авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 || 3 |

«Российский государственный университет им. И. Канта Калининградский региональный общественный фонд помощи социально не- защищенным детям и молодежи "Открытый мир" ...»

-- [ Страница 2 ] --

координатор центра должен иметь дополнительную квалификацию психотерапевта (прежде всего для системной консультации). Наличие подобной квалификации у остальных работников цен тра желательно.

• Качество помощи обеспечивается посредством коллективной работы, практических консультаций, супервизий, а также курсов повышения квалификации (посредством дополнительного обучения) • Постоянный анализ проводимой работы.

Таким образом, возникновение современной модели социально-педагогической помощи семье свя зано с появлением в 1970-80-х годах в Германии критических тенденций в оценки экономических и психо лого-педагогических последствий массовой практики воспитания детей из неблагополучных семей и детей сирот в условиях детского дома. Многочисленные исследования показали, что дети-сироты и дети, входя щие в группу риска по социальному сиротству имеют особые депривационные нарушения в развитии. При отсутствии усилий для их компенсации они, как правило, превращаются в стойкие личностные нарушения, влияющие на всю будущую жизнь ребенка. Многим сиротам необходима не просто семья, а родители, обла дающие определенными ресурсами для их интеграции в семью и общество, родители, подготовленные к профессиональной работе с ребенком, имеющим депривационные нарушения развития. При этом условия в замещающей семье должны быть отличны от условий сиротских учреждений, в которых ребенок является частью детской группы, а взрослые эмоционально далеки от него. Вне отношений привязанности компенси ровать депривационные нарушения и воспитать здорового ребенка практически невозможно. Поэтому по требностям ребенка с депривационными нарушениями наиболее адекватно отвечает замещающая семейная забота, ориентированная на длительный прием. Профессиональная замещающая семейная забота возникла как альтернатива воспитания ребенка в сиротском учреждении. Система общественного воспитания, при ко торой ребенок лишается родительской заботы, в Германии была признана неадекватной потребностям раз вития ребенка.

Альтернативой пребыванию ребенка в детском доме стали амбулаторные (т.е. не связанные с посто янным пребыванием ребенка в социальном учреждении) формы попечения и воспитания, и в первую оче редь замещающая (патронатная) семья и социально-педагогическая помощь семье. Они имеют ряд отличи тельных признаков:

• Сохраняется прежняя структура жизни ребёнка.

• Семья и ближайшее окружение задействованы в процессе оказания помощи.

• Появляется возможность гибко варьировать те или иные виды помощи в каждом индивидуально конкретном случае и пользоваться услугами квалифицированных специалистов.

Многочисленные теоретические и общественные дискуссии 1970-80-х гг. имели своим итогом при нятие в 1990 г. Закона о помощи детям и молодежи, в котором общество в ясной форме адресовало родите лям через законодателей ответственность и право на воспитание. В Законе было обозначено, что при нару шениях в системе семьи родители имеют право на помощь и поддержку. Государство обязано вмешиваться только в однозначно определенных случаях жестокого обращения с детьми. Решение по этому поводу при нимает судья - как правило, по заявлению наделенного этого компетенцией ведомства по делам молодежи.

Тем не менее, семья может попадать в ситуацию, когда родители временно или в - экстремальном случае - длительное время не могут более выполнять свои воспитательные функции. В этом случае, основ ная цель оказания социально-педагогической помощи семьи – это содействия интеграции и укреплению се мейных взаимосвязей.

Согласно в Закону о помощи детям и молодежи, службы социально-педагогической помощи семье должны оказывать активную поддержку семьям в вопросах воспитания и преодоления конфликтов и кризи сов, а также помогать преодолевать текущие трудности и содействовать развитию системы самоподдержки и самопомощи внутри семьи Таким образом, социально-педагогическая помощь семье это форма интенсивного сопровождения и консультирования семьи, используемая в тех случаях, когда другие формы консультаций и социального обслуживания оказались неэффективными. При этом социальные педагоги по добровольному соглашению с клиентами входят в семью, чтобы какое-то время принять участие в ее жизни, наблюдать и переживать жизнь семьи в будничной обстановке. Свои наблюдения они обсуждают с членами семьи и вместе с ними ищут возможности разрешения существующих проблем. Социально-педагогическое вмешательство в жизнь ребенка и семьи имеет следующие целевые установки, опирающиеся на знания гу манитарных и социальных наук:

- приоритет воспитания в семье перед воспитанием в учреждениях;

- приоритет сохранения благоприятных жизненных условий и, тем самым, сохранения отношения между ребенком и родителями, в том числе и в случае необходимости изъятия ребенка из семьи;

- приоритет возвращения в семью изъятого из нее и приспособившегося к новым условиям суще ствования ребенка при условии, что его/ее благополучие не пострадает, и если в его родной семье больше нет опасности для него.

На основе этих установок разрабатываются различные формы социальной помощи семье. Ориенти руясь на семью, содействуя ее интеграции, социальный педагог стремиться укрепить собственные ресурсы семьи, чтобы она снова могла самостоятельно заниматься воспитанием детей и решать свои повседневные проблемы.

Конечная цель социально-педагогической помощи состоит в том, чтобы семья преодолела свою дез организацию и возникшие в ее результате отклонения в поведении, и оказалась в состоянии распознавать и самостоятельно разрешать возникающие проблемы.





4. Социально-педагогическое сопровождение принимающей (патронатной) семьи Профессиональная замещающая семья является одной из форм замещающей заботы или приема:

эти два термина используются для обозначения воспитания детей-сирот и детей, лишенных родительского попечения. По общему мнению, длительное устройство в теории по оказанию помощи молодежи имеет пре имущество перед устройством ребенка в детском доме.

Существуют три основные формы замещающей заботы: институциональное воспитание, замещаю щая семья и профессиональная замещающая семья.

Институциональное воспитание — это воспитание в учреждении для детей-сирот и детей, остав шихся без попечения родителей, в том числе в детских домах семейного типа.

Воспитание в замещающей семье имеет четыре формы, три из которых считаются профессиональ ными. «Непрофессиональной» формой является опека: опекуны являются законными представителями ре бенка и получают деньги на его содержание.

К профессиональным замещающим семьям (или профессиональной семейной опеке) в Германии относят три разные формы попечения: приемная семья, патронатная семья и семейная воспитательная груп па. В приемной семье один или оба родителя наделены полномочиями опекунов ребенка вплоть до его со вершеннолетия, получают пособие на его содержание, зарплату за его воспитание и не состоят с ним в али ментных отношениях. В патронатной семье один из родителей имеет статус патронатного воспитателя, яв ляется сотрудником учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на время пребывания ребенка в семье разделяет ответственность за его воспитание с опекуном, которым остается ди ректор детского дома;

патронатный воспитатель получает пособие на содержание ребенка и зарплату за его воспитание. В семейных воспитательных группах воспитывают детей, кровные родители которых не лише ны родительских прав, но временно не могут воспитывать ребенка, так как находятся на излечении или в процессе реабилитации. Семейная воспитательная группа является альтернативой приютов, т.е. специализи рованных учреждений для несовершеннолетних. В подобное учреждение лишенный родительской заботы ребенок помещается только на период, требующийся для реабилитации его и его семьи. Если семья ребенка не смогла выйти из кризиса, родители лишены родительских прав и ребенок не может вернуться к кровным родственникам, то он переводится из семейной воспитательной группы либо в детский дом, либо в замеща ющую семью другого типа. Один или оба родителя семейной воспитательной группы являются сотрудника ми специализированного учреждения для несовершеннолетних, имеют статус воспитателей, получают зара ботную плату и пособие на содержание ребенка [Ослон, 2006, с.5].

С точки зрения исторической ретроспективы можно констатировать, что в разные развития систе мы детского попечения в Германии поочередно оказывалось предпочтение воспитанию в принимающей се мье или в детском доме. Вначале забота об осиротевших детях лежала на роде (клане) (у древних германцев) или на общине (раннее христианство). В средние века детей передавали в монастыри и сиротские приюты.

Подкидышей из-за высокой смертности младенцев в сиротских приютах старались отдавать кормилицам. На исходе средних веков количество брошенных детей возросло. Кроме того, в крупных селениях появлялось все больше попрошайничающих детей. В то время как старших детей чаще всего продолжали размещать в детских домах, то младшие дети во многих городах отдавались под опеку пожилых женщин, получавших за это вознаграждение. Так, например, в Нюрнберге перед началом тридцатилетней войны в принимающих се мьях находилось столько же детей, как и в сиротских приютах [Heitkamp, H, 1989]. Но во время и после вой ны количество детей в сиротских приютах сильно возросло, так как все меньше находилось принимающих семей, а эта форма попечения подвергалась критике в связи с их воспитательной работы. Кроме того, стали выдвигаться требования более строгого воспитания в закрытых учебных учреждениях и исправительно-тру довые работы для пойманных детей.

В эпоху Просвещения критиковались (особенно представителями филантропических обществ) си ротские приюты, условия содержания в которых признавались мало способствующими воспитанию детей. В ответ на это многие учреждения были закрыты, и вновь приоритетом стал поиск семей, готовых принять де тей. Особенно это было характерно для сельской местности. Однако после 1780 года, [ Becker I.,Textor M.

(Hrsg.) 1993, с. 147-187] направление критики изменилось. Все чаще в общественных дискуссиях указыва лось на негативные стороны воспитания в принимающих семьях, таких например, как эксплуатация детско го труда в семьях из низших социальных слоев, недостаточные гигиенические условия, плохой уход за боль ными детьми и суровые нравы приемных родителей. Многие дети не посещали школу. Постепенно, закры тые ранее детские приюты стали вновь открываться или организовывались новые.

В XIX в. во время индустриальной революции детский труд признавался обществом как нормаль ное явление, а обнищание масс серьезно обременяло государственный бюджет, большее количество детей вновь стало передаваться в принимающие семьи, потому что такое размещение оказалось менее затратным, и в этом смысле рассматривалось в качестве хорошей альтернативы воспитанию в закрытом учреждении.

Тем не менее, жестокая эксплуатация детей в принимающих семьях все больше привлекала внимание обще ственности. И на рубеже 19 и 20 веков во многих немецких городах были изданы законы, которые определя ли принципы содержания приемного ребенка, которые, как правило, обозначали эту деятельность как «сво бодный промысел», подлежащий (полицейскому) контролю.

После Первой мировой войны многие сироты были переданы в семьи, так как у государства вследствие поражения и высоких репарационных выплат не оставалось денег на социальные услуги. Осо бенно интенсивно велись поиски замещающих семей в сельской местности, чтобы предупредить нехватку рабочей силы в деревне. Кроме того, получили распространение результаты первых исследований явления госпитализма у детей, которые подтверждали негативное влияние пребывания в учреждении для раннего детского развития. И тем не менее, во времена Третьего рейха вновь отдавалось предпочтение воспитанию в детском доме, так как оно скорее обеспечивало восприятие национал-социалистических идей. И количество приемных детей снизилось на четверть [Heitkamp, H, 1989].

После Второй мировой войны воспитание в детском доме оставалось доминировавшей формой попечения детей - в ГДР практически до объединения в 1989 году, а в ФРГ – почти до 1970 г. Новая критика воспитания в детском доме, связанная с идеализированным видением семейного воспитания, привела в западных землях к быстрому повышению имиджа принимающих семей. Если в 1975 г. в рамках помощи в воспитании около 36% всех размещенных вне родительского дома детей находились в принимающих се мьях (и таким образом 64% в учреждениях/детских домах), то в 1977 году процентное число составляло уже 56% [Heitkamp, H, 1989].

В 1991 году 32.554 ребенка находились в семьях на долгосрочном размещении (старые земли).

Необходимо упомянуть о том, что эта форма помощи в воспитании используется в отдельных федеральных землях по-разному. Так, соотношение между воспитанием в детском доме и устройством в семьях в Шлез виг-Гольштейне, Гамбурге, Нижней Саксонии и в Райнланд-Пфальце составляет 40% к 60% и 60% к 40% в Северной Рейн-Вестфалии и Баварии (Видеман, 1991г.). Ещё большие различия существуют между отдель ными ведомствами по делам молодежи. В новых федеральных землях в 1991 году 1799 ребенка находились на круглосуточном сопровождении. Здесь соотношение между воспитанием в детском доме и устройством в семью на длительное время составляет 90% к 10% [Becker I.,Textor M., 1993, с. 148].

Соответствующее законодательное регулирование обнаруживается, прежде всего, в законе об оказании помощи детям и молодежи, а также в гражданском кодексе. Так, долгосрочное устройство ребенка в семью согласно §§33 Закона об оказании помощи детям и молодежи может быть в зависимости от кон кретных обстоятельств как «помощью в воспитании, ограниченной во времени», так и «образом жизни на длительный срок». Какая из этих форм будет выбрана, зависит, например, от качества и интенсивности от ношений родителей и ребенка и от возможности улучшения ситуации в кровной семье. Поэтому необходи мо точно анализировать условия жизни и уделять большое внимание прогнозу [Widemann P., 1991].

Если согласно §36 Закона об оказании помощи детям и молодежи командой специалистов прини мается решение о передаче ребенка в патронатную семью, необходимо проверить и возможность передачи ребенка на усыновление. В решении должны быть соответствующим образом задействованы кровная семья и ребенок: они должны получить необходимые консультации, в которых обсуждаются последствия переда чи ребенка в принимающую семью, а также, при определенных обстоятельствах, кровные родители могут быть привлечены к выбору места по воспитанию ребенка, так чтобы они не чувствовали себя «жертвами»

чиновничьего «произвола» и не отказывались бы в последующем от сотрудничества. Далее согласно § упомянутого закона совместно с законным представителем ребенка и ребенком (возможно также и с прини мающей семьей) должен быть составлен план по оказанию помощи. План должен содержать информацию о недостатках в воспитании, о виде помощи, необходимых мероприятиях и их длительности. План по оказа нию помощи необходимо регулярно проверять.

Согласно Закону об оказании помощи детям и молодежи, принимающим родителям не требуется разрешение на воспитание ребенка, если этот ребенок был передан им ведомством по делам молодежи, если они состоят с ним в родственных связях, или являются его опекуном или попечителем. Таким образом, толь ко в некоторых случаях должно быть выдано разрешение на воспитание и проверено, обладает ли супруже ская пара необходимыми для воспитания ребенка способностями. Тем не менее, ведомство по делам моло дежи после передачи ребенка должно следить, заботятся ли принимающие родители о благополучии ребен ка. Эта проверка должна соответствовать потребностям каждого отдельного случая, но речь не идет об упо рядоченном и регулярном контроле [Lakies T., 1991]. Если в конкретном случае выявляется назревающая угроза благополучию ребенка, ведомство по делам молодежи может немедленно изъять ребенка из принима ющей семьи. Закон также регламентирует то, что принимающие родители имею право на консультации и поддержку ведомства по делам молодежи и должны сообщать ему о важных событиях, касающихся благо получия ребенка.

Как правило, кровные родители ребенка, устроенного в принимающую семью, сохраняют роди тельские права. Согласно Закону об оказании помощи детям и молодежи принимающие родители имеют право выступать законными представителями ребенка, заботясь о ребенке, если законные представители ре бенка или суд по делам опеки не ограничили это право. Суд по делам опеки может передавать определенные вопросы по родительскому воспитанию принимающим родителям. Далее установлено, что принимающие родители и кровные родители должны сотрудничать друг с другом на благо ребенка. Кроме того, отношение ребенка к кровной семье должно поощряться, и улучшаться благодаря консультациям и поддержке условий воспитания в ней. Если в оправданные сроки улучшения не произошли, то согласно Закону для ребенка должна быть разработана жизненная перспектива на длительный срок. Оправданным считается, как прави ло, срок менее 2-х лет [Lakies, 1991].

Тем не менее, несмотря на дискуссии специалистов, признается, что правовая защита от произ вольного изъятия ребенка из принимающей семьи еще недостаточной. Так согласно Гражданскому кодексу, суд по делам опеки по долгу службы или по заявлению принимающих родителей (или по инициативе ве домства по делам молодежи) может предписать дальнейшее пребывание ребенка против выраженного жела ния родителей изъять ребенка, если есть угроза благополучию ребенка. Кроме того, Федеральный конститу ционный суд в зафиксировал, что при длительных отношениях по воспитанию ребенка также необходимо учитывать установившиеся отношения ребенка к принимающим родителям. Главным критерием для приня тия решения должно быть благополучие ребенка. Соответственно, в правосудии наметилась «заметная тен денция к тому, что при отношениях по уходу/воспитанию ребенка, которые длятся два года и более, изъятие ребенка из принимающей семьи в рамках процедуры по § 1632 Гражданского кодекса чаще всего отклоня ется – и не зависимо от возраста» [там же, с. 16].

Как отмечают эксперты, социальное родительство в Германии с точки зрения отношений ребенка с родителями и его привязанности к принимающей семье защищены нечетко и неоднозначно. Даже если ре бенок десять и более лет находится в принимающей семье, его принимающие родители не приобретают основных родительских прав.

В настоящее время специалисты в научных дискуссиях пытаются решить вопрос, является ли принимающая семья замещающей или дополняющей семьей. С одной стороны стоят такие специалисты, как Г.Гольдштейн, А.Фрейд и А.Солнит [Goldstein, G. u.a., 1982]. или М.Нинштедт и А.Вестерман [Nienstedt M., Westermann A. 1988, 1989], которые видят в принимающей семье «новую» семью данного ребенка, в ко торой он, по возможности оставленный в покое его кровной семьей, должен получить компенсирующее по зитивное воспитание. С другой стороны, например, сотрудники Немецкого института по молодежным во просам [Deutsches Jugendinstitut, 1987] видят в воспитании в принимающей семье краткосрочное или средне срочное мероприятие по оказанию помощи, при котором принципиально предусмотрено возвращение ре бенка в кровную семью. Таким образом, тесная кооперация между семьей принимающей и кровной являет ся важным требованием.

Большинство принимающих семей чувствуют потребность в том, чтобы «осознавать себя нор мальной семьей и своего приемного ребенка как своего ребенка» [Goldbeck L., 1984, с. 313]. Они претенду ют на роль фактических родителей, и хотят быть, таким образом, для ребенка замещающей семьей. Но, кон тактируя каждый раз с ведомством по делам молодежи и с кровной семьей, они сталкиваются с другой ре альностью. Это вселяет в них неуверенность, и они воспринимают приглашение к сотрудничеству с кровной семьей как несправедливое требование, потому что в кровной семье они видят причины проблем принятого ими ребенка. В некоторых случаях, когда принимающие родители принимают концепцию дополняющей се мьи, то они видят себя в роли полупрофессиональных воспитателей для трудных детей. В этом случае, «неизбежно теряется, по меньшей мере, частично, то, что отличает семейное замещающее воспитание от профессионального воспитания в детском доме: безграничное чувство защищенности и принятия ребенка, преисполненное любви внимание и надежные длительные отношения» [Heitkamp, H, 1989, с 110]. В этом случае, принимающие родители скорее держаться на дистанции и чувствуют определенную двойственность в определении своей роли и в родительских чувствах.

Дети, устроенные в семью, могут тяготиться своей ситуацией, если они остаются в неведении о длительности их пребывания в ней – если они не знают, находятся они в замещающей или дополняющей се мье. В конечном итоге, они не знают, к какой семье они относятся, неуверенны в своем существовании, не принимают полностью новые отношения. Их потребность в непрерывности, стабильности и надежности от ношений не удовлетворяется. К тому же, они чувствуют себя в такой ситуации игрушкой неизвестных сил (социальный работник, судья по делам опеки и т.д.). Именно у детей, неуверенных в отношениях, может в последствии образоваться нестабильная идентичность своей личности [Amadio, C. u.a., 1983/84]. У них мо жет возникнуть чувство, что они принадлежат каждому и всё же никому. Если ребенок в родной семье пережил очень негативный опыт, он воспринимает свое возвращение часто со страхом, и не может видеть в своих принимающих родителях защитников [Thiele, L., 1987].

Многие эмпирические результаты исследований свидетельствуют о том, что большинство прини мающих семей становятся в конечном итоге замещающими. Так, многие устроенные дети почти или совсем не контактируют с родной семьей. Это относится к 50 до 80% всех устроенных детей по сведениям Амадио и Дойч [Amadio, C. u.a., 1983/84], к 59% - по Хойну (1984.), к большей половине - по сведениям Немецкого института по вопросам молодежи (1987г.) и к 65% - по Зенглингу (1987г.). Как правило, контакты между кровными родителями и детьми существуют реже, если последние были устроены в принимающую семью в очень раннем возрасте [Triseliotis J., 1989]. В этих случаях в конечном итоге опции на возврат не дается.

Это касается также и детей, у которых были тяжелые конфликты в отношениях с кровными родителями.

Так, например, Буш и Гольдман (1982г.) в своих исследованиях 136 устроенных детей пришли к результа ту, что 82 % не могли вернуться в свою кровную семью. Около 44% этих детей хотели бы, чтобы их усыно вили, то есть они принимали свою ситуацию [цит. по: Becker I.,Textor M., 1993 ].

За большее число дополняющих семей говорят на первый взгляд результаты исследований о дли тельности отношений по воспитанию ребенка. Так, по сведениям Амадио и Дойч (1983/84гг.) только пятая часть детей была устроена в семье на срок шесть и более лет;

по Тризелиотису [Triseliotis, J., 1989] – только третья часть детей дольше, чем три года;

по исследованиям Хайткампа [Heitkamp, H, 1989] четверть всех от ношений по воспитанию ребенка продолжалась пять лет и больше. Но такие цифры обманчивы. С одной стороны, часто не берется во внимании тот факт, что многие дети из обследованных семей до этого находи лись также в принимающей семье и/или в детском доме. С другой стороны, по различным американским ис следованиям от 14 до 28% детей, возвращенных в их родные семьи, вновь размещаются в течение одного двух лет в семьях или учреждениях (Мюррей, 1984 – цит. по: Becker I.,Textor M., 1993). Дальнейшее пребы вание в принимающей семье тем вероятнее, чем дольше ребенок находится на воспитании, и чем меньше его контакт с кровными родителями.

Более детальный анализ данных о длительности отношений по воспитанию показывает таким об разом, что и здесь данные говорят о том, что большинство принимающих семей являются замещающими се мьями. Так, согласно Немецкому институту по вопросам молодежи можно исходить из того, что примерно 60% всех размещенных детей достигают совершеннолетия в принимающих семьях. Т.е. большинство при нимающих семей являются замещающими семьями. Только при относительно краткосрочных отношениях по воспитанию - при сроке до двух лет – в основу должна быть положена концепция дополняющей семьи, поскольку ребенок будет возвращен в родную семью. Но проблема, конечно же, в том, что в момент переда чи ребенка в семью сложно определить ее длительность.

В конце 70-х годов около 40% размещенных детей были от внебрачных связей, и треть потеряла свой родительский дом из-за расставания или развода родителей. И сегодня большинство размещенных де тей выходят из неполных семей. Часто их родители находятся в финансовых затруднениях, страдают зави симостью или хроническими заболеваниями, не справляются с воспитанием детей или отказываются от ре бенка из-за особенных отличительных черт (например, инвалидности). Часто ребенку не уделялось доста точно внимания, с ним жестоко обращались или он подвергся сексуальному насилию. Во многих случаях это дети с девиантным поведением, и их родители не могут контролировать его. Если многие из этих обре менительных факторов встречаются вместе, то родная семья уже длительное время испытывает трудности своего функционирования. Соответственно, такие семьи сопровождаются часто на протяжении многих лет психосоциальными службами. Изъятие и передача ребенка происходит в таких случаях часто в момент ка кой-то кризисной ситуации, иногда в течение нескольких часов.

Тогда дети попадают в принимающие семьи, которые, как правило, относятся к среднему классу.

Принимающие родители имеют чаще всего уровень образования выше среднего, финансово хорошо обеспе чены и имеют высокий статус [Deutsches Jugendinstitut, 1987.;

Hanselmann P.G, 1986 Sengling D, 1987.]. В исследованной Д.Риттером [Ritter D., 1983] выборочной проверке более половины родителей имело высшее образование;

почти половина принимающих родителей имела педагогическую профессию. В исследованиях Х.Хайткампа [Heitkamp, H, 1989] большинство принимающих родителей были служащие или чиновники.

Они были чаще всего в возрасте от 30 до 50 лет. Только 10% принимающих матерей работали. В проведен ной Д.Хойном выборочной проверке 62% принимающих родителей имели свой дом. Около 63% имели своих детей, так что семьи с 5-6 лицами были относительно велики. Больше принимающих родителей про живало в сельской местности и в маленьких городах, чем в больших [Heun, H.-D., 1984].

Многие принимающие родители берут ребенка в семью из сознания социальной ответственности или ценностей христианской любви к ближнему. Некоторыми движет желание иметь своих детей или стрем ление сделать свою жизнь более полной. Некоторые принимающие родители действуют из невротических мотивов – например, они хотят, взяв ребенка, укрепить свой брак, или ими движут материальные мотивы (вознаграждение за уход) [Kaiser, P, 1990]. Д.Риттер [Ritter D., 1983].) установил в своем исследовании, что половина из 62 принимающих родителей практикуют демократический стиль в воспитании, а остальные скорее авторитарный стиль. Целями воспитания были названы, например, честность, самостоятельность, способность нести ответственность и демократическая позиция. Принимающие родители работают больше с помощью позитивной поддержки, просьб и т.д., чем с помощью наказания и запретов. Матери обычно бо лее снисходительны.

Во многих случаях принимающие родители получают ребенка внезапно и неподготовлено.

Например, в исследованной Хайткампом [Heitkamp, H, 1989] выборке ребенок был передан родителям из 61% случаев (n=103) без предварительного знакомства. Также только 45% принимающих родителей полу чили достаточную информацию о предыстории ребенка до его принятия. По сведениям Зенглинга [Sengling D., 1987] почти треть принимающих семей остаются в неведении о длительности размещения ребенка в се мье;

три четверти не знают, должен ли ребенок быть возвращен в кровную семью. Очевидно, что эта ситуа ция вселяет неуверенность и осложняет воспитание. К этому прибавляется то, что принимающие родители не получают помощь супервизора и только в редких случаях постоянные консультации [Heun, H.-D, 1984].

Поэтому не удивляет, что опрошенные Хайткампом [Heitkamp, H, 1989] 103 принимающих родителя выра зили желание получать больше предварительной информации о ребенке, больше времени для процесса передачи, больше общего материала по воспитанию ребенка, больше поддержки со стороны ведомства по делам молодежи и больше возможностей для обмена мнениями в общении с другими принимающими роди телями [Becker I.,Textor M. (Hrsg.) 1993, с. 147-187].

Принимающие родители сталкиваются с большим количеством проблем. Уже были упомянуты их незащищенный правовой статус и проблема с неопределенным временем устройства, но в любом случае, ограниченном по времени родительством. Но и для внешнего окружения ясно не определены границы при нимающей семьи, в отличие от биологически созданных семей. С одной стороны, ребенок является членом двух семейных систем (двойное родительство) и часто поддерживает отношения с родными родителями. С другой стороны, принимающая семья подлежит определенному ведомственному контролю, учтена докумен тально, получает пособия на воспитание ребенка. «Каждое посещение семьи на дому показывает одновре менно их двойную роль в рамках оказания помощи молодежи: семья – это одно из предложений системы по оказанию помощи молодежи и одновременно также клиент этой системы» [Heitkamp, H, 1989, с.108]. Кроме того, у семьи и приемного ребенка нет общей предыстории.

Принимающая семья испытывает трудности в воспитании, которые значительно отличаются от «нормальной семьи». По исследованиям Хайткампа [Heitkamp, H, 1989] из 103 принимающих родителей больше чем половина сообщила, что они, по меньшей мере, время от времени испытывали значительные трудности с ребенком (или с его родственниками) – прежде всего из-за тяжелых отклонений в поведении.

Они охватывают, например, двигательное беспокойство, импульсивная агрессия, неуважение к личной сфе ре, недостаток в чистоплотности, соперничество братьев и сестер, конфликты лояльности, недостаток в ис полнении долга, отклонения в питании, установлении отношений и контактов, а также асоциальное поведе ние, такое, например, как воровство или жестокие поступки, злоупотребление алкоголем или наркотиками, отказ выполнять определенные обязательства, работы, пропуск занятий в школе и т.д. Нарушение в поведе нии, которое оказывает негативное влияние на отношения ребенка и родителя, воспринимается особенно тя жело [Goldbeck L. 1984]. Причина проблем усматривается, как правило, в предыстории ребенка (кровная се мья, пребывание в детском доме), и реже её ищут внутри принимающей семьи. Это может привести к тому, что своя доля в возникновении трудностей не осознается (например, нереалистичные ожидания, попытка ре шить семейные проблемы с помощью принятого ребенка, желание так называемого родного ребенка). Ино гда размещенные дети рассматриваются как единственная причина семейных проблем [Kaiser P., 1990].

Многие принимающие родители из-за названных отклонений в поведении и трудностей в воспи тании обращаются за профессиональной консультацией к специалистам. При тяжелых отклонениях в пове дении часто проводится вмешательство извне. Так, например, учитель может потребовать перевод ребенка в специализированную школу. В таких случаях часто возникают конфликты между школой, ведомством по делам молодежи, консультационным бюро, принимающей семьей и др. по вопросам правильного диагноза и соответствующих мероприятий. Очевидно, что многие нарушения в поведении размещенных детей могут привести к проблемам с соседями и негативно сказаться на статусе принимающих родителей.

Особенно проблематичны отношения между принимающей и кровной семьей. Если контакт су ществует, то в почти половине случаев по исследованиям Х.-Д.Хойна [Heun, H.-D., 1984] принимающие ро дители имели негативный опыт. Многие проблемы бывают вызваны кровными родителями. Часто они вос принимают передачу как наказание и видят в принимающей семье часть одобренной и дисциплинарной си стемы по оказанию помощи молодежи. В таких случаях они пытаются негативно настроить ребенка против принимающих родителей или вмешаться в воспитательный процесс принимающей семьи (Schink H.D, 1979).

Многие биологические родители видят в успехах в воспитании принимающих родителей упрек и пытаются саботировать успехи. Часто они чувствуют, что уступают принимающим родителям и боятся, что из-за этого потерять ребенка. «Кровная мать хочет при посещении и пребывании ребенка у нее укрепить связь с ребен ком, загладить вину в материальном и эмоциональном плане в том, что она в прошлом при известных обсто ятельствах упустила. Она чувствует себя неуверенно, чувствует, что отношение к принимающей матери на много стабильнее и гармоничнее, чем ее отношение к ребенку» (Bayerisches Staatsministerium fr Arbeit und Sozialordnung, 1985, с.16). Некоторые кровные родители борются за расположение своего ребенка. Они до биваются его благосклонности, задаривая его, например, подарками.

Притязания на обладание могут исходить также и от принимающих родителей, что может приве сти к конкуренции за ребенка: «Обе стороны чаще всего боятся, что другая «сторона» хочет забрать у них ребенка или, по крайней мере, отдалить от них» (Deutsches Jugendinstitut, 1987., с.362). Особенно часто воз никает такое соперничество, если принимающие родители видят себя по отношению к ребенку в роли как бы кровных родителей, представляются более «лучшими» родителями и лишают кровную семью возможно сти самим воспитывать своего ребенка (Goldbeck L., 1984.). Они считают биологических родителей «без дельниками» и «жестокими родителями», обращаются с ними надменно и отзываются о них в присутствии ребенка пренебрежительно. Кровные родители реагируют озлобленно и с упреками, подключают ведомство по делам молодежи, постоянно попадают в конфликты с принимающими родителями. Нередко обе стороны не видят своей доли в проблемах: «Слишком легко взаимное обвинение может привести к бесполезной кон фронтации между обеими семьями» (Mikuszeit, H., Rummel, C., 1986, с.105).

Очевидно, что такая ситуация может привести к конфликтам лояльности у размещенных детей. У них возникает чувство, что они должны выбирать между двумя семьями или принять чью-либо сторону.

Если они показывают, что хотят вернуться в родную семью, то обижают тем принимающую семью и счита ются неблагодарными. Вливаются они в принимающую семью, то испытывают сильное чувство вины, осо бенно если они видят, что родные родители бояться их потерять. Размещенные дети чувствуют, что их дер гают из стороны в сторону, не могут угодить ни одной из сторон. В эмоциональном плане они чувствуют себя «сидящими между двумя стульями», спрашивают себя, к кому они принадлежат. Описанная ситуация может толкнуть этих детей к большим межличностным конфликтам, которые тем тяжелее, чем более откры то проявляется соперничество между кровными и принимающими родителям.

Многие устроенные дети воспринимают посещения родных родителей положительно;

старшие дети самостоятельно поддерживают контакт (часто одновременно с другими родственниками или знакомы ми из прошлого окружения). В других случаях посещения имеют скорее отрицательные последствия. Так, дети крайне возбуждены и приведены в замешательство, так как общение с кровными родителями вновь вскрыло старые конфликты. Часто они вслед за этим подвергают сомнению также и стабильность новой жизненной ситуации. В общем, необходимо исходить из того, что (единичные) посещения-контакты не мо гут поддерживать долгое время (тесные) отношения с кровными родителями или вообще быть выстроены.

Чем младше ребенок в момент передачи его в другую семью, тем скорее ослабевает связь с родной семьей.

Согласно Г.Гольдштейну, А.Фрейду и А.Солниту отношения с кровными родителями почти не имеют значе ния, если ребенок младше трех лет примерно один год или же старшие дети примерно два года жили в при нимающей семье [Goldstein, G., Freud, A., Solnit А., 1982 ].

Проблемная ситуация может также возникнуть, если контакт с кровной семьей прервется. Даже если принимающие родители скрывают отрицательное мнение по отношению к кровным родителям, дети могут чувствовать это, и отказываются частично от своего мнения. Нередко случается, что тема «кровная се мья» становится запретной. Тогда размещенные дети испытывают внутренние психические трудности, подобно усыновленным детям. Также «присутствует опасность, что отрицается не только происхождение ребенка, но и тот факт, что размещенный ребенок не является родным ребенком принимающих родителей. В таких условиях ребенку преграждается доступ к первоначальным реальностям его жизни» (Deutsches Ju gendinstitut, 1987, с.361). Для усыновленных детей доказано, что подобная ситуация скорее отрицательно влияет на их развитие (Hoffmann-Riem C., 1984).

Одна из тяжелых ситуаций для устроенных детей возникает также и потому, что им приходится из низших слоев переходить в средние. Они сталкиваются совсем с другим миром, видят другие ценности, установки, уклад жизни, другую структуры взаимоотношений, воспитательные цели и практику воспитания.

Многие устроенные дети испытывают не только большие трудности в адаптации, но и испытывают также неуверенность в своей идентичности. С увеличивающейся продолжительностью отношений они все дальше отдаляются от мира своих кровных родителей. Если их возвращают в родную семью, они вновь испытывают перелом в социализации. Последствия этого еще не охвачены психологией развития или исследованием со циализации.

Психологическая акклиматизация и дальнейшее развитие устроенных детей.

Дети в момент их передачи чаще всего находятся в возрасте до 10 лет. Тем не менее, часто у них за плечами уже длительное пребывание в детском доме или в других принимающих семьях. Например, про веденные Хойном (Heun, H.-D 1984) выборочные пробы показали, что каждый второй устроенный в семью ребенок поступает из интерната для трудновоспитуемых детей. Согласно исследованиям Хайткампа [Heit kamp, H, 1989] почти 16% приемных детей имели за плечами, по крайней мере, одно не удавшееся размеще ние в семье и 13% - пребывание в детском доме. Дж. Тризелиотис [цит. по: Becker I.,Textor M. (Hrsg.) 1993, с. 147-187] сообщает, что по различным результатам исследований примерно 50% детей в течение 3-х - 5-ти лет меняли место размещения, в то время как Кайзер и его сотрудники (1990г.) исходят из того, что от 20 до 50% устроенных детей один или несколько раз меняли место размещения.

При передаче зачастую также разлучают братьев и сестер друг от друга. С одной стороны, редко изымается из родной семьи одновременно несколько детей. С другой стороны, и при одновременном изъя тии братьев и сестер их разлучают сразу или позднее. Они могут попасть вместе в одну принимающую се мью, если они уже постарше и не имеют явных отклонений в поведении, или если этого желают кровные родители (Gtzinger E., Pechstein J, 1985.). Вообще братские отношения очень мало принимаются во внима ние.

Таким образом, дети берут с собой при передаче не только отрицательный предварительный опыт из кровной семьи, но часто и из детских домов и других мест размещения. П. Ханзельманн и Б. Вебер отме чают, что психические последствия частых расставаний часто показывают степень эмоционального ущерба, который значительно затрудняет интеграционный процесс ребенка в принимающую семью [Hanselmann P.G., Weber B., 1989, с.118].

Приемные дети, таким образом, многократно лишаются почвы под ногами в социальном плане и плохо идут на контакт, у них сильные эмоциональные (аффективные) потребности, они эгоистичны и стра дают большими психическими проблемами и характеризуются отклонениями в поведении. Соответственно этому, время адаптации, как правило, - это фаза кризиса, преобразования и трудностей в воспитании. При нимающая семья сталкивается с ребенком, который обладает другой ценностной ориентацией, моделями по ведения, формами общения и привычками. В то же время, прежняя структура отношений выходит из равно весия: необходимо интегрировать нового члена семьи, который как принятый ребенок имеет особый статус;

(родные) дети должны делить своих родителей с другим лицом, которое вначале в избытке занимает время и энергию их родителей. Кроме того, встречаются две разные семейные системы. Принимающие родители вы ступают в комплексном взаимодействии с учреждениями (ведомство по делам молодежи, школа и т.д.).

Даже если отношения с кровными родителями проблематичны, разлука вызывает, как правило, боль и печаль. Часто дети обвиняют себя в передачи их в другую семью. Но даже если они попадают из дет ского дома или другого места, им необходимо справиться с разрывом отношений. Вообще, расставания и опыт потерь может быть лучшим образом переработан, если принимающие родители помогут детям конструктивным образом осмыслить свое прошлое. «Действительно интеграция в принимающую семью и принятие новых условий будет тем успешнее, чем более открыто и чутко принимающие родители будут го ворить с ними о кровных родителях и причинах передачи и чем больше они будут допускать и поощрять контакты между родной семьей и размещенными детьми, конечно не принуждая детей к таким контактам»

(Deutsches Jugendinstitut, 1987, с. 361). Однако, кровные родители могут и усложнить акклиматизацию, про должающийся существовать контакт к прошлому окружению может усложнить адаптацию к новому жиз ненному укладу.

М.Нинштедт и А.Вестерман [Nienstedt, M., Westermann, A.,1989] различают три фазы интеграции:

1) Вначале ребенок ведет себя сдержанно из страха и неуверенности, подчиняется и приспосабли вается.

2) Затем он повторяет ранние формы семейных отношений, перенося их на принимающих роди телей. При этом вновь пробуждаются старые страхи, травмы и разочарования, бурные желания и сильные эмоции. Ребенок получает доступ к отвергнутым чувствам, потребностям и взглядам. Если родители смогут обращаться с этим переносом и пойдут навстречу ребенку с любовью и благосклонностью, он сможет пере осмыслить прошлое, получит подправленный опыт.

3) Позже вновь наступает регрессия к ранним ступеням развития, которая служит, например, для защиты от страха, стремления избежать отвержения и сохранения потребностей. В этом случае положитель ные последствия будет иметь тот факт, если принимающие родители примут регрессивное поведение и смо гут отвечать на потребности ребенка, даже если они не будут соответствовать возрасту. Если ребенок прой дет три фазы успешно, то будут выстроены новые семейные отношения и привязанность. Жизнь в принима ющей семье станет второй попыткой: «В этом отношении социализация в замещающей семье не только но вая глава в биографии, но что-то вроде попытки, написать биографию заново [Nienstedt, M., Westermann, A., 1988, с. 123 ].

В большей части случаев вскоре возникают тесные отношения «родитель-ребенок». Если прини мающие родители воспринимают принятого ребенка как своего, они совершили преднамеренно и осознанно фактически усыновление без видов на узаконение» [Heitkamp, H, 1989, с. 111]. Около 60% принимающих родителей и детей чувствует себя хорошо друг с другом;

в другой трети случаев отношения частично друже ские, частично дистанцированные (Deutsches Jugendinstitut, 1987). При опросе 46 устроенных детей в воз расте от 13 лет они преимущественно положительно отзывались о принимающих родителях и отдавали должное их педагогическим стараниям. Например, 73% детей могли с ними обсуждать все вопросы, 60% ви дели в принимающей матери доверенное лицо. Критические высказывания соответствовали тем, что можно и ожидать от родных детей. Но опрошенные устроенные дети все же дистанцировались от ожиданий прини мающих родителей на успех. Только 4 из 46 предпочли бы покинуть принимающую семью [Becker I.,Textor M, 1993].

В исследованиях Д.Риттера (Ritter, D, 1983) из 62 принимающих родителей примерно 80% указа ли на то, что они считают свой педагогический труд успешным. Однако, только в редких случаях им уда лось достичь посещения детьми школы более высокой ступени. Сравнение между устроенными в семьи и усыновленными детьми, которые все были разлучены с родной матерью на первом году жизни, показал, что первые развивались не так хорошо: 44% напротив только 3% усыновленных детей имели отклонения в пси хическом и поведенческом плане (Larsson, G., Bohlin, A.-B., Stenbacka, M, 1986). При соответствующем со провождении принимающих семей они могут успешно воспитывать детей и с меняющейся предысторией.

Так, при исследовании 585 бывших устроенных детей, которые в возрасте тинэйджеров после в среднем ше сти размещений были приняты в программу «The Casey семейная программа», было установлено, что три пятых остались в принимающих семьях. В конце отношений по воспитанию не проявляли необычности в поведении и в последующем вели «нормальную» жизнь (Fanshel D., Finch S.J., Grundy J.F, 1990). Вообще, вероятность успеха длительного устройства повышается, чем реже дети перед передачей размещались вне семьи, если принимающие родители опытны, прошли подготовительный курс и соответственно получают хорошее сопровождение, если они состоят с ребенком в родственных отношениях или хорошо ладят с кров ными родителями, и если окружение ребенка сохраняется (Fanshel D., Finch S.J., Grundy J.F, 1990г;

Triseliotis J, 1989) Контакты приемных детей с кровными родителями могут иметь как положительное, так и отрица тельное влияние.

Однако часто сообщается о разрыве отношений по воспитанию. Данные в процентах сильно ва рьируются: свыше 20% (Heun, H.-D, 1987.), свыше 30% до 35% (Widemann P, 1991), до 40% и выше (Triseli otis J, 1989.). Х.-Д.Хойн (1984.) установил, что доля разрывов в ведомстве по делам молодежи в Хессене раз нилась от 1,1 до 30,4%, при чем большинство из этих разрывов произошли в первый год. Причинами разры ва отношений по уходу/воспитанию среди 264 исследованных им детей назывались трудности в воспитании (64%), агрессивность и беспокойство (47%), проблемы в отношениях между принимающей семьей и ребен ком (47%), трудности в школе (30%), проблемы в отношениях принятого ребенка к кровным родителям (22%), преступления против собственности (20%), чрезмерное требование к принимающим родителям (18%) и ошибочная передача (15%). В 16% случаев натянутые отношения между кровными и принимающи ми родителями играли большую роль. Больше чем 20% данных детей прожили больше чем пять лет и дру гие 29% между двумя и пятью годами в принимающей семье;

половина была в возрасте до 10 лет.

Вообще, разрыв отношений с принимающей семей встречаются чаще, если дети при передаче были относительно взрослыми, уже имели опыт неоднократного размещения вне семьи, плохо идут на кон такт, страдают тяжелыми отклонениями в поведении, причину своего размещения не понимают и не готовы к ней. Негативное влияние оказывает тот факт, если разница в возрасте между кровными детьми принимаю щих родителей и принятым ребенком невелика или они бездетны. Кроме того, вероятность разрыва отноше ний выше, если принимающие родители очень молоды или очень стары., если ребенок был взят скорее из личных, а не социальных мотивов, если принимающие родители не прошли подготовительного курса, полу чают недостаточно поддержки, некомпетентны в вопросах воспитания и оказывают сильное давление на ре бенка в вопросах достижения успехов и адаптации (Deutsches Jugendinstitut, 1987.;

Triseliotis J, 1989.). Таким образом, в заключение необходимо зафиксировать, что отношения по воспитанию зачастую не всегда проте кают успешно, что чаще всего причиной этого являются недостаток в консультировании, недостаточная подготовка и последующее сопровождение принимающих родителей.

Задачи службы устройства детей Как показывает наш анализ зарубежных исследований, на компетентных сотрудников возлагают ся высокие надежды по отбору принимающих родителей, передаче детей, а также по сопровождению и консультированию своих клиентов. Как правило, это предполагает создание службы устройства детей, как особой социальной службы, и приемлемой нагрузки на одного сотрудника такой службы, которая ориенти ровочно должна быть 50, максимум 60 детей, нуждающихся в государственной защите. (Becker I.,Textor M., 1993). В то время, как в настоящее время один специалист сопровождает от 80 до 120 принимающих семей.

При таких обстоятельствах деятельность по передаче и консультированию, соответствующая изложенным ниже в тексте принципам требований сегодняшнего дня, может быть реализована только в ограниченном объеме.

Также как и посредники в усыновлении, специалисты службы устройства детей находятся в структуре комплексных отношений, которая охватывает их самих, ребенка, нуждающегося в государствен ной защите, его кровную семью, принимающую семью, другие социальные службы, суд по опеке и попечи тельству и родственников. Понять их структуру и протекающие в ней процессы можно только с помощью комплекмной, многосторонней теории. Например, признается, что недостаточно, из большого количества подходов в семейной терапии останавливаться на системном подходе С.

Минухина (1978 г.), как это, напри мер, сделали Х.Микусцайт и Ц.Руммель (Mikuszeit, H., Rummel, C. 1986г.), и положить его в основу деятель ности по передаче детей и консультированию. С одной стороны, этот терапевтический подход был разрабо тан для помощи традиционной семье и для других целей он должен быть модифицирован. Необходимо было бы проверить, окажется ли он пригодным в новой области применения. С другой стороны, любой терапевти ческий подход ограничен, чтобы с его помощью можно было бы охватить и изменить вышеназванную слож ную структуру. С этой задачей может справиться только интегративная помощь, которая включает значи мый для соответствующей области объем знаний, зарекомендовавших себя концепций и техник, и соответ ствует сложности семейной реальности и учитывает многопричинность феноменов.

Как отмечает М. Текстер [Becker I.,Textor M., 1993], специалисты службы устройства детей долж ны рассматривать претендентов на роль принимающих родителей принципиально как компетентных лиц и как партнеров: они являются непосредственно исполнителями мероприятий по оказанию помощи, а не про сто клиентами. Поэтому работа по воспитанию и уходу должна соразмерно вознаграждаться. Для детей, для которых сложно подыскать семью, вознаграждение по уходу/воспитанию должно быть выше обычной став ки, чтобы компенсировать повышенные затраты времени на воспитание, а также более высокие расходы.

Кроме того, такие расходы как, на первичное оснащение детской комнаты, праздник причастия и конфирма ции, поездки классом и пребывание на каникулах должны погашаться за счет единовременных выплат.

Так как во многих местах Германии существует дефицит принимающих родителей, работа с об щественностью становится все важнее. Она служит привлечению заинтересованных людей. При этом рассказывается о смысле и значении воспитания в семье, пробуждаются реалистичные надежды и снимается страх перед государственными ведомствами. Кроме того, поднимается престиж принимающих семей у насе ления. Работа с общественностью может происходить с помощью плакатов, брошюр, газетных статей или докладов. Кроме того, необходимо обращаться к подходящим лицам, которые соответственно могут быть задействованы в качестве мультипликаторов.

При первой беседе заинтересованные лица должны быть предметно проинформированы о сути устройства детей в семью. Далее выясняется, подходят ли они на роль принимающих родителей. Так, учи тываются их индивидуальная ситуация, их возраст, состояние здоровья и жилищные условия. Далее обсу ждаются мотивы, ожидания, пожелания и нагрузка. Специалисты получают представление о способности к воспитательной деятельности заинтересованных лиц и пытаются выяснить, готовы ли они сотрудничать с кровной семьей ребенка, нуждающегося в государственной защите, и со службой устройства детей. Если претенденты слишком стары, выражают явные предубеждения по отношению к кровной семье, хотят ре шить с помощью ребенка свои отношения с партнером, или если отдельные члены семьи против приема ре бенка, то заинтересованным лицам должно быть отказано [Becker I.,Textor M., 1993].

Особое значение имеет основательная подготовка будущих принимающих родителей. Им необ ходима информация о происхождении и развитии ребенка, часто встречающихся проблемах в фазе акклима тизации, типичных конфликтных ситуациях, влияния наследственности и окружения, а также о значении по ложительной и отрицательной привязанности. Также они должны войти в ситуацию ребенка и суметь по нять его потребности. Если они поймут роль кровной семьи в своей жизни, то позже они примут такие чув ства как боль расставания и печаль. Важно также критически рассмотреть педагогическую теорию будущих принимающих родителей на каждый день, с их мотивами, ожиданиями и опасениями. Индивидуальные бе седы служат не в последнюю очередь для установления партнерских и доверительных отношений между ро дителями и соответствующим специалистом, а также пробуждению готовности к последовательному само анализу.

По мнению ряда специалистов [Becker I.,Textor M., 1993], пока недостаточно используется такая форма работы как подготовительные семинары – менее чем 10% принимающих родителей получили предложение пройти такой семинар, хотя даже по опросу 103 пар почти половина хотела бы пройти интен сивную подготовку в группах [Heitkamp, H, 1989]. Подобные семинары служат передаче психологических знаний и основ о развитии ребенка, нуждающегося в государственной защите, и происхождении девиантных форм поведения. Также обсуждаются общие вопросы развития, говорится о законодательном урегулирова нии и представляются возможные формы финансовой помощи. Особенно важен обмен мнениями между участниками. Часто такие семинары служат образованию устойчивых связей между принимающими родите лями.

Перед передачей ребенка должен быть составлен план по оказанию помощи. На первом этапе представляется его биография и опыт социализации, его уровень развития и личностный профиль, наруше ния в поведении и социальное окружение. Если идентифицирована потребность в специальных воспитатель ных мероприятиях, может быть принято решение касательно наиболее подходящих мер по оказанию помо щи с привлечением ребенка, его кровной семьи и других специалистов, при этом благополучие ребенка яв ляется главным критерием. В пользу передачи ребенка в принимающую семью говорит то, что ребенок еще не ходит в школу, размещение вне семьи предвидится на длительный срок, и он не очень тесно привязан к кровным родителям. Против передачи говорит, например, то, что ребенок находится как раз в процессе переживаемого внутреннего расставания с прежней социальной средой, его отклонения в поведении так ярко выражены, что непрофессиональные принимающие родители вряд ли справятся с ними, или когда бра тья и сестры, тесно привязанные друг к другу, должны быть разлучены, потому что ни одна семья не может взять их вместе. Особый случай составляет инвалидность ребенка, которая не должна, однако, служить про тивопоказанием. Напротив, при составлении плана по оказанию помощи ребенку-инвалиду в большей сте пени должна учитываться возможность передачи его в семью, должны быть усилены поиски подходящей принимающей семьи [Becker I.,Textor M., 1993].

При составлении плана по оказанию помощи должны быть прописаны перспективы на будущее.

Если кровная семья обладает все еще определенным потенциалом и возможно скорое улучшение семейной ситуации, необходимо задаться вопросом, целесообразна ли передача ребенка в другую семью. Часто в та ких случая могут быть предложены другие меры по оказанию помощи, такие как социально-педагогическая помощь семье или семейная терапия, которые позволяют сохранить пребывание ребенка в родной семье.

Если все же ребенок должен быть передан в другую семью, то принимающим родителям необходимо сооб щить, что предполагается в ближайшее время возвращение ребенка в родную семью и что они должны стать дополняющей семьей на короткий промежуток времени. Одновременно необходимо уделить большое значе ние на поддержание связей ребенка с кровными родителями, родственниками и знакомыми из круга обще ния семьи. Если все же оказывается, что семья имеет выраженные патогенные структуры и процессы (Textor M.R, 1990а), не готова к их изменениям, отыгрывается на ребенке или отвергла его, то должны планировать ся длительные отношения в принимающей семье. Если в тот момент не возможно определить дальнейшее развитие кровной семьи, то, по крайней мере, по окончании второго года воспитательных отношений необ ходимо выяснить, возможно ли возвращение ребенка в семью, или принимающая семья должна рассматри ваться как замещающая.

Если принято решение по передаче ребенка, то подыскивается принимающая семья, которая отве чала бы его индивидуальным потребностям и его предыстории. При этом необходимо проверить, нет ли в кругу родственников подходящей пары. Особенно высокие требования предъявляются к личной пригодно сти и способности к воспитательной деятельности принимающих родителей, если передается старший ребе нок, на умственное и душевное развитие которого наложен уже определенный отпечаток. Супружеская пара должна принять его предысторию и быть способной, обращаться с психическими отклонениями и наруше ниями в поведении. Если в семье проживают другие (родные) дети, они должны быть по возможности на несколько лет старше, чем принимаемый ребенок. При передаче ребенка-инвалида необходимо проверить, не берут ли его принимающие родители только из сожаления, могут ли они установить с ним эмоциональ ные отношения, насколько их ожидания о возможности его развития реалистичны, и смогут ли они выдер жать предрассудки социального окружения. Также по соседству в распоряжении должно находиться доста точно предложений по оказанию медицинской и терапевтической помощи [Becker I.,Textor M., 1993].

Если найдена принимающая семья, то она должна быть вначале подробно и в деталях проинфор мирована о ребенке, его предыстории, уровне развития, проблемах и предыдущем окружении. Это важно, в первую очередь, для того, чтобы семья могла принять обоснованное решение за или против приема ребен ка, базирующееся на знании всех фактов. С другой стороны семье необходима эта информация для того, чтобы позднее суметь понять поведение ребенка: «Если при переносе отношений на принимающих роди телей вновь должны ожить и быть переработаны связанные с родными родителями опыт и чувства, тогда понятно само собой, что замещающие родители (…) должны быть проинформированы насколько возможно точно о предыдущем жизненном опыте ребенка» [Nienstedt, M., Westermann, A., 1989., с.70]. Во многих слу чаях представляется важным, посещение биологической семьи потенциальными родителями, чтобы первые получили представление о структурах и процессах в семье. При этом – как и в беседах с обеими семьями в бюро – можно выяснить, смогут ли предположительно обе стороны сотрудничать друг с другом. Одновре менно могут быть согласованы представления о воспитании и приняты договоренности о посещениях. В идеале затем все участники одобряют передачу ребенка.

Менее целесообразно, размещать ребенка в принимающую семью в течение нескольких часов, как это часто случается на практике. Напротив, контакт между обеими сторонами должен быть подготовлен осторожно. Иногда целесообразно, перед устройством в семье поместить ребенка в детский дом – например, если ребенку в связи с тяжелой травмой необходима вначале терапевтическая помощь, или если ему необ ходимо вначале осмыслить разлуку с родителями, чтобы быть открытым для новых отношений (уменьше ние опасности конфликтов лояльности). Первый контакт между ребенком и потенциальными принимающи ми родителями должен быть организован по возможности таким образом, чтобы ребенок не разочаровался, если эти родители не берут его. «Взаимное знакомство могло бы произойти во время совместной игры или какого-либо совместного дела в непринужденной обстановке» (Bayerisches Staatsministerium fr Arbeit und Sozialordnung, 1985., с. 14). При этом с ребенком должно по возможности находиться доверенное лицо, ко торое позже может обсудить с ним его впечатления о супружеской паре. Специалист должен расспросить принимающих родителей об их впечатлениях о ребенке, и действительно ли они хотят принять его в семью.

Также родители должны знать предполагается устройство ребенка на короткий или длительный срок.

Прежде чем ребенок окончательно перейдет в принимающую семью, целесообразно продолжить ознакоми тельные контакты, так чтобы обе стороны постепенно привыкли друг к другу и могли подготовиться к переориентации. Исследования Хайткампа (Heitkamp H., 1989.) показали, что среди опрошенных им принимающих пар 70% были бы согласны с более длительным временем ожидания между первым знаком ством и окончательным устройством в семью.

В фазе акклиматизации необходимо интенсивно сопровождать принимающие семьи: «Необходи мо поощрять как восприятие себя принимающими родителями, так и понимание личности и поведения ре бенка, его индивидуальных способностей» (Goldbeck, L., 1984, с. 315). Необходимо обговорить также и эмо циональный настрой на ребенка, возможности содействия его развитию и конкретные варианты помощи.

Специалист мобилизует ко всему прочему собственные силы принимающих родителей, так что они могут адаптироваться к новой ситуации. Кроме того, он поддерживает принимающих родителей, которые помога ют ребенку переработать ранний (травматический) опыт, справиться с печалью и освободиться для построе ния новых более удовлетворительных отношений «родитель-ребенок». Наконец, он старается наладить по возможности бесконфликтное общение с биологической семьей.

Если ребенок должен быть возвращен в родную семью, очевидно, необходима интенсивная рабо та с его родителями. Здесь, прежде всего, речь идет о сотрудничестве со специалистами Всеобщей социаль ной службы (ASD), которая, как правило, опекает биологические семьи. Так, необходимо обговорить меро приятия, которые могут привести к стабилизации и улучшению семейной обстановки. Кроме того, в некото рых ситуациях положительное влияние оказывает тот факт, если интересы принимающей и кровной семьи представляют разные социальные педагоги. Специалисты службы устройства детей обязаны поддерживать кровных родителей в осмыслении разлуки со своими детьми, обсуждать с ними их чувства вины, печали и бессилия и разрабатывать с ними перспективы на будущее. К началу акклиматизации также важно указать им на то, что их ребенок будет строить отношения с принимающими родителями. Специалист должен про будить в кровных родителях готовность, допускать (частичное) отдаление ребенка и уважать его новые от ношения в принимающей семье. Если вначале часто встречающиеся проблемы, такие как проявление ревно сти и соперничества, обговорены, часто можно предупредить попытки саботажа и другие негативные реак ции. После длительного проживания в принимающей семье и укоренения в ней ребенка необходимо разъяс нить кровным родителям, что возврат уже не целесообразен. В этом случае им вновь понадобится поддерж ка для осмысления возникших в этой ситуации чувств [Becker I.,Textor M., 1993].

Если сотрудничеству с биологическим родителями уделяется большое внимание из-за того, что затронутый ребенок тесно связан с ними и должен быть по возможности скорее возвращен в кровную се мью, повышаются требования к принимающей семье: «Насколько это возможно, они должны выстроить от ношения с кровной семьей, привлекать их в свою воспитательную работу. Задачи по воспитанию ребенка они должны делить между собой, передавая их по нарастающей кровным родителям, до того момента, когда кровные родители смогут снова самостоятельно взять на себя эту функцию. Эту цель можно достичь только в том случае, если принимающие и кровные родители найдут партнерский контакт друг с другом. Это тре бует от принимающих родителей высокую степень душевных сил, терпимости и понимания ситуации кров ных родителей» [ цит. по: Becker I.,Textor M., 1993, с.162].,). Очевидно, что при этом им необходима интен сивная поддержка специалистов службы устройства детей. Но и в других случаях их необходимо побуждать поощрять контакт принятого ребенка с кровными родителями, насколько этот контакт не отражается нега тивно на детском развитии. Иногда необходимо точно обговаривать правила посещений, учитывая потреб ности и интересы всех участников. Если появляются большие проблемы в отношениях между кровной и принимающей семьей, то чаще целесообразнее проводить беседы с участием обеих сторон, чем индивиду альные беседы. Но и к обсуждению веских решений (например, вопросы обучения), особых отклонений в поведении или запланированного возращения ребенка должны быть приглашены кровные и принимающие родители.

Если в отношениях по воспитанию ребенка наблюдается длительный, динамичный процесс, ста новится ясной необходимость дальнейшего сопровождения и консультирования принимающей семьи и по сле фазы акклиматизации. Кроме того, многие принимающие родители испытывают из-за необычности и проблем принятого ребенка «такие нагрузки, которые по своей сложности и исключительности превосходят профессиональную нагрузку некоторых социальных педагогов» [Becker I.,Textor M., 1993, с. 170]. Принима ющие родители просят сотрудников службы устройства детей о консультировании и поддержке только в том случае, если они не боятся санкций, если существуют доверительные, партнерские отношения между обеими сторонами. Это предполагает, что специалисты ограничивают свою контрольную функцию теми случаями, где, кажется, существует угроза благополучию ребенка. Также во время бесед и посещений на дому необходимо объяснить, что принимающие родители могут открыто обсуждать все проблемы, и поиск решения проблем будет вестись совместно. Если недостаточно поддержки специалиста, он может предла гать другие варианты помощи.

Признается, что принимающим родителям важно иметь возможность участвовать в работе груп пы (по типу групп самопомощи), составленной из числа усыновителей и принимающих родителей. В них они могут обмениваться мнениями с лицами, находящимися в той же ситуации, обсуждать часто встречаю щиеся проблемы, учиться друг у друга и поддерживать друг друга. В группе они учатся пониманию, эмпа тии, обратной связи и укреплению самосознания. Если на месте нет подобной группы самопомощи, то спе циалисты могут, например, предлагать родительские курсы, беседы за круглым столом постоянных участ ников, информационные вечера или семинары выходного дня. При этом, могут целенаправленно обсуждать ся определенные темы, например, особые ситуации устроенных в семью детей или отношения с кровной се мьей. Подобные мероприятия, кроме того, позволяют специалистам увидеть принимающих родителей в дру гой обстановке и наладить с ними хорошие отношения [ там же, с. 172].

Большое внимания социальные педагоги в Германии уделяют работе с устроенным ребенком. Ре бенку обычно нужна поддержка в осмыслении того факта, что он в принципе принадлежит двум семьям (двойное родительство). Он не должен вытеснять из своей биографии эту часть своей жизни, поскольку это может впоследствии отрицательно сказаться на развитии его личности. В большей степени ему необходимо помочь осмыслить свое отношение к кровным родителям и приобретенному там опыту. Также важно ре шать конфликты лояльности: ребенок должен открыто и безбоязненно выстраивать свои отношения с при нимающей и кровной семьей. Так, специалист должен всегда проводить индивидуальные беседы с разме щенным ребенком, при этом он должен создать открытую, непринужденную атмосферу и по желанию га рантировать конфиденциальность отдельных тем разговора. Тогда многие проблемы ребенка могут быть решены.

Пребывание ребенка в принимающей семье может закончиться трояко: разрывом отношений с помещенным в принимающую семью ребенком, возвратом ребенка в кровную семью или усыновлением. В первом случае «необходимо провести работу по осмыслению разрыва всеми участниками и тщательно подыскать новое место устройства. Ребенок должен иметь возможность общаться и в дальнейшем с прини мавшей его семьей» (Deutsches Jugendinstitut, 1987, с.368). Возвращение ребенка можно легко спланировать, если срок передачи предвидим (например, на время тюремного заключения матери или до того, как она найдет работу и квартиру). Если отношения по воспитанию длятся все же дольше, то возвращение ребенка не должно зависеть только от желания кровных родителей и внешней стабилизации кровной семьи. Необхо димо лучше проверить, хотят ли родители вернуть ребенка, существует ли тесная и положительная привя занность между ними, и согласен ли ребенок на такое возвращение. И если дальнейшее пребывание в при нимающей семье больше соответствует благополучию ребенка, то это необходимо обсудить с кровными ро дителями и объяснить им причины. Если патронатные родители настаивают на отказе от ребенка, необходи мо сделать заявку в суд по делам опеки на рассмотрение дальнейшего пребывания ребенка.

Окончание пребывания ребенка в принимающей семье обычно планируется как долгосрочный процесс, который поддерживается принимающими родителями. Так, посещения биологической семьи и вре мя пребывания в ней могут быть становиться все длиннее. Если ребенок остается в кровной семье, он дол жен иметь возможность поддерживать контакты с принимавшей его семьей. Специалист может оказать под держку ребенку и принимавшей его семье в осмыслении вызванных расставанием чувств. Иногда можно до стичь того, что между кровной и принимающей семьей возникают и поддерживаются дружеские отношения.

5. Модели организации социально-педагогической помощи семье в Германии Организация социально-педагогической помощи семье в Германии привязано к существующим ор ганизационным структурам. Во многом ее организационная структура, финансирование и диапазон дей ствий определяется множеством факторов: кто является учредителем службы (государство или негосудар ственные организации), соотношение должностей социальных педагогов и других работников на основании их квалификации, возможность сотрудничества в рабочей группе, супервизия, практические консультации, возможность повышения квалификации, игровые помещения, другие условия, необходимые для работы.

Как показывал наш анализ специальной литературы, в системе социально-педагогической помощи семье и детям в Германии с точки зрения организационных условий можно выделить пять ключевых моде ли.

Модели оказания социально-педагогической помощи семье.

1. Рабочие группы социальных педагогов/социальных работников или воспитателей или специалистов с другими педагогическими квалификациями, являющимися штатными сотрудниками негосударственных учреждений.

В лучшем случае такие рабочие группы включают в себя специалистов, имеющих дополнительные квалификации, например, такие как консультант для неплательщиков, семейные терапевт, консультанты по другим вопросам. В случае возникновения необходимости, если, например, для решения конкретной задачи недостаточно штатных специалистов, временно привлекаются другие специалисты. Преимущество заключа ется в возможности гибкого регулирования состава рабочей группы. Негосударственные учреждения, как правило, редко приглашают специалистов на таких условиях. В редких случаях существуют ведомства по оказанию социально-педагогической помощи семьям, учредителями которых являются общественные сою зы, содружества рабочих негосударственных учреждений;

возможно также, что учредителем, может быть союз государственных и негосударственных (частных) организаций. Например, в Северной Рейн-Вестфалии действует рабочая группа по оказанию социально-педагогической помощи семьям, состоящая из воспита телей и руководящего состава, которые имеют квалификации социальных педагогов, социальных работни ков, дипломированных педагогов или дипломированных психологов. В некоторых, уже давно существую щих рабочих группах, воспитатели прошли повышение квалификации, прежде всего в сфере семейной терапии, и получили дополнительные знания к уже имеющейся квалификации. Здесь – как и во второй моде ли «Рабочая группа штатных сотрудников при управлении по делам молодежи» - играет большую роль оснащение помещениями: имеются ли собственные помещения или группа пользуется помещениями, предлагаемыми учредителями, а также помещения для работы в группах, для проведения производствен ных совещаний, чтобы осуществлять полный объем работ, т.е. нуждающийся в помощи может самостоя тельно обратиться к специалистам, либо специалисты приходят в семьи, например, иметь возможность про водить консультации с родителями, организовывать досуг для детей в послеобеденное время. Другие от личия зависят от формы финансирования. Например, будет ли это финансирование отдельных мероприятий, либо общее (паушальное) финансирование, с меняющимися размерами дотации негосударственных учреди телей [Helming E., Schattner H., Blml H., 2004].

2. Рабочие группы, имеющие социально-педагогическое или другое педагогическое образо вание и являющиеся штатными сотрудниками государственных учреждений, управлений по делам молодежи.

Одна треть ведомств по оказанию помощи семьям в старых федеральных землях ФРГ находится в ведении частных, негосударственных фондов-учредителей (1995), в землях бывшего ГДР эта цифра состав ляла к 1995 году уже 2/3. Государственные учреждения привлекают дополнительно на время специалистов, работающих за вознаграждение, такая практика уже показала свои положительные стороны. Еще один аргу мент в пользу такой практики, объемы и потребности семьи в получении помощи прописываются четко и на продолжительное время;

в некоторых местностях первоначально оказанием социально-педагогической по мощи семьям занимались временно приглашенные специалисты, из которых позднее формировались штат ные рабочие группы. Некоторые сотрудники довольны работой за вознаграждение в случае их временного привлечения в семью – конечно, с соблюдением определенных условий, например, супервизии. Однако ищут для себя работу на более продолжительное время в качестве штатных сотрудников. В отношении во проса о предпочтительности государственного или негосударственного учредительства в сфере социаль но-педагогической помощи семье» специалисты Х.Бакхаус-Мауль и Т.Ольк (Backhaus-Maul H., Olk T., 1992) указывает на то, что информационная ассиметрия - например, между нуждающимся в помощи и управлени ем по делам молодежи – по возможности, лучше может быть компенсирована негосударственными учре ждениями. С этим связано то, что в некоторых семьях складываются такие отягчающие обстоятельства, что речь может идти о лишении родителей родительских прав, т.е. государственные учреждения по делам моло дежи могут выполнять в данном случае контролирующие, надзирающие полномочия на законных основани ях. Возможный в этом случае конфликт между контролем и оказанием помощи – в котором штатные специ алисты негосударственных учреждений по непринципиальным вопросам могут уступить – не может утаи ваться, так как социально-педагогическая помощь относится к внутренней сфере семьи. «Учитывая интим ность оказания социально-педагогической помощи семье, для работы важно элементарное условие – обособ ление от всех высокопарных официальных целей и связанных с этим мероприятий по контролю» (из сводок управления по делам молодежи за 1990 г., цит. по Helming E., Schattner H., Blml H., 2004, с. 107). В этом случае будет лучше, если социально-педагогическая помощь будет оказываться негосударственными учре ждениями, для того, чтобы отделить государственные ведомства контроля от ведомств, занимающихся ока занием социально-педагогической помощи семьям. Социально-педагогическая помощь семье может быть оказана при содействии управления по делам молодежи усилиями своей рабочей группы, причем должна быть установлено четкое разграничение с задачами, которые ставит перед собой как управление по делам молодежи, так и общая социальная служба, здесь также возможна самостоятельная профессиональная рабо та над проблемами семьи на основе полного доверия (там же).

Второй аргумент в пользу оказания социально-педагогической помощи семьям негосударственны ми учреждениями – позиция родителей. У многих родителей сложилось негативное отношение к государ ственным учреждениям, как к учреждениям, вмешивающимся в чью-то личную жизнь: они испытывают страх перед учреждениями, способными на репрессивные меры по отношению к родителям, у которых вследствие неправильного воспитания ребенок отбирается. Они относятся с недоверием – что понятно из опыта общения с государственными ведомствами – к оглашению своих семейных проблем, которое может обернуться против них самих. Хотя такая картина уже давно не соответствует сегодняшним целям государ ственных организаций по делам молодежи, семья воспринимает специалиста поначалу как «человека из управления по делам молодежи», независимо от того, является ли он/она сотрудником негосударственной службы или управления по делам молодежи. Иногда семье легче принять помощь, которая исходит от него сударственного учреждения. Особенно это важно в тех семьях, где уже был опыт общения с представителя ми управлений по делам молодежи и воспринимался ими как негативный. Но практика показывает, что в случае удавшейся работы по оказанию социально-педагогической помощи семье, отношение к ведомствам по делам молодежи меняется в лучшую сторону.

3. Штатные рабочие группы государственных и негосударственных учреждений, которые особым образом вовлечены в деятельность других консультационных учреждений / учреждений по оказанию помощи молодежи или в деятельность сообщества, где они через оказание социально-педа гогической помощи в каждой конкретной семье реализуют общественные аспекты семейной полити ки на уровне локального (территориального или культурного) сообщества граждан.

Вовлечение в работу городского квартала может осуществляться по-разному: группа специалистов по оказанию социально-педагогической помощи семье, действующая, например, в рамках, городского об щественного центра («бюргерского дома», «бюргер» в этом контексте означает «гражданин»), в работу ко торого могут быть также вовлечены специалисты других учреждений (как в г. Трире);

как часть службы по оказанию помощи молодежи (г. Ярмен, г. Шверин и т.д.) или как самостоятельная служба на территории го родского квартала (г. Кассель, г. Мюнхен). Другие формы: социально-педагогическая помощь семье как часть консультационной службы по воспитанию или как дополнительное предложение на базе более круп ного учреждения по оказанию помощи молодежи, которое предлагает помощь прежде всего в стенах дома постоянного проживания. [Helming E., Schattner H., Blml H., 2004] 4. Самостоятельно работающие специалисты, не входящие в какую-либо рабочую группу, и являющиеся штатными сотрудниками негосударственных или государственных учреждений.



Pages:     | 1 || 3 |
 



 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.