифференциации возбудителей бактериальных и вирусных инфекций, которые позволили бы установить источник инфекции, изучить механизмы и пути передачи возбудителя, резервуары и ареалы его распространения. Использование в эпидемиологическом анализе рутинных ме тодов диагностики и типирования возбудителей, основанных на выявлении фенотипических признаков, часто неэффективно. Тогда как молекуляро-биологические методики позволяют надежно устанавливать степень гомологии или, наоборот, расхождения между отдельными микроорганизмами. Открытие ПЦР [1], ее внедрение в практику микробиологических и осо бенно эпидемиологических исследований внесли огромный вклад информации в этой области.

Обычно классический метод ПЦР предусматривает амплификацию ДНК с использованием специфических олигонуклеотидных праймеров. Однако, существует и другой способ ампли фикации ДНК в ПЦР, это так называемая однопраймерная ПЦР (ОП-ПЦР) с использованием универсальных, или случайных (random), праймеров. В зарубежной литературе этот способ амплификации обозначают - RAPD (random amplified polymorphic DNA) [2,3,4,5,6]. Каждые из выбранных праймеров или их комбинация дают возможность обнаружить специфические микролокусы в геноме изолята, которым свойственна различная степень нуклеотидной измен чивости на внутри - и межвидовом уровне.

Классификация бактериофагов на данном этапе является сложным и одним из наибо лее трудных разделов современной биологии, так как бактериальные вирусы имеют эволюци онно выработанные, присущие им структурные и биологические особенности. Современный этап развития систематики бактериофагов характеризуется расширением круга таксономиче ских подходов, созданием системы, основанной на данных молекулярной биологии. Поэтому для повышения достоверности при выявлении тонких внутривидовых различий между фагами может оказаться полезным использование новых молекулярно-биологических методических приемов.

Материалы и методы исследований. В своих исследованиях по генотипированию возбудителей особо опасных заболеваний и их бактериофагов мы использовали преимуще ственно однопраймерный вариант ПЦР и следующий набор универсальных праймеров: Ap Бактериофаги в медицине и ветеринарии – GTG GAT GCG A [7], 45 – TGA CCG GCA GCA AAA TG [3], 2 –ATT GCG TCC A [8], pUC/ M13 [9].

Исследовали ДНК следующих бактериофагов: 1030, 1055 (выделены из Y.pestis), 12253, 10623, 2339 (выделены изY.pseudotuberculosis), 5531, 43, 12374, 826, 1998, 5423, 19 (вы Y.pseudotuberculosis),.pseudotuberculosis), pseudotuberculosis), ), делены изY.enterocolitica). ДНК фагов изолировали, как описано [10]. Качество нативной ДНК и результаты ПЦР контролировали электрофорезом в 5 %-ном полиакриламидном геле в ап парате для электрофореза типа «Midget» (Hoefer Scientific Instrument, США) в присутствии маркеров, представляющих собой смесь MspI-гидролизата плазмидной ДНК pUC19 и PstI гидролизата ДНК фага l.

Амплификацию проводили на амлификаторе «Терцик» производства «ДНК Технология» (Москва) в следующем режиме: 940С (денатурация) - 15 сек;

420С (отжиг) – сек;

720С (синтез) – 15 сек (всего 40 циклов). Инкубационная смесь (15мкл) для ПЦР содержа ла 20 mM трис-HCl, рН 8,6;

7mM MgCl2;

10 mM (NH4)2S4;

0,5mM EDTA;

100 мкг/мл бычьего сывороточного альбумина, по 250 мкМ каждого из дезоксинуклеозидтрифосфатов (Serva), 0,1 1 мкМ соответствующего праймера, 2 ед. Taq-полимеразы и 1-10 нг ДНК исследуемого фага.

Результаты исследований и их обсуждение. Исследования показали, что использо ванные праймеры оказались способны амплифицировать последовательности хромосомной ДНК исследуемых бактериофагов и образовывать ПЦР - профили в виде фрагментов ДНК количеством от 15 до 2 и размером от 1650 до 170 п.н. (Рис.1,2).

При использовании праймера АР7 (Рис.1) наблюдали следующее: картины распреде ления фрагментов ДНК чумных и псевдотуберкулезных фагов очень похожи как по их числу (примерно 11-12, в диапазоне 1650-100 п.н.), так и по интенсивности свечения полос. Имеются небольшие различия в картине амплификации ДНК псевдотуберкулезных фагов – у фага нет одной из сдвоенных полос в районе 690 п.н., присутствующей у фагов 12253 и 2339. Что касается амплификации ДНК фагов Y.enterocolitica, то для каждого вида наблюдали свою ему присущую картину распределения фрагментов. Диапазон полос распределялся от 1450 до п. н. с различной интенсивностью свечения.

1 2 3 М1 4 5 М 1 6 7 8 9 10 11 Рис. 1. Амплификация ДНК бактериофагов патогенных видов иерсиний с прай мером АР7: М –маркер молекулярных весов (М1 – Bg I-гидролизат ДНК фага );

дорожка 1 – ДНК фага12253;

2 -10623;

3 -2339 (выделены из Y.pseuotuberuoss);

4 - 1030;

5 -1055 (выделены из Y.pests);

6-5531;

7-43;

8-12374;

9-826;

10-1998;

11-5423;

12- 19 (выделены изY.enteroota).

Бактериофаги в медицине и ветеринарии При использовании в амплификации праймера 45 (Рис.2) ДНК псвдотуберкулезных фагов давала большее количество ампликонов, чем в случае Ар7 – их было 14-15.

Картина ам плификации у трех изученных видов почти одинаковая с небольшими различиями по минор ным полосам, кроме того у фага 10623 наблюдали сдвоенную интенсивно светящуюся полосу в районе 500 – 400 п.н. Картина распределения ампликонов чумных фагов резко отличалась от таковой как для псевдотуберкулезных фагов, так и внутри вида. Ампликон фага 1030 отличал ся от ампликона фага 1055 по следующим признакам – у 1055 наблюдаются мощные полосы в районе 780 и 404 п.н., у 1030 присутствует фрагмент размером 1140 п.н., которого нет у 1055, также у 1030 имеются минорные полосы в районе 210 и 186 п.н., которых нет у ДНК фага 1055. Амликоны ДНК фагов выделенных от Y.enterocolitica сильно отличаются от амликонов чумных и псевдотуберкулезных фагов (как по картине распределения фрагментов, так и по ин тенсивности свечения полос). Каждый фаг внутри вида имеет свою индивидуальную картину распределения полос. Например, у фага 5429 наблюдали только одну мощную полосу в районе 1140 п.н., а у фага 19 фрагментов было 10 в диапазоне 1250-210 п.н.

1 2 3 4 5 6 7 М1 8 9 10 М 11 12 М Рис. 2. Амплификация ДНК бактериофагов патогенных видов иерсиний с прай мером 45: М –маркер молекулярных весов (М1 – Bg I-гидролизат ДНК фага, М2- HnIII- ги дролизат ДНК фага );

дорожка 1-5531;

2-43;

3-12374;

4-826;

5-1998;

6-5423;

7- 19 (выделены изY.enteroota);

8–ДНК фага12253;

9 -10623;

10 -2339 (выделены из Y.pseuotuberuoss);

11 - 1030;

12 -1055 (выделены из Y.pests).

Амплификация с праймером 2 и pUC/M13 (данные не представлены) выявила та /M M кие же различия между чумными, псевдотуберкулезными фагами и фагами, выделенными из Y.enterocolitica. Чумные и псевдотуберкулезные фаги сильно отличаются по числу амплифи.enterocolitica.

enterocolitica.

.

цированных фрагментов (у первых их много меньше -4-5 к 10-11). Кроме того, псевдотуберку лезные фаги 12253 и 10625 отличаются от фага 2339 по числу ампликонов – у последнего их больше -11.

Заключение. Таким образом, проведена генотипическая характеристика (паспорти зация) каждого из изученных изолятов и выявлены различия на видовом и внутривидовом уровнях, которая проявляется в различной картине ПЦР ампликонов. Исследование показа ло возможность применения ОП-ПЦР для углубленной генотипической характеристики ДНК бактериофагов различных видов патогенных иерсиний, что, возможно, позволит уточнить таксономию ряда новых фагов, имеющих сходный цикл развития, морфологию и антигенную структуру, и предложить новый подход к их классификации и идентификации. Дальнейшие исследования по генотипированию фагов с использованием праймеров различной длины будут Бактериофаги в медицине и ветеринарии способствовать подбору оптимальных вариантов набора праймеров для проведения углублен ного анализа фагов на межвидовом и внутривидовом уровнях.

Библиографический список 1. Mullis K.B., Faloona F.A. Specific synthesis of DNA in vitro via a polymerase-catalyzed chain reaction // Methods Enzymol. - 1987. - Vol.155. - P. 335-350.

2. Williams J.G.K., Kubelik A.R., Livak K.J. et al. DNA polymorphisms amplified by arbi trary primers are useful as genetic markers // Nucl. Acids Res. - 1990. - Vol.18. - P. 6531-6535.

3. Булат С.А., Кабоев О.К., Мироненко Н.В. Полимеразная цепная реакция с универ сальными праймерами для изучения геномов // Генетика. - 1992. -Т. 28, №5. - С. 19-28.

4. Lin M., Payhe D.A., Schwaez J.R. Intraspecific divercity of Vibrio vulnificus in Galveston Bay wate and uster as determined by randomly amplified polymorphic DNA PCR // Appl. Environ.

Microbiol. - 2003. - Vol.69, N.6. - P. 3170-3175.

5. Лукин Е.П., Воробьев А.А., Малеев В.В., Быков А.С.Лукин, Е.П. Молекулярно-ге нетическое разнообразие риккетсий // Журн. микробиол., эпидемиол. и иммунобиол. - 2006.

- №1. - С. 92-99.

6. Викторов Д.В., Захарова И.Б., Меринова Л.К., Алексеев В.В. Молекулярное типи рование штаммов Burkholderia pseudomallei с различной чувствительностью к антибиотикам // Мол. генет., микробиол. и вирусол. - 2006. -№1. - С. 7-11.

7. Marticocian G., van Belkum W., van Lecuwen А. et al. PCR ribotyping and arbitrarily primed PCR for the comparison of enterotoxigenic Bacteroides fragilis strains from two Polish uni versity hospital // Clinic.Microbiol. Infect.- 1997.- Vol.3.- N.1.- P.102-106.

8. Berche P., Poyart C., Abachin E. et al. The novel epidemic strain 139 is closely related to the pandemic strain 1 of Vibrio cholerae // J. Infect. Dis. -1994. - Vol.170. - N.3. - P. 701-704.

9. Валидов Ш.З., Панькова Н.В., Козлова Е.В. и др. Схема быстрого выделения и идентификации Lactobacillus plantarum с использованием НП-ПЦР// Микробиология.-1998. Т.67,№3.-С.384-390.

10. 10. Yamamoto K.R., Alberts B.M., Berzinger R., Lawhorne L., Treiber G. Rapid bacte riophage sedimentation in the presence of polyethylene glycol and its application to large-scale virus purification // Virology. - 1970. - Vol.40, N.3. -P. 734-744.

MOLECULAR TYPING (RAPD-ANALISIS) OF PATOGENIC YERSINIA DNA-CONTAININGE BACTERIOPHAGES Romanova L.V., Mishankin B.N., Kudriakova T.A., Borodina T.N., Makedonova L.D., Gaevskaya N.E., Kachkina G.V.

Key words: DNA-ontanng baterophages, ranom prmers, one-pramer PR (RAPD anass), genotype haraterst of yersna baterophages A omparson anayss of the genomes of DNA-ontanng yersna baterophages has been arre out usng one-prmer PR (RAPD - anass). It was shown that one-prmer PR an be use for the genotype haratersts of the DNA-ontanng baterophages. The seeton of the optmum prmer set wou prove the progress n the nterspees an ntraspees stuy of the phages.

Rostov-on-Don Pague ontro Researh Insttute, Rostov-on-Don, 344002, M. Gorkogo, 117/40.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии УДК 619: ОПЫТ ПРИМЕНЕНИЯ НЕТРАНСДУЦИРУЮЩИХ БАКТЕРИОФАГОВ ДЛЯ ПРОФИЛАКТИКИ И ТЕРАПИИ КИШЕЧНОГО ЭШЕРИХИОЗА СВИНЕЙ Скобликов Н.Э., кандидат медицинских наук ГНУ Северо-Кавказский научно-исследовательский институт животноводства Россельхозакадемии (СКНИИЖ) тел. 8(918)4989891, skoblikow@yandex.ru Зимин А.А., кандидат биологических наук ФГБУН Институт биохимии и физиологии микроорганизмов им.Г.К.Скрябина РАН (ИБФМ РАН) 8(4967)730479, zimin@ibpm.pushchino.ru Ключевые слова: бактериофаги, трансдукция, колибактериоз, свиньи, биобезопас ность, фаготерапия,фагопрофилактика роведено сравнительное исследование разлиных схем применения нетрансдуциру ющих фагов для поросят с пост-отъёмным синдромом в целях повышения сохранности по головья, сокращения продолжительности протекания пост-отъёмной диареи, улушения по казателей динамики коли-титра. Установлено, то оптимальной схемой является их трёх кратное (с интервалом в три дня) применение в дозировке 1,01010 БОЕ на голову животным 28-дневного возраста.

Введение. Начиная с первой работы по изучению эффективности применения бакте риофагов в лечении эшерихиозной диареи свиней [1], опубликовано значительное количество исследований, посвящённых исследованиям фаготерапии инфекций, вызванных представите лями семейства Enterobateraeae и вида Esherha coli в частности [2]. Несмотря на вы сокую эффективность бактериофагов в отношении данной группы возбудителей [3], на пути широкого распространения бактериофагов возникает ряд проблем, среди которых одной из самых серьёзных является их способность к трансдукции и изменению генетических свойств в сторону расширения арсенала факторов патогенности [4].

В медицине важность определения трансдуцирующего потенциала фагов [5] призна на одним из критериев отбора эффективных и безопасных бактериофагов [6], в то время как важность этого признака в аналогичных работах исследователей в области ветеринарии до по следнего времени обходили вниманием. Тем более, отсутствуют данные по изучению эффек тивности нетрансдуцирующих бактериофагов на моделях инфекций сельскохозяйственных животных.

Материалы и методы исследований. Получение препаративных количеств нетранс дуцирующих фагов, отобранных из обширной рабочей коллекции в ходе предыдущих работ, реализовывали с помощью методов биотехнологии. Всего было отобрано пять фагов. Для под бора оптимальной схемы применения n vvo был взят один фаг (условный лабораторный № 3), выделенный из одного из природных водоёмов Приморского края, идентифицированный как фаг T4-типа семейства Myovrae, отрицательный по наличию гена ho (гена, кодирующего иммуноглобулиноподобный белок капсида).

После инкубации на культуре E.o B, фаг был сконцентрирован методом центифу гирования, в результате чего была получена опытная партия экспериментального фагово го препарата в виде взвеси фаговых частиц. Титр фага определяли методом агаровых слоёв Бактериофаги в медицине и ветеринарии контрольным высевом на культуру чувствительного штамма E.coli, измеряя его в количестве бляшкообразующих единиц (БОЕ) на мл взвеси. Концентрация фага в полученных таким об разом экспериментальных препаратах колебалась в пределах от 1,0109 до 1,41010 БОЕ/мл.

Опыт n vvo был проведён на поросятах породы СМ-1. Были сформированы 7 групп животных (по 30 голов в каждой группе), отличающиеся по возрасту первого приёма экспе риментального фагового препарата: группы №№ 1-2 – на 28-й день, группы №№ 3-4 – на 19-й день, группы №№ 5-6 – на 10-й день. В состав группы № 7 (контрольной) входили гнёзда с поросятами всех возрастов. Животным групп №№ 1-6 вводился экспериментальный фаговый препарат per os из расчёта 1,01010 БОЕ (группы №1, №3, №5) на голову и 1,0109 БОЕ (груп пы №2, №4, №6) на голову с периодичностью 1 раз в трое суток в течение 7 дней (всего по введения на голову) (таблица 1).

Таблица 1 - Схема опыта по выяснению оптимальной схемы применения экспе риментальных коли-фаговых препаратов для профилактики пост-отъёмного синдрома поросят (=30) № Дозировка препарата Возраст первого приёма Дни приёма препарата группы (БОЕ/гол) препарата 1 1,01010 28 дней 28 31 2 1,010 28 дней 28 31 3 1,010 19 дней 19 22 4 1,0109 19 дней 19 22 5 1,010 10 дней 10 13 6 1,0109 10 дней 10 13 7 0 Препарат вводили с помощью аппарата Шилова утром, вскоре после кормления ( – 1000). Общий период наблюдения за животными составил 10 дней. В течение всего периода эффективность фагового препарата оценивалась по сохранности поголовья в гнёздах, клини ческому состоянию поросят (сроку продолжительности диареи после отъёма) и лабораторным данным титра энтеробактерий в фекалиях поросят.

Результаты исследований и их обсуждение. При подборе оптимальных доз препа рата опирались на полученные ранее в предварительных опытах in vvo на мышах данные, согласно которым применение бактериофагов в титре не менее 105 на 1 грамм массы живот ного приводит к эффективной элиминации эшерихий из кишечника. При учёте того, что сред ний вес поросят-отъёмышей составил около 25 кг, необходимая доза препарата составила бы 2,5109 БОЕ на голову.

По результатам исследования по подбору оптимальной схемы введения (дозировка, возраст первого применения) экспериментального фагового препарата, выяснилось, что при менение фагов в возрасте 28-34 дней обеспечило 100-процентную сохранность в группах не зависимо от дозировки фага. В то же время, в группах, получавших фаг в возрасте 19-25 дней, сохранность (96,2 % и 96,8 %) не превышала контрольный показатель (96,0 %) (таблица 2).

Бактериофаги в медицине и ветеринарии Таблица 2 - Результаты опыта по выяснению оптимальной схемы применения экспериментальных коли-фагов ( = 30) Контролируемые параметры № коли-титр (lg КОЕ/г) сохранность дни* с группы в возрасте 31 в возрасте 34 в возрасте диареей (% выживших) дней дней дней 1 100,0 4,0 6,25±0,16 6,15±0,15 6,29±0, 2 100,0 3,0 6,43±0,33 5,89±0,52 6,13±0, 3 96,2 5,3 6,08±0,26 5,39±0,09 7,69±0, 4 96,8 5,7 6,43±0,13 5,94±0,21 6,82±0, 5 96,6 5,3 6,90±0,55 5,48±0,68 7,15±0, 6 100,0 6,3 6,94±0,03 6,33±0,43 7,53±0, 7 96,0 6,0 6,27±0,41 6,43±0,43 7,27±0, * – Колиество суток со дня отъёма (32-й день), в теение которых в группах наблю далась диарея Также выяснилось, что продолжительность периода диареи у животных почти у всех опытных групп сократилась по сравнению с контрольной группой (6 сут.). Наименьшей (3 – сут.) она оказалась у животных, получавших фаг в возрасте 28-34 дней. При этом стоит под черкнуть, что полностью избежать явления диареи не удалось ни в одной из опытных групп.

Что касается динамики коли-титра, то у всех групп, получавших фаг, отмечалось сни жение содержания E. o после отъёма (к 34-ому дню) с последующим ростом к 37-му дню, а у животных контрольной группы в периоде отъёма не отмечалось снижения содержания E. o на 34-й день.

Интересно, что динамика коли-титра животных опытных групп отличалась своеобра зием в зависимости от возраста первого применения фага. Так, у животных, получавших фаг в возрасте 10-16 и 19-25 дней, содержание E. o к 31-му дню более, чем на 0,5 порядка пре вышало этот показатель у других групп (включая контрольную). Эти же группы отличались значительным разбросом показателя коли-титра в течение периода наблюдения: значительным (до 5,39 lg КОЕ/г) снижением в возрасте 34-х дней и значительным (до 7,69 lg КОЕ/г) повы шением к 37-ому дню. Животные групп, получавших фаг в возрасте 28-34 дней, характеризо вались наименьшими (в пределах 0,10 – 0,54 lg КОЕ/г) колебаниями содержания E. o за весь период наблюдения. У животных этих же групп отмечались наименьшие показатели коли-ти тра к 37-му дню: более, чем на 0,69 lg КОЕ/г по сравнению с животными 3-й – 6-й опытных групп и на 0,84 – 0,98 lg КОЕ/г по сравнению животными контрольной группы. При этом раз личия показателей коли-титра на 37-й день у животных 1-й и 2-й групп были недостоверны.

Таким образом, оптимальной схемой применения фаговых препаратов являлось их трёхкратное (с интервалом в три дня) применение в дозировке 1,0109 БОЕ на голову жи вотным 28-дневного возраста. Применение фага в большей концентрации (1,01010 БОЕ на голову) оказывает менее выраженный эффект как на продолжительность протекания пост отъёмной диареи, так и на показатели динамики коли-титра. Применение фага в более ранние сроки также характеризуется меньшей эффективностью как по клинической картине, так и по лабораторно контролируемым параметрам.

Проведённое исследование позволяет сделать следующие выводы:

1. Оптимальной схемой применения нетрансдуцирующих фагов являлось их трёх кратное (с интервалом в три дня) применение в дозировке 1,0109 БОЕ на голову животным Бактериофаги в медицине и ветеринарии 28-дневного возраста.

2. Применение разрабатываемых нетрансдуцирующих фагов в большей концентрации (1,010 БОЕ на голову) или в более ранние сроки оказывает менее выраженный эффект как на продолжительность протекания пост-отъёмной диареи, так и на показатели динамики коли титра.

3. В кишечнике поросят в пост-отъёмном периоде наблюдается нарастание титра E.

coli в течение 5 дней после отъёма c 6,27 lg КОЕ/г до 7,27 lg КОЕ/г;

при этом на 8-й день отъёма может наблюдаться ауто-коррекция коли-титра до 6,85 lg КОЕ/г.

4. В кишечнике поросят в пост-отъёмном периоде наблюдается снижение содержания коли-фагов в течение 8 дней после отъёма c 5,53-6,08 lg БОЕ/г до 3,74-3,78 lg БОЕ/г.

Библиографический список 1. Zhang X., McDaniel A. D., Wolf L. E. et al. Quinolone antibiotics induce Shiga toxin encoding bacteriophages, toxin production, and death in mice // J Infect Dis. 2000;

181:664–670.

2. Johnson J R. Shigella and Escherichia coli at the crossroads: machiavellian masquerades or taxonomic treachery? J Med Microbiol. 2000;

49 :583–585.

3. Huff W. E., Huff G. R., Rath N. C. et al. Bacteriophage Treatment of a Severe Escherichia coli Respiratory Infection in Broiler Chickens // Avian Diseases, 2003, Vol. 47, No. 4, pp. 1399-1405;

4. Johnson J R. Shigella and Escherichia coli at the crossroads: machiavellian masquerades or taxonomic treachery? J Med Microbiol. 2000;

49 :583–585.

5. Saunders J. R., Allison H., James C. E. et al. Phage-mediated transfer of virulence genes // J. Chem. Technol. Biotechnol. 2001. 76:662–666;

6. Masatoshi Yoichi, Masatomo Morita, Katsunori Mizoguchi et al. The criterion for selecting effective phage for Escherichia coli 157:H7 control // Biochem. Engineering J. 2004. Vol. №19, pp.

221-227.

EXPERIENCE OF APPLICATION OF NON TRANSDUCING BACTERIOPHAGES FOR PROPHYLAXY AND THERAPY OF INTESTINAL COLIBACTERIOSIS OF PIGS Skoblikow N.E., Zimin A.A.

Key words: baterophages, transuton, obateross, pgs, boseurty, phage therapy, phage prophyaxy Reaze the omparatve stuy of varous shemes of usng the non-transung E. o baterophages for pgs wth post-weanng arrhea. It s estabshe that the optma sheme s to trpe (at ntervas of three ays) at a osage of appaton 1,0 1010 PFU /hea from the 28 ays of age.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии УДК 578.81:579. ПЕРСПЕКТИВЫ ПРИМЕНЕНИЯ БАКТЕРИОФАГОВ В ПРОФИЛАКТИКЕ И ЛЕЧЕНИИ НОЗОКОМИАЛЬНЫХ ОСЛОЖНЕНИЙ В ХИРУРГИИ Слободенюк В.В.*, кандидат биологических наук, prof-v-iprim@mail.ru Воропаева Е.А.*, кандидат биологических наук,, anaerob.lab@mail.ru Алешкин В.А.*, доктор биологических наук, профессор, (495)452-18-16, Афанасьев С.С.*, доктор медицинских наук, профессор, Караулов А.В.**, член-корреспондент РАМН, доктор медицинских наук, профессор,, (903) 572-60-26, drkaraulov@mail.ru Афанасьев М.С.**, доктор медицинских наук, (916) 685-52- *ФБУН «МНИИЭМ им. Г.Н. Габричевского» Роспотребнадзора ** ГБОУ ВПО Первый МГМУ им. И.М. Сеченова Минздрава России Ключевые слова: перитонит, бактериофаги, микрофлора, антибиотики.

еритонит, его классификация, оценка тяжести, леение - одни из самых насущных во просов современной хирургии. Осуществлен поиск и применение бактериофагов, активных про тив бактерий, выделенных из перитонеального экссудата пациентов с перитонитами. Изуена возможность применения комбинированного фагового препарата для профилактики и леения «нозокомиальных» перитонитов.

Введение. В подавляющем большинстве случаев перитонит является полимикроб ным заболеванием. При первичном перитоните, если источником перитонита является тол стая кишка, то, более чем в 90% случаев определяется аэробно-анаэробная ассоциация микро организмов;

если источником инфицирования является желудок или тонкая кишка, то такая ассоциация встречается значительно реже. Степень обсемененности брюшной полости четко коррелирует с длительностью течения перитонита. Исходный спектр микрофлоры перитоне ального экссудата при вторичном перитоните, характеризуется стабильным единообразием и преобладанием высоковирулентных грамотрицательных микроорганизмов. Нерациональное применение антибактериальных препаратов приводит к существенному изменению видового состава возбудителей перитонита. При отсутствии положительной динамики в течение пери тонита на протяжении 3-4 суток в ходе программируемых хирургических санаций брюшной полости практически у всех пациентов отмечалось увеличение удельного веса госпитальной микрофлоры, крайне высоко устойчивой к антибиотикам резерва. Каждый конкретный стаци онар характеризуется своим микробным пейзажем, однако, в последнее десятилетие многие авторы указывают на преобладание неферментирующих микроорганизмов среди госпиталь ных штаммов (ацинетобактеров и псевдомонад). За ними следуют клебсиеллы, эшерихии, эн терококки и бактероиды. Практически все нозокомиальные штаммы входят в состав нормаль ной микрофлоры кишечника человека.

Материалы и методы исследований. В проспективное исследование было включено 40 (21 мужчина и 19 женщин) пациентов с распространенным гнойным перитонитом, у кото рых в процессе лечения использовалась лапаростома. Основным критерием отбора больных было лечение путем наложения лапаростомы и проведение этапных санаций общим количе ством не менее 5. У всех пациентов Мангеймский индекс перитонита составил 25 баллов и более (31,6±3,7). Общая тяжесть состояния пациентов, оцениваемая по шкале SAPS II, была не менее 35 баллов (43,3±6,8). Выделение и идентификацию микроорганизмов проводили с при Бактериофаги в медицине и ветеринарии менением стандартных бактериологических методик. Чувствительность к антибиотикам опре деляли диско-диффузионным методом. Определяли чувствительность выделенных микро организмов к следующим фагам: Стафилококковый бактериофаг, Бактериофаг синегнойный жидкий, Коли-протейный бактериофаг, Интести-бактериофаг жидкий раствор, Пио-бактери офаг поливалентный, Клебсиллезный бактериофаг (ФГУП «НПО «Микроген» Минздравсоц развития России). Выявление «островков патогенности», как дополнительного критерия оцен ки вирулентности, выделенных микроорганизмов проводили методом ПЦР. Выбор «островков патогенности» для исследования был связан с основными этапами инфекционного процесса:

адгезия – гены, контролирующие синтез фимбрий Р типа (рарС и рарН), S типа (sfaA и sfaG), 1 типа (fimA) и бактериального адгезина интимина (еаеА ген), а также капсулообразование (kps);

размножение в тканях – rp2 ген, контролирующий синтез сидерофора, участвующего в транспорте железа внутрь клетки;

продукция токсических веществ: toxAgene (LTh) - термола LTh)) бильный энтеротоксин, estIa gene (ST-IA/ST-P) - термостабильный энтеротоксин, a-гемолизин (hyВ ген) и энтерогемолизин (ehx ген), цитотоксический некротизирующий фактор 1 (nf1 ген) и шигаподобные токсины 1 и 2 типа (stx1 и stx2 гены);

наличие генов устойчивости к анти биотикам: qnrB, qnrS, qnrA – фторхинолоны;

TEM (ba TEM), CTX (baTX-M), SHV (baSHV) – бета-лактамы.

Результаты исследований и их обсуждение. В процессе микробиологических иссле дований перитонеального экссудата и биопсийного материала указанных пациентов (сальник, брюшина), было выделено 15 чистых культур 7 видов микроорганизмов, в 95,3% случаев вы зывающих нозокомиальный перитонит. К ним относились, 2 штамма Anetobater bauman nii, 1 штамм Anetobater haemoytus, 1 штамм Enteroous bovs, 2 штамма Enteroous faeas, 4 штамма Enteroous faeum, 2 штамма Esherha coli, 3 штамма Pseuomonas aerugnosa (рис. 1).

Pseudomonas aeruginosa % Acinetobacter baumannii Acinetobacter haemolyticus Enterococcus faecalic 15 Enterococcus faecium 10 Enterococcus bovis Escherichia coli Другие Рисунок 1. Частота встречаемости нозокомиальных штаммов.

У большинства микроорганизмов выявлена высокая устойчивость к антибиотикам (табл. 1), в том числе и антибиотикам последних поколений (цефалоспоринам III, IV поко, лений, фторхинолонам, карбопенемам). Кроме того, 2 штамма Pseuomonas aerugnosa и штамм Anetobater baumann были устойчивы к 0,5% водному раствору хлоргексидина, ча сто используемого для санации брюшной полости, а один штамм Pseuomonas aerugnosa и штамма Enteroous faeum, проявляли устойчивость к гипохлориту натрия.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии Таблица 1. Чувствительность госпитальных штаммов микроорганизмов к анти биотикам.

Антибиотики Ципрофлоксацин Левофлоксацин Цефоперазон Ванкомицин Цефтазидим Офлоксацин Меропенем Имипенем Цефепим Штаммы микроорганиз мов Pseudomonas aeruginosa - - - ++ ++ ++++ - ++ 41/ Pseudomonas aeruginosa - - ++ - - ++ +++ +++ P Pseudomonas aeruginosa 5/3 + + +++ - - - + + Acinetobacter baumannii Б1 - - ++ +++ ++ +++ ++++ ++++ Acinetobacter baumannii 7/1 - + +++ - - - ++ +++ Acinetobacter haemolyticus ++++ +++ ++ - - - +++ +++ 6/ Enterococcus faecalis 18/3 - - ++ + + ++ - - ++++ Enterococcus faecalis 21/3 - - - ++ ++ ++ +++ +++ ++++ Enterococcus faecium Б/3 - - - - + +++ + + Enterococcus faecium 26/2 - - - +++ +++ +++ - - +++ Enterococcus faecium 10/1 +++ +++ +++ - - - +++ +++ + Enterococcus faecium 37/2 - - - ++ ++ +++ - - Enterococcus bovis 15/1 - - +++ + + +++ +++ +++ ++++ Escherichia coli 1 ++ ++ ++++ ++ ++ +++ ++++ ++++ Escherichia coli 2 - - +++ - - - ++++ ++++ римеания:- - устойив;

+- слабо увствителен;

++- умеренная увствительность;

+++- увствителен;

++++- высоко увствителен.

У исследуемых нозокомиальных штаммов наблюдалось выявление островков пато генности, отвечающих как за адгезию бактериальной клетки на тканях макроорганизма, обе спечивающих размножение, антибиотикорезистентность, так и повышающих патогенность бактерий за счёт придания им дополнительной токсичности в разнообразных сочетаниях. Вы явление островков патогенности антибиотикорезистентности при определении устойчивости к фторхинолонам у 75% исследованных штаммов совпадало с результатами, полученными диско-диффузионным методом. В отношении бета-лактамных антибиотиков процент совпаде ний генотипической и фенотипической устойчивости составляло 62,5%.

При определении чувствительности этих штаммов к применяемым в России коммер ческим бактериофагам установили, что Pseuomonas aerugnosa, Enteroous faeum, Eshe rha coli, Enteroous bovs чувствительны к «Интести-бактериофаг жидкий раствор», «Бак териофаг синегнойный жидкий» и «Коли-протейный бактериофаг» (ФГУП «НПО Микроген») в высокой степени.

Не выявлено чувствительности Anetobater baumann, Anetobater haemoytus и Enteroous faeas к указанным и другим, разрешенным к применению бактериофагам (табл. 2).

Бактериофаги в медицине и ветеринарии Таблица 2. Чувствительность нозокомиальных штаммов к бактериофагам.

Бактериофаги Стафилококковый бактериофаг Пио-бактериофаг поливалент Интести-бактериофаг жидкий Коли-протейный бактериофаг Клебсиллезный бактериофаг Бактериофаг синегнойный Микроорганизм жидкий раствор ный Pseudomonas aeruginosa 41/1 - +++ - - - Pseudomonas aeruginosa P15 - ++ - - - Pseudomonas aeruginosa 5/3 - ++ - - - Acinetobacter baumannii Б1 - - - - - Acinetobacter baumannii 7/1 - - - - - Acinetobacter haemolyticus 6/3 - - - - - Enterococcus faecalis 18/3 - - ++ + + Enterococcus faecalis 21/3 - - - - - Enterococcus faecium Б/3 - - - +++ - Enterococcus faecium 26/2 - - ++ - +++ Enterococcus faecium 10/1 + - + ++ + Enterococcus faecium 37/2 - - - ++ ++ Enterococcus bovis 15/1 + - - + +++ Escherichia coli 1 + - +++ + ++ Escherichia coli 2 ++ - ++ - - римеания:- - устойив;

+- слабо увствителен;

++- умеренная увствительность;

+++- увствителен;

++++- высоко увствителен.

В связи с полученными результатами, у 16 пациентов с распространенным гнойным перитонитом с профилактической целью был применён комбинированный препарат из ком мерческих бактериофагов, проявивших активное действие в отношении выявленных нозоко миальных штаммов. Целесообразность применения комбинированного препарата обусловлена тем, что фаги обеспечивают профилактическую защиту реинфицирования брюшной полости нозокомиальными штаммами. Это предотвращает как развитие нозокомиального перитонита, так и смену нозокомиального возбудителя в брюшной полости в случаях послеоперационного перитонита во время многократных этапных са-наций.

В случае послеоперационного перитонита, где уже имеется какой-либо из перечислен ных нозокомиальных штаммов, комбинированный препарат поз-воляет бороться с уже при сутствующей инфекцией и предупреждать смену до-минирующего возбудителя, так как один из 3-х компонентов комбинирован-ного фагового лечебного препарата играет роль основного лечебного агента, а другие предотвращают смену возбудителя.

После каждой санации в брюшную полость вводили по 200,0 мл раствора комбини рованного препарата бактериофага, а также 2 раза в сутки с момента наложения и до момента Бактериофаги в медицине и ветеринарии закрытия лапаростомы указанный препарат вводили в желудочно-кишечный тракт через же лудочный зонд или клизму. При использовании бактериофагов, ни в одном случае не отмече но присоединения внутрибольничной флоры из группы Pseuomonas aerugnosa, Enteroous faeum, Enteroous bovs и Esherha coli.

Кроме того, в одном случае послеоперационного перитонита в перитонеальном экссу дате при первом посеве выявлен нозокомиальный штамм Pseuomonas aerugnosa 106 lg КОЕ/г и у другого пациента с послеоперационным перитонитом наличие нозокомиального штамма Enteroous faeum 107 lg КОЕ/г. Примечательно, что после применения комбинированного бактериофагового препарата к моменту второй санации оба штамма определялись в титре lg КОЕ/г, а после третьей и последующих санаций внутрибольничная флора в посевах из пе ритонеального экссудата не высеивалась. Необходимо отметить, что указанные микроорганиз мы характеризовались отсутствием чувствительности к использованным антибактериальным препаратам, применённых у пациентов до получения данных микробиологического исследо вания. Следовательно, положительная динамика в виду ликвидации нозокомиальной флоры из перитонеального экссудата ко 2 и 3 санациям брюшной полости у данной группы больных была достигнута благодаря раннему применению фаговых препаратов.

В 2-х случаях при многократных санациях брюшной полости отмечено присоедине ние Anetobater baumann (при третьей и четвертой санации) и по одному случаю - присо единение Anetobater haemoytus (вторая санация) и Enteroous faeas (с первой санации послеоперационного перитонита). Среди пациентов с летальным исходом нозокомиальная флора из групп Pseuomonas aerugnosa, Enteroous faeum, Enteroous bovs и Esherha coli не высевалась.

Таким образом, развитие «нозокомиального» перитонита при многократных санациях брюшной полости на фоне проведения фаготерапии составило 30,77%, что более чем в 3 раза ниже, по сравнению с группой пациентов, где в случаях длительного использования лапаро стомы и без проведения фаготерапии процент развития нозокомиального перитонита после 5-ой санации близок к 100%.

По данным как отечественных, так и зарубежных авторов, эффективность фагов зави сит от степени их адаптированности к регионарным вариантам (расам) бактерий. Чувствитель ность возбудителей госпитальных инфекций к адаптированным бактериофагам значительно выше, чем к коммерческим (72- 94% и 9-47%, соответственно). В первую очередь, это отно сится к синегнойной палочке, протею, энтерококкам и клебсиеллам. В связи с отсутствием в продаже адекватного фагового препарата, в отношении трех выделенных нами видов микроор ганизмов - возбудителей нозокомиального перитонита (Anetobater baumann, Anetobater haemoytus и Enteroous faeas), Государственным научным центром прикладной микро биологии (ГНЦ ПМ) оказана консультативная помощь в выделении, идентификации и опреде лении биологических свойств новых бактериальных вирусов. Полученные фаги исследованы в тестах in vitro на литическую активность к патогенам, выделенных от пациентов с распро страненным гнойным перитонитом. Результаты исследований, показали 100% литическую ак тивность нового фагового препарата в отношении Anetobater baumann, Anetobater hae moytus и Enteroous faeas. Чувствительность указанных штаммов микроорганизмов к полученным фагам на питательных средах превосходила чувствительность к антибиотикам, в той или иной степени сохранивших свое действие на данную микрофлору. Кроме того, был произведен поиск адекватных фаговых препаратов из коллекции института, активных в отно шении всех выделенных нозокомиальных штаммов микроорганизмов. Такие бактериальные вирусы найдены, и активность их на питательных средах при определении чувствительно сти несколько превосходила чувствительность к антибиотикам, сохранивших свое действие Бактериофаги в медицине и ветеринарии на данные микроорганизмы. Никакой корреляции между антибиотикоустойчивостью и фаго устойчивостью не существует, так как эти признаки имеют разные генетические структуры и механизмы фенотипической экспрессии.

Заключение. Применение адаптированных бактериофагов в лечении вторичного и нозокомиального распространенного гнойного перитонита заметно повышает эффективность проводимой терапии и предотвращает летальный исход.

PROSPECTS OF THE APPLICATION OF BACTERIOPHAGES IN THE PREVENTION AND TREATMENT OF NOSOCOMIAL COMPLICATIONS IN SURGERY Slobodenyuk V.V., Voropaeva E.A., Aleshkin V.A., Afanas’ev S.S., Karaulov A.V., Afanas’ev M.S.

Key words: pertonts, baterophages, mroora, antbot.

Pertonts, assfiaton, assessment of severty, treatment s one of the most pressng ssues of moern surgery. onute the seeton an use of baterophages, whh have atve aganst batera soate from pertonea exuate of patents wth pertonts. Stue the possbty of the ombnaton ffrent baterophages for the preventon an treatment «nosooma» pertonts.

УДК 619:616.98:576.8:636. ФАГОТЕРАПИЯ САЛЬМОНЕЛЛЁЗА КУР С УЧЕТОМ ОСОБЕННОСТЕЙ ТЕХНОЛОГИИ ВЫРАЩИВАНИЯ ПТИЦЫ Плешакова В.И., доктор ветеринарных наук, профессор Тел. (3812)25-05-19, 89136259160, lescheva@list.ru Степанов Д.Н., аспирант, тел. 89081082017, chups08@mail.ru ФГБОУ ВПО «ИВМиБ ОмГАУ им. П.А. Столыпина»

Ключевые слова: Цыплята-бройлеры, сальмонеллёз, бактериофаги, микрофлора, производственные показатели Работа посвящена фаготерапии сальмонеллёза цыплят-бройлеров с уетом особен ностей технологии выращивания птицы. Авторами установлено, то использование саль монеллёзного бактериофага обеспеивает отсутствие сальмонелл в продукции и повышает производственные показатели сохранности птицы, среднесутоного привеса, индекса про дуктивности.

Введение. Среди болезней птицы в последние годы более 60% составляют инфекции бактериальной этиологии, при этом отмечается возрастание роли микроорганизмов, являю щихся возбудителями проблемных для птицехозяйств болезней: колибактериоза, сальмонел леза, стафилококкоза и др. [1]. Сальмонеллёз птиц независимо от сероварианта возбудителя, вызвавшего его, причиняет значительный социально-экономический ущерб [2]. Важным мо ментом в организации борьбы с сальмонеллёзной инфекцией на птицеводческом предприятии Бактериофаги в медицине и ветеринарии является систематический мониторинг бактериальных патогенов среди больной и павшей пти цы, который позволяет регистрировать заражение птицы и определять средства специфиче ской профилактики [3,4,5].

Сальмонеллы обладают значительной лекарственной устойчивостью ко многим анти биотикам, которые ВОЗ не рекомендует широко использовать в борьбе с инфекцией, в связи с тем, что применение препаратов зачастую приводит к дисбактериозам и снижению естествен ной резистентности организма птицы. Перспективным направлением в борьбе с сальмонел лёзом птиц могут служить бактериофаги, которые лишены вышеперечисленных недостатков.

Вместе с тем, до настоящего времени вопросы противосальмонеллёзной терапии с использо ванием специфических фагов разработаны слабо и не нашли широкого практического приме нения в промышленном птицеводстве.

Цель исследования. Разработать схему фаготерапии сальмонеллёза кур с учетом осо бенностей технологии выращивания птицы.

Материалы и методы исследования. Научный эксперимент по разработке схемы фа готерапии сальмонеллеза кур проведен на птицефабрике производственной мощностью более 2 млн. гол. Бактериологические исследования проб патологического материала проводили в отделе болезней птиц БУ Омской области «ООВЛ», анализ и обобщение полученных резуль татов на кафедре ветеринарной микробиологии, вирусологии и иммунологии ИВМиБ ОмГАУ им. П.А. Столыпина. Объектом исследования служили цыплята-бройлеры, кросса RossЕ308, мясного направления. Эксперимент по применению сальмонеллёзного бактериофага был про веден с использованием 34000 гол. птицы. Контролем был зал с таким же количеством пти цы. Для выделенных из патологического материала культур сальмонелл подобраны специфи ческие бактериофаги и разработано временное наставление по их применению на цыплятах бройлерах. Сальмонеллёзные бактериофаги были выделены из патматериала, на базе ФБУ на уки ГНЦ ВБ «Вектор» (г. Новосибирск) там же был приготовлен лизат бактериофага с титром 1,25х109 БОЕ/мл. Период эксперимента составил 40 сут., с момента рождения птицы и до убоя, связанного с технологией выращивания. Ежедневно проводили клинический осмотр птицы (поведение, внешний вид), учитывали сохранность и потребление корма. Живую массу цыплят определяли при взвешивании раз в неделю. На протяжении всего эксперимента проводили па тологоанатомическое вскрытие павшей птицы с целью регистрации патоморфологических из менений и взятия материала для бактериологических исследований (сердце, печень и костный мозг). Патологоанатомическое вскрытие проводили согласно существующих методик. Всего был исследован материал от 789 трупов цыплят.

В соответствии с временным наставлением по применению сальмонеллезного бак териофага, обработку суточных цыплят осуществляли методом аэрозольного распыления в спрей кабинете «Desvak». Бактериофагом обработано 34000 гол. птиц, при этом доза на одну гол. составила 0,01 мл препарата.

На 8-е сут. лизат бактериофага цыплята получали методом выпаивания, для обеспе чения полного потребления бактериофага их предварительно выдержали без питьевой воды в течение 40 мин., затем в теплую водопроводную воду (5л) внесли 400 мл лизата бактериофага (1,25х109 БОЕ/мл), и смесь подали в систему поения. Время потребления птицей данного объ ема препарата составило 1час 40 мин.

На 22-е сут. лизат бактериофага задавали так же методом выпаивания, при этом без питьевой период составил 50 мин, а объем воды с лизатом бактериофага увеличен до 7 литров с учетом веса птицы. Период выпаивания так же составил 1час 40 мин.

На 29-е сут. жизни цыплят было проведено четвертое выпаивание, но объем воды с лизатом бактериофага составил 10 литров. Период выпаивания бактериофага тот же - 1час Бактериофаги в медицине и ветеринарии мин.

На 32-е сут. лизат бактериофага цыплята получили тем же способом. Экспозиция на хождения птицы без воды составила 60 мин, а объем воды, в который добавили лизат бактери офага, составил 13 литров. Время выпойки осталось то же.

Заключительное применение бактериофага проведено на 36е сут. по той же схеме как на 32е сут.

Результаты исследований. В течение первой недели эксперимента, как в опытной, так и в контрольной группах наблюдали гибель птенцов. Падеж в опытной и контрольной группах составил 229 гол.(0,7%) и 324 гол. (1%) соответственно. Основными причинами гибе ли цыплят в этот период являлись: желточный перитонит, плохое заживление пуповины (ом фалит), мочекислый диатез (подагра), кутикулит и гепатит. В дальнейшем отход птицы в кон троле превысил показатели опытной группы (таблица 1).

Больные птенцы до двухнедельного возраста вели себя заторможено, наблюдалась сла бость лапок, отсутствие аппетита, медленный рост, вокруг клоаки налипали каловые массы.

При вскрытии погибших птенцов регистрировали - катаральное воспаление слизи стой оболочки кишечника, утолщение ее стенки, увеличение фолликулов. В печени, сердечной мышце, лёгких, селезёнке - кровоизлияния, очаги некроза. При бактериологическом исследо вании проб патологического материала (сердце, печень и костный мозг) были выделены Strep tococcus sp. (6,7%) и Salmonella enteritidis (1,4%).

Таблица 1 - Количество павшей птицы за период эксперимента.

Падеж,гол.

Группа 7сут. 22сут. 29сут. 32сут. 40сут. Итого Опытная 299 577 132 47 (3,7 %) (n=34000) Контрольная 324 593 158 60 (4,05%) (n=34000) В контрольной группе, к 22 суткам падеж составил 593 гол., к 29 сут. он значитель но сократился (158 гол.), затем (32 сут.) снизился на 62%, и к завершению эксперимента ( сут.) составил 244 гол., что на 21,3% больше чем в опытной группе. Значительный падеж к суткам в обеих группах был обусловлен увеличением количества птицы больной колибакте риозом, что было подтверждено результатами бактериологических исследований. Так были выделены патогенные культуры Escherichia coli (31%).

За весь период эксперимента проведено 789 бактериологических исследований проб патологического материала от павшей птицы, в результате выделены следующие изоляты микроорганизмов (n=451): Streptococcus sp. - 53 культуры (6,7% ), Salmonella enteritidis – (1,4%), Staphylococcus aureus - 43 (5,4%), Escherichia coli группа 1серотип О2 - 242 (31%), Pseu domonas aeruginosa – 31 (3,9%), Proteus vulgaris – 8 (1%), Mycoplasma sp. - 63 (8%). Из них в опытной группе Streptococcus sp. – 29 культур, Salmonella enteritidis – 3, Staphylococcus aureus – 21, Escherichia coli группа 1серотип О2 – 119, Pseudomonas aeruginosa – 16, Proteus vulgaris – 4, Mycoplasma sp. – 29.

После первого применения бактериофага, на 8-е сутки в опыте было выделено две культуры сальмонеллы (Salmonella enteritidis), после второго, (22-е сутки) одна культура. На 29-е сутки в пробах из патологического материала (сердце, печень и костный мозг) цыплят опытной группы выделение сальмонелл не регистрировали. Тогда как в контроле Salmonella Бактериофаги в медицине и ветеринарии enteritidis выделяли в период до 32 суток эксперимента. В целом общий микробный фон из проб патологического материала трупов в опытной и контрольной группах значительно не от личался.

В результате применения бактериофага показатели среднесуточного привеса птицы в опытной группе превышали данные контроля на 0,7 г/гол. сут.

Сохранность птицы в опытной группе составила 96,33%, в контроле 95,94%. Количе ство выбракованной птицы в опыте составило 1,6%, в контроле 1,9%. Живая масса при убое в опытной группе на фоне применения бактериофага была выше на 5,45 ц. чем в контроле. Ин декс продуктивности птицы в опыте превысил аналогичный показатель в контрольной группе на 9,4.

Выводы. Применение сальмонеллёзного бактериофага обеспечивает отсутствие саль монелл в готовой продукции, увеличивает сохранность птицы на 0,39%, среднесуточный при вес, живой вес при убое и индекс продуктивности.

Библиографический список 1. Венгеренко Л.А. Ветеринарно-санитарное обеспечение эпизоотического благопо лучия в птицехозяйствах Российской Федерации/Л.А. Венгеренко //Ветеринария, 2009.-№8. С.З-6.

2. Кафтырева Л.А. Сальмонеллезы на территории Северо-Западного Федерального Округа РФ. Аналитический обзор/Л.А. Кафтырева, З.Н.Матвеева, A.B. Забровская, С.А. Его рова, М.А. Макарова.- С-Пб, 2008.- 41с.

3. Гусев В. Мониторинг возбудителей бактериальных инфекций/ В. Гусев, Э. Светоч, Н. Глазков, М. Теймуразов, С.Приходько, С.Павлов // Птице-водство.-2003.- №2.-С.8-9.

4. Афонюшкин В., Дудаева Е., Малахеева Л., Фролова О., Шкред О., Филиппенко М.

Современные методы контроля сальмонеллеза //Птицеводство.-2008.-№9.-С.43-44.

5. Рождественская Т.Н. Специфическая профилактика инфекции Salmonella enteritidis у птицы/ Т.Н.Рождественская// Российский вет. журн. С.-х. животные.-2009.-№Г.-С.46-48.

SALMONELLA BACTERIOPHAGE TREATMENT OF CHICKENS WITH THE FEATURES OF THE TECHNOLOGY OF POULTRY BREEDING Pleshakova V.I., Stepanov D.N.

Key words: Broer hkens, samonea, baterophages, mroora, prouton nes Ths arte s evote to samonea phage therapy of broer hkens wth the peuartes of the tehnoogy of poutry breeng. The authors have foun that the use of Samonea phage ensures no samonea n prouts an nreases the safety prouton nes of brs, average ay gan, proutvty nex.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии УДК 579.61/62;

575.852:577. АНТИБИОТИКОУСТОЙЧИВОСТЬ БАКТЕРИАЛЬНЫХ ПАТОГЕНОВ:

ЭВОЛЮЦИОННЫЕ МЕХАНИЗМЫ И КЛИНИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ Фурсова Н.К.*, кандидат биологических наук, fursova@obolensk.org;

Карцев Н.Н.*, тел. 8(4967) 36-00-79, veseliydoktor@yandex.ru;

Ивашов С.В.**, тел. 8(4967) 31-07-98, sv-ivashov@rambler.ru;

Светоч Э.А., доктор ветеринарных наук, профессор, svetoch@obolensk.org *ФБУН «ГНЦ прикладной микробиологии и биотехнологии»

**МЛПУ Протвинская городская больница, Московская обл., Ключевые слова: устойивость к антибактериальным препаратам, горизонталь ный перенос генов, эволюция резистентности Работа посвящена обзору данных литературы и представлению результатов соб ственных исследований по распространенности устойивости к антимикробным препара там у бактериальных патогенов еловека, по эволюции молекулярных механизмов и клиние ской знаимости данного явления. Рассматривается роль бактериофагов в горизонтальном и вертикальном переносе генетиеских детерминант резистентности и патогенности.

Уровень инфекционной заболеваемости населения является одним из компонентов оценки “индекса здоровья” нации. За всю историю человечества именно инфекции внесли по давляющий вклад (почти 90%) в показатель смертности. В настоящее время инфекционные за болевания в мировом масштабе являются главным «убийцей» людей детского и молодежного возраста – 13 млн. смертей в год. В развивающемся мире это – каждая вторая смерть. Каждые 3 секунды в мире умирает ребенок – в большинстве случаев от инфекции. Инфекции стали быстрее распространяться в новые регионы благодаря массовым перемещениям популяций в последние десятилетия (начиная с 1996 г. около 50 млн. людей - 1% мировой популяции – ми грировали). Усугубляющими факторами также являются: рост плотности населения в городах;

недостаточно чистая питьевая вода;

низкий уровень санитарии;

нищета;

наличие соматиче ских заболеваний, ослабляющих иммунитет [1].

Основным средством борьбы с серьезными инфекциями являются антибиотики. В свое время, в середине XX в., они сыграли революционную роль, снизив смертность от бак териальных инфекций;

и до сих пор многие методы современной медицины немыслимы без применения антибиотиков: трансплантация, химиотерапия рака, ортопедическая хирургия и другие. Однако в последние десятилетия арсенал доступных для лечения инфекций лекарств повсеместно стремительно уменьшается из-за прогрессивного увеличения резистентности возбудителей к применяемым лекарствам и недостаточно быстрого появления новых антибак териальных препаратов [2]. Врачи всего мира сталкиваются с ситуациями, когда инфицирован ному больному не может быть назначена адекватная терапия из-за устойчивости инфекционно го агента ко всем имеющимся антибиотикам. Таким образом, назрел кризис здравоохранения, осложняющийся большим количеством возбудителей инфекционных заболеваний человека, в значительной степени отличающихся по своим свойствам, набору факторов патогенности, механизмам резистентности, а также возможным путям преодоления сформировавшейся ле карственной резистентности.

Всемирная организация здравоохранения (WH) рекомендует в первую очередь со WH) ) средоточить усилия исследователей на направлениях, представляющих наибольшую опас ность для здравоохранения многих стран мира - шести смертельных инфекциях, являющихся Бактериофаги в медицине и ветеринарии причиной 50 % от всех преждевременных смертей в мире (пневмония, туберкулез, кишечные заболевания, малярия, корь и синдром иммунодефицита СПИД/ВИЧ) [3].

Резистентность возбудителей к применяемым антибактериальным препаратам значи тельно усложнила борьбу с первыми пятью из шести перечисленных смертельных болезней.

У многих опасных возбудителей (Staphyoous aureus, Enteroous spp., Enterobateraeae, Pseuomonas aerugnosa, Anetobater spp., Myobaterum tuberuoss) отмечается «эскала ция» развития резистентности: множественно-резистентные изоляты бактерий (multi drug resistance, MDR) нечувствительны по крайней мере к одному из применяемых для лечения данной инфекции антибиотику из трех функциональных классов;


экстремально-резистентные изоляты бактерий (extreme drug resistance, XDR) - по крайней мере к одному антибиотику из всех функциональных классов, кроме одного или двух;

пан-резистентные изоляты бактерий (pan drug resistance, PDR) – ко всем антибиотикам из всех функциональных классов [4, 5].

Яркими примерами инфекций, вызванных резистентными возбудителями в последние годы, явились: вспышка кишечного заболевания в Европе, вызванная MDR-E. o 104:H4 [6] и появление в Индии, с последующим распространением в Европе, PDR-бактерий семейства Enterobateraeae, несущих New Delhi металло-бета-лактамазу-1 (NDM-1) [7].

С точки зрения эпидемиологии инфекции подразделяются на две большие группы:

внутрибольничные (госпитальные или нозокомиальные) и внебольничные инфекции, часть из которых расценивается как социально-значимые. В настоящее время доля устойчивых к лекарственным препаратам нозокомиальных штаммов в разных странах составляет от 5 % до 60-80 %, зачастую такие инфекции заканчиваются летально (19 тыс. случаев ежегодно в США, столько же – в Европе) [3]. Резистентные формы возбудителей все чаще выделяются от амбу латорных пациентов, от домашних и сельскохозяйственных животных, а также из объектов окружающей среды. Доказано, что бактерии активно обмениваются генетическими детерми нантами резистентности, сформирована концепция о наборах факторов резистентности, при сущих конкретным сообществам бактерий (резистом) [8], в том числе – микробному сообще ству организма человека (микробиом) [9].

Основные генетические механизмы, определяющие лекарственную устойчивость у бактерий, относящихся к разным таксономическим группам, значительно отличаются. Так, у метициллин-устойчивых Staphyoous aureus (MRSA) важную роль играет стафилококковая хромосомная кассета SCCme;

у Pseuomonas aerugnosa – гены нескольких типов эффлюкс ных насосов, у Anetobater baumann – специфичные мобильные транспозоны Aba;

у энте робактерий – гены бета-лактамаз расширенного спектра (БЛРС);

у Myobaterum tuberuoss – точечные мутации в генах, кодирующих ферменты, модифицирующие молекулы лекарства.

Свой вклад в резистомы отдельных видов бактерий вносят также и универсальные механиз мы устойчивости к некоторым классам лекарств: так, устойчивость к хинолонам формируется благодаря наличию точечных мутаций в генах, кодирующих ферменты ДНК-гиразу и топои зомеразу IV. Большую роль в формировании и распространении наиболее «успешных» меха.

низмов резистентности играют мобильные генетические элементы (транспозоны, интегроны, IS-элементы, плазмиды) и универсальные процессы обмена генетической информацией (конъ -элементы, югация, трансформация, трансдукция, рекомбинация). [10].

Наблюдаемая драматическая картина нарастающей резистентности возбудителей инфекционных болезней человека сложилась в результате совокупного действия нескольких факторов: неадекватного использования антибиотиков - выбора препарата, схемы лечения и/ или дозировки (так, в Канаде и США 50 %, а во Вьетнаме - 70% назначений антибиотиков амбулаторным больным признано неоправданным [3]);

использования антибиотиков в пище вом производстве (50 % производимых антибиотиков используется в животноводстве, расте Бактериофаги в медицине и ветеринарии ниеводстве и садоводстве);

активации эволюционных механизмов у госпитальных сообществ микроорганизмов (мутации, горизонтальный перенос генов, мобильные генетические элемен ты [11]).

В Российской Федерации, как и во всем мире, происходят процессы эволюционной адаптации возбудителей инфекционных заболеваний к применяемым антибактериальным пре паратам, проблема резистентности стоит очень остро [12-14]. В нашей лаборатории проводят ся работы по изучению молекулярных механизмов множественной устойчивости у бактери альных патогенов, показана важная роль мобильных генетических элементов в распростране нии генов эпидемических бета-лактамаз CTX-M типа, а также интегронов - в формировании фенотипов множественной устойчивости у энтеробактерий [15, 16].

Горизонтальному переносу генов (HGT) противостоит специфический механизм за щиты генома бактерий от чужеродной информации - система CRISPR (короткие палиндром ные повторы, регулярно расположенные группами), препятствующая поглощению клеткой чужеродной ДНК и являющаяся аналогом иммунной системы у высших организмов [17]. Дан ная система состоит из коротких нуклеотидных последовательностей (спейсеров), имеющих вирусное, плазмидное или хромосомное происхождение, а иммунность обеспечивается бла годаря синтезируемым на их основе коротким интерферирующим последовательностям РНК (crRNAs), которые узнают соответствующую последовательность инородной ДНК. CRISPR система играет важную роль в эволюции патогенеза бактерий и влияет на фитнес бактериаль ных клеток [18]. Показано, что глобальное использование антибиотиков приводит к уменьше нию количества CRISPR в бактериальных популяциях, что повышает уровень мобилизации ДНК механизмами HGT, поэтому в популяции бактерий отмечается обратная зависимость между содержанием CRISPR и уровнем множественной устойчивости к антибиотикам [19].

Интересно, что бактериофаги находятся в состоянии ступенчатой взаимной эволюции с бак териями-хозяевами: фаги способны преодолевать CRISPR систему хозяина за счет новых му таций своего генома в области прото-спейсерного мотива (PAM), а хозяин генерирует новые спейсеры в CRISPR [20].

Возможность передачи генетических детерминант резистентности к антибактериаль ным препаратам посредством бактериофагов показана в ряде исследований. В эксперименте чувствительный штамм Samonea Typhimurium. приобретал устойчивость к бета-лактамам и тетрациклину в результате независимой трансдукции фагами, захватывающими из генома устойчивого штамма Samonea entera серовара Heidelberg гены резистентности baCMY-2, tetA и tetB [21]. Бактериофаг AP-151, выделенный из нозокомиального MDR штамма P. aerugnosa, трансдуцировал генетические детерминанты устойчивости к цефалоспоринам и карбапене мам в реципиентный штамм P. aerugnosa [22]. Метагеномный анализ вирома мокроты боль ных кистозным фиброзом на присутствие генов резистентности выявил гены эффлюксных на сосов, детерминанты устойчивости к фторхинолонам и бета-лактамам, что позволило авторам выявить резервуар способных к мобилизации генов резистентности, которые могут быстро распространяться среди бактерий в данной специфичной нише [23]. Гены устойчивости к ан тибактериальным препаратам (baTEM, baCTX-M (clusters 1 and 9) и meA) были обнаружены с помощью количественной ПЦР в ДНК бактериофагов, выделенных от сельскохозяйственных животных (свиней, крупного рогатого скота и птицы), что позволило сделать вывод о том, что бактериофаги являются векторами для горизонтального переноса генов резистентности между бактериальными патогенами животных [24]. Лизогенный перенос ex vvo генов устойчивости к эритромицину (mefA) и тетрациклину (tet) наблюдали между штаммами стрептококков груп пы А [25].

Таким образом, явление устойчивости патогенных бактерий к антибактериальным Бактериофаги в медицине и ветеринарии препаратам – природный эволюционный феномен, который невозможно остановить. Поэтому для решения проблемы терапии инфекционных заболеваний могут быть использованы такие подходы как возврат к открытым ранее антибиотикам и отвергнутым по разным причи нам (даптомицин, открытый в 1980 г, был выведен на фармацевтический рынок в 2003 г., по сле подбора используемых в терапии дозировок препарата);

комбинация антибиотиков друг с другом или с другими классами лекарств для повышения эффективности (ко-тримоксазол, имипенем с природными добавками);

комбинация антибиотиков с ингибиторами механиз мов резистентности (ампициллин с клавулановой кислотой;

ингибиторы эффлюксных насо сов);

использование альтернативных (ортогональных) стратегий (вакцинация против воз будителей инфекционных болезней [26];

лечение бактериофагами;

использование энхансеров врожденного иммунитера – таких как катионные антимикробные пептиды или бактериоцины [27]);

комбинация антибиотиков с бактериофагами (эфффект предсказать трудно, т.к. он за висит от условий воздействия антибиотиком и от скорости мутирования) [28].

Современное состояние проблемы резистентности возбудителей инфекционных бо лезней говорит о том, что эта проблема не может быть решена усилиями только клинической микробиологии, как это было на заре эры антибиотиков. Она требует концентрации объеди ненных усилий микробиологов, экологов, специалистов здравоохранения, образования, поли тических деятелей, сотрудников сельского хозяйства и фармацевтической промышленности.

Библиографический список 1. WH Annual Report, 2012. http://www.who.int/gho/publications/ 2. Aminov RI. A brief history of the antibiotic era: lessons learned and challenges for the future. // Front. Microbiol. 2010. – Vol. 1. – P. 134.

3. European Centre for Disease Prevention and Control. Annual Epidemiological Report 2011. / Reporting on 2009 surveillance data and 2010 epidemic intelligence data. Stockholm: ECDC;

2011.

4. Paterson DL, Doi Y. A step closer to extreme drug resistance (XDR) in gram-negative bacilli. // Clin. Infect. Dis. – 2007. – Vol. 45. – No. 9. – P. 1179-1181.

5. Magiorakos A.-P., Srinivasan A., Carey R. B., Carmeli Y., Falagas M.E., Giske C.G., Har barth S., Hindler J.F., Kahlmeter G., lsson-Liljequist B., Paterson D.L., Rice L.B., Stelling J., Stru elens M.J., Vatopoulos A., Weber J.T., Monnet D.L. Multidrug-resistant, extensively drug-resistant and pandrug-resistant bacteria: an international expert proposal for interim standard definitions for acquired resistance. // Clin. Microbiol. Infect. – 2012. – Vol. 18. – P. 268–281.

6. Menne J., Nitschke M., Stingele R., et al. Validation of treatment strategies for entero haemorrhagic Esherha o 104:H4 induced haemolytic uraemic syndrome: case-control study.

// BMJ. – 2012. – Vol. 345. - e4565.

7. Rolain J.M., Parola P., Cornaglia G. New Delhi metallo-beta-lactamase (NDM-1): to wards a new pandemia? // Clin. Microbiol. Inf. – 2010. – Vol.16. - N 12. – P. 1699-1701.

8. Wright G.D. Antibiotic resistance in the environment: a link to the clinic? // Curr. pin.

Microbiol. - 2010. – Vol. 13. – P. 589–594.

9. Sommer M..A., Dantas G., Church G.M. Functional Characterization of the Antibiotic Resistance Reservoir in the Human. // Microflora Sci. – 2009. – Vol. 325. – P. 1128-1131.

10. Wright G.D. Q&A: Antibiotic resistance: where does it come from and what can we do about it? // BMC Biol. - 2010 – Vol. 8. - P. 123.

11. Stokes H.W., Gillings M.R. Gene flow, mobile genetic elements and the recruitment of antibiotic resistance genes into Gram-negative pathogens. // FEMS Microbiol. Rev. – 2011. – Vol.

35. – No 5. – P. 790-819.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии 12. Письмо Роспотребнадзора от 02.10.2007 № 0100/99380732 “О заболеваемости ВБИ в Российской Федерации” // Главная медицинская сестра. - 2007. - № 12. - С. 103–108.

13. Edelstein M., Pimkin M., Palagin I., Edelstein I., and Stratchounski L. Prevalence and Molecular Epidemiology of CTX-M Extended-Spectrum -Lactamase-Producing Esherha o and Kebsea pneumonae in Russian Hospitals. // Antimicrob Agents Chemoter. – 2003. – Vol. 47.

– P. 3724–3732.

14. Сидоренко С.В., Березин А.Г., Иванов Д.В. Молекулярные механизмы устойчиво сти грамотрицательных бактерий семейства Enterobateraeae к цефалоспориновым антибио тикам. // Антибиотики и химиотер. – 2004. – Т. 49. – N 3. – C. 3-13.

15. Фурсова Н.К., Прямчук С.Д., Абаев И.В., Ковалев Ю.Н., Шишкова Н.А., Печерских Э.И., Коробова О.В., Асташкин Е.И., Пачкунов Д.М., Светоч Э.А., Сидоренко С.В. Генетиче ское окружение генов baCTX-M, локализованных на конъюгативных плазмидах нозокомиальных изолятов Enterobateraeae, выделенных в России в 2003-2007 гг. // Антибиотики и химиотер.

– 2010. - Т. 55. - № 11-12. – С. 3-10.

16. Fursova N., Pryamchuk S., Kruglov A., Abaev I., Pecherskikh E., Kartsev N., Svetoch E., Dyatlov I. The Novel CTX-M-116 beta-Lactamase Gene Discovered in Proteus mrabs Is Com posed of Parts of the CTX-M-22 and CTX-M-23 Genes. // Antimicrob. Agents Chemother. – 2013.

– Vol. 57. – No. 3. – P. 1552-1555.

17. van der ost J., Jore M.M., Westra E.R., Lundgren M., Brouns S.J. CRISPR-based adap tive and heritable immunity in prokaryotes. // Trends Biochem. Sci. – 2009. – Vol. 34. – No. 8. – P.

401-407.

18. Marraffini L.A. Impact of CRIPSR immunity on the emergence of bacterial pathogens.

// Future Microbiol. – 2010. – Vol. 5. – No. 5. – P. 693-695.

19. Palmer K.L., Gilmore M.S. Multidrug-resistant enterococci lack CRISPR-cas. // MBio.

– 2010. – Vol. 1. – No. 4. pii: e00227-10.

20. Sun C.L., Barrangou R., Thomas B.C., Horvath P., Fremaux C., Banfield J.F. Phage mu Banfield tations in response to CRISPR diversification in a bacterial population. // Environ. Microbiol. – 2013.

- Vol. 15. – No 2. – P. 463-470.

21. Zhang Y., LeJeune J.T. Transduction of ba(MY-2), tet(A), and tet(B) from Samonea entera subspecies enterica serovar Heidelberg to S. Typhmurum. // Vet. Microbiol. – 2008. – Vol.

129. – No. 3-4. – P. 418-425.

22. Blahov J., Krlikov K, Krcmry V, Jezek P. Low-Frequency transduction of imipe nem resistance and high-frequency transduction of ceftazidime and aztreonam resistance by the bac teriophage AP-151 isolated from a Pseuomonas aerugnosa strain. // J. Chemother. – 2000. – Vol.

12. – No. 6. – P. 482-486.

23. Fancello L., Desnues C., Raoult D., Rolain J.M. Bacteriophages and diffusion of genes encoding antimicrobial resistance in cystic fibrosis sputum microbiota. // J. Antimicrob. Chemother.

– 2011. – Vol. 66. – No. 11. – P. 2448-2454.

24. Colomer-Lluch M., Imamovic L., Jofre J., Muniesa M. Bacteriophages carrying antibi otic resistance genes in fecal waste from cattle, pigs, and poultry. // Antimicrob. Agents. Chemother.

– 2011. – Vol. 55. – No. 10. – P. 4908-4911.

25. Di Luca M.C., DErcole S., Petrelli D., Prenna M., Ripa S., Vitali L.A. Lysogenic trans fer of mef(A) and tet() genes carried by Phim46.1 among group A streptococci. // Antimicrob.

Agents Chemother. – 2010. – Vol. 54. – No. 10. – P. 4464-4466.

26. Finch, R. and Hunter, P.A. Antibiotic resistance--action to promote new technologies:

report of an EU Intergovernmental Conference held in Birmingham, UK, 12-13 December 2005. // J Antimicrob Chemother. - 2006. -Spl 1. - i3-i22.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии 27. Hassan M., Kjos M., Nes I.F., Diep D.B., Lotfipour F. Natural antimicrobial peptides from bacteria: characteristics and potential applications to fight against antibiotic resistance. // The Authors Journal of Applied Microbiology. - 2012. – Vol. 113. – No. 4. – P. 723-736.

28. Escobar-Pramo P, Gougat-Barbera C, Hochberg ME. Evolutionary dynamics of sepa rate and combined exposure of Pseudomonas fluorescens SBW25 to antibiotics and bacteriophage. // Evol Appl. 2012 Sep;

5(6):583- ANTIBACTERIAL RESISTANS OF THE BACTERIAL PATHOGENS:

EVOLUTION MECHANISMS AND CLINICAL IMPORTANCE Fursova N.K., Kartsev N.N., Ivashov S.V., Svetoch E.A.

Key words: antbatera resstane, horzonta gene transfer, evouton of the resstane The stuy presents the revew of the pubatons an the expermenta ata onernng prevaene of the antbatera resstane among human batera pathogens, evouton of ther moeuar mehansms, an na mportane of the phenomena. Impat of baterophages nto the proess of horzonta gene transfer between batera s susse.

УДК 619:616.98:579.842. ИЗУЧЕНИЕ ВОЗМОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ БАКТЕРИОФАГОВ ДЛЯ ОБРАБОТКИ ПТИЦЫ ЗАРАЖЕННОЙ САЛЬМОНЕЛЛЕЗОМ Храмов М. В.*, кандидат медицинских наук, Костенко Ю. Г.**, доктор ветеринарных наук, профессор, Воложанцев Н.В., кандидат биологических наук, Перелыгин В.В., кандидат биологических наук, Веревкин В.Н., кандидат биологических наук, Светоч Э.А. доктор ветеринарных наук, профессор *ФБУН «ГНЦ прикладной микробиологии и биотехнологии»

Роспотребнадзора ** ГНУ ВНИИМП им. В. М. Горбатова РАСХН Ключевые слова: Сальмонеллез, бактериофаги, мясо птицы, фаговый препарат Работа посвящена проблеме пищевого сальмонеллеза и деконтаминации мяса птицы от сальмонелл.

Сальмонеллез является одной из опасных инфекций пищевого происхождения и ши роко распространен практически во всех регионах земного шара. [1,2] Ежегодно 1,4 млн че ловек заболевает сальмонеллезом в США, регистрируется и подтверждается порядка случаев заражения, а умирает 380-400 человек в год. [2] В России согласно официально опубликованным данным, в 2009 г. заболеваемость сальмонеллезом составила 35,2 человека на 100 тыс. населения. В частности, в Кемеровской области в 2010 г. этот показатель был намного выше - 67,2 человека на 100 тысяч населения.

Бактериофаги в медицине и ветеринарии [3].

Экономический ущерб от сальмонеллеза среди людей весьма значителен. По некото рым расчетам, в США общие расходы на борьбу с данным заболеванием ежегодно составляют порядка 3 млрд. долларов.

Связь между домашней (и промышленного производства) птицей и сальмонеллезом имеет длительную историю. Более 50 лет назад, пуллороз и птичий тиф были основной при чиной падежа домашней птицы (кур и индеек), что сдерживало развитие птицеводства. [4].

Впоследствии возникла другая проблема, связанная с увеличением выделения из продуктов и мяса домашней птицы неспецифичных к ней сероваров сальмонелл, которые вызвали заболе вание человека.

В Израиле, где количество сальмонеллеза человека резко снизилось с 1995, (особенно вызываемого Enterts и Typhmurum), появился новый клон S. Infants, который выделятся от человека и птицы. [1] Люди заболевают в основном при употреблении пищевых продуктов. Согласно по следним данным, в 2009 г. в странах Европы причиной заболеваний людей были в основном одни и те же сероварианты сальмонелл: S. enteritidis, S. typhimurium, S. virchov, S. Infantis. [2].

В России при заболевании сальмонеллезом доминировал серовариант S. enteritidis, но в последние годы появились сведения о возрастающей роли сальмонелл группы D, в част ности, S. infantis. В Кемеровской области в 2010 г. основным возбудителем сальмонеллеза у Таблица 1 - Выявление сальмонелл в охлажденном мясе и фарше (пробы образ цов из торговой сети Германии) Количество исследо- Выявлено сальмонелл Объекты исследований Кол-во случаев % ваний Говядина, телятина 322 4 1, Свинина 385 13 3, Фарш из говядины 283 4 1, Фарш из свинины 340 13 3, Таблица 2 - Выявление сальмонелл в мясной продукции РФ в 2010-2011 гг.

Наименование продукции Количество исследований Выявлено сальмонелл, % Мясо охлажденное в отрубах 350 Полуфабрикаты мясные бескостные крупнокусковые 550 мелкокусковые 400 Полуфабрикаты мясные рубленные 500 Таблица 3 - Выявление сальмонелл в мясе птицы в 2010-2011 гг.

Регионы взятия проб Кол-во исследований Выявлено сальмонелл, % Китай 1152 38,9-65, Вьетнам 494 47, Колумбия 1003 26, Россия Москва, Сергиев-Посад, Дубна, Тула, 237 Тверь, Рязань, Владимир С.-Петербург, Тихвин, Псков, Новго 176 39, род Краснодар, Сочи, Ейск, Тимашевск 42 23, Бактериофаги в медицине и ветеринарии людей была S. enteritidis, на которую пришлось 95,7% общей заболеваемости. [3]. Результаты исследований по выявлению сальмонелл в мясе и мясных продуктах, проведенных в некото рых странах, представлены в таблицах 1, 2 и 3. [5, 6, 7,8].

В мясе птицы сальмонеллы выявляются значительно чаще по сравнению с «красным»

мясом. В таблице 3. представлены результаты исследований мяса птицы на наличие сальмо нелл в ряде стран и разных регионах России.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.