авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«Томский государственный университет Актуальные проблемы литературоведения и лингвистики Материалы конференции молодых ученых 5—7 апреля 2012 г. ...»

-- [ Страница 3 ] --

ГорбуноваА.А.,ТГУ,студент Научныйруководитель:Н.А.Тихонова К проблеме переводимости киносценариев Как некий социальный институт кино формирует зрителя и влияет на общество;

в свою очередь, одной из основных функций фильма иной культуры является передача образов «своего» и «чужого», которые воссо здаются в процессе перевода 1. Цель данной работы — рассмотреть транс формацию (один из видов перевода) как способ осуществления культур ного трансфера из американской среды в русскую.

Само понятие трансформация (от позднелат. Transformatio) означа ет превращение, преобразование, изменение вида, формы, существенных свойств чего-либо. Трансформация в лингвистике — это закономерное изменение основной языковой модели (ядерной структуры), приво дящее к созданию вторичной языковой структуры 2. В переводоведе нии (В. Н. Комиссаров, Я. И. Рецкер, А. Д. Швейцер, Л. С. Бархударов, Р. К. Миньяр-Белоручев и др.) выявлены различные дефиниции «транс формации», а также виды и приемы трансформаций. В качестве наиболее распространенных выделяются следующие трансформации:

1. Опущение (исключение слова, являющегося семантически избыточным).

2. Добавление (формальная невыраженность семантических компо нентов словосочетания в языке оригинала).

3. Замена частей речи и членов предложения.

4. Перестановка или изменение порядка слов, членов предложения и его структуры.

5. Описательный перевод или экспликация.

6. Конкретизация (представляет собой замену слова исходного языка с более широким значением словом другого языка с более узким значением).

7. Генерализация (это замена слова, имеющего более узкое значение, словом с более широким значением).

8. Членение предложения (это принцип разделения предложения на исходную, изначально данную составляющую (то, что считается из вестным или может быть легко понято), называемую темой, — и новую, которая узнается из контекста, называемую ремой).

9. Антонимический перевод (замена утвердительной конструкции отрицательной или наоборот, что сопровождается соответствующей лексической заменой единицы исходного языка его антонимом в языке перевода).

10. Смысловое развитие (смысловое развитие заключается в том, что в переводе используется слово или словосочетание, значение которого яв ляется логическим развитием значения переводимой единицы).

Объектом нашего исследования является американский фильм «Mission impossible» («Миссия невыполнима») как яркий образец аме риканской массовой культуры. Сценарий этого культового приключенче ского боевика наполнен лексическими и грамматическими конструкция ми, характерными для сленга (жаргона) спецслужб. Перевод подобных социолектов представляет особую проблему. Рассмотрим особенности и приемы перевода, которые использовал переводчик фильма на русский язык, на конкретных примерах.

«HeisnowinKievandwillrendezvousinPrague»—«ОнсейчасвКие ве,прибудетнавыбраннуювамиявочнуюквартирувПраге»,«24hours— Дайтемнесутки»,«ThisisKittridge»—«Киттриджслушает»,«Thisis Ethan Hunt» — «Говорит Итан Хант», «Location green, one hour» — «Встречавзеленойточкевчасночи». В этих выдержках из текста при переводе используется прием добавления, который применяется в си туациях, когда происходит нарушение норм языка перевода, и использо ванных в языке оригинала лексем не хватает, чтобы полностью отразить передаваемый смысл.

«Let’s not waste time chasing after him» — «Предлагаю не бегать за ним», «Red light, green light» — «Красная, зеленая», «Third world terrorist»—«Террористы».Здесь переводчик использует прием опуще ния. Семантически незначимые для языка перевода слова опускаются, что придает переводу лаконичность. Также при переводе кинофильмов прием опущения используется для синхронизации видеоряда и звуковой дорожки с переводимым текстом.

«Isheserious?»—«Оннешутит?»,«It’smuchworsethanyouthink»— «Этоещенесамоестрашное».Прием антонимического перевода расши ряет границы свободы речи, он позволяет внести в перевод лексическое разнообразие, усилить смысловые акценты.

«Enoughisenough»—«Шуткивсторону»,«Loudandclear»—«От лично»,«Doyoucopy?»—«Прием».Иногда в тексте перевода встречается полная замена некоторых реалий, которые не встречаются в культуре язы ка перевода, поэтому они заменяются лексическими единицами, которые наиболее близко передают ситуацию, описанную в языке оригинала.

«Canyoulosehim?»—«Оторватьсяможешь?»,«Whereareyou?»— «Тыдалеко?»,«Negative»—«Несогласен»,«We’velostenoughagentsfor onenight»—«Хватитснасмертвыхагентовнасегодня»,«Personally as well as professionally» — «И как человек, и как коллега», «We have a penetration» — «Происходит утечка данных», «Everybody has pressure points»—«Укаждогоестьслабоеместо».

Самым распространенным приемом трансформации, использован ным в переводе сценария данного фильма, является смысловое развитие текста. Суть данного приема состоит в более углубленном смысловом толковании той или иной лексической единицы. Так как в данном фильме активно используется лексика американских секретных агентов, эквива ленты которой часто отсутствуют в нашем языке, переводчик преобразо вывает текст оригинала таким образом, чтобы он был понятен реципи енту культуры языка перевода, не теряя при этом основную суть данной культурной реалии.

Перевод кинофильмов — особая отрасль творческого и коммер ческого перевода. Для кинематографа характерна тенденция не только к установлению связей в корпусе пластов культуры, но и к ориентации на действительность, окружающую актеров и зрителей здесь и сейчас.

В фильме, избранном нами в качестве объекта исследования, герои общаются на языке разведывательных спецслужб. Особенностью такой речевой модели является краткость, лаконичность синтаксических кон струкций, односложные предложения, использование специальной тер минологии. В ходе проведенного исследования обнаружилось, что пере водчик, стараясь выполнить адекватный перевод, использует различные трансформации (полная замена, добавление, опущение, антонимический перевод), среди которых по частотности употребления превалирует при ем смыслового развития. Во многом применение данной лексической трансформации обусловлено используемой терминологией. Язык аген тов — это кодированная система, не имеющая эквивалентов в ином языке и инокультурном шпионском коде. В связи с этим используются функцио нальные аналоги, которые вызывают сходную реакцию на описываемую ситуацию у потенциальных реципиентов. Как мы можем увидеть, перевод кинофильмов в общем и перевод данного фильма в частности является трансфером американской культуры в русскую. Перевод в неизменном виде передает особенности американской культуры. В традиционном смысле перевод понимается как интерпретация языковых знаков, в совре менной практике и в частности практике переводов киносценариев пере вод понимается как интерпретация культурных реалий одной языковой среды в другую.

_ Иванова Е. Б. Диссертация. Интертекстуальные связи в художественных фильмах. — Волгоградский государственный педагогический универси тет. — Волгоград, 2001.

Комиссаров В. Н. Вопросы теории перевода в зарубежной лингвисти ке. — М., 1978.

ГорлановА.А.,КемГУ,студент Научныйруководитель:Л.А.Араева К вопросу об идиоматичности семантики производных адъективов Важнейшей чертой производного слова является расчлененность его смысловой структуры, которая во многом проявляется в наличии двух частей — отсылочной и формантной. Отсылочная часть указывает на на личие смысловой связи между мотивированным и мотивирующим сло вами, является важнейшим компонентом семантики производного слова.

В свою очередь, формант позволяет конкретизировать диапазон возмож ных значений, обусловленных семантикой мотивирующего.

С другой стороны, у многих дериватов семантическая структура ока зывается сложнее простой суммы значений морфем, представляющих от сылочную и формантную части. Как правило, в лингвистике в таком слу чае говорят об фразеологичности (идиоматичности) семантики, имея в виду появление в значении производного дополнительного компонента, не выводимого из отсылочной и формантной части. Под идиоматично стью также справедливо понимают «формальную невыраженность, им плицитность тех или иных компонентов значения» 1, выбор которых про исходит в результате взаимодействия производящей основы и форманта.

При этом во многих работах такое «наращение» в семантике объясняется лишь экстралингвистическими факторами без обращения к внутренним языковым закономерностям.

На наш взгляд, фразеологичность семантики производного можно рассматривать как индивидуальное свойство слова, в пределах которого оно выводимо и предсказуемо. Так, для прилагательных с суф. -ийсовер шенно очевидно то, что многообразие мотивирующей семантики и поли семантичность форманта создают благоприятные условия для идиомати зации значений производных. Напр., у прил. собачийнаиболее частотны значения типа «относящийся к собаке», «принадлежащий собаке» — со бачьябудка,собачийкормидр.Значения приведенных адъективных со четаний мотивированы компонентом семантики существительного соба ка«домашнее животное». Слово собачийв знач. «очень плохой, трудный (о жизни)» и «очень сильный (о морозе)» мотивированно тем же компо нентом семантики субстантива, но уже периферийно. В данном случае актуализируются представления об особенностях жизни собаки, о ее сильном/злом нраве (собачья жизнь, собачий холод).

Получается, что образование «скрытых» значений адъективов осно вывается на природе производящего слова как некой категории, имеющей ядро и периферию. Ядерная семантика мотивирующего служит для актуа лизации более устойчивых типов отношений, выражаемых производными прилагательными. Тогда как периферия семантики включает ассоциации и представления, связанные с животным и закрепленные в сознании но сителей языка. Важной частью анализа предсказуемости семантического наращения оказывается рассмотрение производных в пределах типа как ментально-языковой категории 2, в которой реализуется определенный на бор пропозиций и тематических групп мотивирующих.

Для того чтобы объяснить специфику появления у одного относи тельного прилагательного (ОП) нескольких типов словообразовательного значения, необходимо учитывать глубинные деривационные процессы данных производных и особенности их функционирования в пределах таких базовых словообразовательных категорий, как тип и гнездо. В та ком случае единицей исследования является не только отдельное про изводное, а словообразовательный тип (СТ) как сложная, динамичная ментально-языковая категория.

В устройстве СТ особую значимость имеют мотивирующие еди ницы, которые определяют смысловую структуру входящих в него про изводных. При этом семантика ОП с суф. -ий проявляет некоторую за висимость от характера тематической группы мотиваторов. Применение пропозиционального подхода (Л. А. Араева, Е. С. Кубрякова, М. Н. Ян ценецкая) как метода анализа СЗ позволяет увидеть, как определенный аспект производящей семантики детерминирует тот или иной вид отно шений. Например, слова лиса,барсук, волк, являясь производящими для прилагательного, выступают в следующих аспектах:

• «тот, на кого охотятся»: барсучья собака (для охоты на лис и барсука) — “субъект — предикат — объект”;

волчий садок (ловушка для охоты на волка) — «средство — предикат — объект»;

• «обитание животного»: лисьянора — «место — предикат — субъект»;

лисий лай, волчий • «производимый животным»:

вой — «действие — предикат — субъект»;

• «принадлежащий животному»: лисий, волчий хвост — «часть тела — предикат — субъект»;

лисий • «предназначенный для изготовления»:

мех — «материал — предикат — субъект»;

лисья шуба, • «изготовленный из чего-либо»:

шапка — «результат — предикат — средство».

Несмотря на то, что мы перечислили далеко не все аспекты семан тики производящего, уже становится очевидным, как определенный смысловой компонент имени становится основой мотивационных связей.

Например, лиса — это животное, которое обитает в определенной среде;

в связи с этим обладает некоторыми внешними характеристиками;

на ли су обычно охотятся;

охота как всякая деятельность предполагает резуль тат, средство, субъект и объект действия и т. д. Перечисленные аспекты семантики могут служить основанием для образования нескольких типов лексико-словообразовательных значений.

ОП, мотивированные единицами ТГ «Домашние животные», ак туализируют иные типы отношений. Например, аспект имени суще ствительного баран«тот, за кем ухаживают» выражается отношениями:

«предназначенный для помещения в него объекта» — бараний загон (место-предикат-объект), «тот, кто ухаживает за …» — бараний пастух (субъект-предикат-объект). Представление о том, что баран — «тот, кого употребляют в пищу», обозначая ситуацию «приготовления продукта», включает, как правило, пропозицию: «продукт — предикат — средство (ингредиент)» (бараньикотлеты,баранийсуп). Таким образом, на мате риале адъективов на –ий подтверждается положение о том, что «произво дящая семантика, отражая типы пропозициональных структур, в которые способно вступать имя, тем самым задает возможные виды отношения» 3.

Пропозициональный анализ адъективов открывает новый ракурс в освещении вопроса о референции имени прилагательного. Так, ряд учё ных (М. В. Никитин, А. А. Уфимцева и др.) сходятся во мнении, что значение большинства признаковых слов имеет сигнификативный характер. Согласно данной точке зрения адъективы имеют соотнесенность с предметной обла стью лишь через определяемые их существительные. Другой подход, кото рый, в частности, обосновывает З. А. Харитончик, признает денотативно сигнификативную природу адъективов. «Сфера, называемая адъективными словами, — сфера свойств и признаков — отличается от других, скажем от сферы предметных сущностей» 4, но в то же время образует с ней тесную связь. Это прослеживается даже в том, что прилагательные обозначают при знаки, которые не существуют независимо от объектов действительности, а, напротив, на их основе выделяются. Так, у прилагательных бараний,лисий, волчийсоотнесенность с денотатом отражается во внутренней форме слова, т. е. в мотивирующем, которое предопределяет направленность валентных связей, что находит отражение в их пропозициональной структуре.

Применение пропозиционального подхода к анализу ОП отражает системное видение деривационных процессов, выявляет немаловажную роль в этом представлений и знаний человека о мире. Следовательно, фе номен идиоматичности прилагательных — это не просто процесс непред сказуемого приращения смысла, а, прежде всего, явление, указывающее на возможность эксплицирования в производном той части информации, которая является очевидной для определенной группы людей.

_ Антипов А. Г., Стрыгина О. В. Факторы фразеологизации значения производного слова // Наука и образование: Материалы конференции. — Белово, 2000. — С. 17.

Араева Л. А. Словообразовательный тип. — М., 2009.

Резанова З. И. Словообразующие возможности имени существительного // Се мантические вопросы словообразования: Значение производящего слова. — Томск, 1991. — С. 212—213.

Харитончик З. А. Имена прилагательные в лексико-грамматической системе совре менного английского языка. — Минск, 1986. — С. 17.

ГотланЮ.А.,ТГУ,аспирант Научныйруководитель:Л.П.Дронова История нем. nett Рассматривая французские заимствования в немецкий язык со значе нием ‘чистый’ (adrett, akkurat, klar, komplett, penibel, proper), мы обратили внимание на нем. nett, которое в ряде диалектов (северофризском и шваб ском) известно в значениях ‘чистый, опрятный’1. В современном немец ком литературном языке семантическая структура nett представлена одним общеупотребительным значением ‘привлекательный, милый’ (о конкрет ном и абстрактном) и двумя разговорными, одно из которых представляет собой ироническое употребление, дающее определяемому предмету отри цательную оценку (‘неприятный, малоприятный’ (о чел.), а второе имеет узкую денотативную сферу употребления (‘значительный’ о сумме денег) 2.

Понятие «чистый» в немецком языке выражено значительным рядом лексем (rein, sauber, lauter, schier, keusch, klar и др.), исконного и заимствован ного характера, представляющих это понятие как сложно структурирован ное, многоаспектное. Какое место среди синонимов со значением ‘чистый’ занимает диалектное nett? Какую грань понятия «чистый» оно актуализиру ет? Чтобы ответить на данный вопрос, проследим историю этого слова.

Согласно историческому словарю, первые упоминания нем. nett от носятся к концу XIV века, в немецкие диалекты оно проникло из языка фламандских купцов в значении ‘чистый, остающийся после необходимо го вычета (денег или веса)’. Еще ранее это слово проникло в нидерланд ский язык из старофранцузского, где net отмечено в текстах с XII в., вос ходит к лат. nitidus ‘блестящий, светлый, ясный, чистый’ (при лат. nitre ‘блестеть, сверкать, сиять’). В ранних текстах старофранцузского встре чаются однокорневые образования nettement ‘чисто;

ясно, определенно’ nettete ‘чистота, опрятность;

ясность, определенность’, nettoyer (из нар. лат. *nitidiare) ‘чистить, очищать’. Во французском языке net, — te упо требляется в значениях ‘чистый, опрятный’, ‘чистый, без примеси’ (poids net ‘чистый вес’), ‘ясный, отчетливый, четкий’, ‘цельный’3.

В средневерхненемецкий период net получило распространение в диалектах западной Германии и в нижненемецких диалектах: ср.-н.-нем.

net ‘точный, полный, целый’ (о деньгах), н.-нем. (XVIII в.) net ‘чистый (о товаре без упаковки)’. Со второй половины XV века net (t) было упо требительным в нижнерейнской области, а к началу XVI века проникло и в литературный немецкий язык в значении ‘блестящий от чистоты’ (из начально о металле), позднее (в XVII в.) о внешнем виде и нраве человека в значении ‘мило выглядящий, любезный, прелестный’4. В XIX веке nett стало обозначать все, что может быть ‘привлекательным’. Довольно часто слово употреблялось в переносном, ироническом значении ‘милый, хоро ший’, давая объекту отрицательную оценку 5.

Значение диал. нем. nett ‘чистый (о товаре без упаковки)’ дубли рует немецкое слово netto, употребляющееся как профессионально ограниченный термин в торговле: ‘без упаковки’ (о весе), ‘остающийся после вычета стоимости или налога’6. Формальное и семантическое сход ство net и netto позволяет предположить их родственные связи. В немец ком языке net (t)o ‘без упаковки’ появилось в конце XV века и принад лежало языку торговли. Слово вошло в немецкий язык через ит. (peso) netto, al netto ‘чистый и точный, т. е. после вычета всего дополнительного’ (восходит также к лат. nitidus) 7.

Таким образом, особенности функционирования немецкого лите ратурного и диалектного nett исторически определяются влиянием ряда языков: нидерландского, французского, итальянского. Хронологически первым было заимствование слова nett в его узкоспециализированном зна чении (‘чистый, остающийся после необходимого вычета (денег или веса)’) из нидерландского в сферу торговли (XIV—XV вв.), а затем, повторное за имствование в период господства французского языка как языка дворянско го общества (так называемого Alamodezeit XVII—XVIII вв.), вследствие че го семантическая структура нем. nett расширилась, включив в себя значение ‘мило выглядящий, любезный, прелестный’. Разграничение денотативной сферы между двумя заимствованными словами — nett и netto — произошло таким образом, что одно из слов осталось профессионально-ограниченным (netto), а другое стало территориально ограниченным в значении ‘чистый’ и общеупотребительным в значении ‘привлекательный’ (nett).

_ Jensen P. Wrterbuch der nordfriesischen Sprache der Wiedingharde. — Neumnster, 1927. — S. 391;

Schwbisches Wrterbuch. Fischer H., A. v. Keller, W. Pfleiderer. — Tbingen, 1908. — Bd.5, S. 2002—2003.

Duden. Deutsches Universal Wrterbuch A—Z. — Mannheim u. a., 1989. — S. 1204.

Ганшина К. А. Французско-русский словарь. — М., 1939. — С. 382—383.

Etymologisches Wrterbuch des Deutschen. Pfeifer W. — Berlin, 1993. — Bd. 2, S. 920.

Paul H. Deutsches Wrterbuch. — Tbingen, 1992. — S. 609.

Duden. Deutsches Universal Wrterbuch A—Z. —Mannheim u. a., 1989. — S. 1204.

Kluge F. Etymologisches Wrterbuch der deutschen Sprache. — Berlin., 1989. — S. 502— 503. Etymologisches Wrterbuch des Deutschen. Pfeifer W. —Berlin, 1993. — Bd. 2, S. 920.

ГрековаМ.В.,ТГУ,студент Научныйруководитель:Е.А.Юрина Суггестивная функция образных средств в популярной литературе по психологии Термин «суггестия» в широком смысле слова понимается как воз действие на личность, результатом которого становится появление у че ловека, помимо (а иногда и против) его воли, какого-либо состояния, чув ства и отношения себе и миру. Такое воздействие широко используется не только в медицинской практике, но и в воспитании, рекламе и форми ровании религиозных взглядов и др.

В узком смысле «суггестия» — это одна из популярнейших методик воздействия на сознание человека в современной психотерапии. В её осно ве лежит внушение как «некритичное восприятие человеком поступающей информации» 1. Суггестия направлена на изменение установок человека, то есть его взгляда на мир, на себя самого и его место в этом мире. Эффек тивность данной методики заключается именно в «некритичном восприя тии» информации извне, то есть отсутствием необходимости в ее верифика ции, так как внушаемое не осознается таковым, а является безоговорочным.

В процессе терапевтического взаимодействия происходит воздей ствие врача на пациента, в результате которого и происходит «изменение представлений человека о мире и себе самом, благодаря чему он может, получив новые знания, выработать более продуктивные мнения и уста новки, сформировать более эффективные и удовлетворяющие его отно шения к людям, вещам и событиям» 2. Речь становится одним из самых доступных способов высказывания пациента о мире, о себе и взаимодей ствия с врачом.

Мы остановимся на определении «суггестии» как воздействии, ко торое не осознается реципиентом, влияет на его представления о мире и о себе и изменяет его состояние, поведение и чувства. В данной работе мы рассмотрим воздействие, происходящее на вербальном уровне.

Книги по популярной психологии рассчитаны в большей степени на читателей, не обладающих специальным медицинским образованием, но проявляющих интерес к подобной литературе. Поэтому задача автора использовать только те средства языка, которые будут понятны каждому.

Выявляя проблему и показывая возможные способы её решения, автор подспудно воздействует на мировоззрение и систему ценностей читателя.

Такая суггестия осложняется «односторонностью» общения врача и па циента. Поэтому образная лексика является наиболее эффективным сред ством воздействия.

Материалом для данного исследования послужили книги М. Е. Лит вака «Принцип сперматозоида» и «Как узнать и изменить свою судьбу», которые были неоднократно переизданы не только из-за их популярности, но и критического отношения к ним автора.

Рассмотрим некоторые случаи реализации суггестивной функции образных средств.

Бесплодие ‘неспособность производить потомство’ («Есливрезуль татекакой-либоболезнидвиженияресничекпарализуются,тобегспер матозоидовтеряетцеленаправленныйхарактер,ауженщиныразвива етсябесплодие»). Отглагольное существительное употреблено в прямом значении. Читатель начинает представлять женщину, не способную ро дить ребенка, то есть продолжить свой род. А, значит, главная биологиче ская функция женщины не будет реализована. Через несколько предложе ний автор употребляет уже переносное значение: бесплодный ‘не дающий результата’ («Ичеловекостаетсябесплодным»). И читатель, накладывая на уже имеющийся в воображении образ «бесплодной женщины» образ человека, не способного раскрыть себя, свой потенциал, представляет безрезультативность, неэффективность человека как биологическое бес плодие, тупик для дальнейшего развития.

Метафоры движения часто используются автором, поскольку спо собны моментально создать визуализированный образ у читателя: долгой и трудной дороги, на которой вдруг возникают препятствия, и нужно ид ти не прямо, а чуть-чуть в сторону и сделать будто «полукруг». Этот же «полукруг» можно сделать не только пешком, но и используя какой-либо транспорт. Затем движение продолжается, но по-прежнему тяжело и так долго. Но в конечном итоге цель будет достигнута. Примеры: обходить ‘миновать, не затронуть кого-либо или что-нибудь, словно обойти вокруг’ («Кстати,вынепробивалиэтипрепятствия,аобходилиих»). Объехать ‘проехать стороной, будто миновать проблему’(«Какдолжныразвивать сяотношениямеждуребенкомиродителямипоЗаконам—законампри роды,которыениктонеможетниобойти,ниобъехать?»).Добраться ‘достичь чего-либо, словно с трудом дойти до необходимого’(«Здоровые людиразвивают своидуховныеилифизическиевозможности, пытаясь достичьздесьвершин,идажееслионидонихне доберутся,товсеже поднимутсянакакую-товысоту»).

Автор прибегает и к помощи образных идиом, которые можно срав нивать с отдельными ступеньками в большой лестнице к сознанию чи тателя. Поскольку идиомы закреплены в сознании большинства носите лей языка и не нуждаются в верификации, а значит, и вся последующая информация будет восприниматься менее критично. Примеры: дорогу молодым ‘предоставить возможность действовать, словно уступить путь’ («А для занятия научной работой не нужно «сидеть» на должности, перекрывая дорогу молодым»). Автор опять использует образ дороги, а значит «укрупняет» предыдущий: путь долгий и трудный, цель будет достигнута, но не стоит задерживаться на этом пути. Одержатьпобеду ‘взять верх, одолеть’ («Победуэтувыодержаливденьвашегозачатия, когдавашпапавыпустилвовлагалищевашеймамы150миллионовкле ток»), то есть не просто победить, а именно возвыситься над соперника ми, превзойти их в чем-либо. Заветнаяцель ‘замысел’ («Выуклонялись отихударовишли,ишли,аточнеемчалиськзаветной цели»). В этом примере также реализуется образ дороги.

Еще один яркий пример реализации суггестивной функции образ ных средств — это религиозные метафоры. В целом сознание русских людей биполярно: верх — низ, белое — черное, плохо — хорошо, рай — ад. И даже неверующему человеку абслютно «понятны» эти образные средства, а значит воздействие на читателя происходит быстрее и легче.

Ад ‘обстановка, условия, в которых невыносимо пребывать, там плохо’ («КогдажеонавыходитзамужзаПринца,жизньеестановитсяадом».

«Бывали случаи, когда мои оппоненты, пройдя еще несколько кругов собственного ада, соглашались со мной». «Но многого тогда я не знал и не умел, и эти полтора года были для меня адом, хотя со стороны все выглядело благопристойно».) Рай ‘то, что доставляет удовольствие’ («Жизньспервыммужемейпоказаласьраем»).

Таким образом, суггестивная функция реализуется в «простых» об разных средствах, которые легко можно визуализировать или актуали зировать в сознании, что существенно «облегчает» воздействия автора на читателя. Используя именно устойчивые образы и сравнения, автор «усыпляет» бдительность читателя, его критическое отношение к новой информации. Благодаря чему и происходит изменение установок читате ля: его взгляда на мир, на себя самого и его место в этом мире.

_ http://slovari.yandex.ru/~книги/Клиническая %20 психология/Внушение/ Калина Н. Ф. Основы психоанализа: Серия «Образовательная библиотека». — М.:

Рефл-бук, 2001. — 352 с.

ДвизоваА.В.,ТГУ,аспирант Научныйруководитель:Л.Б.Крюкова Функционирование языковых единиц с семантикой слухового восприятия в поэтическом тексте Б. Пастернака Когнитивные аспекты языка активно изучаются в современной линг вистике. Это связано, в первую очередь, с тем, что способы познания человеком окружающей действительности характеризуют индивидуаль ность его языка и мышления, а интерес к отдельной личности возрастает в рамках антропоцентрического подхода в науке. Как известно, среди пя ти видов чувственного восприятия наиболее разработанными в русской языковой картине мира являются слух и зрение, именно они ставятся уче ными на первое место по значимости для человека 1. Л. В. Смолина спра ведливо отмечает, что «высказывания со значением слухового восприятия (СВ) не раз привлекали внимание исследователей (Золотова Г. А., При мова М. Б., Логачева О. Ю., Демешкина Т. А.) и они проанализированы достаточно полно на материале литературного языка (прозаических ху дожественных текстов, научно-публицистических текстов) и диалекта» 2.

Материалом данной статьи является текст поэтический, а именно лирика Б. Пастернака, которая исследуется на предмет функционирования языко вых единиц с семантикой слухового восприятия (далее СВ) на формаль ном и содержательном уровнях.

О значимости СВ для поэзии Б. Пастернака свидетельствует коли чество стихотворений, в которых представлена ситуация СВ: 364 сти хотворения из 496-и исследованных (т. е. более чем в 70 %). Пропозиция СВ (модель ситуации, реализованная в высказывании) в стихотворениях Б. Пастернака репрезентирована предикативным и непредикативным спо собом, представлена широким спектром языковых единиц, среди которых численно доминируют глаголы и существительные, содержащие в своем значении сему «звук»;

преобладает метафорический способ репрезента ции ситуации Св.

На уровне плана выражения языковые средства с семантикой СВ реализуют свой потенциал в следующих направлениях:

1. Пропозиция СВ формируется с помощью изобразительно выразительных средств, отражающих метафорическое осмысление действительности, свойственного поэзии Б. Пастернака: «идея цело го и взаимозаменяемости его частей легла в основание эстетики Б. Пастернака» 3:

— Олицетворение: Устает кустарник охать;

Звезды благоуханно разахались;

Так тянет снег. Так шепчут хлопья;

Примолкла и взмокла безбрежная степь,/Колеблет, относит, толкает. Следует отметить, что для одушевления предметов и явлений используются глаголы речи и глаголы с семантикой отсутствия звука, глаголы звучания в этом случае не «работают», т. к. предполагают возможность неживого субъекта изна чально;

также используются соматизмы: Тошевелилисьтихойтьмы/За сыпанные снегом уши. В поэзии Б. Пастернака чаще всего олицетворя ются природные явления, что связано с мировоззренческой концепцией автора.

— Метафора: И сквозь сон/Услышать, как разбился скорбно оземь/Запекшихся ржаных пространств разгон;

Я помню, говорок его/Пронзилмнеискрамизагривок,/Какшорохмолньишаровой;

Слушать нежность, и ярость, и юность, и старость. Встречаются случаи воз никновения перцептивных метафор, в том числе основанных на явлении синестезии, например: Гость еще сдержан,/Но очи очам прохрипели:

«Открой!»;

Язнал,чтопрелестьпутешествий/Икаждыйновыйжен скийвзгляд/Лепечутоегососедстве/Иотрицатьеговелят. Метафоры на основе синестезии демонстрируют способность перцептивной семан тики формировать выразительные художественные образы, а также яр ко показывают индивидуально-авторские особенности восприятия мира и конструирования поэтической действительности. Среди подобных при меров доминируют высказывания, предикатом в которых выступают гла голы речи.

— Эпитет: За высоту ж этой звонкой разлуки,/О, пренебрегнутые мои,/Благодарюицелуювас,руки/Родины,робости,дружбы,семьи;

Ры дающейстрофысыруюгоречьпью.

—Оксюморон: Все громкой тишиной дымилось,/Как звон во все колокола.

— Фразеологизмы, устойчивые словосочетания, пословицы: Все это режет слух тишины,/Вернувшейся с войны;

В то же утро, ушам неповеря,Протеретьнеуспевшиочей….

Таким образом, автор использует не только индивидуальные, но и универсальные, присущие русскому национальному сознанию, спо собы актуализации Св.

2. На уровне композиции языковые единицы с семантикой СВ упо требляются для следующих целей:

— Построение анафорического повтора: например, в стихотворении «Я говорю тебе: Сибирь» высказывание Яговорютебе начинает каждую из пяти строф.

— Построение кольцевой композиции: например, стихотворение «Бабье лето» начинается и заканчивается синонимичными предложения ми: Лист смородины груб и матерчат./В доме хохот и стекла звенят и Вдомесмехихозяйственныйгомон,/Тотжегомонисмехвдалеке, т. е.

семантика смеха, хохота и шума начинает и замыкает композицию текста.

3. Языковые единицы СВ могут выполнять специальную авторскую задачу в зависимости от формы.

— Конструкции с лексемами слышно,слышатьсяориентируют чи тателя на объект восприятия и акцентируют его внимание на ситуации звучания, намеренно не эксплицируя субъект: Лязга не слышно/Идущих мимо вагонов;

Гром отрывистый слышится,/Отдающийся резко,/И ответраколышется/Наокнезанавеска.

— Базовые глаголы СВ в поэзии Б. Пастернака употребляются в форме императива или вводного слова, имея при этом чаще всего ини циальную синтаксическую позицию. Они используются для передачи модусных смыслов (функция обращения к собеседнику или привлечения его внимания). Адресат при этом может быть любым: одушевленным или неодушевленным, конкретным или абстрактным, имплицирован ным или эксплицированным, а адресант в свою очередь призывает услы шать не только реальные предметы и явления действительности, но и то, что не имеет материального воплощения: Послушай, стихи с того све та/Имбудемчитатьтолькомы;

Прислушайсякгулураздолийнеезжен ных,/Прислушайсякбешенойихперебежке.

4. Лексика с семантикой СВ способствует созданию центральных обра зов стихотворений, в таких случаях ситуации СВ «строят скелет» всего тек ста, присутствуя почти в каждой строфе. Так происходит, например, в сти хотворении «Свадьба», где поэт рисует образ шумного веселого праздника.

В плане содержания высказывания с семантикой СВ имеют следую щие функции:

1. Каузация других ситуаций (чаще всего выражается в форме слож ноподчиненных предложений со значением причины): Сажают пасса жиров,/Дают звонок, свистят,/Чтоб копоть послужила/Пустыней миг спустя;

Научи,какворочать/Языком,чтобрастрогались. В этом смысле проявляется тесная связь СВ с восприятием зрительным (первое иниции рует в стихотворениях Б. Пастернака второе): От говора ключей,/Соча щихсяизскважин,/Тускнеетблесксвечей,/Такэтотвоздухвлажен;

Когда рыданьевдовье/Относитзабугор,/Яснеювсеюкровью/Ивижусмерть вупор;

Толькозаслышуполькувдали,/Кажется,вижувзамочноюскважи ну:/Лампызадули,сдвинулистулья,/Пчелкамикверхупорхфитили….

2. Обслуживание разнообразных «сфер природной среды, а так же материальной (эмпирически данной) и духовной жизни человека» 4.

Условно можно выделить несколько таких сфер (тем):

1) Представления о творчестве и творце, поэте и поэзии: Тыдушная, какмай,ямская,/Шевардинаночнойредут,/Гдетучистоныиспускают/И врозьпороспускеидут (о поэзии);

Тогдабпосвистустроф,покрикуих, познаку,/Покрепоститоски,поюностиее….

2) Философское осмысление действительности: Ичто-тобольшое, какосень,однажды..Зажжетсянаджизнью..Надшумом,по хожим/Наложныйприбойпрожитого…;

Незнаю,решеналь/Загад казгизагробной,/Ножизнь,кактишина/Осенняя,—подробна;

Нонадо житьбезсамозванства,/Такжить,чтобывконцеконцов/Привлечьксе белюбовьпространства,/Услышатьбудущегозов.

3) Чувство любви между мужчиной и женщиной: Всебылогромко, неожиданно,/Испоргорячичувствапылки,/Ивсезамолкло,всераскида но./Супругиспят.Блестятбутылки;

Помешаймнешуметьотебе!/Не стыдись,мыодни./О,тушиж,о,туши!Горячее!

4) Ментальная сфера существования лирического героя (сфера вос поминаний, снов, воображения):Итолькото,чтотюльиток,/Душа,ку шакивтакт/Смерчуумчавшийсяносок/Несут,шумявмечтах;

Ившуме пущеннойтурбины/Мерещится,чтомать—немать,/Чтоты—неты, чтодом—чужбина;

Воснетыбредила,жена,/Иеслисонтвойвпрямь был страшен,/То он был там, где, шпатом пашен/Стуча, шагает ти шина;

За разменом денег/Холодных, звонких, помнишь, помнишь давеш них/Колоколовпредпраздничныхгуденье?

5) Чувственная сфера существования лирического героя: Переве сившись, слушать в волненьи, какую/Меру дней прокукует мне уличный шум,/Удаляясь,таясь,приближаясь,ликуя.

6) Природные явления, растения, времена года: СВ позволяет услы шать и описать окружающий природный мир: Осеннийлесзаволосател./В немтень,исон,итишина;

Сморяещепоморошку/Ходитиходитле сками,/Грохнув и борт огороша,/Ширящееся плесканье. Одним из лейт мотивных образов поэзии Б. Пастернака является образ звучащей грозы (наряду с запахом грозы и блеском молний): Громотрывистыйслышит ся,/Отдающийсярезко,/Иответраколышется/Наокнезанавеска. Также часты и разнообразны звуки, издаваемые животными и птицами: Чирика липтицыибылиискренни;

Брешетпес,ибьетвлуну.

Примечательно, что в ранней лирике Б. Пастернака (до 1930—31 гг.) высказывания с семантикой СВ содержатся почти в 90 % стихотворений, в то время как в более поздних текстах это соотношение значительно меньше. Такие изменения представляются вполне закономерными, т. к.

в поэзии Б. Пастернака роль чувственного восприятия вообще и, в част ности, запахов, звуков, тактильных, зрительных и вкусовых ощущений ослабевает. Причину следует усматривать в том, что перцептивные образы тесно связаны с сознанием индивида, а, следовательно, предельно субъек тивны, как и способы их выражения (семантика восприятия чаще репре зентируется поэтом в переносных значениях). Поэтому исследователями признается сложность и завуалированность языка раннего Б. Пастернака и переход к объективности и простоте во второй половине творчества:

например, А. А. Якобсон выделял периоды «до» и «после 1940 года», при этом, говоря об отличительных чертах стиля и поэтики раннего Б. Пастер нака, обращал внимание на «концентрированную метафоричность» 5.

Тем не менее, высказывания с семантикой СВ несут особую фор мальную и смысловую нагрузку в пределах всего поэтического творче ства Б. Пастернака. Несмотря на то, что количество стихотворений, в ко торых присутствуют лексемы, содержащие в своем значении сему «звук», в поздний период уменьшается, концентрированность их в пределах одного текста может быть очень высокой. Например, стихотворение «Все сбылось» (март 1958), состоящее из 7 строф, содержит 11 (!) слов со зна чением Св. Оно входит в последний сборник поэта «Кода разгуляется», где присутствуют и другие произведения, базирующиеся на звуковых об разах: «Музыка» (1956), «Осенний лес» (1956), «Тишина» (1957).

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что языковые единицы с семантикой СВ «способствуют формированию семантической и синтаксической структуры произведения» 6, т. е. выполняют в поэзии Б. Пастернака смыслоообразующую и текстообразующую функцию неза висимо от периода творчества.

_ Борейко Т. С. Ситуация тактильного восприятия: способы представления в системе русского языка и в языковом сознании индивид: дис.… канд. филол. наук. — Омск, 2006. — С. 4.

Смолина Л. В. Языковые знаки воспринимаемых человеком звуков (к проблеме на блюдателя в современных русских художественных текстах) // Культура общения и её формирование. — Воронеж, 2005. — Вып. 15. — C. 33.

Пастернак Б. Стихотворения и поэмы: В 2 т. / Вступительная статья В. Н. Альфонсо ва. — Л., 1990. — Т. 1. — С. 12.

Африкантова Л. К. Образы водной стихии в поэзии Б. Пастернака // Вестник Самар ского государственного университет. Языкознание. — Самара, 2001. — № 3. — С. 123.

Якобсон А. А. Лекции о Пастернаке. — М., 2006. — С. 9.

Крюкова Л. Б. Лингвистическое моделирование как метод анализа поэтического тек ста: Учебно-методическое пособие. — Томск, 2005. — С. 31.

ДегтярёваА. Р.,КемГУ,магистрант Научныйруководитель:М.А.Осадчий Сопоставительное исследование функционирования типов эвфемизмов в новостных интернет-изданиях (на материалах «Lenta.ru», радио «Свобода») Актуальный в современной лингвистике вопрос субъектно объектных отношений в процессе коммуникации обусловлен совокупно стью как лингвистических, так и экстралингвистических факторов. Так, классическое понимание процесса эвфемологии отходит на второй план, на первый план выходит рассмотрение этого явления с функциональной позиции.

С помощью эвфемизмов участник коммуникации стремится замаски ровать предмет речи или свою оценку, делая попытку ухода от правовых и этических рисков. Актуальность такого подхода обусловлено функцио нальной нагрузкой, которые эвфемизмы несут в деятельности говорящего и слушающего. Имеющиеся классификации, выполненные с позиций им манентной лингвистики, не покидают границ «микроструктуры» языка, соответственно, не могут, на наш взгляд, охватить весь спектр исследуе мого явления: не могут описать эвфемизмы во всей его функциональной полноте 1.

Принцип функциональной классификации состоит в том, что эв фемизмы подразделяются на группы, соответствующие различным ком муникативным установкам и коммуникативным реакциям говорящего и слушающего. Соответственно, в классификации мы выделяем зону го ворящего (Г) и зону слушающего (С).

Функциональная классификация эвфемизмов с позиции говорящего Г1. По степени интенциональной нагруженности:

Г1.1. Интенционально ненагруженные (автоматические, не осозна ваемые как эвфемизмы) (Хз,блин,пипец);

Г1.2. Интенционально нагруженные, среди них по типу интенции:

Г. 1.2.1. С целью ухода от правовых рисков:

Г1.2.1 а. Собственно правовые эвфемизмы (всяэтаисторияпроиз водитвпечатлениекрайнейнепрозрачностивместо производитвпечат лениеобмана);

Г1.2.1 б. Легевфемизмы (нидлякогонесекрет,чтонетолькокрай ниенационалисты,ноибольшинствообычныхроссияннеиспытывают симпатийкуроженцамэтогоюжногорегиона);

Г1.2.2. С целью ухода от этических рисков (представителисексуаль ныхменьшинстввместо геи,лесбиянки).

Г2. По способу корреляции между языковым знаком и денотатом:

Г2.1. Явные (извергизжелудкавесьобедвместо стошнило);

Г2.2. Затемненные (массированнаяпсихологическаяобработкавме сто предварительныйсговор);

Г2.3. Перверсные («скромноеобаяние»расизма вместо нескромное обаяние, ужасное деяние, «ласковые милицейские руки» вместо грубые милицейскиеруки).

Функциональная классификация эвфемизмов с позиции слушающего С1. По степени вычленимости в потоке речи, то есть степени потен циальной идентификации как эвфемизма:

С1.1. Невычленимые (Ой,блин,какбольно!);

С1.2. Вычленимые (некие «не мальчики-одуванчики» вывезли его (Эдуарда Багирова) в Россию вместо организаторы побега, сообщники, финансово-неблагополучныйвместобедный).

С2. По способу корреляции между языковым знаком и денотатом:

С2.1. Непрозрачные (разные поведенческие стереотипы вместо межнациональнаярознь);

С2.2. Прозрачные («обогатился»наполитзаключенныхвместонеза коннополучилдоход,уснулвечнымсномвместоумер).

С3. По типу герменевтической опоры:

С3.1. Прецедентные (у него в комнате авгиевы конюшни вместо унегогрязно);

С3.2. Непрецедентные (вобществеперечеркнутанадежданамир ную революцию, тандем расколот до пупа вместо несогласованность, неслаженностьврядахправящейэлиты).

Классификация позиции говорящего коррелирует с классификацией с позиции слушающего, что является вполне закономерным: коммуника тивный акт представляет собой конструктивные взаимодействия говоря щего и слушающего, посылы и реакции которых являются взаимными, но эта взаимная реакция может быть разной, так как она подчиняется стратегии говорящего и коммуникативным способностям слушающего, обстоятельствам коммуникации.

В качестве материала избраны российские новостные интернет издания — «Lenta.ru» и радио «Свобода». В период за сентябрь-ноябрь 2011 года в данных СМИ зарегистрировано 202 случая использования эв фемистических замен.

На данных изданиях прослеживается абсолютное доминирование выч ленимых, непрозрачных, непрецедентных, интенционально нагруженные эвфемизмов, что является вполне закономерным, так как невычленимые эв фемизмы коррелируют с автоматическими (тип Г1.1, использование кото рых не было обнаружено). Данный тип присущ разговорной речи и не вос принимаются слушающим, как эвфемистические замены пейоративов, часто такого рода эвфемизмы служат исключительно словами-связками в процессе коммуникации, поэтому, данные случаи использования эвфе мизмов на страницах исследуемого материала не были обнаружены.

В пунктах Г1.2.1, С2.1 мы наблюдаем идеальную корреляцию с еди ничным отклонением, что вполне объяснимо. Интенционально нагружен ные эвфемизмы с целью ухода от правовых рисков по способу корреляции между языковым знаком и денотатом являются непрозрачными, что по зволяет избежать правовой ответственности.

Данные типы не могут быть легко прочитаны и участвуют в конкрет ной коммуникативной стратегии говорящего, но эти стратегии могут быть разными. Так, собственно правовые эвфемизмы (Г1.2.1.а) ориентируются на слушающего, коммуникативная стратегия построена таким образом, чтобы замаскировать или избежать правовой риск. Такие эвфемизмы сти листически нейтральны, ориентированы на реакцию слушающего, поэто му более частотны, нежели легевфемизмы (Г1.2.1.б) — «эвфемизм, ис пользуемый с целью ухода от правовых рисков»2.

Легевфемизмы более эмоциональны, ориентированы на говорящего, их цель не просто замаскировать, а нейтрализовать правовой риск, тем самым исключить возможность быть привлеченным к правовой ответ ственности. Говорящий, прибегающий к такому типу коммуникативной стратегии, выражает абсолютную уверенность в достоверности своего высказывания, поэтому в правовом плане более уязвим.

Типы Г1.2.2, Г2.1, С2.2 являются мало употребимыми. Это связано, прежде всего, с тем, что данная группа эвфемизмов (явные, прозрачные эв фемизмы с целью ухода от этических рисков) больше присуща разговорной речи, нежели публицистическому тексту, так как участники коммуникации стараясь быть вежливыми и подчиняясь правилам тактичного общения, выстраивают свое речевое высказывание таким образом, чтобы она была понятна собеседнику, что, позволяет избежать коммуникативных неудач.

_ Ковшова M. Л. Семантика и прагматика эвфемизмов: краткий тематический сло варь современных русских эвфемизмов. — М., 2007;

Крысин Л. П. Социолингвисти ческие аспекты изучения современного русского языка // Русский язык конца XIX столетия. — М., 2000. — С. 384—408;

Сенечкина, Е. П. Эвфемизмы русского языка:

учебное пособие. — М., 2006.

Осадчий М. А. Легевфемизмы в публичной коммуникации современной Рос сии // Материалы VI Международной научной конференции «Язык, культура, обще ство». — М., 2011. — С. 213—214.

ДееваА.И.,ТГУ,аспирант Научныйруководитель:Н.А.Мишанкина Метафорические модели, получившие распространение в нефтегазовой терминосистеме Целью настоящей статьи является систематизация наиболее распро страненных метафорических моделей русскоязычной нефтегазовой тер минологической системы. Изучение отраслевой терминологии является одной из актуальных задач современной лингвистики. Актуальность исследования обусловлена важностью нефтегазовой отрасли в сегод няшней жизни современного общества, а также недостаточной изучен ностью закономерностей функционирования и лингвистического анализа именно метафорической терминосистемы, в то время как описываемая терминосистема широко представлена именно терминами, обладающими метафорической природой. В качестве базовойтеории при анализе мате риала была использована теория концептуальной метафоры Дж. Лакоффа и М. Джонсона. Теория концептуальной метафоры предполагает методи ку анализа лингвистических единиц на основе понятий сфера-источник и сфера-мишеньметафорической концептуализации. Наш материал был проанализирован по этой методике.

Рассматривая метафорические термины с точки зрения понятия сфера-мишень метафорической концептуализации, все метафорические номинации можно разделить на три обширные категории — это термины метафоры, обозначающие 1. Оборудование;

2. Состояние скважины, нефтиигаза;

3. Геологическиетермины.

С точки зрения понятия сфера-источник метафорической концепту ализации на сегодняшний день можно выделить 10 метафорических мо делей, каждая из которых представлена фреймами. В понимании термина «фрейм» мы следуем за М. Минским и З. И. Резановой. М. Минский под фреймом понимает «структуру данных для представления стереотипной ситуации» 1, а З. И. Резанова под фреймом понимает «объедение элемен тов на основе смежности, подобия, родовидовых отношений, отношений части/целого, являясь нелинейно организованной структурой» 2. То есть под фреймом мы будем понимать объединение элементов. Это объеди нение основано на выявлении сходства, основанного на стереотипности и однообразии ситуации.

1. Артефактная модель (самая многочисленная в русской термино системе, насчитывает 278 метафор), представленная 11 фреймами, репре зентируемыми 268 лексемами в исходном номинативном значении отно сящимся к следующим сферам-источникам:

Одежда: муфта, башмак, манжета, колпак, пояс, ворот, складка, шапка, подошва, шов;

Архитектурнаядеталь: колонна, мостки;

Дом: стакан, тарелка, вилка, ложка, стена, шкаф;

Деталикорабля: мачтовая вышка, якорь;

Музыкальныеинструментыиихчасти: струна, дудка, арфа;

Сельскохозяйственныйинвентарь: амбар, хомут;

Продуктыпитания/напитки: рассолы, зерно, бисквит, мука;

Транспортидвижение: борт, плотик;

Королевскиеатрибуты: корона, свита;

Ювелирноеукрашение: кольцо;

Устройстваимеханизмы:линза, коллектор.

2. Антропоморфная модельпредставлена 8 фреймами, репрезенти рованными 54 лексемами в исходном номинативном значении:

Частитела:палец, плечо, щечки, скелет;

Физиологическиедействия:храпок, пульсация, вдох, выдох скважи ны, питание;

Бытовыедействия:заглушать, вскрывать (скважину);

Состояния:депрессия;


Наименование профессии и человека: кондуктор, баба, фракция, старица;

Национальность:еврейский камень;

Физические действия: холостой ход, горизонтальное бурение, миграция;

Социальныйстатус:холостой ход.

3. Зооморфная модель представлены 3 фреймами, репрезентиро ванными 30 лексемами в исходном номинативном значении:

Царстваживотных:дикая кошка, гусак, грифон, рыба, паук;

Частителаживотных:крыло, рыбий хвост, лапы;

Местаобитания:гнездо, мышиная нора.

4. Фитоморфная модельпредставлена 3 фреймами, репрезентиро ванными 9 лексемами в исходном номинативном значении:

Царства растений (подцарство высшие растение): груша, елка, куст;

Частирастений:ствол;

Действия:обсаживать скважину.

5. Милитарная модель представлена 3 фреймами, репрезентиро ванными 8 лексемами в исходном номинативном значении:

Военныесимволыиатрибуты:нефтяные погоны;

Оружие:пика, арматура (устар. оружие, доспехи);

Фортификационное сооружение и военная лексика: вал, крепость, щит, разведка.

6. Модель «природа»представлена 2 фреймами, 3 лексемами в ис ходном номинативном значении:

Климатическиеявления:туман, смог;

Явлениеприроды:горизонт.

7. Ландшафтная модель представлена 3 фреймами и 4 лексемами в исходном номинативном значении:

Вода:устье, приток, обводненность;

Состояниеводы:рябь;

Рельеф:гряда.

8. Модель «искусство и наука»:

Искусство:цирк, амфитеатр;

Наука(юридическиетермины):залог, ювенальные воды.

9. Признаковые модель: репрезентирована 19 лексемами в исхо дном номинативном значении: смятая труба (фактура);

сырой пар, сухой пар (наличие влаги);

легкая нефть (вес);

светлый нефтепродукт (освещен ность), мертвая нефть (живое).

10. «Звуковая модель» представлена 1 лексемой: грохот (природ ный звук неживого).

Также стоит сказать, что на настоящий момент есть многочисленная группа метафор, которые сложно отнести к определенной модели, напри мер легенда,релаксация,несогласие. Подобных метафор 35.

Таким образом, на начальном этапе было проанализировано 427 ме тафор, составляющих русскоязычную нефтегазовую терминосистему.

На основе компонентного анализа лексической семантики и выявления метафорических моделей на основе когнитивнойинтерпретациирезуль татов компонентного анализа, мы выявили 10 продуктивных метафори ческих моделей. Из них наиболее продуктивной можно назвать артефакт ную модель, которая насчитывает 268 лексем как среди геологических терминов, среди терминов, используемых для описания оборудования для добычи и переработки нефтяных продуктов, так и среди метафорических терминов для описания состояния скважины и нефти/газа.

Второе место по распространенности занимают антропоморфные метафоры, их насчитывается 54. Больше всего их среди геологических терминов. Это можно объяснить схожестью строения человеческого ор ганизма и геологических пород, у которых можно найти и нос, и поры, и скелет.

Некоторые модели, на данный момент, подкреплены лишь единич ными примерами. Среди метафор, встречающихся среди терминов для описания оборудования очень много зооморфных метафор. Такое обилие можно объяснить визуальной схожестью элементов оборудования и жи вотными. Например, паук — это поисковый и ловильный инструмент 3, получивший свое название благодаря форме.

Подводя итог, можно сказать, что на настоящий момент исследова ния можно выделить 10 метафорических моделей. Основной принцип организации метафор в рамках модели заключается в том, что модель представлена фреймами, то есть объединением элементов. Элемен ты объединены на основании стереотипности и однообразии ситуации.

Каждый фрейм, в свою очередь, репрезентирован лексическими едини цами. Некоторые модели представлены обширно, некоторые не являются распространенными и насчитывают 1—2 лексемы. 4. Все термины рас пределены по трем обширным категориям, сформированным по сфере мишени — 1. Оборудование;

2. Состояние скважины, нефти и газа;

3.

Геологические термины. Основные моделирующие принципы метафо ризации нефтегазовых терминов раскрываются в артефактных, антропо морфных, зооморфных, фитоморфных, признаковых и милитарных ме тафорических моделях. Они являются самыми распространенными для трех групп метафор. Основными принципами переноса являются:

— признаки внешнего вида, такие, как форма и размер — башмак, колпак;

длина — рукав, язык;

— признак расположения (крыло);

— признак специфики процесса изготовления (бисквит);

— общность локализации (скатерть грунтовых вод, газовая шапка);

— признак характера соединения (шарнир складки);

— признак соединенности элементов (сплошной агрегат — совокуп ность отдельных минералов, составляющих горную породу);

— принцип сходства функционирования (фонтанирование скважи ны, глушение скважины);

— функциональное назначение (амбар);

— физические свойства, такие как вес (сухой пар, тяжелая нефть).

Признак внешнего вида и сходство функционирования являют ся ведущими признаками, положенными в основу процесса метафори зации анализируемых терминов. Остальные признаки можно назвать второстепенными.

_ Минский М. Фреймы для представления знаний. — М.: Энергия, 1979.

Резанова З. И. Метафорическое миромоделирование: базовые концептуальные мо дели и ключевые модели текста и дискурса // Картина мира: язык, литература, культу ра. — 2006 г. — Бийск, 2006. — Вып. 2. — С. 120.

Омельченко А. Н. Терминологический словарь по маркшейдерскому делу. — М.:

Недра, 1987.

ДорофееваН.В.,КемГУ,магистрант Научныйруководитель:Л.Г.Ким Особенности обыденной семантизации слов рядовыми носителями языка Лингвистические исследования последних десятилетий значитель но расширили представления о языке, о его бытии, и способах познания.

Претерпело изменения и понятие об объеме и границах лексического значения слов. Признание обыденного языка способствовало росту ин тереса к метаречевой деятельности рядового носителя. В отечественной лингвистике такого рода обращения к метаязыковому сознанию широко представлены в работах диалектологов (И. Т. Вепрева, Е. В. Иванцова, Е. А. Крапивец). В основном рассматривался историковедческий аспект данного явления, выделенный О. И. Блиновой.

Объектом осмысления говорящего является слово в единстве его формы и содержания. Уровень метаязыкового сознания связан с лингви стической рефлексией, которая представлена как «упорядоченное ото бражение языкового материала» (Б. Гаспаров). При осмыслении значе ния слова происходит «выход» глубинной семантики на поверхностные структуры сознания. Процесс семантизации представляет собой репре зентацию смысла как целостного, завершенного, логически упорядочен ного. При этом репрезентация денотата, то есть, «не конкретного телесно го предмета, а только ситуационного представления о нем» происходит в разных формах 1.

Остановимся на их характеристике применительно к рассматривае мому материалу. Наше исследование проводится на материале анкет для создания Словаря обыденных толкований. Необходимые собирателю све дения были получены с помощью вопроса: «Что означает это слово?».

Информантам предлагалось письменно сформулировать значения кон кретных существительных.

Анализ анкетных данных показал, что известные информантам сло ва «наталкивают» на дефиниционную форму репрезентации денотата (78,2 %). В результате эксперимента были получены дефиниции, состоя щие из двух частей: родового компонента и видовых признаков, и непол ные дефиниции: горох — овощ, семейство бобовых, растет в огороде (полная дефиниция);

горностай — зверек (неполная дефиниция).

Следует отметить, что толкования слов определенного класса также имеют кроме общих признаков определенные характерные особенности.

Так, при семантизации имен натурфактов отмечены объяснения че рез указания на условия и способ возникновения, последствия, нередко связаны со степенью благоприятствования для человека, среды обитания, применением в практической жизнедеятельности человека. В данном те матическом классе можно выделить различные группы денотатов: «жи вотный мир» (горностай, горбуша, гусь), «растительный мир» (гречиха, грибок). В обыденных семантизациях животных преобладает характери стика внешних отличительных признаков (цвет, размер, окрас, строение скелета), среда обитания, особенности поведения, образ жизни. Например, размер, величина: дикобраз — животное небольших размеров с большим количеством иголок (44 %);

дог — огромная собака (57 %);

горбуша — ры ба с горбатым скелетом (18 %);

среда обитания, особенности поведения:

грач — перелетная птица (24 %);

горбуша — морская рыба (8 %).

В большинстве случаев толкования названий животных содержат прагматическую информацию: гусь — домашнее животное, которое го товят на Рождество (4 %);

горностай — зверек с ценным мехом (11 %).

Немалая доля внимания уделяется и впечатлениям, полученным от про цесса общения с тем или иным представителем животного мира: дог — ужасная собака (2 %), дикобраз — страшный лохматый зверек (9 %).

В денотативной группе «растительный мир» отмечаются внешние особенности (цвет, форма, величина), место произрастания, связь с жиз недеятельностью человека: гречиха — съедобное растение, однодольное, злаковое (26 %);

горох — огородное растение, вьющееся (33 %). Менее продуктивными оказываются признаки, связанные с народными мифоло гическими представлениями о свойствах растений: донник — трава для заговоров от хворей (1 %).

Отличительной особенностью толкований слов из денотативной группы «растения» является наличие рекомендаций по употреблению и описанию помех при употреблении в пищу: гранат — фрукт с большим количеством косточек, которые мешают его есть (2 %), гречиха — кру па коричневого цвета, употребляемая в пищу, перед едой надо промыть и сварить (4 %).


Репрезентация значения известных для рецепиента слов в форме ассоциаций насчитывает 21,8 %. В большинстве случаев это ассоциация по смежности: горбуша — консерва (3 %), либо с культурологическим компонентом: губка — Боб — квадратные штаны (11 %).

В свою очередь слова-агнонимы, то есть «слова родного языка, полностью или частично неизвестные носителю языка» 2, «наталкивают»

информантов на ассоциативную форму репрезентаций денотативного содержания — 53 %.

Ассоциативное толкование значения слова направлено на соотнесе ние предмета с закрепленным за ним признаком, свойством, действием.

Это может быть воссоздание ситуации, образов слов, понятий, которые говорящий извлекает из коллективной памяти. В основе ассоциативной формы репрезентации лежит «общепринятое в языковом коллективе уни версальное представление об объекте» 3. Реципиенты не могут перечис лить основных признаков денотата, поэтому переходят к ассоциативной форме выражения денотативного содержания.

В данной форме выделены следующие разновидности:

— ассоциации по смежности, которые базируются на переносе назва ния с одного предмета на другой на основе пространственно-временной соположенности: горилла — Джунгли (4 %), губка — раковина (2 %);

— ассоциации с культурологическим компонентом: джут — меч джедая из фильма (2 %), горилла — Кинг Конг жив (5 %);

— ассоциации по звучанию, при которых происходит выделение одного из компонентов внутренней формы слова: граб — грабли (4 %), детва — ботва (6 %), либо нескольких компонентов: дикобраз — дикий образ (2 %), горихвостка — горюющий хвост (2 %);

— ассоциации по сходству (внешнему виду, вкусовым данным и т. п.): горицвет — оттенок цвета (1 %), дикобраз — только что проснув шийся чел. (3 %). Кроме того при анализе материала отмечен единичный случай аббревиации: дрок — рабочий областного края.

Следует отметить, что при толковании агнонимов выявлены случаи неправильного представления о том, к какому классу относится бионим, о родовом признаке слова: горлинка — бутылка, джут — гора.

Крайняя степень проявления агнонимичности слова — ответ «не знаю» (43 %).

Итак, обыденная семантизация слов — это особый вид рече мыслительной деятельности носителя языка, результатом которой являются полученные знания, вербализованные средствами языка.

Говорящий, в процессе толкования слов, использует одну из форм ре презентации денотативного содержания. Ее выбор обусловлен типом лексического значения слова, его референтной сферой и типом рече мыслительного действия, соответствующего индивидуальным особен ностям личности.

Но в это же время сформированные рецепиентами значения явля ются как случаями различных форм репрезентации, так и случаями со впадений. Общность в данном случае объясняется единым механизмом мыслительных процессов, свойственных определенному языковому со обществу. При этом данный механизм предоставляет носителю языка вы бор формы репрезентации денотативного содержания.

_ Комлев Н. Г. Слово, денотация и картина мира // Вопросы философии. — 1981, № 11. — С. 25—37.

Морковкин В. В., Морковкина А. В. Русские агнонимы (слова, которые мы не зна ем). — М., 1997.

Ростова А. Н. Обыденное метаязыковое сознание: статус, аспекты изучения // Обы денное метаязыковое сознание и наивная лингвистика. Межвуз. сборн. науч. ст. / От вет. ред. А. Н. Ростова. — Кемерово, Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2008. — С. 49—57.

ДукмасА.И.,ТГУ,студент Научныйруководитель:Т.Б.Банкова Женский портрет в лингвокультурологическом аспекте (на материале среднеобских говоров) В настоящее время лингвистическая наука находится в поисках новых форм исследования материала. Такой новой формой стал жанр портрета. Уже была сделана попытка в создании ономасиологического портрета (М. Э. Рут и Е. Л. Березович). Также в рамках лингвокультуро логического портрета работала М. М. Угрюмова.

Цель: презентовать материал, связанный с представлениями о жен щине в народной культуре на материале среднеобских говоров.

Лингвокультурологическийпортрет возник по аналогии с ономаси ологическим портретом, но затрагивает область большую, чем ономасио логия. К данному утверждению приходит М. М. Угрюмова: «Ономасио логический портрет извлекает культурную информацию из внутренней формы слова. Подобный способ ограничения отбора материала, безуслов но, ведет к объективации полученной культурной информации, но в то же время служит барьером для создания полной картины представлений об описываемой реалии» 1.

Жанр портрета необходим для того, чтобы актуализировать пред ставление народа о женщине, поднять объективный план. Но следует помнить: «Рисуя, художник выбирает угол зрения и положение изобра жаемого. Концентрация внимания на тех или иных деталях фигуры или одежды изображаемого лица несет в себе информацию об отношении ав тора к натуре» 2.

Материалом исследования послужили семь томов «Вершиниско го словаря» (ВС), изданного Томским Государственным университетом в 1998 г. (410 единиц), а также картотека «Полного словаря диалектной языковой личности» (ПСЯЛ) (33 единиц).

Исследователь использовал следующую методику:

1. В первую очередь были выделены единицы, содержащие дефини цию женщина в ЛЗ, что отражается в словаре. Сема женщина содержится и в иллюстративном материале: ПУСТОВОЛОСКА, и, ж. Неодобр. Жен щина с непокрытой головой. Женшина гoлова не закрыта, пустоволоска.

Чаще всего это были существительные в ж. р.

2. Лексические единицы (ЛЕ), которые относятся к женской сфере:

KOCA, ы, ж. Заплетенные волосы. — У меня у Нади очень хороша коса была. Счас-то она обстрижена. У ней прямо косишша.

Выделенные единицы составили группы, сформированные в за висимости от семантики: внешность, интеллект, характер и др. Данные группы представляют собой части лингвокультурологического портрета женщины. В настоящем исследовании мы ограничились только внешни ми характеристиками ЛЕ, относящихся к женскому (73 единицы).

Внешность можно разделить на два класса — лицо и фигура. Эти два раздела ярко характеризуют эстетическое и этическое отношение к женщине.

1. Лицо. Основная характеристика — эстетическая. Эстетическая доминанта — волосы Коса (13 единиц). Важным оказывается длинна волос и толщина косы: У меня красивы волосы были, толсты, больши, пушисты. Такие характеристики совпадают со стереотипным представлением — длинная, толстая коса.

Волосы — это одно из самых важных составляющих женского об лика. Аккуратные, подобранные волосы были положительным призна ком, т. к. это говорило о характере женщины, о ее моральных качествах.

Распущенные, растрепанные, неприкрытые волосы — это отрицательная черта: Неодобр.…Женшинагoлованезакрыта,пустоволоска.

Такая крайне негативная позиция продиктована влиянием церкви, ко торая до сих пор запрещает вступать в храм с непокрытой головой. Жен щина с аккуратными волосами или в платке подтверждает представление о себе как о человеке с высокими моральными качествами, удостоверяя статус хорошей хозяйки, жены и матери. Остается вопрос, почему волосам отдается такое место в культурных представлениях народа. Это связано с тем, что с косой проводится множество ритуалов. Волосы представляют собой жизненную силу человека, поэтому играют такую важную роль.

Щеки (3). Еще один неизменный стереотип связан с представлени ем о том, что щеки должны быть обязательно красными:Шшёкистали кpacнушие, сама толстая, така кpaсива стала. Следует подчеркнуть, что румянец должен быть девичий. Румяные щеки — это знак стеснения перед присутствующими, а следовательно, и признак скромности девуш ки. Если же румянец отсутствует, то его создавали искусственно, посколь ку румянец — символ девичества: «Навечерщёчечкинамажешь,гoрят».

Нос (2). В идеальном портрете не присутствует, не характеризуется.

Если номинируется, то, как правило, выражает нездоровье, и только тогда становится доминирующим: КатринаВасильевнанеплохабылаженщи на.Страсть-тобыло!Носодин,аусамойкакойносиша!(ПСЯЛ).

2. Фигура. Поднимается в большинстве случаев только этическая оценка. Основное качество данной категории представлено следующим свойством: Полнота/худоба (14). Полнота, в стереотипном представле нии, — положительный признак, а худоба — отрицательный. На мате риале данного исследования такой вывод сделать невозможно, поскольку трактовка эталона неоднозначна.

Во-первых, встречаются положительные примеры отношения к пол ноте: Приятненькатакаженщина,невысока,полненькатака. И отрица тельные характеристики худобы: Ее мать была така xyденька, страш ненька,анехочетумирать;

Во-вторых, кроме отрицательной оценки худобы есть и положитель ная: Яхудабыла,менявселюбили. Соответственно, полнота в некоторых случаях трактуется плохо, как нежелательный признак: Ну,старухавон какаразбухла,пузишше,груди.Зажирела.Выделенные слова несут в себе отрицательные коннотации.

Вывод: наиболее приемлемы «средние» параметры, актуализация этического компонента — здоровье как способность к деторождению.

Рост (4). Это та черта, которая примыкает к основному свойству, на званному раньше. Высокий рост соотносится с полнотой — признак здо ровья. Но, фактически, не имеет категорической противопоставленности высокая — хорошо, низкая — плохо. Данная черта не является особенной и не имеет каких-то отрицательных отклонений.Рост отмечается подспуд но, не имея существенных эмоциональных или культурных коннотаций.

Явысокабылакаквродестройна,асейчассгорбучилась(ВС);

При ятнатакаженщина,невысока,полненькатака.(ВС);

АНаташка,такая маленькая,щупленькая.(ВС).

Живот (3). В данном разделе отсутствует дихотомия, т. е. формиру ется односторонний взгляд. Здесь диалектноносители говорят об отрица тельной стороне. Прослеживается уровень варьирования красоты — воз раст диктует свои эстетические доминанты. Для девочки отступление от нормы не несут негативной эмоции (прослеживается через выбор ЛЕ):

животик [уменьшительно-ласкательный суффикс], но для старшего по коления используется резкая отрицательная коннотация: «Ну, старуха вонкакаразбухла,пузишше,груди.Зажирела».

В данной работе были охарактеризованы лишь некоторые аспекты женского тела и лица, но описывая их, мы создаем относительно объек тивный женский портрет, поскольку основа исследования — диалектное слово, т. е. сознание целого коллектива. Именно поэтому, предполагая, что знания, сохраненные народом, являются истинным, формируется досто верный взгляд на женщину.

_ Угрюмова М. М. Портрет ребенка в сознании носителя традиционной культуры (лингвокультурологический аспект) // Актуальные проблемы литературоведения и лингвистики: материалы конференции молодых ученых, 17 апреля 2009 г. — Томск, 2009. — Т. 1. — С. 37.

Березович Е. Л., Рут М. Э. Ономасиологический портрет реалии как жанр лингво культурологического описания // Известия Уральского государственного ун-та. — 2001. — № 17. — С. 21.

ЕршоваВ.Е.,ТГУ,аспирант Научныйруководитель:В.Г.Наумов Стилистические особенности конфликтного медиатекста:

на материале текстов российских телевизионных ток-шоу Конфликтные медиатексты — это тексты СМИ, содержащие в себе та кие смыслы, которые вызывают интерес субъектов коммуникации, но по разному воспринимаются ими, в результате чего происходит конфликт ное взаимодействие коммуникантов (как прямое при непосредственном общении, так и косвенное, например, в связи с текстами прессы). Медиа тексты полифункциональны. Являясь продуктом СМИ, они — также как и вся система в целом — направлены на информирование, воздействие, развлечение массовой аудитории и т. п. Главная особенность любого теле визионного медиатекста заключается в том, что он содержит словесную ткань, видеоряд и звуковое сопровождение 1.

Ток-шоу — диалогический телевизионный жанр. В программах по добного рода участвуют люди с различными убеждениями, знаниями, навыками публичного выступления и т. п. В связи с этой и некоторыми другими причинами ток-шоу приобретает черты стилистически неодно родного типа журналистского произведения. Речь участников ток-шоу характеризуется неподготовленностью, спонтанностью и непринужден ностью, что свойственно для разговорной речи (РР). Кроме того, стили стическими признаками ток-шоу являются: опора на внеязыковую ситуа цию, использование участниками коммуникации невербальных средств, устная форма реализации коммуникации 2, что также характерно для РР.

С другой стороны, речь ведущего подготовлена, определена тема разго вора, участники шоу имеют представление о том, что они будут говорить относительно заявленной проблемы, и т. д. Эти признаки характерны для устной публичной речи, строящейся по системе кодифицированного лите ратурного языка 3. О. А. Лаптева относит приведенные признаки к устно разговорной разновидности литературного языка. Исследователь пишет:

речь публичных выступлений со всей областью устно-разговорной раз новидности роднит «наличие общих специфических средств, хотя и наи более редко употребляемых и наиболее охотно заменяемых общелитера турными синонимами благодаря действию ситуационно-тематического фактора» 4. Публичная речь, как считает О. А. Лаптева, лежит на пересе чении характеристик повседневно-бытовой и письменно-литературной речи. Преобладание разговорных элементов или признаков публичной речи обусловлено как характером самой телепередачи, так и тем, кто уча ствует в беседе.

Один из признаков публичной речи — официальные отношения между участниками коммуникации. Следует заметить, что этот признак не всегда свойственен текстам ток-шоу. Это связано с тем, что стилисти ческие градации речи, как пишет О. А. Лаптева, в зависимости от (не) официальности обстановки возникают лишь при условии свободного вла дения говорящим средствами разных стилистических планов. Если же го ворящий не владеет подобными навыками, то возможно, что его речевое поведение в официальной обстановке не будет ничем отличаться от тако го поведения в неофициальной 5.

Фрагмент программы «Гражданин Гордон», выпуск от 25.03.2012.

А.Гордон: … Представим на секундочку/что я счастливый че ловекиуменяещеестьдедушка/ионжив//Идедушкатакдавноживет и так давно является главой семьи/что он мне надоел/зараза//И я про вожувсвоейсемьедемократическиевыборы/назначаюбабушкудедуш кой/илиприглашаюдедушкусостороны/варяга// Б.Надеждин (политик): Сейчас я объясню разницу между Вашим дедушкойиПутиным//Хотите?Разницазаключается… А.Гордон:Тогдауже/тогдаужеобъяснитемнеразницумеждумо им дедушкой/Путиным/де Голем/де Голем/да/и некоторыми/ну условно так/американскимипрезидентами/длякоторыхдажеменялиКонститу циюСоединенныхШтатов// Б.Надеждин(политик):Вотгады/а!

В этом фрагменте речь участников коммуникации не в полной мере соответствует всем признакам официального общения. Например, ком муниканты используют разговорную и разговорно-просторечную лекси ку («на секундочку», «зараза», «гады» и т. д.), различные риторические приемы для усиления экспрессивного эффекта (моделирование ситуации, применение стилистических тропов и фигур). Однако эти языко-речевые средства, направленные на создание выразительности, продуманы и, ве роятно, уместны в данной ситуации. Учитывая контекст диалога, можно заключить, что выступающие ораторы обладают навыками публичного выступления.

Фрагмента телепередачи «Пусть говорят», выпуск от 04.08.2011.

Я.Безверхая:Онбылоударилеекороче//Онишли/онеепростоуда рил/нечаянно или как-то//Ну специально//И вызвал скорую//Она удари ласьживотом//… Т.Швыркина:Тысаманезнаешьниграммаомоейжизнивэтот момент//… В этом фрагменте представлена иная ситуация: коммуниканты, спо рящие о том, что произошло с главной героиней, не обладают навыками публичного выступления. Речь первой участницы диалога сбивчива, непо следовательна, некоторые факты противоречивы («онеепростоударил, нечаянноиликак-то.Ну,специально»). В высказываниях обеих участниц допущен ряд грамматических ошибок, связанных с нарушением норм синтаксической связи между словами и словосочетаниями («Онишли,он еепростоударил,нечаянноиликак-то.Ну,специально»). Также в речи коммуникантов часто встречаются элементы разговорно-просторечной лексики («короче», «ниграмма»). Вероятно, что навыки речевого обще ния этих участниц не полноценно развиты. В связи с этим можно предпо ложить, что их речевое поведение в официальной обстановке, что пред полагает ситуация общения в ток-шоу, не отличается от такого поведения в неофициальной.

Другая стилистическая особенность текста ток-шоу — интимизация повествования 6. Ее суть заключается в том, что коммуникатор с помощью определенных речевых средств имитирует диалог с массовым адресатом.

Интимизация связана с эмоциональным воздействием на зрителей. Как правило, при использовании речевых средств, создающих камерную ат мосферу, снижается официальность общения. В диалогической форме об щения, однако, эта черта проявляется не так явно, как в монологической.

Кроме того, в ситуации конфликта эта особенность обычно утрачивается.

Третья черта медиатекста ток-шоу — наверное, самая очевидная — его эмоциональная насыщенность, оценочность, экспрессивность. Эта особен ность обусловлена, во-первых, присутствием элементов устно-разговорной речи, во-вторых, конфликтной природой жанра. Иногда эти явления при нимают форму речевого эпатажа, который выражается «в вульгарности, в конфликтности, даже скандальности» 7. Поэтому нередко в речи участни ков таких передач появляются разговорно-просторечные и даже бранные языковые элементы, которые часто используются говорящими для выра жения агрессии. Бывает, что для привлечения внимания зрителей, опровер жения оппонентов коммуниканты выходят за рамки морально-этических правил, нарушают многие табу. Если столкновение происходит в атмосфе ре эмоциональной напряженности, то это отражается не только на лекси ческом уровне, но и на уровне синтаксиса: конструкции короткие, мысль часто незаконченная, нередко повторяются одни и те же фразы, причем подряд и т. д. На внеязыковом уровне это проявляется в интонации, в повы шении темпа речи, резком переходе от одной темы к другой и т. д. В ситуа ции явного конфликта нередко отношения между участниками утрачивают характер официальности, коммуниканты в таких случаях могут игнориро вать статусные различия, пренебрегать этическими правилами. Речь участ ников эмоционального конфликтного общения иногда перестает отвечать признакам публичной речи, сводясь лишь к РР. Наряду с использованием эмоционально-оценочной лексики коммуниканты довольно часто прибега ют к употреблению стандартных фраз, речевых клише.

Развитие конфликтов в ток-шоу происходит особым образом, оно отличается от развития конфликта в естественной коммуникации. Кон фликты в ток-шоу сжатые, часто не отвечают всем критериям динамики развития конфликтов, которые описаны в теории конфликтологии. Так, конфликт в ток-шоу может только зародиться и сразу завершиться, может быстро последовать кульминация, после которой не наступит спад, и т. д.

Это обусловлено характером ток-шоу: ведущий предоставляет право вы сказаться всем приглашенным участникам, поэтому время выступления каждого регламентировано, ведущий, как правило, пресекает возмож ность развития острого конфликта. Однако его действия не всегда преду преждают возникновение конфликтных ситуаций, в связи с этим нередко на телеэкранах звучат резко критичные высказывания, перебранка и т. д.

Обычно в конфликтной ситуации в центре разногласий может быть какая-то проблема, возникшая на основе разного понимания собеседни ками каких-либо фактов, явлений действительности, событий, либо ка чества и действия оппонента. В процессе развития столкновения центр конфликта может смещаться: от обсуждения проблемы, например, комму никанты могут перейти к взаимной критике.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |
 



Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.