авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |

«МИНИСТЕРСТВО ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ЭКОЛОГИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ УНИТАРНОЕ ГЕОЛОГИЧЕСКОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ «ЧИТАГЕОЛСЪЁМКА» ...»

-- [ Страница 12 ] --

В 1957-58 гг. сотрудниками ВСФ АН СССР под руководством В.Г. Беличенко проведена геологическая съемка масштаба 1:500000 южной части Витимского плоскогорья и разработана новая, более совершенная схема стратиграфии и магматизма. В.В. Сусленниковым (1957) эта территория покрыта аэромагнитной съемкой масштаба 1:200000, позднее в Еравнинской и Зазинской впадинах проводятся электроразведочные работы методом ВЭЗ (А.Н. Ситников, 1964 г.). Максимальная толщина осадочных пород в Еравнинской впадине определяется в 3300 м, в Зазинской – 1800 м. В 60-х годах территория Еравнинского района покрывается гравиметрической съемкой масштаба 1:1000000 (П.А. Попов, 1965) и геологическими съемками масштаба 1:200000 (А.А. Малышев, Ю.П. Козлов и др.), 1:50000 Э.П. Перинова и др.

В пределах Зазино-Еравнинского водораздела в результате геофизических, поисково-съемочных и разведочных работ в 60-80–х годах бурятскими геологами выявлен Еравнинский рудный узел с месторождениями Озерное (полиметаллы), Назаровское (золото), Солонго (бор) и другие. Некоторые из них уже лицензированы для разработки.

Изучение нефтегазоносности впадин забайкальского типа началось в 50-60-х го­ дах прошлого столетия работниками ПГО «Востсибнефтегеология» С.М. Замараевым, В.Б. Мазуром, В.В. Самсоновым, Г.П. Пономарёвой, Ю.П. Хромовских.

В осадочном разрезе Еравнинской впадины глинистые и песчаные породы при­ сутствуют примерно в равных количествах и представляют собой отложения озерного бассейна. Песчаники обладают пористостью 27% и проницаемостью 200 мД. Глинисто алевролитовые породы непроницаемы. В составе газа, отобранного при бурении колон­ ковых скважин, кроме метана отмечены тяжелые углеводороды. В породах присутству­ ют рассеянные нафтиды, количество которых достигает в песчаниках 14%.

Проведенные исследования позволяют заключить, что многочисленные нефте-, газо- и битумопроявления, установленные в пресноводных отложениях оз. Байкал и межгорных бассейнов Забайкалья, свидетельствуют о широком развитии в них процес­ сов генерации и дифференциации углеводородов. Органический потенциал осадков вполне мог реализовать свои возможности для формирования рентабельных для разра­ ботки скоплений.

Еравнинский осадочно-породный бассейн по мнению Г.П. Пономарёвой [3] име­ ет перспективную площадь 2000 км2, мощность отложений нижнего мела составляет 3000 м. В структуре впадины выделяются несколько котловин и разделяющих их под­ нятий. Изучены разрезы скважин в двух котловинах, Исингинской и Холойской (рис.).



В породах отмечено повышенное содержание органического вещества. В скв. Холойской мульды содержание хлороформенного битума колеблется от 0,16 до 52,25%. В Исингинской котловине в раннемеловых глинистых алевролитах зазинской свиты битумы присутствуют в пределах 5-62,5%.

Г.П. Пономарёвой произведено вычисление прогнозных ресурсов нефти в оса­ дочном чехле Еравнинского бассейна. Значения параметров, вводимых в расчет, заве­ домо занижены с учетом общей слабой изученности разреза.

Плотность ресурсов УВ равна:

Q = 400 0,0012 0,14 106 = 67,2 103 т/км2.

Прогнозные ресурсы УВ составят:

Qпр = 1800 67,2 103 = 120,9 106 т.

Таким образом, прогнозные ресурсы нефти в Еравнинской впадине по категории D оставляют 121 млн. т.

Рис. Фрагмент геологической карты северо-восточной части Еравнинской впадины (котловины: I – Холойская, II – Исингинская) Нами произведена выборка результатов подсчёта прогнозных ресурсов из отчёта [3] по основным впадинам Забайкалья. Сравнительная характеристика прогнозных ре­ сурсов по изученным бассейнам приведена в таблице.

В начале 21-го века научно-исследовательские работы по изучению нефтегазо­ носности впадин Бурятии были возобновлены по инициативе авторов статьи и директо­ ра ГИН СО РАН А.Г. Миронова. Финансовую поддержку оказали Государственный Комитет Республики Бурятия по природопользованию и охране окружающей среды (П.Л. Носков) и Институт геологии нефти и газа СО РАН (академик А.Э. Конторович).

По битуминозности впадин Бурятии был написан отчёт [5], а изучение углеводо­ родного поля северо-восточной половины Еравнинской впадины было произведено в рекогносцировочном порядке в 2006-2008 годах. За этот период отобрано 122 пробы свободного газа на хроматографический анализ. Попутно было отобрано 134 пробы грунта для изучения их битуминозности люминесцентно-битуминологическим мето­ дом.

Метан встречается во всех пробах в концентрациях от 10,11% до 66,35% об. Ва­ риационная кривая показывает двумодальное распределение концентраций метана:

мода первой совокупности равна 15% и соответствует, видимо, фону, вторая мода (45%) характеризует явно аномальные содержания метана, связанные со свободным выходом газов на поверхность. Указанное значение фона представляется повышенным.

Для сравнения с другими впадинами укажем, что в Баргузинской впадине метановый фон составил 10%, а полное отсутствие метана отмечалось в 21% проб. Максимальные Таблица Прогнозные ресурсы нефти во впадинах забайкальского типа (по Г.П. Пономарёвой, Ю.П. Хромовских, 1967) Эффективная Расчетная пло­ толщина проду­ Плотность ре­ Начальные прогнозные №/№ Бассейн щадь, сурсов, ресурсы нефти, млн. т, п/п цирующих отло­ км2 тыс. т/км2 в т.ч. извлекаемые жений, м 134, 1 Ононский 1200 400 40, 100, 2 Аргунский 3000 200 33, 30, Тургино- 67, 3 2000 200 33, Харанорский 20, Читино- 16,8 4 5000 Ингодинский 25, 178, 5 Кижингинский 1500 250 53, Гусиноозёр­ 14, 6 1100 200 13, ский 4, 47. 7 Зазинский 1000 100 47, 14, 400 120, 8 Еравнинский 1800 67, 36, 744, Итого: 21600 224, концентрации метана тяготеют к границе сочленения Холойской котловины с Исин­ гинской. С геологической позиции это объясняется выходом на поверхность юрско-ме­ лового комплекса пород, а с тектонической – присутствием здесь погребённой седлови­ ны между указанными мульдами.





Углекислый газ встречается во всех пробах, с концентрациями от 0,13 до 5,01%.

Наиболее часто встречается концентрация 1-2%, которую видимо, следует принять за фон. Аномальные концентрации характеризуются величинами 3-4% и более.

Присутствие азота во всех пробах и в значительных концентрациях не удиви­ тельно, так как он имеет двоякое происхождение: атмосферное и глубинное. Размах значений концентраций азота очень широк: от 26,54% до 69,94%.

Гелий встречается в 78% газовых проб. Его содержание в газе колеблется от 0,0002 об. % до 0,02 об. %. Наличие гелия указывает на значительную глубинность изу­ ченного газа, так как гелий поступает в осадочный чехол, как правило, из кристалличе­ ского фундамента. Максимальные концентрации этого газа приурочены к бортовым ча­ стям впадины, куда он поступает, очевидно, по разломам. Таким образом, и предыду­ щими, и новыми геохимическими исследованиями показано, что в недрах Еравнинской впадины присутствуют газообразные и жидкие углеводороды, которые фиксируются как на поверхности, так и в скважинах в аномально высоких концентрациях. Это озна­ чает, что в недрах впадины есть такие источники, из которых углеводороды рассеива­ ются. Однако, до сих пор в этом районе не проводятся никакие поисковые работы на нефть и газ. Инертность местной власти в создании собственной базы углеводородного сырья удивительна ещё и потому, что в этом районе проводятся подготовительные ра­ боты к созданию горно-рудного промышленного узла. Энергетические потребности Озёрнинского ГОКа вполне могут быть удовлетворены местными газовыми ресурсами, однако проект строительства горно-рудного комбината предусматривает использование некачественного бурого угля. Потенциальные недропользователи не хотят ничего ме­ нять. Как всегда, планируем вчерашний день.

Список литературы 1. Пономарева Г.П., Самсонов В.В. Геохимические условия образования нефти в континентальных отло­ жениях межгорных впадин Забайкалья // Геология и геофизика, 1971. - № 6. - С. 39-48.

2. Пономарева Г.П., Самсонов В.В. Перспективы нефтегазоносности кайнозойских впадин Забайкалья // Геология и нефтегазоносность юга Восточной Сибири. - М.: Недра, 1969. - С. 218-223.

3. Пономарева Г.П., Хромовских Ю.П. Отчет по теме № 17 «Сравнительная оценка перспектив нефтега­ зоносности межгорных впадин Бурятии и Читинской области». Том 1. ВСГУ по поискам и разведке неф­ ти и газа, Иркутск, 1967. – 290 с.

4. Самсонов В.В., Пономарева Г.П. Условия генерации углеводородов в мезозойских континентальных впадинах Забайкалья // Осадочные бассейны и нефтегазоносность. Доклады Сов. геол. на ХХVIII миро­ вом геол. конгрессе, М.: Наука, 1989. - С. 112-118.

5. Ширибон А.А., Исаев В.П., Фишев Н.А. Отчёт о результатах тематических работ за 2004 г. «Перспек­ тивная оценка на битумное сырьё рифтогенных впадин Западного Забайкалья». Улан-Удэ: ГИН СО РАН, 2005. – 88 с.

К ПРОБЛЕМЕ СОХРАННОСТИ СПОР И ПЫЛЬЦЫ В ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ОТЛОЖЕНИЯХ С.А. Решетова.

Институт природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН, Чита, srescht@mail.ru.

Комплексные палинологические и геохимические исследования позволили установить зависи­ мость содержания спор и пыльцы от величины pH в геологических образцах. Палинологические спектры, репрезентативные в количественном отношении, выделены из проб, охарактеризованных значениями pH, близкими к нейтральным (5-6). В образцах без спор и пыльцы или с их единичными экземплярами уста­ новлена кислая (3-4) и близкая к щелочной среда (7-10).

Палинологические исследования широко используются в научных и произ­ водственных сферах географии, археологии, биологии и экологии. Велико их значение и при геологосъемочных работах. С открытием В.П. Гричуком в 1937 году «сепараци­ онного» способа обработки осадочных пород [4], пыльцу и споры в достаточном коли­ честве стали извлекать из прежде «немых» отложений, что позволило их детально стра­ тифицировать, определять возраст и проводить корреляцию.

Как и любой аналитический метод изучения рыхлых отложений, спорово-пыль­ цевой анализ имеет свои преимущества и недостатки. В настоящее время споры и пыльцу можно обнаружить в разновозрастных осадочных отложениях, однако часть толщ разного генезиса по каким-то причинам не содержит палинологических остатков.

Причем, нередко бывает так, что в одном слое её много, а в другом почти нет. Или в кровле мощного слоя она есть, а в подошве отсутствует.

За время работы палинологической лаборатории в Забайкалье с 1957 г. проана­ лизированы десятки тысяч геологических образцов, которые нередко содержали еди­ ничные экземпляры миоспор, а то и вовсе были «немыми». Такая ситуация характерна для многих областей России. Отсутствие пыльцы в отложениях разными исследовате­ лями объясняется по-разному. Малое количество микрофоссилий может свидетельство­ вать о слишком быстром осадконакоплении, недостатках методик выделения спор и пыльцы, а также о плохой способности их оболочек сохранятся при фоссилизации.

На практике установлено, что при обработке лёссовых пород потеря спор и пыльцы может возникать на начальных этапах обработки проб в лабораторных услови­ ях [2]. Миграция растворов коллоидного кремнезёма, существующая в условиях лёссо и почвообразования, способствует замещению органического вещества внутри микро­ фосилий аморфным кремнезёмом. Это вызывает увеличение веса палинологических объектов и возможную их потерю при лабораторной подготовке проб к анализу сепара­ ционным методом. Для таких пород используют метод, предложенный М.П. Гричук [5], заключающийся в интенсивном взбалтывании суспензии породы в тяжёлой жидко­ сти или озвучивании её с помощью ультразвукового диспергатора (УЗДН). С использо­ ванием данного метода в палинологической лаборатории ИПРЭК СО РАН обрабатыва­ лись пробы из лёссовидных отложений, вскрытых в разрезе I надпойменной террасы р.

Чикой (археологический объект Студёное 1), что позволило лучше очистить мацерат, облегчить диагностику спор и пыльцы, а количество выделенных микрофоссилий не­ значительно увеличить.

Способность к сохранению оболочек пыльцы при захоронении и фоссилизации принято считать основной причиной их отсутствия в породах. Несмотря на то, что сами оболочки, состоящие из спорополленина, чрезвычайно устойчивы к биологическому распаду и химическому разрушению, они по-разному реагируют на эти процессы. Так, например, известно почти полное разрушение пыльцы лиственницы при фоссилизации [8]. На сохранении микропалинологических объектов сказывается и ряд других причин.

Ожелезнение и омарганцевание пород являются характерным признаком отсутствия в отложениях микрофоссилий, т.к. они очень чувствительны к вторичным окислитель­ ным процессам в рыхлых отложениях. Хорошая сохранность спор и пыльцы, напротив, обнаруживается в кислой среде с минимумом кислорода. Кроме того, их концентрация в отложениях зависит и от микробиологической активности среды. Грибы и бактерии, например, часто разрушают палинологические объекты. Известно, что на сохранность пыльцы и спор влияет температурный режим и климатическая зональность. При пере­ менном водно-температурном балансе микрофоссилии подвергаются разрушению в ре­ зультате набухания, трения и давления. Особенно это заметно по пыльце хвойных рас­ тений, на которой отмечаются многочисленные трещины и разрывы [1]. Хорошая сохранность пыльцы выявлена в почвах тундрового и таёжного ряда, а в почвах степей, лесостепей, пустынь и полупустынь зёрна разрушаются по-разному [2]. Физическое воздействие на споры и пыльцу связано с перемещением содержащих эти микрофосси­ лии отложений, что свойственно, чаще всего аллювиальным и прибрежно-морским осадкам.

Химическое воздействие является одним из главных факторов разрушения обо­ лочек пыльцы и спор [6]. Наиболее губительно оно в щелочной среде. Чем выше значе­ ния pH, тем меньше пыльцы обнаруживается во вмещающих отложениях. Возникает некий парадокс, поскольку при лабораторной обработке проб и выделении мацерата ис­ пользуют смесь уксусного ангидрида и концентрированной серной кислоты, концен­ трированные азотную, уксусную, соляную и плавиковую кислоты и щелочи [7], то по­ сле обработки образцов они должны быть полностью разрушены. Однако при стандарт­ ной методике обработки с использованием реактивов, споры и пыльца в мацерате до­ статочно часто имеют хорошую сохранность. Вероятно, имеет значение продолжитель­ ность химического воздействия, которое для геологических образований выражается в тысячах и миллионах лет.

С целью выяснения воздействия кислотности-щёлочности среды на количество спор и пыльцы в отложениях в ИПРЭК СО РАН проведены экспериментальные пали­ нолого-геохимические исследования. Одна часть пробы исследована палинологическим методом, а из второй была приготовлена суспензия для измерения уровня pH. Анализу были подвержены пробы скважины № 3 глубиной 132 м., пробуренной на правом бере­ гу р. Онон Цасучейской партией (ФГУГП «Читагеолсъёмка») в 2008 г. Всего проанали­ зировано 64 образца. Наполненными спорами и пыльцой оказались пять проб, осталь­ ные содержали или единичные экземпляры спор и пыльцы, или оказались «немыми».

Значения pH(KCl) определялись с помощью прибора Анион -7000 с пределом допускае­ мой основной абсолютной погрешности измерения ±0,02. Измерения проведены по ГО­ СТу 26423-85 [3]. Сухой осадок массой 20 гр., взвешенный с погрешностью не более 0,1 г., помещался в коническую колбу с добавлением 100 мл. дистиллированной воды (1:5) и перемешивался в течение 3 мин. с помощью мешалки. После пятиминутного от­ стаивания проводилось измерение pH. Электрод удерживался в суспензии 1 – 1,5 мин.

до установления десятых долей.

Эксперимент показал, что pH отложений, из которых была выделена пыльца в репрезентативных количествах (пробы 16005;

6;

58;

60;

62: 291-377 зёрен), соответство­ вал уровню в 5-6 ед., что является показателем слабокислой среды или близкой к ней­ тральной (табл.). Остальные образцы, с выделенными единичными экземплярами спор и пыльцы или совсем без них (0-33 зёрен), имели характеристики 3-4 ед. (кислая) и 7- ед. (ближе к щелочной). В целом по скважине значения pH, близкие к нейтральным, за­ фиксированы в почвенных пробах близких к поверхности (0,4-0 м). Вниз по разрезу скважины (до глубины 90 м) значения pH увеличиваются, и основной фон является ще­ лочным. В нижней части разреза (90-132 м) зафиксированы отложения с характеристи­ ками близкими к кислой и нейтральной средам, на фоне которых наблюдаются всплес­ ки щёлочности.

В результате палинологического анализа проб скважины № 3, споры и пыльца выделены из разных по литологии отложений: супесей, песков и глин. Полученные ре­ зультаты геохимического анализа хорошо коррелируются с палинологическими данны­ ми. Процесс определения величины pH в образце занимает не более 15 мин. и не требу­ ет специальных химических реактивов, тогда как при обычной лабораторной подготов­ ке заведомо «пустой» палинологической пробы затрачивается до пяти дней с использо­ ванием дорогих солей тяжёлых металлов. Таким образом, прежде чем подвергать про­ бы дорогостоящей обработке, можно было бы измерить pH отложений.

В настоящее время геохимические работы продолжаются параллельно с палино­ логическими исследованиями. В дальнейшем планируется провести эксперименталь­ ные работы в полевых условиях с использованием портативного оборудования для из­ мерений pH земли и грунта. Таким образом, если подобная зависимость выявится при определении pH и в полевых условиях, станет возможным отбор только тех проб, кото­ рые будут наполнены спорами и пыльцой, что заметно повысит рентабельность исполь­ зования палинологического метода для биостратиграфических исследований.

Список литературы 1. Березина Н.А. Некоторые факторы, определяющие формирование спорово-пыльцевого спектра и ис­ пользование анализа при геоботанических исследованиях. Автореф. канд. дисс. М.: МГУ, 1969. - 24 с.

2. Болиховская Н.С. Эволюция лёссово-почвенной формации Северной Евразии. М.: Изд-во Московского университета, 1995. – 270 с.

3. ГОСТ 26423-85. Почвы. Методы определения катионно - анионного состава водной вытяжки. М.: Изд во стандартов, 1985. – 7 с.

4. Гричук В.П. Методика обработки осадочных пород, бедных органическими остатками, для целей пыль­ цевого анализа // Пробл. Физ. Геогр., 1940. Т.№ VIII.

5. Гричук М.П. Применение ультразвука к выделению пыльцы из лёссов и глинистых пород // Вестн.

Моск. Ун-та. Сер. Геогр. 1966. № 6.

6. Каревская И.А. Спорово-пыльцевой анализ при палеогеографических и геоморфологических исследо­ ваниях. М.: Географический фак-т, 1999. - 114 с.

7. Пыльцевой анализ. М.: Госгеолиздат, 1950 – 570 с.

8. Савина Л.Н., Буренина Т.А. Сохранность пыльцы лиственницы в лесных почвах и отражение состава лиственничных лесов Монголии в рецентных спектрах // Палеоботанические исследования в лесах Се­ верной Азии. Новосибирск: Наука, 1981. - С. 6–83.

Таблица Кол-во Кол-во N Номер N Номер Глубина, м Название породы рH пыльцы и Глубина, м Название породы рH пыльцы и п/п пробы п/п пробы спор спор 16005 0-0,1 почва 6,4 375 33 16037 65,5-67,5 песок с рыжеват пятнами 9,5 2 16006 0-0,4 почва 6,6 377 34 16038 71,1 песок жёлто-серый 9,5 3 16007 1-2 песок 7,4 16 35 16039 72,7 песок жёлто-серый 8,6 4 16008 3,5 песок 9,0 3 36 16040 74-75 песок рыжевато-серый 9,1 5 16009 4,25 песок буровато-серый 7,4 4 37 16041 75,2 песок рыжевато-серый 9,2 6 16010 13-14 погребённая почва 8,7 3 38 16042 75,7 песок серый 9,3 7 16011 9,5 песок светло-серый 8,8 0 39 16043 76 песок серый 9,3 8 16012 12,5 супесь коричневая 8,2 1 40 16044 77,7 песок серый 9,4 9 16013 13-14 супесь коричневая 8,1 0 41 16045 79,3 9,11 песок серый 10 16014 14,5-14,9 суглинок серый 8,0 3 42 16046 80,45 песок рыжевато-серый 8,9 11 16015 15,5-16 песок 8,3 0 43 16047 82,4 песок коричневато-серый 9,6 12 16016 16-17 песок светло-серый 9,1 0 44 16048 84,15 песок серый 10,1 13 16017 17-18 песок светло-серый 9,1 0 45 16049 85,1 песок серый 10,0 14 16018 19-20 песок светло-серый 9,4 0 46 16050 87,75 песок жёлто-серый 9,0 15 16019 21-22 песок светло-серый 9,4 0 47 16051 88,25 песок голубовато-серый 9,2 16 16020 23-24 песок светло-серый 9,4 0 48 16052 89,7 песок голубовато-серый 9,1 17 16021 25-26 песок светло-серый 9,0 11 49 16053 90,5 песок серый 9,2 18 16022 28-29 песок светло-серый 9,1 16 50 16054 94,1 песок серый 6,5 песок с остатками обугл. древесной 19 16023 31-32 песок светло-серый 9,3 9 51 16055 96,2 4,5 золы 20 16024 34,6-35 песок белёсый 9,7 0 52 16056 97,2 "-" 4,6 21 16025 36-37 песок белёсый 9,4 0 53 16057 100 песок с ост. древ. золы 5,6 22 16026 39-40 песок пёстрой окраски 9,7 1 54 16058 101,1 глина тёмно-серая 6,2 23 16027 40-41 шлам 9,3 0 55 16059 102,1 песок тёмно-серый 8,8 24 16028 43,3-44 песок серый 9,1 0 56 16060 109,3 песок тёмно-серый 5,6 25 16029 46-47 песок пёстрой окраски 9,1 0 57 16061 109,75 7,0 песок с остатками древ. золы 26 16030 47,5-48 супесь зеленовато-серая 9,2 5 58 16062 110,6 "-" 5,2 27 16031 48,1-49 глина пёстрой окраски 9,1 5 59 16063 113,1 песок серый 3,2 28 16032 50-51 песок серый 9,3 0 60 16064 114-115,5 глинистый песок 8,9 29 16033 55,2 алевролит серого цвета 9,6 2 61 "-" 117,5 песок серый 4,7 30 16034 59,5 песок белёсый 9,0 0 62 "-" 118,5 песок 4,7 31 16035 62,2 песок белёсый 8,7 0 63 16066 127,5 песок серый 3,9 32 16036 62,5-65,5 песок зеленовато-серый 9,2 1 64 16067 132 песок тёмно-серый 9,0 К ВОПРОСУ О СОХРАНЕНИИ ГЕОЛОГИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ ЗАБАЙКАЛЬЯ С.М. Синица1, Е.С. Вильмова ИПРЭК СО РАН, Чита, sinitsa-sm@rambler.ru;

2СВГУ, Магадан, udokania@mail.ru Геологическое наследие Забайкалья разрушается и уничтожается как под действием естествен­ ных геологических процессов, так и в результате деятельности человека (техногенеза).

Для сохранения объектов, необходимых при геологических исследованиях, в Забайкалье выделе­ но 228 геологических памятников: 4 парка, 18 заповедников, 7 узлов и 199 одиночных. На данный мо­ мент уничтожено свыше 500 геологических объектов, под угрозой уничтожения находятся около сотни.

Отсутствие геологического мониторинга в регионе не позволяет определить ущерб, нанесенный геологи­ ческому наследию. Геологические выставки и геологические музеи региона разобщены и отражают лишь часть многообразия стратиграфии, палеонтологии, минералогии, петрографии и т.д. края. Для централи­ зованной охраны геологического наследия настоятельно необходимо создание единого Забайкальского геологического музея и его филиалов по районам;

издание Геологической Красной Книги Забайкалья;

расширение просветительской геологической работы с населением, создание геологических кружков в школах для начального геологического образования.

Забайкалье издавна считалось горнорудной провинцией, разработка руд которой началась с 1676 г. При проведении разведки и добычи полезных ископаемых, а также при геолого-съемочных работах происходит в первую очередь нарушение геологиче­ ской среды с усилением разного рода экзогенных геологических процессов и разнооб­ разное техногенное уничтожение геологического наследия (проходка шахт, штолен, ка­ нав, шурфов, траншей, скважин, застройки, дорожные карьеры и т.д.). В Забайкалье от­ сутствует геологический мониторинг, поэтому ущерб, нанесенный геологическому на­ следию, практически не определен. Даже на таких затопленных полиметаллических рудниках Южного Приаргунья как Кличкинский, Михайловский, Покровский, Благо­ датский и др. с гигантскими отвалами, хвостохранилищами и т.д., содержащими ток­ сичные химические элементы, не проводятся геохимические исследования техноген­ ных ландшафтов, не говоря уже о непрерывных наблюдениях на отдельных геологиче­ ских разрезах или обнажениях. При этом следует учесть, что в Забайкалье имеются уникальные геологические объекты, не имеющие аналогов в мире, однако, они не выде­ лены в качестве государственных геологических памятников. Причина заключается в негативном отношении геологических служб к проблеме выделения геологических па­ мятников в регионе. Если за рубежом такие работы были начаты в XVIII в., то в России они стали проводится лишь с 1992 г., когда постановлением Президиума РАН был со­ здан Совет по изучению и охране культурного и природного наследия. К последнему относилось и «геологическое наследие – совокупность расположенных «на месте» эта­ лонных геологических объектов, обладающих наглядностью проявления геологических феноменов и высоким информационным потенциалом» [2]. Такие геологические объек­ ты получили название геологических памятников природы. Геологическую секцию при Совете до 2005 г возглавлял А.В. Лапо, а с 2005 г. – М.С. Вдовец. Ими была разработа­ на классификация геологических памятников, методика их выделения, план описания, ранжирования, определение категорий охраны и факторов разрушения. Критериями от­ бора являются хорошая обнаженность и морфологическая выраженность, масштаб­ ность проявления геологического феномена, георазнообразие возрастного диапазона разреза и органических остатков, наглядное проявление современных геологических процессов, научное, познавательное, историческое и эстетическое значение, первая на­ ходка данного феномена и т.д. Ими предложено выделение 16 типов геологических па­ мятников: стратиграфические, палеонтологические, минералогические, рудно-лито петрографические, геохимические, радиогеологические, неогеотектонические, палео­ тектонические, структурно-геологические, космогенные, геотермические, палеогеогра­ фические, геокриологические, геоморфологические, гидрогеологические, историко-гор­ ногеологические [3].

В 2001 г. постановлением Правительства РФ впервые был введен новый термин – «особо охраняемый геологический объект» (ООГО). Федеральный закон «Об охраня­ емых природных территориях» от 1995 г. предусматривал выделение государственных заповедников, национальных парков государственных природных заказников и памят­ ников природы, на территории которых могут оказаться геологические объекты. В За­ коне «О недрах» [5] в статье 33 говорится, что « редкие геологические обнажения, ми­ нералогические образования, палеонтологические объекты и другие участки недр, представляющие особую научную или культурную ценность, могут быть объявлены в установленном порядке геологическими заповедниками, заказниками либо памятника­ ми природы или культуры. Всякая деятельность, нарушающая сохранность указанных заповедников, заказников и памятников, запрещается».

В 1992 г. была создана Европейская ассоциация по сохранению геологического наследия ProGEO, а с 1995 г. действует долгосрочная международная программа GEO­ SITES, основной задачей которой является глобальная инвентаризация объектов геоло­ гического наследия. В рамках этой проблемы составлен кадастр и карта геологических памятников Европейской части России и Алтайского края, а также банк данных и карта геологических памятников, куда вошли такие забайкальские памятники как Удокан, Георгиевка, Арголей и др. [17]. На данный момент в Забайкалье проведено выявление и описание 4 геологических парков, 18 геологических заповедников, 7 геологических узлов и около 199 одиночных геологических памятников. Осмотр состояния выделяе­ мых геологических памятников, проводимый нами в лучшем случае через 3-5 лет, по­ казывает, что, несмотря на публикации, призывы и всякого рода разъяснительную ра­ боту, на территории памятников ежегодно возникают дорожные карьеры, свалки, ско­ томогильники, траншеи старателей и разного рода застройки, что приводит к уничто­ жению геологического наследия. Все эти техногенные сооружения, как правило, усили­ вают образование трещин, рытвин, оврагов, оползней, свалов и других экзогенных гео­ логических процессов. В результате большая часть геологических памятников разруша­ ется и покрывается шлейфом обломочных делювиальных и коллювиальных отложений.

Работы по выявлению и описанию геологических памятников показали, что значитель­ ная часть геологических объектов, особенно стратиграфические, палеонтологические и минералогические, или утрачены, или находятся под угрозой уничтожения.

Например, геологический парк Удокан (местонахождения первой протерозой­ ской бесскелетной фауны планеты;

1,6-0,6 млрд. лет) резко отличается от остальных геологических объектов края большой площадью развития делювиально-коллювиаль­ ных свалов. Коренные обнажения присутствуют по берегам рек и на водоразделах, от которых вниз к подножью склона тянутся километровые «каменные моря» – курумы, т.е. большая часть геологической информации уже находится в разрушенном и переот­ ложенном виде. На участках заброшенной железной дороги Удокан-Чина вдоль скали­ стого железнодорожного полотна появились новые пролювиальные промоины, ополз­ ни, обвалы. Старые горные выработки и подъездные дороги в районе Удоканского ме­ сторождения меди не рекультивированы и также являются очагами новых современных экзогенных процессов [10, 13].

Для геологического парка Георгиевка (местонахождения первой раннекембрий­ ской скелетной фауны планеты;

570-540 млн. лет) характерен иной аспект уничтоже­ ния, а именно, хищнические сборы первых скелетных раннекембрийских археоциат, первых моллюсков, трилобитов, брахиопод и уникальных построек цианобактерий (Ар­ хеоциатовая Горка, канава водораздела Услон-Ерничная, риф). Большая часть разреза вскрывается магистральными канавами, которые долгое время были основными искус­ ственными обнажениями в районе, теперь же они обваливаются, зарастают и становят­ ся недоступными для исследований и повторных сборов [16].

Естественное разрушение останцов выветривания геологического парка Адун Челон (юрский гранитный массив с уникальными пегматитовыми жилами;

163- млн. лет) усилилось в связи с проходкой глубоких шурфов, карьеров со взрывом для оценки запасов драгоценных и полудрагоценных минералов. Кроме того, досужие ту­ ристы стараются оставить на останцах свои фамилии, обращения к подругам и т.д., что снижает эстетическое значение объектов. Может нам пойти по пути американцев, кото­ рые выделили петрофилам одну из скал для увековечивания своих фамилий? [8].

Геологический заповедник Кличка (г. Кличка и хребет Почекуй), где установле­ ны остатки первой протерозойской фауны планеты (1,6-0,570 млн. лет), покрыт много­ численными нерекультивированными шурфами, канавами, штольнями с отвалами, ко­ торые пройдены в известняках и доломитах и являются началом карстообразования [14].

Геологический заповедник Арголей (скалы высотой до 50 м на левом берегу р.

Онон) состоит из местонахождений остатков обитателей уникального субтропического моря Этрень, переходного между девонским и каменноугольными периодами (365- млн лет), и ирамского раннекарбонового (350-320 млн лет) более холодного моря, кото­ рые подвергаются уничтожению как в результате эрозии р. Онон, так и за счет проход­ ки дорожных выемок для взятия щебенки, в распадках появляются свалки и скотомо­ гильники, придающие непотребный вид памятнику [13].

Заповедник Газимурские Кулинды включает местонахождения девонской, ка­ менноугольной и раннеюрской биот по падям Большая, Средняя и Малая Кулинды (374-286 млн. лет и 213-188 млн. лет) и на две трети уничтожен карьерами (до 1 км) для добычи щебенки [13].

Особенно уязвимым оказался юрский геологический заповедник Черновские Копи – Красная Горка (150-145 млн. лет) характеризующийся потрясающим биоразно­ образием растений, представителями 16 отрядов насекомых, силуэтами проблематич­ ных организмов - планарий, галлами, яйцекладками и погрызами на листьях и т.д., приуроченных к сгоревшим породам «глиежам». Последние являются цементным сы­ рьем и уже продана лицензия на их разработку. Уникальное местонахождение органи­ ческих остатков, аналогов которому нет в Забайкалье и в мире, будет уничтожено. Все наши попытки сохранить этот небольшой памятник природы площадью 500х300 м пока безрезультатны. Ссылки на то, что подобных геологических объектов в Забайкалье множество, не имеют основания, поскольку любой геолог или палеонтолог, просмотрев только списки определений остатков, сделает заключение об исключительности объек­ та и его непревзойденности [7, 15, 1].

Геологический заповедник Ножий является единственным в регионе и в Азии, где обнаружены массовые захоронения костей неоген-эоплейстоценовых (5-0,8 млн лет) рыб, монгольских жаб, грызунов и других позвоночных, а также двустворок и га­ стропод. Сейчас он находится практически на грани полного уничтожения, так как остатки захороняются в мягких глинах, интенсивно разрушающихся под действием до­ ждя и ветра. Наши наблюдения через 2-3 года показали, что большая часть глинистых останцов (максимальная мощность глин до 10 м) уже уничтожена атмосферными смы­ вами. Кроме естественных процессов, установлены следы кострищ, свалки мусора, за­ гаженные стоянки туристов и рыбаков, что не благоприятствует сохранению местона­ хождения, при этом даже в Агинском краеведческом музее отсутствует коллекция ис­ копаемых остатков данного заповедника [11, 13].

Техногенные процессы не только ставят под угрозу существования геологиче­ ские объекты, а зачастую уничтожают их. Кроме того, в силу крайне малочисленной палеонтологической службы Забайкалья большая часть коллекции органических остат­ ков направлялась для определений в столичные институты и не возвращались в регион.

В связи с этим потери геологического наследия оказались довольно ощутимыми. Так, по пади Большой Коруй старательскими работами было уничтожено единственное в За­ байкалье и в Азии местонахождение специфических раннеюрских домиков ручейников – сцифиндузий, коллекция которых находится в монографическом отделе Палеонтоло­ гического института РАН (г. Москва), а в Забайкалье хранится только список определе­ ний. Геологический памятник Благодатка – единственное в Забайкалье местонахожде­ ние девонских строматопорат в сочетании с остатками кораллов, брахиопод, мшанок и морских лилий – выделен по магистральным канавам и шурфам, которые обваливают­ ся, засыпаются, что привело к уничтожению геологической информации и невозможно­ сти дальнейших дополнительных сборов остатков для изучения. Единственное место­ нахождение пермской флоры по пади Грязная возле пос. Нерчинский Завод было уста­ новлено в дорожном карьере, который в последствии был рекультивирован и местона­ хождение и остатки пермских растений оказалось утраченным. Отложения закрытых угольных шахт и карьеров как Букачача, Черновские, Ново-Павловка, Кути и др. содер­ жали многочисленные уникальные остатки фауны и флоры, которые на данный момент утрачены вследствие затопления карьеров и шахт, а местные геологические музеи при шахтах, конечно, отсутствовали.

Межгорные впадины Забайкалья выполнены юрско-меловыми отложениями, ко­ торые вскрывались скважинами в пятидесятые-семидесятые года прошлого столетия.

Керн скважин и многочисленные уникальные коллекции органических остатков в регионе не сохранены (Ононская, Алтано-Кыринская, Чикойская, Ингодинская, Турги­ но-Харанорская, Западно- и Восточно-Урулунгуевские, Южно- и Северо-Аргунские и др. впадины) [4, 9].

Эти и другие материалы составили первый выпуск Геологической Красной Кни­ ги Забайкалья, где приводятся данные об уничтоженных более чем 500 геологических объектах и более сотни находящихся под угрозой уничтожения.

В Стратиграфическом Кодексе [6] отмечается, что для всех стратиграфических подразделений обязательно выделение эталона или стратотипа и стратотипов его гра­ ниц. Стратотипы подлежат охране как геологические памятники, а в геологических музеях должны храниться эталонные коллекции пород и органических остатков этих стратотипов. В регионе имеются два геологических музея: при Филиале по За­ байкальскому краю ФГУ ТФИ по Сибирскому федеральному округу и при Читинском государственном университете. Если в первом хранятся литологические и палеонтоло­ гические коллекции некоторых стратотипов, то во втором экспонируются палеонтоло­ гические остатки отдельных уникальных местонахождений региона, так как музей вы­ полняет учебные функции, а не производственные. Начиная с девяностых годов про­ шлого столетия, были предприняты попытки создания геологических экспозиций в кра­ еведческих музеях районов Забайкалья. Так, для Хилокского, Нерчинского, Усть-Кар­ ского и Борзинского музеям нами были проведены полевые экспедиции и организова­ ны геологические выставки, частично отражающие геологическое строение конкрет­ ных районов и способствующие началу геологического образования населения, однако, в дальнейшем эти работы из-за кризиса были прекращены.

Для сохранения геологического наследия края назрела необходимость создания единого Забайкальского геологического музея и его филиалов в районных краеведче­ ских музеях, что позволило бы решить ряд вопросов:

- сохранение уникального геологического наследия края;

- использование музейных фондов для решения научных и научно-исследова­ тельских работ;

- внедрение современных информационных технологий в исследовательскую ра­ боту музея;

создание информационных баз данных по разным направлениям;

- расширение просветительской геологической работы с населением;

разработка культурных программ, включая выставки, презентации, семинары, конференции, сим­ позиумы и другие просветительские мероприятия;

-создание геологических кружков и геологических школ для начального геоло­ гического образования;

- хранение, описание и пополнение коллекций музея;

- обеспечение доступа к накопленной информации широкому спектру специали­ стов;

- продолжение работ по выявлению и описанию геологических памятников и до­ полнению Геологической Красной Книги Забайкалья;

- привлечение геологических памятников в качестве объектов научного туризма;

-разработка методики и осуществление геологического мониторинга геологиче­ ских памятников природы края;

- продолжение издания серии «В глубь веков» и разработка ряда других серий.

Рассмотренный комплекс мер по сохранению геологического наследия края, как-то выявление и описание геологических памятников, их геологический монито­ ринг, организация единого Забайкальского геологического музея и районных филиалов, издание Геологической Красной Книги региона и ежегодных экспресс-информаций по геологическому наследию края – это только начальный этап охраны геологического на­ следия Забайкалья, за которым следуют научно-исследовательские работы с подготов­ кой к изданию монографий «Геологические памятники Забайкалья», «Палеонтология Забайкалья», «Минералогия Забайкалья», «Палеобиоразнообразие докембрийских биот Забайкалья», «Палеобиоразнообразие палеозойских биот Забайкалья», «Уникальные геологические памятники международного значения Забайкалья» и т.д. Геологическое наследие Забайкалья – невосстанавливаемое наше природное богатство, данное нам да­ леко до нашего пришествия, которое надо сохранить для потомков как естественную историю родного края.

Список литературы 1. Василенко Д.В Новые равнокрылые стрекозы (Odonata: Synlestidae,Hemiphlebiidae) из мезозойского ме­ стонахождения Черновские Копи (Забайкалье) // Палеон. журн., 2005. № 3. - С. 55-58.

2. Лапо А.В., Давыдов В.И., Пашкевич Н.Г., Петров В.В., Вдовец М.С. Методические основы изучения геологических памятников природы России // Стратиграфия. Геологическая корреляция. Т.1, № 6. М.:

1993. - С. 75-83.

3.Лапо А.В., Вдовец М.С. Проблема сохранения геологического наследия России // Отечественная геоло­ гия. М.: № 6, 1996. - С. 12.

4. Малая энциклопедия Забайкалья. Природное наследие. Новосибирск: Наука, 2009. - 697 с.

5. Сборник нормативных актов «Закон Российской федерации «О недрах». М.: 1995. Вып.4. – 48 с.

6. Стратиграфический Кодекс России. Санкт-Петербург, изд-во ВСЕГЕИ, 2006. Изд-е 3. - 95 с.

7. Синица С.М. Черновской палеонтологический заповедник // Вестник Читинского политех. ин-та. М.:

1995. - С. 70-84.

8. Синица С.М. Адун-Челон - геологический памятник природы // Забайкалье: судьба провинции. Чита, 1996. - С. 103-109.

9. Синица С.М. Проблемы изучения и охраны геологического наследия // Международная конф. «За­ байкалье на пути к устойчивому развитию: экология, ресурсы, управление. Чита, 1997. Часть 2. - С. 56 59.

10. Синица С.М., Вильмова Е.С. Удокан - первый национальный геологический парк Забайкалья // Вторая научно-техн. конфер. Горного ин-та. Чита, 1999. - С. 32-38.

11. Синица С.М., Шишкова С.И., Подлесных Н.И., Барабашева Е.Е. Ножий - геологический памятник природы Центрального Забайкалья // Геология и полезные ископаемые Читинской области. К 50-летию ГГУП «Читагеолсъемка». Чита, 2000. - С. 242-250.

12. Синица С.М. Геологические памятники природы Забайкалья и Монголии (научные объекты геологи­ ческого наследия) // Геолог. и минераг. корреляция в сопредельных районах России, Китая и Монголии.

Материалы IV междунар. симпоз. Чита, 2001. - С. 154-156.

13. Синица С.М. К вопросу об организации в Восточном Забайкалье геологических парков и заповедни­ ков // Палеонтология и природопользование. Тез. докладов XLIX сессии Палеонтологического общества.

СПб., 2003. - С. 167-169.

14. Синица С.М., Вильмова Е.С. Особенности палеоэкосистем в докембрийских отложениях Кличкинско­ го полиметаллического района Южного Забайкалья // Труды 11 Всерос. симпоз. с международ. участием.

Чита, 2008. - С. 152-154.

15. Синиченкова Н.Д. Новые поденки из верхнемезозойского Забайкальского местонахождения Чер­ новские Копи (Insecta: Ephemerida= Ephemeroptera) // Палеонтол. журн. №1, 2000. - С. 63-69.

16. Шишкова С.А., Татаров А.О. Георгиевский национальный геологический парк Забайкалья // Вторая научно-практич. конф., посвященная 25-летию горного факультета (Горного института). Чита, 1999. - С.

74-77.

17. Lapo A. Topical sitting of the Paleontological Society concerning the paleotological heritage of Russia (Mo­ scow, April 9, 2003) // PROGEO: European Associacion for the Conservation of the Geological Heritage, Upssala, Sweden, 2003. – P. 5-8.

ПОВЫШЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ – ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА СОВРЕМЕННОЙ ГЕОЛОГИИ И.Н. Тихомиров ВСЕГЕИ, Санкт-Петербург, evthimis@yandex.ru В представленной статье показана необходимость совершенствования методологических и мето­ дических документов для составления карт различного геологического содержания, в том числе ГГК – 200, 1000/3;

намечены возможные пути совершенствования. В работе также предложены принципы ми­ нерагенического анализа и способы выделения перспективных площадей;

введен коэффициент перспек­ тивности.

Свое 60-летие читинские геологи встречают в сложных условиях. Кризисные яв­ ления серьезно затронули и геологию. Резко снизилось финансирование, ушли опыт­ ные кадры, что не могло не отразиться на уровне геологических исследований, ре­ зультативности прогнозно-поисковых работ, качестве карт геологического содержания.

Однако и при недостаточном финансировании сейчас и в обозримом будущем необхо­ димо искать пути, которые позволили бы геологии выйти на новый, более высокий научно-практический уровень. Добиться этого можно только совершенствуя методоло­ гические и методические основы геологических исследований. Действующие сейчас нормативные документы не отвечают современным требованиям и нуждаются в серьез­ ном усовершенствовании.

Основной формой получения новой геологической информации были и остают­ ся геологосъемочные и прогнозно-поисковые работы. Особенно велика сейчас роль го­ сударственных геологических карт (ГГК) масштаба 1:200000 и 1:1000000, методологи­ ческой основой которых являются Стратиграфический и Петрографический кодексы (СК и ПК). Основное назначение кодексов - упорядочить и унифицировать терминоло­ гию и номенклатуру стратиграфических и петрографических подразделений, выделяе­ мых на геологических картах.

Принципы выделения подразделений в стратиграфическом кодексе эклектичны [3]. Одни из них (местные) выделяются по вещественному составу, другие (региональ­ ные) выделяются на биостратиграфической основе. В группу местных подразделений включены объекты различного ранга (серия, свита, пачка, комплекс, подкомплекс).

С е р и я – крупное стратиграфическое подразделение, состоящее из ряда последова­ тельно формирующихся свит. Она характеризует особенности осадконакопления и вул­ канизма целого этапа геологического развития изучаемых территорий. Как и комплекс, она является не местным, а региональным подразделением, может и должна выделяться на картах масштаба 1:1000000–1:1500000. С в и т а, как часть серии, отражает особен­ ности осадконакопления или вулканизма небольшого, по сравнению с серией, интерва­ ла времени и, подобно подкомплексу, является местным подразделением, картируемым в масштабе 1:200000. П а ч к а же – часть свиты – является вспомогательным подразде­ лением, отображаемым на крупномасштабных картах, или, при необходимости расчле­ нения свиты – на картах среднего масштаба. Г о р и з о н т и с л о и с г е о г р а ­ ф и ч е с к и м н а з в а н и е м, объединяя одновозрастные свиты по латерали, в так­ сономическом отношении отвечают тому же рангу, что и свита, и подкомплекс. В ко­ дексе нарушается один из базовых принципов картографии, заключающийся в том, что при изменении масштаба карт должны изменяться и таксономические категории выде­ ляемых на них объектов.

Картографическая генерализация представляет собой очень важную операцию по отбору и целенаправленному обобщению не второстепенных элементов карт, а важ­ нейших особенностей картографируемых объектов. Она создает качественно новый картографический образ объектов. Укрупненные объекты, согласно принципу эмер­ джентности, приобретают совершенно иные свойства, чем составляющие их простые тела. Д.В. Рундквист проиллюстрировал это положение на примере воды, свойства ко­ торой ничего общего не имеют с составляющими ее водородом и кислородом. Нельзя в связи с этим не вспомнить и высказывание Гегеля о том, что целое есть нечто большее, чем сумма его частей. Именно такими представляются соотношения серии (как целое) и свит (как ее частей), свиты (целое) и пачек ее составляющих.

«Примат собственно стратиграфии», положенный в основу СК, самым негатив­ ным образом сказывался и сказывается на содержании геологических карт. Он приво­ дит к тому, что не только обзорные, но даже некоторые мелкомасштабные (1:1500000) карты иногда несут лишь возрастную информацию без вещественной характеристики выделяемых подразделений. Это делает их непригодными для анализа вещественных особенностей выделяемых подразделений и составления на такой основе других карт геологического содержания, в том числе минерагенических.

Негативные последствия требований СК России к выделению стратиграфиче­ ских подразделений и нечеткость их ранжирования особенно отразились на ГГК-1000/ и серийных легендах, являющихся их основой. Чрезмерная перегруженность негенера­ лизованной информацией снижает качество карт, усложняет создание на их основе карт другого геологического содержания. Теряется и новая информация, получаемая при ге­ нерализации карт более крупного масштаба. В результате вместо ГГК-1000/3 нового поколения создаются уменьшенные копии карт масштаба 1:200000.

Представляется несомненным, что СК, как базовый документ для государствен­ ных геологических карт, нуждается в совершенствовании по целому ряду направлений.

В первую очередь необходимо уточнить таксономию стратиграфических подразделе­ ний и соотношения их с масштабами карт, а также отделить биостратиграфические подразделения от стратиграфических, выделяемых по вещественному составу, как гео­ логические тела.

Понятийную базу СК следует дополнить такими фундаментальными геологиче­ скими понятиями (геологическое пространство, геологическое тело, геологические гра­ ницы) и содержание стратиграфических подразделений определять в этой системе по­ нятий. В отличие от СК, в Петрографическом кодексе (ПК) первого издания петрогра­ фические подразделения рассматриваются как геологические тела. Иначе определены и задачи кодекса – как достижение возможно большого единообразия в применении пет­ рографической терминологии и номенклатуры при расчленении и таксономии петро­ графических подразделений в процессе производства геологических работ и, особенно, при составлении и издании карт. Во втором издании ПК [2], сохранены все магматиче­ ские и метаморфические таксономические категории подразделений первого издания.

Они дополнены рядом укрупненных таксонов - латеральным и временным рядами комплексов, а также группой, объединяющей ряды комплексов. Латеральный ряд рассматривается как закономерная совокупность синхронных комплексов одного фор­ мационного вида, а временной ряд - как совокупность последовательно формировав­ шихся комплексов в пределах одной структурно-вещественной зоны. Весьма неопреде­ ленным представляется понятие группы. Самый главный недостаток укрупненных подразделений ПК заключается в том, что они не являются геологическими телами, ко­ торые можно было бы картировать или картографировать. Каждое из них представляет собою совокупность конкретных, территориально разобщенных комплексов и масси­ вов, каждый из которых имеет свои ограничения, свои границы.

Анализ нескольких вариантов СК и ПК показал, что совершенствование методо­ логических основ ГГК следует начинать с самих Кодексов. Без этого не может быть со­ здана методика картирования и картографирования, без которой трудно ожидать появ­ ления высокоинформативных новых карт геологического содержания. Любая методика основывается на какой-то определенной методологии и наследует не только положи­ тельные, но и негативные ее стороны. Несмотря на наличие многочисленных методиче­ ских публикаций по проведению геологосъемочных работ и составлению карт геологи­ ческого содержания, основными были и остаются инструкции различных лет издания, в той или иной степени уточняющие и дополняющие друг друга. Однако все они не вы­ ходят за пределы понятийной базы Кодексов.

Инструкция для ГГК-200 требует выделять на геологических картах поля рас­ пространения стратифицированных и коптогенных образований и расчленять их на местные и вспомогательные подразделения в соответствие со СК. Для ГГК-1000/3 еди­ ницами картографирования являются не только региональные и местные, но даже вспо­ могательные стратиграфические подразделения. В отличие от широко распространен­ ной практики, когда сначала составляется карта, а затем под нее подгоняется легенда, начинать работу над картой следует именно с легенды. В процессе работы над картой легенда постоянно уточняется. В инструкции для ГГК легенды рассматриваются лишь как свод или система условных знаков, хотя на самом деле они являются важнейшими элементами любой карты, несущими основную концептуальную нагрузку. Они позво­ ляют полнее раскрыть содержание карт, принципы выделения и классификацию геоло­ гических объектов, связи между ними.

Для картографического моделирования в науках о Земле обязательными являют­ ся системность и историзм. В легендах должны закладываться принципы организации геологических данных, позволяющие отразить особенности геологического строения и развития различных частей изучаемой территории. Оптимальным вариантом, отвечаю­ щим таким требованиям, являются зональные матричные легенды. Они легко транс­ формируются в легенды прогнозных карт и карт закономерностей размещения по­ лезных ископаемых. Для этих карт очень важно, чтобы на геологических картах выде­ лялись зоны с различными типами осадконакопления, магматизма и метаморфизма. Без этого невозможно выявить закономерности размещения полезных ископаемых, устано­ вить связи их с определенными типами отложений, магматических и метаморфических образований. Без выявления геологической палеозональности для важнейших эпох при составлении геологических карт трудно рассчитывать на обоснованное выделение руд­ ных зон, узлов и рудных полей. Поэтому для выявления закономерностей размещения полезных ископаемых и углубленного анализа связей геологических и рудных объектов и последующего прогнозирования необходима в первую очередь информативная геоло­ гическая карта. Однако большинство современных геологических карт масштабов 1:200000 и 1:1000000 не отвечают этим требованиям.

Необходимо остановиться еще на одном весьма важном вопросе – размерности выделяемых на картах геологических объектов (тел). Нередко на картах одного и того же масштаба выделяются объекты, различающиеся между собою на несколько поряд­ ков. Например, на геологических картах Восточно-Европейской платформы масштаба даже 1:1000000 выделяются свиты мощностью от нескольких метров до 3000 м. Конеч­ но, «свиты» столь малой мощности, прослеживаемые на большие расстояния и подчер­ кивающие особенности структурного плана какого-либо комплекса, могут выделяться на картах, но в качестве внемасштабных маркирующих горизонтов. Такое же положе­ ние характерно для карт полезных ископаемых и закономерностей их размещения масштаба 1:1000000, на которых выделяются пункты минерализации вместе с месторо­ ждениями и крупными минерагеническими таксонами. Вопросам ранжирования, корре­ ляции и размерности различных геологических объектов автор, совместно с С.П. Шо­ кальским, посвятил специальную статью [5].

Создание карт закономерностей размещения месторождений (КЗРМ), входящих в комплекты ГГК-200, 1000/3, является сложным многоступенчатым процессом, для прохождения которого необходимо выполнение операций по переработке и анализу очень разнородной информации. Методики составления ГГК-200, 1000/3 почти иден­ тичны, практически одинаковыми остаются и объекты изучения и прогнозирования.

КЗРМ масштаба 1:1000000, в соответствии с требованиями инструкции, наследует всю информацию о полезных ископаемых карт масштаба 1:200000. Они содержат также шлиховые и геохимические ореолы, геофизические аномалии, ореолы гидротермально измененных пород, факторы первого и второго ряда, а также результаты минерагениче­ ского анализа. Такие карты и рассматриваются как интегральный продукт минерагени­ ческого анализа. Совмещение на одной карте исходных данных для анализа и его ре­ зультатов методически ошибочно. Оно приводит к чрезвычайной перегруженности карт, к информационному хаосу, делая карты недоступными для какого-либо анализа.

На огромное количество неранжированной информации (месторождения, прояв­ ления, пункты минерализации, различные ореолы и аномалии) накладываются еще ми­ нерагенические подразделения, многие из которых нередко включают оруденение от архея до кайнозоя. Однако каждая эпоха характеризуется своими закономерностями размещения геологических и минерагенических объектов. «Наслоение» не выявленных закономерностей размещения полезных ископаемых различных эпох, называемых ми­ нерагеническими подразделениями (областями, районами, узлами и т.д.), не несет ре­ ального минерагенического содержания. Оно не может быть использовано для прогно­ зирования.

Используемые на большинстве таких карт легенды не позволяют даже выявить минерагенические эпохи, проследить эволюцию минерагении во времени и про­ странстве, связь ее с геологическими особенностями изучаемых территорий.

Ю.Г. Леонов и Д.В. Рундквист [1] считают, что на современном уровне развития геологической науки необходим другой, отличный от традиционного, подход к регио­ нальным прогнозно-минерагеническим исследованиям: нужно переходить не от руды к прогнозным площадям, а от особенностей региональной геологии к выявлению мест наиболее вероятных концентраций полезных ископаемых и лишь затем - к анализу ти­ пов оруденения.

Чтобы на КЗРМ выявить закономерности размещения полезных ископаемых и прогнозировать, прежде всего необходимо понять и картографически наглядно пред­ ставить особенности геологического строения и развития изучаемых территорий. Опре­ деляющее значение в решении этих вопросов принадлежит зональной легенде форма­ ционной основы КЗРМ, дополненной информацией о полезных ископаемых [5]. Она позволяет наглядно представить эволюцию минерагении во времени и пространстве и отразить связь ее с особенностями геологического строения и развития изучаемых тер­ риторий. На базе легенды выявляются важнейшие минерагенические эпохи, приурочен­ ность полезных ископаемых к определенным СФЗ и связь их с конкретными сериями формаций на картах масштаба 1:1000000, или - с конкретными формациями на картах масштаба 1:200000. Палеоструктурные схемы – обязательный элемент зональных ле­ генд геологических карт – после вынесения на них месторождений соответствующего возраста, приуроченных к той или иной структурно-формационной зоне, - трансформи­ руются в палеоминерагенические схемы, помогающие выявлению минерагенической зональности в различные эпохи.

Комплексный компьютерный минерагенический анализ – занятие трудоемкое, требующее значительной подготовительной работы, зато позволяющее выявить реаль­ ные закономерности размещения полезных ископаемых и обеспечить обоснованный прогноз.

Физико-химические аномалии и ареалы наибольшей концентрации минерагени­ ческих объектов, а также результаты дешифрирования, следует вынести на отдельные слои в масштабе карт и анализировать взаимоотношения между ними [5]. Такая опера­ ция должна быть проделана для каждой минерагенической эпохи, при необходимости даже для отдельных видов или родственных групп полезных ископаемых. Каждый вид аномалий и ареалов для удобства анализа должен оконтуриваться своим цветом.

При пересечении аномалий и ареалов между собой выявятся площади, попадаю­ щие в контуры всех аномалий и всех ареалов, или только в некоторые из них (рис.).

Рис. Принцип выделения перспективных площадей по комплексу признаков 1 – геохимический ареал;

2 – ареал наибольшей концентрации рудопроявлений и пунктов минерализа­ ции;

3 – площадь концентрации серии разломов;

4 – рудоносные интрузии;

5 – наиболее перспективная площадь (коэф. перспективности - 1);

6 – менее перспективная площадь (коэф. – 0,75);

7 – наименее пер­ спективные площади (коэф. – 0,50);

8 – рудопроявления (а), пункты минерализации (б) В первом случае площадь наиболее перспективна на тот или иной вид орудене­ ния по всему комплексу использованных материалов, во втором – только по части из них. При типизации в различной степени перспективных площадей можно ввести коэф­ фициент перспективности, равный отношению количества признаков, по которым вы­ деляется та или иная конкретная перспективная площадь, к общему количеству призна­ ков, использованных для минерагенического анализа. Коэффициент перспективности не может быть больше единицы. Его использование позволит в различной степени пер­ спективные площади подразделить на группы в соответствии с его значениями и выде­ лить среди них наиболее перспективные.

На итоговую КЗРМ выносятся перспективные площади всех минерагенических эпох и, по совокупности данных, выделяются минерагенические объекты в ранге рудо­ носных зон и узлов, или их угленосных и нефтегазоносных аналогов на картах масшта­ ба 1:1000000, рудных полей (или угленосных и нефтегазоносных районов) в их преде­ лах на картах масштаба 1:200000.

Для дальнейшей детализации особенностей строения важнейших типов месторо­ ждений на КЗРМ и КПИ целесообразно использовать мелкомасштабные карты-врезки и модели (планы и разрезы) конкретных рудных и других объектов. Как показывает практика, это чрезвычайно увеличивает информативность и наглядность карты.

Краткий анализ технологического цикла создания ГГК-200, 1000/3 показал, что несовершенство методологических основ картирования и картографирования, заложен­ ных в Стратиграфический и Петрографический кодексы и воспринятых нормативными методическими разработками, привело к тому, что сделало «излишним» составление ГГК различных масштабов. На них выделяются одни и те же негенерализованные гео­ логические и минерагенические подразделения, поэтому карты «нужного масштаба»


могут быть получены простым увеличением или уменьшением одного и того же ориги­ нала. Поэтому современные нормативные и методические документы для ГГК-200, 1000/3 не способны вывести их на качественно более высокий научный и прикладной уровень и требуют серьезного усовершенствования.

Список литературы 1. Леонов Ю.Г., Рундквист Д.В. Региональная геология и ее значение на современном этапе изучения природных ресурсов // Региональная геология и металлогения. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2004. № 20. - С.

12-17.

2. Петрографический кодекс. Магматические, метаморфические метасоматические импактные образова­ ния. Издание второе. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2008. - 200 с.

3. Стратиграфический кодекс. Издание третье. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2006. - 96 с.

4. Тихомиров И.Н., Шокальский С.П. Ранжирование и корреляция объектов, выделяемых на картах геоло­ гического содержания // Региональная геология и металлогения. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2006. № 29. - С.

5-19.

5. Тихомиров И.Н. Методологические и методические основы Государственных геологических карт // Региональная геология и металлогения. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2009. № 37. - С. 83-93.

РАДИАЦИОННАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА АКВАТОРИИ ОЗ.АРЕЙ, ЕГО ПРИБРЕЖНОЙ ПОЛОСЫ И СОПРЕДЕЛЬНОЙ ТЕРРИТОРИИ.

В.И. Флешлер ООО «ЗабНИИ» Чита В статье приведены сведения о радиоактивности природных сред в акватории оз. Арей, его при­ брежной полосы и сопредельной территории на основании изучения выходов подземных вод и скважин водоснабжения, вод приповерхностного слоя озера, снегового покрова, придонного слоя, почво-грунтов и атмосферного воздуха над акваторией. В результате исследований установлено, что уровень гамма бета радиоактивности указанных сред соответствует низкому естественному фону;

концентрация урана в воде озера, водотоков и источников является безопасно-низкой;

совершенно безопасным по уровню ра­ диоактивности (содержанию радона) является и атмосферный воздух над озером и прибрежной зоной.

Озеро Арей, находящееся на территории Улетовского района Читинской обла­ сти, достаточно активно используется как рекреационный объект и, несомненно, яв­ ляется перспективным с точки зрения бальнеологии.

В связи с этим получение систематизированной и представительной информа­ ции о радиоактивности природных сред в акватории и сопредельной полосе пляжей яв­ ляется необходимым для организации лечебных и др. мероприятий.

Актуальность такой информации определяется также и тем, что в непосред­ ственной близости от озера (первые километры) выявлены урановые рудопроявления, минерализированные точки и аномалии радиоактивности, связанные с мезокайнозой­ скими осадками наложенных впадин (I), а также на правом берегу р. Арей в 18 км от озера находится объект «Метеорит-5» подземного ядерного взрыва [9, 10].

Изучению подлежали:

выходы подземных вод, скважины водоснабжения;

- вода приповерхностного слоя озера и снеговой покров;

- вода придонного слоя озера;

- органический («лечебный») ил;

- почво-грунты на пляже (прибрежной полосе) и в месте выходов источников;

- атмосферный воздух над акваторией, прибрежной полосой и в жилых помеще­ ниях.

Техника пробоотбора с глубины в несколько метров состояла в спуске пробоот­ борника скважинного типа (вакуумного дегазатора), срабатывающего от посыльного груза и доставляющего с заданной глубины пробы воды, растворенного газа и грунта (ила).

С поверхности озера (глубина 40-50 см) пробы отбирались в промывалку (барбо­ тер) – на радон – и стеклянные бутылки – на уран, также как и при опробовании источ­ ников и водотоков.

Отбор проб почво-грунтов проводился из мелких (15-20 см) закопушек стан­ дартным способом.

Измерение концентрации радона в воде выполнялось вакуумным способом на сцинтилляционных эманометрах типа ЭМ-6 и «Радон», с пороговой чувствительностью около 1 эмана (3,7 Бк/л).

Содержание урана в воде измерялось на лазерном флюориметре «Ангара» с по­ роговой чувствительностью около 110-7 г/л. Суммарная удельная радиоактивность (Ас) каменного и илистого материала измерялась на установке гамма-бета экспресс-анализа «Припять»;

порог регистрации 1 пКи/г (37 Бк/кг).

Непосредственно на точке наблюдения проводилось измерение гамма-активно­ сти (поисковый радиометр СРП-88, дозиметр ДБГ-01-Т), а также измерение концентра­ ции радона и ДПР на прецезионном переносном альфа-спектрометре «Баброн-Омега» с пороговой чувствительностью около 3 Бк/м3. В некоторых случаях, для предваритель­ ной оценки природы радиоактивности, проводились измерения гамма-спектрометром СП-4.

Помимо проработки опубликованных и фондовых материалов по естественной радиационной характеристике природных образований на территории объекта «Метео­ рит-5», данных о подземных ядерных взрывах в Сибирском регионе, в 2001-2002гг. про­ ведены дополнительные натурные наблюдения с целью получения сопоставительных данных с результатами рекогносцировочного обследования 1996 г.

Положение профилей радиометрических измерений и точек опробования 2001 и 2002 гг. было максимально приближенным к условиям исследований прошлого перио­ да;

главным отличием является большая детальность (плотность) сети наблюдений на участке заложения взрывной скважины, тщательные измерения радиоактивности метал­ лических надскважинных конструкций, бетонного уплотнения ствола скважины, мел­ козёма затрубного пространства и воды, находящейся в оголовке, проведение полевых гамма-спектрометрических измерений природных и техногенных радионуклидов.

Всего на участке детальных наблюдений проведено 118 измерений гамма- и аль­ фа- активности, 55 – концентрации радия, тория, калия и цезия, отобрано 42 штуфных пробы мелкозёмистого материала, 4 пробы выветрелого бетона и цемента и 57 водных проб.

Уровень гамма- радиоактивности металла, цемента и мелкозёма у скважины на площади 10 кв. м составил 8-11 мкр/час, уровень гамма- фона на высоте 2,5 м от по­ верхности - 9 мкр/час;

полевые измерения альфа- активности прибором КРА-1 не вы­ явили значений больших 1 /см2х мин. – близких к естественному фону горных пород.

Отобранные пробы воды и твердой фазы также анализировались в лаборатории Об­ ластного центра Госсанэпиднадзора для определения искусственных радионуклидов по стандартным утверждённым методикам. Превышения естественного фона, а тем более ПДУ не выявлено.

Данные экспрессных радиометрических и рентгенрадиометрических определе­ ний уверенно коррелируются с наблюдениями 1996 г.

В период с 1975 по 1984 г в Красноярском крае, Кемеровской, Иркутской и Чи­ тинской областях было проведено 13 подземных ядерных взрывов, предназначенных для глубинного сейсмического зондирования земной коры [6].

После взрыва продукты радиоактивного распада могут сохраняться в камере взрыва от нескольких лет до десятков миллионов лет. В результате взрыва по разломам и трещинам в горных породах могут мигрировать (флюиды, вода и природный газ), ра­ дон и продукты его распада, а также, в случае нарушения герметичности камеры – и техногенные радионуклиды. Это может привести к радиоактивному загрязнению местности при проведении горно-буровых работ, а также в результате тектонических процессов. Взрывная камера, содержащая остатки непрореагировавшего ядерного заря­ да и долгоживущие продукты ядерного деления и недостаточно изолированная от пу­ тей миграции подземных вод и флюидов в тектонических нарушениях, может оказать серьезное негативное воздействие на радиационную обстановку в подземных, а затем и в поверхностных водах.

Технология осуществления подземных ядерных взрывов мощностью до 10 кт и натурные наблюдения непосредственно после взрыва, а также выполненные в году (Минатом-энергопром и 3 ГУ Минздрава), показали, что уровень гамма-радиоак­ тивности на ограниченном 100 кв. м. прискважинном участке местности не отличим от низкого естественного фона ни в момент взрыва, ни через 12 лет, т.е. проникновения на дневную поверхность гамма-активных искусственных радионуклидов (ИРН) не отмеча­ ется.

Однако, наличие радиационно-опасного объекта в недрах на относительно не­ большой глубине является установленным фактом, а срок жизни части опасных радио­ активных продуктов взрыва (плутоний-239, америций-241, стронций-90 и др) намного превышает время жизни человеческого поколения. Кроме этого, есть основания пола­ гать, что повышение уровня радиации на поверхности, обусловленное эффектом под­ земных ЯВ, зависит от скорости переноса РН флюидами (водами, парами, газами) и поэтому "время запаздывания эффекта" будет от 5-6 лет и более.

В результате работ получены дополнительные данные о радиационном загрязнении подземных и поверхностных вод исследуемой площади и оценены возможности загряз­ нения природных вод бассейна озера Байкал искусственными радионуклидами.

Подземный ядерный взрыв 11 августа 1977 года на территории Читинской обла­ сти был произведен в рамках программы глубинного сейсмозондирования (исследова­ ние геофизических полей), мощность до 10 кт. (объект «Метеорит-5»). Тип заряда плутониевый (предположительно, с большой долей вероятности);

глубина - 500 м.

Вертикальная скважина, в которую было опущено взрывное устройство, пройде­ на в позднемезозойских биотитовых лейкогранитах, перекрытых несколькими десятка­ ми метров слаболитифицированных террасовых отложений в правобережье р. Арей (бассейн озера Байкал).

Ранее было установлено, что долины р. Арей и ее притоков заложены по тектони­ ческим зонам различных порядков, их современная активность проявляется наличием напорных вод и аномально высоким содержанием гелия в целом ряде естественных и искусственных водопроявлений.

Место заложения скважины М-5 находится в непосредственной близости от со­ пряжения тектонических зон - современных долин Арея и его притоков (Дусалей, Хан­ дагайка, Эхе-Горхон). Кроме этого, в приустьевой части долины р. Дусалей (в 4 км от М-5) скважины с аномально гелиеносными напорными водами вскрывают промышлен­ ную урановую минерализацию Дусалейского месторождения.

По данным атмогеохимических исследований объект "Метеорит-5" находится в зоне сопряжения цепочек гелиевых аномалий - проницаемых флюидоактивных зон глу­ бокого заложения;

верхние участки этих зон, вмещаемых гранитоидами, являются ра­ дононосными, особенно в местах локализации уранового оруденения.

Основные параметры газового поля (гелий, радон, углекислота, углеводороды, азот, кислород, водород), связанного с тектоническими трещинами, до момента взрыва, могут быть реконструированы по результатам соответствующих натурных наблюдений, так же как и проявление радиоактивности и выполняться в комплексе мониторинга (ре­ жимных натурных наблюдений) в последующий период. Изменение картины распреде­ ления отдельных параметров и (или) их сочетаний, выходящие за пределы естествен­ ных вариаций, могут свидетельствовать о влиянии техногенной дезинтеграции геологи­ ческой среды на процесс миграции флюидов из земных недр.

Такое предположение не противоречит наблюдавшимся в 1977-1978 гг. явлени­ ям крупных "оползней" в речных долинах на расстоянии первых километров от эпицен­ тра взрыва, анологичных изменениям рельефа при близповерхностных землетрясениях.

Прогноз последующих за взрывом радиогеологических событий основывается на некоторых положениях:

- наиболее вероятным типом заряда является плутониевый (Рu239) поскольку получение оружейного плутония более технологично, не связано с необходимостью разделения изотопов (в отличие от урана) и реализуется в промышлен­ ных реакторах-размножителях;

- плутоний - 239 при взрыве делится также, как и уран 235, образуя около 200 изотопов 35 различных химических элементов, в подавляющем большинстве радиоактивных, наиболее опасными из которых являются цезий-137, стронций-90, америций-241 и др., а также непрореагировавший плутоний;

- количество последнего может быть значительным;

по оценке специалистов при взрыве атомных бомб над Японией в 1945 г прореагировало не более 10-20% ядерной взрывчатки - урановой и плутониевой;

- коэффициент полезного действия ядерного заряда в скважине «Метеорит-5" не может быть выше, чем при бомбардировках японских городов, т.к. диаметр скважины (12") и минимальный размер заряда (15-20 см) не позволяет установить эффективные от­ ражатели нейтронного потока, обуславливающего КПД;

- размеры взрывной камеры при полностью реализуемой мощности не превысят, в случае "Метеорит-5" - 26 м.

Таким образом, на глубине в 500 м оказывается относительно малый, около 5% от глубины залегания, полый объект, содержащий несколько килограмм непрореагиро­ вавшего плутония, являющегося наиболее опасным материалом (летальная доза для од­ ного человека - один микрограмм), а также значительные количества продуктов ядерно­ го взрыва.

Следовательно, корректными способами обнаружения признаков миграции искус­ ственных радионуклидов из камеры могут быть измерения гамма, бета - и альфа-радио­ активности проб твердой и жидкой фазы природных сред с обязательным определени­ ем и "вычитанием" естественных РН - семейств урана, тория и калия - 40. а также фоно­ вых концентраций искусственных РН.

Определение возможного загрязнения искусственными радионуклидами (ИРН) вещества на объекте «Метеорит-5» следует выполнять с учётом атмосферных выпадений при дальнем переносе продуктов ядерных превращений. Наиболее корректной оценкой текущего состояния атмосферы представляется отбор проб снега с замёрзшей акватории крупных водоёмов.

В 1998 г. [7,8] нами предпринималась попытка такой оценки путем отбора большой (500 кг) пробы снега на оз. Арахлей (в 200 км к СЗ от ПЯВ), с последующим упариванием, в начале до 10 литров, а затем до сухого остатка с последующими опреде­ лениями - и - активности, содержания урана и плутония радиоспектрометрическим методом. Общий (интегральный) уровень -излучения 0,14 ч/см2 х мин, также как и со­ держание урана (9х10-8 г/л), по нашему мнению отражают техногенное радиоактивное загрязнение атмосферы, связанное с использованием органического топлива в энерге­ тических установках. Предварительная оценка содержания плутония в снеге составляет около 1 Бк/кг и может быть принята как показатель «фонового» содержания для осад­ ков региона в реальное время опробования. В 2002 г. выполнено аналогичное снеговое опробование оз. Арей, расположенного в 18 км от эпицентра ПЯВ.

Предварительное определение радиоактивности воды, органического ила и мел­ козёма пляжей оз. Арей в 2001 г. не выявило аномалий радиоактивности, что облегчает интерпретацию результатов планируемого исследования снежного покрова. Содержа­ ние урана в воде изменяется от 1,8 до 5,1 х 10" г/л, радона - не превышает 3,7 Бк/л;

в органическом иле и мелкозёме суммарная эффективная активность 40-107 Бк/кг.

Концентрация плутония-239 в снеге оз. Арей аналогична фоновой, измеренной ранее на оз. Арахлей.

Прямое измерение альфа-радиоактивности (загрязнения) в пробах песчаных фракций водотоков (56 измерений, табл. 2), торфяников с глиной, почвенно-раститель­ ного слоя с участка заложения скважины М-5 (96 измерений, табл.3) показало, что уро­ вень альфа-загрязнения даже в золе не превышает 0,7 а/см2 мин, т.е. находится в преде­ лах, определяемых фоновым содержанием естественных радиоэлементов.

Такой же вывод следует из сопоставления расчетной суммарной удельной радио­ активности (А эфф.) естественных нуклидов (урана, тория и калия), определенных рентгенспектральным и атомно-абсорбционным методом, с прямым измерением А эфф.

по гамма- и бета-излучению. Поскольку корреляция расчетной и измеренной А эфф.

близка к линейной, наличие в этих пробах искусственных продуктов ядерного взрыва маловероятно.

Таким образом:

- натурными наблюдениями подтверждена принципиальная возможность (до­ ступность) мониторинга всех природных образований на участке заложения скважины «Метеорит-5»: поверхностных вод, рыхлых делювиально-пролювиальных отложений, торфяной органики;

- по данным водно-гелиевого опробования подтверждается наличие крутопадаю­ щих флюидоактивных зон на удалении 3-4 км от объекта, проявляющихся и в совре­ менном рельефе;

- уровень гамма-бета радиоактивности указанных сред, по данным полевых и ла­ бораторных измерений, соответствует низкому естественному фону, вариации парамет­ ра не выходят на уровень аномалий первого порядка, как на участке скважины, так и на прилегающей местности;

- радиоактивность наружных (надскважинных) сооружений (металла, бетона и метеорных вод) не превышает уровня естественного фона.

- содержание искусственных радионуклидов, оценивемое по гамма-спектромет­ рическому определению цезия-137, не превышает пороговой чувствительности метода 10 Бк/кг.

Все натурные и лабораторные операции выполнялись в лаборатории радиацион­ ной и экологической геохимии ЗабНИИ.

Расположение пунктов и объектов опробования показано на «Схеме исследова­ ния радиоактивности природных сред».

На всем протяжении прибрежной полосы с шагом 100-120 м (фиксированные точки) выполнено гамма-радиометрическое обследование с непрерывным «прослуши­ ванием» промежутков. В фиксированных точках измерения выполнялись и с помощью дозиметра ДБГ.

Отбор проб рыхлого каменного материала (песка, супеси) сосредоточен, глав­ ным образом, в зоне действующих туристических баз, т.е. в местах массового и более продолжительного пребывания людей;

так же как и отбор проб воды для определения концентрации растворенного урана и радона.

Для выяснения вопроса о радиоактивности вод озера использовались наблюде­ ния по двум профилям: субмередиональному, в 150-200 м от западного берега озера и северо-восточному через все озеро. По этим же профилям отобраны и пробы органиче­ ского (сапропелевого?) ила.

В зонах туристических баз и почти в центре озера выполнено измерение радио­ активности атмосферного воздуха с помощью альфа-спектрометрометра.

Уровень жесткого гамма-измерения (мощность экспозиционной дозы, МЭД) на обследованной территории суши составляет 11-25 мкр/час, среднее и модальное значе­ ние – 17 мкр/час. Повышение (удвоение) МЭД приурочено к С и СВ сектору берега (в районе т/б «Кристалл»), но и там оно не превышает 0,5 ПДУ (предельно допустимого уровня) даже для внутренних помещений зданий и является вполне безопасным.

Суммарная удельная радиоактивность рыхлого материала пляжей и террас не превышает 533 Бк/кг и по радиологическим нормативам (4) относится к низкорадиоак­ тивным породам (I и II класс);

еще более низкой является радиоактивность органиче­ ского ила («лечебной грязи») от 1,02 до 2,96 пКи/г, (38-110 Бк/кг) сопоставимой с ра­ диоактивностью поваренной соли, наиболее «нерадиоактивного» природного камня.

Максимальное значение радиоактивности «грязи», по предварительной оценке, может быть вызвано повышением содержания калия в процессе диагенеза остатка.

Концентрация урана в воде озера, водотоков и источников на исследованной территории также является безопасно-низкой и составляет менее 0,01 от предельно до­ пустимой – 1,8·10-3 г/л (2), причем в оз. Арей она в 2-3 раза ниже, чем в воде прибреж­ ных источников («Ангинного» и «Глазного»). Повышенные (бальнеологически значи­ мые) концентрации радона отсутствуют и в воде озера, как в приповерхностном, так и в придонном слое, и в источниках, и в скважине водоснабжения т/б «Кристалл». Следует отметить, что повышенное содержание радона в озере и источниках не отмечалось, при опробовании, нами, ни летом 1965 и 1981 гг, ни в конце октября 1994 г. Даже макси­ мальные из отмеченных концентраций (3,5 эмана или 13 Бк/л) в 14 раз ниже минималь­ ного бальнеологического значения (2).



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.