авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |

«АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ И ПЕДАГОГИКИ в условиях глобализации социума МАТЕРИАЛЫ международной научно-практической конференции ...»

-- [ Страница 6 ] --

7. Рубцов В.В. Психолого-педагогическая подготовка учителя для новой школы // Психологическая наука и образование. – 2010. – № 1. – с. 5-12.

8. Сластенин В.А., Исаев И.Ф. и др. Педагогика: Учеб. пособие.–М., 2002. -512с.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина 9. Федеральный Государственный образовательный стандарт начального общего образования. Утвержден приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 6 октября 2009 г. – М., 2009. – URL:

http://standart.edu.ru/catalog.aspx?CatalogId=959.

10. Чудновский В.Э. Смысл жизни, акме и профессиональное становление педагога. – М.,2008. – 532 с.

Мартынюк. А. Г., Мелитопольский государственный педагогический Университет им. Богдана Хмельницкого (МГПУ) Мелитополь, Украина ВЛИЯНИЕ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ НА ПОВЕДЕНИЕ МОЛОДЕЖИ К постановке вопроса. Данная проблема очень актуальна в наше время, так как находясь в современном мире, мы постоянно сталкиваемся со средствами массовой информации. Они настолько прочно основались в нашей повседневности, что мы даже представить себе не можем своего существования без них. Для нас стало, довольно, обыденным смотреть последние новости по любимому телеканалу, узнавать счт футбольного матча на спортивном сайте через Интернет и слушать прогноз погоды на день, на волнах полюбившейся FM - радиостанции.

Анализирую ипсихолого педагогическую, социологическую и другую литературу мы пришли к выводу что именно молодежь является самой активной частью общества, на которую негативно влияют средства массовой информации.

Молодежь – это такая социальная группа, которая очень сильно поддается влиянию масс-медиа. СМИ может производить как позитивное, так и негативное воздействие на молодых людей. Воздействие средств массовой информации достаточно существенное. Молодежь - это такая социальная группа, которая очень сильно поддается влиянию масс-медиа. Эту проблему необходимо решать, несмотря ни на что. Здоровый образ жизни, высокий реализованный интеллектуальный потенциал, глубина доброй морали должны, в первую очередь, характеризовать наше молодое поколение. Мы за здоровую информацию, которая бы давала молодым понимание жизни, добрые советы, положительный жизненный настрой, а не формировала в наших душах негатив и разочарование.





Средства массовой информации оказывают большое влияние на формирование образа жизни молодежи. Это влияние распространяется как непосредственно через СМИ на личность молодого человека, так и опосредованное - через родителей, учителей, сверстников, на которых СМИ, в свою очередь, так же оказывают значительное влияние. Даже господствующие в обществе социальные нормы в значительной мере сформированы средствами массовой информации. Средства массовой информации создают двойственное взаимоисключающее влияние на образ жизни молодого человека: с одной стороны, они выступают как фактор, стимулирующий формирование здорового образа жизни у молодежи, с другой - провоцируют развитие вредных привычек, химических зависимостей, способствуют развитию психологического "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина дискомфорта. Телевидение достаточно сильно влияет на смысложизненные ориентации учащейся молоджи, задат и продвигает стандарты красивой жизни, воздействует на поведение молоджи, вносит существенный вклад в характер их общения с миром, оказывается стимулом для действий, которые не нужно изобретать самому, поскольку они даны в готовом виде. Пропагандируя определенные ценности, оно способно формировать у людей соответствующие установки.

Анализ изученности в литературе. Рассматривая литературу различной направленности а в особенности психолого педагогическую, социологическую, мы подчеркнули что эта тема развивается и достаточно активно [5]. В философии К. Маркса, показано, что человек как личность формируется лишь через посредство своих отношений к другим людям. Л.С. Выготский, следуя идеям социализации К. Маркса, отмечал основные особенности подросткового возраста: на этом этапе подросток открывает свое Я, оформляет мировоззрение на что активно влияет окружающий мир. Проблема развития личности в рамках подходов Л.С. Выготского в дальнейшем разрабатывалась А.Н. Леонтьевым, Л.И. Божович, А.В. Запорожец, Д.Б. Элькониным и другими. Е.А. Леванова, рассматривая особенности развития личности подростков, заключает, что важным фактором развития является коллектив сверстников и общественное мнение [2]. В работах классиков социологии конца XIX - начала XX вв., таких как Э. Дюркгейм, М. Вебер, А. Шютц, проблематика СМИ как социального актора специально не поднимается или рассматривается опосредовано. Особый интерес представляют работы Э. Гидденса, Ю. Хабермаса, Н. Лумана, Т.

Лукмана, П. Бергера, Ж. Бодрийара - в которых с разных теоретико методологических позиций исследуется проблематика социальной роли СМИ в условиях поздней современности.

Средства массовой информации стали главным инструментом распространения сообщений, воздействующих на общественное сознание. Н.С.

Леонов справедливо отмечает: "Информация стала инструментом власти. Когда была обнаружена восприимчивость человеческой психики к внушению, информация в форме пропаганды и агитации стала главным рычагом управления людьми. Она постепенно заменила собой грубую силу, насилие, которое долгое время считалось единственным и непременным орудием управления.

Барденштейн Л.М. и Можгинский Ю.Б. высказали твердое мнение о том, что одним из важнейших социальных звеньев формирования агрессии у детей и подростков является влияние средств массовой информации[1]. По мнению В.П.Сербского Е.Макушкина, показ фильмов-боевиков в дневные и утренние часы способствует воспитанию агрессии у подростков.

Основная цель роботы. Анализ психолого педагогической литературы, углубление и систематизация знаний о влиянии средств массовой информации на поведение современной молодежи.

Материалы теоретического анализа. А.Бандура после многочисленных экспериментов и наблюдений сделал вывод о том, что сцены насилия на телеэкране вызывают сильные агрессивные импульсы у зрителей. По наблюдениям А.В. Мудрика, у человека, находящегося в компьютерной виртуальной реальности, создается впечатление, что он непосредственно участвует в ним же порожденных событиях. Барденштейн Л.М. и Можгинский "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Ю.Б. высказали твердое мнение о том, что одним из важнейших социальных звеньев формирования агрессии у детей и подростков является влияние средств массовой информации. С годами увеличивается напор в средствах массовой информации. Таким образом, естественно, возрастает информационное влияние.

Рассматривая вопрос влияния на поведение подростка, мы должны обратить внимание на тот факт, что известный советский психолог, доктор педагогических наук, профессор А. Н. Леонтьев в своих трудах описывает влияние СМИ на сознание и поведение подростков.

Средства массовой коммуникации включают в себя достаточно расширенный арсенал способов воздействия на подсознание, с целью внедрения соответствующих установок. Рассматривать психику подрастающего поколения, то в данном случае следует обратить внимание, что чуть ли не вообще любое воздействие на психику несовершеннолетнего воздействие со стороны СМИ.

Происходит еще большая деградация общества через деградацию подрастающего поколения, у представителей которых нарушаются способности адекватно воспринимать реальность. Такой человек начинает жить в своем вымышленном мире. Причем телевидение и кино (да и вообще все средства массовой коммуникации) формируют в психике подростка определенные устойчивые механизмы (паттерны поведения), в соответствии с которыми на ту или иную жизненную ситуацию он уже будет реагировать в соответствии с теми установками, которые оказались у него сформированы посредством просмотра телепередач и кинофильмов [4]. Причем мы на первый план выносим именно телевидение и кино, потому как в отличие от печатных или электронных СМИ, в данных видах воздействия на психику, наибольший манипулятивный эффект достигается еще и от сочетания музыки, картинки изображения, голоса диктора или героев фильма. И это все значительно усиливает смысловую нагрузку, которую заложили манипуляторы массовым сознанием от создателей теле — или кинофильма. Наиболее сильную нагрузку испытывает детская психика, психика ребенка, подростка, молодежи. Информация, преподносимая средствами массовой информации закладывает негативные модели поведения в подсознание аудитории: подростков и молодежи.

Влияние на психику подростка и молодежи становится опасной еще и потому, что психика подрастающего поколения, детская психика, оказывается весьма предрасположена к зависимости. Прослеживая негативную роль воздействия СМИ на подсознание молодежи, следовало бы обратить внимание на такую важную деталь, как подача материалов СМИ в виде готовых схем, шаблонов. В результате чего мозг индивида любого возраста как бы отучается лишний раз думать.

Заключение. В современном обществе влияние средств массовой информации на формирование и поведение несовершеннолетних весьма велико.

По объму и силе воздействия оно вполне сравнимо с таким мощным институтом формирования личности, как семья, и по многим параметрам значительно превосходит многие другие институты. Рассмотрев данную тему, можно с уверенностью сказать, что воздействие средств массовой информации существует и оно достаточно существенное. Молодежь - это такая социальная группа, которая очень сильно поддается влиянию масс-медиа. Существует как позитивное, так и негативное медиа-воздействие на молодых людей, и вс чаще "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина сейчас говорят о негативном воздействии средств массовой информации, которое выражается в их неадекватном поведении в обществе. Еще в ранних фазах детского и подросткового возраста современное экранное искусство своим гипертрофированным интересом к живописанию насилия взращивает негативные моменты в социально-ролевой зрительской идентичности, а через не — способствует также формированию нетерпимости и агрессивности как составляющих обще личностной идентичности человека. СМИ сильно воздействуют на поведение людей и вносят существенный вклад в их развитие, и являются стимулом для действий, которые не нужно изобретать самому, поскольку они даны в готовом виде. Особенно чувствительны к влиянию телевидения и интернета молодые люди.

СМИ задают характерные для современной массовой культуры образцы и нормы поведения, которые влияют на молодежную субкультуру, формируя их ценностные ориентации и реальное поведение. Средства массовой информации оказывают большое влияние на формирование образа жизни. В значительной степени именно средства массовой информации формируют нравственно правовое сознание подрастающего поколения, являясь одним из основных, а иногда и единственным, источником информации ребенка о деятельности правоохранительных органов, об общепринятых нормах поведения, о законах, о преступности и иных антиобщественных действиях, в том числе ио правонарушениях.

Влияние, оказываемое средствами массовой информации на формирование и поведение несовершеннолетних, далеко не всегда является положительным, во многих случаях оно носить отрицательный характер. Таким образом подводя итог данному исследованию стоит отметить о том на сколько сильно деструктивно средства массовой информации влияют на личность подростков. И стоит как то более тщательно отслеживать информацию распространяемую в СМИ.

Литература 1. Барденштейн Л.М., Можгинский Ю.Б. Патологическое гетероагрессивное поведение у подростков. М., 2000.

2. Божович Л. И. "Личность и е формирование в детском возрасте". - М.:

Просвещение, 1968.

3. Леонтьев А.Н. Избранные психологические сочинения в 2-х Т.М., Издательство «Педагогика» Академии педагогических наук СССР. 1983.

4. Мудрик А.В. Социальная педагогика. -- М.: Academia, 5. Филиппова, О. В. Влияние СМИ на развитие детской агрессивности.

http://www.portal-slovo.ru/rus/pedagogics/209/9349/ "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина ГЕНДЕРНАЯ ПСИХОЛОГИЯ Гридяева Л.Н., кандидат психологических наук, доцент.

Воронежский государственный педагогический универсситет, Воронеж, Россия ТЕНДЕНЦИИ ИЗМЕНЕНИЙ ХАРАКТЕРИСТИК ЖЕНСКОЙ ГЕНДЕРНОЙ СУБКУЛЬТУРЫ В условиях преобразования социально-экономической ситуации в России, меняется взгляд на роль и функции женщины в обществе. Она начинает занимать все более заметные позиции не только в традиционных сферах, таких как семья, воспитание детей, забота о муже, но и выдвигается в области общественной жизни, ранее считавшиеся уделом мужчин. Это вызывает различные и нередко противоречивые реакции ряда социальных секторов, что сопровождается изменением отношения как женщины к себе, так и общественности в целом к женщине.

Роль женщины в обществе меняется не только под влиянием социально экономических изменений, требующих активного участия женщины в трудовой деятельности, меняющих ее материальный статус и роль в создании и присвоении материальных благ, активизирующих участие женщины в социальном строительстве. Большое значение имеет влияние кросскультурного диалога на социокультурную ситуацию в России в целом и на женскую субкультуру в частности. Активный межгосударственный и межкультурный обмен идеями, ценностями, приоритетами, стереотипами, теоретическими воззрениями и практическим опытом приводит к утверждению трансформированного взгляда на женщину в социальном контексте, что свидетельствует об изменениях в процессах социального познания женщины и ее гендерной субкультуры.

Гендерная субкультура женщины обусловливает не только предсказуемость и узнаваемость ее образа в обществе за счет унификации характерных и социально одобряемых особенностей личности женщины, но и предполагает определенную степень диверсификации индивидуальных субкультурных проявлений.

Процессы изменения характеристик внутри гендерной субкультуры женщины распространяются на возраст, гендерные роли, стереотипы, социализацию, статус и виды деятельности. Это означает, что исследуемая субкультура не является однородной или гомогенной по своему составу. Скорее можно говорить о гетерогенности субкультуры женщины, в которой присутствует разнообразное сочетание ценностей, стереотипов, норм и правил поведения.

Рассмотрим вначале изменение возрастных характеристк гендерной субкультуры. Отметим прежде всего, что ее возрастные границы в экзистенциональном аспекте являются размытыми. Женская социализация происходит неравномерно и осуществляется постепенно, то есть, девочки "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина превращаются в полноправного члена гендерной субкультуры женщины с различной степенью полноты и скорости социального созревания. В зависимости от окружающей мегакультуры возможно превращение девочки в женщину в гендерном аспекте достаточно рано, когда она начинает разделять все особенности субкультуры взрослой женщины, включая функцию продолжения рода. В отличие от этого, другие мегакультуры предполагают сравнительно позднее вступление девочки в субкультуру женщины, что объясняется принятыми религиозными, экономическими, образовательными и прагматическими соображениями. Аналогично, в процессе старения женщина постепенно утрачивает характерные признаки женской субкультуры. включая роли, функции и нормы внешнего вида. Можно полагать, что ценностный аспект женской субкультуры сохраняется дольше других, что особенно распространяется на роль женщины как источника заботы о мужчине и детях, сохранения очага и содержания дома, поддержание межпоколенческих отношений и традиций. Таким образом, внутри гендерной женской субкультуры существует значительная диверсификация культурных особенностей, включая диверсификацию возрастных периодов социализации личности и ее взаимоотношения с мегакультурой в целом.

Аспектом диверсификации в гендерной субкультуре является и распределение ролей, что во многом зависит от окружающей мегакультуры. Так, как для мегакультуры восточного типа, так и для соответствующей субкультуры свойственна подчиненная роль женщины в обществе и строгое ограничение ее ролевых обязанностей и прав как в семье, так и обществе. В отличие от этого, в западной мегакультуре и соответствующей ей субкультуре роль женщины в обществе значительно расширяется вплоть до того, что сглаживается и во многом исчезает граница между женской и мужской гендерной субкультурой.

Такое субкультурное образование становится андрогинным по своему содержанию, а границы женской гендерной субкультуры теряют свои четкие очертания.

Особый интерес в исследовании изменений характерисик женской гендерной субкультуры имеет ее стереотипизация. Так, психологические исследования выделяют наиболее типичные стереотипы в форме прилагательных для описания женской гендерной субкультуры, включая боязливость, сентиментальность, доброту, зависимость и мечтательность. В отличие от этих стереотипных характеристик женщины, мужская гендерная наступательностью, властностью, субкультура характеризуется доминированием, инициативой и смелостью, а также другими аналогичными свойствами личности. Интересной особенностью подобных стереотипов является отсутствие в них принципа полярной парности для описания женских и мужских личностных свойств. Это означает, что сама по себе наступательность мужчины не является исключительно мужским качеством и не обязательно противопоставлена уступчивости женщины (уступчивыми могут быть и мужчины). Сущность субкультурных гендерных стереотипов состоит в том, что они дают общепринятую целостную характеристику мужскому и женскому сообществу, не исключая проявления выделенных качеств как среди мужчин, так и среди женщин в виде индивидуально-личностных свойств. Впрочем, стереотипы всегда выражют не абсолютные, а относительные знания и "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина стереотипные характеристики никогда не дают исчерпывающую картину ни мужской, ни женской гендерной субкультуры. Стереотипы есть следствие широкого обобщения в социальном познании и обнаруживаются в большинстве известных мегакультур разного этнического происхождения.

Диверсификация женской гендерной субкультуры проявляется также в процессах социализации, которую с полным правом можно назвать дифференциальной.

Социализация как процесс овладения гендерной женской субкультурой происходит неравномерно, с разной степенью успешности и с формирование разной иерархии ценностей в зависимости от индивидуально-личностных особенностей женщины. Это означает, что хотя женская субкультура представляет собой некое гомогенное социальное образование, процесс овладению ею неоднозначен и вариативен. Большое значение имеет кросскультурная социализация, что означает возможное смешение и взаимовлияние разных субкультур, включая мужскую, в индивидуальном сознании женщины. Это в большей степени относится к формировании у женщины социальных потребностей, что в ряде случаев осуществляется «по мужскому типу» и в меньшей степени распространяется на полоролевую идентификацию женщины.В этой области границы между мужской и женской субкультурой проходят более четко, хотя отличаются подвижностью и зыбкостью. Социализация в рамках женской гендерной субкультуры проходит постоянным влиянием окружающей мегакультуры, где важнейшим средством влияния является выражение социального одобрения/неодобрения тех или иных форм поведения девочки. Если поведение девочки не соответствует гендерной роли, одобряемой социумом, она может подвергаться разным формам социального воздействия, включая преследование как сверстниками, так и представителями более старшего поколения. От девочек требуется овладение гендерно-ориентированными видами деятельности, ролями, социальными связями, проявление послушания, заботы о более младших детях и др. От мальчиков ожидается проявление физической силы, выносливости, уверенности и других мужских качеств. Мальчикам дается больше самостоятельности и они чаще привлекаются выполнению различных работ, требующих физической выносливости.

Несмотря на это, процессы социализации отличаются диверсификацией и далеки от универсализации. Так, социализация девочки при достаточном единстве социальных требований и условий овладения собственной гендерной культурой, приводит к заметной демонстрации индивидуальных различий.

Главным проявлением этих различий является «чистота» овладения женской ролью в социуме. В зависимости от индивидуально-личностных особенностей, у женщин в процессе социализации проявляется разная степень властности и авторитарности, физической силы и наступательности, уверенности в себе и независимости от мужчин. Это означает, что диверсификация в рамках женской гендерной субкультуры в процессе социализации состоит главным образом в том, насколько выражено «примешивание» мужской субкультуры к поведению женщины в обществе. Именно взаимодействием мужской и женской гендерной субкультуры объясняется диверсификация социализации женщины.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Диверсификация процесса социализации в рамках женской гендерной субкультуры проявляется также в варьировании статуса женщины в обществе.

Так, в соответствии с принятыми культурными особенностями, общество может требовать от женщины более низкого социального статуса и меньшей власти в социальных институтах, включая семью и профессиональную сферу. Между тем, диверсификация статуса женщины в рамках женской гендерной субкультуры проявляется в том, что женщины в реальности имеют различный социальный статус как в семье, так и на рабочем месте, разное влияние на мужчин, включая разный уровень дохода вплоть до очень высокого, разную степень зависимости от мужчин, включая лидирующие позиции в мужском коллективе и доминирование в мужских социальных группах. Несмотря на давление мегакультуры на женскую гендерную субкультуру в той или иной социальной среде, женщина может получать образование выше мужского и демонстрировать более высокий уровень професионилизма в традиционно мужских видах деятельности, включая сферу обороны страны, поддержания правопорядка и властных структурах. Такие случаи пока еще не характеризуют женскую гендерную субкультуру в целом, однако они наглядно демонстрируют процессы диверсификации в проявлении статуса женщины как представителя женской гендерной субкультуры в обществе. Одной из ведущих тенденций в диверсификации социального статуса женщины является ее растущая роль как в создании, так и присвоении материальных благ, что выражается в растущем материальном статусе женщины и ее роли как в руководстве бизнесом, так и в материальном обеспечении семьи.

Статус женщины в обществе во многом определяется видом ее деятельности и занятости решением различных по значимости задач. С одной стороны, женская гендерная субкультура обусловливает универсализацию видов деятельности женщины, а с другой – в видах деятельности женщины наблюдается гетерегенность, что является следствием процессов диверсификации в женской гендерной субкультуре.

Разделение мужчин и женщин по видам деятельности имеет биологические корни и наблюдается в разделении обязанностей фемининных и маскулинных особей. В женской гендерной субкультуре наблюдается предпочтение определенным видам деятельности, которые можно считать традиционными для женщины. Между тем, наблюдается все большая диверсификация в видах деятельности, выполняемых женщинами. Одним из направлений диверсификации является рост количества женщин, выполняющих престижные виды деятельности, ранее считавшиеся прерогативой мужчин и рассматриваемые в истории феминизма как области дискриминации женщин. В этой связи, диверсификация видов деятельности в женской гендерной субкультуре можно считать признаком преодоления дискриминации женщин по выполнению престижных видов деятельности в обществе. Дискриминационный контекст присутствует и в стремлении некоторых женщин уйти от домашней работы, которая рассматривается активистами феминизма как непрестижная.

Отсюда, диверсификация видов деятельности в женской гендерной субкультуре есть проявление борьбы за занятия более престижной позиции в социально оцениваемой иерархии видов деятельности вплоть до руководящих позиций и видов деятельности, связанных с наделением властью. Интересно, что "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина декларируемое во многих мегакультурах «уважением к женщине» есть способом маскировки фактического изгнания женщины из сферы престижных видов деятельности. Именно поэтому выдвижение женщин на престижные должности и выполнение ими престиженых высокооплачиваемых видовдеятельности можно рассматривать не только как диверсификации видов занятости в женской гендерной субкультуре, но и как проявление борьбы гендерных субкультур за престижные виды занятости, включая власть. Проникновение женщин во власть осуществляется несмотря на то, что женский и мужской стиль руководства различается способами осуществления руководящей деятельности. Это проявляется в предпочтении регламентации деятельности подчиненных или наделении и полномочиями, управления в форме приказов или пожеланий, контроля и наказания или помощи и поощрения. Подобные «мужские» или «женские» способы управления все меньше и меньше соответствуют мужской или женской гендерной субкультуре, что свидетельствует о диверсификации женщин не только по видам деятельности в рамках своей субкультуры, но и по способам выполнения этой деятельности, включая различные формы лидерства.

Таким образом, изменение характеристик в рамках женской гендерной субкультуры распространяется на возрастные параметры, гендерные роли, стереотипы, социализацию, статус и виды деятельности женщины. Процессы диверсификации отражают взаимодействие женской и мужской гендерной субкультуры и усиление влияния женщин как в гендерном противостоянии, так и обществе в целом.

Панченко Ю.А., аспирант кафедры глубинной психологии и психотерапии, Таврический национальній университет им. В.И.Вернадского.

Симферополь, АР Крым, Украина ГЕНДЕР КАК ЦЕННОСТЬ Поскольку личность всегда является представителем того или иного пола, то, по нашему мнению, всю ее психическую реальность целесообразно рассматривать в контексте гендерных детерминант ее функционирования [2].

Это особенно справедливо в вопросах структуры и конституирования ценностно-смысловой сферы личности, так как последняя, по данным эмпирических исследований многих авторов, имеет значимые различия между группами мужчин и женщин.

Осуществив анализ имеющихся теоретико-эмпирических исследований, посвященных изучению ценностей и смыслов личности с позиции гендерной теории, мы обнаружили, что они выполнены в нескольких направлениях:

1) Изучение гендерных ценностей (А.Г.Шилина О.Н. Кикинежди и др.) как группы ценностей, характеризующих личность как маскулинную, фемининную или андрогинную в данной культуре;

2) Рассмотрение гендера как ценностной системы, иерархии, структуры (Т. Говорун, М.С. Коган, В.В. Кириченко Т.М. Мельник и др.) указывает фактически на сведение сложной многоаспекной структуры гендера к иерархии ценностей, к их системе.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина 3) Изучение гендерной бытийности как смыслов мужского и женского (М.С. Боровцова, В. Брайсон, Л.Н. Ожигова, Е.И. Трофимова и др.);

4) Исследования межполовых отличий в структуре и формировании ценностно-смысловой сферы личности (С.А. Полищук, Т.С. Прохода и др.).

Данные направления обогащают представления о влиянии гендера на конституирование ценностно-смысловой сферы личности, однако они не отвечают на главный вопрос: почему гендер имеет влияние на него?

С целью поиска ответа на этот вопрос, мы осуществили попытку рассмотреть место гендера в иерархической структуре ценностно-смысловой сферы личности, предположив, что гендер как ценность занимает основополагающую позицию в этой системе.

Для проверки изложенной гипотезы мы считаем целесообразным изучить структуру ценностных ориентаций личности в разных вариантах ее отношения к собственному гендеру. Это позволит нам увидеть взаимосвязь гендера как ценности с другими ценностями, составляющими структуру ценностной иерархии.

Мы допускаем, что ценность гендера обусловлена характерными для него признаками. Проанализировав исследования ряда авторов, мы отнесли к таким признакам следующие: гендер обусловлен той культурой, в которой он воспроизводится, он выражается как система фемининных и маскулинных характеристик личности, является иерархизирующим фактором социальных отношений, проявляется на сознательном и бессознательном уровне функционирования психики. При разработке адекватных методов проверки изложенной рабочей гипотезы, мы взяли за основу определение гендера, предложенное М.С. Боровцовой, согласно которому «гендер – это целостная психическая репрезентация пола, наполненная неповторимым динамичным глубинным когнитивным и поведенческим содержанием мужского и женского, полученной в результате обретения индивидуального опыта» [1, c.6].

Методически проверку нашей гипотезы мы считаем возможным решить путем сравнения особенностей ценностно-смысловой сферы личности, для которой гендер является ценностью, и личности, для которой гендер менее ценен. Мы полагаем, что личность всегда находится перед выбором, каким способом реализовать свой гендер, то есть – что из предложенного культурой считать подходящим для реализации своего гендера. По нашему мнению, личность, для которой гендер представляет ценность, будет стремиться ему соответствовать, чтобы поддерживать собственную гендерную идентичность.

Литература 1. Боровцова М.С. Гендер как элемент психической реальности личности / М.С.

Боровцова // Гендер, права человека, историческое знание, актуальные проблемы и перспективы исследований: сборник статей и тезисов докладов I Всероссийской научной конференции с международным участием. Май 2012. – Липецк: «Гравис», 2012. – С. 4-6.

2. Панченко Ю.А. Гендерные детерминанты как объект психологического исследования / Ю.А. Панченко // Материалы XLI научной конференции профессорско преподавательского состава, аспирантов и студентов «Дни науки ТНУ им. В.И.

Вернадского». – Симферополь: ДИАЙПИ, 2012. – С.187-188.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Боровцова М.С., аспирант кафедры глубинной психологии и психотерапии Таврического национального университета им. В.И. Вернадского, Симферополь, АР Крым, Украина ГЕНДЕРНЫЙ КОНЦЕПТ И ЕГО ОСОБЕННОСТИ У ЮНОШЕЙ Понимание гендера как целостной психической репрезентации пола, наполненной неповторимым динамичным глубинным, когнитивным и поведенческим смыслом женского и мужского, полученным в процессе обретения индивидуального гендерного опыта [1, 2], привело нас к выделению его условных структур: гендерного образа, гендерного концепта и гендерных практик. Гендерный концепт (понятие, предложенное Е.В. Мистрюковой [6]), по нашему мнению, в таком случае включает те аспекты гендера, которые являются доступными сознанию и отражают индивидуальную семиотическую структуру поло-маркированных качеств, свойств и событий реальности, позволяющую личности порождаться как текст определенного пола. Безусловно, в психической реальности личности гендерный концепт функционирует по правилам «языкового каркаса» (в понимании Р. Карнапа) конкретной культуры, задающей пространства возможной речи [4] в гендерном дискурсе и предоставляющей ресурсы гендерной семантики [5]. Гендерный концепт является продуктом гендерной идентификации как процесса распознавания и интерпретации бесполых событий и объектов в терминах пола [3] и, следовательно, может быть исследован как индивидуальная система представлений о «мужском», «женском» и способах их осуществления.

Таким образом, целью данного исследования стало изучение содержания гендерного концепта юношей посредством определения их представлений о мужском и женском по методике BSRI в модификации А. Реана [7, с.253-256].

Данная модификация не предполагает выявление маскулинного, фемининного или андрогинного типа личности, а также не ставит перед собой цели сравнить системы «мужского» и «женского» в гендерном концепте испытуемых со стандартами маскулинности-фемининности. Респондентам было предложено определить 60 качеств опросника как мужские, женские, в одинаковой степени и мужские, и женские или же – как в одинаковой степени ни мужские, ни женские. В результате первичной математической обработки полученных данных нами были определены количественные значения выборов качеств четырех типов: мужские, женские, полонейтральные и полонезависимые. Группу полонейтральных составили те качества, которые были определены испытуемым как не присущие ни мужчинам, ни женщинам. В группу полонезависимых вошли качества, определенные респондентом либо как полонейтральные, либо как в одинаковой мере присущие и мужчинам, и женщинам.

Выборку исследования составили 80 юношей 17-18 лет (50 из полных и 30 из неполных семей). Экспериментальной базой исследования стали: ГУЗ «Хмельницкий центр профессионально-технического образования торговли и пищевых технологий» и ГВУЗ «Криворожский национальный университет».

Дескриптивный статистический анализ проведенного эмпирического исследования показал, что юноши из полных семей в среднем определяют "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина nм=35,58 (ст. откл. Sм=11,78) качеств как мужские и nж=34,7 (ст. откл. Sж=13,817) как женские. Юноши из неполных семей – nм=35,83 (ст. откл. Sм=10,379) и nж=37,27 (ст. откл. Sж=8,233) соответственно. Сравнение значений удельного веса «мужского» и «женского» в выборках юношей из полных и неполных семей по U-критерию Манна-Уитни не показало значимых различий.

Процедура ранжирования предложенных качеств по частоте их выбора юношами как мужских, женских, полонейтральных или полонезависимых позволила нам определить некоторые групповые тенденции. В табл. 1 и табл. представлены перечни качеств, наиболее часто определяемых респондентами как мужские и женские.

Таблица 1.

Мужские качества наивысших среднегрупповых рангов в гендерных концептах юношей Ранг Качество Юноши Юноши из полных семей из неполных семей Склонный защищать свои 1 взгляды Мужественный 3 1, Верящий в себя 3 1, Сильный 3 Умеющий дружить 5,5 Жизнерадостный 5,5 16, Надежный 7 Успешный 8 Склонный к риску 9,5 Имеющий собственную позицию 9,5 16, Сильная личность 11 7, Таблица Женские качества наивысших среднегрупповых рангов в гендерных концептах юношей Ранг Качество Юноши Юноши из полных семей из неполных семей Жизнерадостная 1,5 7, Сострадающая 1,5 7, Искренняя 3,5 3, Заботящаяся о людях 3,5 12, Нежная 5,5 3, Привлекательная 5,5 12, Женственная 10,5 7, Любящая детей 10,5 7, Умеющая сочувствовать 10,5 12, Мягкая 10,5 12, Теплая, сердечная 10,5 12, Понимающая 10,5 12, Спокойная 10,5 "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Качественный анализ полученных перечней позволяет нам заключить, что в юношеском возрасте наблюдается угасание амбивалентности в отношении к полу (характерной для подростков), поскольку концепты мужского и женского в большей степени содержат качества, свидетельствующие о позитивном восприятии обоих полов. «Мужское», как и в подростковом возрасте, воспринимается юношами как статусное, демонстрирующее силу и надежность в дружбе, в то время как в концепте «женского» происходит вытеснение значения женственности, любви к детям и сердечности – привлекательностью, искренностью, сострадательностью.

Полонейтральные и полонезависимые качества, набравшие наибольшие частоты по выборке юношей, представлены в табл. 3 и табл. 4.

Таблица Полонейтральные качества наивысших среднегрупповых рангов в гендерных концептах юношей Ранг Качество Юноши Юноши из полных семей из неполных семей Инфантильный 1 Не систематичный 2 2, Тщеславный 3 2, Малорезультативный 4 Падкий на лесть 5 26, Угрюмый 6 16, Способный утешить 7,5 8, Скрытный 7,5 Агрессивный 9,5 Не любящий ругательств 9,5 26, Таблица Полонезависимые качества наивысших среднегрупповых рангов в гендерных концептах юношей Ранг Качество Юноши Юноши из полных семей из неполных семей Жизнерадостный 1 5, Инфантильный 2,5 1, Успешный 2,5 Ревнивый 4,5 Верящий в себя 4,5 Преданный 7 Непредсказуемый 7 41, Умеющий сочувствовать 7 Не систематичный 10 5, Любящий детей 10 3, Амбициозный 10 Анализ табл.3 и табл.4 позволяет нам заключить, что юноши не связывают негативные проявления личности с ее полом, не возлагают ответственность за них на биологические детерминанты. Можно говорить о том, "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина что личностные факторы являются более сильными, чем половые, в каузальной атрибуции юношей, поскольку пол не определяет успешность, жизнерадостность, преданность, веру в себя, любовь к детям. В то же время данные перечни подтверждают высказанное нами выше предположение о позитивном восприятии обоих полов.

Обобщение проведенного нами теоретико-эмпирического исследования позволяет нам сделать следующие выводы:

1. Гендерный концепт юношей характеризуется снижением амбивалентного отношения к полу, усилением позитивного представления об обоих полах, тенденцией к личностной, а не половой каузальной атрибуции.

2. Гендерные концепты юношей из полных и неполных семей не имеют статистически значимых отличий по уровню «разработанности», однако имеют явные качественные различия, связанные с интерпретацией тех или иных качеств как мужских или женских, что требует более глубокого исследования.

Дальнейшее исследование рассмотренной проблемы мы видим в анализе воздействия содержания гендерного концепта личности на ее концепт Я.

Литература 1. Боровцова М.С. Гендер как элемент психической реальности личности / М.С. Боровцова // Гендер, права человека, историческое знание: актуальные проблемы и перспективы исследований : материалы конференции I Всероссийской научной конференции с международным участием (май 2012). – Липецк: «Гравис», 2012.–С.4-7.

2. Боровцова М.С. Ґендерна ідентичність особистості: теоретичний аналіз / М.С. Боровцова // Вісник одеського національного університету. Психологія. – 2011. – т.16, вип.17. – С.19-29.

3. Боровцова М.С. Особенности гендерной идентификации у мальчиков младшего школьного возраста / М.С. Боровцова // Материалы научной конференции профессорско-преподавательского состава, аспирантов и студентов «Дни науки ТНУ им. В.И. Вернадского». – Симферополь: ДИАЙПИ, 2012. – С. 183-184.

4. Калина Н. Лингвистическая психотерапия : монография / Н. Ф. Калина. - К.:

Ваклер, 1999. – 282 с.

5. Лопухова О.Г. Исследование особенностей трансформации гендерных представлений в современном сознании / О.Г. Лопухова // Педагогика и психология [эл.

издание]. – 2010. – Режим доступа: http://nkras.ru/nt/2010/Lopuxova.pdf 6. Мистрюкова Е.В. Средства репрезентации концептов «мужественность» и «женственность» в современном английском языке : дис… канд. филол. наук: 10.02.04/ Е.В. Мистрюкова. – Самара, 2005. – 229с.

7. Реан А.А. Психология изучения личности : уч. пос. – Спб, 1999. – 288 с.

Курочкина И.А., старший преподаватель, Российский государственный профессионально-педагогический университет, Екатеринбург, Россия СПЕЦИФИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ СТРУКТУРНЫХ КОМПОНЕНТОВ ГЕНДЕРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ПОДРОСТКОВ В современных условиях трансформации социальной жизни общества психологические исследования проблем молодежи становятся особенно "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина актуальными. Важными в этих обстоятельствах представляются гендерные аспекты социализаци, поскольку они приобретают все большую значимость в формировании сознания и поведения современной молодежи и адаптации в обществе.

Подростковый возраст является наиболее противоречивым и длительным периодом в жизни человека. Ведущей деятельностью выступает сфера межличностного общения, ценностного, морального, нравственного, а в дальнейшем – профессионального выбора. Особую значимость в этот период приобретает процесс изменения идентификационных образцов.

По мнению современных исследователей гендерная идентичность является сложным полифункциональным психолого-социальным конструктом и ее становление обусловлено онтогенетическим развитием личности.

Сегодня широко проводятся исследованиями в области гендерных, полоролевых различий с одной стороны, при этом проблема гендерной идентичности в подростковом возрасте малоизученна.

Объектом исследования является социально-психологический феномен гендерной идентичности.

Предметом – структурные компоненты гендерной идентичности в подростковом возрасте.

Целью исследования является изучение специфических особенностей структурных компонентов гендерной идентичности подростков.

Нами были выдвинуты следующие гипотезы: структура гендерной идентичности в мужской и женской подгруппах имеет специфические особенности в выраженности компонентов;

имеются взаимосвязи между психологическими особенностями личности и степенью сформированности гендерной идентичности.

Специальной теоретической основой исследования является положение о гендере как о социокультурном конструкте в различных временных контекстах (С. Бэм, Т.В. Бендас, Ш. Бурн, О.А. Воронина, Е.А. Здравомыслова, Е.М. Ижванова, Е.П. Ильин, И.С. Клецина, В.В. Козлов, И.С. Кон, М. Мид, Л.Н.

Ожигова, К. Хорни, А.А. Чекалина и др.);

концепции половой социализации (Д.Н. Исаев, В.Е. Каган, И.С. Клецина, Я.Л. Коломинский, И.С. Кон и др.).

Проблема идентичности в юношеском возрасте исследовалась в трудах отечественных и зарубежных учных (Е.М. Дубовская, Р. Кеган, И.С. Кон, Р.Л.

Кричевский, Д. Коулмэн, Д. Марш, Ф. Райе, Н.Ю. Рымарев, Л.П. Хохлова, Э. Эриксон и др.).

При этом проблема изучения структурных компонентов гендерной идентичности в подростковом возрасте мало освещена.

Нами были использованы следующие методы: наблюдение, беседа, тестирование, методы математико-статистического анализа: дискриптивная статистика, сравнительный, корреляционный анализ.

С целью исследования структурных компонентов гендерной идентичности у подростков нами использовался следующий комплекс психодиагностических методик: изучение содержания гендерной идентичности методом самоописания проводился с помощью опросника Л.Н. Ожиговой «Я женщина / мужчина»;

методика исследования содержательных характеристик идентичности личности. «Кто Я?» (М. Куна и Т. Макпартленда в модификации "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Т.В. Румянцевой);

опросник С. Бем предназначен для исследования психологического пола и определения степени андрогинности, маскулинности и фемининности личности;

поведенческий компонент изучался с помощью опросника «Пословицы», который выявляет степень подверженности испытуемых традиционным представлениям о распределении ролей в семье;

многофакторный опросник FPI (в модификации и разработке А.А. Крылова и Т.Н. Ронгинской) позволяет выявить психологические особенности личности.

Под гендерной идентичностью В.Л. Ситников понимает аспект самосознания, описывающий переживание человеком себя как представителя определенного пола [6]. В ее структуре выделяется три уровня: базовая идентичность – соотнесение личности с альтернативными представлениями о маскулинности-фемининности;

ролевая – соотнесение поведения и переживаний личности с существующими в данной культуре полоролевыми стереотипами;

персональная, интегрирующая описанные уровни и характеризующая соотнесение личности с маскулинностью и фемининностью в контексте индивидуального опыта межличностного общения [2, 3, 5].

По мнению И.С. Клециной категория «идентичность»

детерминирует механизмы взаимосвязи между внутриличностными и социокультурными процессами в ситуациях социального взаимодействия и позволяет понять противоречивость групповых и личных начал в человеке [24].

Гендерная идентичность включает в себя: эмоциональный компонент, который включает в себя расширение круга переживаний, в обогащении внутреннего опыта;

когнитивный компонент проявляется как процесс познания личностью окружающего мира;

поведенческий компонент обеспечивает взаимную связь индивидов в социальной группе, создает аффективную общность как особое вживание, вчувствование в другого.

Становление гендерной идентичности происходит в результате психологической интериоризации мужских или женских черт, в процессе взаимодействия «Я» и других, в ходе социализации. Мужские и женские модели поведения и идентичности опосредованы процессом социализации и характеризуют соответствующие культурные стандарты и идеологию, господствующую в обществе. Гендерная социализация – процесс усвоения норм, правил поведения, социальных установок в соответствии с культурными представлениями о роли, положении и предназначении мужчины и женщины в обществе.

Процесс социализации оказывает влияние на врожденную предрасположенность к выбору видов деятельности, игр, игрушек, характерных определенному полу и определяется не только воспитанием, но и связью с генетическими особенностями [1, 2, 3].

В исследовании принимали участие учащиеся школ: г. Екатеринбурга и Свердловской области, всего было обследовано 351 подросток, из них мальчиков 165, девочек – 186, подростки как из полных так и не полных семей.

Возраст респондентов составил от 11-15 лет.

Результаты дискриптивного анализа позволяют сделать вывод, что девочки-подростки больше подвержены гендерным стереотипам, чем мальчики, "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина это может быть связанно с традиционным семейными стереотипами женщины и устойчивой идентификацией c матерью.

Эмоционально-оценочная составляющая изучалась с помощью методики «Кто Я». В нашей работе критерием дифференцированности «образа Я» стал анализ наличия минимального и максимального количества характеристик, которые дал респондент, отвечая на вопрос «Кто Я?».

В результате анализа у 94,6% девочек и 85,45% мальчиков сформирована позитивная гендерная идентичность, которая характеризует адаптивное состояние личности;

у 1% девочек и 5% мальчиков выявлен кризис гендерной идентичности. У 4,24% мальчиков и 0,25% девочек отсутствует целостное представление о полоролевом поведении, то есть несформирована рефлексия.

По методике С. Бем выделены следующие подгруппы подростков в зависимости от типа гендерной идентичности: маскулинная, в которой присутствуют 0,54% девочек;

андрогинная с тенденцией к маскулинности – 0,54% девочек и 3% мальчиков;

андрогинная – 46,24% и 32,75% соответственно;

андрогинная с тенденцией к фемининности – 0,54% девочек;

недиффиренцированная 52,14% девочек и 64,24% мальчиков.

Представители андрогинного типа в описании себя используют положительные характеристики, для этого типа характерны высокая адаптивность и гибкость поведения. Недифференцированный тип характеризуется негативностью в описании образа Я, отсутствием дифференцированных стереотипов.

Подверженность традиционным представлениям о распределении ролей в семье выше в подгруппе мальчиков, можно сделать вывод, что семейное воспитание, традиции определяют гендерное поведение подростка.

Дискриптивный анализ по методике FPI выявил в подгруппе девочек выраженный невротический синдром;

наличие депрессивных признаков и неустойчивость эмоционального состояния;

стремление к доминированию;

тревожность, скованность, неуверенность. При этом у девочек более выражена потребность в общении и доверительного взаимодействия с окружающими людьми. В подгруппе мальчиков выражена ситуативная агрессивность, что свидетельствует о неустойчивом эмоциональном состоянии со склонностью к аффективному реагированию, трудностях в установлении социальных контактов. Мы склоняемся к тому, что эти проявления обусловлены кризисом подросткового возраста, несформированной рефлексией, половозрастными особенностями.


Преобладание протекания психической деятельности по андрогинному типу выявлено в подгруппе мальчиков;

в подгруппе девочек результаты свидетельствуют о протекании психической деятельности, как по андрогинному, так и по маскулинному типу.

С целью выявления специфических особенностей структурных компонентов гендерной идентичности нами проведен сравнительный анализ с помощью U-критерия Манна-Уитни для двух независимых выборок (распределение переменных отличается от нормального закона). Результаты представлены в таблице 1.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Таблица 1.

Сравнительный анализ показателей компонентов гендерной идентичности по мужской и женской подгруппам U- Уровень Группа Группа критерий значимости мальчико девочек Переменная Манна в (ср. (ср. ранг) Уитни ранг) Эмоционально-оценочный компонент Амбивалентные 32923 0,006 308,48 269, характеристики Личностная идентичность 10249,5 0,000 145,12 203, Когнитивный компонент Подверженность личности 11521,5 0,000 152,83 196, гендерным стереотипам Психологические особенности Невротичность 10234,5 0,000 145,03 203, Депрессивность 11465,5 0,000 152,49 196, Общительность 10050,5 0,000 143,91 204, Реактивная агрессивность 12389 0,002 193,92 160, Открытость 11218 0,000 150,99 198, Экстраверсия-интроверсия 12225 0,001 157,09 192, Эмоциональная лабильность 10504,5 0,000 146,66 202, Исследование эмоционально-оценочного компонента гендерной идентичности выявило высокозначимые различия, а именно, доминирование амбивалентных характеристик в мужской подгруппе, что соответствует уравновешенному типу и проявляется в стрессоустойчивости. Для девочек характерен эмоционально-полярный тип идентичности, перепады в эмоциональном состоянии.

В женской подгруппе обнаружена идентичность, характерная респондентам с выраженной схемой поведения «я – другие», направленность интересов женщины обусловлена удовлетворением потребностей в социальных контактах (семья, сфера интимно-личностного общения, творчество и др.), а также может быть детерминирована психологическими особенностями и ведущей деятельностью подросткового возраста.

Исследование по методике FPI выявило психоэмоциональную неустойчивость личности в подгруппе девочек: они более склонны к эмоциональным реакциям, переживаниям, депрессии, к выраженной экспрессии.

Высокие показатели свидетельствуют о несформированной саморегуляции, самоконтроле и личностной рефлексии. Для девочек характерны такие качества как открытость, общительность, что позволяет характеризовать отношение к социальному окружению как необходимое и желаемое, о стремлении к доверительно-откровенному взаимодействию.

В группе мальчиков выявлен высокий уровень невротизации, характеризующий агрессивное отношение к социальному окружению и стремлением к доминированию.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Нами был проведен сравнительный анализ в мужской и женской группах с различными типами гендерной идентичности, используя критерий H Крускала-Уоллеса.

В группах девочек выделены следующие подгруппы в зависимости от типа гендерной идентичности: маскулинный (1);

андрогинный с тенденцией к маскулинности (2);

андрогинный (3);

недифференцированный (4) андрогинный с тенденцией к фемининности (5). Поскольку в подгруппах 1, 2 и 5 данные типы были выявлены у одного респондента в каждой подгруппе, это явилось ограничением использования критерия, для сравнительного анализа мы использовали U-критерий Манна-Уитни в подгруппах (3) и (4). Результаты проведенного анализа представлены в таблице 2.

Таблица 2.

Сравнительный анализ в подгруппах девочек с различным типом гендерной идентичности Анализ направленности различий в подгруппах девочек U-Манна Уровень Переменная ГРУППА -Уитни значимости 3 Социальные роли 2829,5 0,01 107,60 98, Маскулинность 2755,5 0,00 75,54 106, Индекс 2522 0,00 111,17 75, андрогинности Нами выявлены достоверно значимые отличия. В подгруппе с недифференцированным типом гендерной идентичности выражен показатель по шкале «Маскулинность». Девочкам с недифференцированным типом гендерной идентичности свойственны поведенческие реакции, характерные для лиц противоположного пола, а именно, стремление к доминированию, напористое агрессивное отношение к социальному окружению. У девочек с андрогинным типом – определение социальных ролей выражено более четко.

Нами были выделены следующие подгруппы мальчиков в зависимости от типа гендерной идентичности: андрогинный с тенденцией к маскулинности (2);

андрогинный (3);

недифференцированный (4). Полученные результаты представлены в таблице 3.

Таблица 3.

Сравнительный анализ по подгруппам мальчиков с различным типом гендерной идентичности H Переменная Уровень ГРУППА Крускала- значимости 2 3 Уоллеса Амбивалентные 13,71 0,001 100,3 92,04 63, характеристики Общее 7,58 0,02 104,7 88,5 70, количество характеристик Индекс 5,61 0,06 130,2 79,5 85, андрогинности Застенчивость 6,95 0,03 44 79,32 93, Экстра-интро- 7,8 0,02 138,3 83,4 77, веритрованность "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина В результате анализа получены достоверно значимые различия в подгруппах мальчиков с различным типом гендерной идентичности.

Для представителей второй подгруппы характерна сформированная позитивная гендерная идентичность, которая характеризует адаптивное состояние личности, выражен индекс андрогинности как показатель соответствия собственному полу, экстравертированность.

Для респондентов с недифференцированным типом гендерной идентичности характерна предрасположенность к стрессовому реагированию, наличие тревожности, неуверенности, имеются признаки невротизации личности, у них выражено эмоционально-полярное отношение к себе и своему ближайшему окружению.

Для подтверждения выдвинутой гипотезы о наличии взаимосвязей между психологическими особенностями личности и сформированной гендерной идентичностью мы использовали корреляционный анализ с использованием критерия ранговой корреляции Спирмена.

Эмоционально-оценочный компонент гендерной идентичности в подгруппе девочек взаимосвязан с психологическими особенностями личности (r=-0,189**;

-0,272**;

-0,250**, при p= 0,00), а именно с высоким уровнем невротичности, раздражительности, эмоциональной лабильности;

выражен эмоционально-полярный тип отношения к себе, они испытывают трудности в обозначении гендерных, социальных ролей и поведения.

Когнитивный компонент выражен положительными высокозначимыми взаимосвязями (p=0,00) между: подверженностью личности гендерным стереотипам, традиционным ролевым поведением в семье, психологическими характеристиками, присущими женщинам (общительность, реактивная агрессивность) и косвенным или прямым обозначением пола.

Поведенческий компонент. Имеются взаимосвязи на высокозначимом уровне (p=0,00) между психологическими свойствами (экстравертированность, эмоциональная лабильность) и принятием личностью гендерных стереотипов.

Отсутствие признаков невротизации личности позволяет респондентам проявлять поведение соответствующее гендерному стереотипу, что может говорить о сформированности позитивной гендерной идентичности. Наличие социальных, личностных и ролевых характеристик (социальные, семейные роли) напрямую связано с индексом андрогинности.

В структуре гендерной идентичности в подгруппе мальчиков выявлен эмоционально-полярный тип идентичности (p=0,00), при этом в данной подгруппе отсутствуют признаки невротичности. Взаимосвязи характеризуют подверженность личности респондентов гендерным стереотипам, знание моделей гендерного поведения в семье, наличие социальных ролей и традиционное гендерное поведение в семье.

Таким образом, можно сделать вывод, что выдвинутые нами гипотезы:

структура гендерной идентичности у мальчиков и девочек в подростковом возрасте имеет специфические особенности в выраженности структурных компонентов и существуют взаимосвязи между психологическими особенностями личности и сформированной гендерной идентичностью подтвердились.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Литература 1.Гендерная психология. Практикум. 2-е изд. / Под ред. И.С. Клециной. – Санкт-Петербург: Питер, 2009. – 496 с.

2.Ижванова Е.М. Гендерные аспекты маскулинности / Е.М. Ижванова. // Психотепапия. – 2009. – №3. – С. 56–62.

3.Козлов В.В. Гендерная психология: учебник для вузов / В.В. Козлов, Н.А.

Шухова. – Санкт-Петербург: Речь, 2010. – 270 с.

4.Малкина-Пых И.Г. Гендерная терапия. / И.Г Малкина-Пых. – Москва: Эксмо, 2006. – 928 с.

5.Ожигова Л.Н. Гендерная идентичность личности и смысловые механизмы ее реализации / Л.Н. Ожигова: диссертация... д-ра психол. наук: 19.00.01. – Краснодар, 2006. – 431 с.

6.Ситников В.Л. Образ ребенка (в сознании детей и взрослых) / В.Л. Ситников.

– Санкт-Петербург: Химиздат, 2001. – 288 с.

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина ЮРИДИЧЕСКАЯ И КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ Коротеева Е.М., Заливина А.А., ФГБОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского», Омск, Россия ВРЕМЕННЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ, СМЫСЛОЖИЗНЕННЫЕ И ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТАЦИИ ОСУЖДЕННЫХ, ОТБЫВАЮЩИХ НАКАЗАНИЕ В ИСПРАВИТЕЛЬНОМ УЧРЕЖДЕНИИ И РЕКОМЕНДОВАННЫХ К УСЛОВНО-ДОСРОЧНОМУ ОСВОБОЖДЕНИЮ В последние годы в России прослеживается тенденция возрастания рецедивных преступлений. Многие преступники, в силу того, что не смогли адаптироваться к социально-экономическим условиям в обществе, намеренно совершают уголовно наказуемые деяния, чтобы снова вернуться в пенитенциарные учреждения в качестве осужденных, где от них только и требуется, что жить по установленному распорядку.


Такое положение дел дает нам основания для беспокойства, равно как и для того, чтобы считать наше исследование актуальным. Здесь уместно встает вопрос: есть ли у осужденных какие-то планы на жизнь, какова перспектива их дальнейшего существования, чего они ожидают в будущем? Чтобы ответить на эти вопросы необходимо изучить временные перспективы, смысложизненные и ценностные ориентации этого спецконтингента. Более того, полученная информация позволит нам определить «проблемные зоны» будущей интеграции осужденных, и адресно направить психологическую помощь, оказать им поддержку в процессе ресоциализации к условиям за пределами исправительных учреждений.

Цель нашего исследования – изучить особенности временных перспектив, смысложизненных и ценностных ориентаций осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении и рекомендованных к условно-досрочному освобождению.

Общий объм выборки составил 66 человек, из них 33 осужденных, находящихся на основном этапе отбывания наказания и 33 – рекомендованных к условно-досрочному освобождению. Это деление было произведено для того, чтобы проследить особенности временных перспектив, смысложизненных и ценностных ориентаций в зависимости от доступности досрочного освобождения от дальнейшего отбывания наказания. В исследовании приняли участие осужденные, отбывающие наказание в ИК-6 УФСИН по Омской области за такие преступления как убийство (статья 105) и нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть (статья 111 часть 4).

Основным методом сбора данных являлось психологическое тестирование. В качестве методического инструментария применялись:

методика Ф. Зимбардо по временной перспективе [1], тест «Смысложизненные ориентации» Д.А. Леонтьева [2], методика для изучения ценностей личности Ш. Шварца (в адаптации В.Н. Карандашева) [3].

"Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина Для статистической обработки полученных данных использовались следующие методы: первичная описательная статистика, частотный анализ и процентили, критерий согласия распределения Колмагорова-Смирнова, параметрический критерий сравнения двух выборок t-Стьюдента.

Эмпирическое исследование предполагало реализацию трех этапов, в ходе которых полученные при помощи соответствующего методического инструментария данные подвергались количественной и качественной обработке.

На первом этапе нашей работы мы определили особенности временных перспектив осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении и рекомендованных к условно-досрочному освобождению. Согласно полученным результатам, в изучаемых нами группах осужднных, наблюдается высокое значение по шкале «Негативное прошлое», что свидетельствует об общем пессимистическом, негативном отношение осужденных к своему прошлому, наличии депрессивного фона, сожаления о том, что случилось и что нельзя уже исправить совершенные ошибки, досада на себя за те положительные моменты в жизни, которые были упущены в прошлом. На наш взгляд, негативная оценка своего прошлого может быть связана с реальными неприятными и травматическими событиями в жизни осужденных, в частности, на данном этапе таким событием является лишение свободы.

По шкале «Гедонистическое настоящее», которая отражает беззаботное и беспечное отношение осужденных ко времени и жизни, а также принятие рискованных решений, показатели в обеих группах находятся ниже нормы, что свидетельствует о заинтересованности осужденных своей дальнейшей судьбой.

Во многом это может объясняться тем, что осужднный часто не может реализовать свои гедонистические наклонности в виду специфики отбывания наказания: замкнутость пространства, строгость режима, отсутствие общения с противоположным полом, недоступность алкоголя и наркотических средств делают невозможным реализацию осужднными своих гедонистических наклонностей.

Параметр «Будущее» предполагает, что поведение в большей степени определяется стремлениями к целям и вознаграждениям и характеризуется планированием и достижением последних. Судя по данному показателю у осужденных, находящихся на основном этапе отбывания наказания в исправительном учреждении, ориентация на будущее слабо представлена в сознании. Возможно, нет желания планировать свою жизнь, ставить цели, поскольку пребывание в исправительной колонии скорее гасит, нежели стимулирует мечты и планы на жизнь. У осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению, этот показатель находится выше нормы, что связано с возможностью скорого освобождения и планами на будущее в жизни.

Шкала «Фаталистическое настоящее» раскрывает фаталистическое, беспомощное и безнадежное отношение к будущему и к жизни в целом. Данный показатель находится выше нормы у осужднных, находящихся на основном этапе отбывания наказания в исправительном учреждении. У данной категории лиц отсутствует направленность на цель, тяга к эмоциональному возбуждению.

По мнению этих осужденных, будущее предопределено, на него невозможно "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина повлиять собственными действиями, его невозможно контролировать, а настоящее следует переносить с покорностью и смирением, поскольку все находятся во власти «капризной» судьбы. Вероятно, здесь прослеживается связь с преступным прошлым осужднных, в котором наблюдается фатализм, влияние судьбы, случая на реализацию преступных замыслов и жизни преступника в целом. У осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению, данный показатель находится в пределах нормы.

Определение значимости различий в особенностях временных перспектив осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении и рекомендованных к условно-досрочному освобождению, показало, что существуют значимые различия в изучаемых нами группах осужднных, по шкале «Позитивное прошлое» (t=4,26 при p0,05), т.е. у осужденных, находящихся на основном этапе отбывания наказания в исправительном учреждении, статистически значимо чаще, чем у осужденных, рекомендованных к условно-досрочному особождению, наблюдается теплое, сентиментальное отношение к своему прошлому, ностальгическая, позитивная его реконструкция, прошлое представляется им в радужном свете. Полученные данные, на наш взгляд, можно объяснить тем, что осужднные, рекомендованные к условно досрочному особждению, связывают сво прошлое с периодом отбывания наказания в исправительном учреждении, в отличие от осужднных, находящихся на основном этапе отбывания наказания, которые ещ до сих пор живут воспоминаниями, связанными с жизнью на свободе.

На втором этапе нашей работы мы определили особенности смысложизненных ориентаций осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении и рекомендованных к условно-досрочному освобождению. Согласно полученным результатам, по всем субшкалам теста прослеживается положительная тенденция увеличения показателей у осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению. Так, в частности:

1. Цели в жизни. Баллы по этой шкале характеризуют наличие или отсутствие в жизни осужднных целей в будущем, которые придают жизни осмысленность, направленность и временную перспективу. На основном этапе отбывания наказания данный показатель находится ниже нормы, что связано с фрустрацией в виду потери свободы, нежеланием что-либо планировать, ставить какие-либо цели. У осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению данный показатель выше.

2. Процесс жизни, или интерес и эмоциональная насыщенность жизни.

Этот показатель говорит о том, воспринимает ли испытуемый сам процесс своей жизни как интересный, эмоционально насыщенный и наполненный смыслом.

Низкие баллы по этой шкале являются признаком неудовлетворенности своей жизнью в настоящем. В обеих группах осужденных прослеживается низкий показатель по этой шкале. Вместе с тем, как и в предыдущем случае, у осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению он выше, что, по всей видимости, связано с возможностью изменения своей социальной ситуации.

3. Результативность жизни, или удовлетворенность самореализацией.

Баллы по этой шкале отражают оценку пройденного отрезка жизни, ощущение "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина того, насколько продуктивна и осмысленна была прожитая ее часть. На основном этапе отбывания наказания данный показатель находится ниже нормы, а у осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению, превышает норму, что свидетельствует об адаптации последних к своей социальной ситуации.

4. Локус контроля-Я (Я – хозяин жизни). Низкие баллы на основном этапе свидетельствует о неверие в свои силы контролировать события собственной жизни. Высокие баллы, свойственны для осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению соответствуют представлению о себе как о сильной личности, обладающей достаточной свободой выбора, чтобы построить свою жизнь в соответствии со своими целями и представлениями о ее смысле.

5. Локус контроля-жизнь, или управляемость жизни. Полученные нами балы по данной шкале свидетельствуют об убежденности осужднных в том, что их жизнь неподвластна сознательному контролю и бессмысленно что-либо загадывать на будущее. Но, необходимо отметить, что осужднные, рекомендованные к условно-досрочному освобождению, имеют показатель приближенный к норме.

На заключительном этапе нашей работы мы определили особенности ценностных ориентаций осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении и рекомендованных к условно-досрочному освобождению.

Согласно полученным результатам, у осужднных, рекомендованных к условно досрочному освобождению, по сравнению с осужднными, отбывающими наказание в исправительном учреждении, преобладает такая ценностная ориентация как «самостоятельность». На наш взгляд, это можно объяснить тем, что условно-досрочное освобождение предполагает совершение осужднным целого ряда активных действий, результатом которых является формирование убежднности у администрации исправительного учреждения и органов судебной власти в том, что осужднный не нуждается в отбывании полного срока уголовного наказания в соответствии с приговором суда. Действия эти включают в себя раскаяние осужднного, безусловное признание своей вины в совершнном преступлении, возмещении ущерба потерпевшей стороне, достижение высоких результатов в трудовой, учебной и творческой деятельности, а также активное сотрудничество с администрацией исправительного учреждения. При этом осужднный должен самостоятельно при минимальной поддержке администрации реализовывать указанные выше направления деятельности. Это возлагает на него ответственность за свои поступки и формирует определнные формы самостоятельного поведения.

На наш взгляд одним из интересных результатов, полученных с помощью методики Ш. Шварца (в адаптации В.Н. Карандашева), является то, что типичной ценностью обеих групп осужднных выступает «конформность».

На наш взгляд, это объясняется условиями отбывания наказания: система исправительного учреждения предполагает отрядное содержание осужднных (от 100 до 170 человек), их совместное проживание, ведение быта и проведении досуга. За годы отбывания наказания осужднный «приучается» следовать мнению группы, большинства. Данное поведение подкрепляется "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина необходимостью постоянного подчинения распорядку дня исправительного учреждения, беспрекословному исполнению законных требований администрации. Сложившаяся система часто приводит к формированию так называемой беспомощности», неспособности человека «выученной самостоятельно планировать сво будущее и не зависеть от мнения окружающего большинства.

Резюмируя сказанное выше, можно сформулировать следующие выводы:

1. Значимые различия во временной перспективе осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении и рекомендованных к условно-досрочному освобождению, были выявлены по шкале «Позитивное прошлое».

2. Показатели смысложизненных ориентаций у осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению, выше, чем у осужднных, находящихся на основном этапе отбывания наказания в исправительном учреждении.

3. У осужднных, рекомендованных к условно-досрочному освобождению, преобладает ценность «самостоятельность».

Литература 1. Сырцова А., Соколова Е.Т., Митина О.В. Методика Ф. Зимбардо по временной перспективе // Психологическая диагностика. – 2007. – № 1. – С. 85–106.

2. Леонтьев Д.А. Тест смысложизненных ориентаций. – М.: Смысл, 2000.–18с.

3. Карандашев В.Н. Методика Шварца для изучения ценностей личности:

концепция и методическое руководство. – СПб.: Речь, 2004. – 70 с.

Бабушкина М.А., соискатель кафедры, клиническая психология, Московский государственный медико-стоматологический университет, Москва, Россия ПРОБЛЕМА ИЗУЧЕНИЯ СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ В СУПРУЖЕСКИХ ПАРАХ ЛИЦ С АЛКОГОЛЬНОЙ ЗАВИСИМОСТЬЮ Состояние психического здоровья пациентов с зависимостью от психоактивных веществ, а также членов их семей представляет собой серьезную медицинскую, психологическую и социальную проблему современного российского общества. Исследователи отмечают, что нарушения психического здоровья выявляются не только у лиц, склонных к алкоголизации, но и у членов их семьи, в частности, у партнеров по браку (Бисалиев Р.В., Кальной B.C., Сараев М.А., Зубкова Т.Н., 2008, Москаленко В.Д., 2011;

Мазурова Л.В., 2009)[6,18,17]. Проявления нарушений на семейном (социально психологическом) уровне определяются термином «алкогольная семья», на личностном - «созависимость». Этот феномен рассматривается как состояние, развивающееся у жен больных алкоголизмом в результате длительной подверженности стрессу и сконцентрированности на проблемах мужа, вплоть до самоотречения (Куфтяк Е.В. 2010, Мазурова Л.В. 2009, Москаленко В.Д., 2011) [15,17,18].

R. Subby (1984) определяет созависимость как «эмоциональное, психологическое и поведенческое состояние, которое развивается в результате "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина длительной экспозиции индивидуума и практикования им набора поведенческих правил – правил, препятствующих как открытому выражению чувств, так и прямому обсуждению личностных и межличностных проблем». Автор не считает, что созависимость должна быть связана исключительно с химической аддикцией. R. Subby утверждает, что созависимость представляет «копирование того, что рождается из семейных правил и не является результатом алкоголизма»

) [30].

Также R. Subby и J. Friel (1984) дают и другое определение термину «созависимость» - «это дисфункциональный способ жизни и решения проблем, который питается набором правил семейной системы» ) [31].

В основе формирования поведенческих реакций и семейных взаимоотношений (фиксированных форм поведения) у пациентов зависимых от алкоголя и пациенток, их жен с проявлениями созависимости находится специфическая система защитно-совладающего комплекса, порожденная большей закрытостью, ригидностью, а также способствующая нарушению социально-психологических взаимодействий и формирующая неэффективные адаптивные стили совладания по сравнению с людьми без нарушений психического здоровья.

Современные исследования, базирующиеся на биопсихосоционоэтических подходах, позволяют рассмотреть роль биологических, психологических и социокультуральных факторов, которые участвуют в генезе психических нарушений, а также установить их сложные взаимосвязи, а не только выявить простые линейные, причинные отношения (Залевский Г.В., 2006)[11]. Поэтому изучение феномена созависимости приобретает комплексный, медико-психологический междисциплинарный характер.

Авторы акцентируют внимание на личностных особенностях людей, склонных к формированию алкогольной зависимости (Братусь Б.С., 1988;

Немчин Т.А., Цыцарев С.В., 1989;

Короленко Ц.П., Завьялов В.Ю., 1988, Шайдукова JI.K., 1997;

Гузиков Б.М., Мейроян А.А.,1998;

Клименко Т.В., Кирпиченко А.А., 2007;

Иванец Н.Н., Винникова М.А., 2011) [7,19,14,27,10,12,1].

В работах подчеркивается значимость изучения феномена созависимости как фактора, имеющего тенденцию к распространению в современных условиях, а также как нарушающего психическое здоровье и личностное развитие у членов семьи с зависимым от психоактивных веществ супругом (Москаленко В.Д., 2011;

Чернобровкина Т.В., 2008;

Смагина А.А., 2008) [18, 26,23].

Активно ведутся исследования семейного стресса и копинга в здоровых семьях, людей групп риска и лиц с хроническими заболеваниями (Ташлыков В.А., 1992;

Сирота Н.А., 1994;

Ялтонский В.М., 2004, Белорукова Н.О., 2005;

Тарабрина Н.В., 2008;

Куфтяк Е.В., 2011) [25, 20, 22, 3, 24, 16].

Н.С. Видерман (2000) было проведено исследование совладающего поведения больных с зависимостью от алкоголя, особенностей их копинг стратегий и личностных ресурсов. Она установила, что в процессе развития алкогольной зависимости формируется дезадаптивные поведенческие паттерны, препятствующие адекватному совладанию со стрессом. Формирование зависимости от алкоголя становится вероятным на фоне длительного "Актуальные проблемы психологии и педагогики в условиях глобализации социума" Международная научно-практическая конференция. 28-29 июня 2012 г. Харьков, Украина стрессового воздействия высокой интенсивности из-за недостаточности психологических механизмов совладания. Злоупотребление алкоголем при этом становится доминирующим способом преодоления эмоционального дистресса, ухода от жизненных проблем и достижения иллюзорного благополучия [9]..

Центром исследования семейных проблем становится изучение факторов риска развития нарушений психического здоровья, а также особенностей взаимоотношений в алкогольной семье (Бехтель Э.Е., 1986;

Эйдемиллер Э.Г., Юстицкий В.В., 1995;

Коробкина Э.В., 2000;

Бисалиев Р.В., 2009;

Москаленко В.Д., 2011) [4, 28, 13, 5, 18].

Однако вопрос о совладающем поведении в супружеских парах лиц с алкогольной зависимостью до сих пор остается открытым. Не изучены стратегии и ресурсы совладающего поведения в супружеских парах лиц с алкогольной зависимостью, которые принимают участие в этом процессе, хотя именно эти данные позволяют сформулировать новые методы и технологии клинико психологического сопровождения в супружеских парах лиц с алкогольной зависимостью в ходе лечебно-реабилитационного процесса.

Цель исследования: изучить стратегии и ресурсы совладающего поведения у мужчин, зависимых от алкоголя, и их жен. Объект исследования:

совладающее поведение в супружеских парах у мужчин, зависимых от алкоголя, и их жен. Предмет исследования: особенности стратегий и ресурсов совладающего поведения у мужчин, зависимых от алкоголя, и их жен.

Материалы и методы исследования.

Основную группу составляют мужчины в возрасте 25-50 лет с зависимостью от алкоголя 2 стадии (F10.2 по МКБ-10), и их жены в возрасте 25 50 лет без зависимости от алкоголя (на данный момент обследовано 10 пар).

Контрольную группу составляют мужчины и женщины в возрасте 25 50 лет из условно благополучных супружеских пар, не имеющие зависимости от алкоголя (на данный момент обследовано 10 пар).

Психодиагностический пакет.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |
 



Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.