авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |

«Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Российская академия наук Кольский научный центр Мурманский морской ...»

-- [ Страница 5 ] --

Andreae et all., 1994). Рост биомассы зоопланктона приводит к росту биомассы рыб, которые им питаются, и которыми, в свою очередь, питаются тюлени (Riedman, 1990). Растворенный в воде сульфид этана выделяется в атмосферу, создавая высокую концентрацию в биопродуктивных зонах (Burgermeister et all., 1990;

Andreae et all., 1994). Предполагается, что морские птицы ориентируются при поиске пищи на концентрацию диметилсульфида в атмосфере (Nevitt et all., 1995).

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Современный уровень исследования обоняния у ластоногих не дает полной картины их обонятельных способностей (King, 1983). В тоже время на основании ряда последних данных можно сделать вывод, что значение обоняния в жизни тюленей существенно выше, чем счита лось ранее. Так, южноафриканские морские котики (Arctocephalus pusillus) оказались способны различать по запаху разные виды рыб (Laska et al., 2008) и некоторые химические вещества, как встречающиеся, так и отсутствующие в их естественной среде обитания (Laska et al., 2010).

Обыкновенные тюлени (Phoca vitulina) показали высокую чувствительность к сульфиду этана, установлено, что она в несколько раз выше, чем у людей (Kowalewsky et al., 2006). Во всех слу чаях острота обоняния ластоногих превосходила остроту обоняния человека.

Цель нашей работы: установить способность серых тюленей (Halichoerus grupus) от личать запах сульфида этана от запаха других веществ. Основные задачи

заключались в соз дании экспериментальной установки для проведения исследований, обучении животных работе с установкой и проведение эксперимента по выработке у серых тюленей условного рефлекса на запах сульфида этана.

Работы выполнялись на экспериментальном полигоне ММБИ в Кольском заливе с но ября 2011 по февраль 2012 гг. В экспериментах участвовали две самки серого тюленя. Воз раст обеих – 7 лет. Тюлени прошли курс общей и специальной подготовки, участвуя ранее, в выполнении различных экспериментальных работ. Животные на момент начала экспери мента были здоровы и имели высокий уровень пищевой мотивации. Режим кормления и количество пищи до и на протяжении работ не менялся. Животных кормили 2 раза в день в 11:00 и в 18:00, давая им по 5 кг мойвы в сутки.

С обоими животными эксперимент проводился по методике выработки дифференци ровочных условных рефлексов, при одновременном предъявлении двух стимулов при поло жительном подкреплении одного из них (Зорина, Полетаева, 2002). В качестве положитель ного раздражителя (S+) использовался 10% раствор сульфида этана. Объем используемого за один раз раствора составлял 2 мл. В качестве отрицательного раздражителя (S-) использо вался 10% раствор камфорного масла в объеме 2 мл. Камфорное масло применялось нами ранее как положительно подкрепляемый стимул, было знакомо животным и не оказывало на них негативного воздействия (Литвинов, 2011).



Ход экспериментальных работ можно условно поделить на три этапа. На первом этапе была создана экспериментальная установка для исследования обоняния у тюленей путем выра ботки уловных рефлексов на различные обонятельные раздражители. На втором этапе проходил процесс обучения животных навыкам, необходимым для проведения экспериментальных работ с использованием этой установки. На третьем этапе проводились непосредственно эксперимен тальные исследования обонятельной чувствительности серых тюлений к сульфиду этана.

Экспериментальная установка представляет собой два полипропиленовых цилиндра, закрепленных на деревянном брусе. Длина бруса составляет 2 м 20 см, что позволяет уста навливать его внутри садка с животным. Цилиндры имеют длину 30 см, диаметр 6 см, благо даря чему тюлень способен свободно просовывать в него переднюю часть головы и дышать.

При этом диаметр цилиндра не позволяет животному открывать рот и использовать вкусовые рецепторы. Цилиндры расположены на расстоянии 52 см от концов бруса. Посередине каж дого цилиндра вырезано отверстие диаметром 8 см. В него вставляются пластиковые емко сти с ароматическим веществом, помещенным на медицинскую вату. В емкостях просверлены отверстия. Размеры емкостей позволяют быстро менять их местами. С одного конца емкости закреплен электрический вентилятор с питанием от батарейки, который нагнетает воздух в цилиндр. Благодаря этому существенно повышается концентрация ароматического вещества, а погодные условия в меньшей степени оказывают влияние на проведение эксперимента.

В ходе второго этапа тюленей обучали по команде засовывать переднюю часть головы в полипропиленовый цилиндр и оставаться в таком положении до 10 секунд. Также живот Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН ных приучили к звуку работающего вентилятора. На данном этапе обоих тюленей ознако мили с новым для них положительным раздражителем – 10 % раствором сульфида этана.

Отрицательной реакции на запах данного вещества выявлено не было.

В ходе третьего этапа экспериментальную установку помещали в садок на расстоянии 2 м от животного. По команде тюлень должен был найти цилиндр с положительным стиму лом и зафиксировать в нем переднюю часть головы на 10 секунд. Животному разрешалось обследовать оба цилиндра. В случае правильного выполнения команды следовало пище вое подкрепление в виде рыбы. Эксперимент проводился во время утреннего кормления.

Емкости с раздражителями менялись в псевдослучайном порядке. Всего было проведено 25 тренировок по 20 предъявлений в каждой. Тюлень №1 уже на четвертой тренировке по казал 75% результативности (рис.). В дальнейшем этот показатель возрастал и достиг на 21 тренировке до 100%. В среднем он составил 86%. Тюлень №2 на седьмой тренировке по казал 75% правильных ответов и в дальнейшем этот показатель также достиг 100% результа тивности. В среднем он составил 78%. Небольшие различия в результатах между двумя жи вотными, возможно, объясняются тем, что с тюленем №1 годом раньше проводили похожее исследование, в то время как тюлень №2 в них не участвовал.





Рис. Выработка условного рефлекса на сульфид этана Полученные в ходе эксперимента данные свидетельствуют о том, что серые тюлени способны воспринимать и отличать от других запах сульфида этана. По некоторым сведени ям высокая концентрация сульфида этана фиксировалась в биопродуктивных областях Ми рового океана (Ferek et all., 1986). Тюлени при дыхании могут чувствовать запах этого веще ства и, таким образом, находить пищу.

Для окончательной оценки значимости обоняния в жизни ластоногих необходимо провести более глубокие исследования. Полученные нами предварительные данные о чув ствительности обонятельной системы серых тюленей к сульфиду этана, свидетельствуют о том, что роль обоняния у ластоногих в современной научной литературе недооценена и, возможно, она имеет более важное значение в экологии этих животных.

Литература Зорина З.А., Пантелеева И.И. Зоопсихология. Элементарное мышление животных. М.:

Аспект Пресс. 2003. 74с.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Литвинов Ю.В. Выработка условных рефлексов у серых тюленей с использованием обонятельных раздражителей // Материалы XXIX конференции молодых ученых ММБИ, по священной 140-летию со дня рождения Г. А. Клюге. Мурманск, 2011. С.121- Матишов Г.Г., Светочев В.Н., Кавцевич Н.Н., Ишкулов Д. Г. Спутниковое мечение щен ков гренландского тюленя в 2010 году // Морские животные на службе человеку. Материалы научно-практического семинара. Ростов-на-Дону, 2011. С. 47-52.

Andreae T., Andreae M., Schebeske G. Biogenic sulfur emissions and aerosols over the tropical south Atlantic 1. Dimethylsulfide in seawater and the atmosphere boundary layer // J. Geophys. Res. 1994. V. 99. P. 22819–22829.

Brgermeister S., Zimmermann R., Georgii H., Bingemer H., Kirst G., Janssen M., Ernst W.

On the biogenic origin of dimethylsulfide: relation between chlorophyll, ATP, organismic DMSP, phytoplankton species, and DMS distribution in Atlantic surface water and atmosphere // J. Geophys. Res. 1990. V. 95. P. 20607–20615.

Dacey J., Wakeham S., Oceanic dimethylsulfide: production during zooplankton grazing on phytoplankton // Science. 1986. V. 233. P. 1314–1315.

Ferek R., Chatfield R., Andreae M. Vertical distribution of dimethylsulphide in the marine atmosphere // Nature. 1986. V. 320. P. 514–516.

Gabric A., Murray N., Stone L., Kohl M. Modelling the production of dimethylsulfide during a phytoplankton bloom // J. Geophys. Res. 1993. V. 98. P. 22805–22816.

King J. Seals of the world. Oxford University Press. Oxford, UK, 1983.

Kowalewsky S., Dambach M., Mauck B. and Dehnhardt G. High olfactory sensitivity for dimethyl sulphide in harbour seals // Biology Letters. 2006. V. 2. P. 106-109.

Laska M., Svelander M. and Amundin M. Successful acquisition of an olfactory discrimination paradigm by South African fur seals, Arctocephalus pusillus // Physiology and Behavior. 2008. V. 93.

P. 1033-1038.

Laska M., Lord E., Selin S. and Amundin M. Olfactory discrimination of aliphatic odorants in South African fur seals (Arctocephalus pusillus) // J. of Comparative Psychology. 2010. V.124(2). P. 187-193.

Loughlin T., Bengtson J., Merrick R. Characteristics of feeding trips of female northern fur seals // Can. J. Zool. 1987. V.65. P. 2079–2084.

Nevitt G., Veit R., Kareiva P. Dimethyl sulphide as a foraging cue for Antarctic procellariiform seabirds // Nature. 1995. V.376. P. 680–682.

Riedman M. The pinnipeds: seals, sea lions, and walruses. University of California Press, Berkeley and Los Angeles. 1990. Р.

Thompson P, Miller D. Summer foraging activity and movements of radio-tagged common seals (Phoca vitulina L.) in the Moray Firth. Scotland // J. Appl. Ecol. 1990. V. 27. P. 492–501.

СТРУКТУРА И ВИДОВОЙ СОСТАВ МЕЗОПЛАНКТОНА ВОД У ЮГО-ВОСТОЧНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ КАМЧАТКИ В ВЕСЕННИЙ ПЕРИОД 2011 г.

У.Ю. Лобанова ФГУП КамчатНИРО;

г. Петропавловск-Камчатский, Россия e-mail: ulovaa@mail.ru Величина кормовой базы оказывает большое влияние на выживаемость рыб и их молоди на начальном этапе развития. Пищевые объекты рыб составляют значительную долю совокупности планктонных организмов. Недостаток кормовых организмов приводит к голоданию или замедлению роста. При постоянном количестве корма, чем больше потен циальных потребителей одной и той же пищи, тем меньше ее приходится на одну особь.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН В другой ситуации, когда количество потребителей постоянно, условия нормального питания зависят от изменчивости кормовой базы. При недостатке пищи включаются механизмы вну три и межвидовой конкуренции, отражающиеся на величине смертности личинок рыб. Раз витие планктона в значительной степени лимитирует запасы рыб, а следовательно, и успех промысла. Целью работы является изучение кормовой базы двух заливов двух заливов на восточном побережье Камчатки и юго-восточной оконечности полуострова для сопоставле ния с данными по численности нагуливающейся там молоди. Исходя из целей, ставились за дачи: обработать собранный материал, определить структуру и видовой состав мезопланкто на. Актуальность изучения структуры и видового состава зоопланктона именно этих районов заключается в том, что Авачинский и Кроноцкий заливы, юго-восточная оконечность Кам чатки имеют важное промысловое значение, так как здесь традиционно добывают ценные виды рыб. Как известно, в слое 0-50 м концентрируется и питается молодь многих ценных промысловых рыб, таких как навага, треска, минтай. К тому же в глубоководных каньонах Кроноцкого и Авачинского заливов, а также на шельфе юго-восточного побережья полуо строва располагаются центры икрометания минтая.

В основу настоящей работы были положены материалы, собранные в весенний пе риод 2011 г. в водах, прилегающих к юго-восточному побережью Камчатки, в период про ведения комплексных научно-исследовательских работ на судне МРТК-316. При планктон ных работах облавливали слой воды 50–0 м. Лов проводили большой сетью Джеди (БСД) с диаметром входного отверстия 0.37 м и размером ячеи 0.168 мм. Исследования в лабора тории включали определение видового состава и количественный анализ всех видов и групп планктона, встречавшихся в пробах. Биомассу отдельных компонентов в пробе определяли путем подсчета численности животных, умноженной на их средневзвешенную массу, кото рую определяли по таблицам стандартных весов или непосредственно взвешивали. Круп ные компоненты, преимущественно эвфаузииды, гиперииды, амфиподы и т.д., взвешивали на электронных весах с точностью до 1 мг. Статистическую обработку полученных данных проводили в соответствии с общепринятыми методиками.

При подсчетах численности и биомассы организмов учитывалось, что сеть БСД, как и другие средства облова зоопланктона, обладает определенной селективностью, вследствие чего планктон не долавливается, а данные по численности и биомассе получаются занижен ными, тем больше, чем подвижнее животные. Поэтому при обработке проб использовали эмпирические поправочные коэффициенты подсчета, применяемые специалистами ТИНРО центра для уловов сетью БСД.

Было обработано и проанализировано 57 проб планктона, собранные в апреле и мае 2011 г. в прибрежных водах юго-восточной Камчатки. Из них в апреле в Кроноцком заливе 14 проб, в Авачинском заливе – 8 проб;

в мае в Авачинском заливе собрано 23 пробы, на Юго восточной оконечности Камчатки – 12 проб. Схема сбора проб, представлена на рисунке 1.

В качественном отношении зоопланктон в тихоокеанских водах Камчатки в весенний период 2011г оставался без особых изменений, по сравнению с весной 2010 года. Основу зо опланктонного сообщества тихоокеанских вод Камчатки весной 2010 г. составляли типичные представители холодноводной и умеренно-холодноводной тихоокеанской фауны (табл.).

Кроноцкий залив. По предварительным результатам анализа проб было выявлено, что доминирующей группой являлся отряд Сорероda. Как по численности, так и по биомассе они составляли более 75 %.

Из копепод можно выделить: Oithona similis, Eucalanus bungii, Neocalanus plumchrus, Neocalanus cristatus, Pseudocalanus minutus, Metridia pacificа и молодь этих видов. Кроме этого, в пробах в массовом количестве отмечали науплиев копепод. В значительном коли честве в пробах встречались личинки иглокожих (8% от численности) Из амфипод в пробах достаточно часто встречалась молодь гиперииды Themisto japonica. Эвфаузииды были пред Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН ставлены тремя, традиционными для дальневосточных морей видами: Thysanoёssa inermis, Th. longipes, Th. raschii. Помимо выше перечисленных ракообразных, в сборах отмечены личинки десятиногих раков и циприсовидные личинки балянусов (Cirripedia). Из кишечно полостных в наших сборах доминировала пелагическая медуза Aglantha digitale, причем отмечены как молодь, так и взрослые особи этого вида. Другим, относительно массовым представителем зоопланктона, была Sagitta elegans, которая встречалсь на всех станциях.

Кроме вышеперечисленных представителей зоопланктона, в пробах в незначительном коли честве встречались оболочники рода Oikopleura, личинки полихет, брюхоногих моллюсков, а также икра и личинки рыб различных видов.

Рис. 1. Схема сбора проб мезопланктона в тихоокеанских водах Камчатки в апреле-мае 2011 г.

Авачинский залив. Пробы зоопланктона в Авачинском заливе были собраны в апреле и мае. Собрано 8 проб в период с 16 по 17 в апреля, и 23 пробы с 24 по 28 мая.

В апреле доминирующей группой так же являлся отряд Сорероda. Доля копепод в про бах была намного значительнее относительно других групп.

Из копепод также можно выделить: Oithona similis, Eucalanus bungii, Neocalanus plumchrus, Neocalanus cristatus, Pseudocalanus minutus, Metridia pacificа и молодь этих видов.

В пробах в массовом количестве отмечали науплиев копепод. Из амфипод в пробах часто встречалась молодь гиперииды Themisto japonica. Эвфаузииды были представлены одним видом – Th. Inermis. Из десятиногих раков были обнаружены личинки креветок, но в незна чительном количестве, а также циприсовидные личинки балянусов (Cirripedia). Из кишечно полостных в сборах доминировала пелагическая медуза Aglantha digitale, как молодь, так и взрослые особи этого вида. Другим, относительно массовым представителем зоопланкто на, была Sagitta elegans, которая встречалась на всех станциях, но ее значение было мень ше, чем в Кроноцком заливе. При обработке проб встречались оболочники рода Oikopleura, личинки полихет, брюхоногих моллюсков, а также икра и личинки рыб различных видов.

Крылоногие моллюски были представлены молодью Limacina helicina.

В мае больших изменений по сравнению с апрелем не произошло, за исключением понижения доли организмов отряда Copepoda, возрастания доли Sagitta. По численности мы можем заметить большое количество эвфаузиид, в основном за счет увеличения количества организмов этой группы на ранних стадиях развития.

Из амфипод в пробах встречалась молодь гиперииды T. japonica. Эвфаузииды были представлены только Th. inermis. Помимо выше перечисленных ракообразных, в сборах Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Та б л и ц а Состав мезопланктона в тихоокеанских водах Камчатки весной 2011 г.

Кроноцкий залив  Авачинский залив  ЮВК  апрель   май  мг/м3  экз./м3  мг/м3  экз./м3  мг/м3  экз./м3  мг/м3  экз./м3  Состав зоопланктона  Coelenterata  18.2  3.4  19.8  3.0  35.5  5.3  23.7  4.5      Aglantha digitale  18.2  3.4  19.8  3.0  35.5  5.3  23.7  4.5  Polychaeta  0.7  10.6  5.5  42.1  1.2  36.4  2.5  78.0      Polychaeta gen sp  0.3  0.4      0.2  8.8  0.4  0.4      Polychaeta gen sp (larv.)  0.4  10.2  1.1  41.9  1.0  27.6  2.1  77.6      Tomopteris spp      4.4  0.2          Copepoda  1071.6  4126.8  757.2  4900.8  767.7  3447.7  586.0  4329.1      Copepoda gen sp (naupl.)          1.4  297.4  1.3  262.4      Centropages mcmurrichii          0.8  17.6  0.4  19.2      Eucalanus bungii (naupl.)  0.2  20.4      3.6  672.0  0.2  40.2      Eu. bungii   686.9  157.8  335.0  65.3  333.9  93.0  412.5  94.6      Pseudocalanus minutus (naupl.)  3.9  334.5  2.5  410.6  0.5  93.7  7.7  608.2      Ps. minutus  19.8  197.7  41.5  415.2  28.5  291.0  23.3  234.3      Ps. minutus  (IV)          0.9  86.1  0.0  17.6      Ps. minutus (V)  1.2  15.2  1.3  18.1  14.8  185.6  2.2  27.2      Metridia pacifica   52.4  60.3  99.8  116.8  0.4  0.4  10.8  12.9      M. pacifica (III)          0.8  17.6          M. pacifica (IV)  3.0  48.6      1.2  27.2  1.4  23.2      M. okhotensis  1.3  0.7  0.8  0.4      1.2  0.8      Microcalanus pygmaeus  0.6  41.0  0.7  41.0  0.0  1.2  0.3  22.0      Calanus glacialis   1.1  0.5      1.3  1.6  0.4  0.4      Neocalanus cristatus  215.7  12.7  169.8  9.5  23.1  1.3  63.7  3.5      N. plumchrus          37.8  13.4          N. plumchrus (II)  30.1  504.4  57.8  964.2  5.7  101.8  10.9  182.0      N. plumchrus (III)  0.7  2.2  0.3  1.2  10.0  37.5  2.4  8.6      N. plumchrus (IV)  14.7  21.9  12.2  18.1  132.8  198.3  10.0  14.7      N.plumchrus (V)  12.6  4.3  7.0  2.5  157.5  41.5  10.0  3.4      Oithona similis  26.0  2604.8  27.4  2739.6  12.6  1263.5  27.2  2728.7      Oncaea borealis   1.4  99.8  1.4  98.4  0.2  6.1  0.3  25.2   Cirripedia gen sp  0.2  26.9  1.9  189.8  0.7  30.0  8.3  831.2   Mysidae gen. sp  0.6  21.6      5.2  6.0       Cumacea gen sp  0.8  0.2      1.2  1.2      Amphipoda  5.1  1.7  3.5  1.1  11.4  4.8  1.9  1.2    Gammaridae gen sp  0.6  0.6      8.7  3.1        Themisto japonica   4.5  1.1  3.5  1.1  2.7  1.7  1.9  1.2  Euphausiacea  130.5  21.2  21.4  15.6  29.5  272.6  134.8  88.6     Euphausiacea gen_ sp(naupl)  0.5  13.2  0.6  13.8  6.1  156.4  3.3  81.6     E. gen_ sp (metanaupl)          3.4  69.0         E. gen sp (furc)          4.0  46.3         Thysanoёssa inermis   (10)      4.8  0.8             Th. inermis   (1020)  66.0  4.0  16.0  1.0  16.0  1.0  25.5  3.0     Th. inermis  (20)  4.0  2.0                 Th. longipes (1020)  14.0  1.0                 Th. raschii (1020)  46.0  1.0                 Th. raschii (20)              106.0  4.0  Decapoda  0.3  0.6  0.0  0.6  1.5  1.5  0.0  0.2     Anomura gen sp (larv)          0.8  1.1         Brachyura gen sp (larv)          0.7  0.5         Macrura gen sp (larv)  0.2  0.3                 Paracrangon echinata (larv)  0.1  0.3  0.0  0.6      0.0  0.2  Mollusca  1.4  22.8  2.2  23.5  2.7  7.4  3.1  32.4     Gastropoda gen sp (larv)  1.4  22.8  1.4  23.3  0.5  7.2  1.9  32.0     Limacina helicina      0.8  0.2             Clione limacina           2.2  0.2  1.2  0.4  Sagitta elegans  156.5  24.7  80.1  14.0  215.3  41.4  125.3  20.3     Sagitta elegans (10)          72.0  18.4         S. elegans (1020)  82.1  19.4  52.1  12.0  143.3  23.0  57.3  15.3     S. elegans (20)  74.4  5.3  28.0  2.0      68.0  5.0  Прочие  1.3  366.7  5.0  220.7  2.2  98.0  1.7  49.7   Echinodermata gen sp (larv)  0.4  365.6  0.3  217.2  0.1  96.3  0.0  47.9  Oikopleura  0.5  0.8  4.3  3.3  1.1  0.9  1.2  1.0   Pisces gen_ sp (larv)  0.5  0.3  0.4  0.2  1.0  0.8  0.5  0.8  Всего проб  14.0  8.0  23.0  12.0  Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН отмечены личинки десятиногих раков, циприсовидные личинки балянусов (Cirripedia). Из ки шечнополостных в пробах доминировала пелагическая медуза Aglantha digitale. S. elegans в основном была представлена особями длиной до 20 мм. Кроме вышеперечисленных представителей зоопланктона, в пробах в незначительном количестве встречались обо лочники рода Oikopleura, личинки полихет, брюхоногих моллюсков, а также икра и личинки рыб различных видов.

Юго-восточная оконечность Камчатки. В этом районе было собрано 12 проб 1-2 мая 2011 г.

По сравнению с заливами на Юго-восточной оконечности Камчатки значение доминирующего отряда не так велико, всего 66% по биомассе и 80% по численности Стоит отметить, что в этом районе исследований было отмечено большое количество мелких, не имеющих большого веса циприсовидных личинок балянусов (Cirripedia), а также наличие больших особей Th. raschii длиной более 20 мм. Еще эвфаузииды были представлены видом Th. inermis. Из амфипод в пробах достаточно часто встречалась молодь гиперииды Themisto japonica. Помимо выше перечисленных ракообразных, в сборах отмечены личинки десятиногих раков, Из кишечнополостных в наших сборах доминировала пелагическая медуза Aglantha digitale, отмечены как молодь, так и взрослые особи этого вида. В каждой проанализированной пробе встречались среднего размера взрослые особи Sagitta elegans. Кроме вышеперечисленных представителей зоопланктона, в пробах в незначительном количестве были отмечены оболочники рода Oikopleura, личинки полихет, иглокожих, брюхоногих моллюсков.

Выводы 1. Видовой состав зоопланктона в тихоокеанских водах Камчатки в 2011 г. был доста точно разнообразным и включал 34 вида планктеров на различных стадиях развития, при надлежащих к 15 таксономическим группам.

2. Основу зоопланктонного сообщества тихоокеанских вод Камчатки весной 2010 г.

составляли типичные представители холодноводной и умеренно-холодноводной тихоокеан ской фауны.

2. Основу биомассы планктона в исследуемый период составляли копеподы, щетинко челюстные и эвфаузииды. Доля этих животных составляла 85-95 % от общей биомассы.

Литература Бродский К.А. Свободноживущие веслоногие рачки (Copepoda) Японского моря // Изв. ТИНРО. 1948. Т. 26. С. 3-133.

Виноградов М.Е. Суточные вертикальные миграции зоопланктона дальневосточных морей // Тр. Ин-та Океанологии. 1954. Т. 8. С. 164-199.

Волков А.Ф. О методике взятия проб зоопланктона // Изв. ТИНРО. 1996. Т. 119. С. 306-311.

Инструкция по сбору и обработке планктона. М.: ВНИРО, 1971. 82 с.

Лубны-Герцык Е.А. Весовая характеристика основных представителей зоопланктона Охотского и Берингова морей // Докл. АН СССР. 1953. Т. XCI, № 4. С. 949-952.

Лубны-Герцык Е.А. Распределение зоопланктона в Кроноцком заливе // Тр. ИОАН. 1959. Т. 36.

Максименков В.В. Питание и пищевые отношения молоди рыб, обитающих в эстуариях рек и прибрежье Камчатки // Петропавловск-Камчатский: Изд-во КамчатНИРО, 2007. 278 с.

Чучукало В.И. Питание и пищевые отношения нектона и нектобентоса в дальневосточ ных морях // Владивосток: ТИНРО-Центр, 2006. 484 с.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН ДОННЫЕ ФИТОЦЕНОЗЫ ЮЖНОГО И СРЕДНЕГО КОЛЕН КОЛЬСКОГО ЗАЛИВА БАРЕНЦЕВА МОРЯ С.С. Малавенда 1, С.В. Малавенда Мурманский государственный технический университет, г. Мурманск, Россия Мурманский морской биологический институт КНЦ РАН, г. Мурманск, Россия Кольский залив Баренцева моря – участок интенсивного судоходства, рыбопромысло вый район, место расположения ряда крупных военных баз. Экосистемы залива подверже ны существенной антропогенной нагрузке. Практически все восточное побережье южного и среднего колен залива заняты портовыми сооружениями. Углублялся фарватер в южной части. Неоднократно производился дампинг грунта. Загрязнение вод бытовыми стоками и нефтепродуктами очень существенно (Кольский залив…, 2009). Как следствие была выявлена существенная деградация литоральных фитоценозов южного и среднего колен Кольского за лива (Завалко, Шошина, 2008).

Цель данной работы – оценить современное состояние литоральных и сублитораль ных фитоценозов Кольского залива Баренцева моря и сравнить с литературными данными за другие периоды и с данными для близлежащих экологически чистых районов побережья.

Материалы и методы Съёмку проводили в различные гидрологические периоды (зима, весна, лето, осень) 2009 г. в шести районах Кольского залива (рис. 1). Разрезы 1-3 расположены в южном колене Коль ского залива, 4-5 – среднем и 6 – на границе среднего и северного. Берег на участках 1-5 относится к защищенному, грунт валунный на песчаном основании. Мыс Березов (разрез 6) расположен на слабозащищенном участке берега и сложен скальными породами. На мысе Притыка и Абрам-мы се распреснение наибольшее, на мысах Ретинский и Березов соленость близка к морской (Коль ский залив…, 2009). В сублиторали грунты в основном илисто-песчаные с отдельными валунами.

Применялся метод вертикальных трансект (Руководство…, 1980). Литоральные про бы отбирали рамкой 0.25 м в трех повторностях на каждом горизонте, сублиторальные водолазным способом рамкой 1м2. Определяли общую биомассу (В, кг/м2) растений, ви довой состав и биомассу отдельных видов. Рассчитывали индекс видового разнообразия Маргалефа и качественный индекс сходства Чекановского-Серенсена. Во всех районах исследо вания отмечали состав грунта, измеряли прозрачность воды с помощью диска Секи, солёность.

Обработка данных была проведена в Microsoft Office Excel (2003 и 2007). Кластерный анализ выполнен в Past (Pаleontological STatistics Version 1.97, yvind Hammer).

Результаты и обсуждение 1. Распространение растительности На исследованных участках Кольского залива наблюдается поясное распределение растительности, характерное для арктических и бореальных районов Северной Атлантики.

В районе южного колена преобладают бореально-арктические виды, на литорали домини руют Fucus vesiculosus L., Fucus distichus L, Fucus serratus L., Ascophyllum nodosum (L.) Le Jolis;

на м. Абрам-Мыс и м. Мишуков имеется пояс красных водорослей - Palmaria palmata (L.) Kuntze, Devaleraea ramentacea (L.) Guiri, Porphyra umbilicalis (L.) Ktz. и Polysiphonia urceolata (Lightfoot) Grev. В открытых частях губ глубже пояса ламинарий имеется сублиторальный пояс красных водорослей, в котором ведущее место занимают Odonthalia dentata (L.) Lyngbye и Phycodrys rubens (L.) Batters. В среднем и северном коленах Кольского залива также преобла дают бореально-арктические виды водорослей. Хорошо развиты пояса фукоидов, на нижнем горизонте преобладают красные и зеленые водоросли.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Рис. 1. Исследуемые участки Кольского залива Баренцева моря: 1 – м. Притыка;

2 – м. Абрам-Мыс;

3 – м. Мишуков;

4 – б. Белокаменная;

5 – м. Ретинский;

6 – м. Березов.

На литорали максимальная биомасса макроводорослей встречается в районах м. Ми шуков (7.3 кг/м2) и м. Березов (7.7 кг/м2) в летний период. В целом можно отметить, что наи меньшая биомасса водорослей во все гидрологические сезоны встречается на литорали в районе м. Притыка, что обусловлено совокупностью гидрологических факторов: низкой со леностью, эвтрофированием, ледовым режимом и преобладанием ила и песка (рис. 2). Однако, биомассы литоральных фитоценозов залива примерно в полтора раза ниже чем в сходных биотопах губ Печенга, Зеленецкая, Ярнышная и Шельпинская, что вероятно обусловлено антропогенным влия нием. (Кольский залив…, 2009).

Биомассы сублиторальных водорослей в Кольском заливе близки к таковым в губе Ярнышная (Шошина, Аверинцева, 1994) и губе Зеленецкая. На мысах Ретинский и Березов состав и структура сублиторальной растительности сходна с открытыми частями бухт и заливов Восточного Мурмана, остальных точек - защищенных.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН кг / м2 Южное колено Среднее колено Северное колено м. Притыка м. Абрам-Мыс м. Мишуков б. Белокаменка м. Ретинский м. Березов Зима Весна Лето Осень Рис.2. Биомасса литоральных макрофитов в исследуемых районах Кольского залива Наименьшие значения биомассы сублиторальных сообществ во все гидрологические сезоны отмечены на м. Мишуков (рис. 3). Главными лимитирующими факторами для донной растительности в этом районе является отсутствие твердого неподвижного субстрата, высо кая доля ила в грунтах, низкие скорость течения и прозрачность воды. На верхней сублитора ли Абрам-Мыса менее подвижные грунты и антропогенный мусор, создающий дополнитель ный субстрат для растительности в сочетании с высокой скоростью течения, обеспечивают средние значения биомассы, характерные для губ и заливов Восточного Мурмана (Кузнецов, Шошина;

2003). Однако доля ламинариевых водорослей составляет от 20 до 50%, что являет ся не типичным для побережья Баренцева моря.

Биомасса, г/ м м. Абрам-Мыс м. Мишуков б. Белокаменка м. Ретинский Весна Лето Осень Рис. 3. Биомасса сублиторальных сообществ южного и среднего колен Кольского залива В южном и среднем коленах отмечено уменьшение глубины произрастания пояса крас ных водорослей в сублиторали. В бухте Белокаменная пояс расположен на 4-5 м. По данным Е. С. Зиновой (1912,1914) в начале века на этой глубине находились заросли ламинариевых водорослей, а красные обнаруживались до 15 м. Аналогично на м. Абрам-мыс пояс багрянок сместился с 10-12 до 3-4 м. На мысе Мишуков в настоящее время красные водоросли отмече ны в единичных экземплярах. В защищенной части губы Ярнышная граница между поясами багрянок и ламинариевых проходит также на глубине около 15 м (Шошина, Аверинцева, 1994).

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Уменьшение глубины произрастания в южном и среднем коленах Кольского залива, на наш взгляд, обусловлено прежде всего низкой прозрачностью воды (не более 3 м).

2. Видовое богатство Всего в 2009 г. на литорали и в сублиторали Кольского залива был обнаружен 41 вид макрофитов (табл.). Наименьшее видовое богатство выявлено на мысе Притыка, максималь ное на литорали м. Абрам-Мыс и Берёзов. Литораль м. Березов в основном представлена выходом скальных пород, и отмечается постоянная океаническая соленость (30-33‰). В рай оне мыса Абрам-Мыс преобладают грунты с каменистой фацией, где также отмечены доста точно сильные колебания солености (2-30‰) и развита растительность нижнего горизонта литорали: выявлена высокая биомасса Saccharina latissima (L.) Lane, Mayes, Druehl et Saunder и F. serratus. На литорали м. Притыка на всем приливно-отливном цикле соленость поверх ностного слоя воды от 5 до 10‰. Массовыми видами в этом районе являются F. vesiculosus и Enteromorpha intestinalis (L.) Link. Данные макроводоросли наиболее толерантны к изме нениям солености и эвтрофированию (Дробышев 1971;

Виноградова 1974). В кутовой части залива также отмечена концентрация азотсодержащих элементов в воде, превышающая предельно допустимые концентрации в 4-5 раз (Кольский залив…, 2009).

По сравнению с 1909-1910 гг. (Зинова, 1912, 1914) видовое богатство южного и средне го колен Кольского залива резко сократилось: в районе исследования обитало не менее видов макрофитов (рис. 4). Не обнаружен ряд видов с крупными талломами, формирующие существенную биомассу (напр. Saccorhiza dermatodea (Bahelot de la Pylaie) Ares., Sphaсelaria plumosa Lyngb.), также виды с мелкими талломами (напр. Acrochaetium secundatum (Lyngbye), Isthmoplea sphaerophora (Carm.), Ralfsia verruosa (Areschoug), и др.). А согласно данным (За валко, Шошина, 2008) ранее 1999 г. в южном колене видовое богатство на литорали было еще ниже. Частичное восстановление растительности можно связать со снижением уровня бытовых и промышленных стоков в последнее десятилетие.

Число видов 1909 г. (Е.С. Зинова) 1999 г. (Е.В. Шошина) 2009 г.

Год, автор всего видов Бурые красные зеленые Рис. 4. Видовое богатство южного и среднего колен Кольского залива Данные зонально-географического анализа показывают, что в целом облик ассоциаций с 1909 г. не изменился, поэтому оснований связывать сокращение видового богатства с гло бальным потеплением у нас нет.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Та б л и ц а Видовой состав донных фитоценозов Кольского залива Районы  б. Белокаменка  м. АбрамМыс  м. Ретинский  м. Мишуков  м. Притыка  м. Березов  Виды  Phaeophyta  Alaria esculenta (L.) Grev.  +  +  +    +  +  Ascophyllum nodosum (L.) Le Jolis  +  +  +  +  +  +  Chorda filum (L.) Lamour.  +    +      +  Desmarestia aculeata (L.) Lamour.      +    +  +  Desmarestia viridis (O. F. Mller) Lamour.    +  +  +  +    Dictyosiphon foeniculaceus (Huds.) Grev.    +  +  +  +  +  Elachista fucicola (Velley) Areschoug  +  +  +  +  +  +  Fucus distichus L.    +  +  +  +  +    +    +  +  +  Fucus serratus L.  Fucus vesiculosus L.  +  +  +  +  +  +  Laminaria digitata (Huds.) Lam.        +      Pylaiella littoralis (L.) Kjel.   +    +  +  +  +  Saccharina  latissima  (L.)  Lane,  Mayes,  Druehl  et  Saunder  (Laminaria  saccharina  (L.)    +  +  +  +  +  Lamour.))  Scytosiphon lomentaria (Lyngbye) Link            +  4  12  9  10  10  14  всего  Rhodophyta  Ahnfeltia plicata(H.) Fries        +  +    Devaleraea ramentacea (L.) Guiri      +  +  +  +  Dumontia contorta (Gmelin) Ruprecht            +  Hildenbrandtia prototypus Nardo  +    +  +  +  +  Lithothamnion spp.        +  +    Odonthalia dentata (L.) Lyngbye    +      +  +  Palmaria palmata (L.) Kuntze  +  +  +  +  +  +  Phycodrys rubens (L.) Batters    +  +  +  +  +  Phyllophora truncata (Pallas) A.Zinova          +    Polyides rotundus (Gmelin) Grev.            +  Polysiphonia fucoides (H.) Grev. (Polysiphonia nigrescens (Smith) Grev.)            +  Polysiphonia lanosa(L.) Tandy          +    Polysiphonia urceolata (Lightfoot) Grev.    +  +  +  +    Porphyra miniata (Lyngbye) Ag.            +  Porphyra umbilicalis (L.) Ktzing  +  +    +  +    Ptilota plumosa (L.) Ag.    +      +  +  Rhodomela lycopodioides (L.) Ag.          +    11  6  7  7  11  всего  3  Chlorophyta  Acrosiphonia arcta (Dillwyn) J. Ag.    +  +  +  +  +  Chaetomorpha melagonium (Weber et Mohr) Ktzing            +  Cladophora rupestris (L.) Ktzing  +  +  +  +  +  +  Cladophora sericea (H.) Ktzing  +  +  +        +  +  +    +  +  Enteromorpha intestinalis (L.) Link  Enteromorpha prolifera (Muller) J. Ag.  +  +  +    +  +  Monostroma grevillei (Thuret) Wittrock    +  +  +  +  +  Protomonostroma undulatum (Wittrock) Vinogradova        +      Ulothrix flacca (Dillwyn) Thuret      +        Ulvaria obscura (Ktzing) Gayral    +  +  +  +  +  7  6  всего  4  8  7  5  30  21  25  24  29  Всего обитает видов  11  Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН 3. Структура растительных сообществ Выявлена высокая степень совпадения индексов сходства видового состава (Чеканов ского-Серенсена) литоральных водорослей, обитающих в районе м. Абрам-Мыс, и б. Ретин ская (при коэффициенте корреляции 0.8), что обусловлено сходством субстрата (каменистый, валунный) и высокими значениями интенсивности движения воды. Выделяется сообщество водорослей на литорали в районе м. Притыка, которое имеет минимальные значения индек са сходства с другими районами Кольского залива, что обусловлено специфическими усло виями (низкой соленостью воды и загрязнением) и минимальным количеством встреченных видов макроводорослей.

Значение индексов видового разнообразия Маргалефа в общем возрастает от кута к северному колену залива, что характерно для Мурмана. Наблюдается усложнение структу ры фитоценозов и увеличение числа входящих в их состав ассоциаций. Однако в районе м.

Абрам-Мыс, несмотря на высокую степень эвтрофирования индекс Маргалефа имеет наи большие значения (11.2). Можно предположить, что высокая степень гетерогенности усло вий (колебания солености до морской, грунты валунные на песчаном основании) обеспечи вает большую структурированность сообщества.

Заключение Анализируя полученные данные, можно отметить следующие черты деградации дон ных фитоценозов южного и среднего колен Кольского залива Баренцева моря:

1. Уменьшение глубины произрастания многих ассоциаций в сравнении с литератур ными данными начала 20 века и современными данными по прилегающим к Кольскому за ливу экологически чистым районам. Скорее всего это связано со снижением прозрачности поверхностного слоя воды 2. На фоне снижения числа видов уменьшается и видовое разнообразие, особенно снижается доля редких видов 3. На мысе Мишуков выявлены отклонения в структуре фитоценозов, которые вероят но связаны с антропогенным воздействием 4. Биомасса литоральных фитоценозов ниже, чем в экологически чистых районах Таким образом, состояние донных фитоценозов можно охарактеризовать как незна чительно нарушенное и местами слабоповрежденное (м. Мишуков, м. Притыка), согласно критериям биоиндикации, разработанным специально для Баренцева моря (Новые техно логии.., 2009). Наиболее повреждающими для растительности в целом являются увеличение доли ила и снижение прозрачности воды, которые вызываются целым рядом факторов (эв трофикация бытовыми стоками, загрязнение е поверхностных вод нефтепродуктами и т.д.).

Собственно эвтрофикация должна приводить к увеличению доли однолетних быстрорасту щих видов, но повсеместного увеличения доли указанных видов не отмечено.

Авторы благодарят за помощь в отборе сублиторальных проб С.В. Голдина и Ю.А Зуе ва, сотрудников ГосНИОРХ (г. Санкт-Петербург), а также студентку БФ МГТУ О.В. Гончарову за помощь при камеральной обработке.

Литература Виноградова К.Л. Ульвовые водоросли (Chlorophyta) морей СССР. Л.: Наука, 1974. 168 с.

Дробышев В.П. Акклимация морских водорослей при содержании в средах различной солености // Экология. 1971. № 1. С. 96-98.

Завалко С.Е., Шошина Е.В. Многоуровневая морфофизиологическая оценка состояния фукусовых водорослей в условиях антропогенного загрязнения (Кольский залив, Баренцево море) // Вестник МГТУ. 2008. Т. 11, №3. С. 423-431.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Зинова Е.С. Водоросли Мурмана. Введение. Зеленые и красные водоросли // Тр. Спб об-ва естествоиспыт. 1912. Т. 23, вып. 23, ч. 1. С. 170-343.

Зинова Е.С. Водоросли Мурмана. Часть II. Бурые водоросли // Тр. СПб об-ва естествои спыт. 1914. Т. 44-45, вып.3, № 4. С. 212-326.

Кольский залив: освоение и рациональное природопользование / Отв. ред.

Г.Г. Матишов. М.: Наука, 2009. 381 с.

Кузнецов Л.Л., Шошина Е.В. Фитоценозы Баренцева моря. Физиологические и струк турные характеристики. Апатиты: Изд. КНЦ РАН, 2003. 307 с.

Новые технологии мониторинга природных процессов в зоне взаимодействия пресных и морских вод (биологическая индикация) / Отв. ред. Г.Г. Матишов. Апатиты:

Изд-во КНЦ РАН, 2009. 262 с.

Руководство по методам биологического анализа морской воды и донных отложений / Под. ред. Цыбань А.В. Л.: Гидрометеоиздат, 1980. 185 c.

Шошина Е.В., Аверинцева С.Г. Распределение водорослей в губе Ярнышной Баренцева моря // Гидробиол. иссл-ния в заливах и бухтах северных морей России. Апатиты, 1994. С. 38-61.

ЛАМИНАРИЕВЫЕ ВОДОРОСЛИ И ИХ ЭПИФИТЫ ГУБ ДРОЗДОВКА И ИВАНОВСКАЯ ВОСТОЧНОГО МУРМАНА А.А. Метельский Мурманский морской биологический институт КНЦ РАН, г. Мурманск, Россия Губы Ивановская и Дроздовка являются частью бассейна Восточного Нокуевского за лива (Восточный Мурман). Детальные исследования фитоценозов проводились здесь в кон це 80-х - начале 90-х годов прошлого столетия (Сорокин, Пельтихина, 1991;

Макаров, 1998). В настоящее время исследования как доминантных видов водорослей-макрофитов, формиру ющих фитоценозы данного бассейна, так и сопутствующих, образующих, в том числе и эпи фитные сообщества, остаются актуальными и представляют значительный интерес.

Материал и методика Исследование проводилось в губах Ивановская и Дроздовка Восточного побережья Мурмана в августе 2011 года.

Материалом для работы послужили сборы ламинариевых водорослей (Laminaria digitata, Saccharina latissima, Alaria esculenta) и сопутствующих видов. Пробы отбирали при помощи специалистов – в различных горизонтах сублиторали рамкой площадью 1м2. Кроме этого, визуально описывали проективное покрытие субстрата водорослями (ПП), рельеф дна, состояние субстрата и тип грунта, проводили определение ширины зарослей водорослей и глубины произрастания.

В отобранных пробах рассматривали биомассу водорослей, соотношение доминант ных видов и видовой состав эпифитов.

Результаты и обсуждение В губе Ивановская заросли ламинариевых водорослей распространены практически на всем ее протяжении от о-ва Нокуев до второго порога и далее достигают осыхающей от мели в западной части кута.

В мористой части губы проективное покрытие субстрата водорослями неравномерное. В глубине бухт ПП составляет 20-30 % и увеличивается при продвижении к центру губы до 90-100 %, на глубинах более 15-17 м ПП значительно снижается. Ширина ламинариевого пояса 300-400 м.

Биомасса ламинариевых может достигать 12.5 кг/м2 (табл. 1). Доминирующими видами являются Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН L. digitata, S. latissima, и A. esculenta которые формируют 3 основных типа растительных ассоциа ций (рис., ст. 4-6). Ассоциация L. digitata + A. esculenta распространена на глубине 2-6 м, сменяясь с глубиной ассоциацией S. latissima + A. esculenta и чистыми зарослями L. digitata.

Рис. Распределение доминантных видов водорослей в губах Дроздовка и Ивановская Та б л и ц а Условия произрастания и биомасса ламинариевых водорослей в сублиторали губ Дроздовка и Ивановская Биомасса  Проективное  Доминирующие  ламинариевых,  № станции  Глубина, м  Тип грунта  покрытие, %  виды  кг/м2  A. esculenta,   Илистый  S. latissima,   1  8.7  25  2.2  песок  D. aculeata   S. latissima,   Песок, мелкий  100  10.1  2  7.5  A. esculenta  валунник  S. latissima,   3  6  Ил, песок  50  2.3  D. aculeata  L. digitata,  Крупно 4  5  100  3.7  A. esculenta  валунный  S. latissima,  Илистый  5  10  90  12.5  A. esculenta  песок  Илистый  L. digitata  6  15  15  2.7  песок  Песчано S. latissima  7  2.3  90  11.2  валунный  Песчано S. latissima  8  5.3  80  6.3  валунный  L. digitata,  Галечно 9  3  100  5.3  S. latissima  песчанный  L. digitata,  Галечно 10  5  95  2.7  S. latissima  песчанный  Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН В данной части губы отмечено наибольшее видовое разнообразие эпифитных во дорослей, произрастающих как на стволиках, так и на ризоидах ламинариевых. Наиболее массовым эпифитом является Ptilota plumosa, также велика доля Dictiosiphon foeniculaceus (табл. 2). Биомасса большинства остальных видов не превышает 1 г/м2.

Основная масса зарослей ламинариевых располагается в средней части губы («ков ше»), между первыми и вторыми порогами, где глубины варьируют в пределах 4-7 м. Круп ные талломы S. latissima формируют здесь монодоминантное сообщество (рис., ст. 7-8).

Несмотря на песчаные грунты с немногочисленными валунами проективное покрытие суб страта водорослями в южной части «ковша» составляет 85-90 %, а средняя биомасса их в этом районе доходит до 8 кг/м2 (максимальная – 11.2 кг/м2). Заросли тянутся вдоль юго-за падного берега «ковша». Отдельные крупные и средние камни также покрыты корковыми водорослями - Lithothamnion spp, Hildenbrandia spp.

В затишных местах, на глубинах 2-3 метра совместно с ламинарией обильно развива ется бурая водоросль Chorda fillum и присутствуют несколько видов зеленых: Chaetomorpha melagonium, Ulvaria obscura, Monostroma grevillei, Acrosiphonia arcta. Мозаичных зарослей зостеры, отмеченных здесь в более ранних работах (Рыжик, Метельский, 2005;

Пельтихина и др., 2007) нами обнаружено не было. Видовое разнообразие эпифитов на стволиках ла минарии ниже, нежели в мористой части губы. Основная биомасса эпифитных сообществ формируется за счет бурой водоросли Sphacelaria plumosa (табл. 2).

Та б л и ц а Средняя биомасса эпифитных видов водорослей, г/м Вид  Губа Ивановская  Губа Дроздовка  Мористая часть  Средняя  Кутовая  Центральная  Устье и кут  часть  часть  часть  Ptilota plumosa  36.89          Phycodris rubens  2.94      0.16    Odonthalia dentata  0.22      0.87    Corallina officinalis    1.27        Cerramium virgatum      0.03      Fimbrifolium dichotomum  0.17          Euthora cristata  0.19          Polysiphonia urceolata          0.40  Sphacelaria plumosa  0.16  30.96  20.74  0.44    Dictiosiphon foeniculaceus  7.20  0.13    3.54    Pylaiella litoralis  0.61  0.62  3.63  0.13  0.28  Chorda fillum  0.16  0.53  0.10      Ectocarpus confervoides  0.70      0.01    Desmarestia aculeata  0.91      0.99  0.48  Chaetomorpha melagonium  0.02  0.67  0.02    0.53  Acrosiphonia arcta  0.27      0.13  0.44  Кут губы Ивановская характеризуется небольшими глубинами и распространени ем ламинариевых водорослей почти по всей площади акватории (рис., ст. 9-10). Раститель ность здесь представлена ассоциацией S. latissima + L. digitata с проективным покрытием до 100 %, но с меньшей биомассой (до 5.3 кг/м2) по сравнению с другими районами губы. Наличие L. digitata вероятно объясняется хорошим проточным водообменом (Бобков и др., 2010), что создает благоприятные условия для произрастания здесь данного вида, обычно не характер ного для кутовых участков губ.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Количество видов эпифитов минимально. Как и в средней части губы, основообразу ющим видом эпифитных сообществ оказывается Sphacelaria plumosa. При продвижении к более распресненной части губы биомасса эпифитов снижается или они пропадают вовсе (на ст. 10 эпифиты не обнаружены).

В губе Дроздовка биомасса ламинариевых водорослей и проективное покрытие ими суб страта сильно варьируют на протяжении всей губы и достигают максимальных значений в цен тральной ее части (до 10 кг/м2) (рис. 1, ст. 2). Наиболее плотные заросли ламинарии сосредоточе ны на глубине до 10 м, что согласуется с данными 90-х годов (Макаров, 1998). Здесь формируется ассоциация S. latissima + A. esculenta, для которой характерно меньшее видовое многообразие эпифитных водорослей по сравнению с тем же типом ассоциации в губе Ивановская.

Фитоценозы устьевой и кутовой частей губы представлены ассоциациями S. latissima + D. aculeata + A. esculenta, S. latissima + D. aculeata на илистых грунтах (рис., ст. 1, 3), где в роли субдоминанта добавляется D. aculeate, биомасса которой доходит до 1.6 кг/м2. Заросли в таких условиях разреженные, мозаичные, проективное покрытие не превышает 50 % (табл. 1).

Наблюдается практически полное отсутствие эпифитов, биомасса самого распростра ненного вида из которых (Chaetomorpha melagonium) не превышает 0.53 г/м2 (табл. 2). Воз можно, это объясняется заилением грунтов в кутовой части и сильным волно-прибойным действием в устьевой. В обоих случаях эпифитам либо сложно закрепиться, либо просто не достаточно биосубстрата (доминантных макрофитов). Этим же, вероятно, объясняется отсут ствие эпифитов в самой кутовой части губы Ивановская.

Заключение Таким образом, в ходе проведенного исследования были выявлены несколько типов ассоциаций доминантных видов, биомасса водорослей в которых варьирует от 2.2 кг/м до 12.5 кг/м2 в ассоциации S. latissima + A. esculenta.

Результаты наших исследований показали, что, несмотря на проводимый промысел лами нариевых водорослей в период 1990 – 2000 годов, их биомасса и распределение значительно не изменились. Отмеченные ранние мозаичные заросли зостеры в фитоценозах не обнаружены.

Эпифитные сообщества характеризуются наибольшим видовым разнообразием в мористой части губы Ивановская. Массовыми и распространенными эпифитами являются Ptilota plumosa, Sphacelaria plumosa, Dictiosiphon foeniculaceus, Pylaiella litoralis, биомасса большинства остальных видов не превышает 1 г/м2. При продвижении к куту обеих губ коли чество видов эпифитов и их биомасса снижаются. Низкое видовое разнообразие или полное отсутствие эпифитных водорослей в кутовых участках губ обусловлено как распресняющим действием рек, так и нехваткой биосубстрата.

.

Литература Бобков А.А., Стрелков П.П., Ильина А.Н. Приливная изменчивость океанологических условий сублиторали губы Ивановской // Вестник СПбГУ. Сер. 7: Геология, география. СПб:

СПбГУ, 2010. С. 86-99.

Макаров В.Н. Сырьевые ресурсы промысловых водорослей // Промысловые и пер спективные для использования водоросли и беспозвоночные Баренцева и Белого морей.

Апатиты: КНЦ РАН, 1998. С. 257-272.

Пельтихина Т.С., Русяев С.М., Шацкий А.В. Распределение ламинариевых водорослей в губе Ивановская Баренцева моря // Тр. ВНИРО. М.: ВНИРО, 2007, Т. 147. С. 397-404.

Рыжик И.В., Метельский А.А. Запасы и распределение ламинариевых водорослей в губе Ивановская Баренцева моря // Материалы XXIII конференции молодых ученых ММБИ (май 2005 г). Мурманск: ММБИ КНЦ РАН, 2005. С. 97-101.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Сорокин А.Л., Пельтихина Т.С. Ламинариевые водоросли Баренцева моря. Мурманск:

ПИНРО, 1991. 188 c.

MОРФОМЕТРИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ И ГЕОМОРФОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЛИК ЗАЛИВА ГРЕН-ФЬОРД Н.И.Мещеряков Мурманский морской биологический институт КНЦ РАН, г. Мурманск, Россия e-mail: mescheriakov@mmbi.info Фиорды и заливы, вслед за альпийским горным рельефом, являются характерной чер той ландшафта Шпицбергена, обусловленной тектоническими напряжениями, протекавши ми на протяжении всей геологической истории развития архипелага. В этом отношении осо бо выделяется Западный Шпицберген. Здесь глубоко в берег врезаются множество фиордов, самым большим из которых является Ис-фьорд с многочисленными заливами и бухтами.

Первым от входа в фиорд на южном берегу вдается залив Грен-фьорд, который простирается в юго-юго-восточном направлении, близким к меридиональному (рис. 1). В известной мере депрессия залива, имеющая тектоническую природу, разделяет складчатый пояс, образован ный древними кристаллическими породами фундамента и осадочными породами мезозоя (западный берег) от кайнозойского пояса, сложенного горизонтослоистыми породами (вос точный берег) (Троицкий, 1971;

Матишов, 1984;

Тарасов, 2002).

Рис. 1. Схема залива Грен-фьорд Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Целью данной работы является проведение морфометрических расчетов и изучение современного внешнего облика залива Грен-фьорд.

При проведении морфометрических расчетов в качестве фактического материала ис пользованы морская карта № 19906 масштаба 1:20 000, ГУНИо (1970 г.) и топографическая карта Норвежского Полярного Института масштаба 1:20000 (1983 г.), а также аэрофотоснимки.

Залив Грен-фьорд располагается прямолинейно и от других заливов архипелага отли чается своим береговым очертанием. Его протяженность составляет 16.3 км (рис. 2), а шири на меняется в зависимости от конфигурации береговой линии. Так, в пределах отмеченных на схеме поперечных профилей А-Г (рис. 3), ширина залива составляет 2.0;

2.6;

2.4;

4.2 км со ответственно. При этом наибольшая ширина Грен-фьорда равная 6.4 км наблюдается в устье, между мысами Фестнинген и Хееродден. Береговая линия, общая длина которой составляет 39.6 км, относительно прямолинейная. Однако наличие небольших бухт, мысов и устьевых участков, впадающих ручейков несколько изменяет общий контур береговой линии. Пло щадь водного зеркала составляет 51.5 км, а депрессии дна залива – 54.2 км. Объем водной массы около 4075 км.

Рис. 2. Продольный батиметрический профиль (Д) Рис. 3. Поперечные батиметрические профили (А-Г) Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Депрессия залива Грен-фьорд имеет корытообразную форму, глубина изменяется с юга на север. Так в южной части глубина колеблется от 20 до 80 м и увеличивается в на правлении на север, доходя до 130 м, а в районе мыса Финносет до 150 м. В рельефе дна отмечаются два желоба с глубинами порядка 150 м, вытянутыми меридионально на 2 км в длину, около 500 м ширины. Здесь в отдельных местах глубины достигают до 160 м. Макси мальные глубины порядка 170 м отмечаются на выходе из залива Грен-фьорд, на траверзе мысов Фестнинген и Хееродден. Борта залива имеют более или менее ровную поверхность.

Его крутизна, по результатам проведенных исследований на ряде участков, достигает 60- градусов (Тарасов и др., 2003).

Берега Грен-фьорда сложены осадочными породами преимущественно терригеного состава: песчаниками, алевролитами и аргиллитами, не редко углистыми. Кремнистые по роды распространены в меньшей степени. Породы слабо метаморфизированы и дислоциро ваны, их возраст - нижний мел-юра на западном берегу и кайнозой на восточном (Тарасов и др., 2003). Берега террасированы, и каждая терраса приурочена к определенному положе нию уровня моря во времени.

Дно котловины залива глубже 50 м постилают преимущественно мягкие алеврит-пе литовые илы с примесью песка и гравия (Тарасов и др., 2003). Грубозернистые осадки характерны для прибрежных зон, где берега сложены скальными породами. В пределах аккумулятивных берегов распространены песчаные осадки с редкими обломками каменного материала. Специфика приливных и отливных течений обуславливает осадконакопление на мелководье в основном у восточного берега и в кутовой части залива. На характер посту пления осадочного материала оказывает определяющую роль водосборный бассейн. Общая площадь водосбора составляет более 193 км (Соловьянова, Третьяков, 2004).

На южном и западном берегах залива дислоцируются ледниковые массивы горно-до линного типа, такие как Альдегонда, Гренфьорд. Они служат источником питания одноимен ных рек Альдегонда и Гренфьорд и являются крупнейшим источником осадочного материала в заливе. Помимо этого в залив впадает ряд рек и ручьев: Брюде, Брефьерна, Грен, Конгресс.

Все, за исключением Конгресс и Грен, водотоки, впадающие в Грен-фьорд, маломинерализо ванные (содержание солей 40-200 мг/л), последние же можно отнести к рекам с умеренной минерализацией (около 400мг/г) (Третьяков и др., 2007).

На характер донных отложений и геоморфологический облик береговой зоны опреде ленное влияние оказывают океанологические процессы. В связи с тем, что Грен-фьорд сво бодно сообщается Ис-фьордом, заливы имеют свободный и достаточно интенсивный водо- и ледообмен с между собой. Режим приливов – не правильный полусуточный. Преоблада ющее направление ветра либо северо-северо западное, либо юго-юго- восточное, данный факт связан с орографическими условиями местности. Приливные течения распространены вдоль западного берега Грен-фьорда, отливные - вдоль восточного. Ледовый режим залива изменчив, начало устойчивого образования припая изменяется из года в год, в зависимости от интенсивности воздействия тех или иных факторов. Однако для большинства лет харак терно начало устойчивого образования припая со второй половины декабря по январь вклю чительно, максимальное значение толщины льда так же меняется из года в год. Среднее измеренное значение максимальной толщины льда составляет 60 см (Иванов и др., 2010).

Ледовый характер переноса осадочного вещества в заливе и вынос осадочного терригенного материала с талыми ледниковыми водами являются основными агентами в современном осадконакоплении в заливе Грен-фьорд (Тарасов, 2010).

Таким образом, очертание залива, форма рельефа дна и контуры береговой линии показывают на тектоническую природу формирования Грен-фьорда. Современное состояние залива определяет ряд факторов: водо- и ледообмен с Ис-фьордом, связь с ледниками и характер речного стока. Все это обуславливает особенности донных отложений Грен-фьорда.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Литература Иванов Б.В., Журавский Д.М., Священников П.Н., Павлов А.К. Многолетняя изменчивость ледо вого режима в заливе Гренфиорд (арх. Шпицберген) // Природа шельфа и архипелагов европейской Арктики. Комплексные исследования природы Шпицбергена. Вып. 10. М.: ГЕОС, 2010. С. 398-402.

Матишов Г.Г. Дно океана в ледниковый период. М.: Наука, 1984. 176 с.

Соловьянова И.Ю., Третьяков М.В. Наблюдения за стоком взвешенных наносов рек бассейна залива Грен-фьорд //Комплексные исследования природы Шпицбергена. Вып. 4.

Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 2004. С. 230-236.

Тарасов Г.А. Позднечетвертичная история развития Западного Шпицбергена // Ком плексные исследования природы Шпицбергена. Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 2002. С. 54-61.

Тарасов Г.А. Новые данные изучения ледового транспорта осадочного вещества в за ливе Грен-фьорд // Природа шельфа и архипелагов Европейской Арктикию Комплексные ис следования природы Шпицбергена. Вып. 10. М.: ГЕОС, 2010. С. 480-485.

Тарасов Г.А., Костин Д.А., Митяев М.В., Герасимова М.В. Об условиях седиментоге неза в заливе Грен-фьорд (Западный Шпицберген) // Комплексные исследования природы Шпицбергена. Вып. 3. Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 2003. С. 91-98.

Третьяков М.В., Голованов О.Ф., Павлов А.К., Прямиков С.М., Иванов Б.В. Результаты комплексных океанографических исследований залива Грен-фьорд (Западный Шпицберген) летом 2006 г. // Комплексные исследования природы Шпицбергена. Вып. 7. Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 2007. С. 164-175.

Троицкий Л.С. О голоценовых стадиях оледенения на Шпицбергене // Материалы гля циологических исследований. Хроника обсуждения. 1971. № 18. С.63-68.

МОРФОМЕТРИЧЕСКИЕ ПАРАМЕТРЫ РАЙОНОВ ОРГАНИЗАТОРОВ ЯДРЫШКА В ЛИМФОЦИТАХ ТЮЛЕНЕЙ РАЗНОГО ВОЗРАСТА Т.В. Минзюк Мурманский морской биологический институт КНЦ РАН, г. Мурманск, Россия e-mail: minzyuk@mail.ru Изучение закономерностей развития реактивности лейкоцитов является одним из приоритетных направлений исследования механизмов резистентности организма. Инфор мации о формировании специфических и неспецифических иммунных реакций у морских млекопитающих, особенно в ранние периоды постнатального онтогенеза, в литературе не достаточно для суждения об уровне их резистентности. В связи с этим актуально исследова ние морфофункциональных свойств лейкоцитов крови у тюленей, как в природных популя циях, так и содержащихся в условиях неволи, на разных этапах постнатального онтогенеза.

Окрашивание белков районов организаторов ядрышка, участвующих в процессах био синтеза и созревания пре-рРНК (Жарская, Зацепина, 2007;


Lam et al., 2005), позволяет выяв лять изменения функциональной активности ядрышка клеток. Ядрышко активно реагирует на внешние воздействия (в том числе и на стрессовые), поэтому на клеточном уровне может служить индикатором биологической активности и механизмов действия различных факто ров (Зацепина, 2007). Морфометрические параметры окрашенных серебром ЯОР (AgЯОР), такие как форма, количество и размер, позволяют судить о пролиферативной активности клетки (Derenzini, Trerе, 2001).

Целью настоящей работы являлась оценка морфофункциональных особенностей ядрыш кообразующих районов лимфоцитов периферической крови у тюленей разного возраста.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Материал и методы Объектами исследований явились:

1) Гренландский тюлень (Pagophilus groenlandica Erxleben, 1777) следующих возрастных групп: 1. бельки, возраст 1 неделя (n=38), 2а – серки, 1-1.5 месяца, «нормальные»- хорошо упи танные детеныши массой 30-35 кг (n=27), 2б – серки, 1-1.5 месяца, «заморыши» – массой 10- кг (n=36), 3 – серки, 3-4 месяца (n=6), 4 – взрослые животные (n=10). В условиях неволи получали кровь от 4-х животных, содержащихся в аквакомплексе экспериментального полигона Мурман ского морского биологического института (Сайда-губа, Кольский залив) с 2001 по 2004 годы.

2) Серый тюлень (Halichoerus grypus Fabricius, 1791): 1 – новорожденные, возраст – до 1 недели (n=8), 2 – питающиеся молоком, 2-3 недели (n=6), 3 – завершившие молочное пи тание, 1-1.5 месяца (n=12), 4 – самостоятельно питающиеся рыбой щенки, 3-4 месяца (n=6), 5 – взрослые животные, 3.5 года (n=2).

3) Тюлень-хохлач (Cystophora cristata Erxleben, 1777), 1-1.5 месяца (n=13).

Кровь у тюленей брали из внутрипозвоночной вены. Мазки крови изготавливали об щепринятым методом. Белки районов организаторов ядрышек окрашивали азотнокислым серебром по методике У. Хоуэлла и Д. Блэка (1980). Фиксированные в метаноле мазки по гружали в окрашивающий раствор, состоящий из 2 частей 50% раствора нитрата серебра и части 1%-ного раствора муравьиной кислоты в 2%-ном растворе желатина, на 30 мин.

Морфометрические параметры AgЯОР (количество, диаметр, площадь, округлость клет ки) определяли с использованием микроскопа Axio Imager M1, оснащенного цифровой видео камерой AxioCam и программным обеспечением AxioVision (фирмы Zeiss). Препараты изучали, используя масляную иммерсию (объектив 100, окуляр 10). Мерой активности ядрышек слу жила относительная площадь окрашенных серебром районов организаторов ядрышка, опре деленная как отношение площади ядрышкообразующего района к площади ядра лимфоцита.

Статистическую обработку результатов проводили методами вариационной статистики с использованием программ Microsoft Excel Windows XP и Statistica 6.0. Рассчитывали среднюю и ошибку средней (M±m), коэффициент вариации (V);

показатели асимметрии (As) и эксцес са (Ex). Для оценки достоверности различий между средними величинами использовали 2, t-критерий Стьюдента, различия при p0.05 рассматривались как статистически значимые.

Результаты и обсуждение AgЯОР в лимфоцитах морских млекопитающих имеют преимущественно округлую или слегка вытянутую с небольшими неровностями контуров форму. В период с 1-1.5 до 3-4 меся цев у щенков серого и гренландского тюленей увеличивается число неправильных по форме AgЯОР: вытянутых, с заостренными углами (рис. 1).

Рис. 1. AgЯОР в лимфоцитах тюленей Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Показатель округлости (формы) AgЯОР снижается у щенков с 1-1.5 месяцев, и возрас тает у взрослых животных (рис. 2). Известно, что показатель формы идеально круглых объектов равен 1. Все объекты со значениями меньше обладают неправильной формой. Вероятно, в возрасте от 1 до 4 месяцев у щенков тюленей высокий полиморфизм клеточных структур лим фоцитов по сравнению с взрослыми животными свидетельствует о высокой пролиферативной ак тивности лимфоцитов.

Изменения в морфологии ядра интерфаз ных лимфоцитов отмечены при лейкозах у ко ров, также у них наблюдается увеличение «ати Рис. 2. Показатель округлости ядра и AgЯОР в пичных» по форме AgЯОР (Косякова и др., 2010).

В опухолевых клетках проявляется выраженный лимфоцитах гренландского тюленя ядрышковый полиморфизм (Мамаев, 1991), при этом AgЯОР раковых клеток имеют более неправильные формы, чем контрольные клетки (Simeonov, Simeonova, 2006).

Максимальное число ядрышкообразующих районов в интерфазных клетках определя ется числом ядрышкообразующих хромосом, у исследуемых нами тюленей оно составляет (Arnason, 1981). У серого тюленя лимфоциты с 4-мя AgЯОР встречаются в 0-4% случаев, у грен ландского же тюленя максимальное их число было выявлено только у животных в условиях неволи (не более 1-2%). Не все организаторы ядрышка визуализируются в лимфоцитах, т.к.

некоторые из них либо вступают в ассоциации (Мухарьямова, Зацепина, 1993), либо не яв ляются активными (Shadley, 1994). У всех тюленей преобладают лимфоциты с одним AgЯОР (73.5-90.0%), и только у хохлача в возрасте 1-1.5 месяцев – с двумя AgЯОР (46.96±2.59%).

У гренландских тюленей с 1.5 месяцев, у серых – с 3-4 месяцев наблюдается увели чение количества лимфоцитов с одним AgЯОР (рис. 3). При этом щенки серых тюленей, за вершившие молочное вскармливание, но еще не питающиеся рыбой, а также бельки грен ландских тюленей характеризуются повышенным относительным количеством лимфоцитов (р 0.05) по сравнению с другими возрастными группами.

Рис. 3. Количество AgЯОР в лимфоцитах тюленей Относительный размер AgЯОР (SAgЯОР:SЯ) от рождения и до периода начала самосто ятельного питания у щенков тюленей выше, чем у взрослых животных, что подтверждается статистическими показателями (табл., рис. 4).

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Та б л и ц а Статистические параметры распределений лимфоцитов тюленей по величине отношения площади AgЯОР к площади ядра Группы  М±m  As  Ex  C.V.  тюленей  Серый тюлень  1  0.127±0.001  0.707  0.887  24.7  2  0.134±0.001  0.275  0.001  28.1  3  0.122±0.001  0.351  0.404  25.2  4  0.104±0.001  0.723  1.043  25.9  5  0.087±0.006  1.484  3.975  34.3  Гренландский тюлень  1  0.087±0.001  0.772  0.634  36.1  2а  0.095±0.001  0.599  0.525  31.0  2б  0.092±0.001  0.722  0.735  33.2  3  0.104±0.001  0.503  0.202  26.6  4  0.082±0.001  0.726  1.786  35.9  Примечание. М±m – средняя и ошибка средней;

As – асимметрия;

Ex – эксцесс;

C.V. – коэффициент вариации Взрослые животные характеризуются высоким показателем эксцесса (табл.), т.е. в пери ферической крови у них преобладают лимфоциты, сходные по функциональному состоянию.

В отличие от взрослых животных щенкам тюленей свойственно наличие больших групп лим фоидных клеток, существенно различающихся по интенсивности синтетических процессов ( 20.05), т.е. в первые 3-4 месяца жизни тюленей воздействие антигенов внешней среды (а также внутренних факторов, в частности, гормонов) на кроветворную и иммунную системы наиболее значительно. Относительная площадь организаторов ядрышка у щенков серых тюленей в пост натальном периоде развития выше, чем у гренландских тюленей (табл., рис. 4).

Рис. 4. Распределение лимфоцитов по величине SAgЯОР:SЯ у тюленей разных возрастных групп Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН В среднем наибольшее число AgЯОР в одном лимфоците у тюленей наблюдается в первые месяцы адаптации к неволе и достоверно снижается на первом году жизни, при этом относительный размер AgЯОР значительно не меняется (рис. 5).

Рис. 5. Динамика возрастных изменений числа AgЯОР и величины SAgЯОР:SЯ у гренландских тюленей Таким образом, синтез рРНК в клетках формирующейся системы иммунитета детенышей тю леней более интенсивен, чем у взрослых животных, что проявляется в большем числе и относитель ном размере AgЯОР, а также в увеличении числа неправильных по форме организаторов ядрышка и преобладании субпопуляций лимфоцитов различных по своему физиологическому состоянию.

Следовательно, в первые 3-4 месяца постнатального онтогенеза тюленей происходит усиление про цессов пролиферации лимфоидных клеток, осуществляющих реакции специфического иммунитета.

Выводы:

1. У щенков хохлача преобладают лимфоциты с двумя AgЯОР, у серых и гренландских тюленей во всех возрастных группах - с одним AgЯОР.

2. Синтез рРНК в лимфоцитах детенышей тюленей более интенсивен, чем у взрослых животных, что проявляется в большем количестве и относительном размере AgЯОР, высоком полиморфизме организаторов ядрышка и преобладании субпопуляций лимфоцитов, разли чающихся по транскрипционной активности рибосомных генов.

3. В первые месяцы адаптации к условиям неволи у гренландских тюленей наблюдает ся высокое количество AgЯОР, при этом их относительный размер значительно не меняется.

Истощенные животные отличались низкими показателями относительного размера AgЯОР.

Литература Жарская О.О., Зацепина О.В. Динамика и механизмы реорганизации ядрышка в мито зе // Цитология. 2007. Т. 49, № 5. С. 355–369.

Зацепина О.В. Современные представления о свойствах и функциях ядрышка. Ядрыш ко как мишень стрессовых воздействий на клетки / Тез. докл. и сообщ., представленные на II съезд общества клеточной биологии совместно с юбилейной конференцией, посвященной Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН 50-летию института цитологии РАН, г. Санкт-Петербург, 16-19 октября 2007 г. // Цитология.

2007. Т. 49, № 9. С. 748–749.

Косякова Г.П., Иванов С.В., Яковлев А.Ф. Интерфазные ядрышкообразующие районы лимфоцитов коров при вирусе лейкоза / Тез. докл. и сообщ., представленные на XVI всерос сийский симпозиум «Структура и функции клеточного ядра» (г. Санкт-Петербург, 5-7 октября 2010 г.) // Цитология. 2010. Т. 52, № 8. С. 665.

Мамаев Н.Н. Морфофункциональная характеристика окрашенных серебром ядрышек и ядрышковых организаторов нормальных и патологических клеток человека // Цитология.

1991. Т. 33, № 9. С. 87.

Мухарьямова К.Ш., Зацепина О.В. Структурные и иммуноцитохимические особенно сти ядрышек, формирующихся в условиях пространственного разобщения ядрышкообразу ющих хромосом // Цитология. 1993. Т. 35, № 5. С. 3–9.

Arnason U. Localization of nucleolar organizing regions in pinniped karyotypes // Hereditas.

1981. Vol. 94, N 1. Р. 29–34.

Derenzini M., Trer D. Silver-stained nucleolar organizer regions (AgNOR) // Pathologica.

2001. Vol. 93, N 2. P. 99–105.

Howell W.M., Black D.A. Controlled silver staining of nucleolus organizer regions with protective colloidal developer: a 1-step method // Experientia. 1980. Vol. 36. P. 1014–1015.

Lam Y.W., Trinkle-Mulcahy L., Lamond A.I. The nucleolus // Journal of Cell Science. 2005. Vol.

118, N 7. P. 1335–1337.

Simeonov R., Simeonova G. Computerized morphometry of mean nuclear diameter and nuclear roundness in canine mammary gland tumors on cytologic smears // Veterinary Clinical Pathology. 2006. Vol. 35, N 1. P. 88–90.

Shadley J. Chromosomal adaptive response in human lymphocytes // Radiation Research.

1994. Vol. 138, N 1. P. 9– ПИТАНИЕ МОЛОДИ МИНТАЯ THERAGRA CHALCOGRAMMA В АВАЧИНСКОМ ЗАЛИВЕ В 2011 Г.

С.П. Минлиятова Камчатский государственный технический университет, г. Петропавловск-Камчатский, Россия e-mail: minliyatova@mail.ru Авачинский залив – залив Тихого океана у юго-восточного берега полуострова Камчат ка. Данный район имеет важное промысловое значение, так как является традиционным ме стом обитания и воспроизводства многих промысловых рыб, в том числе и молоди минтая.

Минтай – самый многочисленный вид тресковых, распространенных в северной части Тихого океана. Несмотря на довольно длительное промысловое использование, многие сто роны его биологии, питания, популяционной структуры, сезонного распределения и экоси стемных связей изучены еще недостаточно.

Цель данной исследовательской работы определить состав пищи и накормленность у молоди минтая Theragra chalcogramma в Авачинском заливе в мае и августе 2011 г. Перед автором стояли следующие задачи: определить видовой состав молоди рыб, изучить состав пищи, накормленность, дать характеристику пищевого спектра по разно размерным группам.

Актуальность работы определяется тем, что питание и пищевые взаимоотношения морских видов рыб в прикамчатских водах является слабо изученным вопросом. Молодь рыб составляет важную часть пополнения популяций. Основной фактор, влияющий на высо кую и стабильную численность рыб – обеспеченность пищей.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Изучение питания и пищевых отношений любых (в т.ч. промысловых) гидробионтов необходимо для познания жизненных циклов и экологии видов, а также рационального использования запасов промысловых объектов в хозяйственной деятельности (Чучукало, 2006). Трофический фактор является одним из основных, определяющих не только биоло гические характеристики, но также выживание, что обуславливает величины численности и продукции морских рыб. Исследование питания и трофических взаимоотношений молоди на ранних этапах жизни в дальнейшем будет способствовать пониманию причин урожайности поколений (Максименков, 2007).

Молодь минтая была поймана в Авачинском заливе в мае и августе 2011 г. при вы полнении траловой съемки на девяти станциях на глубинах 36-145 м. В качестве орудия лова использовали датский снюрревод.

В лаборатории рыб определяли, измеряли, взвешивали, вскрывали желудки, взвеши вали их содержимое целиком и по отдельным группам организмов. В ходе работы по опре делению организмов, потребленных рыбами, использовали определители (Бродский, 1950;

Виноградов и др., 1982;

Гаевская, 1948;

Макаров, 1966) Изучение питания проводили в соот ветствии со стандартной методикой (Методическое, 1974). Для определения индексов на полнения желудков использовали формулу:

ИНЖ = q/P*10000, где: q – масса пищи, г;

P – масса рыбы, г.

Биологическому анализу подвергнуто 197 экз. молоди минтая. Описаны морфометри ческие характеристики рыб. Определен состав пищи и наполнение 197 желудков, из которых пустым оказался один желудок. Размерный ряд особей от 9 до 20.5 см. Минимальная масса исследованного экземпляра составила 4.9 г, а максимальная 63.1 г. Средний размер минтая – 13.3 см, а средняя масса 21.8 г.

Пойманную рыбу условно разбили на три размерные группы: 9-12 см, 13-16 см и более 17 см. Спектр питания этих размерных рядов представлен на рисунке 1.

Прочее Pisces встречаемость (в % от масы) Crangonidae Mysidacea Euphausiidacea N. cristatus M. pacifica Eu. bungii N. plumchrus Gammaridae 9-12 см 13-16 см 17 см Рис. 1. Спектр питания разноразмерных групп минтая в Авачинском заливе в 2011 г, % по массе В Авачинском заливе в уловах встречался минтай длиной от 9 до 20.5 см с пре обладанием размерных групп 9-12 см (42%), 13-16 см (48%), более 17 см (10%). В пище молоди минтая до 13 см встречались преимущественно: Eucalanus bungii (57%), Mysidacea (16%) и Metridia pacifica (14%). Молодь длиной 13-16 см питалась в основном Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН Neocalanus plumchrus (31%), Eu.bungii (26%), Mysidacea (20%). В пище рыбы более 17 см до минировали Eu.bungii (44%) и Mysidacea (23%).

Первостепенное значение в общем пищевом спектре молоди минтая имели Copepoda (N. plumchrus) (32.1%), Mysidacea (19.1%) и Eu. bungii (18%), а также встречались другие виды копепод – M. pacifica (16.8%), Neocalanus cristatus (5.2%), Crangonidae (2.9%), Euphausiidacea (2.3%), Gammaridae (2.1%), Pisces (1%), Cumacea (0.5%).

Данные о составе пищи молоди минтая в Авачинском заливе в 2011 г. представлены на рисунке 2.

0,8% 2,0% 4,3% 18,4% 72,2% 0,5% 1,3% 0,5% Gammaridae Cumacea Euphausiidacea Mysidaсea Oikopleura Crangonidae Pisces Copepoda Рис. 2. Состав пищи (% от массы) молоди T. сhalcogramma в Авачинском заливе в 2011 г.

Вся молодь активно питалась: доля рыб с пищей в желудках составила 99 %. Средний индекс наполнения желудков 1730/000, причем в мае он был равен 2900/000, а в августе – 790/000.

Молодь минтая ведет пелагический образ жизни и его пищевой комок состоит из планктонных организмов. Минтай является высокопластичным видом. При ухудшении кор мовой базы он может совершать нагульные миграции в глубоководные котловины, заселять эпипелагиаль и переходить на второстепенные виды корма (Чучукало, 2006).

Таким образом, питание минтая и его пищевые отношения с молодью других морских видов рыб является актуальным вопросом для дальнейших исследований.

Литература Чучукало В.И. Питание и пищевые отношения нектона и нектобентоса в дальневосточ ных морях. Владивосток: ТИНРО-Центр, 2006. 484 с.

Максименков В.В. Питание и пищевые отношения молоди рыб, обитающих в эстуари ях рек и прибрежье Камчатки. Петропавловск-Камчатский: Изд-во КамчатНИРО, 2007. 278 с.

Бродский К.А. Веслоногие рачки Calanoida дальневосточных морей СССР и полярного бассейна. М.: Изд-во АН СССР, 1950. 443 с.

Виноградов М.Е., Волков А.Ф., Семенова Т.Н. Амфиподы – гиперииды Мирового океа на. Л.: Наука, 1982. 493 с.

Гаевская Н.С. Определитель фауны и флоры северных морей СССР. М.: «Советская на ука». 1948. 740 с.

Макаров Р.Р. Личинки креветок, раков-отшельников и крабов западно-камчатского шельфа и их распределение. М.: Наука, 1966. 164 с.

Методическое пособие по изучению питания и пищевых отношений рыб в естествен ных условиях. М.: Наука, 1974. 254 с.

Материалы XXX юбилейной конференции молодых ученых ММБИ КНЦ РАН ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ТАКСОНОМИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ ФАУНЫ РАКОВИННЫХ БРЮХОНОГИХ МОЛЛЮСКОВ В ПРИБРЕЖНОЙ ЧАСТИ КОЛЬСКОГО ПОЛУОСТРОВА И.О. Нехаев Мурманский морской биологический институт КНЦ РАН, г. Мурманск, Россия inekhaev@gmail.com Одними из первых работ, содержащих данные о фауне брюхоногих моллюсков при брежной части Кольского полуострова, являются исследования Н.М. Книповича (Knipowitsch, 1900) и К.М. Дерюгина (1915). Впоследствии видовой состав отдельных районов приводился во многих работах, посвящённых донной фауне рассматриваемого района, однако достовер ность приводимых в них определений зачастую смонительна. Более достоверные фаунисти ческие данные приведены в специальных работах, в которых обсуждается распространение представителей семейства Buccinidae (Кантор, 1981) и группы Opisthobranchia (Martynov et al., 2006). Данные о находках представителей некоторых других групп представлены при их ревизиях, при обсуждении распространения видов (Галкин, 1955;

Богданов, 1990). Необхо димо также отметить экологическую работу Т.А. Матвеевой (1974), содержащую также ряд данных о рапространении некоторых видов Gastropoda вдоль побережья Мурмана.

Несмотря на долгую историю изучения, до настоящего времени данные по фауне брю хоногих моллюсков прибрежной части разрозненны и во вногом противоречивы. Цель настоя щей работы — выявить количество таксонов раковинных брюхоногих моллюсков, обитающих в прибрежной части Кольского полуострова и охарактеризовать их таксономическую структуру.

Материал и методы Материалом для настоящей работы послужили более 570 проб, собранных на лито рали и сублиторали губ и заливов Баренцевомоского побережья Кольского полуострова, а также прилегающей акватории. Отбор и обработка проб велись по стандартным методам.

Для установления полного видового состава, особенно в группах, плохо представленных в настоящих сборах, были привлечены литературные данные.

В настоящем исследовании принята система, приведённая в работах П. Буше с соавто рами (Bouchet, Rocroi, 2005;

Bouchet et al., 2011), которая фактически разработана только для таксонов ранга семейства и ниже. Группы выше ранга семейства являются безранговыми, т.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.